За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Река Такут

Сообщений 121 страница 140 из 173

1

http://s3.uploads.ru/qmjU6.png

Широкая река, тянущаяся почти от самого Ледяного пояса до Ацилотса. На одном из древних наречий её название звучит, как "бесшумная". Отчасти древние были правы – река, действительно, тихая, едва слышный плеск поднимает лишь рыба, коей в водах Такут огромное количество. А уж какие на ней закаты и рассветы, плавленным золотом отражающиеся в ровной речной глади! Однако случаются дни, когда речные воды неожиданно темнеют до иссиня-черного, а яростный ветер поднимает бугры волны. Причину этого явления никто так и не в силах объяснить, хотя маги не раз задавались этим вопросом. Да, существует над рекой некое магическое поле, которое временами идет рябью, тем самым вызывая над Такут внезапные изменения погоды, но большего чародеи сказать не могу. А, может, просто не хотят, чтобы не сеять паники?..

0

121

О! А этот говорящий поганец снова заговорил! Как же коту было обидно в последние часы жизни слышать его голос! Вот что его заставляло быть таким? И вообще, с одной стороны обида, а в другой - приятно слышать голос в этом дурацкой ситуации с ямой, да и вообще, Нерикс дружил с этим существом столько лет... Вот такие сложные умозаключения творились в мохнатой голове в данный момент.
Нерикс побрыкался под кучей веток и еще насыпавшейся на него грязи, после чего попытался подняться и снова рухнул на дно, ибо ноги его не ожидали подвоха, запутались и повалили ваивариинскую тушку. Кота моментально вырубило. Единственное, что он осознал перед этим - то, что сейчас отправится к праотцам.
Даже будучи в отключке он не успел посмотреть снов. И шаровой молнии не видел, и своего полета... Так и долетел до поверхности в полном спокойствии, пока не обнаружил, что над ним проводят какие-то странные манипуляции его друзья. Да еще и в тишине полнейшей!
"Это и есть загробный мир?" - Возникла первая четко оформленная мысль приходящего в сознание вивариина. Кот дернулся и полетел на твердь земную, больно стукнувшись копчиком. Немного поскулив аки пёсик, кот протер глаза и осмотрелся. Рядом были Бэйнар и Альвэри, по всей видимости, спасшие его из идиотской ямы. Кстати, это яма была рядышком. Нерикс поднялся на жопу и подогнул ноги к себе, уставившись на друзей и пытаясь найти какие-либо слова. А что тут говорить? Очевидно, сейчас стоит поблагодарить этих бесшерстных.
- Спасибо... - Пробормотал Нерикс проядясь взором по глазам собравшихся. Особенно долго он задержался на Бэе. - "И все же, друг мне. Ну ошибся, потом объяснит, а я прощу." - Вивариин вздохнул и отвернулся от них, - Извини, Бэй. Просто извини за мое поведение. - Подробностей уточнять не надо было. Все и так было понятно, как ему показалось. Нерикс немного подождал и снова повернул голову к парочке. - А где Эль? Я долго там был?

+2

122

Тело пробивала крупная дрожь, напоминая о себе болезненно ноющим телом в собственных руках. Эль инстинктивно дернулась, чтобы "сбросить" с себя это неприятное ощущение, но сделала себе только хуже: ушибленная спина заныла растянутыми мышцами, заставляя девушку почувствовать боль тысячи игл под кожей.
А стихия бушевала. Ревела раненым зверем, закладывая уши, разрывая в клочья облака, стремительно проносящиеся над головой скомканными обрывками. Словно осколками разбитого мира, погруженного в хаос по прихоти богов, в который раз заставивших себя уважать, словно напоминая, кто здесь истинный хозяин. Вокруг летали пыль, прелые листья, мелкие веточки, царапающие кожу, путающиеся в волосах, придавая алла, пребывающей и в без того в не совсем лучшем состоянии, совсем жалкий вид. Она не слышала ничего, кроме воя ветра в ушах, как бы девушка не силилась различить в какофонии ветра голоса. Находясь в подобной ситуации сразу начинаешь чувствовать себя маленькой, совершенно крошечной, где-то посреди пустыни. Темной, непроглядной, оглушающей воем урагана, грозя погрести под собой. Шаг в сторону - пропасть, осыпающаяся под ногой утекающим песком. Делая над собой усилие, чернокрылая подвинулась по корням выше, чувствуя, как увязают ступни в болотной трясине, зыбкой, утаскивающей куда-то вглубь. Под желудком надсадно заныло, сердце бухало где-то в животе, пульсируя болью. Дышать глубоко алла так же не могла - воздух из легких схлопнулся слишком резко, и нормализовать дыхание было сложно.
Чернокрылая металась. С одной стороны она, сцепив зубы, могла окружить себя воздушным барьером и, начитывая заклинание, переждать непогоду прямо на месте, молясь, чтобы магический запас сил не иссяк до конца урагана. Но с другой стороны девушка и представить себе не могла, куда пропали ее друзья. Целы ли они? Вместе ли? Или как она оторваны друг от друга, скитающиеся в сгустившейся тьме в поисках других.
Пальцы вцепились в ткань корсета с такой силой, что костяшки побелели. А если с ними что-нибудь случилось? Что если кто-нибудь прямо сейчас лежит без сознания, один, в болоте, увязая все глубже и глубже? А что, если сейчас кто-то, возведя глаза в рваное небо, зовет другого, тщетно пытаясь перекричать "глас Богов"? Совсем один, посреди темной пустыни, где шаг в сторону очередная пропасть, зыбкая и коварная, за которой не приходится ждать чего-то хорошего. Внутри словно образовалась дыра, сосущая и темная, заставляющая чувствовать себя пустой, и с каждой секундой это чувство становилось лишь сильнее. Нога, на которую приходилась вся опора, соскользнула с древесного корня, и алла съехала вниз, сдирая правое плечо в кровь. Эль зашипела, чувствуя боль, словно по плечу ударили огненной плетью. Но эта боль словно отрезвила чернокрылую, погрязшую в себя и свое себялюбие слишком глубоко. Тяжело дыша и опираясь рукой о ствол дерева, Эллюмиель встала на ноги. Тело на секунду покачнулось, запротестовало, ушибленная спина заскрипела болью, заставив свою хозяйку стиснуть зубы. Осторожно, чтобы не поймать в лицо еще какой подарок от природы, алла выглянула из-за дерева, смутно представляя, откуда она могла прилететь к этому месту. Сопоставив все имеющиеся в голове факты и домыслы, алла поняла, что ничто из этого ей помочь не в состоянии, оставалось только искать и надеяться на собственные глаза и интуицию. Но просто так пройти по болоту не получится - положение да и обстановка не те, и посему оставался только один выход.
"Но это опасно" - испуганно пискнула девочка-подсознание, воззревая на свою хозяйку глазами, преисполненными страха, - "ты можешь истратить себя всю, но так ничего и не найти. И тогда тебя никто не спасет"
Картинки, навязанные собственными думами, все еще стояли перед глазами, и Лоренцетти просто не видела иного выхода. Взяв себя в руки, девушка негромко заговорила-зачитала заклинание, длинное и непрерывное, как раз для этого случая. Сделав шаг вперед, алла на мгновение исчезла, а потом вновь появилась уже в десятке метров от места своего пребывания. Браслет невесомости позволял леветировать буквально доли секунды, не касаясь зыбкой трясины. Этого хватало, чтобы сконцентрироваться на новой точки перемещения и вновь телепортироваться в тусклом мерцании разогретого на мгновение воздуха. Было трудно, внутри все болело от мощного удара, пару раз алла запиналась и путалась в словах, и тогда она увязала в болоте по щиколотку, металась из стороны в сторону в попытках выбраться. Силы стремительно покидали ее. Без проблеска солнца восполнять такие потери в магическом резерве было невозможно. Но чернокрылая упрямо продолжала двигаться в предположительном направлении, откуда они все могли потерять друг друга.
Тяжело... Ноша за плечами тянула вниз, но интуиция вела ее вперед, не давая рухнуть прямо так, на месте, опустошенной и раздавленной. Ветви царапали лицо, оставляя тонкие, в волос, алые полоски мерцающей крови. Устало вскинув глаза к гипотетической линии горизонта, алла приметила тусклые отблески, словно тонкая ткань танцевала на ветру, сверкая блестящей нитью. Ни на что не похожий, своеобразный купол поглощал ветки, удерживая натиск разбушевавшейся природы, был явно магического происхождения, и очень хотелось надеяться, что сотворен он был кем-то из друзей. Собрав в кулак оставшиеся крохи силы, Элли телепортировалась к самому краю купола, грузно треща ветками и сухими сучьями, волею судьбы оказавшимися под ногами.
Каково же было ее облегчение, когда ее глазам, полным тревоги, предстали все трое живых и относительно здоровых друзей. Забыв о том, что заклинание все еще действует, алла покачнулась и, заваливаясь вперед, уцепилась за отходившие от ветки, на которой восседали и Бэй, и Альвэри, сучья. Найдя под ногами опору в виде выкорчеванных корнях сухого дерева, чернокрылая выдохнула, обвисая на руках. Теперь, когда она собственными глазами смогла убедиться в том, что друзьям ничего не угрожает, воля, удерживающая тело в стальной перчатке, ослабла, и тело, обмякнув, вновь наполнилось пульсирующими волнами боли.
Вдохнула. Сипло выдохнула, устав настолько, что хотелось простоять так вечность. Магическая сила иссякла, и оставалось только слушать саму себя, свои ощущения. Однако теперь она точно знала, что все теперь будет хорошо.

Отредактировано Эллюмиель (2014-04-22 03:39:05)

+1

123

И, можно было лишь поблагодарить богов за то, что Аль смогла-таки расслышать хотя бы слово из тех немногочисленных предложений, кои так громко старался проорать Бэй. Или же она просто догадалась? Так или иначе, а в итоге над их головами тусклый, словно бы подернутый туманной дымкой, образовался магический купол, в который буквально секундой позже врезался массивный пень, выкорчеванный из земли мощным ураганом. Еще бы какое-то мгновение, и возможность того, что этот самый пень врезался бы в еле держащуюся над ямой ветвь, была очень высока. И хорошо, если бы то было именно так, ведь в худшем случае, он просто-напросто мог сбить кого-то из них, приложив так, что мама не горюй. На минуту оторвав свой взор от ямы, в которой почивал сейчас вив и воззрившись на то, как быстро начало «обрастать» с внешней стороны их «убежище» всяким лесным хламом, ветками, листвой да сучками, мужчина тяжело сглотнул. Ему не хотелось верить в то, что вся эта весьма трагичная ситуация происходила на самом деле. Но и надежда, что природный хаос, творящийся вокруг, был не более чем просто дурным сном, тут же отметалась в сторону. Ведь он не видел иных кошмаров, за исключением тех, что тревожили его с самого детства на протяжении всей долгой жизни. А тупая боль в груди и саднящие, нарывающие ощущения в левой ладони моментально откидывали глупые предположения куда подальше и отрезвляли пытающийся уйти от реальности рассудок. К слову, повернувшись обратно к лоддроу, удерживающей воздушный барьер и уже принявшейся за спасение мохнатой задницы Нера, Эйнохэил заметил, что пострадал не один не он. Да и раньше, когда глаза засыпало землей и прочими «прелестями», а сам он висел почти на волоске от того, чтобы не шмякнуться следом за котом в неизвестно куда, разглядывать девушку было полной глупостью.
Пробежавшись взглядом по израненной ладони Альвэри, на которой плясали голубоватые и совсем непонятные символы заклинания, мужчина перевел взор на ее лицо, оказавшееся почти так же красочно разукрашено тонкими порезами, алыми от проступившей сквозь царапины крови, как и открытые плечи ледышки. Сердце больно сжалось в груди, обрывая вдох и вынуждая переждать те несчастные секунды, пока чувство вины за все произошедшее со всеми ними не заляжет на дно, переставая карябать душу. Это он, как всегда, рвался вперед, не взирая ни на что и не замечая абсолютно ничего вокруг. И он же вел за собой компанию, которая сейчас могла приспокойно сидеть каждый по своему дому или где-нибудь в таверне, попивая эль и гуляя на полную катушку. Тот факт, что Бэйнар никого не тащил в это глупое путешествие, в коем вообще планировал оказаться один, как-то совсем не достукивался до сознания, снедаемого лишь угрызениями совести за то, что он не сумел уберечь друзей от опасности. Скрипнув зубами и потупив взор, мужчина вновь склонился над ямой, молча наблюдая за ходом спасательной операции хвостатого друга. Полностью погруженный в свои мысли, он даже не расслышал слов ледышки и поначалу не заметил, как все вокруг стихло. С непривычки воцарившаяся тишина давила на виски, оставляя в ушах, будто бы попавшую в клетку птицу, звенящий визг чудо-рыбы-колобка и ужасный гул ветра. Но все, что слышалось теперь это глухие удары летящих и ударяющихся об купол веток и камней. Осмелившись еще раз поднять глаза на сконцентрировавшуюся на заклинаниях девушку, Бэй моментально отвел взор в сторону. И как раз-таки в эту минуту Аль смогла извлечь из лап сумрачной бездны полудохлого вивариина. Ну, то так оно смотрелось на первый взгляд, ибо мохнатый был совсем плох. Но лишь тот оказался аккуратно уложен на ветвь поближе к краю, то тут же рыпнулся, чудом не свалившись обратно в злосчастную яму, а кубарем скатился на твердую землю, знатно при этом шатнув «мост», на котором по-прежнему оставались сидеть мужчина и лоддроу. Вцепившись в ветку обеими руками, чтобы не сорваться вниз с подачи Нерикса, Эйнохэил сразу отдернул израненную руку, протяжно промычав и поморщившись от вновь напомнившей о себе боли. Но зализывать раны, вытаскивая из руки шипы, не представлялось возможности. Как то уже неоднократно было сказано ранее. Короткую передышку, кою предоставила им девушка, укрыв от бушующей непогоды, стоило потратить совсем на другое. Хотя на что именно?.. Для начала надо было слезть с ветви, отползая к виву, под ногами которого теперь же была твердь земная, не осыпавшаяся под котовьей тушей. Однако этому помешал сам же Нер, решив немного поболтать. Бэйнар перевел все свое внимание на кота, в этот момент отвернувшегося от них с Альвэри.
- …Извини, Бэй. Просто извини за мое поведение. А где Эль? Я долго там был?
Мужчина вздохнул, тоже уводя взор куда-то в сторону и снова чувствуя за собой груз вины перед другом, которым так дорожил и перед которым умудрился так опрофаниться. Это ему следовало бы просить прощения, однако вив решил иначе.
- Я тебе потом все объясню, Нер, - слегка надломленным голосом произнес Эйнохэил, поворачиваясь и глядя на ледышку через плечо, - Вам объясню.
На последние вопросы мохнатого Бэй не успел ответить, так как у самого края купола послышались какие-то шорохи, разобрать которые теперь же представлялось реальным. Повернув голову на звук, мужчина ожидал увидеть, как скопившаяся гора веток и прочего сора упадет вниз по магическому своду. Но представшая перед глазами картина оказалась куда ужаснее. Словно бы услышав слова кота, на купол рухнула никто иная, как потерявшаяся в урагане алла. И для того, чтобы понять, что девушка находилась без сил, едва цепляясь и держась за набросанный мусор руками, не надо было долго всматриваться в туманную грань возведенного над ними воздушного укрытия. Тревога за Эль, до сего момента ютившаяся в закоулках сознания и перебиваемая крошечной надеждой на то, что она смогла-таки найти себе убежище, моментально пробилась на первый план. Но и трезвый рассудок, еще не совсем погребенный под овладевшей им волной паники, твердил не принимать поспешных решений. Хотя и в это вносили свои коррективы переживания. «Я не могу оставить ее там!». Взгляд, полный отчаяния пал на лоддроу. «Но ведь убери она купол, ничем хорошим это не закончится…». Мысли, что начинали рвать сознание на две части, только усугубляли положение вещей и заставляли мешкать.
Не решаясь развернуться и совершить хотя бы ползка к Аль, ибо ветка, на которой они с ледышкой оставались, и так уже съехала, грозясь свалиться в пропасть под ними со всеми своими «седоками», Бэйнар еще больше нахмурился, пытаясь перебить накатившую тревогу.
- Аль, - он кивнул в сторону Эллюмиель, - мы не можем бросить ее! Я не могу!.. - мужчина оборвал себя, сцепливая зубы и понимая, что если лоддроу не снимет купол, то он тупо начнет в него долбиться, чтобы подобраться к девушке, которая нуждалась в помощи, оставшись на растерзание урагану. Вот только бы не упасть хрен знает куда для начала…

