fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Дом на холме

Сообщений 21 страница 36 из 36

21

<<< Альвэри, Бэй: Река Иса.

02 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного Договора.
День.

Надеяться оставалось на то, что тот самый заброшенный дом, в котором Бэйнару уже доводилось побывать однажды, находился ближе, чем долина и город. В противном бы случае они оба замерзли еще на пути к возможному спасению. Прогнав лошадь вдоль реки с добрых минут –надцать и чудом не превратившись в ледяные статуи, мужчина вывел их к утесу, на вершине которого и располагалась обветшалая халупа, а вокруг омывали глинистые берега Иса и ее сестра. Снега в этом месте практически не было, возможно из-за токсичности вод, но вот трескучий мороз никуда не девался, не позволяя дать жизнь засохшим колючкам и кустам. Земля промерзла до основания, превратившись в каток. Быть может, когда этот домишка еще был обжит, здесь имелась какая-никакая растительность, почва была пригодна для простейших посадок, а реки не являлись источником опасности. Сейчас же картина полного запустения накладывала мрачный отпечаток на всю округу. Увы и ах, но иного выбора, кроме как схорониться тут, не было от слов «и вовсе».
Эйнохэил остановил лошадь на довольно безопасном расстоянии от рек, дабы животные не налакались водицы и не попередохли прям у подножья, и спешился. Благо не свалился мешком картошки, что было совсем не удивительным в его нынешнем состоянии. Ясности ума хватило, чтоб забрать с лошадей сумки обоих, взвалив их себе на плечи, что служило маломальской защитой от холода хотя бы для спины. Следом иштэ снял с кобылы и Аль. Занятый более важными делами, он примотал свою лошадь к первому же кусту, совершенно позабыв о свине, топчущемся рядом. Поднять лоддроу на утес не представлялось возможным, а потому приходилось подгонять ее, даже когда силы карабкаться вверх не оставалось у самого. В какой-то момент хотелось просто послать все к Тейаровой бабушке, упасть и больше не двигаться, забываясь сладким сном. И все же…
Входная дверь с противным скрипом отворилась, и как только Аль зашла следом, Бэй захлопнул ее. Немногим, но здесь было теплее. Хватало и того, что сквозняки не хлопали ставнями, однако легкий ветерок присутствовал, проникая внутрь сквозь обвалившуюся кое-где крышу. Надо было развести костер, вот только где или в чём? Или чем? Зашарив по помещению, вскоре проклятый отыскал плотно сколоченный шкафчик, судя по всему служивший хозяину для хранения посуды или книг. «Все лучше, чем поджигать пол». Проблем с бумагой и сухими досками не возникло: и того, и другого было здесь в изобилии. Листы валялись, где попало, смятыми комьями, сломанные стулья тоже бы вряд ли кому-то понадобились.
- У тебя огниво есть? – Протараторил иштэ, поворачиваясь к ледышке, но так и не дождавшись ответа, предпочел выяснить это самолично.
Свалив сумки на пол, он распахнул горловину одной из них и принялся рыться в ее содержимом пока не отыскал ему нужное. Развести пламя получилось с попытки пятой, если не больше. Руки по-прежнему отказывались производить какие-либо манипуляции, а от переохлаждения все тело била ужасная дрожь. Удостоверившись, что костер не затухнет, Бэй усадил лоддроу ближе к теплу, в который раз опускаясь перед ней на колени. Он помнил на какие жертвы и ухищрения по тем временам пришлось пойти Альвэри, дабы отогреть горе-пловца, и не видел ни единого иного варианта спасти ее от холода сейчас.
- Аль, пос-слушай меня, - он старался говорить как можно мягче, чтобы девушка не восприняла его слова в штыки. Хотя на это можно было лишь уповать, - т-тебе придется раздеться.

+2

22


02 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного Договора.
День.

Альвэри не заметила, как перед ней очутился Бэйнар, принявшись обхаживать, хотя и сам был недалек от состояния охлаждения. Однако она даже не обратила на его присутствие рядом должного внимания. Слабость не отпускала ни тело, ни сознание, кое находилось на грани реальности и бессознательности. В голове стоял глухой звон, мешая рассудку справиться с навалившимся «недугом» и попытаться найти причину, выйдя из этого состояния полной прострации. Перед взором мелькнули знакомые глаза. Что-то дернулось внутри, но все же осталось безучастным, не вызвав никаких эмоций впоследствии. До лоддроу долетали обрывки фраз, но она не была уверенна в том, что это не игра ее воображения, понять весь посыл также не могла. Еще и этот холод... Он не был убийственен в полном понимании этого слова, но приятного тоже было мало, хотя, возможно, именно он и держал ее в сознании.
Девушка вздрогнула, когда холод, сковывавший движения несколько отступил. Сознание тут же уцепилось за смену ощущений, выводя организм из состояния мнимого анабиоза.
- Иди сюда, - услышала Аль, но прежде, чем смогла сообразить к чему это было сказано, ее оторвали от земли.
Вот тут уже рассудок окончательно «очухался», а тело, несмотря на все не прекращавшуюся дрожь, пусть слабо, но все же отреагировало волной липкого страха. Однако, еще не успев отделаться ни от чувства скованности, осадком осевшее после недавней слабости, ни от ледяной корки, что продолжала холодить тело, должным образом среагировать вновь не сумела. Ко всему этому еще и присоединилось напряжение от того положения в коем оказалась, от чужих рук, что, казалось, жгли даже через «тонну» одежды на ней. Благо, вскоре Бэй лишил ее своих объятий, высадив на лошадь, где и смогла немного перевести дух. Ровно до тех пор, пока ей в руки не вручили виновника всего случившегося и за спиной не очутился сам хозяин пустобрюха.
Впрочем, Фенрил удержалась от любого комментария в сторону мужчины, хотя вся ее суть противилась такому положению вещей, но рассудок верно отметил, что все происходящее ей же во благо. Да и тепло, что исходило от Пэпа, который меланхолично прижался к ее животу, благотворно действовало, едва не вгоняя в сон.

Аль потеряла счет времени, кое-как пригревшись на лошади, от, пусть незначительного, но все же тепла, что ее окружало, и от легкой качки из-за неспешного бега лошади. Видимо, она умудрилась даже задремать, ибо после  остановки обнаружила, что они уже добрались до искомого места. Меланхоличным взглядом, девушка  обвела безрадостный пейзаж, после все так же молча позволила Бэю помочь себе сползти со спины лошади, не будучи уверенной в том, что сможет это сделать сама. Однако, это было самое легкое, что их ждало перед домом на холме. Взбирание по оному было настоящим испытанием для их, измученных холодом и всем пережитым, тел, и она бы уже плюнула на это дело, если бы ее не подгонял спутник, отличавшийся редким упрямством.
Когда они очутились, наконец, у дверей ветхого домишки, Фенрил едва дышала от перенапряжения. Легкие, уже привычно за последний час, жгло, еще и отзываясь при этом болью в области груди. Едва передвигая ноги от усталости вкупе с общей слабостью, Альвэри ввалилась в дом, остановившись посреди комнаты, завернутая в ворох одежд, что совершенно не грели, даже наоборот, но чтобы это все сбросить, ведь оно было источником дополнительного холода, промокнув практически насквозь, и мысли не появилось. Девушка стояла дрожащим изваянием, наблюдая за суетой Бэйнара, едва соображая, что тот делает и что впоследствии спрашивает. Впрочем, мужчина и сам во всем прекрасно разобрался без ее помощи. Видимо, он лучше себя чувствовал, чем она, даже лишившись части одежды. «Естественно, не он же в проруби искупался,» - проскочила колючая мысль, что тут же растворилась не получив выхода.
Через какое-то время Бэю удалось развести огонь, который несмело начал «поедать» предложенную ему ветхую мебель. Яркие языки пламени завораживали взор и Фенрил даже не успела понять, как вновь ушла в себя, что было достаточно опасно в ее состоянии, очнувшись уже ближе к костру, причем сидящей. Аль моргнула, стряхивая с себя остатки задумчивости и пытаясь понять, когда успела сменить место дислокации. Перед нею, опустившись на колени, стоял Бэйнар, выражение его лица говорило об излишней обеспокоенности. Лоддроу тут же посчитала оную не совсем уместной. Да, ей досталось, немного подмерзла, но не насмерть же. Сейчас отогреется и все станет на свои места, но выразить свои мысли девушка не успела.
- Аль, пос-слушай меня, - начал Бэйнар, опять резанув слух сокращением ее имени, а подкупаемая мягкость в его голосе заставили всю ее сущность напрячься тотчас же. - т-тебе придется раздеться.
Ей показалось, что она ослышалась, но нет, мужчина явно сие произнес и теперь выжидающе смотрел на нее. Лоддроу нахмурилась. Мысли все так же, весьма лениво, шевелились в черепной коробке и сознание продолжало слишком медленно соображать.
- Что значит – раздеться? – осипшим голосом все же спросила девушка.
Однако, не дождавшись ответа спутника, сама успела дойти до кое-каких умозаключений. Верхний ворох одежды, которым ее обмотал Бэйнар, успел пропитаться влагой и теперь совершенно не грел, лишней тяжестью лежа на плечах. Кроме того,  оное еще и мешало обсохнуть ее, более легким, одеждам, как и всему телу в частности. О том, что нужно раздеться полностью, она подумала вскользь и тут же устрашилась подобной мысли. «Да ни за что!» Впрочем, навряд ли у нее требовали подобного, поэтому, кое-как поднявшись на ноги, лоддроу молча сбросила с себя чужой плащ и шарф. После Фенрил вновь присела на насиженное место, скрестив руки на груди и выжидающе взглянув на Бэйнара. То, что ее не грела даже близость костра и с волос да оставшейся на ней одежды по замерзшей коже стекала тонкими струйками вода, нисколько не могло поколебать ее решимость. Она не допускала даже шальной мысли полностью разоблачиться, тем более перед кем-то. «И так обсохну, только времен на то уйдет немного больше.» В ней говорило не только природное упрямство и отголосок давнего страха, но и вновь вернувшееся чувство дискомфорта рядом с этим человеком. Перед глазами снова возникла картина того вечера в городе гномов, отозвавшись волной легкой дрожи по всему телу и странным чувством на самых задворках сознания. Аль даже слегка отодвинулась от спутника, скорее интуитивно, чем осознанно, словно лишний раз подчеркивала, что договориться о большем не получиться.

