fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Деревушка Арбенук

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s3.uploads.ru/KDAtE.jpg
Небольшая деревушка, окруженная крутыми горами с трех сторон и имеющая выход к речке Нара с четвертой стороны, хорошо укреплена в самой горловине этого сурового края. Ее название "Арбенук", что с языка местного племени означает "холодный дом", а населяют ее в основном мирные жители, приспособившиеся к жизни в местном заповеднике ледяной природы, веками хранимой нетронутость. Обилие женщин и детей, и довольно малое количество мужчин, способствовало тому, что основным средством промысла стала рыба, и изредка когда труженики - мужи возвращались с крупной рогатой тушей оленя, либо меховой тушей кабана. Эта деревня все же не так проста, как казалось на первый взгляд. Пару десятков домиков, расположенных по спирали, по оба бока пыльной грунтовой дороге, на которой и обоз с трудом разместишь, представляли Арбенук как не слишком лакомую цель для туристов, решивших забрести сюда. Потомки женщин этой деревни вели свой род от славных амазонских племен дальнего Юга. Разумеется кровь в их жилах постепенно размешивалась с кровью простых мужчин  - северян, теряя прежнюю родословную, однако часто можно было встретить и таких особей прелестного пола, что наравне, если не лучше мужчин, делали тяжелую работу и упражнялись с оружием. Деревня имела среднее поголовье домашней птицы и скота, но использовали его только по празникам, в результате того, что охотников все же было меньше и меньше: непогода и хищные звери часто убавляли пыл экспедиций, а также их численность. В деревне царит монархический устрой, все богатства и все дома формально принадлежат старейшине, что первым основал ее, и он любезно предоставил в аренду жилье другим жителям, в обмен на налог.
Деревня содержит свое ополчение состоящее из 30 среднеобученых солдат.

+1

2

- Вальхалас » Центральная площадь -> Северная снежная пустошь »

Тьма. Тьма, где не видно ничего дальше вытянутой руки. Тьма, но не ночная. Черные крылья гигантского ворона, представленного в виде сил природы, затмили небосвод, окрасив его в серо - черную мглистую вязь грозовых туч. Сильнейший буран мел по втиснутой между скал горной дороге, обдуваемой сильным ветром так, будто этим природа хотела загладить свою вину: узкая тропинка, словно змея разрезала могучие тела скал, уязвляя их величие и несокрушимость.  Мелкий и хлесткий снег превратился в каторгу - забиваясь в самые незащищенные места незадачливым путникам, искавшим неведомое в обители ледяных богов, он стегал и резал кожу, впитываясь внутрь тел и замедляя реакцию даже проворных следопытов, коих это место  не видывало очень давно.
Грузная фигура Вальгарда рассекала собой пространство воздуха, наполненного огромной массой снежного вихря, проталкиваясь вперед сквозь одно сплошное препятствие. Он смолчал на слова брата об ответственности, в  привычной для него манере предпочитая не разговором, а делом показывать о выполнении той или иной просьбы. Ветер значительно усилился, буран, казалось, направился прямиком на четыре фигурки викингов, движущихся в поисках затерянной деревушки. Выносливые и стойкие к температурам кочевые племена викингов не только не боялись трудностей в виде ледяной стихии, но и могли изрядно шутить над ней.
- Думаю, засада нас точно не ожидает, - промолвил Вальгард несколько глухо благодаря  повязке из плотной ткани, скрывавшей нижнюю часть его лица, дабы защитить нос, губы и щеки от обжигающего мороза. На ресницы и брови налипло столько инея и изморози, что мигать было довольно трудно. Тяжелый меховой плащ – накидка на плечах, предусмотрительно одетый еще в лагере, снабдился несколькими лишними килограммами налипшего на себя снега, превратив гиганта Вальгарда в прототип снежного человека или прямоходящего белого медведя. В просвете накидки между лопаток, виднелось двухстороннее лезвие громадной секиры варвара, с которой он редко когда расставался. Мягкие меховые сапоги с металлическими скобами глубоко проваливались в снег, бороздя его просторы, что тотчас же покрывались новыми порциями замерзшей влаги в виде снежинок, градом падающих с неба.
- До наших родных мест этой погодке далеко, однако как приятно почувствовать стужу предков, а не жиденький мороз разнеженных и разленившихся жителей некоторых городов, что мы захватывали, - размышлял вслух Вальгард, двигаясь чуть впереди брата. Вот он остановился, набрав в ладонь большой ком снега и прищурившись, дабы ветер не дал прицелу сбиться, с размаху влепил ком в спину идущего впереди викинга – разведчика. В тот же миг, будто волею странных судеб, сквозной порыв ветра чуть было не сбил Вальгарда с ног, что иной раз проблематично даже для громадного боевого медведя. Викинг пошатнулся на краю тропинки, за которым простиралась глубокая черная бездна обрыва. Пальцы парня ухватились за острый край кусочка скалы, подтягиваясь и избегая печальной участи. Вальгард размял плечи, несколько виновато засопев, понимая, что из – за своей дурашливости чуть не подверг свою жизнь и жизнь отряда опасности. Предполагая, что Вестар уже мысленно опять ставит нравоучения на путь из собственного сознания в средоточие голосовых связок, а оттуда, благодаря языку, и наружу, к слуху брата, Вальгард прошел чуть вперед, где свистящий ветер закладывал уши и заставлял слезиться глаза. Двигаясь уже почти вплотную к одной из скал, викинги попали в область нулевой видимости. Кругом была серо – белая пелена тумана, а вдыхаемый воздух столь обжигал легкие стужей, что лишь раззадоривал сущность воинов, отправившихся в этот нелегкий путь. Двигаться некоторый период времени приходилось наощупь: цепкие и сильные пальцы Вальгарда находили каменные уступки и изгибы, а мягкие, однако тяжелые от снега сапоги, прочерчивали удобную дорожку в завалах белого покрывала земли для идущих сзади.   
«Интересно, брат мой, не растерял ли ты ученье отца по дороге к славе конунга? Ведь сам отец любил попеременно с воинской наукой давать нам науку расслабляться в духе викингов – подвергая свою жизнь толике риска и издеваясь при этом над ним же. Вольная душа нашего народа всегда будет бессмертна в истории, так зачем же тратить ресурсы наших лет на одну лишь воинскую науку без просвета озорства?»
Мысли Вальгарда скорее были нынче мыслями питомца Локи, а не воина Одина. Но с переезда и до самого путешествия в данную деревушку, про которую ходили пока лишь слухи – видеть то ее они с братом не могли, Вестар вел себя как истинный конунг, но не позволив себе не единого случая даже подтрунивать над братом или кем – то из воинов. Лишь в самые тяжелые военные времена такое случалось с вождями викингов, а сейчас, как справедливо полагал брат конунга, были не эти времена. Впрочем, вскоре и ход мыслей заглушился пронзительным свистом ветра, приносящего новую порцию даров ледяного царства.