+2

124

28 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Вечер-ночь

Лучше бы Нерикс был в более печальном состоянии, чем оказалось, ибо его пятая точка даже в легком беспамятстве искала приключения и не могла усидеть на месте. Вернее, улежать. Перетянутый Бэйнаром с импровизированного, магического настила, мохнатый вместо того, чтобы спокойно дождаться, когда его аккуратно приведут в чувство и более удобно разместят на ветви, видимо, решил, на уровне своего малехо укуренного по жизни подсознания, что он и без помощи обойдется, начав ерзать. Ветка опасно зашаталась и у Альвэри появилось просто невероятно дикое желание сбросить этого хвостатого дурня обратно в яму. Впрочем, до сего дело не дошло, ибо кот вскоре сам свалился. Правда, каким-то чудом на твердую почву с той стороны, где яма была меньше на порядок и только ее небольшой, рваный край выглядывал из-под толщи деревянного насеста, на котором сейчас шатались они с Бэем. Приземление явно положительно повлияло на Нера, приведя его в сознание, не без звукового сопровождения в последствии. Лоддроу, однако, не было сейчас дела до всего этого. Минус одна проблема, то есть жертва их совместной глупости, которая сейчас в относительной безопасности. Нужно было сосредоточиться на куполе, о который продолжалось разбиваться все, что только мог подхватить взбесившийся ветер. Конечно, благодаря ему же купол держался, но тем не менее сия конструкция также нуждалась в контроле, а то неровен час и брешь пробить таким бешеным напором стихии. На короткую благодарность Нерикса она лишь кивнула, не глядя на него, а продолжая больше находиться "внутри себя". Слова же мохнатого об алла, если и всколыхнули притупленное чувство беспокойства, то она тут же его придушила вновь. Ей сейчас нужно было максимум самоконтроля, а эти эмоции нарушали порядок и могли навредить. Ладно бы ей одной, но сейчас от ее состояния напрямую зависят все собравшиеся, хотя, может они сего и не понимают. А что же до крылатой...она искренне надеялась, что девушка смогла найти укрытие в этом хаосе и теперь просто ждет, пока опасность минует.
Альвэри старалась более не отвлекаться ни на Бэйнара, ни на Нерикса, чуть прикрыв веки. Их короткий переброс фразами долетал, словно откуда-то издалека из-за стоявшего в ушах Фенрил легкого перезвона. Впрочем, она и не пыталась вступить в разговор. Девушка чувствовала, что несмотря на недюжую экономию магических сил благодаря ветру, назвать себя полной оных она не могла. Аль чувствовала легкую ломоту в теле, которое упорно пыталось удержаться в том положении, что она заняла на ветке, застыв как изваяние. Чувствовала, едва ли не физически,  как сквозь пальцы медленно, но уверенно вытекают силы, что она тратила на чародейство. Сердце глухо забухало в груди, когда в голову проникла непрошеная мысль - А если она просто свалится без сил, даже вовремя не среагировав? Альвэри тряхнула головой, отгоняя подобное и судорожно выдохнула. Такого не произойдет, если она более,  чем хладнокровно подойдет к происходящему. Однако, не было печали, как говориться. До слуха долетел голос Бэйнара, который явно обратился к ней, заставляя взглянуть на себя. Слегка поддернутым от магического напряжения и физического истощения взглядом, девушка хмуро посмотрела на мужчину, который указал ей на что-то за спиной. Не сейчас, Бэй,- раздраженно царапнула по сознанию мысль, но тут же осеклась из-за дальнейших слов парня. Альвэри оглянулась. Открывшаяся ей картина говорила о всемирной глупости каждого из этой компании и снова об этом повторяла. Алла, которая пренебрегла всеми инстинктами самосохранения и каким-то чудом добравшаяся до них целиком, а не частями, теперь буквально висела на внешней стене купола в весьма плачевном состоянии. Благо, ветер рвал и метал с противоположной стороны и тот самый купол в некотором роде спасал девушку от растерзания взбесившейся стихией, однако...Холодный взгляд все тех же чуть помутневших глаз снова уставился на Бэйнара. Казалось, лоддроу застыла словно ледяное изваяние, молча изучая мужчину. В ее глазах нельзя было что-либо прочитать определенного и, казалось, она собирается оставить все как есть. Практичная, рассудительная, расчетливая в каких-то моментах, трезво оценивающая ситуацию, лоддроу понимала, что сейчас заняться спасением несчастной алла было чистым безумием, однако во взгляде Бэя явно светилось то, что заставляло ее в который раз ломать систему своих ценностей. Если она ничего не сделает, этот дурень с заостренным чувством ответственности не высидит и попробует что-то предпринять самостоятельно. Толку мало, а навредить себе же сможет и тот факт, что сама она молча не сможет за сим наблюдать неимоверно раздражал. И снова, в который уж раз, подтверждалось насколько глупая компания собралась. Себя девушка тоже к сему причисляла, ибо ею снова руководили чувства, а не холодное здравомыслие.
Отвернувшись от Бэйнара и ничего ему не ответив, девушка вперила взгляд перед собой. В следующее мгновение сильный порыв ветра, невесть откуда взявшийся в их убежище, просто сдернул ничего не подозревающего парня, фактически за шиворот, с ветки, на которой тот сидел и отбросил к Нериксу на твердую почву. Почти сразу же, до того как парни поняли, что происходит, над ним поднялся такой же купол, только уменьшенный, чуть выше, чем рост Бэйнара, заключив парочку в своих стенах. На сим можно пока закончить, - шептал здравый рассудок, но...Полоснув "пленников" все тем же, казавшимся безразличным, взглядом, Альвэри в следующее мгновение достаточно проворно вскочила, оттолкнулась от ветки и воспарила над оной. Развернувшись спиной к парням, она "полетела" к противоположному краю поляны, где "висела" на ветках да стенке магического убежища без сил крылатая. Мягко спустившись на землю у самого края купола, разделяющего их обеих, лоддроу глубоко вздохнула. Скинув с себя лишний груз в виде сумки, лука и колчана со стрелами, Альвэри приготовилась к тому, что задумала. В следующее мгновение, одним взмахом руки, точнее сжатием ладони в кулак, девушка разрушила поддерживающие большой купол чары. Защитная пелена вмиг рассеялась, подхваченная порывом ветра. Снова закружилось-завертелось все вокруг, как в страшном сне, но Альвэри не было до сего факта дела. Стоило действовать быстро и не расшаркиваться на мелочи. Лоддроу подхватила, оставшуюся без опоры в виде стенки купола, Эллюмиель и сделала шаг назад, втаскивая девушку на ту поляну, что минутой ранее была защищена от непогоды. В этот момент она почувствовала, как ей в спину, в левый бок, что-то врезалось. Не столь ощутимое, чтобы снести ее вместе с ношей, то бишь явно не пень, выдернутый ураганом из земли, но тем не менее не пучок травы. И, возможно, она бы даже отмахнулась от сего с мыслью, что в этой спешке да необдуманности не возвела за спиной воздушный щит, если бы не резкая боль, распространившаяся по телу с места удара. Словно стальные тиски, озноб потянулся по спине, выползая на живот и растекаясь слабостью в ноги. Альвэри моргнула, изумленно взглянув на себя сверху вниз. Платье в области талии стало какого-то странного темного оттенка, хотя она могла его и испачкать до этого. Да и в этом хаосе сам Тейар не разберет, не обман ли сие зрения...Впрочем, на "а рассмотреть получше" сейчас не было времени. Ветер продолжал бесноваться и рвать девушек за все, что мог, забрасывая всем, чем мог. Игнорируя внезапную боль, что теперь тупо пульсировала в боку, общую слабость, шум в голове и ушах, девушка все-таки втащила алла на поляну перед ямой, грохнувшись вместе с ней на колени. В следующее мгновение, уложив крылатую на землю и опершись одной рукой о твердую почву, прикрыв глаза, Аль попыталась отрешиться от всех и вся вокруг, дабы плетению чар ничто не смогло помешать. Медленно запрыгали голубоватые символы на ладони, знакомый вихрь пронесся вокруг них, будто забирая у беснующегося ветра его силу и в следующее мгновение над небольшой поляной, где они все собрались, снова взмылся купол, отгораживая компанию от непогоды за своими стенами. Судорожно выдохнув, лоддроу, не глядя, сняла барьер с парней, что томились поодаль. Теперь оставалось не потерять сознание, продолжая сохранять жизнеспособность купола, ибо, судя по тому, что в его стены летело все меньше выкорчеванных пней, кусков деревьев да камней, ураган потихоньку шел на убыль. Только бы дождаться, - мелькнула слабая мысль. Надеяться, что стихия полностью снизойдет на нет не приходилось, но может быть хотя бы попритихнет к ночи, иначе ничего хорошего их не ждет. Тебя уж точно, - про себя усмехнулась лоддроу, почувствовав во рту металлический привкус.  Девушка бросила взгляд на себя, положив свободную от чародейства ладонь на то место, где темнело пятно. Мокрая и липкая ткань платья неприятным ощущением коснулась кожи. Но ладно бы это...Медленно скользнув по талии назад, Аль натолкнулась на что-то явно постороннее в своем левом боку. То ли изломанная ветка, то ли тонкий, заостренный кусок коры на всей скорости ветряного безумия вошел в тело, словно нож в масло и теперь достаточно вальяжно себя чувствовал в оном, было не ясно. Боль не была острой, почему-то, скорее ноющей, неприятно холодящей и пульсирующей. Альвэри хотя и не была слишком уж сведущей в делах целительных, но кое-что ведала в силу своей профессии. Например то, что эта ветка сейчас не дает ей истечь кровью, заткнув собой рану. Да, она слабнет, медленно, но уверенно, как вытекает кровь с оной, тонкими струйками по коже, однако стоит только ей попробовать избавиться от причины своей боли и можно на всем ставить крест. Девушка глубоко выдохнула, скрипнув зубами от нового приступа боли и прикрыла глаза. Главное, дождаться, когда успокоится ветер...Всего лишь....

Отредактировано Альвэри (2014-04-23 17:05:20)

+3

125

28 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Вечер-ночь

В воздухе пахло землей. Сыростью. Прелой листвой и покрытой мхом корой, в которую алла сумела уцепиться, чувствуя дрожь во всем теле.
Глухо... Мир будто оглох, наполнился шорохом, неясным, тихим. Сколько продолжалось наваждение чернокрылая не могла сказать наверняка. Мгновение, минуту, час? Время вытянулось в вечность, в которую Эллюмиель заглядывала помутневшим взором, как в замедлении наблюдая за всем. За пролетающей мимо хворостиной, листком. За Нериксом, застывшим на месте, но, слава богам, относительно здоровым. За отчетливо заметной бледностью Альвэри, что плела причудливую нить заклинания. За мелькнувшим в глазах Бэя страхом, тревожной искрой. Девушка старалась сфокусировать взгляд, но у нее это не получалось. Реальность ускользала от нее, словно огненный хвост стремительного феникса, уносящегося за горизонт. Чернокрылая съежилась, когда в ветку рядом с ней врезался кусок коры, закинутый шальным порывом ветра. Кусок раздробился на мелкие части, и Эль попыталась спрятать лицо, чтобы не дай Ильтар не лишиться зрения.
Вопреки стальному самообладанию и вере в наилучшее, сквозь всю эту броню, кажущуюся алла несокрушимой, медленно, по капле, просачивался страх. Страх первобытный, слепой, в котором легко затеряться и потерять голову, а совершать опрометчивые поступки было сейчас ох как неблагоразумно. Холодными волнами накатывала паника, и чернокрылая зажмурилась, стараясь погрузиться в себя настолько глубоко, насколько это было вообще возможно. И в этой неизведанной глубине задавить в зародыше этот страх.
Она не попросит помощи до самого конца. Попросить помощи - это подвергнуть опасности друзей, ведь наверняка Аль знала не хуже ее самой, что воздушная магия легка, порвать ее материю не составляет труда, а стихия этого не прощает. Пусть крылья раздробит, пусть сломает кости. Пусть боль будет невыносимой пыткой, коли такой ценой можно будет откупиться от "гласа Богов". Она сможет себя исцелить, собрать по частям, снова научиться летать. Взмолится - предаст.
И вправду поговаривали, что Такут коварен. Еще утром его воды мягко омывали тело, а сейчас его ярость стремилась разорвать на куски. Уткнувшись лбом в ветку, затянутую зеленым мягким мхом, Эль вновь устремила взор на друзей. Бэй, судя по мимике, что-то красноречиво говорил лоддроу, а в глазах его проблескивала тревога. Возможно сейчас Эль была как никогда близка к его мироощущению, и понимание этого не приносило ей какого-либо удовлетворения.
"Мне страшно..."
Дальнейшее развитие событий алла воспринимала скверно. Оставшись без опоры, чернокрылая начала заваливаться вперед,  и, казалось, что встреча "лицом к земле" была неминуемой, если бы не цепкий захват позади. Бледность, контрастирующая с окружающей их темнотой, выдавала лоддроу с головой. Стало горько. Это ж надо было выглядеть такой жалкой, что девушка, явственно чувствующая к ее персоне неприязнь, полезла вытаскивать ее. Подвергать себя опасности это..это...
Это же просто глупо...
- Больно, - шуршащим эхом самой себя просипела Эль, чувствуя, как взбунтовалось тело и огнем возгорелись царапины, синяки, ушибы и раны, - мне больно, больно. Мне очень больно.
"Зачем, Аль? Для нас обеих было бы лучше и проще оставаться по разные стороны баррикад"
В лицо ударил запах сырой земли. Шум стих, и чернокрылая на мгновение оглохла от наступившей звенящей тишины. Эль лежала на боку, предпочитая не шевелиться, стараясь дышать. Всклокоченные пряди волос падали на лицо, обнажали спину, цепляясь за поврежденную кожу.
И зачем все это... Но внутри себя чернокрылая была благодарна за свое вызволение. Жаль, что ничем помочь не могла.

+1

126

28 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Вечер-ночь.

