Вверх страницы
Вниз страницы

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Близлежащие земли Ацилотса » Старая мельница


Старая мельница

Сообщений 21 страница 23 из 23

1

http://s2.uploads.ru/wUzLs.png
Заброшенная мельница отличное место для тех, кто не хочет, чтобы о его темных делишках кто-то прознал. Часто здесь устраивают встречу с покупателями контрабандисты и работорговцы. Их конечно ловят периодически, но охоту придти сюда вновь у других не отбивает.
Часто сюда приходят влюбленные. Ведь нет ничего романтичней чем устроить свидание в месте, которое пользуется дурной славой. И это не только из-за бандитов.
Поговаривают что владелец мельницы был в сговоре с Тейаровыми детьми. А еще был колдун, который поднимал мертвых, чтобы те на него работали. Но это лишь легенда.

0

21

Дезире с ответом не торопилась. Рассчитывал ли Лео его действительно получить? Надеялся. Однако интуиция подсказывала ему, что если девушка так старательно уходила от ответа, то прижимать ее придется куда сильнее, чтобы получить интересующую его информацию. Другое дело, стоило ли оно того. Возможно, девочку просто смущал сам факт ее спонтанного интереса, ей просто не хотелось выводить его на передний план и размусоливать, да еще и с самой своей жертвой. Стоило бы оставить ее в покое, но Альден почему-то попросту не мог. Откуда-то появилось чувство, что знать причины ее поступков непременно нужно. Это же чувство толкало продираться через тернии неуверенности и ужимок лоддроу, ее попыток увильнуть. Кто был здесь искателем, в конце концов, а кто – неуверенной в себе девочкой-подростком?
- Я не знаю, как это получилось, - говорила она будто осторожно, испытующе поглядывая на Альдена. Видимо, проверяла реакцию, опасаясь снова неосторожным словом нарваться на колкие шуточки или язвительные комментарии. Лео же просто болтал в воде ногой и даже не помышлял проявлять хоть какую-либо агрессию в адрес ученицы. Даже не смотрел на нее – так этот разговор почему-то было проще вести. - Для меня это было такой же неожиданностью, я думала наставника мне дадут более... ммм... спокойного.
Знал инквизитор, какие слова напрашивались вместо этого политкорректного эпитета. И знал, о каких наставниках мечтают дети в Ордене. Возможно, на определенном этапе Альден и мог стать чьей-то мечтой, когда жажда приключений и новых открытий еще пересиливала ответственность и пафос, которые неизбежно приносил с собой статус инквизитора, но после тяга к клоунаде и взбалмошности неизбежно пропадала. А ведь Лео просил Дезире говорить правду, зачем же она продолжала танцевать перед ним реверансы и сглаживать углы его репутации? Если она хотела как-то угодить, то ей не удалось. Только всколыхнулся в искателе протест, мол, не ждали – так свалите и оставьте в покое. Пришлось напомнить себе, что если в чем девочка и виновата, так только лишь в своем отказе идти и требовать другого наставника. Остальное – плод творчества Венс и ее дружков из Совета вкупе с Сельмундом, чья старая задница явно захотела приключений.
Можно было бы ожидать, что рассказ на том закончится, оставив, как и думал Лео, вопросы открытыми, но лоддроу продолжила. Пусть и не о том, о чем ее спрашивал наставник.
- Я часто слышала о тебе от наставников. Не в подробностях, но вскользь. Иногда тобой пугают слишком непоседливых учеников, ты знал?
- Знал, - тут уж и Альден усмехнулся. – Мной еще во времена моего ученичества пугали.
- Учитель тогда рассказал, что хуже тебя он на своей памяти послушников не встречал никогда и только регулярные розги и суровые наказания смогли сделать из тебя неплохого искателя. Хотя он лично все еще не верит, что это было разумно, уповая на то, что когда-нибудь ты свернешь с верного пути и все поймут как он был прав.
А вот это была почти новость. Альден не был наивным дурачком, понимал, что для некоторых был натуральным бревном в глазу, особенно когда начал отличаться перед начальством, не облизывая ничьи ботинки и не лебезя, и получил благосклонность Венс, а особенные злопыхатели не гнушались и грязь всякую за спиной разводить, но уж обсуждений методов воспитания Сельмунда на памяти Альдена еще не было. Особенно таких лживых, ведь в Ордене, к вящему удивлению тогда еще маленького Лео, орали на него куда меньше, а от наказаний он быстро научился сбегать – поди тут догони одного шалопая в толпе детворы или найди его где-то на просторах необъятного замка. Это не отцовский дом, где спрятаться особо некуда, да и Иллай, прямо скажем, имел над сыном некий авторитет. Тот его не любил, но боялся. В Инквизиции же личным чувствам не осталось места, наставники отчитывали, злились и наказывали, но это не подпитывалось личными мотивами. Все было сугубо по-деловому и в порядке инструкций. Это переживалось легче и уже не висело якорем на душе. Наверное, поэтому ровно никто из наставников и учителей не заслужил неприязни искателя, в отличие от Иллая, который закончил в итоге свою жизнь ровно так, как на то нарывался. А вот имя Альдена кому-то, видимо, спокойно спать по ночам не давало.
