За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Город Таллем » Таверна «Пьяный паладин»


Таверна «Пьяный паладин»

Сообщений 361 страница 380 из 390

1

http://s2.uploads.ru/d/2ceyW.jpg

Тут не получится тихо и спокойно почитать книжку или подумать о чем-то своем. Даже не надейтесь отдохнуть в этом месте от шума и суеты. Ведь эту таверну по праву можно назвать одним из самых громких мест в городе. Вопреки многим другим городским заведениям, драки по выходным тут - едва ли уже не традиция. Музыка в Пьяном паладине играет в любое время суток, алкоголь расходуется в океанических масштабах, а контингент посетителей поражает разнообразием. Владелец заведения прикладывает все усилия, чтобы в таверне было всегда весело. Идеальное место для праздников и других шумных мероприятий. Особенно греет некоторым душу близость борделя «Алый закат» - буквально на соседней улице. В добавок, тут любой желающий за небольшую плату может снять крышу над головой, ведь при таверне есть и небольшая гостиница.

Ещё стоит добавить, что в данном заведении принимаются заявки на наемничьи услуги. Правда, далеко не все - сами наемники крайне избирательно подходят к текущим заказам и не очень-то охотно переступают рамки закона. Разве что за действительно большую плату.

http://s4.uploads.ru/lL187.png[float=right]http://s0.uploads.ru/t/6wjCG.jpg[/float]
Пьяный паладин занимает собой два смежных здания, неподалеку от центра города. В первом из них, одноэтажном, расположились два основных зала для посетителей. Большие и светлые помещения, одно из которых заставлено крепкой мебелью с широкими дубовыми столами (чтобы ломали не так часто), а в другом выступают местные музыканты или странствующие менестрели. Немного обособленно от них, находятся подсобные помещения и кухня. Подвал же, святая святых, полностью заставлен ящиками и бочками с различными алкогольными напитками, ибо своими запасами таверна и славится.
Второе, двухэтажное строение, выделено под гостиницу. Комнаты хоть и не отличаются своим размахом и праздностью отделки, но все необходимые удобства на местах присутствуют. Несмотря на то, что в соседнем корпусе иногда ходят ходуном стены, в самой гостинице более-менее тихо, особенно в верхних комнатах. Там же по факту живут владелец Пьяного паладина и и приближенные работники, естественно отхватив себе более достойные и просторные помещения второго этажа. Имеется проход между обоими зданиями и выходить на улицу, чтобы попасть в соседний корпус, совсем не обязательно.
Таверна и гостиница имеют неплохую защиту от непрошеных гостей - помимо ставней на окнах и замков на дверях, тут можно наткнуться на одну из многочисленных магических ловушек. Активировав же весь магический арсенал, наемники и вовсе способны превратить свое заведение в хорошее укрепление, рассчитанное на нападение крупных сил неприятеля.
[float=left]http://s2.uploads.ru/WDNpL.jpg[/float]http://s4.uploads.ru/lL187.png
Год основания - 1638. До 2 Тихого Снега 1645 года владельцем заведения был Ингард Косс, и вся округа знала старшую разносчицу Майло Ки. Однако они погибли в битве при Хершиде. Спустя двухнедельное чествование их памяти и заслуг бразды владения взял на себя Патрик Боуэлл.
Из первого состава работников Пьяного паладина остался лишь повар Каин. Также имеются бухгалтер и администратор. Ещё пятеро играют роль разносчиков и помощников (принеси-подай, иди лесом, не мешай). Поскольку они тут присутствуют исключительно ради мелкой подработки, новые лица появляются едва ли не каждые пару дней - собственно, как и пропадают старые. Точно так же может подработать и любой желающий персонаж - просто выполнить необходимую работу и получить деньги, без излишеств.

Текущие акции:
• Всем членам Ордена паладинов - один заказ на выпивку за счет заведения.
• Приди сам, приведи двух своих друзей - каждому по кружке пива бесплатно!
• Снявшему комнату более, чем на сутки, - 10% скидка на все заказы.


Архив событий

[Дата с ссылкой на произошедшее]

[Персонажи]

[События]

1-ое, Высоких Приливов, 1645. Утро.
Таверна «Пьяный Паладин»

Майло Ки, Ингард Косс, Гавриил Дайсс, Каин

Коллектив «Паладина»,  во главе с владельцем заведения, вспоминает «а что вчера было».

1-ое, Высоких Приливов, 1645. День.
Таверна «Пьяный Паладин»

Харон, вор «Сивый» (нпс)

Таррэ-наемник заключает с вором выгодную сделку (перекупка заказного убийства).

1-ое, Звездного Инея, 1645. Утро.
Таверна «Пьяный Паладин»

Жан ла Флёр; Майло Ки, Каин, Ингард Косс, Тррака (ГМ)

Коллектив «Паладина» эмоционально решает проблемы ведения бизнеса, невзирая на посетителя. В это время таверну вдруг посещает отряд крысолюдов с деловым предложением…

2-ое, Звёздного Инея, 1645. Утро.
Таверна «Пьяный Паладин»

Майло Ки, Каин, Ингард Косс, Гелиос; КрижРиш

Коллектив «Паладина» возвращается с задания, подкинутого крысолюдами, в этот момент их посещает старый друг Гелиос, желающий напомнить Ингарду о другом договоре. Чуть позже в таверну входит драконид-путешественник с простым желанием перекусить и отдохнуть.

3-е, Звездного Инея, 1645. Вечер.
Таверна «Пьяный Паладин»

Бэйнар Эйнохэил, Альвэри Фенрил, Нерикс

Закадычные приятели и завсегдатаи «Паладина» Бэй и Нер знакомятся с Альвэри Фенрил.

6-ое, Звездного Инея, 1645. Вечер.
Таверна «Пьяный Паладин»

Арианрод Броснан, Алан Фиртен, Оливер (нпс); Лотанариэ Ангалилт;
Майло Ки, Каин, Гелиос

Айра, явившаяся в таверну в дурном настроении, встречает там своего знакомого – Алана. Будучи уже в подпитии, друзья знакомятся с магом по имени Оливер;  Эльфийка-наемница Ло коротает вечер за азартными играми; Сотрудники «Паладина» в компании своего друга Гелиоса обсуждают очередную авантюру и отправляются на вечернюю прогулку.

6-7-ое, Звездного Инея, 1645. Ночь.
Таверна «Пьяный Паладин»

Каин, Майло Ки, Ингард Косс, Гелиос

Встретившись после прогулки, Ингард и компания вскоре отправляются на новое задание…

23-е, Новой Надежды, 1645. День.
24-ое, Новой Надежды, 1645. Ночь-Утро.
Таверна «Пьяный Паладин»

Аэрена Дарос

Аэрена заезжает в любимую таверну, чтобы поужинать, переночевать и привести себя в порядок.

25-ое, Новой Надежды, 1647. Поздний вечер.
Таверна «Пьяный Паладин»

Бэйнар Эйнохэил, Нерикс, Эллюмиель де`Лоренцетти,

Блудные сыновья «Паладина» Нер и Бэй, в компании их новой знакомой-алла по имени Эль,  бурно празднуют прибытие домой - пьют, пляшут, играют в азартные игры. Чуть позже появляется и Аль, тут же привлекая внимание какого-то пьяницы и провоцируя драку между последним и Бэем…

25-ое, Новой Надежды, 1647. Ночь.
Таверна «Пьяный Паладин»

Бэйнар Эйнохэил, Альвэри Фенрил

Между Бэем и Аль происходит серьезный разговор на тему воровства и доверия.  Откровения затрагивают и потаенные чувства двоих – нет больше смысла смущаться...

25-ое, Новой Надежды, 1647. Ночь.
Таверна «Пьяный Паладин»

Нерикс, Эллюмиель де`Лоренцетти

Нерикс поздравляет Эль с Днем Рождения и заказывает для нее песню.

Автор: Ингард

0

361

Милосерден Ильтар! Если верить во что-то достаточно сильно, то в самый темный час, когда надежды почти не останется, эта непреклонная вера ответит тебе, став тонким лучиком среди туч, и согреет тебя. Эстер верила, что в любой, пусть даже самой пропащей и темной душе отыщется эта искра доброты, и она не ошиблась. Ее Светлые боги опять ей ответили, и послали помощника…
- !!! – Эстер испуганно вздрогнула, когда фигура верзилы-охранника выросла из влажной мглы рядом с ней. Вышибале не до глупостей было, и поэтому, дабы случаем не зашибить, деву он просто подвинул с дороги – как игрушку, без слов. И пускай, светлый рыцарь из него получился не самый классический, но поступок, обнажающий доброе сердце этой грубой махины из мяса и мускулов, стоил того, чтобы быть воспетым в какой-нибудь свежепридуманной народной балладе. Правда, сочинителю это могло бы грозить переломами… Но, как бы там ни было, Эстер этот жест  впечатлил: «Благодарю!» - охранник не видел того но, складывая благодарно ладони перед мокрым лицом, паладинка посмотрела на него с теплой признательностью.
На каждый шаг вышибалы, кажущегося настоящим гигантом рядом с вымокшей и едва  ли не призрачной фигуркой монашки, Эстер приходилось делать пять семенящих шагов и, с трудом поспевая за ним, паладинка заспешила в направлении двухэтажной гостиницы. Лео же даже не думал очнуться, свисая с плеча у охранника как пыльный (а в данном случае еще мокрый и грязный) мешок... Любопытно – что ему виделось там, в забытьи? Впрочем, Эстер думала сейчас совсем не об этом: «Благо, что добрый человек отыскался, но дальше то что? Куда я в таком виде отправлюсь?! Да и ливень такой, и ночь на дворе…» - за размышлениями расстояние между входом в таверну и дверями гостиницы схлопнулось в точку.
Перескочив порог, едва не запнувшись у входа, Эстер удержала открытую дверь, дабы хоть чем-то помочь человеку, оказавшему помощь ей ранее - было благостно думать, что любое добро расцветает ответным добром в душах тех, кто оказался небезразличным среди многих других… Но думать, однако, было сейчас не ко времени: - Так куда его? – пробасил вышибала, заставив Эстер встрепенуться и суетно вынуть ключи с номерком, на который она даже не посмотрела при получении... От волнения ключи выпали из влажных пальцев, с раздражающим звяканьем шлепнувшись на пол: «Эстер!! Возьми себя в руки!!» - мысленно ругая себя, она постаралась собраться и скоординировать действия. Ждать ее, впрочем, никто не планировал: - Ну-у?! – терпение у вышибалы заканчивалось.
Подняв с пола ключ и, наконец, разобрав цифру «3» на медном жетоне, Эстер указала на дверь: «Вот!! Сюда!» - и, кивнув, торопливо вставила ключик в замочную скважину.
Старый замок проскрипел, но отворился, к счастью, без шуточек. Номер за дверью оказался тесноватым и крайне просто оформленным, но это уже было делом десятым. На меблировку никто из присутствующих даже глядеть не желал:  вышибала – потому что, работая здесь, сотню раз ее видел; Эстер – потому что совсем не до этого было; Лео – потому что был занят просмотром нездешних видений…
Прошагав в номер и оставив грязевые следы на линялом паласе, верзила скинул свой груз на кровать – без лишней заботы – субъект, мол, пребывает в таком состоянии, что даже навряд ли почует. В любом случае, факт того, что охранник не сгрузил Лео где-то за дверью, а доставил прямо аж до матраса, казался Эстер великодушием высшей пробы. «Благодарю, да пусть боги хранят Вас!» - она не уставала улыбаться и кланяться. Вышибала лишь буркнул на последок что-то вроде смущенного «привычное дело» и «вроде все», да и вернулся обратно на место непосредственной службы. Эстер же, затворив за ним дверь, перевела дух и, до конца осознав ситуацию, бессильно сползла на пол по этой двери.
Дождь больше не лил ей на голову, а комната, погруженная в синюю тьму, даже казалась уютной. Мокрые волосы прилипли ко лбу, а мокрая юбка – к ногам, обувь хлюпала, словно болото… Но Холли улыбалась. Растерянно, странно. С одной стороны, она ощущала удовлетворенность содеянным – может быть утром, проснувшись и обдумав свое поведение, Лео поймет, что ошибся? С другой же – она понимала, что деньги, припасенные для погашения долга товарища, глупо потрачены, наставник, имеющий странное чувство юмора, наверняка ее станет высмеивать, да и вообще, сейчас она первый раз в своей жизни находится в гостиничном номере наедине с незнакомым мужчиной – как она до сих пор со стыда не сгорела?!
«Так, спокойно!» - сжав ключ в руке, Эстер окинула взглядом пространство, задержавшись ненадолго на Лео, лежащем пластом и выдающим наличие жизни в себе только сбивчивым тяжелым дыханием, - «Он ведь даже не знает, что я здесь нахожусь…» - почувствовав, как кровь приливает к лицу, она сделала глубокий вздох и затем - долгий выдох, - «…я сейчас просто уйду, а номер закрою на ключ. Ливень долго навряд ли продлится, так что - главное до дома добраться…» - что ж, идея в целом казалась вполне себе здравой и, взявшись за ручку двери, Холли уже собиралась покинуть гостиничный номер, как за дверью раздались пьяные вопли и смех мужиков. Испуганно сунув ключ в замочную скважину, Эстер скрежетнула замком и припала к стене. Голоса в коридоре на мгновенье затихли, а кто-то с усмешкой отметил: - О, глянь-ка! Кто-т-ик!! Не дрыхнет еще! От-т, акаловы дети! Мыы-э, ик! Ниэворэ!! – кто-то грубо и громко рассыпался смехом, похожим на крики осла, а другой, не более трезвый голос добавил: - Как жеш - не вор ты! Ассурит проклятущий… -  в дальнейший диалог за дверями Эстер не особенно вслушивалась. Как ей показалось, там завязались разборки с переходом на личности и потому, стараясь не издавать лишних звуков, она на всякий случай опечатала дверь простенькой «тренировочной» руной. В надежность замка ей не особенно верилось, а выходить в коридор и подавно уже не хотелось…
Глянув попеременно на тонкие лучики руны на двери, свои руки, а после – на спящего Лео, Эстер сделала вывод: «Нет уж, никуда не пойду! В конце-концов, здесь я нужнее – человеку может помощь потребоваться… При учете объема хмельного, что он залил в себя, немудрено отравиться… Кто знает, чем это все обернется?» - убеждая себя, она навернула по комнате круг и, окончательно убедившись в здравости внутренних своих рассуждений, обратилась к Мудрейшей: «Энвенэль, вразуми – не совсем же я безнадежна? При крайней нужде защититься смогу! Да и от кого защищаться то? – Он ведь и подняться не в силах, бедняга…» - действительно, несмотря на усталость, начертить еще несколько рун для защиты Эстер смогла бы, и поэтому довод казался весомым. Сделав свой выбор, девица скинула мокрую обувь и, убрав за уши влажные локоны, придвинула стул к кровати своего «пациента».

