За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Долина Китли

Сообщений 21 страница 40 из 41

1

http://sg.uploads.ru/D1x60.jpg

Осенний воздух, грусть и красота опавших листьев навечно поселились в долине Китли. Из года в год один сезон осенний не покидает это место. Поддерживается эта красота волшебными чарами, наложенными давным-давно, и практически позабытыми в легендах. Однако для жителей долина - напоминание о том, что есть в природе что-то иное помимо холодных снежных ветров и вечной мерзлоты.
Долина огромна, начинается она у подножья Южного хребта и идет до самых западных берегов. Здесь расположились несколько небольших деревушек и множество таверн на перекрестках дорог, готовых встретить неустанного путешественника. Долина испещрена тысячами маленьких ручейков, впадающих в несколько больших заводей.

Переходы в ближние локации
--> Город Мандран
--> Южный хребет
--> Мертвая деревня

Описание: In

0

21

26-27 число месяца Новой Надежды;
Ночь-Утро;
1647 год от подписания Мирного Договора.

-Чёрт, снова я в начале что-то сделал, прежде чем подумать. Пора бы уже избавляться от этой привычки, а то я такими темпами всех своих знакомых в могилу сведу. Шайдер даже не успел дотронуться снегом до ожогов волчицы, как почувствовал, что какая-та неведомая сила резко отталкивает некомпетентного врача от своего пациента. И это однозначно было не жалкая попытка Исс отпихнуть своего возможного мучителя ногой. Да, это был маг Аэрниас, и он только что спас Лису от ещё большего ухудшения ситуации, за что дракон был ему очень благодарен. Пролетев пару метров, ящер упал на землю и приземлился головой буквально в двадцати сантиметрах от острого корня.
-Метко откидывает. - подумал Вермекс, справедливо подумав, что ещё чуточку невезения, и было бы у мага два пациента вместо одного. Поднявшись с земли, Шайдер заметил, что Аэр поднял волчицу с земли и уже собирается отправляться на поиски более профессионального лекаря, нежели дракон.
-Полностью согласен. Помогу, чем смогу. - сказал ящер, после чего отправился за вампиром, попутно разыскивая своими глазами хоть какой-нибудь источник света.
Поиски продолжались долго, так что Вермекс с Аэрниасом достаточно долго бродили по ночному лесу в надежде найти даже самый захудалый постоялый двор. И всё это время Шайдер поглядывал на Нэа, каждый раз надеясь, что её не стало хуже, и она сумеет дотерпеть до помощи. Ведь во всех её ранах был виноват именно он, даже если дракон тогда не осознавал этого. В общем, эти несколько часов плутания по долине в темноте не были самыми спокойными в жизни ящера.
В конце концов, Вермекс уловил еле-еле заметный свет, пробивающийся среди деревьев. Обратив на него внимание вампира, Шайдер, пропустив Аэра вперёд, поплёлся за ним в сторону постоялого двора. Войдя за ним в гостиницу и не забыв Снаппи на улице, Вермекс, увидев, что Аэрниас с особым рвением подзывает трактирщика с целью вызвать лекаря, решил не вклиниваться в разговор, чувствуя, что у его клыкастого друга всё и без него отлично получится. Несмотря на то, что за окном светила Луна и для некоторых существ было темно, хоть глаз выколи, в баре сидело приличное количество народу, так что ящеру пришлось разыскивать свободное местечко, чтобы там расположиться, ибо толку в стоянии посреди зала и привлечении ещё большего внимания дракон не видел. Усевшись за один из столиков, Шайдер снял с пояса один небольшой мешочек, после чего достал из него несколько ягод и положил их перед собой. Снаппи, заметив еду, моментально подлетела к ней и начала трапезу, так как в последний раз птица ела примерно сутки назад. В скором времени к ним подсел и Аэр, который успешно договорился о лечении Исс, а также о еде для себя с ящером. Заказ был принесён буквально через пару минут, и через некоторое время желудок Вермекса был также полон, как и его фамилиара, после чего потекли долгие часы ожидания. Мозг Шайдера, будто назло своему хозяину, рисовал в голове самые ужасающие образы и варианты развития событий, несмотря на отчаянные попытки дракона пропускать их. В конце концов, когда за окном уже забрезжил рассвет, на лестнице послышались шаги, и через несколько секунд в проёме появился лекарь.
-Доктор, ну как её состояние? - спросил его Вермекс, едва старик подошёл к их столику.
-Ничего страшного и непоправимого. Жить будет. - ответил лекарь самым что ни на есть обычным тоном.
-Фу-ух, пронесло. Хотя, видно, придётся мне до конца путешествия держаться от Исс подальше, иначе неприятных сцен не избежать. - подытожил для себя Шайдер, - теперь осталось дождаться только саму заболевшую.

Отредактировано Вермекс Шайдер (2014-03-14 21:00:52)

0

22

27 число месяца Новой Надежды.
Утро-день.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Не смотря на слова лекаря Аэрниас жутко переживал за Лису. Мало ли, что мог упустить врач, как никак, сам вампир не знал на что способен драконий огонь и он безумно боялся, что лекарь мог не знать этого тоже.
Однако, не смотря на внутреннее переживание, внешнего вида маг не подавал. Есть хотелось не очень сильно, поэтому вампир буквально силой запихнул в себя еду и очень быстро почувствовал, что есть больше не хотелось.
Вскоре утреннее солнце слабо осветило окна. Усталость волной накатила на Д'Торррета и глаза у того непроизвольно начали закрываться. Когда светило более уверенно освещало окна, Аэрниас боролся со сном из последних сил, однако результатов это не принесло - Нэа Исс так и не спустилась со второго этажа, а беспокоить ее врач запретил напрочь.
Спустя долгие часы борьбы со сном Аэрниас решил сдаться и, поднявшись на второй этаж, вошел в свою комнату.
После бессонной ночи кровать, на которой было несколько подозрительных пятен и которая пахла далеко не наилучшим образом, показалась вампиру пределы мечтаний, еще бы - сейчас он мог заснуть хоть в сугробе, лишь бы спать не мешали.
Наконец-то маг вошел в пучину беспокойного сна. Д'Торрет спал всего лишь два часа, но все эти часы Аэр ворочался и что-то беспокойно бормотал себе под нос.
Проснувшись, маг, к своему неудовольствию, обнаружил, что он весь мокрый от пота лежит в скомканном одеяле. Не смотря на сон, вампир чувствовал себя жутко уставшим. Медленно, рывками, маг поднялся с кровати, а затем, быстро спустившись на первый этаж, распорядился у хозяина постоялого двора о бадье с теплой водой.
Спустя полчаса Аэрниас уже нежился в теплой ванне. Смывая с себя пот, грязь и дурные мысли, вампир почти забыл о том, что привело его к долину Китли. Однако, после принятия ванны этот факт навалился на Д'Торрета и маг устало закрыл глаза.
Помывшись, Аэрниас одел чистый вариант своей старой одежды и спустился в низ. Оказавшись на первом этаже, маг попросил трактирщика накрыть на стол, а затем спросил относительно своих спутников.

0

23

27 число месяца Новой Надежды.
Утро-день.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Знаете, это уже вошло в привычку - дурное пробуждение. Не, ну правда! Сначала на корабле под промозглый холод, потом в чокнутом доме в объятиях дракона, дальше был трактир, хотя там, конечно, еще не всё так плохо было, ну относительно.. Температура и возможность сдохнуть - не в счет, и вот теперь.. Пробуждение от невыносимой чесотки на брюхе и руке!
Сначала она была почти незаметной, заставляя девушку только глухо ворчать и морщиться, натирая доступные для почесу места над бинтами. Но уже спустя каких-то пол часа ворочаний зудящие ощущения усилились настолько, что спать оказалось уже и вовсе невозможно! Иль завертелась и зашипела, в попытке унять мерзкое чувство отчаянным скребком когтей и досмотреть какой-то очень уж интересный сон, но не тут-то было! Самое дурное в этой ситуации оказалось то, что ПОЧЕСАТЬСЯ НЕ БЫЛО ВОЗМОЖНОСТИ! Никакой! Лекарь, то ли по доброте душевной, то ли по простому великому опыту лечения обгорелых, накрутил столько тряпок, промоченных в какой-то мерзкой жиже, что ей даже когти от частичной трансформации не помогли! Так, только завязли в клейком тряпье..
- Тееейаааарррр!!!! - глухо зарычав, Иль завертелась волчком на кровати, так ещё и не открыв глаза, в попытке сорвать с себя мерзкие бинты, и, разодрать себе кожу до крови, лишь бы унять этот мерзкий зуд! Вот только кровать была не предназначена для подобного, так что вскоре Иль просто рухнула на пол, навернувшись с края узкого матраца. Удар был болезненный, что оказалось на диво приятно - чесотка немножко спала, вот только не на долго!
- Аррр-раррр-рарр-раррр!! - новая атака на неприступные из-за повязок участки тела дал схожие результаты, разве что на этот раз волчица открыла глаза и остервенело уставилась на собственное тело, которое так хотелось расчесать, и скребла-скребла-скребла бинты сj всей доступной ей силой, пока случайная мысль не затесалась между раздражением и кайфом:
"А почему я голая?" - удивление вместе с попытками вспомнить, что было до этого, не увенчались успехом. Разве что почесаться Иль удалось уже успешнее, да и то не на долго, так как в дверь вдруг постучали и..
- Йиии, погодите! - волчица взлетела на кровать и накрылась одеялом до самого подбородка за какую-то секунду, а спустя вдох в комнату вошли. Дяденька.. Нет, даже дедушка! Седой весь такой, с бородой до пупа и очень цепким взглядом непонятного цвета глаз. На дедушке обреталась поношенного вида рубашка, брюки, сапоги, явно не на меху..
Ага, значит всё это про Мандран было сном? Ну ведь не ходят же так вот налегке по зубодробительному морозу, да? И Слава Ильтару! Но тогда где я?
- Как вы себя чувствуете? - тем временем поинтересовался дедок, так и не дойдя до кровати каких-то три шага и осматривая девушку так, что Иль очень пожалела, что у неё нет пухового матраца, чтобы прикрыться и им! Обычное шерстяное неизвестному, похоже, не мешало, а девушка пока ещё не нашлась что ответить, впав в какой-то ступор. Да ещё эта чесотка..
- Ну я, - неуверенно протянула Исс, украдкой царапая красную новую кожицу в тех местах, где уже сумела ободрать бинты, но даже это действие не укрылось от мужичка. Удрученно взмахнув руками и ляпнув что-то вроде: "Да что же вы творите-то, а?!" - он на удивление резво бросился к волчице, чем ту искренне испугал, а потом..
- Иииии!!! Не трогайте меня, не трогайте! Мамочкааа!!! - визг разнёсся, казалось, по всему зданию, так Иль постаралась, отбиваясь от не ожидавшего такого и оказавшегося на диву сильным дедушки сначала подушкой, потом ногами из под одеяла. При последнем способе "отстаивания собственной чести" дедушка, разумеется, сплоховал и отшатнулся, от чего Нэа перестала визжать, запустила в того неудачливой подушкой и гаркнула так, что сама себя не узнала:
- Кто вы такой, Тейар вас раздери, и где моя одежда?! Да я Вас страже сдам!!! - при всём при этом девушка натягивала одеяло до самого подбородка, от чего оголялись её пятки, трясла кулаком в сторону не ожидавшего подобного и лежащего с самым ошарашенным видом на полу лекаря кулаком, да ещё и оглядываться не забывала. Что-то во всём этом ей казалось знакомым, очень, если не сказать больше.. Что-то такое знакомое, что..
Таверна? пакон меня сожри, Какого лешего я делаю в таверне?! Мне же домой надо!! - осознав всю безнадёгу ситуации, Иль прекратила раздавать бессмысленные обвинения и угрозы, и только рявкнула ещё раз, уже чуть более хрипло:
- Отлично я! Не стоит беспокойства! Принесите мне мою одежду, сумку и.. И.. И завтрак! Я сейчас выдвигаюсь!
Не найдясь, что ещё сказать, Нэа закуталась в одеяло, будто в кокон и рассматривала поднимающегося с пола старичка со всё большими угрызениями совести, ведь по сути он был ни в чем не виноват. Да ещё и дедушка, пришёл проведать, а тут..
Нет, он кинулся на меня! - тут же прорезался вредный голосок, заставив девушку в ужасе снова покрепце зажать полы одеяла на себе пальцами, - А значит заслужил! Хотя.. Извиниться, наверное, надо!
Тем более что старичок и правда выглядел не очень, покряхтывал так тяжело, недовольно ворчал что-то под нос себе о волках, девицах и дурной работе, так что Иль даже произнесла:
- Вы уж извините, что я вас так. Но.. Просто не надо подходить ко мне! Я в порядке! - для полноты ощущения еще и закивав, Иль попыталась принять наиболее мирный вид, вот только старичок вдруг сварливо и довольно крикливо заявил:
- Да чтож ты делаешь-то, а?! Повязки кто с тебя будет снимать, дрянная девчонка? Леший, да? Или Тейар, к которому ты всех добрых людей посылаешь, а? Неблагодарная зверица! Вот и чешись, пусть Теайр тебя твой и спасает, бестолочь! - костлявая палец со слегка вздувшимися суставами угрожающе погрозил и так уже сникшей от внезапного выговора девушке, которую и правда опять начала одолевать чесотка, а спустя вдох старичок просто развернулся и направился к выходу. Гордо так.. Прихрамывая, но гордо! А на волчицу, вместе с чесоточным зудом напала ещё и совесть.
Тейаааарр, да где я? - накрывшись с головой одеялом, будто это могло спасти её от всех невзгод мира, Иль под постоянные почёсывания пыталась вспомнить хоть что-нибудь после момента её отправления в Тешрет.. Ничего не вспоминалось.