+2

23

- Что значит – раздеться? – Подала голос Аль.
«Ты знаешь несколько значений?», - мысленно переспросил мужчина. Он нахмурился, вперив недовольный взгляд в эльфийку. Однако повторять просьбу или же объяснять элементарное не пришлось – девушка встала, что вызвало немалое удивление, и скинула с себя плащ, так же избавившись и от шарфа. Бэйнар с облегчением выдохнул. Он-то уж думал, что придется с бубном вокруг лоддроу отплясывать, чтобы добиться от нее понимания и необходимых действий. Сброшенные одежды проклятый тут же сгреб в охапку, подтянув их ближе к костру. Все они успели хорошенько подмокнуть и чуть ли ни колом стояли. Как только еще не примерзли к оголенной коже? Справившись с этим моментом, мужчина повернулся обратно к Альвэри, ожидая от нее дальнейших потуг расправиться с оставшимися вещами. «И?». Он выжидающе выгнул бровь, как то любила проделывать сама ледышка. Вот только та почему-то предпочла отсесть подальше. И чуяло сердце, было бы у эльфийки сил побольше, так и вовсе б шуганулась, как от какой пакости или угрозы. «Ты что, решила, что я шучу? Или что и этого достаточно будет?». А по принятой позе на то и тянуло. Эйнохэил опустил глаза, в которых не укрылась толика разочарования, и точно так же обнял себя. Его заметно перетрясло. То ли от холода, то ли от раздражения из-за упрямства Аль там, где ему было ни место. Проклятый отвернулся от девушки, переместившись чуть в бок и не загораживая собой пламя, и протянул руки к теплу. Что он мог сделать, когда собственных конечностей не чувствовал, а с лоддроу разговаривать было делом пустым?
С минуту, может чуть дольше, он так молча и просидел, дожидаясь пока в замерзших пальцах не начнет ощущаться хотя бы покалывание, а руки не будут более-менее послушно сгибаться. После этого Бэй вновь повернулся к Альвэри. Выглядела она совсем неважно, больше похожая на затравленного зверька, которого еще и снотворным напичкали. Казалось, что ее не волновали даже начавшие понемногу оттаивать одежды и пряди, с которых на и так замерзшую кожу капала ледяная вода. И при всем этом она еще силилась согреться своими силами, дрожа, как осиновый листок на ветру. Видок не из лучших, да, как и перспективы ледышки. Но понимание этого, видимо, у нее напрочь отсутствовало. Мужчина вздохнул, набираясь терпения и стараясь отогнать всколыхнувшееся внутри раздражение. «Попробуем еще раз».
- Т-ты меня недопон-няла, - от мысли иштэ отвлек скрип дверных петель. Он обернулся и уставился на вход в дом. Мелькнув в проеме, в комнату неспешным шагом зашел Пэп. Как ему удалось вскарабкаться сюда мало интересовало, а вот то, что своим появлением пустобрюх распахнул хлипкую дверь, что с омерзительным звуком начала отъезжать в сторону, удостоилось внимания хозяина, - Уф.
Бэйнар поднялся, и отодвинув медлительное животное, запер вход. На этот раз он припер дверь стулом и заспешил вернуться обратно. «Не ровен час и лошадь постучится». Свин же принялся обнюхивать каждый угол помещения, не замечая ничего и никого вокруг. Не смущал его и поводок, который мешающей веревкой тащился меж лап.
- Я по-мочь пытаюсь, Аль, - почти что прошептал проклятый, оказавшись рядом с девушкой и усаживаясь рядом. Несмотря на то, что руки он кое-как отогрел на время, зубы сводить не переставало ни на секунду, - Помоги и ты… мне.
Мужчина понимал, что вскоре все его попытки отогреться вновь поравняются с нулем, а дальше положение дел обоих только лишь усугубится. Пока что же у него выходило бороться с накатывающим чувством дремоты, а болевые ощущения в локтях и спине отрезвляли рассудок, надо было выправлять ситуацию.
- У т-тебя не полу-чится, - «Т-твою мать», - но даже мысли не были лишены пауз и заиканий. Бэй скрежетнул зубами от досады, - сог-реться, пока не скинешь все э-ти вещи, понимаешь? Костер прос-сушить их на т-тебе н-не сможет.
Время, такое драгоценное для их жизней, начинало стремительно утекать сквозь онемевшие пальцы. Нужно было действовать, и если это не собиралась делать Альвэри, то был готов сделать иштэ. Он потянулся к ремням, что покоились на поясе эльфийки и принялся самолично их расстегивать.

+4

24

Видимо, она зря разволновалась, ибо мужчина более не предпринял попыток с ней заговорить, вскоре отвернувшись. Альвэри с облегчением выдохнула, сосредоточившись на языках пламени, что с легким треском испепеляли старые куски древесины. Сознание вновь впало в подобие меланхолии, уплывая мыслями куда-то и одновременно никуда. Фенрил обязательно задремала бы в таком состоянии, продолжая игнорировать промозглый холод, что донимал до костей, если бы относительную тишину комнаты снова не нарушил голос Бэйнара, выдергивающий ее из полудремы.
- Т-ты меня недопон-няла, - лоддроу с заметным нежеланием повернула лицо в сторону спутника, но тут их общее внимание отвлек новый звук.
Скрипнув, приоткрылась ветхая дверь, однако, в отличие от Бэя, Аль даже не шелохнулась, разве что в глазах на миг загорелся огонек любопытства и тут же погас. Вскоре причина шума уже расхаживала по помещению, а его хозяину пришлось запереть дверь получше, чтобы больше не пугаться непрошеных гостей. То, что мужчина в следующий миг вернулся к костру, решив сесть поближе к ней, вновь всколыхнуло в полусонном сознании волну только-только поостывших эмоций. Его присутствие действовало, как ушат ледяной воды за шиворот в самый жаркий летний день, засим ничего удивительного не было, что Фенрил едва подавила желание вновь отодвинуться, как оказалось – зря. Первый порыв самый верный, как уже не единожды убеждалась девушка.
- Я по-мочь пытаюсь, Аль, - лоддроу мысленно хмыкнула, изогнув бровь, давая понять, что думает о его помощи, - Помоги и ты… мне.
К уже изогнутой брови присоединилась и вторая. Она словно говорила. «Я тебе мешаю, что ли? Мне кажется, что могу назваться меньшей из твоих проблем.» Однако, она все так же молчала, возможно, наивно надеясь, что он сам все поймет и уползет в свой угол, уразумев тщетность своих потуг. То, что мужчина с какого-то перепуга обеспокоился ее самочувствием, никак не хотелось признавать и принимать, что-то в ней противилось сему изо всех сил. У него не было на то видимых причин, кроме благодарности за спасение своей свиньи. Однако, вместо того, чтобы после первой попытки, проявить благоразумие, Бэй гнул свое, чем раздражал все сильнее. Видят Боги, она старалась сдержаться изо всех сил, чтобы не выдать все, что начало клокотать глубоко внутри. Но, вестимо, у этого индивидуума напрочь отсутствовало не только чувство такта, но и инстинкт самосохранения, что она успела отметить уже не первый раз.
- У т-тебя не полу-чится, - продолжал тем временем Бэйнар,а она старалась не слушать и игнорировать весь его посыл, ему же во благо, как думала, - сог-реться, пока не скинешь все э-ти вещи, понимаешь? Костер прос-сушить их на т-тебе н-не сможет.
«Да с чего ты взял? И вообще, какая тебе разница? Не помру, не переживай! О себе лучше подумай, зуб на зуб не попадает.» Даже если в его словах и была толика правды, то воспаленное сознание, что давно воспринимало Бэя, как основной раздражитель в радиусе километра вокруг, просто отказывалось мыслить трезво и разумно, эмоции по-прежнему брали верх. Но все бы ничего, если бы он закончил свои попытки лишь словами, пытаясь, пусть и безуспешно, вразумить ее, но нет же, мужчина решил перейти от слов к действиям.
[float=left][mymp3]http://my-files.ru/Save/ia4r8j/gorillaz_feel_good_inc_(NaitiMP3.ru).mp3|для атмосферы xD[/mymp3][/float]Как только Бэйнар потянулся к ней, взявшись за ремни и начав их молча расстегивать, Альвэри словно молнией ударило, сначала парализовав, а после треснув остаточным зарядом по взвинченному до предела сознанию. Ее начало трясти уже не от ощущения холода, он как-то вообще забылся следующий момент. Дернувшись назад, Аль даже не успела толком обдумать то, что сделала в следующий миг, когда, несмотря на общую слабость, залепила мужчине звонкую затрещину.
И где только у нее появились силы, чтобы, пусть неуклюже, но вскочить на ноги тут же. Девушку откровенно «колотило» от возмущения и ярости, о чем свидетельствовал не только гневный взор, коим словно пыталась пробуравить Бэя насквозь, но и постоянно сжимавшиеся в кулаки ладони. «Нет, это уму непостижимо! Да что он себе позволяет!» Она больше не контролировала свои эмоции, что выплескивались наружу, словно из рога изобилия,  топя любые проявления рассудка еще в зародыше.
- Если я молча стерпела подобное единожды, Бэйнар…и то, из-за того, что то было крайне шокирующе. Так вот, это не означает, что при любой удобном случае позволю протягивать к себе руки, - задыхаясь от внутренней злости, дрожа не то от переполнявших ее эмоций, не то от холода, что упрямо не желал покидать тело, прошипела лоддроу, - Нечего обо мне так уж усердно беспокоится, перегибаешь.
Лоддроу и правда не понимала, из-за чего он упрямо лез на рожон, видя, что она не желает уступать. Даже, если ей суждено из-за своего же упрямства и глупости отморозить пятую точку, как бы нереально сие не звучало, это не должно его ТАК волновать. От слова «совсем» не должно!

Отредактировано Альвэри (2017-03-18 17:44:47)