[ Дайсы к посту ]

Отредактировано Эстер Холли (2016-07-01 01:25:06)

+1

362

Лео действительно не имел ни малейшего представления о том, что какой-то громила его куда-то тащит, что его хребтом едва не задели верхнюю перекладину дверного косяка, что он являл собой настолько печальное зрелище, что даже видавшие виды постояльцы проводили процессию многозначительными взглядами, а у них на языке уже вертелось это поганое слово «пьянь». И плевать, что из трезвых в этом здании были только вышибала и Эстер, так что сами упрекающие были далеко не настолько святыми, чтобы судить чужие прегрешения. В конце концов, у каждого из них были причины сегодня сюда прийти и утопить свои внутренности в алкоголе. Глупо и бессмысленно меряться ими.
Другое дело, что стоило бы Альдену знать, на какие страшные жертвы шла его случайная знакомая, чтобы вытащить его задницу из той переделки, в которую он сам себя добровольно загнал. Потому ведь и продолжил загонять, что скорее бы поверил в торжественное пробуждение Ильтара и его животрепещущий интерес к смертным, чем в то, что некая крайне праведная с виду девица, увидевшая его впервые в жизни, станет утопать в грязи, силясь вытянуть его из нее, что она уступит ему свою комнату, заплатив последние деньги за постой, что не станет чураться изгвазданного и откровенно не самого приятного пьяницу, являвшего собой столь печальное зрелище, что ни один нормальный человек не полез бы помагать, приличная девушка – тем более. Инквизитор не был злым, замкнутым или склонным к меланхолическому одиночеству, но рос он на волчьих законах стаи, согласно которым нужно идти по головам и на всякий случай не разбрасываться доверием. И позже, когда из ученика стал полноценным искателем, убедился, что в людях слишком много гнили, чтобы наивно вестись на первое впечатление и всю эту доброжелательность. Люди были похожи на лук. Снимаешь слой за слоем, и чем ближе к сердцевине, от которой слезы бьют из глаз водопадом, тем больше правды. И вот с этой правдой уже можно было иметь дело. Разумеется, и «Ванесе» Лео бы не поверил, усомнился, захотел бы разоблачить его добродетель. В иной ситуации их знакомство завершилось бы знатной оплеухой, отвешенной ни в чем не повинной девицей нахалу, который откровенно издевался бы над ее принципами и идеалами, пытаясь докопаться до какого-то двойного дна, коего и в помине не существовало. Только в нынешнем их положении Альден мог узреть нечто доселе невиданное, нечто, что смутно напомнило бы ему другой день, другой случай. И эта тревога на лице и в глазах, и поспешность движений, нервозность, свойственная людям, сильно из-за чего-то переживающим. Лео очень много нового узнал бы об этой жизни, если бы не упился до полусмерти, смог бы поднять голову и посмотреть на незнакомку с трясущимися руками. Но он упился, и его затянуло в бездну пьяного угара, из которой путь лежал только сквозь тернистые заросли боли и страданий. И он только подходил к этой узкой и извилистой тропе.
И все-таки сколь же отчаянной должна была быть та девушка, что позволила вышибале принести к себе в комнату то чудище болотное, коим ныне являлся инквизитор. С него стекали вода и грязь, постельное белье и матрас намокали, покрываясь нелицеприятными разводами. С сапога левой ноги, что свешивалась с края, капало на пол. На улице это не ощущалась, но небольшая и тесная комната быстро наполнилась запахом, смешавшим в себе легкие нотки конюшни и аромат человека, пившего уже несколько дней, изредка делая краткие перерывы для отдыха. Дабы добавить финальный штрих в эту и без того безобразную картину, Альден пробубнил что-то, что смутно походило на одну из развеселых морских шанти, и со стоном перевернулся на бок.
Любому, оказавшемуся в той комнате, должно было стать очевидно, что ночь обещала быть веселой. К вящему удивлению этого же случайного свидетеля, первые несколько часов прошли относительно спокойно. Альден дрых без задних ног, лишь пару раз орал что-то сквозь сон, подскакивая на месте и тут же снова проваливаясь в забытье. В это относительно спокойное время его сиделка могла даже прикорнуть ненадолго, пока инквизитор снова не начинал вертеться, грозя свалиться с кровати, или не пугал ее едва различимыми словами и выкриками. Трудности начались ближе к середине ночи, когда сознание Лео, казалось, начало проясняться, и он пару раз даже открыл глаза, безучастно поглядев в потолок. Только вот до ближайшего повода радоваться было еще очень далеко. К середине ночи долгоиграющий эль сделал свое черное дело, отдав все непотребство в кровь, и организм взвыл. Тут-то и пришлось кстати, что кровать была узкая, и свешиваться пришлось недалеко.
Крутило Альдена до самого рассвета. Поднялась температура, сон сменился беспокойным бредом, в котором инквизитор рассказывал «Ванесе», что его пытают бесконечными кружками с алкоголем, а где-то далеко ждет корабль, который все никак не может отплыть, ибо капитан не в силах встать. А ему нужно было встать! Несколько раз мужчина порывался подскочить и куда-то побежать, но самое большее, что ему удавалось, - приподнять голову, после чего его снова рвало. А потом сил не осталось, уже и говорить не выходило, и нервно хвататься за простыни и юбку сатинового платья. В итоге он снова провалился, но сон был куда более спокойным и глубоким. Инквизитор перестал метаться.
Вскорости после этого в сброшенной на пол сумке Лео раздалось копошение, она задергалась и зашевелилась, а после оттуда показалась протянутая в отчаянии лапка.
- Водыыы! Водыыыы! – прохрипело создание, упорно выползая из сумки на свет лучей встающего солнца. Яркая рыжая шерсть горностая казалось ослепительно яркой на фоне невзрачной комнаты. Как оказалось, фамилиар был куда устойчивее хозяина к алкоголю, раз после водки сумел не то что не откинуться, но еще и изображать жизнедеятельность. Только дивиться и оставалось.

0

363

21 БМ, 1647 года.
Утро.

Нет, ужаснее всего были даже не вонь, что воцарилась в запертой наглухо комнате, и не усталость, от коей Эстер практически падала, но завязки тугого корсета, которые врезались ей в ребра так сильно, что плакать хотелось… Не имея возможности разоблачиться и, наконец, отдохнуть от одежды – промокшей и грязной – Холли страдала взаправду.
Ночь оказалась тяжелой, и, хотя бдение Эстер иногда прерывалось, поскольку сестру милосердия уносил липкий сон – тяжелый и малоприятный, но даже капельку выспаться не получилось. Как Эстер и предполагала, ее пациента неоднократно тошнило, его не отпускали кошмары и какие-то странные образы, которые в потоке бреда он силился высказать. Все, чем Эстер, к прискорбию своему, могла его поддержать – было лишь смоченное водой полотенце, коим Эстер могла отирать с его лица грязь, да нежные девичьи руки, силящиеся удержать его на кровати и не дать вытереть собственным телом изгвазданный пол.
Накладывать лечебные руны повторно она не решилась – и без того много сил извела. Конечно, питье с наложением руны, могло бы усилить целебный эффект, но любые попытки Эстер усадить Лео тек, чтобы можно было его напоить, закончились очень плачевно, дав результаты скорее обратные планам.
Разбавляя внезапные выкрики пьяного, скрип половиц и шумы в коридоре гостиницы, сильный дождь до сих пор барабанил по крыше. Под мерный звук капель ресницы полуалла начинали слипаться и, размякнув на стуле – неудобном для крыльев и жестком – Эстер походила на тряпичную куклу, которую изрядно подрали дворовые псы.
Она очень старалась не спать – спать в ее положении было нельзя. Для этого она неоднократно вставала, нервно ходила по комнате, бесполезно нарезая круги, а ближе к рассвету - даже распахнула окно, чтобы впустить в комнату свежего воздуха. Последним превозмоганием стала попытка усмирить жар страдальца, которому к утру поплохело. В очередной раз смочив полотенце водой из кувшина, что полагался постояльцам для умывания утром, она решилась добавить руну «Лед», чтобы продлить эффективность компресса для лба… И, судя по тому, что Лео наконец-то спокойно уснул, что-то из этого вышло.
Эстер же оставалось лишь только повиснуть на стуле без сил и, потерявши контроль над собой, досыпать до утра…
На рассвете же, когда ее чуткий слух тронул некий тоненький голос, о чем-то просивший, Эстер спросонья не сразу успела понять, что вообще происходит.
«Кто здесь? Что я…» -  болезненно разлепляя глаза, по которым тут же резко ударил еще чуть красноватый луч яркого солнца, девушка вздрогнула, качнувшись на стуле и едва не свалившись, - «…тут делаю?»
- Водыыы! Водыыыы! – умоляла зверушка, происхождение и причины появления в комнате коей не сразу дошли до сознанья Эстер. Протирая кулачками глаза, она потянулась, почувствовав как ломит лопатки, поясницу и весь позвоночник. Окончательно «сросшийся с кожей» корсет уже не причинял неудобств,  хотя думать о том, как она его будет снимать, Эстер сейчас не хотела.  В памяти всплыл образ Келли: «Фамилиар?!» - удивительно, но до момента встречи с чужим компаньоном, о своем фаме – обычно болтливом и очень навязчивом - паладинка ни разу не вспомнила! Келли, обиженный на весь белый свет, остался один где-то в зале харчевни… А как бы он пригодился сейчас! Но, увы – надо было как-то выпутываться…
Приподнявшись со стула и, бегло окинув помещение взглядом (что было совершенно напрасным решением): «Ну и свинарник!» - Эстер, размяла затекшую спину и двинулась к столику, на котором – в том же кувшине для умывания – должна была остаться еще капля воды. Человеку (особенно после бурной пирушки) напиться оставшимся было нельзя – хотя Эстер и сама уже изнывала от жажды – а вот для мелкой зверушки такого количества жидкости должно было хватить. А чтобы фамилиару ее нового друга было удобнее пить, Эстер перелила воду в широкое блюдо, со вздохом поставив то на пол. Терять уже было нечего, умывальная утварь, как и пол, и постель «лежали в руинах». Стоило бы навести здесь порядок, прежде чем ключи возвращать… Но это потом, сейчас нужно было хотя бы очнуться после всего пережитого.

Отредактировано Эстер Холли (2016-07-17 16:13:57)

0

364

21 число месяца Благоухающей Магнолии 1647 года, утро

Шум полз так, будто был последним выжившим на поле страшной битвы, его подстрелили, затоптали конями, перебили хребет и оставили умирать под палящим солнцем и летающими кругами стервятниками. Зверек цеплялся коготками за каждую трещинку в полу, подтягивая длинное тельце, ибо идти по-горностаевски у него не было никаких сил, а при малейшей попытке подняться начинало мутить. Фамилиар понятия не имел, где он оказался, где находится Лео, что вообще происходит. Но он был достаточно умен и воспитан, чтобы не начать орать благим матом при виде незнакомой девушки, что поставила перед ним блюдце с водой, и требовать объяснений, смог придержать коней и хрипло поблагодарить, тут же уронив мордочку в питье. Воды было немного, но для маленького Шума хватило с лихвой. Выдул он добрую половину того, что имелось в блюде. Выдул бы и вторую, но здравый смысл подсказал оставить на потом, обождать, посмотреть, не попросится ли жидкость обратно. Толку-то в том питье, если им можно только глотку прополоскать в двух направлениях?
Свежая вода принесла ясность сознанию, и пусть тошнота никуда не отступила, стало будто бы полегче. Зверек даже смог осмотреться со знанием дела, выцепить какие-то детали, сделать выводы. Он увидел сапог Альдена, виднеющийся у самого края кровати, его сумку, из которой фамилиар и выполз. Уже после этого Шум приметил и следы вчерашнего бурного возлияния инквизитора, и многозначительный букет на редкость отвратительных запахов, кои сильно били по носу не привыкшего к ним за ночь фамилиара. И да, в комнате находилась незнакомая девица, и ее лицо ничего не говорило горностаю, что отрицало возможность их знакомства в прошлом. Стало быть, никаких случайных встреч давних друзей, никаких намеренных свиданий. Просто незнакомка, с какой-то радости решившая помочь его бестолковому хозяину. Очередная.
«И как у него это только получается», - с тяжким вздохом подумалось Шуму. Удивление было сильно, ибо не укладывалось в голове у зверька, какими такими качествами Лео постоянно привлекал сердобольных авантюристок, готовых ради него браться за любые грязные и потенциально опасные дела, но еще сильнее была радость. Хорошо, что и в этот раз нашлась отчаянная девушка, купившаяся на его врожденную харизму. Хорошо, что об этой бестолочи снова позаботились.
Другое дело, что оставалось невыясненным, кто эта девушка, каковы ее мотивы и что теперь им всем делать. Эти вопросы пока висели без ответов.
- Кхм… Знаете, я не помню, что случилось ночью, да и все последние несколько дней как в тумане, но я догадываюсь, что наша попойка закончилась плачевно. Спасибо вам, что оказались рядом, - фамилиар даже кивнул с претензией на поклон, после чего перевел взгляд на кровать, на которой виднелось тело Альдена. - Он там как, живой вообще? В это, наверное, трудно поверить, но он ничего круче разбавленного вина за обедом или ужином в таверне никогда не берет, но и то редкость. Принцип у него, да и не дружит он с выпивкой. Боюсь я, как бы он не откинулся после всего, что выпил, он сильно перегнул.
Не дожидаясь ответа от безымянной спасительницы, Шум с ловкостью беременной коровы доковылял до кровати, ухватился за свисающую простыню и полез вверх, бурча и сопя, с трудом волоча набитое водой пузо. Даже от такой высоты и нагрузки зверьку поплохело, но он отважно полз на кровать, ибо долг звал, нужно было проверить, все ли с хозяином хорошо. Покорение топчана было сравнимо с покорением самых высоких пиков Ледяного пояса, и когда горностай достиг вершины, лапки его мелко дрожали от усталости, а дышал он через рот. Но там уже все это не имело значения, и он, переваливаясь из стороны в сторону, двинулся к изголовью, забравшись по ноге Лео и мелкой дробью пробежавшись до самого его лица. Там и застыл, едва ли не уткнувшись мордочкой в нос инквизитора.
- Вроде дышит. Вроде бы даже спокойно. А чего это он горячий такой? Аж через рубашку чувствуется, - фамилиар еще раз осмотрел царящий в комнате хаос, изгаженный пол и усталое лицо в целом миловидной девушки, на коем прекрасно отражались все муки прошедшей ночи. Зверек покачал головой. - Говорил я ему, что плохая идея, не стоит того. Хоть бы раз меня послушал, дурень. Надо разбудить, достаточно мы у вас на шее посидели, пора и честь знать.
Набрав в легкие побольше воздуха, Шум заорал во всю глотку:
- Проснись и пой, спящая красавица! Солнце уже высоко!
Реакции – ноль. Всю ночь инквизитор метался в бреду, мучился и страдал, а теперь погрузился в такой глубокий сон, что пискливых воплей мелкого зверька для пробуждения было явно маловато. Раз уж даже пьяные мужланы, горланившие песни в коридоре, не смогли до него докричаться, куда уж Шуму. Но фамилиар не сдался: толкал голову хозяина, пытаясь растрясти, царапал обросшую щетиной щеку и даже основательно укусил в плечо до крови. Только от последнего Лео нахмурился, что-то пробурчал и чуть повернулся на бок, что явно говорило, что каких-то успехов фамилиар добился. Не упуская прекрасную возможность, зверек залез на изголовье кровати, прицелился, с громким криком «банзай!» прыгнул вниз и плюхнулся прямо на лицо инквизитора. И вот тут-то последний пришел в себя, подскочив.
- Что ты творишь… - договорить Лео не успел, его накрыли все прелести похмелья с утра после очень суровой пьянки. Ощущение было такое, будто он сунул голову в колокол, а какой-то гений лязгнул по нему молотом. Силы покинули его. – Твою же маааать…
Мужчина рухнул обратно на кровать, перевернулся на бок, схватился за голову и скрючился, стараясь даже не дышать и не двигаться лишний раз, чтобы боль хоть немного успокоилась, а слабость - отпустила. Когда острые уколы немного отступили, Альден открыл глаза и увидел перед собой вчерашнюю «Ванесу». Разумеется, никаких воспоминаний ни о попойке, ни о последующих приключениях у него не было, они пришли бы много позже в виде неясных обрывков.
- Вы кто? – только и выдал Альден, глядя на незнакомку так, будто она была его воскресшей троюродной бабушкой. А в невыносимо болящей голове уже проносились ужасные теории того, что эта девица могла забыть в одной с ним комнате с утра пораньше после обильных возлияний с его стороны.