0

24

== Продолжение ==

27 число месяца Новой Надежды.
Утро-день.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Но как это обычно бывает, долго раздумывать Иль не любила, а более того - действие всегда было ее визитной карточкой во всём, а это значит..
- Да идите вы все к.. Хххаккккхх! - договорить адрес отправления волчица так и не соизволила, так как согнулась уже в который раз за несколько дней в столь блаженной при её-то чесотке боли обращения.
Кххааах, какой же кааайф-то! - подумала девушка уже спустя каких-то три минуты после ругани со стариканом. Отняли одежду? Хорошоо! Забинтовали так, что ни вздохнуть, ни почесаться нормально? Тоже распрекрасно! Хоть кольцо и амулет на месте оставили, чтоб им пусто было.. Но лезть с потными кудлатыми в суставах старческими ладошками к её драгоценному, пусть и болящему, телу?! Ну, знаете ли!
- Хррееерр! - бодро встряхнувшись на кровати, из под одеяла вылетела песочного цвета волчица. Большая такая, со сваленной в здоровые калтуны на брюхе шерстью и горящими бесноватостью синими глазами! А когда подобная животина вдруг взяла да и ломанулась через дверь и дальше по коридору вниз, на запах еды, которая даже в воображении никак не хотела лезть в глотку, таверна всполошилась. Да что там! За спиной бегущей Иль разносились и дополняли друг друга целые сирены разноголосых уборщиц, постояльцев, прислуги и даже ругательные проклятия того старикана, которого Нэа, разумеется, сбила и приложила об стену первым!
Будет знать, как на молодых девиц совращаться, огрский гхор!
За спиной завывала уже целая толпа народу, так как волчица не пропустила никого на своём пути и каждого одарила волчьей "улыбкой", когда под лапами уже затрещал пол местного обеденного зала на первом этаже. Тут же, будто кто её дёрнул, Лиса повела носом в сторону до боли знакомой сумки с кнутом, висевшем здесь же, на чужом стуле, а едва рассмотрев рослого такого бугая рядом..
Ах ты, ворррюга! Ну держись!
- Грррарр! - злобно взрыкнув, волчица даже на задние лапы присела, прицеливаясь в сторону носа наглого "незнакомца", "по вине которого" Иль едва не лишилась всех своих запасов и любимого оружия, но не тут-то было. На пути возникло оно - препятствие в лице аж целых двух громил-вышибал. Чуть поменьше росточком, чем ворюга с бородкой, но тоже ничего! Растяпили лапищи с дубинами, будто объятий им с детства недоставало, мычат что-то несусветное и как-то уж очень недобро смотрят. А Лисе проблем-то и не надо! Вот совсем-совсем, только своё бы вернуть! И потому, не думая больше мгновения, она рыбкой ныряет под ближайший к ней стол, вспугивая какую-то особо впечатлительную девицу в юбках на руки тому самому вышибале, проползает на пузе по пыльным половым доскам, в ещё пару вдохов достигает стула, на котором покоится её родненький кнут и сумка, сжимает челюсти на обеих любимых вещах, как вдруг:
- Держите оборотня! Ловите прохиндея! - а ведь это был тот старикашка, указывавший своим рахлябанным пальцем в сторону золотистой с самой верхней ступеньки лестницы. И как только очухался так быстро после довольно сильного удара о стену?
Везёт же мне на живчиков! - успевает подумать Иль, с места в карьер срываясь в стремительный бег в сторону двери и вышибая её плечом, когда до народа наконец доходит смысл сказанного и..
Тейар, как я вовремя! Рвём когти, рвём!
За спиной разражается просто неописуемый визг всех девушек и сразу. Оборотень, чудовище, кошмар и ужас же, ПАНИКА! Волчица бежит по узкой улочке небольшого посёлка вперёд, в сторону леса, и искренне жалеет уши тех, кто остался в стремительно удаляющейся таверне. Такая какофония звуков и эха преследует её ещё не менее трёх минут быстрого галопа, что остаётся только пожалеть барабанные перепонки тех, кто всё это время находился в эпицентре. А Лиса тикает, отбивая себе кудлатый от колтунов бок сумкой и пощёлкивая кончиком кнута, развивающегося на ветру.
Деревенька уже давно осталась позади, впереди только какая-то тропа, ведущая прямиком в укрытый золотом осени дубняк, а это значит..
Всё хорошо! Вот сейчас сбегу куда подальше и всё будет замечательно! Там и разберусь, что к чему.. Хух-фух-хох.. Есть хочется!

--- > долина Китли > граница с морозным Мандраном.

Офф

Всё, ребята, дальше без меня! Устала я вас ждать, ухожу в свободное плавание.
Спасибо за игру, было приятно познакомиться. Удачно вам дойти до пещер. =)

0

25

== На 20 км западнее Мандрана ==

27 число месяца Новой Надежды.
День-вечер.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Волчица остановилась, только когда за спиной осталось не менее двух часов активной рыси и петляния по безлюдным местам. Стоит заметить, один раз Иль, шарахаясь без определённого направления прочь от любых звуков и запахов людского присутствия, едва не вылетела за границу долины в ледяной воздух предместья Мандрана, но вовремя одумалась и взяла заметно западнее. Так, очень скоро, она прошла мимо длинной полосы недавнего пожарища, оставившего у неё на душе какой-то смутный и неприятный след, пересекла несколько широких дорог и углубилась в довольно густой березняк, затерявшись среди ветвей орешника. А когда в груди уже начало похрипывать от слишком продолжительного и быстрого бега, а сумка вместе с кнутом в зубах стали казаться тяжёлыми, волчица решила сделать привал. Наконец-то! Сплюнув осточертевшую поклажу и размяв болящие от долгого напряжения челюсти, Лиса на всякий случай обежала по периметру поляны настороженно принюхиваясь и выслушивая, но ничего подозрительного, кроме тревожных трелей птиц, не расслышала.
Ну и здорово! Ну и замечательно! Нужны мне больно эти разумные! Одни проблемы от них, тьфу! - подойдя к сумке, Иль настороженно принюхалась, подцепила носом защёлку, едва не поранив собственный язык, откинула кожу кармана, намереваясь проверить сохранность продуктов, как вдруг..
- Крррравррее-ррррааа!
вы когда -нибудь пробовали сбросить рассерженного зверька в себя? А очень рассерженного и помятого кучу и тысячу раз? А голодного? А теперь представьте, что это ваш фамилиар, который коварно и долго ожидал именно этого момента, чтобы укусить вас ни куда-нибудь, а именно в нос, и не просто так, случайно, а в наказание, чтоб аж в глазах зарябило и мушки показались от боли.. Короче говоря, визг, поднявшийся над поляной был вполне оправдан, как и скачки по осеннему травостою, в попытке сбросить с себя озверевшее Тейарово исчадие побыстрее и посноровистее, но куда там! Уж если Крис вцепится - то надолго, а если еще и хорошо ухватится.. Ухватился он на диво хорошо! Прямо за мочку носа, за самое больное, после глаз, что было у волчицы, и, продолжая вихляться длинным тельцем, Крис и не думал отпускать собственную хозяйку, мстя за всё, что она сделал или НЕ сделала, а о чем даже и не думала!
У волчицы от боли уже выступили слёзы, да и прыгать долго она не могла - просто начала задыхаться, когда зверёк, видимо, натешившись, собственной властью, ослабил хватку и оттолкнулся лапами от морды Исс, мягко спланировав в нескольких метрах поодаль. Сама же волчица тут же отскочила прочь и взвыла, жалобно прижимая передние лапы к морде и не в состоянии сдержать всё катящихся из глаз слёз. Болело ОЧЕНЬ сильно, да ещё и кровь выступила, оставив на золотистой шерсти лап багровый след..
ЗА ЧТО МЕНЯ ТАК?! - билась в сознании обидная мысль, застывая в горле колючим комком смертной обиды на того, кому верила без остатка, практически, как самой себе, а тут, - Предатель! Я же ничего ему не сделала, бессердечный шнурок меха!
А Крис, похоже, и не думал раскаиваться! Глянул гордо, хвост вспушил да и пошёл смешной при его коротких лапах трусцой по высокой траве обратно к сумке, с видом выполненного долга. Вот только он - фамилиар, - не учел одной маленькой вещи.. Лиса была не менее мстительная! И едва боль отпустила и перестала застилась глаза слезами, она с глухим рыком бросилась на предателя, желая по меньшей мере загрызть неблагодарного эгоиста, а по большей..
Шапку сделаю! Нет, порву на половинки и скормлю сорокам! Выродок куньих поменьше собаки, да я тебя!!!
А зверёк, будто того и ожидавший, быстро дал дёру на ближайшее дерево, да и был таков! Только и успел что хвост убрать из под захвата щёлкнувших в пустом желании поймать волчьих челюстей.
- Крриф!
- Гррра-ррра, ххрррак-рру, грррав!
А НУ СЛЕЗАЙ, ОБОДРАННЫЙ ХВОСТ ДОМАШНЕЙ КОШКИ! - бесновалась внизу, под деревом волчица, искренне пытаясь подпрыгнуть и все-таки уцепить мелкого и верткого зверёныша зубами, но как оно обычно бывает - тщетно. А промучившись пару минут и окончательно выдохнувшись, Иль замерла под деревом, недобро глядя на шуршавшего чем-то у дупла зверька, потом рыкнула, фыркнула и, сделав пару копательных движений в сторону зверька, гордо развернулась к своему рюкзаку.
И к Тейару тебя! - так и гласила её гордо поднятая голова и быстрый шаг, с которым оборотница достигла своей сумки, в пару движений носа закрыла её и подцепила в зубы, опять же вместе с кнутом, - Живи один, я тебя не привязывала магически! Какого лешего ты мне сдался!
А в горле уже клокотал комок сглатываемых слёз, но девушка не позволила себе поддаться ему. Гордо подцепив собственные пожитки в зубы, она ещё раз оглянулась на явно не собиравшегося спускаться вниз фамилиара, грозно сверкнула глазами и была такова. Так их пути разошлись на довольно долгое время.. По крайне мере так думала сама Иль спустя час, уже пересекая границу ледяных земель и врываясь во владения морозов:
"Может.. Так оно и будет к лучшему! я всё равно не умею ни о ком заботиться.."