+4

25

Признаться, такой бурной реакции и сопротивления мужчина никак не ожидал.
- М-м-м, - зло протянул Бэйнар.
Отвешенная пощечина послужила хорошим спусковым механизмом. «Зря». Иштэ уставился в пол, сплюнув. Ни то чтобы затрещина Аль оказалась настолько сильной, что он после готов был зубами или кровью плеваться. Этим проклятый скорее показывал свое отношение ко всему сказанному девушкой. «По-хорошему, значит, не вышло». Он готов был сжаться ни только отдельными частями тела от сжираемого заживо чувства сковывающих ледяных объятий, но и всем телом, принимая позу эмбриона и съеживаясь до размеров фасолины. Готов был обниматься хоть с самим Тейаром, если бы тот оказался хотя бы на градус теплее обычной грелки. Готов был впустую тратить время на убалтывания и корчить из себя милую душку, когда выть хотелось от одолевающего мороза, лишь бы те принесли ожидаемые результаты… Она же продолжала строить из себя принцессу-недотрогу, не взирая на угрозу жизни.
Бэйнар поднялся, силясь хоть немного поунять вмиг охватившую его злобу и гнев, и мельком взглянул на лоддроу. Своих ответных, и таких схожих с ее собственными, эмоций Эйнохэил и не думал скрывать. «Смотри весь яд по полу не расплескай, проест». От полученного эмоционального заряда, пусть и далекого от положительного, даже мысли стали в разы яснее и четче. Жаль только, что скопленные на согрев силы теперь приходилось пускать в совершенно иное русло. Отступать от задуманного даже после полученной оплеухи Бэй и не думал. В противном же случае они рисковали задержаться в этой халупе многим дольше. К примеру, на добрую вечность, превратившись в пару ледяных статуй.
Иштэ молча прошел к своей сумке, более не обращая на ледышку ровно никакого внимания, и выудил из горловины плащ. Вещь не была такой же теплой, как второй, намоченный, но от этого не убавлялась важность ее присутствия в рюкзаке в данной ситуации. С ним проклятый вернулся обратно к костру, ровно на то же самое место, с которого и сошел, и небрежно киданул плащ на пол.
- Ты совсем дура или прикидываешься? – Голос его был лишен всяких эмоций, а вот во взгляде, направленном прямо на Альвэри, как нельзя лучше читалась вся гамма будоражащих сознание эмоций, самой яркой из которых была злость.
От части Бэйнар понимал ее поведение, подпитываемое мнимой болезнью, существование коей засело глубоко в снежном рассудке. И вспомнив это сейчас, не смог сдержаться:
- Нет у тебя никак… - едва ли не сказанув лишнего от наката еще большего раздражения, проклятый вовремя заткнулся. Покрыв трехэтажным матом их лживый рассказ и невозможность сказать правду про себя, он нашел выход из сложившейся заминки, - …ого выбора. Иначе я притащу тебя в город намертво примерзшей к балкам пола на потеху всем остальным белобрысым.
Высказывая все это, голову так же не покидало осознание того, что медлить больше было нельзя. А именно поэтому, не взирая ни на какие эмоции Аль, Бэй принялся стаскивать с себя свитер. В каждом его движении отчетливо была видна жесткость и непоколебимость перед сделанным выбором пойти дальше. Вслед за первой теплой одеждой вниз полетела и кофта. С каждым сброшенным с себя предметом гардероба холод, что и так пробирал до костей, становился все ощутимей, грозя не дать довести начатое до конца. Однако с упрямством горного барана мужчина продолжал избавляться от кипы надетого. Требовалось немало усилий, чтобы не обращать внимания на сильный озноб и то, как спирало дыхание при каждом сделанном вдохе, и пока что это у проклятого получалось, подпитываемое калейдоскопом нестихающих эмоций.
- Либо ты склеиваешь здесь уши, либо делаешь то, что я тебе говорю, - раздраженно произнес мужчина как только последняя из рубашек присоединилась к остальному вороху одежды возле его ног. Тон его голоса по-прежнему не изменился, выдавая «стальные» ноты и твердость.
Кофты и свитер Эйнохэил раскидал мыском сапога, чтобы из них получилось подобие подстилки, и принялся за ремень.
- И ты БУДЕШЬ делать, - не спуская тяжелого взора с лоддроу и откровенно плюя на ее «позволю/не позволю», закончил иштэ.
«Нравится тебе это или нет».
Проклятый бесцеремонно схватил девушку за руку, резко дернув на себя и поведя вниз, в следствии чего та грохнулась коленями прямо на импровизированный лежак, и опустился сам. Меньше всего Бэю хотелось поступать с Альвэри именно так, но иного выбора она ему просто-напросто не оставляла. Не давая эльфийке возможности опомниться после столь жесткого приземления, мужчина прижал ее ноги к полу своими, притянув к себе и в буквальном смысле слова зажимая. Руки ее он держал по швам, пресекая все попытки их высвобождения, кои и бойкими то назвать было весьма сложно.
- Потом еще спасибо скажешь, - прорычал прямо на ухо ледышке Бэйнар, ощутимо утыкаясь в него носом и одновременно расправляясь со шнуровкой верхней одежды Аль, змеившейся по спине.
Рывки, с которыми проделывал все это мужчина, вряд ли можно было назвать нежными и аккуратными, но ему было плевать и на собственную грубость. А спустя пару-тройку минут ковыряний и попыток лоддроу выкарабкаться из цепких объятий, что заметно притормаживали процесс избавления от одежды, мокрые вещи были отброшены в сторону костра.
Ярое сопротивление эльфийки выбешивало до неимоверности, хоть и походило больше на бесполезные трепыхания. Иштэ упрямо поджал губы, продолжив. Оставалось самое сложное: избавить девушку от высоких сапог и штанов. Не заглядывая в голубые глаза, пылающие лютой ненавистью, Эйнохэил повалил Аль на спину, нависнув сверху, в следующий же момент занося руки ледышки у нее над головой и крепко удерживая их в таком положении одной своей. «Да угомонись же ты!». С каждым ее движением против его воли проклятый все больше наваливался на лоддроу, лишая ее возможности свободно вздохнуть. Давил он по большей мере на грудь, стараясь избежать области живота, и все же выходило это не очень. Ледышка, не в силах оказать достойный отпор, извивалась под мужчиной, словно змея, всеми чакрами ледяной души стараясь помешать неизбежному. И признаться честно, это бы Тейаровски заводило, если бы не вся плачевность ситуации.
Наибольшие проблемы доставила обувь: дотянуться до сапог оказалось самой легкой задачей, а вот для того, чтобы сбросить их Бэйнару пришлось помогать себе ногами. Все пыхтения, шипения и иже с ними со стороны эльфийки когда дело дошло до плотно облегающих бедра штанов он попросту игнорировал. И все бы ничего, да вот только хотел того иштэ или нет, а лишь прикоснувшись к поясу, взбудораженное непосредственной близостью и реакцией на то Альвэри сознание начало проводить параллели происходящего наяву с ночными кошмарами. Картины оказались настолько красочными, находящие подпитку от испытываемых телесных ощущений, что это вынудило проклятого зажмуриться, с отвращением на лице уткнувшись в шею ледышки. Значения не имели даже мокрые пряди и холод ее кожи, что минутами раньше вызвали бы новую волну озноба. «Нет. Нет. Нет», - Бэй глухо застонал, - «Только не сейчас, Тейар побери!». Стоило выкинуть непрошенные сравнения из черепной коробки, но для этого пришлось бы биться головой об плечо Аль. Он никогда бы не позволил себе подобного – взять ее силой, но все происходящее уж слишком на то было похоже, смешиваясь с «призраками» прошлой жизни. В этот самый миг проклятый испытал непомерное отвращение к самому себе, и в сравнение с ним могла идти, разве что, злоба на лоддроу, которая, не ведая того, заставляла Эйнохэйла пройти через все это. Мужчине понадобилась еще минута, чтобы совладать с собой и, крепко уцепившись за штаны, стащить их вместе с нижним бельем. Он до последнего не открывал глаз, дабы не заскользить взором по обнаженному стану, а голову поднял лишь закопавшись с собственными брюками. От сапог иштэ избавился непосредственно перед этим.
- Еще один фокус и, видят Боги, Аль, я тебя вырублю тебе же во благо, - осипшим от волнений голосом произнес Бэйнар, встретившись глазами с девушкой.
Он притянул ее к себе, прижимая всем телом и наконец в полной мере чувствуя, насколько она была холодной. Проклятый медленно отпустил руки «пленницы» и потянулся за рядом лежащим плащом, укрыв им их обоих. Немного успокоившись, чему способствовала температура тел обоих и плохо прогретое помещение, он позволил себе крепко обнять ледышку, стараясь не замечать бьющей его дрожи. Положение дел казалось теперь же на чуточку лучше: спину лоддроу вскоре должно было согреть пламя, она находилась под какой-никакой, а все же сухой одеждой, а мыкающийся под плащ Пэп должен был отогреть ноги.

Отредактировано Бэй (2017-03-19 18:26:53)

+5

26

[float=right][mymp3]http://my-files.ru/Save/fjq5um/05_nine_lashes_adrenaline_feat_trevor_mcnevan_of_thousand_foot_krutch_myzuka.fm.mp3|Adrenaline[/mymp3][/float]Сердце продолжало отплясывать бешеные ритмы, а взор затмила пелена небывалой ярости. Она не помнила, переживала ли когда-то столь сильные эмоции, но то не особо и заботило сейчас. Рассудок полностью утонул под лавиной взрывных чувств, кои ее в тот момент полностью контролировали. Вскинув, горящий праведным гневом, взгляд на мужчину, девушка с напряжением наблюдала за ним. То, что он тут же не бросился довершать начатое, еще и ответить за пощечину, настораживало. Чувство обманчивого облегчения не могло взять верх только по той причине, что она ему не доверяла, и не знала, на что тот способен.
Фенрил не хотелось прибегать к крайним мерам, несмотря на то, что так и подмывало превратить Бэйнара в ледяное изваяние и тем самым решить все проблемы в одночасье. При всей ярости, что кипела в жилах, лоддроу не была убийцей по прихоти и по сути. Их взгляды встретились и явно искрились одинаковыми эмоциями, разве что причины на то были разные. Какой же он был упрямый в этом своем желании помочь ближнему. Какого Тейара, спрашиваться, лезть на рожон, если этот самый ближний отправляет его лесом более, чем красноречиво? Да, ей уже плевать было на то состояние, от коего, вкупе со всем калейдоскопом эмоций, колотило тело и рассудок! Даже, если ее свалит здесь в виде ледяной глыбы, это уже ничего не меняло. Во взбешенном сознании пульсировала лишь одна мысль и все ее существо было сконцентрировано на том, кто заставил ее выйти из себя в считанные минуты.
Аль продолжала наблюдать за суетой Бэйнара, натянутая, как струна, словно затравленный зверь, ожидающий удара, не зная, когда тот последует.
- Ты совсем дура или прикидываешься? – вновь заговорил мужчина, после того, как приволок к костру плащ, расстелив его на полу.
«Не твоего ума дело!» - тут же мысленно огрызнулась девушка, отступив на пару шагов. Разговаривать с ним не было совершенно никакого желания, пускай думает, что ему заблагорассудится, только, чтобы, наконец-то, от нее отстал со своей опекой. Пожалуй, все-таки в чем-то Левифрон был прав, беря этого индивидуума себе в помощники. Какая-то одержимость в общем деле у них всех таки присутствовала, сколь бы бездарным Бэйнар не казался поначалу. Однако, это никак не оправдывало его настырность касательно ее персоны и тем более, не повлияло на рассудок, по-прежнему придавленный грузом эмоций.
- Нет у тебя никак… - «Что?» - мужчина замялся по непонятной причине. Как оказалось, подыскивая слова для продолжения, - …ого выбора. Иначе я притащу тебя в город намертво примерзшей к балкам пола на потеху всем остальным белобрысым.
«Мне кажется, я об этом уже говорила – пусть сие будет самой большой проблемой в твоей жизни, парень!» Однако, она вновь промолчала. Не столько от нежелания болтать без толку, сколько от того, что увидела, как Бэйнар сам начал раздеваться. Это внесло еще больше смуты в воспаленное сознание лоддроу. А тот, продолжая болтать, как ни в чем не бывало продолжил раздевался. Это могло, конечно, означать, что он таки смирился с ее отвратительным поведением, решив хотя бы себя спасти от холода. Однако, как показал опыт общения, пусть и недолгого, с этим субъектом, она могла глубоко ошибаться. Его внезапная сдержанность в поведении, твердость в голосе совершенно не вязалась с тем опасным блеском во взгляде, коим мужчина периодически ее одаривал.
- Либо ты склеиваешь здесь уши, либо делаешь то, что я тебе говорю, - лоддроу не удержалась-таки от нервного смешка, однако не стала перебивать его вдохновенную речь, стараясь игнорировать то, в каком виде он маячил у нее перед носом.
Нельзя было терять бдительность, тем более, что его манера дальнейшего «общения» в одни ворота, выдавала совершенно не смирение с ее собственным выбором, а наоборот.
- И ты БУДЕШЬ делать, - зло выдохнул спутник.
«Разбежалась,» - мысленно фыркнула Фенрил, вновь закипая и секундно отвернувшись от созерцания чужой злости и полунаготы. Это было ошибкой. Большой и непоправимой впоследствии. Она только и успела, что охнуть, когда Бэй схватил ее за руку, сдернув с места, к коему, казалось, лоддроу приросла за последние минуты. Картина дополнилась глухой болью, что ощутила в коленях, тяжело приземлившись на деревянный настил. Только вот этим все не закончилось, дальше начался сплошной кошмар наяву. За то время, что  Бэйнар внедрял свой план в жизнь, полностью игнорируя ее желания, как и прежде, ей пришлось пережить такие эмоции да ощущения, кои нельзя было описать словами. Ярость, что волнами накрывала сознание, заставляя ее сопротивляться из всех имеющихся сил, затмевала все перед глазами. Липкий страх парализовал до такой степени, что, казалось, тело извивается больше по инерции, чем в силу возможности. Ни слов, ни чего бы то ни было еще лоддроу просто не слышала. Кровь прибывала к вискам, грозя разорвать вены и отбивая в ушах бешеные ритмы.
Силы были неравны, это было ясно, как ильтаров день, но Альвэри была в таком состоянии, что основной движущей силой стали именно эмоции, продолжая толкать в спину, сжимать мышцы, что уже и согреться успели от борьбы с крепкими руками, хоть и подмерзшего, но от того не менее превосходящего в силе, соперника. Она изгибалась, как могла, брыкалась, разве что не кусалась и не царапалась (последнее в силу скованных рук). Собственно, он тоже отвечал не менее «нежно». Девушка обеспокоилась бы о целостности своих одежд, если бы в тот момент могла трезво мыслить, но куда там. Не слышала и не видела вокруг ничего, похожая уже на обезумевший комок ненависти, что без толку извивался в чужих руках, теряя остатки сил с каждой новой попыткой сопротивления. Масла в огонь подливали еще и чужие прикосновения, что обжигали кожу невидимым огнем, заставляя испытывать странную смесь из отголоска страха с еще чем-то, невидимым, но не менее острым, едва ли не болезненным. Она бы обратила на это внимание, если бы не обстоятельства, что смешивали все чувства и эмоции в одну кашу, щедро приправленную заранее проигрышной борьбой.
Естественно, это не могло долго продолжаться, и лоддроу вскоре явно выдохлась. Да и Бэйнар давил на нее своим приличным весом, лишая возможности не только сопротивляться, но, местами, и дышать, а из-за столь откровенной и непозволительной близости приходилось еще и бороться с самой собой, ибо казалось, что вот-вот и ее сознание разорвет все связи с реальностью, плюнув на происходящее и выйдя из игры своим способом. Благо, сего не случилось. О том вообще было страшно помыслить, учитывая в каком положении она очутилась, еще и в руках того, кого уже явно ненавидела всей своей сущностью.
Фенрил тяжело дышала, практически полностью выбившись из сил, хотя и пыталась еще кое-как сопротивляться, явно мешая мужчине в его попытке раздеть ее до конца.
- Еще один фокус и, видят Боги, Аль, я тебя вырублю тебе же во благо, - их глаза встретились и он мог сказать спасибо Богам за то, что ее руки были «скованы», ибо именно в тот момент она бы с упоением впилась ногтями в эти бездонные голубые глаза, что пылали ответной злостью.
И ей было бы плевать, что случилось бы потом, видит Тейар, глубоко плевать. Однако он был не совсем дураком, что стоило отметить, и до последнего держал ее, в конечном итоге заключив в крепкие объятия. Конечно, можно было уличить момент, когда мужчина отпустил ее руки, которые теперь жутко болели, однако девушка так выдохлась, что даже голова шла кругом. Неравный «бой» полностью истощил ее и, хотя ненависть продолжала клокотать внутри, но материализовалась разве что в слабый, «детский» тычок в мужскую грудь, не более. Ей даже говорить не хотелось. От пережитого тело, разогретое внутри, теперь дрожало от совокупности плохо выплеснутых эмоций, ибо она была слишком скупа на слова, предпочитая больше физическое сопротивление, и холода, что дал о себе знать сразу, как только она обессиленно «спряталась» в чужих объятиях. Такой совершенной беспомощности Альвэри давно не чувствовала. Всегда был выход и возможность ответить, но не сегодня, Тейар бы побрал эту компанию вместе взятую.
Лежа в его объятиях, она продолжала кипеть от злости и безысходности, сомневаясь, что в своем упрямстве мужчина не воплотит в жизнь брошенное ранее предупреждение, если она решит, даже в таком виде, сделать ноги. А это хотелось сделать, очень. Его присутствие «обжигало» рассудок, что, казалось, пытался извернуться из всех сил, чтобы заставить всевозможные негативные эмоции еще сильнее выхлестнуться наружу, не беспокоясь о последствиях. Тепло его тела и рук дарило покой разве что пострадавшей от холода коже, но и она не могла просто так принять оное, смириться. От этого становилось еще хуже, еще острее ощущалось чувство беспомощности, еще сильнее хотелось вцепиться ему в горло. За все, что пришлось пережить, за то, что заставлял сейчас чувствовать.
Альвэри закрыла глаза. Ей нужно было отдохнуть, собрать растраченные впустую силы, иначе она так ничего и не сможет добиться. Девушка старалась хоть как-то минимизировать их слишком тесные объятия, чувствуя, что отголоски привычного страха уступили место чему-то новому, что никогда не приходилось ощущать. Это пугало еще сильнее и не находило должного объяснения в воспаленном сознании. Засим, чтобы хоть как-то отгородиться от происходящего, лоддроу углубилась в себя и, естественно, не успела понять, как уснула, истощенная морально и физически, да согретая чужим теплом.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Lu9tn.jpg[/float]Темнота окутывала со всех сторон, даря странное чувство покоя. Она находилась в месте, которое знала, но не осязала.  Разум явно решил с ней сыграть в какую-то свою игру, закрыв взор мглой, словно плотной повязкой. Странное дело, но страха или чего-то сродни оного не ощущалось, наоборот. Вся ее сущность вытянулась, как струна в каком-то странном, едва ли не болезненном предвкушении.
По спине пробежал легкий озноб, заставляя сердце стучать сильнее и в тот же миг она почувствовала легкое, едва ли не призрачное прикосновение. Обернулась, но по прежнему была слепа, чувствуя лишь кожей и обостренной интуицией. Однако та же кожа не вздыбливалась холодным ознобом, а отзывалась совсем по-иному. Странное, чуждое и в то же время знакомое чувство затопило сознание.
Перед взором мелькнула тень. Кромешную тьму разорвало, словно газовую шаль и впереди замаячил образ. Туманный, едва осязаемый, но до боли знакомый. Она его уже видела, она его знала, но не могла рассмотреть. Внезапная головная боль, молнией ударила по сознанию, заставляя закрыть глаза и стиснуть ладонями виски. Чужое присутствие того, кого она не узнавала, но знала, стало ощущаться сильнее, болью разрывая рассудок от понимания того, что так не бывает. Однако отрицать очевидное не получалось. Здесь, в этом месте, почему-то не получалось ни отмахнуться, ни отвернуться. Словно пригвождённая к месту, ее заставляли переживать то, что по какой-то причине не хотелось принимать, сознание из всех сил противилось и это было больно, это было в разы хуже физической боли.
[float=right][mymp3]http://my-files.ru/Save/kqp6l8/10 Years - Dont Fight It.mp3|Dont fight it[/mymp3][/float]Но при всем внутреннем сопротивлении, тогда, когда в какой-то момент она ощутила на себе чужие объятия, это не ввергло ее в молчаливый ужас, не вызвало страх. В них было тепло, уютно и…так привычно, что сердце в груди болезненно сжалось. Она потянулась к тому, кто невидимой тенью стоял за спиной, откинувшись назад в таком до боли привычном жесте, что телом прошла мелкая дрожь. Она закрыла глаза с легким вздохом, когда почувствовала, как голос, обдав теплом ухо, прошептал:
- Хватит прятаться…
Этот голос, приглушенный до неузнаваемости, был, тем не менее до боли знакомым, но сознание упрямо твердило, что это всего лишь игра, но до чего же она была…желанной. Казалось, что она действительно знавала все это ранее, но что-то мешало осознать, признать, принять. И несмотря на попытки взбудораженного сознания препятствовать развитию событий в этом странном сне, ей хотелось иного. Даже, если это все игра ее воспаленного воображения, но эти внезапные, незнакомые чувства цепляли что-то глубоко внутри, заставляя тянуться к этому, пусть вслепую, пусть и не ведая, что там кроется…