- Поставил в противоположность меня, как тихую и послушную девочку, не доставляющую никому проблем, которая отдает все свое время учебе и наверняка станет достойным инквизитором. Возможно, даже таким, как отец этого беспутного послушника Альдена. Я видела его лицо в тот момент, когда тебя награждали после бунта. Он ненавидит тебя, Лео. Даже я, очень плохо разбираясь в людях, поняла это с одного взгляда.
«Даже так?»
Дезире удалось отвлечь внимание Лео, вместо серег он переключился на загадочного недоброжелателя. Будучи открытым по природе своей, Альден не понимал этих крысиных поступков. Какие-то претензии? Ну так подойди и выскажи, а не рассказывай молодняку, какой я плохой, находя в них внушаемую аудиторию и благодарных слушателей. Будто бы других способов самоутвердиться нет.
«Надо будет взять у Сельмунда список ее наставников. Я все равно собирался с ними переговорить по поводу ее способностей, заодно найду этого… храбреца».
И только спустя добрых несколько секунд Лео вспомнил, что способности Дезире уже не имеют особого значения. Потому они сейчас и разговаривали, что время девушки стремительно утекало, и вряд ли она согласилась бы потратить его на нелюбимое дело, нелюбимого наставника и бессмысленную учебу ради становления членом армии воинов справедливости. Наверное, сегодня их отношениям наставник-ученик суждено было закончиться.
Лоддроу продолжала.
- Обычно действия людей мне понятны, в них прослеживается логика. А в твоих, по крайней мере на первый взгляд, ее мало. Поэтому мне и интересно. Например интересно почему ты не дал вернуть тебе глаз, сбежав утром из палаты? И почему не лечишь свои ребра, травме ведь явно не один и не два дня, а болеть она должна прилично. Почему ты все таки остался в Ордене, если ненавидел послушничество и так не хотел следовать выбранному Иллаем пути? Почему... Пойми правильно, просто учитывая твое отношение к отцу и вообще твое поведение, было бы ожидаемо, что ты окажешься в числе тех, кто...Я видела тебя во время бунта. Слышала о том, что ты сделал. Почему?
- Очень много «почему». Я даже теряюсь, на какое ответить первым, - задумчиво протянул искатель, созерцая, как к подошедшему ранее коту подтягивается и рыжая колбаса, старательно маскирующаяся под траву. Неизбежное зло. Хозяин не может отойти от фамилиара так далеко без последствий для жизни животного, звери бы последовали за ними в любом случае. Покуда они молчали и не лезли в диалог, их присутствие можно было терпеть. – Мне было не до глаза, когда я уходил из лазарета. Я не могу рассказать, что за дело тогда разрабатывала Инквизиция, оно сейчас под грифом наивысшей секретности, но ждать мне было нельзя. Да и не думаю, что к тому времени вернуть глаз еще было возможно, я же не сразу прибежал к врачам. Опять же, был занят. Среди инквизиторов мало красавцев, Дезире, такая уж это работа, что приходится чем-то жертвовать. И я рад, что обошелся только зрением. В той ситуации меня могло раскромсать в фарш целиком. Просто повезло.
И правда, повезло. Учитывая, как он близко стоял к заключенному, можно было считать, что Альден успешно потратил одну из своих запасенных жизней. Глаз – слишком малая цена.
- Ребра – еще меньшая беда, рано или поздно пройдут. Дышать могу, ходить и бегать – тоже, так на что жаловаться?
Хотя доселе синяк на грудине его просто отвлекал. Лучше думать о ноющих костях, чем о разочаровании в женщинах и людских отношениях.  Но раз Дезире могла недоговаривать, то и ему позволено, так? Ей не было нужды знать подробности личной жизни наставника. Все равно дело былое.
- И против пути Ордена я ничего не имею. Мне нравится моя служба, я не вижу себя кем-то иным. Даже если бы мне сказали, что я свободен, я бы никуда не пошел. Все мои претензии относятся сугубо к отцу и методам воспитания, что используются в Инквизиции, а еще к скучным и напыщенным людям, которые не способны заглянуть за грань выданных инструкций. Это не проблема Ордена, отнюдь, - помолчав немного, он продолжил. – А во время бунта я делал то, что должно. Плевать, какие у кого были намерения, но я видел, как брат без зазрения совести резал брата. Возможно, если бы мы это не остановили, они бы перебили вообще всех, кто не попросил пощады и не присягнул на верность новому совету. Скорее всего, тебя в том числе. О морали и мотивах в таких случаях не думают, просто останавливают реки крови, что льются по коридорам. Вот и все.
Она ведь не знала, что и ее обожаемый Иллай в тот день обернулся против своих товарищей. Обожаемый Иллай…
- А почему тебя так интересует мой отец? Ты говоришь о нем слишком часто. Ты была слишком молода, чтобы знать его лично, а он не был кем-то очень важным в Ордене, чтобы его проходили на уроках истории. Какое тебе до него дело?
В вопросе не звучало вызова, скорее обыкновенное любопытство. Иллай не был незаметной фигурой, его знали, но едва ли это распространялось на молодняк. Тем редко есть дело до старших инквизиторов, если они не герои с медалями на груди. Девушка же блистала познаниями в тонкостяъ взаимоотношений и философии семьи Альденов, коих от шестнадцатилетней ученицы ожидать было никак нельзя.
«Может, тут те же уши, что и в деле с серьгами? Может, она запала на отца, а как тот умер, переключилась на меня?»