0

365

Отступив на полшага, Эстер отерла ладони о складку подола (платье все равно было уже не спасти) и отстраненно улыбнулась той мысли, что ее действия хоть кому-то принесли облегчение: «Во славу Ильтару!»
И, надо отдать тому должное, утолив свою жажду, зверек проявил благодарность: - Спасибо вам, что оказались рядом... - признавшись меж делом, что с выпивкой Лео не ладит… Что, впрочем, из без того было фактом вполне очевидным. Эстер только скромно кивнула, да развела руки в стороны – мол: «Не стоит похвал! Ведь каждый, имеющий доброе сердце, должен был также поступить на моем месте…» - и этот ответ фамилиара устроил (он его, в общем-то, даже не ждал). Теперь уже дело оставалось за малым – проверить, а жив ли хозяин? И, в случае если он жив, обсудить приключения.
По виду и характерным повадкам этот магический зверь, с коим Эстер сейчас «говорила»,  напоминал горностая и, несмотря на последствия вчерашней пирушки, казался довольно неглупым. Вскарабкавшись кое-как (но, не теряя при этом уверенности в собственных силах) по простыне, горностай  принялся тыркать последнего в комнате спящего… Намаялся он с этим знатно, но толку было ровным счетом никакого. Поэтому, чтобы уж наверняка, фам выдумал спрыгнуть хозяину на голову с высоты изголовья.
«Не нужно! Пускай…» - Эстер метнулась к кровати, в попытке пресечь неосторожные действия шумного зверя и убедить его, что пробуждение данного рода вряд ли сделает утро добрее…  Но она опоздала. Лео, в чей жизнеспособности горностай сомневался, все же очнулся, и этому был крайне не рад. Увидеть перед собой незнакомку, что молчаливо следила за его пробуждением с видом полным участия, он тоже был не особенно рад. Как минимум, ее здесь присутствие его удивило, а Эстер же заставил опешить вопрос, который касался ее пребывания здесь: - Вы кто? – девица лишь только глазами похлопала, соображая, как и что ей ответить.
Ситуация была крайне сложная – ведь всего, что случилось, в двух словах  не опишешь – да еще и при том, что слова Эстер должна была облекать в форму жестах, изъясняясь буквально на пальцах. – «Я», - она постучала ладонью себе по груди, - «…паладин», - и указала на перстень с изображением эмблемы Ордена. – «...я всего лишь хотела помочь Вам…» - как объяснить это верно, Эстер не знала, и потому ей осталось лишь только надеяться, что ее поймут так, как она бы хотела. Склонив голову, она вновь приложила ладони к груди и развела, после чего развернула их в сторону Лео, - «…от чистого сердца».
Нет, Эстер отнюдь не ждала похвалы. Ей было достаточно знать, что на этот раз ее действия оказались полезными, а не «усугубили болезнь». Она только хотела понять себя, и чтобы ее, наконец, кто-то понял. По крайней мере, от того, что этот вот «полузнакомый» мужчина не сгинул на улицах Таллема, а постепенно приходит в себя, ей было спокойно, и совесть ее оставалась чиста. Нужно было лишь извиниться перед персоналом таверны за учиненный бардак, а прежде – умыться, ибо слушать такую чучундру вряд ли кто-то захочет. А коль скоро по виду ее собеседников было ясно, что сейчас они оба никак не настроены на разбирательства в тонкостях всех своих приключений, Холли не стала дожидаться того, когда из разрозненных объяснений и образов в мыслях Лео сложится что-то конкретное. Направившись к двери, она сняла установленный ранее «рунный замок» и, неуверенно пожимая плечами, исчезла в коридоре таверны.

Отредактировано Эстер Холли (2016-07-17 17:45:46)

0

366

Стоило прояснить, как для Лео выглядела окружающая действительность после пробуждения с туманом в безжалостно болящей голове. Он совершенно точно знал, что добровольно и осознанно бросил свои кости в зал сего питейного заведения и сел рядом с такими же несчастными и лишенными радостей в жизни, чтобы предаться бурному возлиянию и отвлечься от всех горестей и напастей. Насколько инквизитору подсказывала память, коей удавалось обрывками запечатлеть некие моменты просветления от гнета алкоголя, если он и покидал зал таверны, то лишь ненадолго, в основном днем, когда товарищей по несчастью куда-то сдувало ответственностью и долгом. К вечеру, впрочем, все начиналось сначала, так что искатель не успевал даже расстроиться. Сейчас же было немногим позже рассвета, солнце еще било в окна напрямую, поднимаясь от горизонта и городских стен. По всем законам их трехдневного запоя Альден если и должен был где-то валяться в беспамятстве, то под столом в едальне в обнимку с плотником, дровосеком, кузнецом и вылаканным бочонком чего-нибудь дурманящего. Не в комнате. Тем более не своей. И тем более с девушкой, которая не была похожа на ночную бабочку.
«Хотя откуда я знаю, как выглядят нынешние ночные бабочки. Может, у них сейчас мода на невинность и непорочность».
Этой мысли взраститься было не дано, Лео сам ее и оборвал. Ну не похожа она была, не похожа. Где бы видели проститутку, извалявшуюся в грязи, изгваздавшую дорогое с виду платье и добровольно встретившую утром своего «избранника»? Таллемские шлюхи, как и любые шлюхи в любом крупном городе, знали себе цену, цену эту взвинчивали до небес и в некоторых вещах были брезгливей аристократок. Разумеется, тут еще имело значение место, откуда дамы явились, но Альден все же полагал, что даже в совсем неадекватном состоянии способен не пойти в какой-нибудь вонючий сифилисный портовый притон, а таки раскошелиться на приличное и безопасное место с добросовестным владельцем и маркой, которую заведение будет держать вопреки всему.
«О чем я вообще думаю?! Не мог я…»
Только вот это «не мог» сидело прямо перед ним и хлопало глазами с кукольными ресницами. Кто сказал, что среди представительниц древнейшей профессии не бывает добрых и невинных душ? Образно говоря, конечно. Не все ведь они обязательно алчные стервы. Могут найтись и те, кто проникнется простым человеческим участием к клиенту, захочет помочь в трудной ситуации. Или ей просто захотелось отжать больше денег за свою помощь. Или ее мотивом стало нечто иное, о чем Альдену было не узнать, потому что чем усиленней он пытался вспомнить, тем плотнее становился туман.
Девушка тем временем начала отвечать на поставленный с перепугу вопрос. Жестами. Несколько секунд Альден тупо созерцал ее попытки ему что-то показать, и только после этого его озарило.
«Она немая!»
И все, никаких последующих выводов. Подобное открытие могло означать что угодно: что она и правда очень приличная проститутка, ибо речь и болтливость таким без надобности, что она монашка, принесшая обет, что она убийца, которой все за той же ненадобностью вырезали язык. Каждый вариант был краше всех остальных. Когда Альден был совсем юн и полон скорее мечтаний и фантазий, нежели опыта, то думал, как здорово было бы проснуться утром в компании очаровательной девушки. Солнышко светит, птички поют, а девушка еще и немая до кучи. А вот сейчас, с видом загнанного лиса глядя на оную красавицу, в свои двадцать шесть инквизитор пришел к фундаментальному заключению, что не так уж это и здорово.
Незнакомка закончила свою «речь» особенно странным жестом, после чего просто взяла и ушла. Молча. Без требований, толковых объяснений или обвинений. Искатель же остался лежать в полнейшем недоумении, а по спине его бегали ледяные мурашки.
- Шум, что я делал этой ночью?
- А мне-то откуда знать, - очень просто отозвался горностай, будто подобные вещи были сущей мелочью. Фамилиар приглаживал топорщащийся мех у себя на пузе. - Я очнулся – а она тут сидит на стульчике. Думаю, попалась нам добрая душа, которой с какой-то радости захотелось тебе помо…
- Кто она вообще? Я хочу тебе напомнить, что я женат, измены в мои планы не входили. А в результате просыпаюсь непонятно где, около меня сидит девица, причем немая, и то, что она мне пыталась… сказать, не вселяет в меня никакой уверенности.
Горностай перестал расчесывать шерстку и вздохнул, глядя на хозяина.
- А я хочу тебе напомнить, что сюда ты шел избавиться от ярма ответственности. Сам же сказал, что от брака там одно лишь кольцо да злобный тесть.
- Да, но… Неправильно это, Шум. Не следовало мне так напиваться.
- Не следовало, - согласился фамилиар. – Но сделанного не воротишь, ты уже напился. Но о девчонке я бы на твоем месте не волновался, на ней был корсет. Думаешь, она смогла бы его завязать сама, когда проснулась? Не трогал ты ее. Хотя, конечно, некое соприкосновение душ у вас точно случилось, я бы даже сказал - откровение. Погляди, ты заблевал всю комнату, а она и ухом не повела! Много ты кому свое нутро демонстрировал? Вот уж не припомню, чтобы Анн сидела с тобой до рассвета, без сна и покоя.
Плохая была тема, и хотя горностай не ушел дальше шутки, диспут повис в воздухе. И еще куча других вещей, в том числе тяжелый запах пьянчуги и рвоты.
- От меня разит, как от помойной канавы, - резюмировал инквизитор, со стоном приподнимаясь и усаживаясь на край кровати. – Давай рвать когти, Шум. Самое время.
Фамилиар немного успокоил мужчину своими рассуждениями о корсетах, но дальше испытывать судьбу было делом рискованным. И так обложили девушку своей неспособностью использовать мозги, кучу уборки за собой оставили, так еще и дальнейшим уходом за собой обременять? Справятся, чай, не девицы красные, на перинах взращенные. Похмелье – не битва при Анактелионе, выживут.
Похватав свои вещи и оставив на столе пригоршню монет, коих хватило бы на оплату комнаты за два дня и сытный обед сверху, парни вылетели со скоростью похмельной черепахи в коридор, а там по стеночке, опираясь на отошедшую в прострацию память, добрели до своей комнаты. Там Альден умылся, ибо бадья с водой стояла уже несколько дней нетронутой, скинул с себя одежду и завалился спать. Голова болела с каждой минутой все больше, внутренности танцевали лезгинку, даже остатки жара все еще ощущались, и сон казался лучшим выходом из всего этого.  Далеко не сразу, но инквизитору удалось задремать, а после и вовсе глубоко заснуть.

***
21 число месяца Благоухающей Магнолии 1647 года, вечер.
Проснулся он только вечером, его снова разбудил Шум, пусть уже куда более гуманными способами. Зеркало связи, выданное Орденом, отчаянно требовало внимания, причем уже не в первый раз. С трудом продрав глаза и вспомнив, где он и что он, Альден поднял с пола наполовину вытянутое фамилиаром из сумки зеркало, быстро расчесал пальцами волосы, ничуть не улучшив их вид, зажег свечку на тумбочке щелчком и активировал руну.
- Спящий инквизитор – мертвый инквизитор, - оповестил Лео баритон, раздавшийся из зеркала на всю комнату. Серебряная поверхность отобразила крайне сурового вида мужика с недельной небритостью.
«А сколько лет не брился я?» - подумал инквизитор, рефлекторно проведя рукой по щеке. Ответ был получен – давно.
- Чего тебе, Фрей? Соскучился?
- А то. А Венс-то как соскучилась, не передать! – на секунду мужик замолчал, а на фоне что-то грохотало, вроде бы даже ощущался чей-то голос. Послушав эту какофонию немного, небритое лицо вновь вернулось в зеркало. – Слышал? Говорит, что заставит тебя раскаленные гвозди жрать, по одному за каждый час неустойки.
- В отпуск бы ей, - протянул Альден, упираясь локтем в колено, а подбородком – в ладонь. Его лицо прямо-таки источало интерес к сему диалогу.
- Тебе виднее, ты же у нас знаток отпусков. В них ходишь чаще, чем на работу. Куда сейчас боги занесли?
- В Таллем. Я же предупреждал, что есть незакрытые дела, а сроки поджимают. Морин первая потом орать будет, что канцелярия спустит псов за неподготовленные бумажки.
По широкой улыбке по ту сторону стекла стало понятно, что в официальное оправдание Фрей не поверил. И никогда не верил.
- Неважно. Тут дельце назревает, тебя командировали, как и многих наших.
- Куда? – оживился инквизитор.
- В деревню Каменюки, что у устья Нары. Там тебя встретит связной по имени Прокруст, он и объяснит, что к чему.
- Такая секретность?
- Никакой секретности, просто лучше не болтать о том, о чем не смыслишь. А я в ведьмовских шабашах не смыслю. Бывай, Лео, и не забудь: Каменюки у устья Нары.
И лицо растворилось в серебре зеркальной поверхности, из которого на инквизитора глянула его собственное усталое лицо с синяками и мешками под глазами. И не скроешь, что пил уже дней пять, три из которых – совсем жестоко.
- Выдвигаемся? – поинтересовался Шум.
- Утром. Все утром, - проговорил инквизитор, накрываясь обратно одеялом.