Альвэри молчала. Бэйнар, не спуская с девушки пристального взгляда, сильнее нахмурился. На мгновение ему показалось, что она так и останется сидеть, удерживая купол над ними и игнорируя его слова. Да и сам мужчина понимал, что спасение жизни Эль может обернуться для всей компании более трагичным исходом. Но все эти здравые мысли и рассуждения были настолько скомканы в охваченном паникой сознании и погребены под толстым слоем эмоций, что лишь изредка проскакивали в голове, тщетно пытаясь отрезвить Эйнохэила. «Она не снимет его», - единственное и лишенное каких-либо красок умозаключение полоснуло по черепной коробке после того, как смерив мужчину холодным и отстраненным взором, лоддроу и вовсе отвернулась от него. В ответ на этот жест со стороны ледышки, который растолковал, естественно, по-своему, Бэй рыпнулся вперед, намереваясь все-таки подобраться поближе к Аль, но к его удивлению, был тут же сбит мощным порывом ветра, непонятно откуда взявшимся в стенах магического свода. Все случилось настолько неожиданно и быстро, что мужчина не успел даже схватиться рукой за тонкие ветки, дабы остаться на своем «насиженном месте». А будучи откинутым к стене воздушного купола, где расседал не менее встревоженный и ко всему прочему погруженный в меланхолию (так не подходящую ко всеобщей ситуации) Нерикс, и вовсе растерялся, неприятно стукнувшись головой об их «убежище» и пытаясь понять, что вообще с ним случилось. Не обращая внимания на то, что затылком умудрился поцеловать стену свода и на боль, отозвавшуюся не только ноющим и тянущим ощущением в груди, но и обжегшую израненную ладонь, Бэйнар уставился на вива, коего еще чуть-чуть и «поцеловал» бы вместо купола, влетев в мохнатую тушку. Хотя… если так подумать, то врезаться в мех кота было куда приятнее, чем в сотворенное ледышкой колдунство. Ах да, на раздумья подобного рода не оставалось времени! Тем более, что так и не уловив ничего конкретного, что можно было бы различить в переполненном ужасом и таки запоздалым осознанием их прискорбного положения ответном взоре Нера, мужчина перевел внимание на купол, сначала не понимая, что именно в том изменилось. Однако уже через считанные секунды до него дошел тот факт, что теперь же под малым сводом, удерживаемым чарами Альвэри, находились лишь они с мохнатым, подобно заключенному в клеть зверью. Тут же вскочив на ноги и силясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь туманное сплетение заклинания, Эйнохэил в прямом смысле этого слова припал к стенке удерживающего их купола, упираясь в него лбом, как баран в новенькие ворота. И честно говоря, лучше бы его вырубило, швырнув с ветви посильнее. Но, увы и ах… С замиранием сердца, прищуриваясь, как только мог, чтобы выцепить хоть что-то из сгустившейся в лесу тьме, и наверное благодаря уже не только урагану, но и времени суток, незаметно во всем этом безумии перешедшим в ночь, мужчина пытался рассмотреть хотя бы светлые, некогда белоснежные одежды лоддроу. За все прочее, включая чернокрылую алла и возможные преграды, помехи и тому прочему, говорить вообще не приходилось. Детали, как мелкие, так и весьма крупные терялись на фоне творившегося хаоса, словно бы смешиваясь друг с другом и расплываясь мрачным необъятным пятном, утекающим куда-то вдаль меж стволами вековых деревьев, что еще умудрялись выстаивать под напорами ледяного и мощного ветра. Боги… Нет, он ожидал от нее совсем не этого, прося не оставлять Эль без защиты над головой… Тейар побери, совершенно не этого!! «Ты могла просто сделать его больше!», - зло произнес про себя Бэй. Могла, но вместо этого почему-то решила поступить не менее необдуманно, чем он сам, своими словами вынуждая пойти на меры, которые сейчас и лицезрел.
Последние мысли, что до сей минуты еще могли угнездиться в рассудке, кинулись в рассыпную, оставляя лишь пустоту, тяжелую и давящую не только на виски, но и на плечи. Выхватив наконец-то бегающим от одного предмета к другому взором светлое платье Альвэри, что почти рвал на лоскутья неистовой силы ветер, мужчина замер. Он не понимал действий девушки, кажется пытающейся выволочь свалившуюся без сил Эль на поляну, поближе к ним, и от того только больше начинал нервничать. Они шли или же то было обманом зрения? Скорее ледышка тащила на себе алла, но куда там было разобрать?! Да еще и листья, что летели вперемешку с ветками, опасно закручивающимися в воздухе, мешали и так узкому кругозору. Рывок Аль, и темнота перед глазами. Снова ожидание того, когда же он увидит, хоть что-нибудь в проклятой мгле, затянувшей абсолютно все. И увидит ли вообще?.. Складывалось впечатление, будто бы девушка и вовсе не двигалась, копошась на одном и том же месте в жалкой попытке сделать пару-тройку шагов. Бэйнар тяжело сглотнул, чувствуя, как к горлу подступил ком. Он более не видел ничего, даже отдаленно напоминающего живое существо, и наткнулся на ледышку, лишь потупив взгляд. «Упала?!». Осознание произошедшего мигом кольнуло в голове, словно бы разрядом тока проходясь по каждому нерву в теле. Внутри как будто бы что-то оборвалось, а шестое чувство, именуемое интуицией и вдруг проснувшееся било тревогу как никогда раньше, твердя, что свалилась Аль отнюдь не споткнувшись о торчащий из земли корень. Не беря в расчет то, что при всем своем желании он, наверное, не смог бы проломить стену выстроенного лоддроу купола и то, что меж ними с Нериксом и девушками по-прежнему была яма, которая грозилась стать еще шире из-за рыхлой почвы, Эйнохэил начал отчаянно биться о свод, со всей силы налетая на стену плечом. Все, чего так хотел сейчас мужчина это выбраться из своеобразной клетки, которая по иронии судьбы являлась его защитой. И была ли то его заслуга, или же сама Альвэри рассеяла чары, но удерживающий, по крайней мере, Бэя купол спал, мгновенно рассеиваясь и бесследно исчезая. Рухнув на землю буквально в паре сантиметров от края ямы, мужчина перекатился на спину, прижав израненную руку, на которую и упал, к груди.
- А-а-а-а, су-у-ка!!! – Сдавленно прошипел Бэйнар, стараясь пересилить острую боль, пронзившую ладонь тысячью иглами.
Сцепив зубы и поджав губы, он вытащил самые крупные шипы, что только мог ухватить, и тут же вскочив на ноги, кинулся к ветви, еще чудом державшейся подобно мосту над ямой. Подумать о том, что ветка, пусть и массивная, а все же могла и не выдержать веса взрослого мужчины, который уже попрыгал на ней до этого, было как-то некогда. Да и чего там вес? Даже сучки, коих насчитывалось неимоверное множество, и то не представляли собой особой преграды для Эйнохэила, вскочившего на «мост» и удумавшего быстренько пробежаться по нему. А ведь зря. Естественно, что первая же корявая ветка подцепила полы плаща, дернув несостоявшегося эквилибриста обратно и заставив потерять равновесие. Покачнувшись, мужчина понял, что падает, не успев даже выставить руки в стороны, чтобы хоть как-то попытаться вернуть себе утерянный баланс. Но к счастью, та же ветвь, что послужила стоп-краном, оказалась и спасительной, не дав Бэю окончательно сорваться вниз. Повиснув на ветке и уцепившись правой  рукой за ствол «моста», мужчина тут же начал пытаться взобраться обратно. И то его действия были продиктованы больше чувством самосохранения, нежели осознанными мыслями в этой потребовательности. Дальше свой тернистый путь он проделал уже не аки заправский циркач, а более аккуратно, двигаясь медленно и пытаясь не опираться на больную руку. Сколько времени у него заняло сие занятие, было неизвестно. Он не обращал ровно никакого внимания ни на течение минут, кажущихся мучительно долгими, ни на возгласы Нера позади, если те вообще раздавались.
Оказавшись на другой стороне ямы, Эйнохэил ринулся к Аль, около которой лежала Эллюмиель. Состояние обеих девушек никак нельзя было назвать нормальным. Да и чего браться за состояние, когда честно признаться, мужчина не был уверен в том, что дышала ли алла, и оставались ли силы у лоддроу на поддержку вновь возведенного над всеми ними магического купола или же нет? Подбежав к ледышке, пытающейся удержать собственные чары, Бэйнар рухнул перед ней на колени, забегав взором по ее лицу. Но вскоре его внимание пало на руку девушки, которой она держалась за бок. В потемках моментально разглядеть всего не удавалось, однако и темное пятно на относительно белой ткани платья не заметить было сложно. Если до сей минуты мужчина и дышал, то теперь же мог поручиться за то, что забыл, как это делается. Воздух так и застрял в легких, уже через доли секунд заставляя сердце, что вырывалось из груди, забиться медленнее, а его удары настолько отчетливо донося до слуха, что это было единственным, что он только мог разобрать из всех звуков. Тревогу, не покидающую Бэя ни на мгновение, сменил ничем не прикрытый страх, прокатившийся холодным ознобом по всему телу и вырвавший последний сделанный вдох. «Не может, нет…». Но мысли, служащие успокоением, лишь им и оставались. Вместе с ними мужчина прекрасно понимал, что растекшаяся по платью «клякса» была отнюдь не налипшей грязью или болотной тиной. Протянув руку, дрожь в которой и скрыть не пытался, он коснулся ткани, пропитанной ничем иным, как кровью. Только теперь, когда глаза более-менее привыкли к мраку, удавалось убедиться не только в этом, но и разглядеть торчащую из бока девушки ветку. Отчаяние вперемешку со сковавшей сердце болью, открытыми эмоциями легло на лицо, а незнание, как повести себя и что следовало бы делать, чтобы девушка не истекла кровью от полученной раны, только ухудшало ситуацию, вновь кидая мужчину в цепкие сети паники. Бэйнар не мог позволить себе потерять ту, которая стала для него всем. Ту единственную, которую за всю свою жизнь он подпустил к себе настолько близко и ради которой был готов откидывать в самые темные закоулки собственные страхи и подавлять в себе фобии. Ту, которую любил.
Судорожно соображая, что же он мог сделать, Эйнохэил взглянул на Эль, замечая, что та все же дышала, тяжело и прерывисто. Но прибегнуть к ее помощи означало потерять саму алла. Вместе с тем до сознания медленно доползала и та мысль, что продолжая удерживать купол, ледышка истрачивала последние силы, в любую минуту грозясь рухнуть на землю без сознания. Беря себя в руки и вырывая сознание из окутавшей его  паники, страха за жизнь девушки и оцепенения, Бэй наконец-то шевельнулся. Он ухватил Альвэри за подбородок, поднимая ее голову и заставляя посмотреть на себя.
- Убери купол, Аль!! Убери этот ё**ный купол!!! – В словах, кинутых лоддроу, отчетливо слышалось все то, что переживал внутри себя мужчина. А вместе с тем, выраженная в ругани, проскальзывала и злоба на самого себя.
Для того чтобы перебить и так почти призрачную концентрацию ледышки Бэйнар несильно, но и весьма ощутимо встряхнул ее за плечо, в следующее же мгновение подавшись вперед и заключая девушку в объятия. Но понимание того, что насколько бы крепки они не были, а он все равно мог потерять ее, не отступало ни на шаг, заполняя душу и разум пустотой, в которой терялось даже отчаяние, от которого продолжало спирать дыхание. Уткнувшись носом в перепутанные меж собой светлые пряди и приобняв Аль за шею, уводя руку в густую копну волос, мужчина крепче прижал ее к себе, понизив голос до шепота:
- Прошу тебя, Аль, - сменив гамму раздирающих его на части эмоций, успокаивающе протянул Эйнохэил, искренне надеясь на то, что ледышка внемлет его словам, откинув в сторону свое упрямство и желание защитить их всех ценой собственной жизни.
Снова обратив внимание на Эль, он скользнул по девушке беглым взором, про себя отмечая, что видимых и серьезных повреждений на ней не было. И то непременно радовало бы в сто крат больше, если бы все не было бы настолько печально. «Если хоть кто-нибудь из них…». Нет, распрощайся бы с жизнью хоть кто-то из компании здесь и сейчас, он бы никогда не смог простить себе этого… Задержавшись на алла чуть дольше, Бэйнар перевел взор на стихию за пределами купола, и к его удивлению, если бы он еще смог его выразить, ураган стремительно сходил на нет.
Что же касалось Нерикса, то сидел ли он на пятой точке ровно или же последовал за другом, а его тоже ждал сюрприз. Как и ожидалось, рыхлая земля, разворошенная упавшей ветвью, начала проседать, комьями скатываясь в яму и грозясь опрокинуть туда вива, только недавно выбравшегося из ее плена…

офф

Мохнатый, в след. раз пропуска будет дайс, задумайся хD

Отредактировано Бэй (2014-04-24 02:53:18)