+1

22

Эпичный Совместный пост с Лео

Девушка не подумав подняла больную тему и ответ Альдена вернул её в тот злосчастный день двухлетней давности.
- Да, - она нахмурилась и машинально потерла большим пальцем ключицу. Под тканью шрам не прощупывался, но это было не суть важно, - Я тоже это видела.
Озвученный братом вопрос не вырвал её из воспоминаний полностью, а лишь немного отвлёк внимание, рассеявшееся по залитым кровью коридорам замка, перекрыв звучащие в голове крики и лязг стали.
- Такое де, какое и до тебя, - девочка пожала плечами, все ещё отрешенно глядя в одну точку, - Мне интересно.
И тут следовало бы остановиться и подумать, как странно должно быть выглядит подобный интерес со стороны, но Дезире пребывала во власти прошлого и Лео удачно подобрал момент для такого щекотливого вопроса. Слова слились без предварительной обработки страхом и осторожностью, бездумно повествуя о том, что творилось у неё в душе.
- Без таких инквизиторов как вы, орден бы точно не пережил того дня. По крайней мере не в том качестве, как сейчас. Не смотря на все потери, на то, в каком шоке все были, особенно послушники - мы только тем и приводили себя в чувство, что смотрели и видели вас, тех, кто не побоялся взять на себя ответственность и заняться наведением порядка. То награждение, оно просто оживило тех, кто потерял себя в царящем хаосе, я знаю, я слышала разговоры. И если о том, что сделал ты все шептались, хотя я конечно же понимаю, что известно было далеко не все, то об Иллае не говорили почти ничего! Он же погиб героем, наверняка выполняя одну из важнейших миссий по устранению последствий бунта! - Дезире уже не замечала, как с отвлеченного разговора о достоинствах и недостатках отца, плавно перешла к неприкрытому выражению своего восхищения, - Ты не расскажешь, я понимаю, что ученице не положено знать этого, как и настоящих причин произошедшего, но это же... - полукровка не смогла подобрать достойного эпитета и перевела на Лео горящий восторгом взгляд, - Вот бы узнать, удалось ли ему завершить своё последнее задание! Пусть он был плохим отцом или даже человеком, но даже ты не можешь не признать, что он был одним из лучших искателей! Героически умереть за то, во что веришь, за то, чему отдал всю свою жизнь - это же невероятно! Не может быть, чтобы ты хотя бы не гордился им!