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Альвэри спала и какое-то время совершенно спокойно лежала в мужских объятиях, наконец-то полностью успокоившись и не создавая ему относительно никакого дискомфорта. Однако, спустя какое-то время, Бэйнар мог ощутить, как что-то в поведении лежавшей подле изменилось. Лоддроу тихо вздохнула, после сильнее прижавшись к мужчине, впоследствии потянувшись и скользнув рукой по его обнаженному торсу. Фенрил обняла спутника, с коим минутами ранее, фактически, подралась, за спину, еще немного придвинувшись, хотя теснее было уже некуда. Лоддроу потянулась, уткнувшись носом в упрямый мужской подбородок, обдавая теплом от дыхания кожу. В своих неспешных движениях девушка успела пнуть живую подушку в ногах, что лишь недовольно хрюкнула, но место дислокации и не подумала менять.

Отредактировано Альвэри (2017-03-19 20:54:17)

+3

27

02 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Вечер.

Как то не было странно, но ни колкого слова, ни продолжения истерики от девушки не последовало. Правда еще с какое-то время Альвэри и копошилась в объятьях, видимо, пытаясь устроиться поудобнее. Скорее всего она просто выдохлась отвоевывать личное пространство и свою неприкосновенность, чем вняла предупреждению Бэя. Естественно, он не думал, что сможет воплотить им сказанное в жизнь, но приструнить разбушевавшуюся лоддроу стоило. Бороться за шанс на выживание для них обоих иштэ тоже не был способен весь оставшийся день, и если бы в ледышке упорства и сил после нырка под воду оказалось чуть больше его собственных, то вскоре бы измученный холодом и усталостью мужской организм сдался раньше эльфийки. Сейчас же следовало поблагодарить Богов, что этого не произошло.
Эйнохэил украдкой взглянул на светлую макушку, всем телом ощущая в какой скованной и зажатой позе находилась девушка. Даже теперь она всеми правдами и неправдами старалась отгородиться от него, как от прокаженного. Мужчина вымучено вздохнул, позволяя слегка ослабить хватку, с которой прижимал к себе Аль. Эмоции, что еще какими-то секундами назад бушевали в душе, затмевая собой и взор, и разум, за неимением источника «пищи» начинали сходить на нет. А вместе с тем все больше на плечи наваливалась сонливость, что было не очень хорошим признаком. Казалось, закрой проклятый глаза всего на минуту, и он уже никогда бы не взглянул на этот мир снова. Разве что из Изнанки на прощание рукой махнул бы. Но ленное чувство брало верх надо всеми доводами и опасениями. Оно приятной волной разливалось по уставшему и замерзшему телу, притупляя даже болевые импульсы, исходившие от ушибленных конечностей. Более не пугали не маячащие в сознании картины дурных снов, ни холод, снедающий прямо изнутри. Он так вымотался, устал… От этих чуждых ему снегов, от собственного состояния, ни столько физического, сколько душевного, от вранья, злоключений и борьбы. От ее ненависти и предвзятости, что не приминала выказать при первом же удобном случае…
Бэйнар упустил тот момент, когда их с Альвэри близость перестала приносить дискомфорт, служа лишь дополнительным источником холода, а сам он успел задремать. Иштэ не сомневался, что если бы не шелохнувшаяся в его руках лоддроу, он бы вскоре отправился за ней следом в царство Нирдема. Мужчина открыл глаза. Первой же мыслью, уколовшей сознание, была та, что девушка, уличив подходящий момент, пыталась выползти из-под плаща и дать деру из ветхой лачуги. Однако все было куда интереснее. За прошедшее время, счет коему был потерян, они таки сумели отогреться, пусть не до конца, но все же. Скорее всего именно поэтому, согревшись и не чувствуя никакой опасности Аль решила сменить позу сна. Едва уловимого слухом вздоха проклятый не услышал, уже в следующее мгновение задохнувшись от волны жара, чему поспособствовала выходка ледышки. Скользнув по торсу рукой, она обняла его, сильнее прижимаясь всем телом и утыкаясь кончиком носа в подбородок. Всю дрему и сон как рукой сняло. Бэй замер, прислушиваясь к собственному биению сердца, что грозилось выпрыгнуть из грудной клетки, и пытаясь справиться с приливом тепла, что наверняка отразился румянцем на щеках. Как долго он ждал от нее подобного? Как долго хотел испытать хотя бы толику той нежности и ответных чувств, которые в этот самый миг эльфийка дарила ему, не отдавая себе на то отчета? И понимание последнего било сильнее всего, отдавая глухой болью в области сердца и горьким разочарованием во взбудораженное сознание. Насколько же это было желанным… и несправедливым.
Тяжело сглотнув, Эйнохэил прикрыл глаза, ответно уткнувшись носом в лоб Альвэри и сильнее приобняв ее. Одной рукой он забрался в успевшие подсохнуть пряди, начав неспешно перебирать их. Это все, что мог позволить себе иштэ, но в эти пару движений «навстречу» он вкладывал больше заботы и любви, чем когда-либо, стремясь хоть как-то оправдать ту грубость, с которой накидывался на ледышку часами ранее. Мужчина едва ощутимо провел кончиком носа до переносицы сладко спящей и так и замер, стараясь дышать как можно ровнее, дабы не разбудить Аль своим горячим дыханием. По-хорошему, надо бы было развернуть виновницу непрошенных реакций к себе спиной, но выдернуть лоддроу из царства забвения Бэйнар не решался. Уж лучше было схлопотать вторую звонкую пощечину по ее пробуждению, чем разворошить этот колючий клубок, до конца не согрев.
На улице тем временем смеркалось, что было хорошо видно из пустых оконных проемов, «украшенных» острыми осколками прозрачного стекла. Одежды, которые проклятый успел разложить подле яркого пламени должны были малость подсушиться. Проблему составляли лишь вещи ледышки – их еще только предстояло разложить у костра. Пэп, ни раз уже пнутый под плащом, до сих пор отказывался покидать свое укрытие, видимо, пригревшись в ногах не хуже двух разумных. Все складывалось ни так уж и плохо, не считая начавших медленно уплывать ни в ту степь желаний Бэя. Но и их он пока что весьма удачно сдерживал, одергивая себя от возможных последствий и восприятия этого Альвэри.