0

3

- Вальхалас » Центральная площадь -> Северная снежная пустошь »

Выступая из Вальхаласа, вождь собирался провести разведку всего за пару часов и вернуться пораньше, ведь у него были серьезные планы, касающиеся будущего всех прибывших с ним воинов. Планы, которые заглядывали далеко вперед и, если все сложится удачно, позволит викингам занять далеко не самое последнее место в этом мире. Вестар нисколько не сомневался в том, что деревня, в которую они направлялись, была отнюдь не одинокой. Вовремя вспомнились рассказы торговцев, которые когда-то приплывали в их деревню на больших, удивительных кораблях, которые совсем не напоминали драккары викингов. Каждый из них повествовал о том, что где-то за ледяным океаном, лежат огромные острова, населенные загадочными обитателями. Описывали большие города, населенные тысячами жителей, которые далеко не всегда принадлежали к человеческой расе. Сам Вестар никогда не видел гуманоидов, которые не были бы похожи на человека, но, как любил говаривать отец - все когда-нибудь случается впервые...
Резкое изменение погоды, что настигла разведчиков на полпути к деревне, совсем не входило в планы конунга, ведь жестокий снегопад, ветер и туман серьезно замедляли передвижение группы, а значит, вероятно, им не удастся вернуться к сроку и повести воинов в набег тогда, когда он планировал.
В очередной раз, окинув небосвод хмурым взглядом, вождь лишь качал головой и продолжил упрямо переставлять ноги, двигаясь к своей цели. Поскольку его одежду сложно было назвать особо теплой, Вестара спасало лишь закаленное северным ветром тело, которое привыкло удерживать тепло в почти любую погоду. Он крайне редко признавал, что плащ болотного цвета, который почти никогда не снимал, оказывается, по большому счету бесполезным. Да, он отлично смотрится на нем, когда ветер картинно развивает его, но практичности, которую больше всего ценили викинги в нем мало.
Казалось, что с каждой минутой переход становился все сложнее, и вождю пришлось признать, что он несколько раскис и ему, как и брату, следовало бы больше времени уделять силовым тренировкам. И это притом, что у него, Вестара, на теле была уникальная вязь символов, что значительно повышают его выносливость.
Впрочем, как бы там ни было, конунг справлялся, а его сапоги, которые были хоть и не такими теплыми, как у брата, зато весили куда меньше, а посему, передвигать ноги было значительно проще. Слова Вальгарда он уловил лишь краем уха, но зная брата, он смог в идеале воспроизвести в уме все, что тот мог произнести и, конечно же, соглашаться с его словами он не собирался.
Закон Севера всегда гласил о том, что человек, который обитает в сих суровых краях, должен быть сильным и готовым к любым неожиданностям. А беспечность к сильным качествам отнюдь не относилась, поэтому, вождь ожидал от этого похода любых подлостей, кроме, как это ни прискорбно, погодных условий, и засада, разумеется, входила в их число. Местные жители не смогли бы прожить сколь угодно долго, если бы были столь беспечны. Поэтому, несмотря на погоду, которую при всем желании нельзя было бы назвать хоть сколь-нибудь адекватной, он ожидал подлостей.
К последующей реплике брата, которую конунг уловил намного четче предыдущей, отношение также было скептическим, и мнение, соответственно, было совсем другое. Впрочем, буркнуть что-нибудь неразборчивое, Вестар не успел, так как после очередной своей шалости, Вальгард едва не ухнул в пропасть. Вождь успел сделать всего шаг вперед, прежде чем брат ухватился за каменный выступ. Сложно передать степень негодования, которая овладевала викингом в тот момент, но что самое интересное, он не произнес ни слова. Лишь последующие несколько минут пути, он буравил спину брата едва ли не ненавидящим взглядом и скрипел зубами, одновременно обещая себе припомнить этот случай попозже. Молодой разведчик, который умудрился-таки рассмотреть лицо вождя, гаденько улыбнулся, представляя, какая выволочка грозит воину, достаточно плоско пошутившему над ним.
Через полчаса, они набрели на небольшую пещеру. Посреди нее было давно потухшее кострище, а у противоположной от входа стены лежали аккуратно сваленные в одну кучу сухие, карликовые деревца, припасенные, видать, на случай такого вот погодного явления. Конечно, им лучше было бы продолжить путь и как можно скорее, ведь те, кто заготовил здесь дрова, вполне мог наведаться в укрытие, которое теперь им не принадлежало. Но насколько смог понять вождь, погода отнюдь не собиралась становиться хоть сколько-нибудь спокойнее. Ветер усиливался с каждой минутой, а из-за нескончаемого потока снега видимость стала почти нулевая. Идти на разведку в такую погоду, было верхом глупости, посему, Вестар скомандовал привал. Разведчики тут же принялись рубать деревца маленькими топориками и складывать в старое кострище. Чуть позже послышался характерный звук, и первые язычки огня охотно начали лизать дерево.
Конунг уселся прямо на каменный пол недалеко от пламени, подстелив под себя плащ, и вновь кинул взгляд на брата. Несмотря на то, что рядом были разведчики, вождь просто не смог стерпеть выходки брата и тихим, обманчиво мягким голосом заговорил:
- Брат, а теперь попробуй мне объяснить, чем ты, забери тебя Владыка, думал?! - постепенно голос приобретал очертания гнева, переставая холодить обманчивой мягкостью, превращаясь в привычный крик. Вестар нисколько не беспокоился, что его могут услышать снаружи, если там, разумеется, кто-то был, ведь вой ветра закладывал уши так, что, казалось, невозможно было услышать даже собственные мысли.