***
22 число месяца Благоухающей Магнолии 1647 года, утро.
Утром, как и было обещано, они выдвинулись в путь, суть которого представлял собой выход за ворота города и использование минойской сферы до окрестностей Каменюк. C управляющим Лео полностью рассчитался и даже извинился за беспокойство, в той же таверне купил провиант в дорогу. Одежду инквизитор с большего почистил, те же сапоги и безрукавка успешно приняли человеческий вид, а рубашку и штаны постирали за пару медяков сверху с распоряжения управляющего, пока Альден седлался и паковался. Высыхали они уже при помощи магии – инквизитор не мог ждать слишком много. Дорога звала.
Стало ли ему легче от того, чему он предавался последние несколько дней? Пожалуй. Что-то тяжкое отпустило душу, пусть глобально проблемы тревоги никуда не делись. Наверное, инквизитор просто вернул себе кусочек той свободы, которую раньше имел. Доказал сам себе, что ничего не поменялось, мир не рухнул, никого рядом по-прежнему не было, кроме Шума и случайных попутчиков, которые уходят так же просто, как и являются в его жизнь. Пришла легкость. Он никому не был ничего должен, и никто в свою очередь не искал его и не нес за него ответственность. Очередное задание, еще пару месяцев колебаний – и он бы созрел до разговора с Хьервином. Командор изначально во всем был прав. Драконам-графьям и простым людям по одной тропе не идти.
Но это был вопрос далеко не того дня. В тот момент Лео ждали Каменюки и Прокруст.

http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [Квестовый эпизод «Пробуждение Царя Лесов», 28 БМ 1647 ]

Офф

Увы, но я вынужден откланяться, квест ждет. Думаю, эпизод уже отыгран, да и ты вся в делах, так что едва ли потеря столь велика. Так или иначе, но спасибо за игру и помощь бестолковым инквизиторам.

+1

367

21 число месяца Благоухающей Магнолии 1647 года, утро/день

К помывочной Эстер шагала под свое же дыхание: вдох – шаг, выдох – шаг. Она ощущала, как быстро колотится сердце, и как уши под покровом растрепанных прядей горят: «Уйти было верно. Незачем там оставаться… Я даже объяснить ничего не могу. Зачем же нагнетать обстановку?» - говорил в Эстер внутренний разум, - «…но ведь я просто сбежала, а это не особенно вежливо», - говорили эмоции. Паладинка не знала, к чему будет вернее прислушаться, и потому предпочла сменить тему для мыслей. Взгляд ее пал на кадушку с водой…
«Если сейчас расшнурую корсет, то уже не надену, а это лишь бросит тень на мое благочестие. Да и смысла в том мало – в комнате все еще настоящий свинарник, стоит ли мыться, пока там нет порядка?» - доводы в пользу того, чтобы мытье отложить, были весомые, и Эстер ограничилась тем, что закатав рукава и разувшись, вымыла волосы, руки и ступни. Ну, и конечно лицо. Обувь, подсохшую за ночь, уже можно было надеть, что она и проделала. Теперь оставалось лишь высушить голову и, по возможности, отчистить подол: «А то, право слово, хуже поденщицы!» - не то, чтобы к людям рабочих профессий Эстер относилась предвзято, но чистота, необходимая для лазарета, приучила ее держать в чистоте и одежду, и тело. Обернув полотенцем еще влажные волосы, она возвратилась обратно в гостиничный номер, подбирая «слова», какими намеревалась извиниться за свой внешний вид, но…
Извиняться по возвращению в комнату уже было не перед кем - Лео и Шум растворились. Эстер на секунду застыла в дверях, размышляя – а не приснилось ли ей это все? Однако же, нет. Пьянчуга исчез, как и не был, но запах с бардаком оставались, подтверждая суровость реальности. - «Что ж, не всем оставляют букеты из роз…» - сыронизировав мысленно, девушка все же переступила порог и, тихо затворив дверь у себя за спиной, прошагала к окну, стараясь не наступать на разлитые жидкости. Что это было - уже не было важно, мыть то придется – как ни крути…
Правда, обведя взглядом комнату, Эстер заметила на столе горстку денег. И довольно хорошую горстку! Радости ей это не особо добавило, но: «Так и быть, извинения приняты! И…до свидания», - грустная полуулыбка чуть тронула бледные губы. Собрав деньги в горстку и спрятав в кошель, Эстер опустилась на стул. Ей было грустно и, как всегда, одиноко. Новым это ощущение (ставшее отчего-то особо пронзительным в этот самый момент) не было, и паладинка умело его в себе подавила. Сейчас разводить сантименты было не впору – открытым оставался вопрос как с уборкой, так и с долгами приятеля… «Наверное, начнем с конца», - определилась Эстер. Теперь нужно было выбраться из гостиницы в зал таверны. Досушив волосы, легшие мягкими прядями у нее по щекам, Эстер расчесала их на привычный пробор и, растворив все окошки (брать в комнате все равно было нечего), снова покинула номер.

В зале таверны, как и всегда, было людно. Кто-то из вчерашних гуляк так и спал по столам, хотя посуду с них все же убрали. Келли, дремавший на балке, заметив хозяйку спикировал вниз: - Эстеррр! – скрипучим попугаичьим голосом прогорланил он имя хозяйки, добавив ей на ухо: - А у вас – спина черная! – Эстер было сейчас не до шуток, и потому она предосудительно глянула на нагловатого фама. – Ладно-ладно, завязываю… Буся ушел? – Эстер, пожалуй, единственная, кто  с полуслова понимал бредни Келли, кивнула: – «Ушел», - взгляд ее упал на носки собственной обуви. – Акал с ним, он все равно мне не нравился! Ты лучше туда посмотри… - он дернул крылом в сторону одного из столов у окна, - …во-он тот змееглазый, какого ты очень искала! – Эстер обернулась. За столиком и впрямь восседал василиск. И компания, частью которой он являлся, действительно играла в карты… Стоило действовать быстро.
Подойдя к стойке распорядителя комнат, Эстер возвратила ключи и попросила бумагу, показав незатейливый жест, напоминающий движенье руки при письме. К счастью, она была понята, и бумагу ей дали.
- Простите за грязь, у меня просто не было выбора. Я готова исправить все то, что натворила, или оставить двойную оплату.
- Что же, со всеми случается… – ответил распорядитель, прочитав запись Эстер, к счастью, он не до конца понимал, о чем говорит. Жадность его подводила: - Давайте, не будем обременять ни Вас, ни нас… Оплаты достаточно! А персонала довольно, своими силами справимся…
Эстер, возможно напрасно для собственной совести, кивнула, высыпав горстку оставленных Лео монет. Этой суммы было достаточно не только чтобы оплатить ночь постоя, но и вернуть долг за Айко, так что по части финансов Эстер осталась лишь в выигрыше. Завершив диалог с тавернщиком, она прихватила листочек бумаги с собой и уселась за первый подвернувшийся столик. Заказывать завтрак она не спешила, нужно было скорее закончить дела и, наконец, распрощаться с антуражем таверны…
«Айко. 20 БМ, 47» - так кратко звучала вторая записка, легшая перед змееглазым, когда Эстер легоньким перышком порхнула на выход, звякнув назначенной суммой о поверхность стола. Оставалось лишь только надеяться, что она, вкупе со строгим паладиновским взглядом возымеет успех, а у «карточных принцев» есть честь…

http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [ Таллем ... Дом Сильвио Монтелла ]

Отредактировано Эстер Холли (2016-08-05 03:55:46)

+1

368

<<< Пункт телепортации.

Переход с 29-го на 30-е число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Поздний вечер-утро.

Как долго он плелся до «Пьяного Паладина» проклятый минутами не мерил, а оказавшись в таверне поспешил выловить хозяина заведения. Именно ему Бэй всегда вверял ключ от своей комнаты, когда решался прогуляться за стены города. Конечно, тавернщик не преминул напомнить постояльцу сколько кровных тот оказался должен с момента удержки его комнаты и посоветовать Эйнохэйлу посетить банные комнаты или же лохань «к себе» потребовать. Но и внешний вид к тому времени уже мало заботил иштэ. Хотелось просто завалиться на кровать, проваливаясь в бурную атмосферу кошмаров, и проспать так до обеда следующего дня, если не еще дольше.
В итоге, пообещав хозяину рассчитаться на днях и забрав ключ, Бэйнар поспешил до своей комнаты, где, едва скинув с плеч сумку, раздевшись и дойдя до постели, практически моментально уснул.

Отоспаться, как и планировал, у мужчины почти получилось. Если бы не тревожные сновидения, от коих спасу не было, так бы точно до полудня и просопел. Однако, очнулся проклятый многим раньше, но отдохнувший. Это понимание пришло к нему сразу после того, как он перестал нервно отмахиваться от ночных фантомов и осознал, что находился в четырех стенах один. Следующей по ушам резанула успевшая подзабыться тишина, что так же указывала на полное одиночество мужчины.
Как не хотел того Бэй, а желанное умиротворение и спокойствие все никак не хотело закрадываться в душу и рассудок. А он все ждал этого чудесного мгновения. Сидел и ждал... неистово, пытаясь отыскать вожделенное чувство в самых глубинах себя самого, но… Проклятый раздосадовано цокнул языком, вставая с кровати и направляясь к небольшому шкафу. Он просидел в постели не менее минут десяти в тщетных попытках найти то мироощущение, на которое уповал, срываясь из Рудморга.
«Может стоит и отвлечься, а не питать ложных надежд на то, что все придет само собой», - произнес про себя проклятый, распахивая дверцы шкафа и вытаскивая из него первое из чистых вещей, что попадалось под руку, - «Вот только на что? Как раньше на площадь мальцов потешить или… Тейар тебя подери!». Озарение, что в квартире у Эль гостил пустобрюх, некогда «усыновленный» Эйнохэйлом, окатило мужчину словно его в ледяную прорубь только что окунули. Как ни крути, а надо было забирать животину. «И что тогда? Возвращаться к ним с этим свинтусом? Отлично время провел, Бэй, молодец. Подумал, разобрался и приволок кусок мохнатого сала. Это же так поможет ситуации! Перевязать летной и призентовать его Альвэри...». Прикрыв глаза иштэ не слабо приложился лбом о дверцу шкафа.
- С-с-с…
Да и делать было особо нечего. Стоило забрать у алла месячную плату и расквитаться хотя бы с тавернщиком, так что… «Пэп, я иду к тебе!». Наметив план дальнейших действий, Бэйнар полностью привел себя и свой внешний вид в порядок.

После всех банно-ванных процедур мужчина спустился вниз. Заходить в едальню он не стал, и без того будучи должным хозяину таверны. Вместо этого иштэ поспешил навестить Эллюмиель, которая все это время нянчилась с его новым питомцем.
А уже через минут –надцать проклятый стоял перед нужной ему дверью в доме по улице Китлен Брейндж, ожидая, когда же ему откроют, если девушка вообще была дома в сей час.

>>> Квартира Бэйнара.

+2

369

<<< Городские улицы Таллема

30 число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Ранний вечер-Ночь.

Расплатившись за зелья, иштэ таки поспешил вернуться на постоялый двор. У дверей «Пьяного Паладина» Бэйнар очутился ближе к вечеру. Раздав все свои долги, поужинав и накормив пустобрюха, проклятый наконец оказался у себя в комнате. Вот уже минут с десять он сидел у изголовья кровати и пристально рассматривал маленькие флаконы, помещающиеся у него на ладони. Раздумья на счет эффективности и отсутствия брака в приобретенном им товаре напрочь отсутствовали, ибо решительность перед принятым выбором брала верх над всеми сомнениями. К тому же, как говорилось, кто не рискует – тот не пьет. А уж в ком, если не в Бэе, жил риск?
- Не знаю, была ли ты в курсе, но теперь у нас у обоих есть шанс узнать обо всем заново. И я искренне надеюсь, что это произойдет при совершенно иных обстоятельствах, - Эйнохэил откупорил одну склянку, затем вторую. Его взгляд пал на умиротворенно-спящего на полу свина, - За тебя, Пэп!
Отсалютовав пустобрюху, мужчина осушил оба флакончика и завалился на кровать. Он что было мочи пытался припомнить все эпизоды, хоть напрямую, хоть косвенно затрагивающие тему ребенка и беременности Альвэри в целом, а также сам факт покупки зелий. Из-за обилия картинок и вороха прошлого засыпать становилось в разы тяжелее, но, видимо, поддавшийся действию варева рассудок вскоре постепенно начал проваливаться в царство Нирдема, оставляя волнующие клочки воспоминаний где-то между сном и явью.

Дайсы

Отредактировано Бэй (2016-11-19 19:59:37)

+1

370

31 число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Раннее утро.