+1

127

Невероятными усилиями, не без "помощи" той же раны, лоддроу смогла отбросить столь неуместные эмоции и чувства, что и привели к сему плачевному результату. Сейчас, уйдя в себя и слушая лишь пульсирующий "цветок" неприятного озноба, распустившийся в ее теле и холодными пальцами ласкающий её бок, поясницу и живот, девушка могла с легкостью сказать, где совершила первый неверный шаг, но толку теперь от очередного самоедства не было. Да и желания особого в себе копаться тоже. Ей вообще ничего не хотелось...разве что спать. О да, сейчас, как никогда прежде, хотелось прилечь и уснуть. Забыть все случившееся, как страшный сон и предаться грезам. И этот холод...Она никогда не испытывала холод, но сейчас он обручем сковывал тело, заставляя его мелко дрожать. Как банально, - лениво проскользнула в помутненном сознании мысль и сразу же исчезла, не оставляя и следа. Лоддроу продолжала сидеть с полуприкрытыми веками, поддерживая купол и чувствуя, как он все больше "опирается" на ее собственные силы. Значит ураган затихал, однако девушка не стала оглядываться да осматриваться, убеждаясь в этом. Ей просто не хотелось этого делать, ибо появилось ощущение, что на сие уйдет слишком много сил, а они ей сейчас были жизненно необходимы. Казалось, что она так и задремала с танцующими символами заклинания в одной ладони, вторую же прижав к пострадавшему боку.
Альвэри не заметила, когда и как возле нее появился Бэйнар. Она не отреагировала ни на его возню рядом, ни на шорохи и дыхание, что вырывалось из груди фактически у нее под носом, продолжая меланхолично "медитировать". Казалось, что раздайся под куполом гром небесный и тресни по пятке молния, результат был бы тот же. Разве, что вместо молчаливого и сосредоточенного изваяния, осталась бы кучка пепла, ну или лужица на худой конец. Впрочем, на силы божественного проведения Бэй не стал надеяться. Его жест ворвался в ее оцепеневшее сознание не меньшим вихрем, нежели круживший за куполом минутами ранее ураган, заставляя шевельнуться рассудку и хотя бы частично вернуться в сей бренный мир. Альвэри приоткрыла глаза, лицезрев перед собой размытое пятно и нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. Теплые пальцы контрастно жгли кожу подбородка, когда само тело продолжало дрожать в холодном ознобе. Слова, брошенные знакомым голосом, долетали словно из пещеры. Она слышала их тональность, насыщенность эмоциями, но не могла понять смысл фраз, которые прокричал Бэйнар. Да, то, что это он не могло быть ошибкой. Внутри что-то слабо колыхнулось от этой мысли, будто пытаясь поднять голову, но...она так устала. Может потом расспросит, что он от нее хотел, не сейчас...Однако, Бэй, видимо, был иного мнения на сей счет, упрямо пытаясь заставить себя слышать, видеть, чувствовать.  Ей захотелось отстраниться, ведь он, несмотря на ее общее состояние, смог достучаться до придушенных ранее чувств и эмоций, что лишь мешали. Бэй, пожалуйста, - мысленно протянула лоддроу, будто на мгновение вырвавшись из сна. Но мужчина и не думал бросать свои попытки. Заключенная в крепкие объятия, лоддроу впервые за последние, медленно тянувшиеся минуты, почувствовала, как гулко забилось сердце, принявшись гонять кровь по венам. Будто в ответ на сие, ощутимо заныла рана, заставляя судорожно выдохнуть и прижаться к теплому телу мужчины, словно в поиске укрытия от всего. В то же время, краем сознания, Фенрил старалась удержать магическую связь с куполом, упрямо стиснув зубы. Поведение Бэя продолжало вырывать ее из плена собственной сосредоточенности, возвращая в реальность. Желание плюнуть на все и затеряться в его крепких объятиях, словно наваждение, накрыло девушку, которая из последних сил боролась сама с собой, наряду как и с ранением да со стихией за территорией барьера.
- Прошу тебя, Аль, - мягкий тон, словно бальзам на душу, коснулся истощенного внутренней и внешней борьбой сознания, заставляя все больше возвращаться к реальности.
Глубоко выдохнув и, наконец, отреагировав на присутствие мужчины рядом, девушка снова прикрыла глаза, приобняв его за спину окровавленной ладонью. Она не ведала о чем просил Бэй, продолжая поддерживать купол, но вновь и вновь подмечала насколько увеличился расход ее собственных сил в сей час. Неистовствующая сила ветра явно стала покидать эти места, оставляя после себя разрушения да продолжающую хмуриться погоду, но она уже не могла причинить им столь ощутимого вреда. Но стоит ли рисковать? Лоддроу не могла увидеть наверняка успокоилась ли стихия, не только благодаря сгущающимся сумеркам, но и из-за всей расплывчатости картины перед глазами. Стоило ли? В ответ на подобные мысли тело снова сковал приступ боли, напоминая о ее состоянии. С таким успехом и растратами она долго не выдержит, так что минутой ранее, минутой позднее...Голубоватые символы на распростертой ладони замигали и исчезли, следом, будто по немому приказу, вздрогнул и начал исчезать купол. Его призрачные стены подхватывал уже относительно легкий, хоть и ледяной ветер,  и уносил прочь от компании. Впрочем, ей не было дела до этого. Не рвет, не бросается всем, что на пути попадается, уже хорошо. Она смогла дождаться сего момента, теперь можно и отдохнуть. Как же тейаровски хотелось спать. Даже этот сковывающий холод не мешал слабости распространяться по телу и заставлять закрывать веки. Однако, новый укол саднящей боли вырвал ее из полудремы, в которую лоддроу начала проваливаться, оседая в объятиях Бэйнара. Альвэри вздрогнула, интуитивно прильнув к мужчине и приоткрывая глаза. Мгновенно полу прояснившееся сознание напомнило о ее плачевном состоянии и, стараясь снова не погрузится в сладкую полудрему, лоддроу попыталась трезво подойти к животрепещущему вопросу. Опираясь на плечо Бэя, она чуть отстранилась. Дышать было тяжело, голова казалось налилась стальной тяжестью и едва держалась на тонкой шее, в глазах плыло и прыгали цветные круги. Было бы забавно, если бы не так печально. Не расшаркиваясь на объяснения, что могли отобрать оставшиеся силы, Альвэри начала медленно плести заклинание. На ладони задрожали синеватые символы и в следующее мгновение девушка прикоснулась ею к почве рядом с собой. Она сосредоточенно старалась контролировать чародейство, дабы не зацепить алла и Бэйнара. Вскоре почва подле покрылась коркой льда со снегом около двух метров в длину и полуметра в ширину. Эдакий импровизированный ледяной плед, бледным пятном врезавшийся в полумрак позднего вечера. Свершив сие, Альвэри снова прильнула к Бэю, пытаясь отдышаться. Пытаться сохранить остатки тех сил, что остались оказалось более сложной задачей, чем она думала.
-  Оторви от собранного на поясе подола платья...- осипшим голосом, сбиваясь, заговорила Аль. - Длинный лоскут...Платье испортилось, какая досада...Нужно вытащить ветку, попробовать снегом смыть максимум грязи и кровь, очистить...вслепую...тяжел, да... Перевязать потуже...Положи на лед...Спать охота, такая глупость, - она затихла, прикрыв глаза и пытаясь сохранить остатки сознания. - Моя сумка где-то здесь...там зелье...как в Мандране, помнишь? Устала...
Альвэри замолчала. В голове шумело, мысли вообще отсутствовали, как и любые желания, кроме одного - хотелось уснуть. Чувства все притупились, хотя она и продолжала цепляться за Бэя, словно боялась его отпустить и черпала от него крохи сил. Саднящая боль отдавалась глухостью, продолжало знобить, захотелось улыбнуться. Похоже, она бредит. Глупости какие...

Отредактировано Альвэри (2014-04-24 18:43:36)

+1

128

В голове шумело. По всей видимости, это были последствия падения. Вообще, коту казалось, что сейчас он снова отключится. Лишь эмоции не давали снова окунуться в бессознательное овощное состояние.
Нерикс опустил голову и стал бессмысленно копаться в складках своих брюк. Левое ухо Нерикса дернулось в сторону друга, когда тот заговорил с ним. Теперь его слова воспринимались немного по-другому, хоть и было не привычно, плюс оставались малоприятные отголоски того, что Нериксу он сразу все не сказал (по его, нериксову, мнению). Ну что ж... Если потом объяснит, да еще и всем, то ладно. Все хорошо. - "Всем?" - Второе ухо тоже обратилось к Бэйнару. Кот поднял голову, скользнув взором и по Альвэри, - "Значит, она тоже только узнала об этом умении Бэйчика?" - Кот выдавил из себя улыбку-оскал, не забыв и глазами дать подсказку, что он улыбается, а не скалится, аки чудище болотное. К слову, сейчас он очень был похож на это самое болотное чудище. Мокрый, как кисонька, грязный, как свинья и травяной, как... Да хрен знает, как закамуфлированный разведчик. - Ладно... - Пробормотал вивариин.
Тут и ответ на вопрос про Эллюмиель сам нарисовался. Похоже, что девушка была рядом, и ей требовалась срочная помощь. Кот уже был готов помогать, хоть еще и немножко был в ступоре от случившегося. Все разом... Плохое, хорошее... Бэй прилетел к нему еще... Вот так приключения сегодня! Без полетов никак.
Вокруг был такой хаос, что Нерикс не мог понять, где кто находится, кто чем занят и что случилось. Крики, вопли, хаотичное перемещение друзей. Нерикс встал и мотнулся куда-то в сторону Альвэри, желая помочь ей. Потом в сторону Бэя, матерящегося, словно сын сапожника. Обрятно к Альвэри. Земля уходила из-под ног, а ноги не слушались. Вивариин снова рухнул на землю, чудом не угодив в яму. Или угодив? Похоже, что через несколько секунд тушка котяры снова скатится в ловушку, а его придется вытаскивать, - Ау... - Протянул кот из последних сил и вырубился.

+2

129

Сердце толчками гнало кровь по телу, и алла слышала в наступившей тишине ее шум. Земля холодная. Казалось, что весна так и не доберется сюда, в густую чащу леса, чтобы лучами изобильного солнца согреть ее.
Холодно. Тело пробила мелкая дрожь, но от холода ли, или обнаружившего себя страха, чернокрылой было неведомо. Сейчас, когда все было позади, нервы, и без того расшатанные, давали о себе знать. Хотелось плакать. Дико. До исступления, до потери сознания, хотелось власть нарыдаться, дать себе волю, погрязнув в себялюбии и жалости к себе, к своему телу. Психическое напряжение было настолько ею ощутимым, что все ранее возникавшие мысли в доли секунды превращались в ничто. В фикцию. В пустой звук, оставляя в надломленном теле только примитивные желания. Смеяться, рыдать и не ведать, что творит на самом деле.
Тихо. Буря бушевала снаружи, донося лишь шорох и гул, глухой и низкий. Будто сетуя на что-то, ураган все еще пытался добраться до потрепанной компании. Оценить же масштабы последствий внезапной перемены погоды алла не представлялось возможным. Какое тут..."оценить", когда саму себя почувствовать не до конца получается. Девушка медленно моргнула, утыкаясь взглядом в правое крыло. Иссиня-черные перья вздыбились, растрепались; плечо крыла упиралось в стену купола, на нем не хватало несколько перьев, да и сам хрупкий сустав несколько кровоточил. Странно, а ведь не почувствовала даже...
Дрожь снова сотрясла тело, болезненно сжавшись в груди. Сам факт, что сама она лежит на земле, был уже утешительным. Значит левое крыло, чудом не оказавшееся под ней, теоретически может быть в порядке. Попытавшись подтянуть крыло к себе поближе, Элли сморщилась от боли, пронзившей ее там, где крыло соединялось с телом. Отдышавшись, девушка попробовала повторить, на этот раз более удачно. Перья скреблись о землю, цепляясь за сучки и ветки, но сейчас важнее всего было осознание, что сустав не выбит, ведь в противном случае это гарантировало бы тоскливый взгляд в облака на всю оставшуюся жизнь.
Кровь пульсировала, раздирая ссадины огненной болью, расходившейся по всему телу. Магического резерва не оставалось даже на то, чтобы снять болевой синдром, переждать ночь, чтобы с утра потихоньку начать залечивать себя и других, насколько хватит сил. Но нет. Она была пуста, без единой крохи магии, без самой слабой искры. Как никогда прежде Эль поколебалась внутри себя. Сама. Жизнь - штука сложная и непредсказуемая. В какие уголки она тебя не кинет, где ты будешь на коне, в один прекрасный день случайное обстоятельство заставит тебя усомниться в себе. На ее счету немало спасенных жизней, вылеченных тел и услышанных впервые криков детей, но сейчас, в данную минуту, если случится что-то, она никому не сможет помочь.
"Нужно быть менее строгой к себе. Хотя бы раз", - маленькая сероглазая девочка, совесть, осознание себя, что всегда давала дельные советы, жившая внутри нее, вновь осталась неуслышанной.
Строгость к себе, непоколебимость в решениях, самостоятельность в принятии этих решений и упрямый взгляд на мир сделали ее такой, какая она есть. Но осознание того, что сейчас ты бесполезна, отравляет разум не хуже яда, надламывая внутренний стержень, кажущийся прочным.
Парадокс.
- Убери купол, Аль!! Убери этот ё**ный купол!!!
Холодная волна озноба прошила тело, каждый нерв, но он никак не был связан с холодом. Было в этом крике что-то, что взбаламучивало нутро, разворачивало мысли, превращая их в растревоженный рой. Страх. Чистый и концентрированный, охватывающий, всеобъемлющий.
Пожирающий заживо и не оставляющий после себя ничего.
Внутри алла все похолодело от внезапного приступа паники. Бэй, будучи натурой вовсе неразговорчивой, стал бы реагировать так только в критической ситуации. Сердце застучало с удвоенной силой, так, что чернокрылая чувствовала его биение всем телом. Словно птица, загнанная в клетку, как зверь, забившийся в угол - именно так интуиция нашептывала чернокрылой всю истинную суть вещей. Вещей страшных, промедление в которых может стоить бесценного. И самого дорогого.
"Лишь бы обмануло. Только бы ошиблась", - судорожно продолжала говорить про себя алла, снова и снова повторяя слова, словно мантру.
Изо рта вырвалось облачко пара, и чернокрылая ощутила на коже прикосновение холода. Медленно разлепив глаза, девушка сощурилась от ударившей в них белизны снега, жемчужным покрывалом укрывшим землю вокруг друзей.
- Оторви от собранного на поясе подола платья... Длинный лоскут...Платье испортилось, какая досада...Нужно вытащить ветку, попробовать снегом смыть максимум грязи и кровь, очистить...
Лишенный надменной холодности и осипший голос Альвэри не оставлял более сомнений. Лоддроу находилась в большой беде, а она сама... К горлу подступил ком, ладони разом вспотели, а внутри будто заворочалось что-то. Беспомощна. Абсолютно беспомощна именно сейчас, когда от нее реально могла бы быть польза.
"Выход всегда есть"
Но алла его отчаянно не находила.
- Перевязать потуже...Положи на лед...Спать охота, такая глупость...
Выход... Способ. Должен быть способ выйти из этой ситуации. В попытках освободиться от застивших глаза слез отчаяния, Эль, как могла, посмотрела в на секунду прояснившееся небо. Усыпанный миллионами светящихся точек на бархатном черном полотне неба был безмятежен, недосягаем в своей красоте. Звезды лили свет не зажженых еще жизней, взирающих на творения живущих.
"Выход есть всегда", - проговорила про себя Эллюмиель в который раз, вспоминая о том, что магия не всегда этот выход. Есть у нее источник, куда более мощный.
И она запела. Чуть слышно, едва шевеля губами. Напев, медленный, игристый, переливался голосом чернокрылой, заглянувшей глубоко в себя и нашедшей ответ. В воздухе заплясали блики, маленькие, не больше пылинки в луче солнца. Блики опускались на землю, словно снег в безветренный день, ложились на плечи друзей и таяли, на миг блеснув искрой. Самое большее их скопление находилось у Альвэри. Блики касались ее волос, ресниц, кожи, оседая и тут же тая, свечением обретаясь там, где находилась рана, заставляя ее затягиваться.
А Эль все пела, закрыв глаза. Представляя себе свет солнца, вспоминая все то, что могло их всех связывать. Тепло воспоминаний, мгновения, сплотившие их и уверенность в собственных силах помогли открыть в себе силы делиться собой, своим внутренним светом, коего хватит на всех.
Даже несмотря на то, что этот свет не бесконечен, и теперь угаснет немного раньше, чем должен был это сделать.
Исцеляющие блики лечили всех, кого касались, кроме своей же хозяйки, добровольно принесшей себя в жертву сложившимся обстоятельствам. Да и стоило ли волноваться? Завтра будет новый день, в котором и стоило подумать о себе. Но это будет только завтра.
Закончив песню, побледневшая алла выдохнула, чувствуя небольшую слабость. Но теперь слабость эта была блаженной. Ведь поступок доказал, что она все-таки смогла помочь, даже если ее об этом не просили.