Чем больше распиналась Дезире, тем мрачнее становился Лео. Начало речи польстило ему, глупо было скрывать, но как-то невзначай признание заслуг настоящих героев того времени перетекло в хвалебную оду Иллаю. Как могли они, массовка, сравниться с великим и ужасным, покорителем девичьих сердец и вершителем правосудия. Как мог он, сын своего отца, не гордиться своим родителем, не млеть от одного лишь упоминания его имени и не распухать от довольства, когда о его подвигах говорили всуе. Великий и ужасный Иллай. Человек, менее всего заслуживший хотя бы отдельной могилы, а не общей ямы где-то близ скотомогильников.
- Молчала бы о том, чего не знаешь, - без тени улыбки или шутливого подтекста отозвался Альден. – Такую мразь, как мой отец, еще нужно было поискать. Ничего героического он не сделал. Будь моя воля, я бы выжег его имя изо всех хроник, и больше ни один ученик не восхвалял бы его мнимые поступки.

Восторг, ясно светившийся в больших глазах полукровки, быстро пропал, сначала сменившись искренним удивлением, а затем и злостью. Она глубоко задышала и крепко стиснула челюсти, борясь с желанием треснуть братца в ухо. Она, конечно же, понимала, что истина рождается в споре, но когда заканчивались аргументы или когда оппонент глупо упорствовал в своем нежелании ее услышать, то костяшки так и чесались.
- Да как ты... Да как ты смеешь говорить о нем так?! - девушка резко вскочила на ноги, до хруста сжав кулаки,- Это что, мелкая месть такая за то, что он тебя недолюбил в детстве? Конечно, очень просто поливать грязью человека, когда он умер и ничего не может сказать в свое оправдание! Как удобно принижать его достоинства теперь, когда он погиб! Погиб, защищая то, во что верил! А ты, ты просто завидуешь ему, ведь он, в отличии от тебя, был лучшим из искателей! И никогда тебе не стать таким же инквизитором каким был он! - лоддроу откровенно потряхивало от злости, а выражение лица Лео никак не улучшало ситуации. Пелена наивности, которая заставляла ее верить в то, что у них еще получится найти хоть каплю чего-то общего, окончательно спала и Дезире сорвалась на крик, - Никогда не говори о нем так, ты ведь и понятия не имеешь что с ним случилось там! Тебя не было, ты был занят своей ненавистью и неприязнью, ты только и можешь что рассказывать какой он был жестокий и плохой, а сам! Думаешь ты лучше него? Да ты начал из меня лепить что-то с первой же минуты, наплевав на мое мнение, навязывая свое точно так же, как он навязывал тебе свое!- тот факт, что Альден практически никак не отреагировал на эту гневную тираду, стал последней каплей, переполнивший и так трескавшуюся чашу терпения. Пальцы уже сводило от желания разбить ему нос, но так как наставник продолжал сидеть на бревне, ударить его рука не поднималась, вместо этого ограничившись размашистым толчком в грудь,- Так чем же ты лучше него?!

Дальше все происходило быстро, настолько, что кот не успел даже вздыбить шкуру на загривке, а Шум – взвыть, призывая хозяина к спокойствию. Одним движением искатель перехватил руку Дезире, которую та не успела отвести, дернул девушку на себя, одновременно с этим поднимаясь с бревна и вставая на колено, позволяя себя большую свободу маневра. Следующее движение – схватился за затылок блондина и с чувством впечатал его лицом в землю, уложив животом на бревно. Другим коленом прижал сверху и туда же заломил шибко дерзкую руку ученицы, выворачивая ее в плечевом суставе. Пригнулся к самому уху Дезире.
- Я единственный, кто знает, что случилось с ним. Нихрена он не защищал. Он встал на сторону бунтовщиков, и только боги знают, сколько своих он успел пустить в расход. Я лично его выследил и убил, как крысу, когда он зашился на какой-то чердак. Знаешь, какова была его единственная заслуга в тот день? Он не вымаливал прощения и не пытался оправдаться. Ему хватило храбрости не открещиваться от совершенного. Но будь мне свидетелем, Дезире, как же я был счастлив, когда выпустил из него кровь. Я только жалею, что не успел его спросить, какого черта я был лишен семьи из-за того, что не стал идеальным инквизитором, если он сам предал Орден при первой же возможности. Может, ты мне ответишь, раз такая умная? Нет? Ну тогда заткнись и не распевай о том, чему не имеешь ни единого – ни единого, Дезире! – вшивого свидетельства.
И он отпустил ее так же быстро, как и схватил, резко и нервно поднялся на ноги и отошел на несколько шагов к мельнице, так и не повернувшись к ученице. Запустил руки волосы, зачесав их на макушку. Заметил мелкую дрожь. Он разозлился, и разозлился сильно. Дабы хоть как-то успокоиться, глубоко вдохнул, задержал воздух внутри, а после шумно выдохнул.