Проваляться в постели дольше, чем обычно, конечно же, у Бэйнара не вышло. И причиной тому на сей раз стали ни только кошмары, терзающие недремлющее сознание на протяжении всей ночи. Кульминационный пик всей творившейся в голове вакханалии прервал поначалу тихий звук, едва тянущий на что-то реальное, но и навряд ли вписывающийся в сценарий и какофонию звуков очередного дурного сна. Мужчина дернулся на кровати, однако глаз не открыл до тех пор, пока подобие глухого удара из вне не повторилось. Спросонья, да еще и только-только уйдя от тревожащих картин ночи, понять, что происходило вокруг удавалось далеко ни сразу. На то, чтобы распознать стук в дверь от противно-режущего слух повизгивания и прочего шума, доносящегося с улицы, у Эйнохэйла ушли добрые минуты. А тем временем ранняя пташка, так рвущаяся попасть в комнату иштэ, начинала долбиться все сильней и настойчивее. «Смотри, дверь с петель не сорви», - все еще раскачиваясь, произнес про себя проклятый. Он медленно сел, продирая глаза после короткого отдыха и с облегчением выдыхая. Он, как всегда, был рад, что очередная ночь была позади, но сейчас больше внимания к себе приковывало ни время суток… «Да иду я, иду!!», - раздраженно кинул Бэй, заслышав очередной стук, - «В лепешку там не расшибись от натуги!».
Мужчина поднялся, а вот спокойно прошествовать к двери у него не получилось. Сделав буквально несколько шагов, Бэйнар спотыкнулся обо что-то мягкое, насколько мог судить, врезавшись в «пуфик» мыском. «Бл-ть!!», - это было единственным и, пожалуй, самым емким словом для подобного пробуждения, что вообще могло зародиться в голове полусонного, чутка раздраженного человека. Сам же «предмет мебели», который непонятно как оказался под ногами почти посредине комнаты, громко взвизгнув, отскочил с траектории падения иштэ, наблюдая за всей картиной откуда-то со стороны. За грохотом собственного шлепка на пол проклятый не услышал еще одного надрывного стука, оборвавшегося в момент ни самого мягкого приземления хозяина комнатушки. «Чтоб тебя!». Переворачиваясь с коленей на пятую точку и усаживаясь на половицах, Эйнохэил зло воззрился на пустобрюха, появление которого в своих стенах объяснить не мог. Зато благодаря животине все остатки кошмаров как рукой сняло. И кофе пить не надо было. «Откуда ты… Я когда-нибудь убью этого вива, и видят Боги, от большой и чистой любви к нему. Совсем как у него ко всей лесной фауне!». Мужчина совершенно не помнил как, когда, зачем и почему здесь появился этот свин, но абсолютно был уверен в том, что притащить его мог только Нерикс. «Надеюсь, ты его не подстрелил, чтоб он мне тут все кровищей замарал, а потом подох где-нибудь под кроватью… Да иду!». С мыслей о пустобрюхе проклятого вновь сбил отчетливый звук.
Поднявшись на ноги, Бэй поспешил открыть треклятую дверь. Надежда на то, что в коридоре стоял его мохнатый друг, горящий желанием забрать хрюнделя, улетучилась сразу же, как только укоряющий взор синих глаз пал на молодого мальчонка, точно таким же взглядом сверлящего появившегося из приоткрытой двери мужчину.
- Утречка Вам доброго.
Мальчишка дожидаться каких-либо наводящих вопросов не стал, и поприветствовав Бэйнара, тут же вручил ему письмо. Недовольство иштэ быстро сменилось удивлением, но и на то, чтобы дать хоть какие-нибудь объяснения, юный посыльный не сподобился, улизнув прочь, едва адресат заинтересовался посылкой побольше, чем им самим. Кроме адреса «Пьяного Паладина» и номера комнаты Эйнохэйла на запечатанной бумаге ничего больше не было. Проводив малость озадаченным взглядом ретировавшегося мальчонку, мужчина закрыл дверь и на ходу принялся распечатывать письмо. «Вряд ли бы Нер строчил мне из-под куста, пораньше отправившись на излюбленную охоту». Тогда кто? Память этим утром подводила, как никогда раньше. Да и не помнил проклятый, чтобы кому-то когда-то раздавал свой адрес.
Усевшись на краю кровати и развернув письмецо, Бэй быстро пробежался глазами по первым строкам. «Альвэри, мы понимаем всю важность Вашего отсутствия, приняв его как должное, но прошло слишком много времени, дабы мы продолжали работать, как прежде…». «Эй!!», - мужчина вскинул голову, - «Я что, на Альвэри похож?! Малой, ты…». Но говорил то он все это про себя и глядя на закрытую дверь, за которой никого уже не было. «Что ж за утро то такое?!». Иштэ тяжело вздохнул. Письмо явно было доставлено не в ту комнату, как минимум, не по тому адресу, как максимум. Но раз уж вскрыл, грех было не дочитать, чего эдакого приключилось с неизвестной ему Альвэри. «…Не зная, где наверняка Вас искать, отправляем схожие письма по нескольким адресам, что оставили нам. Ждем вестей, а лучше - появления. С наилучшими пожеланиями...». «Что оставили? Несколько, и мой – один из них? И кто такая эта Альвэри, которая оставляет всяким там…», - хмурый взор пал на имя отправителя, - «…Эрихам мой адрес?». Вопросов за столь короткий промежуток времени становилось все больше. Мужчина не помнил, как провел вечер накануне, не ведал, откуда в его комнате появился пустобрюх, в душе не чаял, почему ему передавали письмо для какой-то девушки. Ото всего этого бедлама голова начинала идти кругом, а внимание более не цепляли ни свин, с важным видом расхаживающий возле, ни какие-то пустые бутыльки, валяющиеся в постели, ни сама записулька, что покоилась в руке. 
Вообще состояние души и тела было далеко от тех красот, что обычно испытывал Эйнохэил после дикой попойки. Ни одного из признаков удачно прошедшей ночи не находилось. Да, немного давило на виски и память отшибло к Тейаровой бабушке, но это ж ни бадунище, хорошо знакомое не понаслышке. «Наверное, стоит подумать обо всем внизу». Как ни крути, а есть тоже хотелось. Тем более что в кармане штанов весело позвякивали монеты. «Раз не спустил все в кости, то точно не под крышей таверны развлекался». Все умозаключения к этой мысли и сошлись. А сам мужчина все же предпочел горячий завтрак и пинту темного унылым самокопаниям.

На удивление Нерикса в «Паладине» не оказалось, да и тавернщик о мохнатом постояльце ничего сказать не мог. В свете этих новостей было решено оставить вопросы о пустобрюхе и их с другом вечернем досуге на потом. А вот ситуация с письмом так и оставалась неразрешенной. «Альвэри… Альвэри…». Перечитывая строчку за строчкой письма, что прихватил с собой в едальню, Бэйнар пытался упомнить всех своих знакомых женского пола и их имена. Увидь он эту загадочную особу воочию, может быть и узнал бы, а так… А так память цеплялась лишь за одну возможную претендентку на звание Альвэри. «Но ведь та лоддроу была отсюда». Проклятый свел брови, силясь припомнить эпизоды полугодовалой, а то и больше, давности, и обращаясь к адресу отправителя. «А потеряли ее аж в Хартаде. Забеспокоились друзья?», - Эйнохэил отхлебнул из пинты, - «А я-то тут причем?! Знались один вечерок, да и тот не слишком-то удачно». Однако, не смотря на весь скепсис, мужчине в силу его характера, все больше становилась интересной сложившаяся ситуация. Конечно, можно было не заморачиваться и послать ответное письмо, но уж больно хотелось посмотреть в лицо того самого Эриха и лично в глаза спросить: «Какого хрена?». «И все лучше, чем сидеть здесь, дожидаясь мохнатой задницы».

Закончив с завтраком, прихватив с собой сумку и пустобрюха, оставить которого было не на кого, иштэ отправился к городскому телепорту, откуда и махнул в Хартад.

>>> Город Хартад. Книжный магазин.

Отредактировано Бэй (2016-12-15 17:32:44)

+2

371

[ Бордель «Алый закат» ] http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png
3 число месяца Страстного Танца 1647 год, позднее утро

Камни мостовой приятно холодили ноги, тогда как ласковое солнце постепенно согревало ледяную кожу. Змея постаралась быстро взять себя в руки, чтобы не привлекать излишнего внимания к своей персоне и торопливо зашагала в нужную сторону. Народу на улице еще было немного, но она никак не могла понять радоваться ей этому обстоятельству, или же наоборот. С одной стороны чем меньше людей ее увидят, тем лучше. Все таки не каждый день по улицам ходят босые девушки в белых платьях с вполне запоминающейся прической. А с другой ей хотелось толпы. Видеть, осязать, осознавать творящуюся вокруг реальность происходящего. Казалось, стоит остановится лишь на миг, как скрипучие голоса вернуться и скользкая темнота сможет ее поймать.
И тем не менее, курить ей все еще хотелось. Выбор жертвы не заставил себя ждать. Как раз на траектории движения молодой мужчина прикурил и положил коробочку с табаком в карман. Стражница пристально вгляделась куда-то вдаль и словно случайно столкнулась с ним плечом.
- О, простите, я такая неловкая! Надеюсь, я не ушибла вас? Как глупо получилось, извините...- извиняющаяся улыбка, чуть заинтересованный взгляд, скользнувший от глаз к губам и обратно, и редкий мужчина заметил бы в своем кармане чужую ловкую руку,- Ах, как жаль, что я тороплюсь...
Мимолетное, робкое касание плеча и змея быстро развернувшись заторопилась дальше. Один раз следовало оглянуться и подарить парню дополнительную смущенную улыбку, не переставая прижимать к животу заветную коробочку. Длинный рукав весьма удачно прятал добычу от посторонних глаз, а достаточно глубокое декольте успешно отвлекало случайное внимание от мелькающих из-под подола босых ног. Чтобы лучше приглядеться ко всему остальному образу его следовало разглядывать несколько дольше, чем позволяли быстрые шаги. За следующим поворотом показалась нужная таверна.
Змея на секунду притормозила у входной двери, машинально скользнув рукой по скуле в попытке поправить паранджу. Вместе с обнаружением ее отсутствия в голове всплыло запоздалое воспоминание о том, что профессию она все же сменила. Призрак замешательства отразился в зеленых глазах, но ладонь уже уверенно толкала дверь. Падший, даже попадись она ему на глаза, ее все равно не узнает в таком виде, так что бояться здесь нечего. Да ее сейчас никто не узнал бы, даже Леон, глядя в упор, не признал бы в этой ассури свою бывшую подчиненную, а он видел ее многим отчетливей, нежели большинство случайных наемников с которыми она вела знакомство.
Время было слишком раннее, чтобы зал оказался забит шумными и пьяными посетителями. Вместо этого помещение излучало обманчивый флер сонной тишины и замершего времени. Кто-то только завтракал, кто-то уже отходил от ночной гулянки потягивая первую кружку пива. Стражница скользнула взглядом по столам, безотчетно остановив его на излюбленном месте возле окна. Девушка развернулась и пошла в противоположную от него сторону, выбрав стол недалеко от входа. От скручивания самокрутки ее отвлекла невзрачная девица, скептично оглядывающая новую клиентку. Змея даже не подняла на нее взгляда, сосредоточившись на более важном деле.
- Чай,- чуть дрогнувшими руками она прикурила и уперлась пустым взглядом в столешницу.
Ей все еще хотелось выпить, а лучше и вовсе налакаться до беспамятства. Но стало страшно дурманить сознание хоть каплей спиртного. А вдруг они только этого и ждут, чтобы вернуться? Чтобы убедить ее в своей реальности? Чтобы добраться до нее? Чтобы... Крохотный тлеющий уголек сорвался и эта мелкая секундная боль отвлекла ее от погружения в глубины сумасшествия. «Что за бред. Я... перепсиховала. А это просто временное помешательство, которое скоро пройдет. Нет никаких богов, по крайней мере не тех, которых я слышала. А если и есть, то не стали бы они со мной говорить. Такое только с юродивыми фанатиками творится, а я не из их рядов. Банальный глюк и все. И я не схожу с ума, это пройдет. Пройдет. Должно пройти» Мысли снова начали течь не в ту сторону и асура осторожно коснулась рукой ожога. Боль привела ее в чувство, напомнив, что реально на самом деле. Стараниями ожившего разума скепсис упорно вытеснял цепкий страх неведомого. Не было никакого божественного вмешательства в том храме, только дурная женщина и сумасшедший мужчина. Поразительное, роковое стечение обстоятельств в котором никто не виноват и которое просто случилось. Она откинулась на спинку стула, разглядывая привычный узор на деревянной поверхности, и пытливо вслушивалась в происходящее вокруг, нервно ожидая чего-то. Казалось, прошла целая жизнь и еще немножко, прежде чем уши уловили знакомую поступь. «Хм, нашел»
Сайленсс неспешно глубоко затянулась, наслаждаясь вкусом табака, и подняла глаза на дракона. Ее личный палач, возлюбленное творение Акала не иначе как в соавторстве с Тейаром, бессменное чудище ее забытых ночных кошмаров. Эфемерные струйки дыма просочились сквозь приоткрытые губы, обласкав бледную кожу щек, обтекая прямой нос с чуть заметно подрагивающими крыльями. Застили глаза, превращая стоящий перед ней образ в неясное творение Изнанки, от которого нужно бежать без оглядки, бросив все. Кажется, он что-то говорил, хотя быть может это была лишь игра табачного дыма, исказившего его лицо. Она ничего не слышала, кроме собственного сбивчивого пульса. Где-то на задворках рассудка, здравый смысл робко намекнул, что не стоило останавливаться, что нужно было исчезнуть и не позволить себя найти. Но, не хотелось. Вместо этого она устроила тлеющую сигарету на краю стола, одним слитным, текучим движением поднялась на ноги и приблизилась к нему, скользнув задумчивым взглядом с лица на грудь. Протянула руку, туда, где наверняка болезненно тянул и дергал оставленный ею след. Пальцы замерли напротив, так и не коснувшись.
[float=left]http://s0.uploads.ru/t/bW9Uk.png[/float]- Дракон,- она осторожно обняла его за талию, стараясь не коснуться свежей раны, и прижалась щекой к плечу. Ребра накрыло болезненной обжигающей волной, но она только крепче сцепила руки, пытаясь удержать ускользающую реальность,- Не уходи больше.
Не жуткие потусторонние голоса, не абсурдный поход в заброшенные руины, не дурацкое согласие спрятать украденную шкатулку. Прильнуть всем телом к тому, кто накануне замучил, искалечил, почти убил, и находить в этом истинное успокоение. К тому, кого она так долго пыталась возненавидеть и безвозвратно вычеркнуть из памяти. Чувствовать, как рваный ритм сердца перестраивается на правильный, спокойный такт и с наслаждением вдыхать тягучий, как смола, мускусный аромат его кожи. Вот в чем заключалось подлинное безумие.
За спиной раздались приглушенные шаги и посуда негромко звякнула, оказавшись на столе. Асура прикрыла глаза, чтобы ничего не мешало смаковать изысканное переплетение чарующих запахов табака и одного конкретного дракона, и глубоко вздохнула, прижавшись губами к пульсирующей на шее вене. От кончиков пальцев вверх прошла мелкая дрожь, суетливо поднялась к плечам, перетекла на спину и поползла ниже, пока ноги не стали ватными, с трудом сдерживая ее. Зубы неслышно застучали друг о друга и даже стиснутая челюсть мало что смогла изменить.
Стоило лишь немного расслабиться, как шок начал проходить и тело решило ответить на такое непочтительное к себе отношение.