Отредактировано Бэй (2017-03-20 13:56:34)

+2

28

[float=left][mymp3]http://my-files.ru/Save/1du951/Tom_Player-Desolation_(Position_Music_-_Epic_Powerful_Orchestral_Action).mp3|Desolation[/mymp3][/float]Не ведая, что творится в реальности и какое участие в этом всем принимает непосредственно она, Альвэри продолжала спокойно спать, прижавшись к тому, к кому тянулось что-то глубоко внутри ее души, но отвергало сознание.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

[float=left]http://s1.uploads.ru/t/KgkEt.jpg[/float]Прикосновения оставляли жаркий след на коже, хотя казались еще легче, чем едва заметные касания ветра. Чувства обострились и застыли в ожидании чего-то давно забытого. Она знала, что это не ново, но не могла понять почему. Что-то продолжало мешать, пряча от нее и того, кто своим теплом не давал замерзнуть, даря к прочему невероятный водоворот эмоций и заставляя желать продолжения, без страха и оглядки назад. Это все казалось настолько привычным, что не хотелось открывать глаза, упиваясь моментом, однако…
Его незримое присутствие так же легко растворилось, как и ранее появилось, не дав возможность понять, кого скрывает полог темноты вокруг. Кожей пробежала дрожь, ей стало настолько холодно, что пришлось обнять себя и потереть ладонями плечи в попытке согреться. Вокруг словно посветлело и в следующий момент она стояла в каком-то месте, по потолок затянутым льдом. Пещера. Это определенно была она, но зачем она здесь? Что за странный сон со столь резкой сменной декораций?
Внимание привлекла суета чуть поодаль. Кто-то выбирался из этого ледяного места. Вот убран заслон на входе, видимо, ранее защищавший от холода, но что это? Она присмотрела, двинувшись также в сторону выхода. Силуэты двух фигур, размытые, словно на них лежало какое-то заклятие тумана, все-равно казались знакомыми. Все вокруг было знакомым, но почему она это не может вспомнить. Ей ничто не мешало, не сдерживало, и она тут же рванулась следом, бросив на ветру – Погодите! Казалось, фигуры впереди услышали, остановившись, но стоило ей подобраться ближе, увидеть, как они оборачиваются, как сознание взорвалось жгучей болью, а ее саму словно отбросило назад…

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Фенрил резко напряглась в объятиях Бэйнар, задрожав мелкой дрожью и тяжело выдохнув. Ладонь, что ранее покоилась на спине мужчины, сжалась и ногти впились в кожу, словно в попытке зацепиться. Если было бы достаточно светло в этот вечерний час, то Бэйнар мог бы увидеть, как по лицу девушки проскользнула секундная судорога боли, ненадолго иcказив черты.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Очнулась она в самом что ни есть настоящем сугробе, прижатая чем-то, вернее, кем-то, что тенью без возможности на опознание, возвышался над ней. В следующий миг тело словно отбросило прочь и она уже со стороны, словно призрак, наблюдала картину, как двое в том самом сугробе едва ли не дерутся, каждый защищая себя, пока не оказались по разные стороны друг от друга. И снова все происходящее всколыхнуло что-то глубоко в ее душе, подталкивая неуверенным шагом двинуться к этим двум неизвестным. Однако, стоило ей только подойти на должное расстояние, чтобы попытаться рассмотреть, возможно узнать, как все вокруг пошатнулось и начало расплываться. Нет, нет, нет! Она рванулась вперед, но вместо этого провалилась снова в кромешную темноту…

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Альвэри вновь сжалась в крепких мужских руках, с ее губ сорвался вздох обреченной безысходности, едва слышимый, растворившись в теплом дыхании, что коснулось кожи Бэя.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

[float=left]http://sd.uploads.ru/t/jTzne.jpg[/float]Она стояла посреди комнаты. Очертания небольшого помещения едва проглядывалась из-за темноты, что вновь окутывала почти все пространство вокруг. Почти. Напротив нее стоял небольшой стол, на коем покоилось зеркало. Ничего примечательного, но у нее появилось стойкое желание подойти и заглянуть. Казалось, что его зеркальная поверхность была поддернута дымкой, явно не походившую на обычную пыль. Даже со своего места она видела, словно там «танцуют» какие-то тени, приковывая внимания и маня той неизвестной силой, что взывала к ней повсеместно из глубин ее собственной души.
Спустя мгновение она уже стояла возле стола, рассматривая зеркало, что так приковывало к себе взор. Зеркальная поверхность в тот же миг словно ожила. От увиденного сердце на миг замерло, после забившись снова, как пойманная в силки птица. Расплывчатое изображение, словно собираясь из призрачных кусочков, сформировалось в полупрозрачное отражение. Его едва можно было узнать, если бы не то, что она не могла не узнать саму себя. Даже несмотря на то, сколь лихо зеркало исказило ее лик, как его же изменили непонятные эмоции, печатью застывшие на лице, она безусловно смотрела на себя.
Бессознательным жестом потянулась к лицу, но рука замерла на пол пути. Позади ее отображения в зеркале начало формироваться еще одно. Она оглянулась, однако в комнате более никого не было. Взгляд снова вернулся к тени, что маячила позади ее отображения. С каждым мгновением, когда в нем проявлялась четкость, сердце замирало, а она наклонялась все ближе, боясь, что что-то вновь помешает узреть то, что кто-то упрямо пытался показать уже не единожды. Лицо, появившееся вторым, было многим темнее, словно не желало показываться, не желая быть узнанным. Она потянулась к зеркалу, ухватив его за раму и потянув на себя. По оной тут же пополз иней, но она настолько была сосредоточена на чужом отображении, что едва замечала происходящее вокруг. Она едва дышала, когда начала улавливать  в лике напротив что-то знакомое. Ее собственное отображение померкло и почти незаметной дымкой колыхалось рядом с тем, кто интересовал многим больше. Она протянула вторую руку, словно в попытке дотронуться до чужих черт и, возможно, так узнать…

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Казалось, Альвэри перестала дышать в одночасье. Ее тело хоть и оставалось напряженным, но застыло в покое, ногти перестали дразнить его кожу. Внезапно лоддроу потянулась, скользнув второй рукой по грудной клетке мужчины вверх. Тонкие пальцы, едва касаясь, дотронулись до шеи, на какой-то миг замерев, после вновь продолжили путь, уже по контуру мужского лица. Осторожно, словно боясь чего-то…
- Помоги мне, - едва слышно прошептала девушка.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Она скользнула пальцами по холодной, зеркальной поверхности, по призрачным чертам, что упрямо оставались в тени, но она была уверенна, что перед ней тот, кого она знала.
- Помоги мне. Скажи, кто ты?
Какой-то частицей своего сознания она словно понимала всю важность этого момента, момента распознание того, кто оставался все время в тени, но к коему так тянулось все ее естество, отказываясь признавать поражение раз за разом. Отображение колыхнулось, светлея. Затаив дыхание, она со всех сил всматривалась в чужой лик. Она узнавала эти черты, несколько искаженные какой-то эмоцией, кою переживал в тот момент… Сердце вновь забилось в грудной клетке, отзываясь болью, но ей было все-равно. Еще совсем немного и… Зеркало в вмиг покрылось ледяной коркой, треснуло и прямо в руках разлетелось на мелкие осколки. Казалось из этого маленького предмета вылетела самая настоящая снежная буря, круша и выворачивая наизнанку все вокруг и в центре оной, израненная осколками, находилась она. Новая вспышка боли молнией разорвала сознание, заставляя упасть на колени. Вокруг бушевала непогода, стеной отгораживая ее от всего, словно требуя забыть увиденное, не тянуться к нему, иначе все будет, как в этот неистовый момент, и она задохнется от внутренней боли и страдания.
- Все повторится, - шепнуло что-то из глубин бушующей стихии и в следующий момент сильный порыв ветра отбросил ее прочь, словно тряпичную куклу.

https://i.imgur.com/wECBajY.png

Альвэри вздрогнула, словно от сильного удара, сопровождаемого стоном, сильнее вжавшись в тело рядом. Она очнулась, но еще пребывала в том состоянии, когда не понимаешь, что сон, а что реальность.
- Почти узнала. Проклятие,- на выдохе прошептала лоддроу, потянувшись к ноющим вискам дрожащими пальцами.
И только сейчас поняла, что что-то не так. Тепло чужого тела почти обжигало ее кожу из-за слишком тесной близости. Но хуже того, что одна ее рука покоилась на чужой груди, не успевшая оторваться по желанию, дабы успокоить головную боль, в то время, как вторая, весьма по-хозяйски обнимала…Бэя? «Кого де еще, дура!» - тут же взорвалось сознание, что еще до конца не сбросило отголоски того странного сна, который и сейчас не давал ей покоя, просто реальность в сей момент оказалась обескураженней. Девушка замерла, похолодев изнутри, подняв лицо и в полумраке помещения узрев едва различимые черты мужчины. И тут ее рассудок явно помутился. Перед глазами замелькал образ из сновидения, накладываясь словно вторая кожа на того, кто на нее смотрел в этот момент.
- Ох, Тейар, - на выдохе произнесла девушка.
В ту же секунду забылось весьма двусмысленное положение, в коем она проснулась. Вся ее сущность сосредоточилась на невозможности того, что узрели глаза, но отвергал рассудок. Это было хуже сновидения, что оставило после себя неприятный осадок и внутреннюю, тупую и непонятную боль. Судя по всему, она слишком впечатлилась, коль так сильно разыгралось воображение, подменяя в реальности то, что не могло иметь здесь места.

+2

29

Уснуть Бэю, видимо, было не суждено. Только-только успев задремать снова и даже размытых картин неизменных дурных снов еще не завидя, мужчина резко дернулся от неожиданной боли в спине. Неужто Пэп, не отыскав ничего вкуснее, решил вонзить свои зубы в мягкие ткани хозяина? Это было первой из всех возможных мыслей, на ряду с которыми еще были возможности укуса дикой бешеной крысой и «встреча» с ржавыми гвоздями в полу, если в полу-сне он перекатился с бока на спину. В действительности же оказалось и ни то, и ни другое, и даже ни третье.
Мужчина непонимающе воззрился на Альвэри. Она то и умудрилась впиться ногтями в хребет с какого-то перепугу. Перепугался и сам иштэ, не находя объяснения такому поступку, но присмотревшись, понял, что девушка до сих пор спала, видя не самые радужные, предположительно, сновидения. «Что б тебя, Аль…», - без какого-либо раздражения мысленно произнес Эйнохэил, медленно выдыхая. Хотелось как можно скорее отдернуть руку ледышки, избавив себя тем самым от мучительных болевых ощущений, но мешало этому продолжающее меняться поведение эльфийки. Девушка внезапно сжалась в его руках, в следующее же мгновение и вовсе замерев. Она ослабила хватку, вскоре по собственной воле убрав «коготки» и заскользив второй рукой вверх по груди, пока не добралась до лица. В своих плавных, аккуратных движениях, ледышка словно пыталась распознать, кому принадлежали прямые черты, в тот самый миг искаженные непониманием и обескураженностью. При этом эмоций самой Альвэри, что тенями пробегали по бледному лицу, пробиваясь сквозь пелену сна, у проклятого в полной мере рассмотреть не получалось, что только больше ввергало его в смятение и обеспокоенность. Он едва уловил пророненное шепотом, но поручиться за достоверность услышанного, адресованного скорее всего призракам одолевающего рассудок кошмаров, не мог.
- Аль? – Тихо позвал Бэйнар.
Он выпустил из руки белоснежные пряди, спустившись к плечу, и ухватившись за него, слабо тряхнув ледышку. В голосе его отчетливо слышалась тревога, а весь он напрягся, не понимая, следовало бы разбудить лоддроу или все же дождаться ее пробуждения без вмешательств со стороны. Реакции же на оклик не последовало. Это заставило мужчину нахмуриться еще больше. Альвэри будто тонула в видениях, не желая или не имея сил выбраться из их липкой нереальности. Приняв наконец решение, проклятый более ощутимо повел ледышку за плечо.
На этот раз попытка разбудить возымела эффект. Девушка вздрогнула, прижимаясь к Бэю теснее, как если бы искала у него защиты от того, что в сей момент творилось у нее в душе, и открыла глаза.
- Почти узнала. Проклятие, - пробормотав, ледышка потянулась дрожащей рукой к вискам.
При этом вторую она так и не отняла от проклятого, оставив ладонь покоиться у того на груди. Она явно все еще пребывала на грани сна и яви, а иштэ терпеливо выжидал окончательного пробуждения эльфийки, не препятствуя тому. Аль наконец подняла на Эйнохэйла немного заспанный взор, но стоило ей только встретиться с ним взглядом, как все остатки дремы как ветром сдуло с обескураженного женского лица.
- Ох, Тейар.
Не обращая внимания на сдавленность ее голоса, проклятый легко улыбнулся.
- Приму за комплимент, но можно и просто – Бэй.
Отшутиться – вот что казалось самым разумным. Да и чего он еще мог сказать? Да, в голову не шло абсолютно ни единой мысли. Еще с какое-то непродолжительное время мужчина просто смотрел в голубые озера. Иштэ плохо понимал почему именно так отреагировала на него ледышка, ведь никого иного подле себя ожидать не должна была. Не найдя ответов на интересующие его вопросы в почему-то испуганных, как ему показалось, глазах, проклятый немного отстранился, давая понять Альвэри, что более не удерживал ее против воли.
- Отогрелась?
За вопросом последовал протяжный «бульк», издаваемый пустым желудком. Странно, но особого голода мужчина и не чувствовал, хотя завтрак оказался единственным приемом пищи за весь день. А учитывая то, что лоддроу все это время находилась рядом, есть она хотела ни меньше.
- Голодна? Я с собой ничего не взял, но у тебя в сумке приметить успел, когда искал огниво. Телекинезом я не владею, так что, - проклятый, кряхтя, приподнялся на саднящем локте, нависая над Альвэри и кое-как, но дотягиваясь до ее рюкзака, - Извини, но вылезать из-под плаща желания совсем нет.
Вернувшись на свое место и затащив сумку под «одеяло», мужчина закопался, вскоре уже протягивая эльфийке ломоть хлебной лепешки, несколько кусков вяленого мяса и сыра.
- Есть вода, пара яблок и, кажется, груши со сливами, - Бэй оторвал внимательный взгляд от содержимого рюкзака и посмотрел на девушку, - Угощайся, если что, - шутливо произнес он, улыбнувшись краем губ.
С другого конца плаща раздался возмущенный «хрюк», Пэп зашевелился, начиная пробираться к съестному прямо по ногам. Иштэ всего-то и успел, что аккуратно пнуть свина пяткой, так и не распознав, куда именно тому угодил. «То ли в пузо, то ли в рыло, то ли в ж… Нет, уж лучше буду думать, что в пузо». Пустобрюх снова всхлюпнул и вылетел из-под плаща, закрутившись рядом с хозяином.