Она и не думала, что он оставит ее выходку без ответа. На самом деле она вообще ни о чем не думала, просто желая выплеснуть свою злость на ее виновника. Ребрами о бревно, а лицом в траву - не худший вариант, но приятного в этом не было ничего. На глазах выступили злые слезы от полученного урока, а прострелившая боль в руке лишь позволила им пролиться. Девушка скрипнула зубами, едва сдержав вскрик и хотела уже огрызнуться, как расслышала негромкие, но четкие слова Альдена. Каждая сказанная им фраза прибивала ее к земле куда сильнее, нежели удерживающая ладонь.
Наставник уже отпустил ее, а она все глядела пустым взглядом перед собой, пытаясь осмыслить то, что ей только что поведал брат. Родной брат, убивший их отца и не то, чтобы не жалеющий об этом, но гордившийся. Потому что тот, кого она всю сознательную жизнь брала себе в пример, оказался бунтовщиком, предавшим своих. В голове мелькнула заманчивая мысль, что он просто наговорил ей это со злости, лишь бы ударить побольнее, но проклятый здравый смысл отмел ее как крайне идиотскую. Ведь на самом деле Лео не было нужды врать, да и слишком эта информация была личная и глубоко зарытая внутри, чтобы можно было бросить ее для красного словца. Образ рассыпался, а она не могла собрать его вновь, ибо даже пепла не осталось. Полукровка уперлась на руки, медленно съезжая по бревну назад, и плюхнулась на траву, испуганными глазами глядя на мужчину.
- Ты врешь,- по-детски наивная и глупая фраза, но чего еще можно было ожидать от ребенка, чей мир обрушился во второй раз за последние сутки,- Ты все врешь. Это не правда... Мой отец не может быть предателем, ты врешь мне специально! Что я тебе сделала, зачем ты говоришь мне такое?!- Дезире глотала слова вперемешку со слезами, давилась воздухом на вздохах и отчаянно замотала головой, пытаясь выкинуть сказанное из памяти,- Ты мстишь мне за то, что я стала твоей ученицей! Он не мог предать орден, не мог убивать своих, это гребаное вранье, никогда я в это не поверю!
Опешивший кот наконец оттаял и подскочил было к сидевшей на земле хозяйке, но та резво вскочила на ноги и рванула прочь, утирая лицо рукавом чужой рубашки.
- Пи**ец ты, Лео,- фамилиар выплюнул фразу со всем доступным ему осуждением и метнулся следом за Дезире, быстро скрывшись в высокой траве.

http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [ Река Такут ]
[icon]http://sg.uploads.ru/uxBCK.png[/icon]

Отредактировано Дезире (2017-08-13 17:39:28)