Отредактировано Сайленсс (2017-07-10 21:58:49)

+4

372

[ Бордель «Алый закат» ] http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png

[ утро-день 3 СТ 1647 ]

Совместный пост с Сайленсс

Ничто не предвещало. Кантэ мог понять желание девушки уйти подальше от него в частности и от борделя в целом, но не мог и подумать, насколько скоропостижно она решит это сделать. Все выглядело до жути нескладно: змея ясно дала понять, что дождется, лучилась зыбким, но все же спокойствием и по всем признакам не собиралась срываться с места сломя голову. С ней что-то произошло в комнате? Она же была там одна. Что, черт возьми, могло заставить ее бежать босой и без гроша в кармане на улицу? Дракон не сомневался в змеиных талантах разжиться мелочью, вот только нынешняя амуниция могла вызвать некоторые трудности в путешествии, да и ни к чему усложнять и без того незавидное положение дел. По крайней мере, с его точки зрения. Ассура могла думать совершенно иначе.
Выпивка упорно ассоциировалась в таверной, и Кантэ настолько уверовал в свою теорию, что даже не стал спрашивать прохожих. Связавшись с наемничеством, ассура не могла не побывать в Таллеме. Змея наверняка старалась идти быстро и по мере возможностей ни с кем не контактировать, а горожане с утра, пусть и позднего, люди занятые, по сторонам не зыркают и друг друга пристально не разглядывают. Дракону и вовсе повезло с узнаваемостью. Кантэ людные места не жаловал и бывал в них редко, но когда выбирался, скрываться не слишком трудился. Природа наградила его привлекательной, с правильными чертами и толком не запоминающейся для мимолетного взгляда внешностью. Видная мускулатура и рост, но не уникальные в своем роде - амбалов и покрупнее можно встретить. Глаза драконьи, ну и что? Он, слава Создателю, не единственный крылатый ящер во вселенной. Никаких ярких и неестественных оттенков волос, отсутствующих частей тела или шрама на все лицо - ничего, цепляющего взгляд. Приметный для случайного прохожего, Кантэ спустя несколько минут превращался в замутненный образ, стоило ему пройти мимо и оказаться за спиной. Конкретика выветривалась, потому что на подкорке не оставалось ни единой особой приметы, а изучения вскользь мало. Столь удобной особенностью могли похвастаться многие, но, в отличие от мирного населения, дракону она действительно была на руку.

Искомая таверна находилось на соседней улице и обнаружилась быстро. Удивляться не пришлось - змея сидела за дальним столиком у окна и отрешенно дымила самокруткой. Неспешным шагом Кантэ приблизился.
- Я, конечно, могу понять твое желание побыстрее смыться... - договорить он не успел. Точнее, не стал договаривать, переключившись на действия ассуры, ускользающей из-за стола по направлению к нему.
- Дракон, - она осторожно обняла его за талию, стараясь не коснуться свежей раны, и прижалась щекой к плечу, - Не уходи больше.
Да уж вижу, что чревато. Явно что-то у нее наедине с собой пошло не так, - вслух Кантэ не проронил ни слова и вновь аккуратно обнял змею. Был ли это тленный порыв, продиктованный слабостью после каторжного лечения, изменчивость и неопределенность в своих чувствах, а может и все разом, пока оставалось загадкой. Дракон решительно не хотел заострять на этом внимание, потому что ничего обещать ей не мог. Поцелуй на шее, приправленный теплым дыханием, заставил шумно выдохнуть носом и едва не вдавить пальцы в кожу. Ощущая, как девушка почти обмякла в руках, Кантэ придержал ее крепче, и нашелся сказать только:
- Давай позавтракаем, - очень захотелось сейчас чего-то простого и земного, не обремененного трагедией, без борьбы, слез и крови. Идиллическая эклога ему точно не грозит, да и наскучила бы, но иногда нужен перерыв. Если они не смогли нормально начать встречу, у них еще есть шанс спокойно ее закончить. Усадив ассуру на прежнее место, дракон разместился напротив и подозвал разносчицу.
- Мясо лучше всего восстанавливает силы, а тебе они не помешают. Стейк будешь? Два сочных стейка слабой прожарки принесите, и воды, - когда официантка удалилась, дракон вернул взгляд на змею, по пути мельком приметив чашку с чаем, - Смотрю, все же без бренди. Почему убежала так внезапно, скажешь?

Легкий укол сожаления, когда дракон отпустил ее, резво согнал расплывшиеся в неясной неге мысли обратно в змеиную голову. Асура чуть нахмурилась, приподняла подол платья и залезла с ногами на стул, поджав их под себя. Дрожать они от этого перестали, хотя дискомфорт никуда не делся. Какого черта ее пробило на все эти нежности, да еще к нему? Почему вообще сидела здесь, когда следовало исчезнуть из города, пока не стало хуже им обоим, а уж тем более ей самой? И откуда это тейарово сожаление?.. Стоило разобраться со всей той ахинеей, что сейчас била ее по мозгам, но момент был не самый подходящий, поэтому она только дернула плечом и кивнула в ответ, соглашаясь с его выбором блюда. Желудок с самого утра намекал на что-то подобное, но вот только времени обратить на него внимание все никак не находилось.
Прозвучавший вопрос был более чем ожидаем. Еще бы, она и сама понимала насколько абсурдно и глупо выглядел ее поступок со стороны. Пить хотелось неимоверно, но перспектива брать дрожащими руками емкость с кипятком совершенно не соблазняла. Вместо этого змея подцепила со стола самокрутку и затянулась, встретившись взглядом с ящером.
Что она могла ему сказать? «Ой, да все нормально, просто меня без видимой причины там так накрыл жуткий глюк, что чуть сердце от ужаса не встало»? Можно, конечно, но подобная откровенность ни к чему хорошему ее не приведет, да и не стремилась она никогда делиться своими проблемами с кем-либо в принципе, издавна научившись решать их самостоятельно. К тому же, что произойдет с ним, узнай он о причинах? Либо начнет грызть себя за то, что из-за него у асуры окончательно взорвался мозг, либо свалит как можно дальше от этой, теперь уже во всех смыслах, сумасшедшей. Впрочем, второй вариант был не лишен некой привлекательности, ибо сама змея, вопреки собственным намерениям и сделанным разумным выводам, уходить не торопилась. И этот факт ее тоже злил.
- Предлагаю условиться на том, что у меня аллергия на бордели,- прежде чем молчание стало затянувшимся, она все же смогла подобрать ответ. Почему именно этот? Мысль о том, что она щадит нежные драконьи чувства и не желает его ухода была изгнана как идиотская, а на ее место торжественно возведена другая, утверждавшая, что это звучит глас змеиной гордости и самостоятельности,- Ну знаешь, вся эта продажная иллюзия любви заставляет меня чувствовать себя не в своей тарелке.
Как часто она проходила мимо этого двухэтажного здания, совершенно не обращая на него ни малейшего внимания? Даже не взялась бы подсчитывать, возникни у нее подобное желание выяснить это. Какое счастье, что работа ни разу не завела ее в это заведение, ограничившись другими такими же! Или все же жаль, что этого не случилось? Сайленсс снова нахмурилась, выдворяя эти размышления до лучших времен, и глубоко вздохнула, унимая распалявшееся все больше раздражение.
- Красивый рисунок на спине,- сказано это было легко, без злости или горечи. Ей действительно понравилась татуировка, а будучи ценителем нательной живописи, не обратить на нее свое внимание змея не могла,- Тогда ее не было.

Кантэ неслышно усмехнулся. По крайней мере, редкая структура может похвастаться большей честностью, чем бордель, где каждый из уединившихся в комнате отчетливо понимает, какую цену платит и что получает взамен за напускную страсть. Вот только в змеиную аллергию, при ее-то прошлом, затяжном ответе ныне и общем флере настроения в комнате слабо верилось. Дракон и не ждал открытости всецело - хватило прикосновений и откровенных слов, а выпытывать ответы с инквизиторской настойчивостью на вопросы, которые, в общем-то, его не касались, он не собирался. Значит, ей снова было нужно.
Кантэ убедился, что все в порядке, и мог бы развернуться к своей привычной жизни, раствориться в толпе и оставить змею в покое, но хотелось сделать для нее хотя бы малость - помочь без лишних тягот и затрат забрать вещи из храма. Змея наверняка думала о том же с учетом промелькнувшего ранее намека.
- Тогда много чего не было, - ассура могла легко проследить за взглядом. Сначала легковесный, не отягощенный, охвативший целый образ, потом более сосредоточенный, задержавшийся на проступивших морщинках, которые женское лицо совсем не портили. Заскользивший выше, по волосам, мягко выхватывающий редкую, почти незаметную серебристую проседь, и вновь вернувшийся к глазам. Он не стал спрашивать. Знал, что не расскажет, но больше не хотел трогать прошлое - ни свое, ни змеи.
- Все еще занимаешься наемничеством или ушла в другую стезю? - в этом вопросе ящер ничего предосудительного не видел, тем более, раз уж змея узрела его место работы, но кривить душой для себя не стал - подоплека вместе с заинтересованностью здесь тоже маячила.

В горле встал сухой комок, помешавший нормально вдохнуть,  пока его изучающий взгляд скользил по лицу. Щеки невольно покрылись слабым румянцем, но она заставила себя не отводить глаза, пристально глядя за его реакцией. Дрожь в руках немного утихла, поэтому опасность ошпариться чаем перестала быть очевидной и змея решила все же промочить горло, потянувшись к кружке. Горячий напиток удивительным образом успокоил, согревая изнутри и распутывая тугие узлы в груди, лишь немногим хуже порции крепкого алкоголя.
Вряд ли дракон думал об этом, но этот взгляд помог ей определиться с решением, перечеркнув другие варианты. Во всем произошедшем с ними за этот короткий срок безумии, она позволила себе забыть, что с недавних пор заметно изменилась и отнюдь не в лучшую сторону. Наличие новых шрамов не стало для асуры чем то ужасающим, из-за чего она могла впасть в депрессию и перестать считать себя привлекательной. В конце концов, по её мнению, они украшали не только мужчин. А вот последствия встречи с инквизитором ощутимо ударили по змеиной самооценке и дракон сейчас невольно напомнил об этом, пусть на его лице и не отразилось ничего, кроме заинтересованности. Хорошо, что она не дала себе права задуматься раньше о возможном развитии событий, иначе это решение было бы куда более болезненным. На губах зазмеилась привычная насмешливая улыбка, накрывшая лицо Сай такой удобной и давно разношенной маской. Впрочем, от прозвучавшего вопроса она расплылась намного шире.
- Хм... Ну как тебе сказать,- асура отставила кружку и в притворной задумчивости постучала пальцем по губам,- Накинь самый дурной из вариантов смены профессии для меня и точно не ошибешься,- она чуть прищурилась и заглянула в жёлтые глаза. Где-то что-то вязко екнуло, но рвущийся наружу хохот оказался сильнее боли, так что девушка заливисто рассмеялась,- Берегу крепкий сон мирного населения любимого Вильдана. Не буду лукавить, получается, мягко говоря, хреново, но пока ещё удаётся чудом выживать на этой работе.
Все равно ничего бы не вышло, так зачем умалчивать? Задай он сейчас свой первый вопрос и она бы тоже ответила честно. К черту все эти глупые душевные метания, к Тейару его и эти жёлтые глаза. Ведь поболит и перестанет, правда?

Разносчица принесла горячее мясо, графин с водой и два стакана. Пока переживания стояли во главе угла, желудок предпочитал тихонько отмалчиваться, но стоило рассудку немного расслабиться и голод, завидев свободу голоса, начал подвывать. Ассура говорила, а Кантэ угомонил естественные позывы, занявшись своей порцией и обратившись в слух. Девушка умела подогреть любопытство и нагнать интригу, и когда ответ, наконец, прозвучал, дракон чуть не подавился, но не закашлялся - обошлось. Ящер поднял глаза на змею, расплываясь в подрагивающей улыбке, и зашелся смехом следом за ней. Была в том веселье и шепотка иронии, и толика грусти, и легкое изумление, потому что змея смогла его удивить. Кантэ потер переносицу, посмеиваясь, и через мгновение замолчал.
- Да ладно, - она не шутила и дракон не удержался, пристально взглянул на ассуру еще раз. Сейчас в ней, бесхитростно забравшейся на стул с ногами, босой, спрятавшей смятения за смехом, он не видел ни наемницу, ни стражницу. Перед ним просто сидела женщина, красивая женщина, на чьи плечи свалилось слишком много за последнее время. Теперь это явственно чувствовалось, витало в воздухе, незримо искрилось в ее смешливом взгляде и собственная причастность уколола слишком резко и неожиданно, вызвав по телу дрожь. Еще бы, ведь не думал же он, что мирской разговор в таверне мигом залатает расцветшую внутри брешь?
- Знаешь, я тут осознал, что не собираюсь расплачиваться, - дракон пошарил по карманам в поисках завалявшейся монеты и таковой не обнаружил, - Как законник, скажи мне, сколько нам грозит за неоплаченные стейки и побег с места преступления? - Кантэ шутливо усмехнулся, сделал крупный глоток воды и протянул ей ладонь через стол, - На самом деле, я серьезно. Доедай и давай руку, а то заставят еще посуду мыть.