--- Улицы Мандрана -->>>

Отредактировано Нэа Исс (2014-03-24 17:51:54)

0

26

27 число месяца Новой Надежды.
День-вечер.
1647 год по подписания Мирного Договора.

Аэрниас уже собирался было найти и спросить у лекаря, что с Лисой и когда она спустится, однако в этом не было необходимости, так как до ушей мага донесся крик, который, скорее всего, принадлежал врачу.
Как только вопль врача пронесся по всей таверне, буквально перед лицом у Аэрниаса пронесся неузнаваемый силуэт, и Аэрниас, буквально на уровне интуиции понял, что это Лиса Исс.
Останавливать обротницу маг не собирался - это было полностью ее право: уйти или остаться, и никто не мог оспаривать его. Спустя пару минут после того как волчица вылетела из постоялого двора и скрылась в листве, Д'Торрет с шумным выдохом поднялся и пошел на второй этаж, в поисках Вермекса. Однако сегодня удача была явно не на стороне Аэрниаса как, впрочем, и последние несколько дней. Только вампир поднялся на второй этаж, как прямо перед магом открылась дверь, которая вновь ударила Аэра по лицу. Однако, в этот раз, удар был не сравним ни с ударом Лисы, ни Вермекса, ни даже их обоих вместе взятых.
Д'Торрет отлетел от двери и едва удержал равновесие, чтобы не свалиться с лестницы. Однако даже боль, которая потрясла лицо мага не смогла перебороть удивление, которое возникло, когда Аэр увидел, что из дверного проема вышла молоденькая девушка, выглядевшая настолько худой, что ее даже ветер должен был сдуть.
Однако силы в этом создании Тейара было больше, чем можно было даже представить, так как она, судя по всему, даже не заметила, что едва не убила вампира и, не обращая ни на что внимание, спустилась на первый этаж, отодвинув Аэрниаса, который стоял у ее на пути.
Аэрниас осторожно прикоснулся к поверженному носу, который, судя по всему, был сломан. Но боль быстро прошла и Д'Торрет пошел дальше в поисках Вермекса.
К сожалению, дракона не было в постоялом дворе, даже трактирщик не знал где он и где он мог быть.
«Ну и что мне теперь делать? Лиса сбежала с такой скоростью, как будто за ней сам Тейар гнался, а Вермекс вообще исчез, как корова языком слизала... нет, все. Меня это достало. Я ухожу отсюда. Хочу вернуться обратно в Таллем и забыть про весь этот бред...»
Аэрниас рассчитался с хозяином постоялого двора, а затем, собрав вещи, спустился на первый этаж, открыл дверь трактира, но, как только вампир вышел из таверны на него набросилось нежелание идти пешком через всю долину Китли.
Д'Торрет махнул рукой и прямо перед ним появилась черная точка портала, которая мгновенно начала расти. И вот перед магом плясал вихрь пространственного перехода, который вел своего создателя в Мандран. Аэрниас вошел в портал и вскоре вампир летел сквозь темный тоннель.
http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [ Улицы Мандрана ]

0

27

[ Центральная торговая улица ] http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png
6 день Страстного Танца, 1647г. День, ближе к вечеру.
Солнце светит, воздух прохладен, а облака начинают скрывать лучи тепла.

- Гангрена
Она словно ненормальная бросалась на листья, наконец-то решившись в своей жизни снега.
- Брев... доска
Только белая шерсть вместо маскировки принимала на фоне вечной осени скорее иную форму, прямо противоположную изначальной цели.
- ... Медведь?
Быстро оглянувшись на своего нового хозяина, скорее воспринимавшегося, как лучший, а главное новый, друг, волчица тявкнула. Недовольно, а если кто и понимал её, то перевёл бы эту цитату, как - "Ты что, дурак?".
- Ммм... верно. Ладно, тогда берём старый вариант, - Мюриэл наконец-то сдался, перестал перечислять возможные имена для своего семаргла, - Значит Тёмная Сибирь? Точно не Баньши?
Тявкнув что-то не особенно задачливое, самка явно дала знать о своих предпочтениях. Сразу же после этого она увидела нечто за стволами деревьев, потому и ринулась туда на встречу чему-нибудь.
Оставшийся в гордом одиночестве ллайто продолжил свой путь. На коне цвета грязи, он плавно прикоснулся к своему мечу, за спиной. Пальцами погладив навершие, он проворчал.
- Баньши... - Сибирь? Известная на этом острове легенда, но по какой-то причине она редко уходит за её пределами, не смотря на то что её и не скрывают. Младшая сестра одного из правителей их расы, которая стала воительницей, личной защитницей родственника. Гордая, знающая о чести и сражении, она оставила о себе понятия воительницы, отдавшая жизнь во имя долга. Данная версия наиболее распространённая, скучная, обычная и именно её рассказывают детям. В народе так же гуляет иные факты, две самые популярные альтернативы говорят о страстной любви сестры и брата, ревности и убийстве, которая было совершенно от чувств или желания захватить трон, так же болтают о предательстве. Интересно, что хроники молчат по этому поводу, особенно о такой исторической личности, не смотря на то что факт её существования доказан. Какая была правда? Мало кто знает, тем более после бардов, которые опошлили или стандартизировали их жизни, историю, а точнее - легенду.

Мюриэл ещё с первыми лучами раннего солнца выехал из города, в сторону деревни, чей староста и звал к себе членов мернота и иных деятелей, которые спасут их от напасти.
Наконец-то после продолжительного, но всё же недалёкого пути от столицы острова, наш герой прибывает к назначенному месте. Удивлённо оглядевшись, он сразу примечает пару фактов о местности.
То ли от вечной осени, то ли от важного маршрута, дороги на острове, то ли... вероятного от всех вместе взятых факторов, эта деревня была вполне себе богата. Некоторые дома разукрашены, разрухи не было видно, а местные занятые своими жизнями, как и все, пялились на прибывшего ллайто.
Искать дом старосты долго не потребовалось, такие сразу замечаешь, ибо желание выделится и быть более роскошным, авторитетным, почти что закон в их среде, даже при равном отношении.
На пороге дома его встретила немолодая лоддроу, которая игралась с... близнецами? Царскому показалось, что у него двоится в глазах. Мальчики словно капли воды, недоверчиво оглядели новоприбывшего, а их разумная, любящая мать уже крикнула нечто на языке их расы, что-то напоминающее имена.
Чуть дальше от него собралось ещё пару детей, подростков, которые учуяв нечто новое, сразу же шли поглядеть на гостя. Любопытство брало вверх, не каждый день видишь охотника на монстров, а о чудище что-то да и слышали. Взрослые молчали или врали им, но они не верили, тем более после появление ловчего, что было словно сигналом.
Сразу же за этим из дома вышло ещё пару хозяев. Старшая дочь, которая на руках держала младшую сестру, почти что ровесницу близнецов. Мать помахала руками, прося забрать детей в иное место, сама же та подошла к мужу.
Старостой деревни оказался так же не молодой лоддроу, с длинными до плеч волосами, жилистым, а по глазам опытным, недоверчивым, но сильно обеспокоенным. Он не знал, что делать, как себя вести, но никому об этом не говорил, пытался казаться лидером для своих товарищей. Считать, командовать, планировать для деревни, но не разбираться с неестественными смертями детей. Детей его соседей, которых он знал почти что всю жизнь. К сожалению, такому учатся только одним способом.
Узнав ллайто по глазам, он уже хотел сказать что-либо, как услышал шелест крыльев.
- Кхм... отличный спутник для охотника, - не удивился, не испугался. Скорее оценил семаргла, которая уже начала вынюхивать всё подряд. Её появление только порадовало зевак в стороне.
- Твоя бумага? - дезертир достал объявление, но вопрос всё же был риторическим, - Я пришёл решать ваши проблемы.

Дальше староста рассказал ему об общих проблемах в деревне, которые начались пару месяцев назад. Всё начиналось с меньшего, вначале подозревали приезжего, но в итоге со временем пошли слухи о монстрах, а затем словно лавина упала на их жизни. Погибали дети, которых сейчас родители почти что не отпускали от своих рук. Не смотря на это умерла бездетная старуха, жестоко, болезненно и муж соседки, чьи уши словно захлебнулись в крови.
Обсудив, узнав все детали происходящего в беседке, Мюриэл решил отправиться на место последнего убийства, в пятнадцати-двадцати минутах от деревни, возле речушки.
Как профессионал, он уже знал в чём дело, только как окажется в дальнейшем - всё было не так просто.

До приезда прекрасных дам оставалось около часа или даже получаса. Добравшись до места, они не обнаружат Царского, разве что слова о нём.

+1

28

[ Пункт телепортации ] http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png
6 день Страстного Танца, 1647г. Еще засветло.

Анаис вместе со своей спутницей неторопливо спустились в долину, дивясь погодным чудесам восточных земель. Природа здесь совершила мягкий градиент, сменив снежные шапочки на осеннее убранство. Возникло неестественное ощущение, будто всадницы семимильными шагами миновали отрезки временного пространства.
Вальбурга недоверчиво сняла несколько листков со склонившейся над дорогой ветки.
- Не понимаю, в какую сторону здесь идут времена года. Странное место.
- Здесь ничего не меняется. - Анаис улыбнулась чему-то радостно. - Разные части острова хранят разное время года. Китли всегда выглядит по-осеннему, например. Лес Андар - по большей части зимний, как и западное побережье, а выше...
- Погоди, - перебила ллайто, - в смысле не меняется? По твоему выходит, что деревья круглый год стоят с полумертвой листвой. Как это возможно?
- Долина заколдована. А кем и когда - неизвестно. К сожалению, в библиотеке я не нашла информацию об этом.
- Это противоестественно, - категорично заявила Вальбурга, - вся эта мандранская ерунда. Неудивительно, что у них тут такой реликт завелся.
Анаис посерьезнела, отвлекаясь от мечтательного разглядывания окрестностей. Реликтом являлось ничто иное как Ребенок Эха. Это и было целью их посещения снежного континента. Деревня в долине Китли попросила Мернот о помощи некоторое время назад, утверждая, что в их краях завелся охотник на детей. Заявка была сумбурна, но из того, что удалось понять, стало ясно, что ареал обитания и прочие подробности дела не подходили больше ни одному из возможных подозреваемых кроме Детей Эха. Редкая птица! Сразиться с такой досталась честь Анаис и Вальбурге - для расширения кругозора.
Девушки не сговариваясь ускорили ход, когда вышли из леса в прогалину, в которой разместилась искомая деревня. Анаис слегка удивилась, увидев, что на улице их уже ждет небольшое количество народа, правда, смотрит куда-то мимо. Проследив за взглядом, она увидела только стволы деревьев.
- Мурашки по коже от этих провидцев. - Вальбурга, очевидно, тоже неверно истолковала оживленность во дворе.
Спутницы спешились. Неожиданно синори задержалась у своей кобылы, напряженно уставившись на дорожную сумку. Спутница обернулась к ней, недоуменно ища в лице подруги признаки недомогания. На это Анаис неторопливо перевела на девушку неописуемый взгляд и слабо покачала головой. Вальбурга застыла.
После этой странной заминки собравшаяся заговорить с селянами ллайто передала инициативу синори. Та подошла к снежным эльфам с довольно слабенькой улыбкой.
- Доброго дня вам. Мы - гости в этих краях, приехали по работе, но заплутали. Не позволите ли вы пополнить у вас припасы и провести одну ночь?
Синори пускала в ход все свое обаяние, чтобы выглядеть доброй странницей, но ложь не была в числе ее талантов. Вальбурга с довольно-таки похоронным видом кивала рядом, незаметно, как ей казалось, стреляя глазами по обращенным к ним лицам. Еще несколько минут препираний и уговоров - и ловчие сломили тонкий лед неуверенности. Конечно, не без денежных посулов. В разговорах лоддроу подспудно прозвучало кое-что, что не понравилось ловчим: к ним уже заявился один охотник на монстров и он отправился искать следы.
Девушки отвели лошадей к стойлу возле трактира. Ллайто взбесилась до небес, но держалась, только коня привязывала с редкостным остервенением; Анаис выглядела подавлено.
- Что за бестолочи... писать в Мернот, а потом звать на помощь какого-то любителя... Ух, так бы и треснула им всем... Так. Погоди-ка, ты же почувствовала, да? - опомнилась воительница, замерев и уставившись на подругу.
- Да. Не то слово. - Синори безотчетно коснулась груди. Она уже давно последний раз питалась. - Но нельзя, чтобы тварь поняла. Я уверена, она там... среди лоддроу.
- Ох, Ванесы ради, да как они тут еще живы все?
- Да, странно... но смертей итак хватает - включая взрослых. Наверное, Дитя убило тех, кто его заподозрило.
- Чтоб его!.. Что делать будем?
- Я думаю...
Девушки мгновение помолчали. После Анаис изложила план, который пришелся не по душе ллайто, но спорить она не стала. Лучшего ведь все равно не было.
Оставив свою спутницу в деревеньке, синори пустилась в направлении, в которое тыкала пальцем ребятня. Взволнованной рысцой по тропке она добралась до воды и замерла, воззрившись на бывшего соратника глазами размером с Драконьи Ворота.