+1

23

Об этом она не должна была знать. Никто из учеников. Имена погибших предателей скрепя сердце были начертаны в столбике «героически погибшие при подавлении», такими им следовало оставаться до тех пор, пока бунт не потеряет свою актуальность, и никого уже не будет трогать, что хаос родился изнутри, а не пришел извне. Но Лео сорвался, ибо Дезире резала по слишком больному. Откровенный разговор, который должен был сгладить все неровности их криво начавшихся отношений, разбил их окончательно, ибо расхрабрившаяся девушка позволила себе вытолкнуть свое слепое обожание вперед всего остального. Она посмела учить сына, как ему следует относиться к своему отцу, когда как он знал явно многим больше набившейся в моралистки умницы-всезнайки. Дезире ведь и мысли не допускала, что могла быть не права. Она же знала души людей лучше всех. Она ведь видела душу Иллая насквозь. Она ведь засвидетельствовала все детство Лео воочию. Как мог он ей перечить?
Шум ловко взобрался по штанине и рубашке на плечи, ткнулся мордочкой в щеку хозяина. Он был там, той ночью. Не видел он счастья на лице Альдена, пусть некое облегчение на душу инквизитора той ночью все же опустилось. И никогда он не выказывал радости от отцеубийства. Горностай знал, что искатель бы предпочел нормализовать отношения, насколько это возможно, и вернуться в семью. Великая трагедия скрывалась за тем, что с Иллаем был уничтожен последний мост, который связывал Лео с семьей Альден. И еще более иронично все это выглядело оттого, что разрушил этот мост сам искатель. Теперь он точно был сам по себе.
- Не обращай внимания на глупое дитя, - тихо говорил на ухо инквизитору фамилиар. – Что она может знать? Это не могло кончится иначе.
Знал Лео, что не могло. Не могли их отношения нормализоваться. Не могли его позвать обратно. Не мог Иллай забыть свои претензии, скорее придумал бы новые. Жизнь бы не перестала быть Изнанкой, просто сменился бы мотив.
«Ты не подсластишь этими оправданиями горечь».
Трава за спиной зашелестела, но оборачиваться никакого желания не было.  Шум бы и не позволил, всячески заслонял Дезире, ограничивая периферическое зрение. Никому не нужно было продолжение конфликта, зашедшего в столь опасную область.
- Ты врешь.
Конечно, он врал. Они ведь уже решили, что Дезире знала все лучше всех. Альден всегда безбожно врал, набивал себе цену и придумывал сказки, чтобы привлечь внимание. И эта драматичная история с трагичным концом была придумкой. Ему ведь так нравится истязать себя, поддаваться неким безумным фантазиям. Он ведь искалеченный непростым детством маленький мстительный стервец.
- Ты все врешь. Это не правда... Мой отец…
- Ох ты… - выдохнул Шум. А после тревожно посмотрел на Лео. Тот застыл и как-то напрягся. Практически ощущалось, как его мозг пытался переварить эту мысль, но она комом застревала где-то в середине процесса. Слишком дикая была, слишком неожиданная. Подобные новости так не сообщались. Черт, да они вообще не должны были выходить во вне, их обычно хоронили вместе с последствиями греховных связей. Не способный к обработке информации мозг начал подсчет.
«Ей шестнадцать лет. Мама умерла, когда мне было семнадцать. Девять лет назад. Она была еще жива, когда…»
- Ты мстишь мне за то, что я стала твоей ученицей! Он не мог предать орден, не мог убивать своих, это гребаное вранье, никогда я в это не поверю!
Но Альден ее уже не слушал. Было даже лучше, что она убежала – быстрая поступь выдала девушку. Лео не был уверен, что готов вести с ней хоть какой-то разговор. Он вообще не был готов разговаривать хоть с кем-то.
- Надо было его поджарить, Шум. Медленно, чтобы он выл, пока его кожа пузырилась и слезала с костей. Выл и каялся.
- Он уже мертв Лео, - серьезно, но спокойно ответил фамилиар. – Месть – дрянное чувство. Она отравит тебе жизнь.
- Я ничего не могу поделать. Он всегда гнобил меня тем, что я не соответствую его ожиданиям. Но теперь я уже ничего не понимаю. Что требовал от меня человек, который изменял жене и предал своих?
- Я не знаю. Не надо думать об этом, пошли лучше домой.
- Его… дочка – моя ученица. Если бы не этот амулет, мне пришлось бы терпеть ее восемь лет. Такую всю идеальную, достойную смену почившему Иллаю. Подходящая наследница, правда? Черт, да я начинаю радоваться, что она нашла этот проклятый кулон…
- Она виновата во всем в самую последнюю очередь. Не переноси на нее свой гнев.
- Она едва ли не молится на него. Даже удивительно, как так получилось, что он не интересовался ее жизнью. Знай он о ней, я бы оказался на улице куда как раньше шестнадцати.
- Но уже не окажешься. Ты же видел ее, она не менее одинока, чем ты когда-то. Согласен, открытие неприятное, но она и правда не виновата. Может, не стоит принимать это в штыки?
Случайности не случайны. Альден ведь чувствовал подвох, знал, что тут было что-то глубже обычного девичьего интереса. Все встало на свои места. Она интересовалась отцом, которому была не нужна, узнала, что у того уже есть сын, и когда папаша безвременно почил, действительно переключила внимание на последнего родственника в Ордене. Завидовала, наверное, ведь Лео, в отличие от нее, рос с отцом. По ее мнению – с любящим.
- Пошли домой, Лео, - четко повторил Шум, бодая того в щеку. – Здесь ты ничего для себя не решишь, а она рано или поздно придет в аптеку. Куда еще ей податься в таком виде. Пошли, пошли…
И они действительно пошли, и эта долгая прогулка до города помогла успокоиться и посмотреть на ситуацию более трезво. Когда они с фамилиаром достигли домика Фриды, Альден был готов если не принять неожиданное известие, то хотя бы обсудить его. Но Дезире в город не возвращалась.

http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [ Ацилотс, мансарда на окраине столицы ]

+1


Вы здесь » За гранью реальности » Близлежащие земли Ацилотса » Старая мельница