+1

4

http://uploads.ru/i/o/i/5/oi5ZS.png
Таэлис Треклятая

..

Как понятно из прозвища, Иштэ. Живет в деревушке Арбенук с самого рождения. Быть может, родители, да и она сама, смогли бы скрыть ее происхождение и спрятать «позор» с чужих глаз, да только боги наградили Тэль меткой прямо на лице: красивым и сложным узором, похожим на паутину, цветы и снежинки под обоими глазами. Однако это сделало ее тут же презираемой всеми членами деревушки. Им казалось, что их всех наказали боги, а Проклятая скоро превратиться в убийцу. Поэтому Таэлис старалась как можно больше времени проводить как можно дальше от людей в горах, которые она, к слову, знала очень хорошо, или прятаться… Так, чтобы никто не видел. Несмотря на второй шанс, что был своеобразным подарком, Тэль была так же награждена особой способностью – становиться невидимой. И к своему приближающемуся тридцатилетию довольно хорошо им пользовалась, пусть пока не могла особенно надолго становиться невидимой. Ростом она была маленькая, очень легкая, поскольку родители не особенно заботились о ней и ее пропитании, без особенных женских прелестей, зато обладала гривой прекрасных огненно-рыжих волос и красивыми карими глазами.

Таэлис, застигнутая бурей врасплох, выбирала длинные, но как можно более безопасные, по ее мнению, пути домой. Она знала, что волноваться о ней особенно никто не будет, а потому не слишком торопилась, и даже собиралась заночевать в горах в какой-нибудь пещере, где можно укрыться от пронизывающего ветра и острых снежинок, и развести костер, чтобы согреть заледеневшие, болящие на морозе руки, которые, как ей самой казалось, уже приобретали синеватый оттенок. И вот знакомая пещера почти вынырнула из пурги, хотя изнутри увидеть девушку было невозможно, поскольку она была сбоку от входа в пещеру, она услышала голоса и прижалась к скале, стараясь вжаться в нее, одновременно стараясь сосредоточиться, отстраниться от холода и стать незаметной.. Совсем. И, когда ей это наконец удалось, девушка заглянула внутрь. Не известно, заметили ли ее, но она смотрела буквально секунды. Потом, отпрянув, она хотела броситься бежать, но не могла: метель и порывы ветра не давали ей это сделать. Радуясь, что снег быстро заметет и без того неглубокие следы, она со скоростью, на которую только была способна, отправилась в деревню, теперь скрытая от Викингов в пещере не только магией, но и метелью (поскольку снег, попадающий на нее все же выдавал присутствие иштэ), она старалась успеть предупредить местных о возможной угрозе.

Отредактировано Мастер (2012-04-23 11:38:16)

0