+1

29

Конечно же местные крестьяне давно уволокли труп, но каждый ловчий знает, где сидит... улика? В общем - след.
Отправив своего коня пощипать осенью травку, Мюриэл кошачьими глазами прошёлся по окрестностям. Следы застывшей, уже давно не свежей крови остались на земле, рядом с ними красовались разные вмятины.
«Он боролся, по крайне мере пытался» - внутренний монолог, словно запись в дневнике разъясняла картину смерти, - «Схватился за землю, пальцы уже были в крови. Успев сделав пару шагов, попытался... крепкий малый, может кузнец?»
Словно собака он решил принюхаться, но особенно ничего не учуял, по крайне мере того к чему можно было бы придраться в данной ситуации. Лазейки.
«Мучительная смерть... далеко от деревни, никто не услышал бы крика, ни его, ни мелкого ублюдка. Староста так же сказал, что детей убили в дали от всех. Что он здесь делал?» - порой мысли были не особенно согласованны, но и думал он их для себя, не чтобы другие ознакамливались с содержимым головы. Свой темп, своя манера.

Оглянувшись по сторонам, он не замечает Тёмную Сибирь, которая удалилась по своим делам, вероятнее всего на охоту.
Вдохнув, пора было осмотреть окрестности.
Кусты, уголки.
«Откуда оно напало? Засада или случайная встреча...» - самая интересная зацепка была найдена через пять минут. Следы, промежутки между шагами слишком короткие, словно он предпочитал топтаться на месте. Порой они наступали друг на друга, не естественно. Тут ступня смотрит на восток, а на ней же второй след глядит на юг. Повторялась эта картина не один раз.
Затем им был найден кинжал, который сразу же и был обнюхан.
«Кровь... не лоддроуская... его ранили» - самая интересная часть. Дитя задели, как? Особенно во время крика или... - «Полуглухой?.. в кузне вполне возможно... следа крови почти нет, теряется у реки. Органов нет, а значит не смертельно. Кузнец оказался в не том месте, не в то время.»
«Надо осмотреть труп, а так же... следы противоположны, сразу... раненым взлетел, чтобы обойти? Нет.» - профессионал думал, глядел, а главное использовал свой опыт, который не один десяток лет набирался за его спиной.
Уже встречавшись с этой нежитью в прошлом, он хмуро отправился к речушке.
Очистив руки, вытерев их об одежду, которая нараспашку грело его тело, Мюриэл наконец-то выставляет свою картину ситуации этого контракта.
«Он скорее сам оказался сюрпризом, смог застать врасплох. Кузнец, дровосек или ещё кто, проблемы с глухотой дали ему лишние секунды, сильное тело опять спасалось, смогло мелким кинжалом задеть... ранить ублюдка. Детей убивали давно и много, в разных семьях, страдали и взрослые, но тут не было системы. Ситуация не стандартная и потому есть только один вариант» - сейчас он вполне себе мог забыть значение слово "восторг" - «Дитя Эхо... а точнее Дети. Один ранен, второй же, гидра безголовая... откуда они взялись? Один в семье, а значит остатки ребёнка не нашли... может в логове, там где выздоравливает раненный»
Тяжело вздохнув, понимая сложность происходящего, особенно с моральной стороны для крестьян, он наконец-то высказывается вслух.
- Хрен ли ты пялишься? - хриплый голос звучал недовольно, словно старый дед обнаружил толпу мальчуганов на своём газоне.
Ллайто пристав с реки, наконец-то проводив бесконечную воду взглядом, повернулся к девушке.
Хмуро глянув в её глаза, расправляя плечи, он попытался узнать её.
- ... - нет, имя её полностью вылетело из головы, вроде начиналось на "Н" или "А", зато всплыл наиболее интересный факт, от которого на его лице наконец-то появилась привычная ухмылка, - Ты опоздала, цыплёнка сожрали, потому проваливай отсюда, новенькая.

Прошлое, крепость гильдии.
Кажется он давно не был при смерти, сильно кашляя он бил кулаком по своей груди. Умереть от удушения, это да. Смех, выпивка и кажется кусок мясного пирога из баранины - вот главный враг нашего героя.
- Ха-ха-ха, курррица! - наконец-то выкашлявшись, пьяный ловчий снова вернулся к громкому хохоту. Он только узнал о фамильяре молодой особы.
- Вот вам и будущее Мернота, теперь будем принимать контракты на лисов, хи-хи-хи, - по сей день его веселит сам факт существования этой пары.

+1

30

Синори до того напряженно сверлила взглядом затылок бывшего согильдийца, что даже вздрогнула от неожиданности, когда лошадь под ней всхрапнула. Не глядя она запустила руку в конскую гриву, потрепав свою полнотелую труженницу, подбадривая так скорее себя, чем животное.
Хрен ли ты пялишься?
Анаис поджала губы. Его грубости были хорошо знакомыми, не сказать родными, но чем-то напоминали о доме. Еще о тех временах, когда он вел себя как пуп земли и задевал ее и других молодых бойцов. Девушка едва сдержалась от того, чтобы не ляпнуть про цыпленка в тон. Она помнила, при каких обстоятельствах он дезертировал. Вальбурга была далеко, в случае чего — помочь ей некому.
Здравствуй, Мюриэл. — Анаис позволила себе легкий, но многозначительный акцент на его имени. — Не скучаешь по нам?
Синори подумала о том, что ждет этого типа, если он попадется Мерноту в своем нынешнем статусе дезертира. Мейстр, наверное, держит перо наготове, чтобы подписать приговор. При этой мысли Анаис запнулась. Меньше месяца назад бедной женщине пришлось повесить собственного племянника. Плохая тенденция у Мернота началась с тех пор, как прежний мейстр, подставив гильдию под удар, связался не с теми и превратился в кровавую кашу.
Вот и теперь перед Анаис, холодно взирающей вниз со своей кроткой кобылки, стоял еще один предатель кодекса. До чего же много их стало в последнее время... Надменный мужлан, убивший соратника, сейчас без капли раскаяния или неловкости смотрел на нее в ответ.
Как тебе живется "на воле"? Видимо, вольным наемникам сегодня непросто, раз приходится воровать заказы у старой гильдии.
На каждое сказанное предложение мысленно Анаис добавляла по три. В Мерноте редко говорят о погибшем "я его знал", ибо все гильдийцы так или иначе знают друг друга. Но — Анаис знала Алыкель. Все знали. А еще она знала Мюриэла, как и все. Или думали, что знают. Пусть он был груб и горделив, но не давал повода заподозрить его в подобном. Впрочем, о чем это она: когда такие вещи действительно ожидаешь от человека?

+1

31

Недовольно нахмурившись, после того как до ушей дошло его имя, Мюриэл медленно завёл руку за спину, к своей шее. Делая это как можно неторопливее, чтобы девушка заметила пальцы рядом с рукоятью «Последний крик банши», невольно заставляя задуматься о его намереньях. Наконец-то почесавшись, он скрещивает руки в районе груди, одновременно пытаясь оценить своё положение на данный момент.
- Подумывал уже вернуться, извиниться за недоразумение, а то подзабыл какого у нас там, но стоит тебя поблагодарить, твоя рожа напоминала мне почему оттуда сбегают... спасибо, - сбегают, а не бежит, но тут он наврал. Лично ничего против Анаис он не имел, относился ровно, как и ко всем новичкам. Пошугать их, накричать или приврать - одно из самых весёлых занятий в свободное время.
Покусав свою щёку со внутренней стороны, он ощутил сухость в горле, а на душе так же запалила пустыня, только вместе с раздражением. Ему требовалась выпивка и много.

Ранее в прошлом.
Небольшая группа новичков, которым только предстояли будущие испытания, собрались на небольшую лекцию. Вела её белокурая синори средних лет, на чьём лице красовался шрам на всю щёку, неумело, на скорою руку сшитые куски кожа сделали её не истинной леди.
- Как вы знаете, сегодня мы говорим о призраках, - осмотрев "студентов", она показала рукой на стоящего в углу мужчину. Зелёные кошачьи глаза, выбритый на лысо, он облокотился об стену, - Вот наш специалист, сейчас он поведает основы. Встре... кхм... что встал? Начин...
- Кххрр-пф, - ллайто со шрамом от виска до брови сплюнул под себя. Выйдя вперёд, выдержав драматичную паузу, он наконец-то начинает повесть, - Меня с вами и призраками связывает только одно - то что вы скоро сдохните в этих стенах, мучительной смертью, не желая её. Ваше тело вас подвёдёт, а последний мыслью станет то что вы этого не заслужили, как сотни других до вас. Потому став безумным призраками, желая отмщения или мира, мастера пошлют меня устранить вас. Снова. Мернот убьёт вас дважды, причём последний затем поёдёт пить и не за вашу память. Конец.
На этой ноте он просто повернулся и удалился.
- Нууу... так. Ладно, следующий раз зовём не таких придурков. Договорились? - сделав невинное лицо, она так же наврала довольно молодым зрителям. Будучи неплохими знакомыми, они практикуют данную сценку не один год, желая показать, напомнить о возможной судьбе в будущем. При этом выискивая потенциальных дезертиров, вместе с ... - Продолжаем...

______

- Сам себе хозяин, все деньги забираешь себе, никаких лекций и докладов, работы ещё больше, - зачем он ответил на это? Царский не хотел, лучше бы промолчал, но язык его враг.
Пока он болтал, свободный ллайто с не одной парой носков, достал тот самый окровавленный кинжал. Повертев оружие на пальцах, он резким движением руки метнул его в ближайшее дерево.
- До деревни далеко, вторая крики не услышит, - снова играем на нервах. Он уже понял по лицу Арьяры, что пришли не за ним, а за контрактом. От двух людей. Такие как Анаис, по его мнению, по одиночке не ходят, - Как и ничей другой, - глянув на следы убийства, он вновь перевёл взгляд к знакомой.
- Проваливай отсюда, это мой контракт. Тебе ещё за лешими бегать, - да, встреча пока не заставила его разговориться, только скорее настроение портит.
Не доставая оружие, он под конец присвистнул несколько раз.