+2

30

«Это уже совершенно не смешно,» - образ из сна упрямо не сходил с лика человека напротив, несмотря на то, что она сбросила остатки временного забытья. Казалось, что видение не исчезло, а наложилось, как картинка на лицо Бэя, от чего сознание пребывало в подобии какой-то агонии, прячась в самых темных углах черепной коробки. В какой-то момент она даже подумала, что еще не проснулась и это новый кусок ее несуразных сновидений. Но тут мужчина напротив улыбнулся, произнеся:
- Приму за комплимент, но можно и просто – Бэй.
"Да что ты говоришь!" - буркнула про себя и… смутилась, как бы невозможно это ни было. Смутилась, что столь откровенно пялилась на него все эти несколько минут после того, как проснулась. Смутилась из-за его беспечной (после всего того, что произошло днем) улыбки. Смутилась из-за их близости, хотя и руки уже отдернула, как и он дал ей больше свободы, но, казалось, жар его тела опалял и на, пусть небольшом, расстоянии. Альвэри тут же захотелось уснуть. Уж лучше бродить среди осколков непонятных сновидений, что на сны то толком похожи ни были, чем попасть вот в такую, не очень комфортную для себя, ситуацию.
Мужчина тем временем, словно и не замечая ее сконфуженности, продолжил.
- Отогрелась?
Фенрил неоднозначно дернула плечом, но ответить не успела. Знакомый звук, что в пустой, практически, комнате был слышен лучше некуда, перебил ее раньше, чем собралась с мыслями. Оные сразу же развернуло в плоскость трапезную, девушка тут же почувствовала, насколько была голодна. Потому даже отрицать не стала, когда Бэйнар задал свой вопрос, ответ на который был очевиден. «А я даже не знаю, что еще, кроме еды находиться в той сумке,»- вдруг подумалось лоддроу. Ведь она и вправду схватила сумку, даже не заглянув в оную и просто добросила внутрь еды. Фенрил покосилась в сторону искомого предмета, но движения Бэя тут же вернули мысли на «прежнее» место, вспыхнув волной неопознанных эмоций в сознании.
- Извини, но вылезать из-под плаща желания совсем нет.
"И за то спасибо!" Лоддроу так остро захотелось съязвить, что пришлось слегка прикусить язык. Задираться в ее положении было, по меньшей мере глупо. Девушка терпеливо «пережила» момент подтягивания своей сумки поближе, сильнее (хотя куда уж там) «спрятавшись» под плащ, место под которым вскоре пришлось делить и с «источником» пищи. Хозяином положения все так же оставался Бэйнар, что бесцеремонно копался в ее сумке, выуживая оттуда все съестные запасы, кои там находил. Аль же по-прежнему хранила молчания, хотя от предложенной доли и не отказывалась. Кушать теперь хотелось так, что, казалось, позвоночник начал кусать желудок, за то, что тот к нем прилип.
- Есть вода, пара яблок и, кажется, груши со сливами, - тем временем продолжил мужчина, - Угощайся, если что.
Фенрил не удержалась и хмыкнула в ответ. Вежливо это было или нет, особо лоддроу не заботило. Отголоски сна временно уступили место реальности, в которой она вспомнила, что на Бэя стоило еще злиться. Но как-то это совсем плохо получалось, перед глазами уже не мелькала сцена их перебранки, а маячил образ из видения, все так же неузнанный, но упрямо накладывающийся на того, кто был рядом с ней. Это заставляло сознание уходить в какой-то странный ступор, словно оно не желало анализировать подобную ересь, даже не делая никаких попыток отвергнуть. В итоге Аль разозлилась на себя, ведь все то время, что она помнит с того момента, как очнулась после ранения, ее поступки, поведение, эмоции полностью отличались от прежних и, что хуже всего, «отказывались» подчиняться ее воле, как было раньше. Даже если взять сегодняшнюю «драку» с Бэем, если трезво оценивать случившееся, в сложившейся ситуации с купанием в ледяной воде на мандранском морозе, поведение мужчины было более, чем оправданным и злиться на него было почти не за что.
На волне воспоминаний о произошедшем на берегу реки, на какой-то миг перед глазами вновь появилась картинка ледяной пещеры, только в этот раз она была несколько иная. Этого она не помнила в своем видении. Образы так и оставались размыты, но угадывались движения двух фигур, что, похоже, о чем то спорили, яростно жестикулируя… Альвэри тряхнула головой, отгоняя наваждение и нахмурилась. Вдруг показалось, что это все, от произошедшего возле реки до того, что случилось в доме, уже ею переживалось не единожды… «Ну нет,» - тут же отмахнулась Фенрил. Подобного она бы точно не забыла, да и когда этому случится, если основную часть своего прошлого она таки помнила, а за недостающий в памяти отрезок нельзя было наворотить столько всякого разного, что перевернуло бы все с ног на голову. Или можно? Нет, это все последствия странного сна, кои до сих пор отказывались ее отпускать.
Альвэри, сев поудобней и кое-как поддерживая часть плаща, чтоб ткань не сползала с груди, принялась за поздний ужин. Краем глаз она наблюдала за короткой борьбой Бэя с пустобрюхом, что, учуяв еду, стал живее некуда. «Отвратительное животное,» - подумала лоддроу, бросив тому кусок мяса. Ее взгляд переметнулся на одежду, что кипой лежала на полу. «Замечательный вид у меня завтра будет,» - мысленно , с тоской, проворчала девушка, но выползать из-под укрытия не стала, как и просить о том Бэйнара. Уж лучше пережить день в мятой одежде, чем снова будоражить сознание и притихшие эмоции.
Глядя на суету вокруг, Фенрил чувствовала, что что-то гложит изнутри. Это чувство сковывало и не давало отнестись ко всему происшедшему и происходящему с привычной легкостью, словно так и надо, так и должно быть, раз нет другого выхода. Как бы сознание не отвергало это чувство, но она все время возвращалась к оному, пока не поняла, что же не так. Девушка вздохнула.
- Спасибо, что помог мне выбраться, - выдала, наконец, Фенрил. – И извини.
Последнее далось сложнее всего. Хотя она и не добавила того, за что приносила извинения, но это и так было понятно. Сейчас, оглядываясь назад, девушка смогла вполне трезво оценить отвратность своего поведения, лишний раз подчеркнув то, как тяжело ей дается справляться с эмоциями. Правда, Аль могла и не извиняться, но что-то внутри словно требовало, молча и в то же время настырно толкая в спину. И только стоило сорваться с уст словам, как зудящее ощущение вмиг пропало, заставив Альвэри задуматься о подобной странности.
- Держи его завтра крепче, - наконец, выйдя из минутной задумчивости, произнесла лоддроу, глядя на остатки костра, после бросив взгляд на мужчину подле. – Возможность поселиться здесь меня не прельщает совершенно.
Фенрил повела оголенным плечом, после потянувшись к сумке и выуживая тару с водой. Ну да, шутить у нее получалось хуже некуда, ибо второго такого раза не будет и она бы при повторе просто помогла бы свинье утопнуть, чтоб не мучилась и других не мучила. 
- Ты говорил о яблоках, кажется, - поинтересовалась Аль, протягивая мужчине флягу.
Ей тейаровски неудобно было лезть и копошиться в сумке, одновременно придерживая ткань плаща в нужном положении, когда тот так и норовил сползти, еще и свин всю дорогу помогал, нарезая круги вокруг них. Мужчине в этом плане было проще хотя бы из-за положения, что тот выбрал для своего удобства. Впрочем, она благодарила Богов уже за то, что сейчас уже стемнело и ей проще было находиться с ним рядом хотя бы по этой причине.

+2

31

За кусок хлеба с Пэпом пришлось почти что драться. Неуемный свин скакал вокруг, норовил попасть под руки, забираясь под плащ, и вынуть еду прямо изо рта. Если бы положение позволяло, то Бэйнар бы не раздумывая с головой улез в плащ, подминая полы одежды под себя и тихо-спокойно смакуя каждый кусочек. Увы и ах, импровизированного одеяла едва ли хватало на то, чтобы не остаться с голой жопой наружу. Наверное, устав наблюдать за борьбой, да и дабы животина все вокруг слюнями не залила, Альвэри кинула пустобрюху часть своего ужина. Малую, конечно, но того хватило. Узрев на полу вяленое мясо, Пэп временно потерял к хозяину и пищи, оставшейся вне досягаемости, всякий интерес, метнувшись к съестному. Воспользовавшись моментом, мужчина разом запихал оставшийся бутерброд в рот, принявшись медленно его пережевывать.
Никаких слов со стороны лоддроу он не ждал. Да и вряд ли бы сам подобрал подходящую тему для разговора. Однако относительная тишина была прервана именно Альвэри.
- Спасибо, что помог мне выбраться. И извини.
По красивому женскому лицу и голосу, дрогнувшему на последних словах, было хорошо видно, что сказанное давалось девушке тяжело. И все же она нашла в себе смелость и силы извиниться. По-первой Эйнохэил даже не поверил в реальность услышанного, уж слишком непохоже то было на персону, сидящую напротив. Но более пристальнее всмотревшись в эмоции, скользящие в мимике, иштэ убедился, что не ослышался. Тем временем Аль поспешила сменить русло разговора. Проклятый кивнул. Теперь-то он готов был хоть с собой Пэпа на лошадь усаживать. На последующее изречение Бэй отреагировал легкой улыбкой. «Еще с пару-тройку часов назад ты готова была ни только здесь остаться, но и жизнь свою тут положить». Мужчина принял из рук Альвэри флягу и запил остатки пищи, кои до сих пор не проглотил. В ответ иштэ снова закопался в сумке эльфийки и вскоре уже протягивал ей яблоко.
- А почему бы и нет? – Казалось бы на полном серьезе спросил Бэйнар, - Приведем в Ильтаров вид халупку, разовьем хозяйство. Две лошади и свинья уже имеются. Так что делов то. Оставайся – не хочу, - мужчина наконец хохотнул. Тому, что говорил он за них обоих, проклятый значения не придал.
Эйнохэил приложился к воде, после нескольких глотков продолжив:
- Наверное, так поступил бы любой, - он вновь заговорил серьезным тоном, возвращаясь к извинениям девушки, - И я сейчас ни только о себе. Так что твое поведение, пожалуй, можно назвать оправданным, - он сделал паузу, все еще не сводя взгляда с лоддроу, - Там под тобой где-то мои штаны должны быть, насколько помню. Не подашь? А то не ровен час таки примешь мои поползновения в твою сторону за грязные домогания, - Бэй вновь улыбнулся, давая понять, что шутил, - Но из-под плаща, так и знай, все равно не выползу.
Мужчина закрутил флягу, оставив ее рядом с сумкой, и полез за грушей.
- Левифрон просил меня вернуться до ночи, - иштэ неоднозначно хмыкнул, - Представляешь насколько редки у вас тут вязы, что приплетусь обратно лишь на следующее утро?
Альвэри ясно дала понять, что скакать по заснеженным просторам во тьме они не будут, хотя можно было бы предположить и такой расклад. А значит стоило бы подумать, каким образом будет согреваться все время до рассвета Эйнохэил, ведь такой природной морозоустойчивостью, как отогретая лоддроу, он не обладал. Мимолетный взор пал на Пэпа. «На крайний случай под одежды тебя запихаю».