Проклятые боги, как же приятно было смеяться и слышать в ответ его не менее искренний смех! Ну почему они не могут вот так просто разговаривать? Зачем нужно обязательно, настойчиво резать по нервам острой бритвой каждый раз, стоит лишь немного приоткрыться? Что тогда, что сейчас, на минуту смеха приходились часы самоистязаний, выворачивающих наизнанку все мысли, чувства и эмоции, отчего те становились совершенно необъяснимы и только пугали. По крайней мере змею все эти перевернутые выводы приводили в полное смятение и несли за собой мучительные попытки понять происходящее.
Вот и сейчас, стоило последней звонкой смешинке слиться с воздухом, как по натянутым фибрам полоснул его пристальный взгляд. Усмешка, все еще блуждающая по губам, поугасла, хотя и не сползла окончательно, а предательская кровь снова устремилась на скулы. На этот раз асура отвела глаза, уткнувшись в тарелку и настойчиво убеждая себя, что все это не имеет никакого значения. Стейк был сочным, с идеальным количеством специй и лучшей из возможных степеней прожарки. А еще он был совершенно безвкусным, хотя счастливое урчание в животе и говорило об обратном.
- Какая досада, что из меня настолько плохой законник, что поймай я нас, то ограничилась бы только осуждающим взглядом,- змея глянула на протянутую широкую ладонь и ухмыльнувшись вложила в нее чуть дрогнувшую руку,- Да и то лишь потому, что дали себя поймать.
Кантэ привлек змею подняться и они тут же исчезли, так и не услышав отборную ругань на первый взгляд милой официантки.

http://s1.uploads.ru/i/EgrZt.png [ Разрушенный храм ]

Отредактировано Кантэ (2017-07-31 03:02:30)

+6

373

9 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного договора.
Вечер

Площадь пяти углов http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png
[float=right]http://screenshot.ru/upload/images/2017/11/10/-PALADIN30ebf.png[/float]
«Пьяный паладин» встретил двух девушек привычным для этого места гвалтом и хмельным духом. Шумные компании сидя за длинными или круглыми столами распивали горячительные напитки и разливая половину на столы и пол. В полутьме таверны горел камин, закатное солнце пробивалось свозь ставни мелкими золотыми полосками. Атмосфера «Паладина» всегда была очень теплой и уютной, летом прохлада проникала через открытые окна и иногда дверь, а зимой у теплого камина сидели и слушали менестрелей и сказителей.
Трактирщик кивнул вошедшим посетителям и вернулся к протиранию стойки, Мор кивнула в ответ и стала высматривать столик, поправляя сумки. Остался только один -  рядом с окном и входной дверью. Быстро прошуршав к свободным местам, Эль с удовольствием сгрузила ношу и откинулась на спинку стула, нашаривая на поясе кошель.
- Так, не знаю как вы, Эсмеральда, а я буду есть, если повезет – может даже и пить, - Мор улыбнулась, выудила из кошелька пару серебряных монет и звякнула ими о стол. Зеленоглазая ассури не вызывала у эльфийки никакого смущения. Как будто они были уже давно знакомы и вместе решили выпить. Волшебница сняла капюшон и плащ, повесив его на спинку стула. Зеленое платье с узорами девушка надела чтобы было не так жарко. Да и привычная кожаная броня с курткой все же были слишком приметными. Только знак паладина с шеи она не снимала, он даже выбился из-под платья, блеснув в свете солнечного луча.
К ним подошла щуплая девица в засаленном переднике и громко кашлянув над ухом воззрилась на двух девушек с нескрываемой скукой.
- Телячью отбивную и кувшин вина, - она протянула разносчице серебрушку и довольно выдохнула, предвкушая сытный ужин и веселую компанию. Зато Мора не знала как много всего ждет впереди.

+2

374

[ Площадь пяти углов ] http://s1.uploads.ru/i/ayGxd.png

9 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного договора.
День—вечер.

Вопрос ассури остался без ответа, но Эсс не придала этому особого значения, вовлеченная в полумрак полной таверны, освещенной лишь несколькими светильниками; в уголках даже образовывались уютные темные места, которые были сразу запримечены Эсмеральдой. Не смотря на спавшую температуру снаружи, внутри было все еще жарко и, можно сказать, даже душно для ассури. Как только девушки прошли через порог таверны и вошли в заведение, в лицо плеснуло теплым воздухом и запахами самой разной пищи и выпивки, из-за чего с живота вырвалось досадное урчание, призывающее Эсмеральду к скорому поиску пропитания, угрожая еще большим рёвом и, возможно, немым болезненным плачем. Рука невольно оказалась на животе, когда Эсс, по примеру Моры, кивнула трактирщику и небольшими шагами двинулась к свободному столику. К вечеру тут собралось довольно много народу, шумные люди и нелюди что-то рьяно обсуждали между собой, явно не собираясь давать отдыху от гомона и криков другим существам; если кто-то снимал здесь комнату, Эсмеральда явно ему не завидовала, ибо в такой обстановке вряд ли удастся спокойно вздремнуть и лечь раньше обычного. Но, с другой стороны, было в этих разговорах что-то приятное и привычное, придающее живую атмосферу этому месту.
Так, не знаю как вы, Эсмеральда, а я буду есть, если повезет — может даже и пить, — с губ ассури сорвалась мягкая усмешка.
— Да я тоже не буду сидеть и просто смотреть, — с веселыми нотками проговорила Эсс, следуя за Морой, — а давайте на "ты"?
Перед тем, как сесть за столик, девушка тоже поспешила высвободиться из объятий темно-зеленого плаща, аккуратно повесив его на спинку стула, на который потом села сама, расположив руки на столе, а в ладони зажимая серебряную монеты.
— Мне то же самое, — дабы не задерживать официантку, быстро проговорила ассури и с легким звяком положила монетку на стол, затем провожая взглядом девушку. Не только Мора предвкушала сытный ужин; Эсмеральда ничего не ела на протяжении всего дня, настолько она загналась со своими, казалось бы, пустыми делами. Даже устать немного успела, но это не особо бросалось в ее собственные мысли. Недолго зависнув взглядом на стойке, Эсс вернулась мыслями к море, оборачиваясь на новую знакомую и откинувшись на спинку, которая не казалась такой твердой из-за висевшего плаща. Взгляд зеленых глаз тут же поневоле был прикован к незаурядному знаку на шее эльфийки, который Эсмеральда позволила себе открыто разглядывать пару секунд. Что-то он ей напоминал, кажется, она видела его уже добрых несколько раз, некоторые из них были даже в книжках, но каких... В следующую же секунду произвелся ненавязчивый щелчок и в голове загорелась лампочка. «О, точно!»
— Орден Паладинов? Ого, — немного удивленно проговорила девушка, а слова звучали даже больше легким утвердительным восторгом, чем любопытным вопросом. Словив забавную ассоциацию с «Пьяным паладином» и будущим пьяным паладином, девушка позволила себе новую усмешку, — чтобы обмен был честным: я владею алхимической лавкой, здесь, в Таллеме. Думаю, ты могла слышать о ней... «Изумрудный лев» называется, — негромко рассказывала Эсмеральда, облокотившись локтями на стол, — помимо прочего, я змеелов, — но показывать шрамы на руках, как знак своей работы, девушка не стала, решив, что это будет явно лишнее, — не тяжко работается?
На губах сияла легкая улыбка, а глаза были полностью увлечены Морой, которая только больше заинтересовала любопытную ассури. Забавно, что такими, довольно опасными, профессиями занимаются женщины.

Отредактировано Эсмеральда Леонтайн (2017-11-11 02:02:45)

+2

375

Госпожа Леонтайн подхватила эстафету хорошего настроения, усевшись напротив и заразив эльфийку и парочку соседних столов улыбками. Предложение перейти на более неформальный тон общения Мор восприняла с энтузиазмом и торопливо закивала, непослушная улыбка снова растянула губы, приоткрыв ямку на левой щеке.
Обитатели таверны не сильно обращали на них внимание, подумаешь зашли две девушки поесть, кто так не делает в это время суток? Вечер все-таки на дворе, солнце с удивительной скоростью покидало небо, золотые полоски померкли, но фонари еще зажгли, все вокруг застыло в неопределенности. В ожидании. На миг она задумалась так сильно, что потерялась в пространстве. Лишь голос новой знакомой эхом пронесся где-то рядом, заставив моргнуть и по привычке дернуть подвижными ушами. 
- А? Да. Я служу Ильтару. Целительствую по мере сил и возможностей, иногда и воевать приходится, - грудной голос девушки звучал слегка приглушенно, она старалась не говорить громко чтобы не привлечь внимания. Поняв, что медальон отца выбился из-под платья, она быстренько затолкала блестяшку под одежду и вздохнула. А что еще она может сказать? Мастер света и рукопашного боя, владеющая искусством исцелять святой водой сидит без жилья и нарывается на любителей легкой наживы? Портить о себе впечатление совсем не хотелось, да и самой себе признаваться в собственной несостоятельности было ой как больно для самолюбия.
Эсмеральда все таки рассказала кто она и Мор щелкнула пальцами, победоносно хмыкнув. Либо это чистое совпадение, либо просто название лавки выбиралось именно сидящей перед ней девушка.
- Я была у вас как-то, только тебя не видела. Там была милая рыжая леди, которая любезно объяснила какое противоядие лучше выбрать
, - эльфа задумчиво поскребла подбородок, и попыталась вспомнить, не мелькнули ли в той милой уютной лавочке зеленые глаза хозяйки.
Конец предложения дошел до нее чуть погодя. Змеелов? Древняя профессия, опасная для здоровья, а в случаях недостатка удачи, еще и для жизни. Странно, но в этой барышне, забывающей оружие дома и смотрящей на мир такими же как у Моры горящими глазами трудно было увидеть змеелова. Хотя будем честны, сама Мора не очень то походила на представительницу благостного и справедливого ордена. Странные женщины нынче ходят под небом Фатарии, ничего не скажешь.
- Ну, у кого раны, болезни, нежить, у кого опасности, змеи, яды  -  нам обеим думаю работается не очень то и легко, правда? – девушка весело хмыкнула и подмигнула ассури, как раз вовремя, ибо несли их заказ. Ароматное мясо ударило в нос соцветием запахов, от которых голодный желудок сжался в судорогах. На стол так же мягко бряцнулись два симпатичных пузатых кувшинчика с прохладным напитком. 
Довольно зажмурившись и затянувшись вкусным запахом она потерла руки и расплылась в благодушной улыбке. Ни что так не красит отдых как вкусная еда.
- Приятного аппетита, - промурлыкала целительница и отколупав от отбивной симпатичный кусочек, отправила его в рот.

+3

376

Догадка змеелова подтвердилась словами Моры, которая оказалась не только воином, но и целителем, что было приятным бальзамом на душу. В этом их можно было бы назвать почти коллегами, ибо Эсмеральда сама была знакома с травничеством и, помимо того, способна лечить чужие раны и увечья с помощью зелий и снадобий, находящихся в данный момент в лавке. Сейчас Эсс просто не видела смысла таскать с собой что-либо, ведь изначально ее выход планировался как обычный поход в таверну, прогулка по  улицам и возвращение домой. Но мы же везучие... Хотя, по сути, девушкуу и правда можно было бы назвать везучей — вот! Компанией приятной обзавелась! Аж хорошо на душе становится. Слова о посещении лавки и рыжей леди Эсмеральда выслушала внимательно и немного задумчиво. Она явно не могла помнить всех клиентов, а Марина не считала нужным отчитываться подруге за каждого, кто появился и вышел из лавки; единственное, о чем Эсмеральда получала отчет — это приобретение и продажа той или иной вещи, а также их цена. Реже управительница могла известить Эсс о ком-то очень примечательном или госте, желающем увидеть владелицу. На этом все. Девушка довольно улыбнулась, взглянув на подходящую официантку с оплаченной едой и живот отозвался громким урчанием, когда наиприятнейшего аромата пищу разложили на столе. Все выглядело настолько аппетитным, что со рта готовы были вытекать слюнки. И все же, она ничего сегодня не ела; поблагодарив ту, кто все это принес, ассури вновь перенесла свое внимание к эльфийке. На перечислении всевозможных опасностей у Эсс выползла легкая усмешка.
— Судя по списку, опасности не только у меня, — проговорила девушка, глядя на еду и отделяя от отбивной небольшие кусочки, — спасибо, и тебе приятного аппетита, — нужно было видеть, с каким наслаждением она пережевывала теплое мясо. Казалось, сотни лет не ела.
Все вокруг словно бы замедлилось, а атмосфера была даже слишком спокойной и мирной; это могло бы вызвать большие подозрения, не являйся заведение обыкновенной таверной, в которой и полагается проводить время в отдыхе. Аккуратно протянув руки, чтобы не задеть отбивную, девушка взяла кувшин и налила темное вино в стаканы, стоявшие на столе; сначала в стакан Моры, потом — в свой, и приятно улыбнувшись, поднесла его к губам, после делая небольшой глоток. Сладковатое и чуть терпкое, оно оставляло приятное ощущение во рту. Жидкость цвета темного винограда обладало характерным запахом и не стоит удивляться, если после кувшина этого пойла дамы будут едва стоять на ногах.
— Ту рыжую девушку, к слову, зовут Марина, — не зная зачем, вдруг вспоминает Эсмеральда, — подруга моя, но я назначила ее управителем лавки. Чем не удобно? Она зарабатывает деньги, я не сижу сутками за прилавком, — и том, каким способом прилавок достался, ассури умалчивала, ровно как и о том, что содержит приличный размерами серпентарий; не хотелось никого шугнуть своими интересами, — живу я там же, на втором этаже, — резко в голову пришла мысля, о которой нельзя было не спросить:
— Кстати, Мора... — проговаривает Эсмеральда якобы вскользь, отдаляя еще один кусок от отбивной, — тебе есть куда идти?

+3

377

[player][{n:"Julia Delaney's - Rhiannon Celtic Band ",u:"http://storage.mp3cc.com/download/64987199/c0dKclNzVGM1MlhMYUM0dGdRUDBMNHROc29Yam9hdUtUc2xjNUFRS1YwdjJZSWkwd2pKSndEaVJiS3VGL3I0OU5kRElHclJ1dUJPcU9oTzZRdEE2dlo0d2xsMExldGhnVXdPYlNOVkloSzZTeWQ3cGEwTEVpWDk2KzFwR3MyZlI/rhiannon-celtic-band-julia-delaney-s_(mp3CC.com).mp3"}][/player]
Еда была очень вкусной, все-таки «Паладин» был одной из лучших паршивых забегаловок города Таллема. Поэтому готовили много и съедобно, дабы поток голодных и жаждущих не иссякал ни на день. Глотнув забродившего виноградного сока она с непривычки зажмурилась, уши – индикатор состояния эльфа, потому живо отреагировали на внезапность, дернулись и напряженно встопорщились в меру своей физиологической способности.
- Угх, понятно почему за кувшин вся серебряная ушла, старое притащили, - девушка посмотрела на содержимое кружки и горестно вздохнула, - Так, что там было в последний раз? Ах да, я изгоняла из стражника «тейярово детя»,он потом вроде бы два дня на службе не появлялся…
Подвыпившую паладиншу как-то остановил доблестный страж порядка, мол так и так, нельзя вам сударыня разгуливать пьяной в общественных местах. Бедняга. Кажется, тогда ей не понравились его глаза, освящение было дрянь. Она пошла за ним и читала ему все священные писания которые помнила, правда вперемешку с ругательными наречиями.
Тут уж ничего не поделаешь, раз взяла – надо пить, да и ее собеседница заказала себе такой же, так что отдать вино ближнему своему был не вариант.
Мясо закончилось удивительно быстро, последний кусок ароматной отбивной ожидал страшного конца со всей стойкостью, за что и был насажен на вилку.
- Какая хорошая подруга, но содержать лавку и вдвоем наверное не просто, даже если вы там и живете. А что насчет трав и ядов? Закупаешь? – спросила девушка, положив вилку с мысом обратно. Всегда было интересно кто как отоваривается редкими компонентами и эликсирами, которые не каждому лавочнику по карману. Эль в предвкушении последнего кусочка зажмурилась, но вопрос змеи заставил ее открыть глаза и застыть с вилкой у рта.
- Какой странный.. – Мор не успела договорить, за спиной у нее что-то крупное грациозно снесло стол и распласталось на обломках и осколках к верху задом. [float=right] http://screenshot.ru/upload/images/2017/11/15/594587a542.png[/float]
Важнейшая часть в культуре питейных заведений - это умение развлекаться, народ не может просто сидеть и пережевывать пищу с одухотворенными лицами. Тут нужен правильный подход.
Самый простой и проверенный – мордобой! Быстро и качественно пересчитать непонравившемуся субъекту ребра – услада для любого уставшего после тяжелого дня человека. Поводов для начала этого высокодуховного действа много: мухлеж противника в картах или костях, неправильный взгляд или слово в вашу сторону. Готово! Вы восхитительны! Правда если вас запомнили – бойтесь часа расплаты за причиненный заведению ущерб. Хозяин любезно пересчитает убыток сам, а счет торжественно вручит зачинщику со всеми полагающимися к этому рекомендациями. Так что не торопитесь начинать драку, лучше ввяжитесь в нее чуть погодя и будет вам счастье.
  Эльфийка решила не испытывать судьбу еще раз и резво запихнула последний кусок в рот, с сожалением отметив что тот успел остыть. Взяв стакан, она подмигнула Леонтайн и в три больших глотка осушила посудину. Теплая кровь прилила к лицу, придав ему веселый и чуть румяный вид.
- Хватай вино и бежим туда, а то и нам, - она снова не успела договорить, пришлось резко опустится лицом в стол, чтобы пролетающая мимо табуретка не вписалась в ушастую голову. – И нам достанется! Подняв вещи с плащом, волшебница с веселым хохотом пронеслась к дальней части таверны, которая осталась нетронутой, по пути перепрыгивая через падающие тела и ловко уворачиваясь от летящих предметов несмотря на тяжелый груз.