+1

32

Первые мгновения шока от встречи прошли. Подкошенное сознание, заметавшееся было в растерянности, теперь стабилизировалось. Анаис возвращалась к упорядоченному ходу мысли. Но ей приходилось защищаться от того, что было над ней — выше любого разумения. Инстинкт. Голод. Синори застали врасплох, но теперь, успокоившись, она ощущала: кровь монстра была где-то рядом. Легкие следы, эманации раненой темной твари бережно, но неотвратимо поворачивали внимание голодной ловчей на себя. Девушка растерянно пробежалась взглядом по открытому пространству, где застряла она и предатель кодекса. Здесь были обронены драгоценные капли горького сока, что ей должно пить по праву перерождения.
Синори вдыхала сладковатый запах вечно умирающего леса и холодной воды, улавливая ноты событий, творящихся здесь не так давно. Она начинала читать книгу, еще не коснувшись страниц.
Но что делать с Мюриэлом? Этим злым и вредным Мюриэлом?
Минуту назад она бы призналась в собственном страхе. Но теперь над благоразумием брало вверх новое обстоятельство. Ужасающее, если вспомнить, что рядом были миряне. Могла ли она просто развернуться и уехать? Ни в коем случае. И дело не в предписанных обязательствах относительно дезертиров. Мюриэл костью в горле вставал поперек задуманного плана. Будь это кто-то другой, алчущий наемник или праздный авантюрист, за которым она поехала из деревни, но это был... Мюриэл.
Взгляд оранжевых глаз не сходил с лица ллайто: признаки распущенной жизни на нем так и цвели. Вдруг она поняла, чем его стоящий у воды образ смущает девушку. Она увидела то, что мешали видеть собственные эмоции. Теперь, когда рядом с ним не было приятелей, или он не занимался своими повседневными делами, Анаис будто увидела мужчину под другим углом. В этом ракурсе ему было не по себе. Его грубость была ничем иным как проявлением самозащиты. Внезапно он стал... не таким страшным.
Но зато оставался опасным.
Вид возникшего ножа в руках бывшего соратника вызвал легкий холодок в груди. Но тут в нос ударил будоражащий запах, выводящий инстинкты в абсолют. Широко распахнув глаза синори смотрела на запачканный клинок, который в следующее мгновение просвистел в метре от лошади.
До деревни далеко, вторая крики не услышит.
Как же она была голодна!
Проваливай отсюда, это мой контракт. Тебе ещё за лешими бегать.
Руки нервно сжали поводья. Нужно было что-то ответить, но что? Что они не враги? Что они вместе с напарницей не попытаются его скрутить и доставить в крепость? Но это же смешно. Он чувствует угрозу. Он знает обо всем, что младшие монстроловы могли бы предпринять в такой ситуации. Гриф, как звали его в Мерноте, был членом гильдии в четыре раза дольше, чем они с Вальбургой. Ллайто был почти преподавателем. Они недолюбливали его, но все же уважали, как и всякого, кто сумел дотянуть до его возраста и отличиться боевыми заслугами. Кто для него Анаис, свысока сверлящая взглядом? Оскаливший молочные зубы щенок?
Мюриэл... - Девушка постаралась проигнорировать прозвучавший свит, который, впрочем, только добавил беспокойства. Ее тихий тон не отдавал угрозой и был почти печален. Она надеялась, что ллайто не будет рубить с плеча. В каком-либо смысле. — Их несколько, да?
Анаис прерывисто вздохнула, мысленно прося прощение у Вальбурги и у всей гильдии Мернот в частности. Она подумала обо всех тех лоддроу, жизни которых висят на волоске, и это придало ей сил.
Дитя Эха уже в семье. Я почувствовала. Если твой медальон еще при тебе — ты тоже мог это знать. Но оно не было ранено. А здесь кровь монстра. Мы в ужасной ситуации. — Синори запнулась, собираясь с духом. — Нам не справиться вдвоем. И ты в одиночку не сможешь. Но вместе у нас есть неплохие шансы.
Девушка замолчала. Ее взгляд стал откровенно горестным.
Я не прощу себе, если пострадают невинные из-за наших разногласий.

+1

33

Осознав её последние слова Мюриэл с закрытом ртом засмеялся, себе под нос, но достаточно громко, чтобы девушка услышала его реакцию.
- Делай с собой что хочешь, меня не волнует, - Анаис волновалась за людей, возможных жертвах, в то время как Царский опасался в первую очередь крестьян, а не тварей. По ему мнению трое ловчих без проблем ликвидируют Дитя, тем более если им повезёт застать их по отдельности.
Последним ллайто и хотел заняться.
Снова глянув в глаза синори, в его душе началась слабая борьба. Зачем было возиться с ней? Её проблемы, её желания. Помочь? Сказать, намекнуть? Почему нет?
Нахмурившись, не зная, как реагировать, с каждой секундой ему хотелось залезть на лошадь и просто уехать из этого места, ибо контракт не стоил того.
Не появись здесь наша героиня, он вероятнее всего попытался бы отдать одного, оставив второго в семье. Забрать деньги, закрыть контракт и убраться отсюда подальше, не возвращаясь.
Молодая, как и он когда-то, который просто закончил бы начатое из спортивного энтузиазма подогреваемой горячей кровью. Какова она? Молодая добродетель?
- Ты... - почесав свои глаза, скорее от раздражения, чем от физическое потребности, он наконец-то высказывается, продолжая ощущать противоречивую борьбу, - кх... ничего не знаешь, Куринная Принцесса.
Зачем людям вообще имена? Да, ему явно стало легче, после чего он сказал прямо.
- Это же ты из книг не высовываешься? Видимо больше картинки любишь, а то забыла с кем имеешь дело. Бойся не его, а родителей, матери. Она сидит с детьми, как курица на яйц... хи-хи-хи, - остановишь, осознавая случайный каламбур, он захихикал. Мечтательно глянув в её сторону, но взором направленным в бесконечность.
Быстро вернувшись в реальность, он продолжает поучением, наставление, больше относясь к этому как к предупреждению.
- Как ты скажешь матери, что её ребёнок ублюдок? Что его надо зарезать как свинью? Даже так, когда он умрёт, никого не тронув из семьи, что будет, если он не обратится? - приподнимая голову, наблюдая за её реакцией, Мюриэл постарался процитировать запись из книги, - "Опасность же эт... ег... бла-бла, умирает... бла, имея под собой физическое начало, а не магическое Дитя Эха прел... прба.. в общем, не меняет форму... бла-бла", - да, вышло у него не так красочно, как он желал.
- Вас вздёрнут всей деревней а безумная мамаша потом будет гадить на... хотя нет, могилы у вас тоже не будет. Даже не сожгут тела, а просто бросят крысам на пир.
Выдержав совсем короткую паузу, надеясь что Анаис поймёт его опасения, он ставит точку.
- Мы не герои, мы работники, которые требуем денег, как и любой наёмник. Нас не любят, нас не знают. Ты будешь просто детоубийцей, которая потребует за это платы с родителя.

За всю свою жизнь Тараторящий Гриф сталкивался со всеми проявлениями обыденности людей, тем более той что можно назвать - "отрицательной". С детства, с начала карьеры и ухода на свободу. Не знание прошлого синори не мешало ему изначально относился к её опыту с пренебрежением укутанные в шелка. У него не было причин считать иначе.
Не смотря на это, он уже видел таких, как они менялись. Кто только не был в стенах Мернота. Вопрос только какой путь выбирает каждый из них?
- Так что проваливай, а Я закончу, - повторился ллайто, а после повернулся и медленным шагом пошёл вдоль речушки в предположительное направление логова этих тварей.

+1

34

Она поняла, что не получит поддержки еще до того, как Мюриэл раскрыл рот. Окаменев в седле, слушала все, что бывший соратник говорил, смотрела на небритое лицо, выразившее все стадии "Ильтар всемилостевый, как же я устал от этой дуры", стоически перенесла Куриную Принцессу. Не проронила ни слова и услышала все, что он хотел ей сказать.
Как же глупо. Нужно было разворачиваться еще тогда, когда он ее "поприветствовал".
Мы не герои, мы работники, которые требуем денег, как и любой наёмник. Нас не любят, нас не знают. Ты будешь просто детоубийцей, которая потребует за это платы с родителя.
«Бессердечная расчетливая скотина.»
Анаис смотрела, как он уходит. Машинально она дернула поводья, разворачивая лошадь. Ей все было ясно. Злые деревенские обидят бедного Мюриэла, если он попытается спасти их жизни. Ничем кроме трусости это не объяснялось. Марисы ради, и она действительно ждала поддержки от дезертира? Думала, что он "по старой дружбе" подсобит молодому поколению? Кляня предателя кодекса синори неторопливо возвращалась назад. И при этом испытывала жутчайший стыд — за себя. Что-то ударило ей в голову и она решила протянуть руку тому, кто убил своего соратника. Ее соратника.
Так что же ей двигало? Анаис действительно боялась за жизни селян или где-то глубоко внутри беспокоилась, что не утолит свой голод? Она была настолько подавлена, что уже была готова поверить в любое злословие относительно себя.
«Куриная Принцесса.»
В деревне Анаис встретила Вальбурга, сверлящая всадницу нетерпеливым взглядом желтых глаз.
Как все прошло? Он убрался?
Да... в каком-то смысле.
В каком таком смысле?
Синори шумно вздохнула, слезая с кобылы. Ей ужасно не хотелось встречаться взглядом с подругой.
Ну-ка, что там произошло?
Ты не поверишь, — неохотно выдавила из себя Анаис, —  но нашим наемником оказался Мюриэл.
Мюриэл... Царский?! Не шутишь?
Вальбурга моментально рассвирепела. Рука ллайто легла на рукоять меча.
Не торопись-ка, золотко. — Синори предупредила любой выпад со стороны напарницы. — Все не так просто. У нас двое Детей. Один в семье, другой — ранен, где-то в лесу. Дезертир пошел за ним. У нас... вышел очень неприятный разговор. Похоже, что мы поделим монстров.
Может, еще и награду поделим с ним? А после ужином угостим?
Слушай, — немного рассердилась Анаис, — не нужно сейчас об этом думать. У нас есть монстр в облике ребенка, которого оберегают как зеницу ока. И как только мы дадим ему понять, что пришли по его душу, он убьет криком всю деревню. И нас. А если мы попытаемся увести его из семьи, родители насадят нас на вилы.
Она практически дала краткий пересказ того, что ей поведал Мюриэл. Синори было гадко, но она не могла не признавать его правоту. Это дело оборачивалось настоящим кошмаром, с которым прежде ловчая не сталкивалась. Но моральным выбором она не терзалась, ибо для нее такового не было.
Так получается, что этот вонючий... — Вальбурга так заковыристо выразилась, что Анаис стало даже смешно, — сделает "чистую" работу и притащит в деревню чудовище, чтобы получить деньги, а мы сделаем самое грязное дело и нихрена не заработаем кроме удавки?
Вот теперь ты понимаешь.
А что, если так сложится, что мы не получим даже удавку?
Тогда займемся Мюриэлом.
Они почти с комфортом расположились в местной таверне, маленьком помещении, над которым жили владельцы. Комнат для постояльцев не держали - не такое проходное место. Девушкам разрешили спать прямо в зале, на полу, благо, что им было что постелить. Но время отходить ко сну было еще далеко, не говоря о том, что у монстроловов мечом над головой висело рискованное дело.
Они сели за стол разделить свои съестные припасы после того, как хозяева щедрым жестом выделили им посуду и напитки. Спутницы не снимали плащей, как бы не было им тепло на самом деле, ибо утверждали, что приплыли из Шхааса в поисках сказаний и легенд местных земель. Вальбурга уже было хотела приплетать Алаира, но Анаис была категорична к тому, чтобы втягивать в ложь богов. Вроде бы им поверили и даже робко интересовались, какие сказки они уже узнали. Тут уж синори воздала хвалу библиотеке Мернота и проведенным в ней часам.
Ты же помнишь, — пробормотала Вальбурга себе в кружку, — что мы не благотворительная организация? Нам как минимум объявят выговор, если дело не выгорит и мы останемся без оплаты. И если будем живы, конечно.
Анаис вяло жевала сыр с хлебом. Ей казалось, что так они неосознанно тянут время, не решаясь браться за дело всерьез. Единственное, почему Вальбурга не воспротивилась ей с ее "отличной" идеей - это азарт ллайто и ее дружба. Они обе это прекрасно понимали. Анаис не знала, сможет ли выразить свою благодарность подруге. Потом, быть может, когда эта история закончится.
Пока ты бодалась с Мюриэлом, я кое-что узнала. — Ллайто закинула в рот неплохой кусок солонины и долго жевала. Ее угрызения совести насчет бедных зверей, в отличие от Анаис, не мучили. — До того, как тут началась мясорубка, первым два месяца назад пропал ребенок. Ага. Тот самый, один из близнецов. Но все быстро улеглось: он вернулся спустя какое-то время. Сказал, заблудился, а потом нашел тропу. И вроде ничего, жизнь продолжилась. Ведет ли он себя странно? А то. Да только он — малыш, который несколько суток проторчал в лесу один. Смекаешь, да? Вопросов к нему ноль, только нянчатся. Так что... уровень сложности нашего задания — "Изнанка".
Они без энтузиазма доели, стараясь бубнить о делах потише. Но вскоре в зал зашли уставшие работники мотыги и лопаты, и девушкам пришлось умолкнуть вовсе.
Синори невольно залюбовалась восточным народом. Снежные эльфы, даже крестьяне, были совсем не то, что простой работящий люд у них в Тэльва. Конечно, многое они переняли у людей, куда без этого. Но все же остались при своем менталитете. Большая часть из тех, что они с Вальбургой здесь видели, были достаточно зрелы на вид, что могло означать только то, что им ужасно много лет. Столько, сколько ни она, ни ллайто не проживут. Это поселение стоит здесь, наверное, очень давно, и повидало всякое. И теперь от ловчих зависело, будет ли оно стоять дальше.
Мы все решили?
Они замерли на пороге дома старосты. Анаис хотелось скорее покончить с этой неуверенностью, с моментом, когда ты думаешь, что еще можно повернуть назад. Почему бы им просто не делать то, что предписывает кодекс, трактуя его самым непосредственным образом? Мариса, благослови правила. Как хорошо, что можно опереться на закон в моменты, когда не знаешь, как поступить.
«Долг, задание и цели Ордена всегда стоят выше личных интересов.» Мы — монстроловы, и нам должно заниматься тем, ради чего мы были созданы, — безжалостно произнесла синори, подытоживая душевные муки обеих, а после поднялась и постучала в дверь.
Легонько скрипнули петли. В щель высунулся любопытный мальчишка, внимательно изучивший гостей.
Привет, малыш, — протянула Анаис, растянув губы в улыбке, — а твои родители дома?
Где-то в глубине послышался вскрик, за ним — легкий топоток. Мальчонка быстро обернулся, мимолетно оценил обстановку, а затем вновь уставился на гостей. Анаис почувствовала, как под его ровным, по-мандрански холодным взглядом ее улыбка сползает с лица, словно нарисованная.
Уходите, — заявил маленький лоддроу, — а то мне придется закричать.