Отредактировано Эллюмиель (2014-04-27 20:25:57)

+2

130

Бэй не понимал всех последовавших за его словами действий лоддроу, но позволил ей отстраниться, внимательно, и почти не моргая, наблюдая за тем, что творила Аль. В голове путались мысли, забегая одна на другую и сбивая с логической цепочки, что только начинала выстраиваться в сознании. Что она делала? Зачем она делала? И главное, как стоило бы поступить ему самому? «А вдруг она бредит?», - словно гром среди ясного неба своего рода озарение ударило в черепную коробку, заставляя мужчину содрогнуться всем телом от одного лишь осознания того, что его догадки были отнюдь не беспочвенны. «Снег?», - застывший в обеспокоенном рассудке вопрос наводил только больше смуты и в без того неспокойной душе. Медленно переводя взор, в котором ни на секунду не утихала тревога, чуть ли не физически ощущаемая, с белоснежного и кажущегося не бывало пушистым наста на девушку и обратно, Эйнохэил как мог старался не поддаваться охватившей его паники такой колоссальной силы, что поклянись бы он будто и с роду подобного не испытывал – то не соврал бы ни на пол слова. Ведь переживать не за собственную шкуру, а за жизнь тех, кто был ему дорог, оказалось в разы тяжелее... или же губительнее. Назовите это как угодно, а для мужчины любой из предложенных  эпитетов как нельзя лучше подходил под испытываемые им эмоции, кои были настолько сильны, что буквально съедали изнутри, не оставляя взамен ничего, кроме гнетущей серости. Ушедший в свои раздумья, все еще пытаясь сообразить, что к чему и почему все именно так, как есть, Бэйнар не заметил, как закончившая со снежным настилом ледышка снова прильнула к нему, ища в объятиях, теперь же отнюдь не крепких, а скорее осторожных, защиту. На смену всех переживаний, что чуть ли не выплескивались через край, пришла растерянность и своеобразная разбитость. Он мягко приобнял Альвэри, вдруг отвернувшись и теперь же стараясь скрыть накатившее отчаяние, что крыло с головой. Но слова девушки, прозвучавшие дрогнувшим, осипшим голосом моментально приковали внимание мужчины обратно к лоддроу. Бэй не сразу разобрал сути всего того, чего пыталась донести не него ледышка, делающая паузы после каждого короткого предложения и медленно хватающая ртом воздух, который, казалось бы, отказывался попадать в легкие, наполняя ее вздох тяжестью и замедляя дыхание в общем. Секунды, минуты… Время утекало, как вода сквозь пальцы, оставляя при себе лишь теплящиеся во что-то лучшее надежды, что все более начинали походить на призрачные.
Оторви от собранного на поясе подола платья... Длинный лоскут...Платье испортилось, какая досада...Нужно вытащить ветку, попробовать снегом смыть максимум грязи и кровь, очистить...вслепую...тяжел, да...
Девушка говорила сбито, растягивая слова так, будто бы засыпала… Стоп, она и засыпала! Медленно оседая в объятиях и начиная бормотать себе под нос. Ее заносило, а обрывистые фразы являлись предвестниками весьма и весьма плачевного состояния девушки, которое стремительно шло на убыль. В конец потерявшись, мужчина собственноручно  отстранил от себя из последних сил цепляющуюся за него Альвэри, и уставился ей в глаза, пытаясь отыскать в потемневших озерах хотя бы каплю здравомыслия. Но все, что удалось рассмотреть, это подернутый какой-то мутной дымкой взор, с коим ответно воззрилась на него лоддроу, стараясь удержаться на грани реалий и зыбкого мира снов, что грозился уволочь ее в свои сети навсегда. Понимая, что его промедление стоило слишком дорого, взымая непомерно высокую плату с Аль, Эйнохэил принялся вспоминать все то, что услышал от ледышки буквально минутой ранее. Но... так и не успел переложить на действия буквально ничего, услышав тихое пение. Настолько неожиданное и кажущееся нереальным во всей ситуации, что оно заставляло поверить, будто бы мелодия, льющаяся тихим мелодичным голосом, была плодом уже собственного бреда. Однако, повернув голову в сторону Эль, мужчина лишь убедился, что до последнего оставался в здравом рассудке. И, наверное, он был таким единственным среди всей четверки. Вопрос, что кольнул в голове, тут же нашел ответ, лишь Бэй лицезрел начавшие парить в воздухе блики, что, падая, мягко ложились и на него, и на Альвэри, и на саму алла. «Она с ума сошла?!». Гневно воззрившись на девушку, прорычал про себя мужчина, чувствуя, как от «целебного» пения и, как следствия его, кружащей вокруг них мерцающей пыли, начала уходить боль из израненной ладони, в которой, к слову, все еще оставались не выдернутые шипы от кустарника. Осознав, что точно такие же последствия ожидают и лоддроу, Эйнохэил, не раздумывая более не минуты, крепко прижал к себе девушку, понимая, что в следующие секунды ей придется более чем просто не сладко. Его уже ни капли не смущал тот факт, что его действия были непозволительно грубыми и ох какими болезненными для Аль! Да, он не осторожничал, понимая, что не сделай задуманного, то она обречена будет всю оставшуюся жизнь прожить с торчащей из бока палкой. Резко выдернув вонзившуюся в тело ветку и силясь проигнорировать вскрик лоддроу, все же резанувший по ушам, как ты не отгораживайся от этого, Бэйнар поспешил уложить вцепившуюся в него девушку на созданное ею же снежное ложе, пестрящее своей белоснежностью на общем мрачном фоне. Он и не думал позаботиться о себе, поспешно скинув с плеч каким-то чудом оставшуюся на нем сумку и отыскивая в ней вторую рубаху, которая была куда чище перепачканного платья. Мужчина скомкал вещь, прикладывая ее к кровоточащей, но начавшей затягиваться, ране. Тянуться за пузырьком с зельем, способным облегчить состояние, теперь же не было смысла. Все, что оставалось делать Бэю - это ждать, уповая на то, что остатка сил Эллюмиель хватит, чтобы вытащить ледышку из лап смерти. Кстати о силах, прислушиваясь к каждому дуновению ветра и шороху, он больше не слышал тихого пения алла. На мгновение склонившись над лоддроу и беря ее руку, которую положил на ткань прикрывающей рану рубахи, Эйнохэил убрал свою. Он убедился в том, что девушка, пусть слабо, но все-таки держала себя за бок, и скинул с себя плащ, поднимаясь на ноги и подходя к Эль, рядом с которой присел. В его взоре, направленном на алла не было ни осуждения, ни злости за ее поступок, продиктованный не меньшим отчаянием и желанием помочь. Он укрыл ее, успокаивающе и вместе с тем вымученно улыбнувшись. Бэй так же помог Миэль поудобнее к себе расположить огромные крылья, только после этого устремляя свой взор туда, где оставался до сего момента вив.
А тот неподвижно валялся около края ямы, не опасаясь снова оказаться на ее дне, кое запросто могло стать его гробом. Еще раз убедившись, что с алла было все в относительном порядке, и убрав напавшие ее лицо темные пряди волос, мужчина тяжело вздохнул, в который раз поднимаясь на ноги и заспешив к другу, который оказался без сознания. Когда успело вырубить мохнатого Бэйнар так и не смог упомнить, хотя сейчас стоило не в воспоминаниях капаться, а помогать вивариину прийти в себя. Но с этим мужчина не спешил, лишь взвалив тушу товарища себе на плечи и потащив поближе ко всем остальным. Ноги подкашивались, наливаясь свинцовой тяжестью. Каждый шаг давался с неимоверным трудом, а не пришедшее в норму дыхание сбивалось в конец. Чувствуя, что больше идти был не в силах, Эйнохэил остановился в пару метрах от Альвэри, укладывая хвостатого на твердую почву, что не грозила осыпаться куда-то вниз под весом кота, и заваливаясь рядом. Все, что он помнил последним, так это мысль, проскочившую в угасающем от внезапно накатившей дремоты сознании. «Надо вытащить шипы пока что это еще возможно». Бэй попытался отмахнуться от сонливого состояния, которого не замечал до сего момента, полностью отдаваясь эмоциям и переживаниям. Но сил, как физических, так и моральных не хватило даже на то, чтобы поднять руку и попытаться избавиться от застрявших под кожей заноз.

Остальным раздам в след. посте z)

1- нет
2 - да
[dice=1936-1:2:0:Вырубилась ли Эль?]

+2

131

Силы уверенно покидали измученное тело, чему Альвэри уже совершенно не сопротивлялась. Навязчивая идея о сне заполнила не только разум, но и всю ее сущность изнутри, делая абсолютно равнодушной ко всему, что происходило вокруг. Время тянулось неумолимо медленно, даже раздражая где-то глубоко внутри, но даже на сие лоддроу никак не реагировала. Словно тряпичная кукла, полностью положившись на кукловода, она едва осознавала, что рядом находится кто-то и этот кто-то что-то пытается делать. Но что? Сознание пыталось найти ответ, но не находило. Даже боль из-за раны как-то отошла на второй план, словно неприятное недоразумение, напоминая о себе лишь судорожными спазмами, расходившимися по телу. Впору сказать, что она уж и не помнила о ранении... Рассудок вовсю уже погружался в сладостные объятия беспамятства, более не желая напрягать лишенное сил тело.
Внезапно до слуха долетело едва различимое пение. Альвэри чуть нахмурилась, словно выражая недовольство вмешательством в ее умиротворение. Она не могла расслышать слов из-за стоявшего в ушах перезвона и шума в голове, да и не стремилась. Может это всего лишь плод ее ослабевшего рассудка, решившего напоследок блеснуть воображением? Все могло быть в том состоянии, в котором она сейчас пребывала. Поэтому даже к внезапному пению лоддроу отнеслась равнодушно, едва ли не списав его на свой лихорадочный бред, что могло за собой повлечь ранение. Даже какое-то подозрительное мигание, что нет-нет, да сверкнет перед глазами девушки, не вызвало должного эффекта. Мало ли, очередной обман зрения. Круги разноцветные она уже видела, а тут светлячки замелькали. Прямо как у Айнэ...- промелькнула внезапная мысль. Альвэри чуть улыбнулась, зацепившись воспоминаниями о целительнице. Вот кого ей сейчас не хватало возле себя, несмотря на то, что фиаллэ ее чаще раздражала своим поведением, нежели радовала. Из вороха внезапных воспоминаний, что продолжали убаюкивать лоддроу, ее вырвало движение Бэя, который вдруг слишком крепко прижал ее к себе, заставляя почувствовать боль от "гулянья" постороннего предмета в ране. Девушка судорожно выдохнула. В помутневшем сознании словно появилась брешь для здравого рассудка, на какое-то время вернув ее к реальности. Пусть и хрупкий, зыбкий момент трезвости ума, но все же... Альвэри хотела было что-то сказать, но невысказанное замерло на губах в тот момент, когда тело буквально парализовало от резкой боли, вызванной извлечением ветки из раны.  Она не смогла сдержать крик, что вырвался как следствие столь грубого обхождения, однако именно подобное делало извлечение менее травматичным, нежели нежное выкручивание. Да и сие еще больше выдернуло девушку из полудремы, в которую упорно проваливался рассудок.
Тем не менее, боль потихоньку отступала, оставляя после себя саднящее чувство, перекатывающееся волнами по спине и чуть более пульсирующее на месте раны. Альвэри, пытаясь отдышаться от пережитого, безропотно позволила себя уложить на ледяной настил, соприкосновение с которым дарило столь необходимую прохладу, что, казалось, все больше притупляло боль. Под спиной растеклось тепло, но уже через минуту его и след простыл. Видимо, кровь, - проскользнула туманная, безразличная мысль. Впрочем, сие не было удивительно после того, как из тела была извлечена ветка, еще и столь грубым способом. Тем не менее, она не потеряла сознания, что радовало и говорило о том, что силы ее еще не полностью покинули. Вздох некоего облегчения вырвался из губ. Девушка все так же молча положила ладонь, ведомую теплой рукой Бэйнара, на скомканную ткань на своей ране. Глаза ее были закрыты, хотя лоддроу более успешно, чем минутами ранее боролась с приступами слабости, норовившими утащить ее в благодатное беспамятство. Краем ушей Фенрил слышала какую-то возню рядом, но не сделала ни одного движения в ту сторону, продолжая собирать крупицы оставшихся сил и прислушиваясь к себе.
Рассудок, как ни странно, не продолжил свое мерное падение в полудрему, словно разбуженный болью и теперь пытался осторожно оценить ситуацию, в частности общее состояние хозяйки. Странное дело, в сон уже так сильно не клонило, боль от раны присутствовала, но казалась какой-то уж слишком слабой, глухой, словно отзыв былого, что настораживало. Либо она уже совсем перестала чувствовать свое тело и все-таки провалилась в сон, либо...Аль пошевелилась, чувствуя как напряглись измученные мышцы и заныло тело, не желая реагировать на ее движения. Однако девушка упрямо стремилась к задуманному. Приоткрыв глаза, перед которыми все еще плыло, лоддроу попыталась сесть. Ей сие удалось, хотя и не без труда. Судорожно вздохнув и пытаясь справиться с головокружением, она просидела так минуту-другую, после попытавшись осмотреться. Взгляд с трудом фокусировался в полумраке не только надвигающейся ночи, но и непогоды. Чуть поодаль она заметила чьи-то очертания, мгновенно вспомнив, что рядом с ней должна быть алла. Бэя же не было видно, но не это ее заботило в сей момент. Подозрительно затихшее чувство боли приковывало к себе все внимание. Осторожно отняв ткань, успевшую пропитаться кровью, как и лед, на котором она лежала, девушка с осторожностью протянула к ране руку, аккуратно скользнув по коже пальцами. Фенрил замерла, не веря собственным ощущениям. Она не нашла и следа от ранения, лишь изорванная да окровавленная одежда говорила о том, что это не плод ее воображения, да и слишком чувствительная кожа на том месте, где торчала ветка...Кроме того, факт общей слабости, что был вызван потерей крови, нельзя было сметать со счетов. О эмоциональном и магическом истощении и вовсе не стоило говорить, хотя крупицы последнего она в себе еще чувствовала, да и ветер продолжал меланхолично кружить вокруг, будто предлагая свои услуги. Значит кто-то из компании имел целительский дар, но кто, если ранее не открывал себя? Не Бэй уж точно. Нерикс? С трудом верилось, как и в то, что крылатая сие могла сделать, ведь она самолично ее дотащила сюда почти в полном беспамятстве...Лоддроу тряхнула головой.  В черепной коробке мысли отказывались собираться в логическую цепочку от стоявшего в ней гула и девушка отказалась продолжать свои размышления. Альвэри снова оглянулась, заметив парней в весьма странных позах чуть поодаль того места, где находились они с алла. Она не могла рассмотреть, что с ними и нужна ли им помощь, как и не получалось что-то сказать, до того пересохло в горле. Зелье, - внезапная мысль проскочила в голове. Конечно же, Бэй не дал ей его, видимо, заметив исцеление ранее, но оно сейчас необходимо, если она не собирается вырубиться и обо всем забыть в сей момент. Однако план на отдых пришлось отодвинуть в силу все возрастающего чувства беспокойства.  С трудом поднявшись, на непослушных, словно ватных ногах, девушка медленно двинулась в том направлении, где, предположительно, должна была лежать ее сумка. Слава Богам, они не стали испытывать ее и в этом простом вопросе, ибо уже через пару-тройку шагов Альвэри натолкнулась на свои вещи, небрежно сброшенные на землю. Фактически упав на колени перед сумкой, девушка сосредоточенно начала в ней копаться, извлекая на свет пузырьки с зельями, что у нее имелись в наличии. Было бы забавно выпить не то, с учетом свойств иного снадобья...Слабая улыбка тронула бледные губы от подобной мысли, но вот и светлая жидкость в руках. Еще мгновение и она побежала по пересохшему горлу, оставляя неприятные ощущения. Лоддроу не стала дожидаться, когда снадобье подействует, кое-как поднявшись и начав собирать вещи, кои она перетащила поближе к ледяному настилу. Чувствуя, как медленно, но уверенно восстанавливается ее шаткое состояние, Аль не стала задерживаться возле ледяного настила, подойдя к алла, укрытой и, казалось, мирно спящей. Видимых ей повреждений Фенрил не заметила, а различимое дыхание девушки говорило, по крайней мере, что та жива.  Выпрямившись и оглянувшись, лоддроу зашагала к парням, что так и не двинулись с того места, на котором она их приметила в последний раз. Зелье достаточно быстро начало действовать и перед глазами перестало плыть, прыгать да рисовать круги, в ушах и голове притих былой шум, рассудок все более прояснялся, оставались лишь неприятные ощущения всего произошедшего, но с сим можно было легко мириться. Подойдя к парням и присев рядом, лоддроу приметила подобное, как и у алла, состояние вива. Жив, хотя и без сознания. Знатно же их потрепало сегодня... С подобными мыслями, Аль перевела взгляд на Бэйнара. Казалось, парень прилег отдохнуть, но приглядевшись она заметила его слабые потуги что-то выковырять из ладоней. Окружающий полумрак совершенно не способствовал рассмотрению и, недолго думая, лоддроу "зажгла" над их головами небольшую шаровую молнию, после придвинувшись поближе и взяв ладонь мужчины в свою, присмотрелась. Слабые попытки Бэйнара, который, может, и не сразу понял, что происходит, не возымели на нее никакого действия.  Присмотревшись к ладони, девушка увидела торчавшие из кожи шипы да занозы, но хуже всего было то, что ранки и царапины затягивались, грозя скрыть "заразу" под кожей.
- Да что же сегодня за день такой, - хрипло выдавила лоддроу, извлекая из ножен чудом не потерявшийся кинжал.
Чуть притянув ладонь к себе, дабы мерцающий свет молнии помогал увидеть всю картину "бедствия", острием клинка, помогая ногтями и пальцами, Альвэри начала методично выдергивать занозы. Молча, стараясь не смотреть на Бэя, крепко держа его за левую руку, она очищала кожу, дабы не пропустить ни одного шипа. Местами приходилось и подрезать кожу, ибо занозы успевали "исцелиться" вместе с ранами. Благо, порезы были не так значительны и не должны были доставить больше неприятностей, чем былые царапины. Справившись с одной ладонью и критично рассмотрев ее на наличие пропущенных участков, она осмотрела и вторую. Та оказалась не пострадавшей, по крайней мере на текущий момент, а что там было до исцеления...Оставалось надеяться, что ничего страшного. Закончив с сим делом, Альвэри, наконец, обратила взор на Бэя, смахнув в мимолетном жесте челку, упавшую на его глаза. Чувство некоего облегчения, что они пережили этот кошмар на яву, переполнил все ее существо. Придвинувшись поближе, предоставляя свои колени на роль подушки под голову мужчины, что явно еле цеплялся за сознание, она подалась к нему, запечатлев едва ощутимый поцелуй на его виске.
- Хорошее приключенице. Век не забудем, - прошептала, после выпрямившись.
Альвэри смертельно устала. Несмотря на лечебную силу зелья и на исцеляющую - целителя, она чувствовала себя припаршиво. Истощенная во всех смыслах сего слова, девушка обвела взглядом поляну, оценивая разрушения прихотливой стихии в сей злачный день. Надо же им было так попасть...Но главное, что все остались относительно целы. Взгляд снова скользнул по силуэту Бэйнара. Она даже боялась предположить, что бы было, если бы...Девушка тряхнула головой. Все обошлось, и слава Ильтару. Им наверное холодно...Прикинув хватит ли у нее сил на сие, Альвэри снова потянулась к ветру, продолжающему гулять подле, пытаясь опереться на его силу, мало тратя свою. В следующее мгновение тела Нерикса и Бэя словно окутало легким туманом, теплым, словно летний бриз на море в знойную погоду. Эллюмиель была укрыта доселе, поэтому лоддроу не стала беспокоить спящую или находившуюся в беспамятстве девушку дуновением магического ветра. Задумчиво перебирая волосы Бэя, она старалась мысленно занять себя, дабы не поддаться на продолжающую досаждать слабость и не рухнуть рядом с парнями от бессилия.