+2

32

Альвэри заметила легкую тень улыбки на мужском лице и подавила внезапное желание улыбнуться в ответ. Передав флягу, девушка нахмурилась. Ее вновь смутило собственное поведение. Нет, рядом с этим человеком она все так же чувствовала себя не в своей тарелке, но внезапно поняла, что, возможно, не так все воспринимала, как стоило бы. Хотя, как можно было воспринять правильно то, что случилось в городе гномов? Стоило бы спросить, и давно, но она даже не знала, как к этому вопросу подступить. Впрочем, сейчас время в любом случае было неподходящим.
Привычно защищаясь от всего непонятного, она много чего упускала из виду, и оное всплывало в сознании тогда, когда обмозговать это не было возможности. Те же эмоции – они едва поддавались контролю. Еще вчера ее едва бы всколыхнуло что-либо настолько, чтобы подобным образом  вести себя, как она это сделала рядом со спутником, и неважно сколь бы невероятные условия к тому привели. Что уже говорить о драке… Это все просто не поддавалось объяснению, словно лишний раз разворачивая ее взор к временам, скрытым за ширмой забытья. Только там могли быть ответы на то, как она себя вела сейчас, так как "та" Альвэри, кою она помнила до того неудачного падения, явно конфликтовала с теперешней, и обе не могли найти компромисс. «Так недалеко и до безумия,» - заметила мысленно девушка, покосившись на Бэя и остановив взор на руке, что протягивала ей яблоко. Снова что-то дернуло изнутри, словно пытаясь ей о чем-то сказать, упущенном из виду ранее.
Лоддроу медленно взяла яблоко, слегка прикоснувшись пальцами мужской ладони. И тут ее словно осенило. Да, она упустила тот момент, что за все эти последние часы, проведенные в непосредственном контакте с этим человеком, ее страх словно уснул. Даже отбивалась она тогда от него не потому, что от одной мысли о прикосновениях, кожа вздыбливалась, как у бешеной лошади, а лишь по той причине, что не желала подобного отношения к своей персоне. «Что-то не так,» - коротко констатировало сознание, краем ушей слушая Бэйнара, но не слыша фактически. Что-то определенно было не так, и дело не только в потерянных воспоминаниях. Что-то внутри говорило, что кроме увечья памяти, творящееся вокруг было…не таким. «Тейар, что за бред?» Альвэри потянулась к вискам, что от мыслительного напряжения начали вновь ныть. Казалось, даже сам организм сопротивляется потоку мыслей в то неизвестное, что скрывало забытое прошлое. Это озадачивало, но пока она не находила в себе силы попытаться пробиться сквозь "стену". Даже сны были против нее и засыпать скоро будет страшно.
- Наверное, так поступил бы любой, - тем временем продолжал Бэйнар и она, наконец, решила обратиться в слух, - И я сейчас ни только о себе. Так что твое поведение, пожалуй, можно назвать оправданным, - лоддроу хмыкнула, откусив кусок яблока.
«О нет, мальчик, далеко не оправдано,» - случайная мысль снова дернула что-то за гранью ее реального восприятия, но в этот раз Фенрил упрямо отмахнулась от этого посыла. Слишком много всего, что наваливалось со всех сторон, словно осколки битого стекла, она просто не сможет выдержать. Это девушка подсознательно знала, чувствовала, как никогда яснее.
-…под тобой где-то мои штаны должны быть, насколько помню. Не подашь? А то не ровен час таки примешь мои поползновения в твою сторону за грязные домогания, - Аль бросила на мужчину беглый взгляд, заметив улыбку и мельком оценив шутку, - Но из-под плаща, так и знай, все равно не выползу.
Лоддроу повела плечом, словно произнеся, что этим он ее уже навряд ли сможет напугать, и полезла шарить рукой в поисках штанов.
- Левифрон просил меня вернуться до ночи. Представляешь насколько редки у вас тут вязы, что приплетусь обратно лишь на следующее утро?
Найдя таки, искомую вещь, она протянула ее Бэю.
- Не думаю, что вернемся утром. В лучшем случае, к обеду, - произнесла лоддроу, принявшись доедать яблоко. – Ночью не собираюсь шататься по лесам да заснеженным лугам в угоду чьему-то желанию. Я, конечно, знаю эти места, но ни в чем нельзя быть уверенным наверняка.  Поди, не дело жизненной важности – кора вяза, если она нужна Левифрону для приготовления какого-то зелья для меня, - отбросив огрызок яблока в сторону пустобрюха, девушка кое-как улеглась, накрывшись плащом.- Даже, если и не для меня - до утра с места не сдвинусь. Переживет.
Проговорив сие, Альвэри повернулась на бок, спиной к мужчине.
- Расскажешь все, как было, если боишься его гнева, - произнесла Аль, махнув рукой. – Доброй ночи, Бэйнар.

+2

33

Переход со 02-го на 03-е число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Ночь-утро.

- Не думаю, что вернемся утром. В лучшем случае, к обеду. Ночью не собираюсь шататься по лесам да заснеженным лугам в угоду чьему-то желанию, - произнесла Альвэри.
Растягивать свое пребывание в этом убогом захудалом местечке совершенно не хотелось, однако в словах лоддроу проблескивал здравый смысл. По крайней мере она не рвалась сбежать в чем мать родила и гнать галопом до своей обители среди ночи, лишь бы находиться подальше от его персоны. А это в каком-то плане даже грело. «Адекватно мыслит – уже хорошо. Старания боком не пошли и мозг к черепной коробке намертво примерзнуть не успел». Иштэ наспех принялся натягивать на себя штаны, продолжая слушать.
- Поди, не дело жизненной важности – кора вяза…
Проклятый хмыкнул, слегка подернув плечом. Трезво оценивая ситуацию в аптечной лавке, он начинал глубоко сомневаться, что эта самая кора вообще нужна была шадосу для чего-либо. Но на всякий случай надрать ее все же предстояло. Справившись с одеждой, Эйнохэил повернулся к эльфийке. Как раз в тот самый момент, когда она и вовсе предпочла отвернуться, укладываясь на боковую.
- Расскажешь все, как было, если боишься его гнева. Доброй ночи, Бэйнар.
«Чего??», - мужчина возмущенно вскинул брови, взором буравя обнаженную спину девушки, - «Да вот еще! Ежей бояться – в лес не ходить!». Он недовольно поджал губы, но не смотря на все свое негодование сказанным ледышкой, ни одной из мыслей вслух не произнес.
- И тебе… доброй.
Бэй тяжело вздохнул. Остатки сна напрочь улетучились, а потому примеру Аль последовать иштэ не мог. Вместо этого он перевернулся на левый бок, поворачиваясь спиной к лоддроу и утаскивая с собой ее сумку. Выудив из рюкзака грушу, мужчина откусил от фрукта приличный кусок. Его он протянул пустобрюху, который был тут как тут, облюбовывая лакомство безумным взглядом и заунывно поуркивая. «Не в коня корм, Пэп». Но что уж было говорить о вечно голодном создании, когда и сам был далек от насыщения, съевши один бутерброд, да запив его несколькими глотками самой обычной воды? Конечно, в их ситуации надо было и за то сказать спасибо эльфийке. Не прихвати бы она и того, сейчас бы они не спать укладывались, а слушали симфонию голодных желудков. «А к рассвету обгладывали бы свина». Эйнохэил усмехнулся, принимаясь за оставшуюся ему долю груши.
В горле и носу неприятно засвербело. Проклятый слегка поморщился, переставая жевать и крутя в руке фрукт. «Вроде бы не порченная…», - недоумевающе произнес про себя Бэй. Он обратил свой взгляд на пустобрюха, и глазом не моргнувшего перед тем, как расправиться со своим куском. «Точно не порченная, хм». Мужчина сдавленно кашлянул, пытаясь избавиться от неприятно-зудящего чувства, что засело где-то глубоко в глотке, но то не помогло. «Замечательно, теперь придется еще и носки где-то выискивать, а то к утру и сопли потекут». Нельзя сказать, что подобный исход был неожиданным, (особенно когда инцидент с купаниями в холодных землях Мандрана не являлся единственным), но оттого более желанным и радостным не становился.
Еще с какое-то время Бэйнар провалялся, обдумывая то одно, то другое. Мысли на совершенно разные темы буквально наводняли голову, не давая возможности отойти ко сну. Он давно уже скормил остатки груши свину, а тот, поняв, что больше ему ничего не светило, устроился рядом. Потрепав питомца за ушами и вдоволь наслушавшись умиротворяющих всхлюпаний и бульков, иштэ окончательно заскучал. До того, как его все же начало смаривать, мужчина заставил себя отыскать раскиданные под плащом теплые носки и, в очередной раз перевалившись через спящую Альвэри, раскидать ворох ее одежд для просушки. Он позаботился и о поддержании костра, всего разок вынырнув из-под «одеяла» и быстро подкинув в успевшее поутихнуть пламя еще несколько деревяшек. Этого, вкупе с самим ящиком, в котором был разведен огонь, должно было хватить до утра.
Дрема же навалилась на плечи тяжелым, давящим на сознание пологом, выпутываться из которого сил не находилось. Как и желания. Вот только на этот раз сонливость не приносила покоя и мерного забвения. Она была словно вязкой, походящей на болотную трясину, в «объятиях» коей не стоило ждать ничего хорошего. От этого мерзопакостного ощущения начинало сдавливать виски, а в ушах поднимался перезвон тысячи и одного храмов, но сопротивляться этому не получалось. Даже раздражающее першение в горле и постоянное желание расчихаться отступали на задний план, позволяя беспрепятственно тонуть в липком и противном забытие.

Спал Бэйнар тревожно. Проклятый не единожды просыпался, отмечая, что успел скомкать под собой все расстеленные одежды. К ночным кошмарам теперь же примешивалось и чувство полной разбитости, что было одним из верных признаков подхваченной простуды. Уже под утро, когда первые лучи солнца тонкими полосками света упали на холодный пол, мужчину начало заметно знобить. Но даже не смотря на это он не стал будить все еще спящую лоддроу. Огонь в почти что уничтоженном языками пламени ящике затух. Его следовало бы разжечь, но и это требовало, казалось, приложения неимоверных усилий. «Надеюсь, эти сраные вязы растут где-то неподалеку», - проронил в мыслях иштэ, подтягивая к себе и прижимая как можно крепче Пэпа. Бэй кашлянул, снова закрывая глаза. Он все еще силился уснуть, согреваемый теплом питомца и мало обеспокоенный дурными сновидениями.

+2

34

03 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Утро.