Отредактировано Анаис (2017-09-22 17:47:42)

+1

35

Несмотря на недавние события, несмотря на краткое мгновенье, сейчас он ощущал бесконечный холод этого мира. Спокойство рассыпалось под неудержимым напором нескончаемого бытия, которое ровно резала его существование. Он желал кричать, просить о помощи, а главное реализовать только возгорающиеся пламя мести, но кому? Ответа не было, а потому подошло было что угодно, хоть маленький луч в его сердце.  Где он, почему ему так холодно, но никак зимой. Словно он и есть хлад. Где все? Бесконечная тьма в родном, но столь не правильном мире, когда же... вот, момент которую он ждал всю смерть.
Словно мотылек, медленно, но с каждым метром ускоряясь, он направился в сторону света, энергии столь притягательной. Столько вопросов, столько требований, но сейчас он хотел только закричать, вырвать скопившиеся эмоции, разбить их лёд, выплеснуть огонь на столь неожиданно появившейся очаг. Всё ближе и ближе, свет уже не ослеплял, он видел очертания, образ долгожданной неизвестности. Быстрее, ещё чуть-чуть, оно услышит, давай, выскажи ему, взорви свой неизмеримый холод смерти в...
- Пшл вн, - непредвиденный молот и ветер ударили его сущность. Боль, но неожиданно желанная, столь знакомая начала за секунды его рассыпать, но уже в новый мир, в новую бесконечность, но куда более правильную и реальную. Встретит ли он там мать, а особенно братика? Мгновенье и ответ будет перед ним.

- Нюх-нюх, - Сибирь продолжала ускоряться, наконец-то окончательно понимая что натолкнулась на что-то столь не приятное ей. Словно всей своей сущностью оно должна была добраться до этого, которое кажется начало бояться её.
Быстрым шагом за ней следовал хозяин, который уставши выдохнул при появление  очередного призрака в его жизни.  Отмахнувшись от столь слабого явления, он лениво глянул на маленький череп. Недовольная гримаса на лице сама явилась, прекрасно понимая кто перед ним уже не дышал.
- Уже близко, - прикоснувшись к нагревающему медальону, он глянул на своего волкодава с крыльями. Та его проигнорировала, вероятнее всего потому что этот ллайто с большой настойчивостью запихал в уши нечто такое... странно это всё, не привычно. В будущем она привыкнет, а сейчас пока время бега. Инстинкты заигрались, вперёд! - Ха, умница!
Резко доставая меч, он двинулся за Тёмной Сибирью.

- Хватит его жевать, - недовольно высказался Гриф своей напарнице, которая довольно несла тело монстра в своей огромной пасти. Он оказался раненым и почему-то покинувшим своё убежище. Профессионалы сказали бы что учуял присутствия Семаргла, попытался так же уйти, поддаваясь инстинктам, как и сама волчица. Другие начала бы уверять второе, но правда заключалась в том что автор поста пропустил из прихоти ленивую битву, погоню, детектив Мюриэла с тренировочным манекеном, - Почти пришли.
Поймав дитя в его истинной форме, Царский оценил его физическую немощность. Не смотря даже на усталость и ранение, этот экземпляр был мелковат, худощав. Словно болезненный.

- Где староста? - спросил у местных мужиков-лоддроу Мюриэл, которые собрались поглядеть на  мёртвое чудо в зубах волкодава, - Он должен мне.
- Кхм... Я ожидал большего, - высказал своё профессиональное мнение один из них, после чего медленным шагом удалился пить свой любимый напиток. Что именно он имел в виду, так никто и не понял.
Ожидая иного ответа, более дельного, ллайто успел оглянуться в поисках девушек, которые пока не успели накинуть на него верёвку. Чутьё говорила ему, что одна из них всё ещё тут, желая спасти всех кого сможет.
- Вроде отошёл к соседу, по празднику, - наконец-то заявил третий справа, переведя взор с Сибири на нашего героя - Пойдём провожу, зато голову этой твари повесим.
Поворчав себе под нос, Мюриэл ощущал дурное, попахивающее предчувствие. Может он и желал этого, потому так и считал.