Отредактировано Альвэри (2014-04-29 01:21:45)

+2

132

Он поднял руку, чтобы попытаться вытащить шипы, застрявшие в ладони, или то было лишь фантазией вымотанного сознания? А Тейар его разберет! Сил не хватало даже на то, чтобы сконцентрировать внимание на мыслях, что проскакивали в голове. Как никогда раньше Бэй терялся, не понимая, то ли находился он в мире реалий, то ли уже проваливался куда-то в дремоту, сопротивляться которой становилось неимоверно тяжело. «Я же снов не вижу…», - лениво подумал мужчина и нахмурился, не открывая сомкнутых глаз. «Или вижу? Я же должен что-то видеть перед тем, как это превратиться в очередной кошмар». Размышления, похожие на обволакивающую пелену, застилали рассудок, моментально исчезая в его закоулках. И тогда на смену им приходило беспамятство, отмахиваться от коего не было ни сил, ни желания. Эйнохэил даже не чувствовал холода, исходящего от сырой земли, на которой лежал. Чувства и ощущения настолько притупились, что наступи бы на него сейчас дракон, мужчина так бы этого и не понял, а потом было бы уже слишком поздно. Улыбаясь чему-то своему, чего и разобрать не пытался, Бэйнар повернул голову в сторону вива, лежащего рядом в бессознательном состоянии. «Сейчас я тебе скажу, мохнатый… Все скажу…». Еще одна смысловая ниточка, протянувшаяся в сознании, в который раз выдернула мужчину откуда-то из глубин сна, в которые он продолжал проваливаться. Но, мысли лишь мыслями и остались. Тут же позабыв, чего вообще хотел от Нера, Бэй оставил попытки удержаться на зыбкой границе меж двух мирами. Однако… Что-то снова вырвало его из царства грез, коих мужчина еще и увидеть-то не успел. «Ай…», - протянул про себя Эйнохэил, моментально забываясь. Но неприятное болевое ощущение никуда не ушло, лишь сильнее растекаясь по левой ладони. «А-а-ай». Разлепив глаза и уставившись куда-то в темноту, что окутывала спящий лес, он потянул руку к себе, не сразу понимая, что ее что-то удерживало, продолжая причинять саднящую боль. «АЙ!!». Видимо сделанный Альвэри надрез возымел более сильное действие, чем все остальные, заставляя полу-сонный рассудок встрепенуться. Нахмурившись, побольше грозовой тучи, мужчина повернул голову в противоположную сторону, дернув руку и стараясь рассмотреть в потемках капкан, в который угадил. Кто-то сидел рядом. Определенно… Кто? Темный силуэт расплывался, вынуждая щуриться и недоверчиво пытаться высвободить ладонь. Но если болевые ощущения были способны вернуть Бэйнара из мира Нирдем, то вот сил никаким образом не придавали. А посему жалкие попытки убрать руку оставались тщетными. Зато через несколько минут пристального всматривания в рассевшегося, а точнее рассевшуюся, рядом, дали свои результаты. Распознав по длинным волосам, светлые пряди которых по мере привыкания глаз к темноте, начинали выделяться на общем мрачном фоне, Аль, Эйнохэил перестал сопротивляться. Вымученно вздохнув, прикрыв глаза и пересиливая неприятные саднящие ощущения от ковыряний в его ладони, он поежился. Все же холод и гуляющий ветер заставляли вздрагивать время от времени, покрывая кожу мелкими мурашками. Вспомнился Мандран с его диким морозом и купание около какой-то там реки.
Поудобнее устроив голову на коленях у лоддроу и краем уха уловив ее слова, Бэйнар вымученно улыбнулся. «Бывало и хуже». По крайней мере, сейчас он не замерзал насмерть, а все остальные были живы. Обхватив девушку рукой за талию, мужчина сделал над собой усилие, чтобы привстать и подтянуться чуть выше, тем самым вынуждая Альвэри свалиться на землю. Какое-то накрывшее его тепло пока что оставалось без внимания. Подтянув к себе ледышку и уткнувшись носом ей в живот, Бэй окончательно перестал сопротивляться накатывающей на него сонливости, почти мгновенно погружаясь в сон, в котором не видел пока что не единой картинки.

И-и-и... Немного упоротости под конец хD

Водятся ли в лесах муравьи, способные утащить на своих спинках крупное животное? Предположим, что да.
И так, утащили ли муравьишки кого-то из компании?
1- нет
2 - да
[dice=1936-1:2:0:Аль]
[dice=1936-1:2:0:Бэй]
[dice=1936-1:2:0:Нер]
[dice=1936-1:2:0:Эль] 

*катается от смеха* Ну, даже обломно как-то хD

Отредактировано Бэй (2014-04-29 16:59:50)

+2

133

Мысли медленно текли, словно теплые воды реки Такут в самое умиротворенное время года да в спокойную погоду. В какой-то момент девушка отрешилась от всего происходящего, уйдя в себя, в задумчивости гуляя по лабиринтам своей памяти. Она лишь успела вернуться к началу их с Бэйнаром "истории", когда уже не смогла самостоятельно вырваться из воспоминаний. Подумать только, всего каких-то несколько дней смогли поставить с ног на голову все в ее жизни. Хотя нет, она явно лукавила, ведь знакомство с этой парочкой произошло многим ранее, но тогда ей даже в голову не могло прийти, что после последующего пересечения их жизненных путей, она уже не сможет, да и не захочет с них сходить.Даже если бы она решилась приоткрыть завесу будущего, не поверила бы собственным глазам, настолько нереальным могла тогда оказаться сложившаяся ситуация.
От глубоких мыслей да вихря воспоминаний ее довольно бесцеремонно отвлек Бэйнар, видимо, решив, что нечего ей маячить у него над головой. Глухо охнув от неожиданности, не удержав равновесие, Альвэри растянулась подле мужчины, который и не подумал останавливаться на достигнутом, подтянув ее к себе поближе. Крепкие объятия и нос, уткнувшийся ей в живот заставили на мгновение замереть в нерешительности. Девушка чуть приподнялась, взглянув на темный мужской силуэт подле себя. Однако, уже в следующее мгновение ее губ коснулась легкая улыбка, волна мягкого тепла прокатилась по позвоночнику и это не было откликом на теплоту тела Бэя, обнявшего ее и прижавшего к себе. Теперь Альвэри могла без обиняков отвечать за все свои действия и ощущения, кои провоцирует близость этого человека рядом и, как ни странно, уже совершенно не страшилась осознания факта своего внезапно проснувшегося в душе чувства. Бледная ладонь коснулась темных волос, погружая в их густоту пальцы, что мягко принялись перебирать пряди. Лоддроу снова растянулась на земле, подложив под голову вторую руку и вперив взгляд в темное небо, в коем не было видно просвета из-за бушующей непогоды, что хоть и пошла на убыль, но не собиралась пока покинуть это место. Было бы у нее побольше сил, поиграла бы со мнительной стихией, померилась характерами, а так...Хорошо, хоть остались хоть на что-то вообще эти силенки. Да, хорошо, что они относительно легко отделались в этой стычке, хотя грозило все стать более плачевным. Лоддроу усмехнулась, прикрыв глаза и продолжая мягко перебирать волосы Бэя, иногда чуть поглаживая шею мужчины. Его присутствие, тепло, крепкие объятия и то, что он находился вне опасности успокоили взбудораженную душу, как и уставшее сознание. Фенрил чувствовала, как некое умиротворение медленно затягивает ее в мир менее реальный, но более спокойный, где она могла бы отдохнуть без оглядки назад, но стоило ли ей сейчас поддаваться этому желанию? Как ни крути, они все сейчас находились в лесу, под открытым небом, уставшие, израненные. Мало ли какую живность приведет к ним нелегкая, пока они мирно почивают от всего происшедшего.  Альвэри нехотя приоткрыла глаза, снова вперив их в темное небо над головой, будто пытаясь найти там то, за что могла зацепиться. Стоило попробовать занять себя мыслями о делах насущных, авось отвлечется от желания уснуть. Девушка "подняла" воспоминания о своей лавке, пытаясь со всей серьезностью задуматься о том, как там без нее работается ребятам да не было ли вестей из гильдии, после перескочив на родной дом и оставшуюся там Айнэ. Ох и некрасиво же получилось. Стоило побыстрее вернуться и объясниться с братом и подругой, если они еще не ушли каждый своей дорогой...Погруженная в свои мысли, лоддроу снова прикрыла глаза, потихоньку отрешаясь от окружающего мира.

дурной пример...хДД

Не очень и замысловатое условие:
1 - нет
2 - да
[dice=1936-1:2:0:Вырубилась аль нет =З]

Отредактировано Альвэри (2014-04-30 00:32:02)

+2

134

- Хр-р-р... - Тело вивариина издало звук, обычно не свойственный ему. Нерикс перевалился на другой бок и причмокнул пару раз. И ухо! Ухо дернулось! Это самое важное! Так он сладко проспал какое-то время, не застав всей "радости", творившейся вокруг. Наверное и к лучшему это.
Ах да, в отличие от ямы это был полноценный сон уже, а не мерзкое отрубилово с болью в башке. Хотя боль присутствовала, но она была отодвинута на задний план розовыми снами о цветных конях. Нерикс в одном из моментов своих снов даже стукнулся головой об облако (что могло бы и напомнить о боли), пока летел на одной из волшебных лошадей. Кстати, в этот момент кот мило почесал свою макушку и перевернулся обратно, продолжив мирно посапывать.
А вот проснулся он потом уже не от каких-то сновидений про лошадей, а от вполне реального ощущения. Что-то мокрое плюхнулось ему прямо на ухо. И довольно тяжеленькое. Кот подскочил, словно укушенный. Перед ним на земле валялась болотная жаба и пыталась перевернуться, забавно шевеля лапками. Нер подпнул ее, а та, разумеется, перевернулась и удалилась прочь. - Мда.
Вернувшись на уже привычное лежачее место, кот улегся на бок и принялся считать жаб с закрытыми глазами, желая уснуть. Вот только шорохи покоя не давали. Вивариин приоткрыл нижний глаз и увидел вальяжно промаршировавшую мимо него амфибию. И еще одну. - О, боги. - Пробурчал он и перевернулся на другой бок. А там та же картина. Только жаб уже было чуть больше. - "Я же не сплю. Это очевидно." - Какой нафиг сон, когда мимо тебя проковылял выводок жаб? Кот переместил свою тушу на задницу. И лучше бы не делал этого. Перед его глазами предстала жутчайшая картина, которая может всплыть только перед великаном из сказок, на которого напали лилипуты.
- А-а-а! - Крикнул охотник, до этого времени еще ни разу с таким полчищем земноводных. Вскочив с места и перепрыгивая с кочки на кочку и стараясь не наступить на жаб (ага, потом еще в принца превратится или бородавку получит как у старой ведьмы), подбежал к Альвэри и начал шатать ее за плечи и дико пыриться, громко шепча, - Что это?! Ты видишь?! Ты же тоже их видишь?! - Потом подскочил к Эль и растолкал ее, - Эль! Они пришли! Срочно валим! Бэй, где ты?! - Пара прыжков - и Нерикс уже возле друга, стоит на одной ноге и стряхивает с себя жабу... Прямо на шею Бэйнара, - А-а-а-а! Оно на тебе! Они пришли! Подъем!
Да, полчища были реально огромными. Просто нескончаемый поток, который становится все гуще и гуще...