В этот раз она погрузилась в сон, лишенный любых сновидений. Видимо, сознание, измученное происшедшим за день и недавними виденьями, или что это было, ибо на сны оно мало смахивало, настолько устало, что решило отгородиться от всего и просто отдохнуть. Поэтому Альвэри проспала до самого утра, не просыпаясь ни по какой внутренней или внешней причине. Пожалуй, она бы проснулась ближе к обеду, если бы не дал о себе знать голод, который и растормошил спящее сознание. Фенрил открыла глаза, какое-то время пытаясь сориентироваться в пространстве, после оглянувшись на спутника. Казалось, мужчина спокойно спал, в то время как его питомец прекрасно устроился рядом с хозяином. «Тоже вариант обогрева,» - появилась первая мысль в проснувшемся сознании.
Девушка села, бросив взгляд сначала на костер, что медленно доедал деревяшки в ящике, после – на свою одежду. Она вновь поморщилась, представляя, как будет выглядеть впоследствии, но делать было нечего, ведь запасного комплекта она с собой не взяла. Собственно, и нырять в ледяную воду тоже не планировала. Вновь заурчало в животе, неприятно потягивая внутренности. «Фу, обжора,» - ворчливо заметила лоддроу, бросив взгляд на спутника, и, убедившись, что тот все так же спит, выбралась из-под укрытия в виде плаща. Разобрав свою, брошенную, как попало, одежду, Аль начала одеваться. Какой-то звук со стороны спящего Бэя заставил тут же напрячься и оглянуться, однако мужчина продолжал спать. Видимо, пустобрюх начинал скучать и ей стоило поспешить, ибо мерзкая живность явно разбудит и хозяина, но едва она успела одеться до пояса, потянувшись за верхом, как вновь знакомый звук разнесся по комнате, только в сей раз его длительность и громкость превышала первую «попытку». Альвэри нахмурилась. Это были явно не проделки поросенка, так как звук уж очень сильно напоминал хрипловатый кашель. Девушка быстро оделась, наспех затянув ремни и приблизилась к паре под плащом, присев рядом.
Бэйнар казался глубоко спящим человеком, однако что-то в его образе изменилось. Аль заметила легкий румянец на щеках, что очень контрастно смотрелся на внезапно бледноватом лице, учащенное дыхание вырывалось из груди, а губы слегка потрескались. Организм явно страдал от желания напиться воды, или… Девушка протянула руку и положила ладонь на лоб спящего.
- Ух ты, - нахмурившись, протянула лоддроу, когда ладонь «обожгло» жаром мужского чела, на коем проступила легкая испарина. – Довязился ты, мальчик.
Словно в ответ на ее бормотание мужчина вновь закашлял. Неожиданно для себя девушка почувствовала укол весьма непривычного чувства, ибо виноватой ей себя ощущать приходилось редко. Конечно, ее вины в случившемся возле реки было мало, но именно из-за того, что впоследствии пришлось уже спасать ее ледяную персону, пострадал этот человек, которого, по сути, она на дух не переносила...ранее. И как бы лоддроу не отмахивалась от этого, но ощущение того, что она виновата в теперешнем состоянии помощника Левифрона, неприятной занозой засело в душе. Хуже всего было то, что они находились на приличном расстоянии от города, не имея на руках ничего, что могло бы помочь мужчине, и никого, кто мог бы пособить магически. «Тейар, и что мне с тобой теперь делать?» Фенрил взяла Бэя за плечо и хорошенько тряхнула, нельзя было терять время однозначно.
- Бэй, просыпайся, - она старалась поаккуратней трясти, так как понимала, что недомогание могло развиться до не самых приятных ощущений в теле. – Просыпайся, давай соня. Нам надо уходить.
На какой-то миг ей показалось, что сознание помутнело. Что-то схожее с теперешней ситуацией скользнуло перед глазами, тут же растворяясь, неуловимое, однако оставив после себя след. Он был саднящий до немыслимости, словно пытаясь ткнуть ее во что-то очевидное. Что-то такое, что буквально проводило параллель с тем, что она сейчас переживала в этом доме. Чувство повторения всего происходящего больно ранило сознание, которое, словно в припадке невообразимого страха, замерло на какое-то мгновение. Новый приступ кашля со стороны мужчины вывел ее из внезапного состояния забытья наяву. Альвэри тряхнула головой. «Привидеться же такое,» - подумалось девушке, но она тут же переключила внимание на Бэйнара.
- Бэйнар, я тебя на своей спине тащить не буду! Ну же, хватит спать! - с ноткой раздражения произнесла лоддроу и вновь толкнула мужчину.

Отредактировано Альвэри (2017-03-28 18:08:10)

+2

35

Из-за хандрического состояния, что еще не успело окрепнуть, «излюбленные» кошмары то врезались в сознание яркими, до безумия «живыми» эпизодами, то терялись за непроглядной пеленой. В такие мгновения все вокруг терялось, превращаясь в сплошное белое марево, окутывающее со всех сторон. Никакого облегчения оно не приносило, наоборот – в этом пустом и необъятном пространстве становилось неимоверно душно, а ощущение, будто бы тебя намертво впечатывали в землю, не покидало уставший рассудок ни на миг. Попав в эту ловушку собственных сновидений Бэй не замечал ни кашля, ни колотящего тело озноба, ни шевелений Пэпа, если те вообще были. Конечно, немногим позже мужчина бы проснулся и сам, стоило лишь организму каплю-другую отдохнуть и набраться сил для того, чтобы выпутаться из болезненной дремы, но звезды на небосклоне сошлись иначе.
Просьбы Альвэри далеко не сразу пробились сквозь мешанину нереальности, но до последнего оставались не более, чем приглушенным шепотом, разобрать который получалось едва-едва. А вот попытки растормошить возымели больший эффект. Иштэ дернулся, выдернутый из очередной сцены нелицеприятных действий, и что было мочи сжал в руках пустобрюха. То вышло чисто интуитивно, но питомцу этого ведь никто объяснить не мог. Однако, даже такая выходка оказалась неспособна взбудоражить свина. Он только и сделал, что сдавленно хрюкнул, начав выкарабкиваться из удушающих объятий. Это копошении окончательно и разбудило проклятого, в ступоре воззрившегося на Пэпа. Понимание происходящего в реальности доходило до сонного сознания медленно, но верно. Ускорению способствовало лишь отвратное чувство «жжения» в гортани, бьющая дрожь, невозможность спокойно и ровно дышать из-за практически полностью заложенного носа и хрипоты в грудной клетке. Каждый вдох давался с трудом и получался сдавленным, будто бы кто-то или что-то невидимое давило на все тело разом. Выдох же вырывался из легких со свистом. Эйнохэил тяжело закашлялся, выпуская пустобрюха и пытаясь справиться с приступом. Только после этого он вообще заметил, что за плечо его по-прежнему держат. Проклятый обернулся на присевшую рядом с ним девушку.
- Ну и рука у тебя холодная, - хрипло произнес мужчина, плотнее закутываясь в плащ и облизывая пересохшие губы, - Я что-то пропустил?
Соображалка работала плохо, но мало-помалу справлялась. Через минуту-другую валяния Бэйнар понял, что на дворе во всю играло утро, а значит… «Костер потух, поэтому она и проснулась».
- Я сейчас его разведу, - он вяло махнул головой в сторону догоревшего ящика, - Ты уже ела?
И все же плохо.
«Так сумка то у меня». Иштэ отвернулся от ледышки, аккуратно убрав ее руку со своего плеча, и потянулся за рюкзаком.
- Ты же обнадежишь меня, сказав, что вязы растут тут на каждом шагу, да? – Он вновь зашелся тяжелым кашлем, - А то соплей я Левифрону привезу в разы больше.
Наконец проклятый сел, все еще не стягивая с себя плаща, и протянул сумку ее владелице. Понемногу он начинал понимать, что никакого разведения костра или же еды от него не требовали. Следовательно, Альвэри была готова выдвигаться, поторапливая и его.
- Дай мне минуту, - Бэй шмыгнул носом, собираясь с мыслями, - Бывало и хуже.
С этими ободряющими словами он принялся за сборы. Это заняло минут пять, может чуть больше, после чего, завернувшись в теплый плащ, убрав остальные ненужные вещи в рюкзак и развернувшись лицом к эльфийке, мужчина кивнул. Холод уже ни так сильно чувствовался, за все время пребывания тут, казалось, став «второй кожей». На то, что его по-прежнему сильно трясло, иштэ предпочел не обращать внимания, дабы не переключаться на свое плачевное состояние окончательно. Первостепенной задачей для него осталась драгоценная кора, без которой возвращаться в город он был не намерен.
Более не обмениваясь любезностями они с лоддроу и Пэпом покинули ветхий домишко и поторопились спуститься с утеса. Пустобрюха проклятый усадил на лошадь, как только отвязал животину от куста. Забравшись в седло и поудобней устроив свина впереди себя, он развернул кобылу в сторону Аль.

+3

36

Бэйнару явно очень тяжело давалось пробуждение, что лишний раз подтверждало плохое состояния приболевшего организма. Девушка напряженно следила за его действиями, не предпринимая никаких попыток ответить на его слова, что чуть ли не каркающим звуком вырывались из горла.
- Ну и рука у тебя холодная, - «Ага, или просто кто-то слишком горячий,» - мысленно прокомментировала лоддроу. - Я что-то пропустил?
«Пропустил момент, когда подхватил приличную простуду, если не что-то пострашнее,»- вновь в мыслях ответила Альвэри, не спеша выражаться вслух. Поведение спутника все меньше нравилось девушке, однако она не спешила его одергивать, тем более, что навряд ли особо получилось бы. Бэй явно был на какой-то своей волне. Конечно, если бы он бросился вновь разжигать этот пресловутый костер, то пришлось бы что-то предпринять, но, судя по всему, сознание еще пыталось кое-как цепляться за реальность, противостоять болезни, анализировать…
- Ты же обнадежишь меня, сказав, что вязы растут тут на каждом шагу, да? – мужчина сильно закашлял.
«Ага, только вязы тебя сейчас и должны интересовать.» - вновь подумалось ей, а в ответ лишь неопределенно передернула плечами. Прекратив вести, по сути, диалог сам с собой, хотя и обращался он к ней, но ответа особо не ждал, Бэйнар таки сел, после отдав ей сумку.  Аль все также молча приняла свою вещь, поднимаясь с корт и принявшись в той копаться. Ну, а вдруг что-то полезное найдется, но увы.
- Дай мне минуту. Бывало и хуже.
Девушка тихо фыркнула. «Не сомневаюсь, только вот под боком у тебя был на то твой учитель-лекарь, а не я,» - заметила в мыслях лоддроу, наблюдая, как Бэй принялся за сборы. Узрев его готовность уходить, Фенрил двинулась к выходу. Весь путь, спускаясь по склону, приходилось внимательно следить за спутником, так как неровен час и недуг мог проявиться, подкосив тому ноги, а это было чревато слетанием кубарем вниз со всеми вытекающими. Однако все обошлось и вскоре они уже отвязывали лошадей, что ожидали их на том же месте, где были оставлены.
Альвэри дождалась, когда мужчина взберется на свою покладистую лошадь, усадив перед собой питомца. Видимо, одного урока ему хватило, чтобы более не гореть желанием бегать по ледяным берегам за пустобрюхом. Фенрил кивнула, после отвязала короткую веревку, что всегда была прикреплена к седлу на всякий случай, подошла к лошади, на которой восседал мужчина и крепко привязала один конец к уздечке. После, вернувшись к гаррату и легко вскочив в седло, привязала второй конец веревки к его луке.
- Так будет быстрее, - совершенно спокойно проговорила лоддроу, оглянувшись на Бэйнара. – Держись крепче, будь добр.
Сказав сие, Аль легко пришпорила питомца и компания быстрым шагом двинулась прочь от холма. Она не собиралась делиться дальнейшими планами со своим спутником, видя сколь упрямо тот желает выполнить приказ Левифрона, наплевав на свое болезненное состояние. У нее же не было желания долго спорить об этом и Альвэри просто молча делала то, что считала важным на тот момент – возвращалась в город. В том, что он не заметит подвоха, пока Мандран не замаячит впереди, ибо не знал местности, она была уверенна, а потом будет слишком поздно. Девушка усмехнулась. Как быстро они поменялись местами, с той лишь поправкой, что она действовала исподтишка.

Бэй, Альвэри ----->Мандран. Крепостная стена и ворота.

Отредактировано Альвэри (2017-03-30 16:02:32)

+2