+1

36

За дверью дома снова раздался топот. В проеме над мальчишкой выросла лоддроу и отработанным жестом припрятала ребенка за юбку, поглубже в дом. Глаза льдистого цвета строго и быстро изучили сперва одну гостью, затем вторую.
Что вам нужно?
У Анаис екнуло сердце от ее менторского тона, но она улыбнулась. Они с Вальбургой почтительно поклонились, источая благодушие.
Здраствуйте. Может, вы слышали о нас, мы сегодня приехали в вашу деревню. — Ловчая поспешила объясниться, видя непонимание на лице женщины. — Мы из Шхааса... сказители.
Они — по большей части Вальбурга, врущая куда лучше, чем Анаис — выразили высшую степень восторга окрестностями, богатой историей Мандрана и их поселения, конечно же, а также предложили записать со слов благородной лоддроу пару местных историй, ибо она, разумеется, как коренной житель, знала их немало. Женщина, представившаяся Килией, довольно скоро оттаяла и пригласила их в дом, порадовавшись между делом тому, что детей будет кому развлечь, пока она готовится к празднику.
У нас здесь невесело последнее время, — несколько грустно сообщила хозяйка, — но мы не сдаемся, поддерживаем друг друга. Завтра большой день, вы знаете, конечно...
Изгнание Темных, - подтвердила Анаис, проходя следом за лоддроу на кухню, — мы надеялись попасть на праздник в этих краях.
Да. У вас тут холодно, совсем непривычно, но красиво. Костры, наверное, впечатляющие будут.
Точно. И угощения Мандрана... так захватывающе!
Синори была рада перевести разговор в безопасное русло. Она напряженно прислушивалась к своим ощущениям. Женщина, явно неизбалованная приличным обществом в последнее время, уже вела себя более расслабленно, радуясь возможности в виде "сказителей" отвлечься от хмурых мыслей. Она уже начала припоминать историю Китли, впрочем, часто запинаясь и путаясь в показаниях. Монстроловы расположились за столом и прилежно слушали. Анаис пришлось выложить пергамент с пером и по мере сил записывать стремительную речь. Но она не старалась: руки подрагивали, а мысли были заняты совсем не историей долины. Вальбурга же прихлебывала предложенный напиток и казалась расслабленной, но ее спутница знала, что это лишь видимость.
...вот и живем благополучно. Хоть и началось тут... вам говорили уж, наверно. Страшно всем. Хожу сама не своя, хоть праздник отвлечет. Сегодня с утра с таким тяжелым чувством проснулась. Вы знаете... — лоддроу замолчала и устремила задумчивый взгляд в пространство. "Ассури" за столом уставились на нее, ожидая продолжения, но внезапно в глубине дома раздались сварливые детские голоса. Хозяйка подобралась, возвращаясь к амплуа чуткой матери. После повышения тонов она поспешно извинилась перед гостьями и отбыла узнавать, чем там занимаются ее дети.
Ловчие не успели перекинуться и словом, как в кухню забежал уже знакомый мальчик. Он был хмур и не смотрел на девушек, но целеустремленно забрался на стул напротив них. "Сказительницы" снова разулыбались, но то было лишнее: лоддроу упрямо смотрел куда-то себе на живот.
Ты как, парень?
Ребенок шмыгнул носом и принялся без энтузиазма постукивать ногой по ножке стула.
Мама сказала кричать, если со мной заговорит незнакомец.
Это мы уже поняли. — Вальбурга выдавила смешок. Анаис видела, что благодушие дается напряженной подруге с трудом, и поспешила перехватить диалог.
Давай познакомимся. Меня зовут Анаис. — Синори ласково смотрела на насупленного ребенка. — А со мной рядом - подруга... Ваша.
"Ваша" невольно усмехнулась. Воспитанный мальчик удовлетворенно кивнул и представился Филиасом. Анаис, стараясь не показывать волнения, аккуратно попыталась выведать у ребенка о том, что же происходит в их семье. Но он неохотно шел на диалог, замыкался, отвечал общими фразами. Ловчие поняли одно: брат его пугает, но семья не разделяет страхов мальчика, закрывая глаза на странности.
Неловкий диалог свернулся под увеличивающуюся громкость реплик Килии, которая с дочерьми шла на кухню.
Простите, что заставила ждать! — она перезнакомила девушек с надутыми девочками. Те заинтересовались гостьями и быстро перестали обижаться, подсели за стол и начали расспрашивать о Шхаасе. Анаис приняла удар на себя, зная кое-что по теме, но вид удрученного Филиаса не давал ей сосредоточиться. Как и реакция медальона, как и собственные ощущения. Как и взгляды семьи за их с Вальбургой спину, устремленные на лестницу.
Разговор смолк сам собой, завяли улыбки.
Милый, мы разбудили тебя? — Килия вскочила с места и устремилась к новому ребенку, возникшему на кухне. Анаис бросило в дрожь, ибо мальчик был точной копией сидящего напротив нее Филиаса. Она почувствовала сухость в горле. То ли жажда, то ли страх парализовали ее лицевые мышцы, и она не могла выдавить и подобия доброжелательности. Сочтя лучшим выходом из ситуации, ловчая отвернулась от перевертыша. Каким-то жалким стал ей казаться их план, ведь у них не было времени учесть всего. Вот и спустившийся вниз самостоятельно ребенок — не счастливое ли предзнаменовение? — напомнил о том, что в любой момент все задуманное может схлопнуться.
Ее взгляд наткнулся на лица детей за столом. Анаис испытала странные ощущения, видя на лицах девочек сочувствие к "брату", а на лице Филиаса - практически злобу.
Руки сжали незаметно извлеченные из карманов затычки для ушей.
Дорогой, познакомься, это наши гости. — Женщина подвела сына к столу и представила его ловчим. — Надеюсь, вы останетесь на ужин?
Они не возражали.
И пока доброжелательная Килия разогревала похлебку, Анаис принялась рассказывать сказку. Она облекла в нее правду, которую хотела донести до женщины, но не успела. Странным голосом, который с натяжкой можно было принять за таинственность, она поведала историю о мальчике, который не слушал родителей, убежал в лес и вернулся монстром. Начинавшаяся невинно история обретала зловещие подробности, и чем ближе была развязка, тем напряженнее была атмосфера на кухне. Килия уже не возилась с посудой, замерев на своем месте, дети не силились пнуть друг друга под столом. Лоддроу услышали знакомые мотивы и странное ощущение овладело ими, сродни страшному осознанию, подкрепленному врожденным предчувствием беды. Повелевая вниманием зрителей синори завершала свою историю звенящим, обвиняющим голосом. И когда мальчик в ее рассказе закричал в последний раз, они с Вальбургой одновременно заткнули уши затычками.
Монстр в обличьи ребенка вскочил из-за стола. Синхронно соскользнули со стульев и монстроловы. Дитя Эха смотрело на девушек расширенными льдисто-голубыми глазами лоддроу. Еще не отошедшая от странного повествования и собственных предчувствий семья застыла на своих местах, неуловимым провидением озаренная пониманием того, что им нельзя встревать, как не встает меж двух огней всякий разумный.
Перевертыш что-то сказал, но ловчие не разобрали. Только дернулась за их спинами Килия и... медленно покачала головой, с ужасом взирая на сына и не видя его, шокированная пониманием.
Воспользовавшись рассеянным вниманием монстрозного ребенка, Вальбурга повалила его на пол и коленом придавила грудь, лишая возможности вывернуться. Беснул выхваченный меч, острие нацелилось на горло. И он закричал. Не под лезвием меча, не прибитый тяжелой ногой ллайто к полу, но встретивший полные ужаса и отвращения взгляды своей семьи.
Даже в затычках для ушей девушки отчетливо услышали невообразимо высокие ноты, которые с каждой секундой набирали силу. Ошарашенная Вальбурга всего мгновение боролась с собой, ведь монстр был в облике ребенка. Но инстинкты взяли свое. Крик, так и не ставший разрушительным, захлебнулся кровью, хлынувшей из проткнутого горла.
Анаис в тот же миг распростерла руки и послала всей комнате исцеление, ибо не могла судить, как сильно пострадала от вопля незащищенная семья. Она не видела, что было с ними, потрясенная видом убийства, но теперь нашла в себе силы обернуться. Килия сидела на полу, дети - где-то под столом, свалившись туда от шока. Почувствовав, что с ними все в порядке, они заголосили.
Анаис взяла слабость. Она увидела темную жидкость, сочащуюся на пол, и, не в силах более сдерживаться, упала на колени возле трупа. Вальбурге хватило ума прикрыть ее действия своим телом, но каким-то образом дети все равно все поняли и завыли еще жалобнее. Отвратительная трапеза заняла всего несколько секунд. Синори утерла рот одеждой мертвеца и перевела дух. За ее спиной стояла какафония из плача, возвращая ее в гадкую действительность.
Я думала, что... я не хотела... — забившаяся в угол Килия заходилась в рыданиях. У Анаис скривилось лицо. Под взволнованный оклик Вальбурги она опустилась рядом с измотанной лоддроу и неожиданно для себя самой обняла ее. Женщина, не видевшая экзекуции над трупом с обликом ее сына, безвольно подалась в объятья, но очень скоро опомнилась и попыталась оттолкнуть от себя убийцу ее слабой надежды и самообмана. Синори получила болезненный удар в ребра, но стерпела и только крепче обняла несчатную. Та сдалась и обмякла, испустив вопль, который прошиб и без того едва сдерживающуюся Анаис.
Простите меня, — залепетала она, размытым слезами взглядом уставившись куда-то, — простите, пожалуйста...
Убирайтесь...
Простите меня.
Ловчая закрыла невидящие глаза и отстранилась. Минутная жалость заглушила плач детей, но теперь она поняла, что нужно делать.
Посмотрите на меня. Килия, посмотрите.
Женщина с трудом повиновалась, не в силах сфокусироваться. Анаис провела рукой по ее волосам, посылая теплые мягкие искорки заклинания. В жесте не было нужды, но Анаис хотелось верить, что не только магия утешит мать. Лицо лоддроу немного расслабилось и она сумела встретиться взглядом с синори.
Вы нужны своим детям. Они плачут. Обнимите их.
Казалось, это отрезвило Килию. Она как будто немного удивленно обратила взор за спину ловчей, наконец увидев своих ребят. Анаис поднялась и отошла: маленькие лоддроу ничего не понимали, но явно боялись приближаться к чужачке. Когда путь к матери расчистился, они рванули к ней и упали в объятья. Заклинание не смогло убрать всю тоску, и на лице Килии еще читалась грусть и легкая апатия, но она прижимла к себе детей бережно и смотрела только на их беловолосые головы, а не на труп чудовища.

+3

37

- Именно потому, хороший плуг, должен, - всё продолжал и продолжал, зачем? Он сам начал, даже не понимая, что создаёт монолог по своему желанию, а не диалог, в котором заинтересованно более одной персоны.
- Ага
- А вообще если вспомнить, в прошлом году урожай вышел не такой плохой, но конечно с тем что был десять лет назад, то... какой там год? Там ещё был юбилей моей бабки, ооо, она же из того поколения! Сам знаешь... мы то ещё можем, а вот наши дети уже совсем... боюсь их же дятлы всё окончательно погубят... даа, куда кати... -  сколько раз он успел поменять темы? С чего всё началось?
- Ага, - сквозь зубы ответил ллайто, который усталым взором глянул на Сибирь, по чей морде можно было осознать её солидарность к своему хозяину. Только она ничего пока не понимала? в её голове была только одна морковь в руках зайца. Две наживы сразу, не а обед, а пир.
- Так в общем о чём это Я? Ах даа... плуги!
- Вашу мать...
Их путь к дому старости занял почти что вечность, по ему осознанию, словно молчание которые затянулась, где вместj отсутствия слов их было слишком много. Море, океан бесмысленности и воды, словно начало этого поста.

- Кузнецы знаю толк в этом деле, только больше они люяби мечи всякие, а не копыта да плуги... даа, определённо, - этому проводнику по деревне явно не хватало соломинки во рту, для окончания образа, - Ещё не стоит забы...
Случилось чудо, он замолчал, а его взор остановился на небольшую толпу вокруг дома. Местные подходили.
- Встречать победителя наверное пришли! - радостно хлопнул он нашего героя по лопатке, явно демонстрируя свой оптимистический взор на мироустройство.
- ... - Мюриэл же начал догадываться, что случилось. Недовольно проворчав, он быстрым шагом двинулся вперёд, ни разу не повернув, только локтям оттолкнув пару зевак.
Самое страшное что могла случиться примерно и произошло, ведь в руках он держал того самого монстра, в его истинной форме и все это видели.
Перед домом ловчий  встречает того самого отца мёртвого ребёнка, староста, у которого он и брал контракт. Пытаясь найти в себе силы, выйдя на свежий воздух, чтобы окончательно не потеряться, его стошнило в кусты от всего произошедшего.

Довольно невозмутима, примерно зная что он делает, ллайто  подходит к нему, а затем кидает труп ублюдка под ноги.
- Работа сделана, - знал ли он что сейчас творит? Специально поторопился? К чему это приведёт? Нет, для него это был рефлекс, выработанный годами профессиональной деятельности.
Платить придётся всегда.

Учащённое дыхание, переходящую в панику, а затем и в агрессию, быстро начали складывать пазл ту в картину, которую он не знал, не понимал. Вместо этого перед ним явились образы, того чего он мог осознать и более того - чего хотел видеть.
- Это. Тот. Самый? - сглотнув, староста не ожидая ответа, начал повышать тон, - То есть. То есть. Эта... сука, - дыхание и его пульс совсем участились, - УБИЙЦА ДЕТЕЙ! Она.. ОНИ! Я. Их. Не отпущу, они сгорят в пламени за моего сына. Ты...
- Ммм, - тут он уже окончательно осознал, что произошло, от того подготовил руку, чтобы в любое мгновение схватиться за оружие.
- СЛУШАЙТЕ! Эти ублюдки! Мутанты и шлюхи, убийцы! Они низачто убили моего ребёнка, называя её ВОТ ЭТОЙ ВОТ ТВАРЬЮ, - он пнул остатки Дитя. Его опыт и сознание давно ушли на задний план, горечь же затопило, пропало в волне гнева, природного и жаждущей мести.
Толпа начала оживляться, более активно осознавая что кажется произошло. Их дети погибали недавно от рук монстра, но теперь уже от более сознательного существа.
Поверят ли они рассказу близнецах? Когда перед ними был облик настоящего монстра, в то время как в доме лежал сам ребёнок? Кто станет слушать? Народ всё приходил, а под конец из дома раздался истерический вой матери, которая даже ещё не видела добычу Сибири и Мюра.