+3

135

Из общей картины мира снов, в коем нитями всего иллюзорного правили кошмары, сейчас же явно выделялось своеобразное забытие и пустота, в которую проваливался вымотанный рассудок, должным образом не реагируя даже на страшные сцены насилия, стоящие перед глазами. Такого результата Бэй добивался довольно-таки редко, да и то, ценой этому было непомерное количество выпитого за вечер алкоголя, жесткий отходняк после и, как следствие, загубленный пойлом организм. А сейчас истощенное от пережитого сознание само по себе отметало в сторону тревожащие мужчину сновидения, то и дело вырывая застывшие образы и унося куда-то в необъятное, мрачное, но такое удивительно спокойное, пространство, что заполняло собой каждый закоулок подсознания. И надо ли было вообще заикаться о том, что выдергиваться из этого хрупкого равновесия сна, где ночные кошмары не казались тебе уже столь пугающими и попросту отступали на задний план, мужчине никаким образом не хотелось? Быть может это была единственная ночь по прошествии нескольких месяцев, когда он почти безмятежно спал, не метаясь по всей кровати в холодном поту и собственными силами стараясь уйти от того, что видел в своих грезах. Но кого волновал сей факт? Правильно, в силу незнания сего, никого.
Услышав знакомый голос вива, достучавшийся до рассудка, словно бы из-под толщи воды, Эйнохэил никак не отреагировал на него, не уловив обеспокоенных и более того, паникующих, нот в баритоне Нера. Да и чего вообще можно было понять, когда растревоженный не пойми чем, ты с упорством барана пытался вернуться в прежнее состояние и дремоту, которая начала терять над тобой свои чары, развеиваясь, подобно туману. «Не сейчас, Нер… Боги, только не сейчас…», - более-менее осознанно протянул про себя Бэйнар, так и не двинувшись с места. Но уже в следующее мгновение он почувствовал на своей шее какое-то прикосновение, от холода которого поежился. «Аль?». Должно быть отоспавшийся вдоволь мохнатый сумел растолкать лоддроу первой, а она принялась поднимать и его. «У тебя руки холодные…», - мысли, врывающиеся в еще сонное сознание, искали ассоциации и стыковали ощущения с тем, что первым возникало в голове и имело бы место быть. Мужчина шумно выдохнул, сдвинув брови и показывая девушке, на которой, к слову, и продолжал спать, что прохлада ее пальцев его никаким образом при пробуждении не радовала. Но вот чувство исчезло, оставляя шею в покое. Однако, радоваться, как оказалось, было еще рано. В следующее же мгновение такой же холод мужчина почувствовал у себя на устах. «И губы у тебя холодные…». То, что ледышка хоть и могла дотянуться до шеи рукой, а вот поцеловать спящего у нее бы никак не получилось, как-то совсем не волновало. И это умалчивая о том, что полчище жаб, окруживших компанию и весело скачущих по каждому из них, Бэй вообще себе представить никак не мог, и, понятное дело, не рассчитывал на подобный поворот событий. А именно одно из этих амфибий сейчас и прыгало по лицу мужчины, упав с Нерикса.
Вместе с ворвавшимися в рассудок мыслями, до слуха стали более отчетливо доходить и слова вивариина, который, оказывается, орал на всю поляну.
- … Они пришли! Подъем!
Расслышав последние фразы, вырванные из общего контекста, который, однако, ничего толком и не прояснял, мужчина вскочил, как в пятую точку ужаленный, широко распахнув глаза и скидывая с себя жабу в момент своего резкого подскока. Вылупившись на кипишащего рядом друга взором, полным паники и ужаса, Бэй тут же принялся соображать, что следовало бы делать. Сомнений не оставалось! Кто бы там за ними не пришел, а надо было срочно делать ноги и лапы!! Не разобравшись в ситуации, да еще и после такого резкого подъема, который обеспечил всем его усатый товарищ, Эйнохэил схватил валявшуюся около еще не успевшей подняться Аль сумку, не придавая значения тому, что вещи то могли оказаться отнюдь и не его, и, ухватив за руку девушку, поставил ее на ноги. И только после всего сотворенного мужчина прислушался. Какой-то странный и до боли знакомый унисон начинал наполнять пространство. Нахмурившись и оторопев, Бэйнар медленно опустил глаза вниз и уставился на землю, сплошь покрытую никем иными, как жабами!! Самыми настоящими болотными жабами, коих вокруг было немереное количество. Да что там говорить про количество? Земноводные просто кишили, норовясь перепрыгнуть друг через друга и задушевно квакая. И именно это кваканье и стояло в ушах, начиная сводить с ума своей многотональностью. И тут то до мужчины дошло… Дошло абсолютно все и в полной мере! За поцелуй Альвэри он принял другой… жабий поцелуй!! Но почему-то как лягушка не превратилась в прекрасную принцессу, так и самому «принцу» сей процесс весьма показался отвратным. «А-а-а-а-а-А-А-А-А-А!!!!», - истошно завопил про себя Бэй, принявшись грязными рукавами судорожно и быстро вытирать лицо и губы и состряпав морду, полную отвращения и брезгливости. «Убогие создания Тейара!!!... Исчадия самой Изнанки!!». От накатившего чувства мерзости мужчина, не заботясь о благополучии жаб, со всей дури подопнул их, поднимая в воздух ни только улетевших к болоту амфибий, но и ворох листьев. Но, если бы вся трагичность заключалась в том, что лягушкам с какого-то перепуга после урагана просто не сиделось в своих родных трясинах и они решили вылезти подышать свежим воздухом… Увы и ах. Эти убогие твари в ответ на выходку Эйнохэила начали кидаться на ноги мужчины, норовясь укусить!!! УКУСИТЬ, мать их! Вы когда-нибудь видели кусающихся жаб? И Бэй в этом с вами полностью был солидарен. Опешив от таких яростных попыток земноводных отомстить за своих братьев и сестер, которые получили не хилого пинка под склизкие жопы, мужчина растерянно окинул всю компанию взглядом. «Я право слово все еще сплю…». С этими мыслями он потупил взор, натыкаясь на повисшую у себя на штанине лягушку. Отодрав создание и держа его за заднюю лапу, благодаря чему эта тварь еще и брыкаться начала, Бэйнар попытался на глаз определить, что было с жабой не так. Но смог рассмотреть лишь то, что болотноводное пустило струю! «Еб***ый на фиг!». Скривив морду, выражающую самое великое в мире презрение, мужчина тут же отшвырнул жабу в сторону, лишь после заметив, что «удружил» тем самым виву, когда ссущая и улетевшая, как оказалось, в его сторону жаба «приземлилась» прямо на нос Нериксу, неплохо устроившись на морде вместо очков. «Не-е-е-ер…», - почти со стоном протянул Бэй, переложив еще больше малоприятных эмоций на мимику. Его передернуло, и мужчина незамедлительно замахнулся, зарядив другу пощечину в желании смахнуть лягушатину, которая секундой ранее добровольно спрыгнула с усатой морды. «Фу, ля-я-ять!!!». Отвесив виву, Эйнохэил и сам измарался. «На тебя жаба нассала, Нер! Жаба нассала!!!». И быстро вытерев ладонь прямо об плащ вивариина, он принялся нервно трясти друга за плечи, словно тот мог бы прочитать его мысли и понять, по какому такому поводу тот именно так сильно переживал.

Отредактировано Бэй (2014-05-01 19:22:23)

+3

136

Видимо, она все же успела немного задремать, убаюканная теплом, исходящим от тела Бэйнара, что, фактически, лежал на ней. Нет, уснуть ей не удалось. Лоддроу пребывала в этаком мире между сном и явью. Без сновидений, но порядком отрешившись от реального мира в целом. Посему она, как и все вокруг не приметила появления столь подвижного соседства, который вскоре наполнил округу концертным кваканьем. В принципе, до сего момента еще было время и Альвэри, ничего не ведая, продолжала мирно "витать" в каких-то неясных даже ей самой грезах, пока в них не ворвалось какое-то землетрясение. Девушка даже толком и не смогла понять - это реальность или такой сон в руку, клацнув зубами от того, что ее изрядно затрясло. Или кто-то затряс?! Альвэри открыла глаза, воззрившись на орущую ей в лицо и брызжущую слюной налево-направо рыжую морду Нерикса. Он заболел? - промелькнула во взбудораженном и не совсем еще пришедшем в себя сознании мысль. Да, после всего произошедшего можно было опасаться за рассудок мохнатого, угодившего в яму. Кто знает чем его там приложило в самом начале. Может ум за разум зашел, а теперь вот...Однако, спросить она не успела. Котяра подорвался и помчался к алла, спящую чуть поодаль, пытаясь растолкать беднягу. Хотя это стоило все же сделать, ибо на крылатую уже вовсю выпрыгивала бравая болотная братия. Только сейчас, чуть оглядевшись и поняв, что у Нерикса не приступ помутнения рассудка, лоддроу с удивлением воззрилась на жабье воинство, оккупировавшие все пространство вокруг.
- Это уже явно чья-то насмешка, - вырвалось у нее впоследствии, но более ничего сделать или сказать она не успела.
Нер снова был возле них и пытался растолкать Бэя, истошно вопя, словно на них "напали" не жабы, а прямо все тейаровы дети из самой Изнанки. Да, Боги, чего ты разошелся? Не сожрут тебя эти существа-то! Только и успела подумать девушка, как вскочил Бэйнар, едва не опрокинув ее навзничь, а после заставивший так же резко подняться, дернув за руку. Мужчина, видимо, так же как и она, спросонья, черти что подумал о том, что происходит. И все благодаря мохнатому...как всегда, удружил до не могу.  Альвэри хотела было одернуть парня, но, судя по его взгляду, он и сам понял, что происходит. Однако, от сего не стало легче, но забавней. Лоддроу с удивлением следила за реакцией парней, одна другой цветастей. Через какое-то время наблюдения на ее губах появилась улыбка. Надо же сколько кипиша из-за этих мелких земноводных. ну да, много их. Ну да, приятного мало, однако чтобы такой спектакль развернуть. И будто в подтверждение ее мыслей жаба, которую Бэйнар держал за лапку, решила, что стоит внести свою корректировку в сценарий разыгравшейся картины и выдала все то, на что была способна. Надо ли говорить, что мужчина не ожидал подобного подвоха? Реакция последовала незамедлительно, а наглая жаба, не довершив свое дело, полетела в сторону Нерикса, ляпнувшись тому на морду. Уже тогда плечи лоддроу начали нервно подергиваться в приглушенном приступе смеха. Но это оказались еще цветочки, ибо как настоящий друг, Бэйнар решил "спасти" Нера от мести земноводной твари и надавал ему знатных лящей. А что? Тоже метод! Но и на сим он не остановился, принявшись трясти того, как яблоню в день сбора урожая. Это, видимо, и стало "последней каплей" в чаще ее самоконтроля. Лоддроу расхохоталась во весь голос, присев на том месте, где стояла и лишь периодически отмахиваясь от надоедливых жаб, что проскакивали мимо, наталкиваясь на нее. Видимо, давало о себе знать не только забавность ситуации, но и нервное напряжение, в коем пребывала все это время девушка.
- Теперь вам надо искупаться, а то обрастете, как грибами, жабьими пупырышками, -  сквозь слезы, давясь от смеха, выдала Альвэри.
В какой-то момент ее взгляд упал на алла. Вот кому было море по колена, так сказать. Спит себе и в ус не дует. Ну и что, что плащ, коим укрыта, весь обложен квакающими подругами? Ну и что, что по лицу вовсю шарятся такие же, пахнущие болотом существа. Вроде даже волосы жуют или показалось? Не суть, на самом деле. Даже вон крылья облепить сумели, а у крылатой поистине богатырский сон и не страшна ей месть жабья, коя настигла парней. Высохнет до утра же, как пить дать.
- Вы бы лучше вон девушке помогли, а то, неровен час, еще утащат жабы к принцу, целовать заставят, чтоб снять колдовство, - продолжая смеятся, выдавила лоддроу.
Да, видимо, и у нее рассудок поехал на общей почве психоза или как это правильно назвать, раз додумалась ляпнуть что-то сродни этого. Не, ну понятно, что это шутка, но ранее она шутила более...агрессивно, что ли. А тут, поперло так уж поперло. Надо успокоиться, а то лопну, как та жаба, - подумала Аль и снова расхохоталась, пытаясь выпрямиться. Ну что же, все сводилось теперь к этим земноводным, нечему удивляться...

+2

137

Переход с 28 на 29 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Раннее утро

Забытье липкими пальцами удерживало Эллюмиель в своей бездонной клети, мучая и истязая тело волнами то жара, то холода. Перед глазами проносились картинки далеких воспоминаний, тревожных, трудных. Раз за разом в течении всего нескольких секунд она вновь и вновь принимала трудные решения, обдумывала сделанные шаги, отступала, лгала самой себе, металась из угла в угол, натыкаясь на невидимые стены.
Холодно. Облачка пара из полуоткрытых губ повисали в воздухе недвижимо, будто замороженные во времени. И каждый нерв, каждая частичка собственного тела чувствовала себя преданной, истерзанной и лишенной самого драгоценного, что может быть в этом мире. Собственной жизни. Сердце колотилось, по коже скатывались капли пота, пропитывали одежду. Эль стало противно даже чувствовать саму себя, но пошевелиться она не могла - отключившееся тело отказывалось слушаться, даже пошевелить кончиком пальца было подвигом, равносильным созданию всего сущего. Запертая в клетке, она слушала биение сердца, понимала - дороги назад нет. Выход из всей сложившейся ситуации, как и из любой другой, открыл пред нею новые дороги, сотни и сотни излучин. Вопрос оставался лишь один.
Успеет ли?
Движение воздуха всколыхнуло ресницы. Собрав призрачную на сей момент волю в кулак, Эль все же смогла приоткрыть глаза, внезапно понимая, до какой же степени она устала. Сравнить такую усталость можно было только с усталостью матери, только что давшей начало новой жизни. Перед глазами плыло, смазывалось, но различить лицо Бэя она все же смогла. Слабо моргнув, она ответила на его улыбку своей, едва-едва понимая, что смогла сделать все так, как задумывала. Значит все хорошо, все обошлось, слава Богам. Значит жертва ее, внезапная, спонтанная, оказалась полезной. Слава Богам.
Его движения были немного скованными, но аккуратными, когда он помогал ей подтащить многострадальные крылья поближе к телу. Эль пыталась возразить. Правда пыталась, понимая, что произошедшее с Альвэри отчасти и ее рук дело. И он вполне имел право по меньшей мере отчитать ее, как девчонку малую. Или, что было бы еще лучше, попросту наорать - это хорошенько бы прочистило алла мозги. Но нет. В голубых глазах парня чернокрылая не увидела и тени порицания. Лишь успокаивал молча, как умел лучше других это делать. Она это знала. Не могла не знать. Эль уткнулась носом в ткань плаща, чувствуя идущее от нее тепло, и девушка грелась в нем, в этом тепле. Чувствуя прикосновение к своей щеке, Лоренцетти собиралась посмотреть на него, сказать хоть что-то. Но вместо этого просто закрыла глаза, смакуя каждую секунду тепла, доставшегося ей так несправедливо, проваливаясь в забытье все глубже и глубже, пока не пропала окончательно.
Это нечестно...
Забытье встретило ее пустотой. Большим залом, залитым лучами рассветного летнего солнца. Такого яркого и такого теплого, что всей душой хотелось в нем тонуть. Большая арка в боковой стене вела на террасу с большим навесом из сочного-ярко-зеленого плюща. А под ногами океан, рокотал тихонько о чем-то своем. Покой томился в теле, пульсировал как второе сердце, прогоняя тьму сомнений, которые посмели посягнуть на него. И в том чудесном сне, преисполненном тепла, она видела его. Дивное видение, столь ею желаемое, столь преследуемое из года в год, вселяющее в ее душу уверенность и спокойную целеустремленность.
- Нер, вот только давай не сейчас... - охнув, хрипло проговорила Эль, закутываясь в плащ Бэя плотнее, старательно пытаясь ухватить за хвост ускользающее видение и попутно игнорируя гиперактивного вивариина. Проделывала девушка это ровно до той поры, пока ей на грудь не шлепнулось довольно-таки тяжелое "нечто". С трудом раскрыв глаза, Эль в ту же секунду остолбенела. Сказать о себе то, что она трусиха, нельзя было никак от слова "абсолютно", но то, что она увидела перед собой в непосредственной близости от глаз, заставило целительницу, навидавшуюся на своем относительно коротком веку всякого нелицеприятного, раскрывать серые глаза все шире и шире. Неприлично огромная, зеленая, в бородавках и вонючей слизи жаба отвечала алла презрительным взглядом водянистых грязно-желтых глазок, на что сама Эллюмиель отреагировала "по канону жанра", как говорится. Девушка резким и дико неуклюжим взмахом крыльев приняла мало-мальски вертикальное положение. Жаба сердито квакнула, видимо, неприлично выругавшись, но чернокрылой было ровным счетом все равно. Она была занята побегом от нее и ее сородичей, квакание которых доносилось со всех уголков земного шарика, как казалось. Подпрыгнув, Элли с места сиганула на ближайшую ветку, подбирая крылья повыше, чтобы, не приведи Ильтар, кто-то из скользкой жабьей братии не уцепился за длинные маховые перья.
Абсолютно не заботясь о том, как выглядит со стороны, чернокрылая, обняв столб спасительного дерева, сползла по нему чуть вниз, чувствуя, как тело предательски начало подводить - все-таки растрачивание жизненных сил далось ей с трудом. Задача "не упасть" становилась приоритетной.
- Вы бы лучше вон девушке помогли, а то, неровен час, еще утащат жабы к принцу, целовать заставят, чтоб снять колдовство
- Не дай Ильтар, - пробубнела чернокрылая, отчаянно не желая расставаться с деревом. Альвэри смеялась, и Эль не могла не хихикнуть ей в такт, запрокидывая голову в постепенно светлеющее небо. Перед глазами закружилось, и девушка вновь приникла к дереву. Рановато, все же, смеяться. А вот предложение искупаться звучало здраво, особенно после такого вот приключеньица. Будто в подтверждение этого внизу зычно прогукала жаба, и крылатая не сомневалась, что это именно та самая. Девушку передернуло.

Отредактировано Эллюмиель (2014-05-02 00:03:40)

+1

138

Вот это потоки! Нерикс в надежде сократить соприкосновение с жабьими тельцами, поднял одну ножку и чуть было не свалился. Пришлось опустить ее и, блин, сопротивляться желанию начать давить этих тварей. В другой ситуации он бы, может быть, даже поймал жабку и слопал, предварительно приготовив на костре, но в таких количествах... У него вообще при виде любой мелочи такими толпами возникал желание сжечь все нафиг. Да еще и будучи алла, ибо у них крылья есть. Сжигать сверху намного приятнее. Кстати, толпы людей на массовых мероприятиях тоже всегда было желание, например, взорвать или порезать, прокатившись на колеснице с косами на осях колес.
От мыслей о геноциде жаб прервала жаба же, прилетевшая от Бэйнара, да еще и на лету обоссывающаяся. Нерикс стряхнул проклятую тварь. Ан нет, она сама спрыгнула, но успела окатить своими жидкостями бедного котика. Его аж передернуло, аки псину, от такой приятности! - Фублин! - Выкрикнул Нерикс, как раз в этот момент словив и Бэя оплеуху. Не задумываясь, Нерикс дал встречную оплеуху дружбану, отскочил чуть в сторонй, в то же время силясь не раздавить ни одной жабы (о, это еще противнее, чем давить ногой пауков или дерьмо. Они ж еще и отвратительно хрустеть должны, в отличие от свеженького), после чего отвесил некогда немому парню пендаля, - Ты охренел! - Выкрикнул  и потерял равновесие, плюхнувшись в потом жаб, больно ударившись локтем и тазом. Кстати, тазом, кажется раздавил одну или две амфибии. - Буэээээ! - СНова воскликнул кошак, заозиравшись вокруг. Альвэри веселится, Эль уже на ветку улетела! Бэй тут рядышком. Дерется, сволочь!
- Аррр! - Зыркнул на Бэя, - Вот и сиди тут с жабами. - А сам в пару прыжков допрыгал до дерева (благо, с детства по ним активно лазил) и вскарабкался на ближайший толстый сук. А Альвэри и нравится, судя по всему. Довольная-довольная!
Там и отдышался, приведя свой разум в мыслящее состояние. Еще бы! Спал, а тут такая хрень. От радости аж ногами покачивать начал. - И что делать будем? Дуйте на ветки - переждем. Или вам нежная прохлада нравится? - Нерикс рассмеялся.

Отредактировано Нерикс (2014-05-04 20:18:25)

+2

139

Переход с 28 на 29 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Раннее утро.

Нет, ну что за жизнь? Он тут, другу, понимаешь ли, помогает - кидание жабой не в счет, естественно. То вышло случайно – а он ему ответную оплеуху! От такого «спасибо, я сам вытрусь», Бэй даже маленечко прифигел, перестав трясти вива за плечи, как молодую грушу, (хотя молодым Нера назвать было трудно), и встал, как вкопанный, потирая щеку, в которую была залеплена пощечина. «Ты че, мохнатый?», - борзо гаркнул про себя мужчина и вперил недовольный взгляд туда, где еще секундой ранее стоял его обоссаный жабой друг. А того уже и след простыл! Зато Эйнохэилу ко всему вдобавок еще и пинок прилетел.
- Ты охренел! – Послышалось сзади короткое возмущение, обратившее на себя внимание мужчины.
Чуть ли не спарировав в лягушачье месиво, которое было повсюду, куда только глаз не ложился, мужчина обернулся, уже зло воззрившись на хвостатого. Но увидев, как тот растянулся, прямо пятой точкой плюхаясь на земноводных, сменил гнев на милость. Да и чего там говорить, если его чуть ли пополам от смеха не сложило с такой картины? Хоть маслом пиши. А богатая фантазия лишь распаляла воображение того, как должны были лопнуть лягушатины под весом плюхнувшегося на них кота. Давясь от немого смеха, и пока что не обращая внимания на то, что звучал он унисоном со смехом Аль, Бэйнар схватился за живот. «Они же тебя теперь просто-напросто сожрут за такое, Нер!!», - и еще больше согнулся, судорожно пытаясь сделать хотя бы вдох и не замечая того, как всего его начало трясти от хохота, выражать который в полной мере он по-прежнему не желал, - «А нет, забыл, ты ж теперь для них свой! Помеченный!!». Уже чуть ли не задыхаясь, и ощущая, как начинало сковывать болью горло, мужчина, с навернувшимися слезами на глазах, принялся наблюдать за тем, как подорвался Нер. Естественно, он был не в силах что-либо крикнуть виву вдогонку, лишь лицезря спину давшего деру мохнатого и силясь успокоиться. «Куда ты, дурной?!», - делая глубокий вдох, но, все еще смеясь, произнес в мыслях Бэй, смотря, как грациозно ринулся Нерикс навстречу жабьему полотну, по которому и принялся прыгать-скакать, как оказалось для того, чтобы таким макаром добраться до ближайшего дерева. До слуха долетели слова лоддроу, кою первой позабавила вся сложившаяся ситуация с нашествием лягушек. И тут, более-менее успокоившийся мужчина задался вопросом: «А где вообще Эль, которой, по словам ледышки, нужна была помощь?». Эйнохэил обвел взором поляну, натыкаясь на алла, вцепившуюся ногами и руками в ствол одного из соседних от Нера деревьев. Новый приступ смеха, уже ничем не сдерживаемый и громкий, вынудил мужчину опустить голову, приседая на корточки и уже не реагируя должным образом на скачущих около жаб и их зазывное пение. «Как вороны по жердочкам расселись!». А одна из них еще и дельные советы давать умудрялась! Найдя в себе силы посмотреть в сторону усевшегося на толстом суку вивариина, который лучше, чем все остальные эту нежную прохладу на себе и прочувствовал, Бэйнар слабо помотал головой. «Увы, Нер, я птица гордая, пока не пнешь, не полечу. И то, как сам видишь, не всегда пинок помогает». Но в чем-то кот был и прав. А именно, надо было что-то делать. Ну, правда, не залазить же им всем на деревья, пережидая этот лягушачий кошмар?!
Отсмеявшись за всю четверку и смахнув с колен плюхнувшуюся на них жабу, мужчина поднялся, помогая встать и Альвэри. На секунду отвлекшись от общего кипиша, Бэй более пристально осмотрелся. Сквозь массивные стволы деревьев и гуляющие по небу тучи нет-нет, да и проблескивало солнце, лучи которого лишь на краткий миг пробирались вглубь леса, снова скрываясь за тяжелыми серыми облаками. «Пора бы и топать… Если все могут, конечно». Но, повернувшись и посмотрев на спасающихся от жаб Эллюмиель и Нерикса, можно было с полной уверенность сказать, что идти-то они могли. Мягко улыбнувшись Аль, мужчина развернулся, принявшись распинывать кучи лягушек в разные стороны, как то сделал ранее, и пробираясь к повисшей на стволе алла. Как снимать девушку на землю он и представить себе не мог. Широко расправленные крылья мешали сему занятию, не давая возможности как следует подступиться. А посему, подойдя к Эль настолько, насколько то было возможным, Эйнохэил с широкой улыбкой уставился на нее, тупо вытянув руки вперед. «Та-дам!». С этими мыслями он повернул голову в сторону вива. «Круто я девушек спасаю, Нер?». И театрально повел бровями вверх-вниз, не стирая с лица все той же широкой улыбки.

+2

140

Все происходящее далее никак не способствовало тому, чтобы лоддроу успокоила свой приступ смеха. Казалось, компания, которую застали врасплох земноводные, решила вдоволь оторваться в связи с сим событием. Эллюмиель, наконец, осознавшая, что уже далеко не одна в своей импровизированной постели, вскочила и с нее дождем слетели почти все жабы, недовольно квакая да звучно шмякаясь на влажную почву. Видимо, мечтами о принце жаб девушка никогда не увлекалась и не желала проверять правдивость сказки о поцелуе. Зато они могли лицезреть, как она, словно заправский акробат, махнула на дерево, где и засела, прилипнув к стволу, словно тот был единственным спасением в этом мире от сего гукающего кошмара наяву. Ладно бы этим и закончилось, так нет же. Парням уж очень не терпелось повыяснять отношения между собой за все хорошее. И как нельзя лучше тут подвернулась сложившаяся ситуация. Получив от Бэйнара по морде, Нерикс не остался в долгу у друга и отвесил ему лящей в ответ, при этом еще и отскочил, исходя праведным гневом, умудрившись отвесить парню пинок. Ну не дети ли? Пока Бэй приходил в себя от столь откровенной благодарности друга за спасение от жабьей задницы на его же морде, мохнатого и след простыл. Вернее, тот последовал примеру алла и влез на дерево. Ну кот он и в Мандране кот, что тут скажешь.
Альвэри честно пыталась унять свой смех, от которого уже становилось тяжело дышать и на глаза навернулись слезы. Если она и хотела что-либо ответить тому же Нериксу на его последний выпад с дерева, то не могла. Слова не то, что застревали в горле, они банально не желали формироваться во что-то членораздельное и понятное. Оставалось только отсмеяться, надеясь, что друзья перестанут ее смешить. Благо, не ей одной ситуация показалась забавной, ибо смех Бэя тоже заразно разлетелся по поляне в ответ на веселое кваканье представителей болотного царства. Вскоре, наконец, отдышавшись да отсмеявшись, девушка с трудом перевела дыхание. "Фух~...Так точно лопнуть можно."- проскользнула мысль, заставив еще раз хихикнуть. Она даже не сразу заметила, что к ней подошел Бэйнар, решив помочь приподняться, за что она ему была весьма благодарна.
Альвэри улыбнулась в ответ мужчине, соизволив теперь осмотреться. Жабы создавали проблему, но не настолько страшную, как казалось перепуганным спросонья ребятам. Ждать, пока те ускачут восвояси было совершенно не вариантом, ибо они могли и вовсе никуда не ускакать. Оставалось помочь им удалиться со всей вежливостью. Лоддроу усмехнулась. Благодаря зелью, она пока не чувствовала той усталости, что в ином случае свалила бы ее с ног и никакие жабы бы не разбудили, поэтому и могла позволить себе потратить еще немного магических сил на не сложное заклинание. Сим, собственно, девушка и занялась в следующее мгновение. Снова опираясь на силу природы для экономии своих же запасов энергии, Альвэри занялась зачисткой поляны от квакающей братии. В мгновение ока на этом участке леса, доверху наполненным задушевным кваканьем, поднялся эдакий мини-ураган, начавший расшатывать деревья и носится вихрем по поляне. Лоддроу стояла в єпицнтре сего явления, полностью сконцентрировавшись на чарах. Ураганная сила не была настолько большой, чтобы вырывать деревья, на некоторых из которых восседали вив и алла, с корнями, но вот стряхнуть их с насеста своего вполне могла. Особенно, если те вдруг надумают бездумно спрыгивать при очередном порыве. Осторожность и продуманность в действиях лишь могла помочь в данной ситуации остаться невредимыми, но, как показала практика, об этих качествах в сей незадачливой компании сроду не знают. Впрочем, можно было уповать на здравый рассудок да инстинкт самосохранения. Тем временем, Аль совершенно не об этом думала, занятая чарами. Легкими и непринужденными, с ее точки зрения, порывами ветра, девушка оперативно очищала поляну от жабьей напасти. Земноводные в кои-то веки убедились, что все в жизни бывает в первый раз и жабы тоже могут летать. Правда, направление задавали явно не они. Ветер кучками поднимал болотных жителей и разбрасывал их по кустам, почти всегда в одном направлении, ибо кто знает, куда группа приключенцев двинет дальше. Не хотелось бы снова влезть ногами в квакающую жижу.
Достаточно быстро поляна была освобождена от большинства жаб. Некоторым повезло и их поодинокие тушки то там, то сям показывались, шлепаясь брюхом по болотистой местности, но они уже не представляли собой той "опасности", что успела распугать компанию. Закончив с чарами, Аль оглянулась, сверкнув веселым взглядом.
- Ну что? Идемте, найдем более подходящее место для того, чтобы привести себя в порядок после бурной ночи аль решили дождаться еще гостей?
Не дожидаясь ответа, девушка принялась собирать свои вещи, немного разбросанные ветром, ею же созданным. Стоило побыстрее покинуть сие место, и выйти обратно к реке. Кто знает, насколько гибло в глубине неизведанного леса. Приключений на сей день с нее хватило, а сил оставалось все меньше. Только благодаря действию зелья девушка еще не рухнула от упадка оных, но его длительное действие не стоило рассчитывать, посему нужно побыстрее выходить к более "цивилизованным" местам, что ли. А еще искупаться. О да, это обязательно. От таких мыслей даже кожа зазудела от предвкушения. Смыть с себя всю грязь, кровь, может и воспоминания тела о соседстве с жабами... Ее хорошенько потрепало, о чем лишний раз напоминал внешний вид лоддроу, в особенности изорванное и окровавленное платье. Благо, хоть костюм на смену есть, а то была бы словно оборванка. Альвэри покачала головой, усмехнувшись себе под нос. Уже через пару минут, собравшись, девушка вопросительно взглянула в сторону всех остальных.

+2