+1

38

Кухня была в плачевном состоянии. Вернее, её обитатели, разбитые в пух и прах. Килия держала в охапке своих детей, тонко скулящих, уткнувшись лицами в мать. На лице лоддроу нельзя было ничего прочесть: вернее всего, вскоре её потянет в сон. Анаис же глупо застыла у стены, не в силах отвести от семейства взгляд. Вся её решительность выдохлась.
Только Вальбурга была злой и готовой ко всему.
Надо сваливать. — Ллайто наспех вытирала окровавленное остриё клинка об какую-то тряпку. — Тейар с деньгами, не заплатят нам. Как пить дать. Главное вилами в живот не получить. Или чем они тут снег с грядок убирают...
Анаис перевела тяжёлый грустный взгляд на подругу. Ей было нечего сказать. С тем, что произошло сейчас, они ещё никогда не имели дел. Синори понятия не имела, что будет так... невыносимо. И как разбирать последствия? За тем, чтобы избавить семью от убийцы, она не видела продолжения истории, где они с успехом решают последствия.
Живее, подбирай шмотьё. Сейчас повалят...
Договорить ллайто не успела. В дом ворвался мужчина, которого они видели прежде. Конечно же, глава семьи, староста.
Для Анаис будто замедлилось время. Она, замерев с рюкзаком в руке, уставилась на лоддроу, который уставился на них, затем увидел свою вжатую в угол кухни семью, и, наконец, собственного, как он считал, сына у себя под ногами. Взгляд старосты, казалось, утонул в крови монстрозного ребёнка, не в силах выплыть в реальный мир. Мужество покинуло лоддроу, и он выбежал из дома, не дав себя задержать Вальбурге.
Шагнувшая в проём следом ловчая зашипела как кошка и отпрянула. Её злые жёлтые глаза уставились на Анаис.
Вся деревня у порога. А знаешь, кто ещё там? Твой закадычный друг с нормальным дитём без человечьей морды!
Синори показалось, что вся кухня услышала, как её сердце обрушилось в желудок. Какой расклад был у ловчих на данный момент? Они вдвоём, не беря никакого контракта, прикинувшись чужеземными странниками, обманом проникли в дом старосты, втеревшись в доверие его жены, и прикончили беззащитного ребёнка на глазах у всей его семьи. Какой расклад был у Мюриэла? Взял контракт, пошёл в лес, принёс очевидно монстрозный труп.
Анаис крепко зажмурилась, не жалея видеть белый свет. Но через мгновение, всего представив лицо дезертира, она приободрилась. Приободрилась настолько, что захотелось выбраться из ситуации во что бы то ни стало, чтобы ещё сказать Грифу пару ласковых.
Пойдём-ка кое-что проясним, — произнесла синори, закидывая за спину рюкзак. Ллайто замотала головой и кинулась наперерез.
Нет-нет, пойдём-ка вылезем через окно и свалим! Доскачем до Мандрана, пока наших лошадей не арестовали, пошлём весть в Мернот, скажем, как всё было и дождёмся инструкций! Не казнят нас за эти гроши, в самом деле. Ты знаешь, сколько раз Рэй от селян по картофельным грядкам тикал? А Царского мы сейчас точно не поймаем. Не бери ты на себя столько!
Милая, — Анаис с болью посмотрела в глаза подруге, — мы все только и знаем, что убегаем. Я хочу хоть раз попытаться восстановить нашу честь. Я не верю, что они – они ведь лоддроу! – непрошибаемы, как какие-нибудь ортенханковцы. Почему мы только и делаем, что губим со всеми отношения? Кто будет обращаться в гильдию, если всегда уходить вот так?
Они в панике. Тебя никто слушать не будет.
Я всё исправлю. Хотя бы попытаюсь. Пожалуйста, поверь в меня.
Ллайто со вздохом покивала. Она обернулась на Килию с детьми.
Может, взять её с собой? Может, она подтвердит... — Но Вальбурга сама не верила в свои слова. Женщина выглядела сонной и отрешённой, толку с неё не было. Детей же трогать точно не следовало. Когда Анаис шагнула к столу, чтобы забрать свой пергамент с пером, одна из девочек вовсе взвизгнула, думая, что страшная змееглазая незнакомка движется к ней.
Оставим их. Я сама всё сделаю.
Вальбурга показалась в дверном проёме и встала так, чтобы в любой момент быть способной отразить нападение. При виде неё лоддроу с ненавистью зашумели, но ловчая не дрогнула. Всеобщее лютование неожиданно пресёк громкий возглас.
Слушайте! Мы не убегаем, потому что мы не виновны в том, в чём нас обвиняют! — На мгновение смолкнув, селяне снова заорали. Анаис приходилось сильно напрягать связки. — Мы ловчие из гильдии "Мернот", к которым вы сами обратились. Это, — она указала на серое тельце нежити у ступеней, — лишь один из монстров. Он может принимать человеческий облик, и вся ваша семья, — тут она уже ткнула пальцем в старосту, — замечала странности якобы вашего ребёнка! Вы слышали крик, из-за которого сбежались сюда? Маленькие дети так не кричат, вы знаете об этом! Мы убили монстра, который не принял со смертью свой истинный облик, но Ильтар мне свидетель – сына старосты мы не убивали! Его гибель, как гибель всех, из-за кого мы здесь, – вина этих серых тварей! И как бы вам не было больно, — продолжила Анаис, глядя в глаза старосты, — вашего сына нет в мире живых уже давно. Загляните в себя и скажите честно: уверены ли вы в том, что это был ваш ребёнок?

+1

39

[icon]http://s6.uploads.ru/ZMauj.jpg[/icon][nick]Толпа селян[/nick][status]Злые и возбужденные[/status]
Толпа негодовала. Двое чужаков пришли к ним, совершили убийство, и теперь пытаются оправдаться красивой ложью? Не бывать этому! Синори еще не закончила свою речь, а в нее уже полетели первые камни. Впрочем, переходить к более решительным мерам селяни не спешили. Во-первых, староста еще не сказал своего слова, а значит, обвинения в убийстве преждевременны. Во-вторых, нападать в открытую на монстролов было просто на просто боязно. Всем известно, что эти наемники хорошо управляются с мечом и колдовством не брезгуют. Несомненнно, двоих мернотовцев удалось бы задавить числом, но где найти смельчаков, готовых пожертвовать для этого своими жизнями?
А что же староста? Стефан может и хотел бы поверить чужакам, но не мог. Как, если он своими глазами видел мертвого монстра? Лицо мертвого сына стояло у него перед глазами, молчаливо требуя возмездия. Требуя покарать тех, кто так хладнокровно и бессердечно убил ни в чем неповинного ребенка! Но даже сейчас, опутанный горем и яростью разум возобладал над чувствами. Мужчина задумался, попытался найти хоть какое- то оправдание действиям убийц. И единственный вывод, к которому он смог прийти – ловчие ошиблись. Они оказались обмануты ходившими по селу слухами о пропаже сына, действительно посчитали мальчика монстром, после чего и зарубили, не особо разбираясь в деталях. Об этой ошибке никто и никогда не узнал бы, не будь еще одного ловчего. И настоящего монстра. Глядя на беснующуюся толпу, мужчина понимал, к чему идет дело, и это его не устраивало. Да, больше всего он хотел бы сейчас увидеть, как убийцы его сына умирают, как яростно ревущая толпа разрывает их на части… Но, скорее всего, исход такого столкновения будет иным. Будет кровавая баня. И даже если ловчих удастся убить, сам он будет ощущать себя чудовищем до конца жизни, потому что не предотвратил этого, пока была такая возможность.
- Мой сын погиб не сегодня. – Ллодроу говорил громко, так, чтобы его слышали все, и ни одна живая душа не смогла бы засомневаться в смысле сказанного. Голос его был тверд и спокоен, но никому в целом мире было не понять, чего мужчине стоило это напускное спокойствие.– А два месяца назад в лесу. Сегодня же эти…наемники убили тварь, поселившуюся в теле моего сына. – Каждое сказанное слово словно вонзало в грудь старосты раскаленный нож, но так было необходимо.
Выполнив что должно и успокоив толпу, мужчина повернулся к своим «гостям».
- Вы убили не того, и теперь сами это прекрасно понимаете, ловчие. И не убегаете, потому что хотите награды. Хотите выглядеть героями, а не убийцами. Поразительная наглость! Что ж, радуйтесь. Если у вас есть хоть капля совести и здравого смысла вы немедленно исчезните тихо и незаметно. – Голос старосты на этот был наполнен ненавистью и презрением, сейчас ему не было нужды скрывать свои чувства. Наоборот, он хотел, чтобы ловчие знали о его отношении к ним. - И молите Ильтара, чтобы наши пути никогда в будущем не пересеклись. Но не думайте, что это преступление сойдет вам с рук! Вы чудовища! Ваша гильдия узнает о том, что вы совершили, я позабочусь об этом. Надеюсь вы сдохнете, и смерть ваша будет мучительной, душегубцы проклятые! – на последних словах голос старосты сорвался, и мужчина лишь махнул рукой, дав понять, что разговор окончен.
Толпа слова Стефана восприняла по-разному. Большая часть жителей успокоилась, посчитав проблему решенной. Кое-кто начал втихомолку проклинать старосту, не заметившего у себя под боком монстра. А наиболее ретивые говорили, что Стефан оказался околдован мернотовцами и пляшет под их дудку. «Понимающие», среди которых было много крепких и не отличающихся робостью мужчин, сбились в кучу, бросая время от времени на ловчих злобные взгляды. Они долго что-то обсуждали, после чего растворились по одиночке в толпе, которая начала потихоньку расходиться.

+4

40

На протяжение всего спектакля, сценки который происходил возле дома старосты, действующие лица забыли о персоне третьей. Такой же "член" Мернота, участник охоты на монстров, который в одной ситуации был бы даже рад, что о нём не вспоминают, но только не в эти минуты.
Наблюдая за всем происходящим, молча, сложив руки крестом на груди, он раздумывал и делал выводы. Более того, вскоре в его голове прошла мысль, довольно удачная, которая позволит ему одним выстрелом, сразу пригвоздить двух зайцев.
Во-первых, эти девушки в перспективе могли создать для него угрозу или как минимум засунуть шило в пятую точку, от чего придётся отвлекаться от дел насущных, приятных. С ними надо было разобраться и к его счастье всё пошло по самой удачной для него линии.
Во-вторых, ллайто требовались деньги. Контракт был выполнен, а что может быть приятнее полноценного кошеля монет, с которым и делиться не придётся? Именно так в его голове уже сложилась чуть импровизационная картина дальнейших действий.

Не меняя своей физиономии, но в душе довольно ухмыляясь, к последним словам старосты, наш герой чешет за ухом Сибирь, заставляя ту вернуть своё внимание к хозяину.
Как только староста закончил, не пройдя и пяти секунд, в толпе, да и на всю деревню был услышан свист. Громкий, звонкий, словно разбойник пытался сдуть кого-нибудь.
Вытащим два пальца, Мюриэл крепкой походкой пошёл к старосте, вылавливая его, появляясь прямо перед ним.
Дальше он говорил громко, так чтобы все рядом находящиеся услышали слова ловчего, среагировали на него. Несмотря на это создавалось впечатление, что он говорит прямо со старостой.
- Не будь столь наивным, - он сдержался, чтобы не выругаться, - Ты и правда думаешь, что после твоих слов, что-то произойдет? Кому поверит гильдия, своим сёстрам или старосте одной из тысяч деревень? А если и ТАААК, то они сейчас же соберут вещи и просто дезертируют из братства, не отвечая не перед кем, желая сбежать от проблем! - да, Мюриэл так и сказал, именно он, слово в слово, - Они должны ответить за своё убийство. И они ответят! - последнее предложение было произнесено с особой яростью. Положив руку на плечо старосты, который вероятнее всего остановился бы выслушать того, кто и поймал Дитя Эха, Царский добавляет, - Я сочувствую твоей утрате, потому сделаю всё что в своих силах, чтобы их постигла кара за своё преступление, обещаю. Я! Я лично отправлю с ними в гильдию и поведаю о том, что случилось, обещаю... Я пришлю их головы в качестве подарка, чтобы знал - твой сын отомщён. Нарушители кодекса долго не живут, - ей богу из всех присутствующих о нём знали только трое, потому ллайто надеялся, что это просто будет звучат важно.
Выйдя чуть вперёд, он медленно достаёт своё меч из ножен, Сибирь же рыча оскалиться.
- Пусть твои МУЖИКИ помогут мне связать этих... клятовопреступников кодекса, а дальше Я всё сделаю сам, - он обратился к толпе, особенно к недовольной её части, а затем со стороны глянув в глаза каждой девушке, добавляет, - А вы... не делайте глупостей, иначе правосудие вас настигнет сегодня же, хватит на сегодня хрени, да?

Двух зайцев одним выстрелов, ожидая реакции на происходящее, он застыл с «Последним криком банши». Вскоре можно будет и напомнить о награде за выполненную работу, от этого староста точно так же не уйдёт.

0