Отредактировано Мора Тэнрин (2017-12-03 00:03:35)

+4

378

Со временем виноградные соки давали о себе знать, выявляясь легким румянцем на белых щеках и странными, веселыми искорками в зеленых глазах, делая их ярче и выразительнее. К сожалению, Эсмеральда не могла шевелить ушами, как эльфийка, а потому просто продолжала тихо улыбаться, допивая вино из стакана и отправляя отбивную в змеиную пасть кусок за куском. Она, в отличии от Моры, не медлила со святым делом, стремясь впихнуть всю вкуснятину себя побыстрее, но не без былой грациозности — видели бы вы, как она владела своей вилкой! С нею можно было бы и в бой, и в запой.
— Не просто, как и любому владельцу лавки или заведения, — подтвердила Эсс слова своей новой знакомой, утвердительно кивнув и отправляя еще один кусочек в пищевод; прожевав, она продолжила: — травы и яды... я скупаю только то, что не могу достать сама, — на губах появилась забавная усмешка, — ведь невозможно жаловаться на отсутствие, допустим, яда, когда у тебя весь дом змеями украшен, причем живыми.
Тепло подгоняло кровь к голове и отзывалось легким жаром в щеках; девушке казалось, словно температура в таверне поднялась на несколько градусов вверх, но дышать труднее ни разом не становилось. Да и все проходило просто отлично, в покое и здравии... Ну, до определенного момента. По крайней мере, надо было видеть, как раскрыла Эсмеральда от удивления глаза, когда за спиной Моры с грацией раненного лебедя пролетел мужчина, приземляясь на стол и оставляя от него чуть ли не одни щепки. А ведь эльфийке даже договорить не дали! Беспредел! Невоспитанные хамы! Мора допивала из стакана, а ассури сразу схватилась за горловину бутылки, тут же прижимая ее к своей груди. Ситуация накалялась, люди и нелюди подхватывали эту буйную заразу, отправляя чужие зубы в полет, черепушки в стойку, а ребра — обниматься в органами, которым и без того было худо. Но Эсмеральда не чувствовала страха, лишь восторг и легкий азарт, подпитываемый поглощенной ранее выпивкой.
Хватай вино и бежим туда, а то и нам... — так и поступим, «оп, летающая табуретка!», слава реакции — Эсс тут же совершила грациозный уклон, чуть ли не впечатаясь в стол лбом. Какое веселье! — И нам достанется!
Подскочив с места, свободной рукой девушка ухватилась за свой плащ и с не менее веселым хохотом проскочила следом за Морой в дальнюю часть таверны. Лишь бы по голове им никак не прилетело! Только по чистой удаче Эсмеральде в голову не прилетел яростный кулак пьяного мужика, от которого она вовремя успела отклониться, чуть не вылив половину содержимого кувшина на пол. Ой как не хотелось расставаться с тем, за что было уплачено! А тем самым углом спасения стала дверь, выводящая из таверны, к которой тут же рванула Эсмеральда, схватив под локоть — а как иначе?! — подругу и весело смеясь, умудряясь по пути сделать еще один глоток перед тем, как крикнуть
— Валим, Мора, вали-и-им к Тейаровой чертовщине отсюда!

Отредактировано Эсмеральда Леонтайн (2017-12-03 17:28:01)

+2

379

<<< Квартира Бэйнара.

9 число Страстного Танца.
1647 год от подписания Мирного договора.
Вечер.

Вечер выдался отличным, что касалось царящей на улицах города погоды. На этом все отличное и заканчивалось. Покинув стены родной квартиры, в которую предстояло найти нового постояльца, Бэй, как и планировал, отправился до таверны, причин дойти до которой у него хватало. Надо было оплатить комнату, сменить одежду, ведь весь гардероб хранился на постоялом дворе, заняться объявлениями о сдачи жилой площади… Дел набежало, да и схватиться иштэ был готов за что угодно, лишь бы вытащить себя из того дерьмового состояния, в котором пребывал.
Вот только попасть в таверну на этот раз получилось как-то ни сразу. Еще на подходе к заведению мужчина углядел не сказать что большую, но толпу около входа. В то, что в «Паладине» не нашлось свободных мест и все желающие тихо-мирно дожидались столиков на свежем воздухе, мало верилось. Но весь гул и шум очередной красочной потасовки перебивала все еще играющая музыка, поэтому догадаться о веселом времяпрепровождении завсегдатаев пока что было сложновато. Пройдя мимо пары-тройки незнакомых лиц, что преграждали собой путь к заветной двери, проклятому оставалось миновать двух барышень, судя по всему, только что покинувших стены заведения. Однако сделать этого не удалось: девушки шли прямо на Эйнохэйла, если не сказать, что бежали, что было бы вернее, а в спину почувствовался весьма ощутимый толчок. Только и успев обернуться, иштэ понял, что поторапливали его целым скопом, плюя на всех выходящих. Все буйное действо сопровождалось громкими и ликующими возгласами, отчетливо дающими понять, что рвались слегка подвыпившие и в сопли наклюкавшиеся индивидуумы хорошенько почесать кулаки, видимо, в уже разошедшейся драке. «Руки свои, лять, от меня убери!», - в мыслях выпалил мужчина, дернувшись в попытке скинуть со спины чужие «грабли». Но, еще мгновение, и уже ему можно было в полной мере предъявить тоже самое, так как не совладав с толпой рвущихся внутрь и дабы не оказаться попросту затоптанным, проклятый вынужден был найти какую-нибудь опору, которой и стали узкие плечи одной из незнакомок, которая двигалась чуть впереди своей подруги (наверное, подруги). Бэй вытянул руки перед собой, то ли отталкивая девушку подальше от себя, то ли желая дать отпор беснующемуся за спиной народу в мало чего значащем ответном толчке. Как бы там ни было, а ничего путного у иштэ так и не вышло. Еще какой-то краткий миг и проклятый был почти что впечатан в незнакомку, а в живот ударило что-то твердое, после чего по коже в том районе расползлось мокрое и холодное ощущение. «М-м-м…», - еле сдерживая подступившее раздражение и окинув взглядом вторую из особ, явно эльфийской расы, протянул про себя мужчина, - «Я надеюсь, твоя подруга меня тут не заколола притыреной впопыхах вилкой». Мысль была скорее шуточной, чем имела под собой серьезные доводы. По крайней мере боль от удара о предмет остротой своей не напоминала знакомство с чем-то острым или зазубренным.
Вся пьяная делегация весьма оперативно миновала входную дверь, ввалившись в таверну, где разворачивалось по истине масштабное действо. Скорее всего еще какими-то месяцами ранее проклятый с превеликим удовольствием поддержал бы потасовку, но сейчас вмешиваться в баталии совершенно не хотелось. Еще и на трезвую голову. Как только места для маневров оказалось побольше, а добрая часть жаждущих за спиной рассосалась, ринувшись в самую гущу событий, Эйнохэил отступил в сторону, наконец выпуская из цепких «объятий» девушку и устремляя совсем немного заинтересованный взгляд на кувшин в ее руке. По светло-красному же пятну на белой рубахе было понятно, каким именно напитком угостили проклятого. «Теперь еще и хрен отмоешь!». Он поднял голову, одарив весьма красноречивым и укоряющим взором обеих незнакомок, но на том и ограничился. Не разоряясь на какие-либо слова, мужчина двинулся к барной стойке, по дороге стараясь увиливать от особо разошедшихся постояльцев. В том, что драка не продлится долго, Бэй был уверен, краем глаза наблюдая, как спешили разогнать обалдуев рослые детины, призванные сохранять порядок в заведении. Дождавшись, когда тавернщик вдоволь налюбуется зрелищем, где справедливость таки восторжествовала и драка была остановлена, проклятый привлек его внимание к своей персоне.
- Явился, не запылился, - все еще поглядывая в сторону расходящихся, обронил хозяин «Паладина».
Иштэ не отозвался. Вместо этого он молча положил на стойку нужное количество монет и замер в ожидании. Мужчина напротив пересчитал плату, сгребя златые и добавив:
- Тут тебе та крылатая ключ оставляла. Сейчас принесу, - он покинул стойку, скрывшись из вида за одной из дверей служащего персонала, но, впрочем, быстро вернувшись, - Вот.
На стол перед Бэйнаром легла его собственность и еще один ключ от комнаты на постоялом дворе. Он благодарственно кивнул. Спрятав обе вещички в кармане брюк, он вновь посмотрел на тавернщика, в привычных для того жестах поднеся «сложенные лодочкой» ладони к голове, тем самым ознаменовав уши своего друга. Не поинтересоваться о виве мужчина просто не мог.
- Нерикс? Нет, не появлялся.
«Понятно». Проклятый хлопнул рукой по стойке и развернулся, чтобы уйти, но мужчина продолжил.
- Кстати, о нем, - Эйнохэил повернулся обратно, внимательно слушая говорящего, - Ты же понимаешь, что он может и не вернуться, Бэй, - проклятый изобразил на лице искреннее непонимание, к чему тот вел, - Одним словом, либо перетаскивай его манатки к себе, либо оплачивай комнату. Нечего мне тут бесплатное хранилище устраивать.
Иштэ вопросительно приподнял брови, молчаливо спрашивая: «Ты шутишь?». Однако по серьезному виду тавернщика сказать такого было нельзя. Еще с секунды две поизучав каменное лицо напротив, Бэй кивнул.
- Вот и отлично. Завтра до вечера она должна быть пуста.
Проклятый фальшиво улыбнулся и зашагал-таки в сторону выхода. Теперь уж точно надо было сменить одежду… Ну или выдать нескромных размеров пятно от вина за новое веяние в сфере моды.
На постоялом дворе Бэйнар пробыл не долго. Переодевшись, свалив сумку на кровать и захватив с собой лишь небольшую кипу бумаги и чернильницу с пером, он поспешил вернуться обратно. К тому времени о былой драке уже ничего толком и не напоминало. Разве что служки заканчивали подметать разлетевшиеся по полу щепки, а хозяин стряхивал с нерадивых постояльцев златые и сребры за попорченное имущество. Во всем остальном атмосфера «Паладина» оставалась уютной и громкой, полнящейся музыки и привычного гомона, стихающего разве что только под утро. Мужчина огляделся и несколько печально вздохнул. Волей Судьбы свободных столов не наблюдалось, а единственный стул находился за столиком, где расположились две уже узнаваемые девушки, в которых влетел на входе иштэ. К стойке же и того было не пропихнуться. Делать особо ничего не оставалось. Подойдя к незнакомкам, Эйнохэил непринужденно уселся за стол, положив перед собой все письменные принадлежности и стараясь не стеснять «соседок». Такая ситуация, когда за неимением лучшего варианта кому-то приходилось подсаживаться за уже занятые столы, из ряда вон не шла, а потому ничего особого в своем повидении проклятый не видел.
Ожидая, когда к нему или к ним подойдет официантка, Бэйнар приступил к объявлениям, где говорилось о сдаче в аренду небольшой, но вполне уютной квартиры, что находилась на окраине города вниз по улице Китлен Брэйндж. Несколько таких листов он отложил чуть в сторону, по-прежнему молча принявшись за написание следующей листовки.

Пост написан по договоренности с соигроками.

Отредактировано Бэй (2017-12-03 00:36:43)

+2

380

Захмелевшие девушки попали в плотный поток народа и попытались высвободиться, но почуявшие что в таверне делать нечего благоразумные люди резко столкнулись с теми, кто решил войти внутрь. Внутри давки девушке было неудобно, тяжелые сумки буквально вдавливались в тело, заставляя ругаться и шипеть. Решив, что отступить обратно внутрь это не такая плохая идея, Мор с эльфийской ловкостью обогнула основную массу, позвякивая пожитками. Эсми не так повезло, какой-то тип схватило ее за плечи, хмель к сожалению, не выдержал такого близкого знакомства. Кувшин с треском смялся и его весьма вкусное содержимое, стоившее достаточно дорого расплылось на рубашке у темноволосого мужчины. Его укоризненный взгляд был встречен не менее укоризненным с ее стороны, все - таки жалко было вино.
- Винцо.. прощай..
Осторожно подхватив асури под локоть она втащила ее обратно и повела за освободившийся столик. Драка уже начинала стихать, половина ее участников успели отрубиться, половина покинуть недружелюбное заведение, потому можно было взять вина на замену погибшему.
Взглядом проводив мужчину, она поняла что тот пошел в сторону барной стойки, что было удивительно, он спокойно реагировал на пролетающие мимо предметы обихода и людей, видать здешний завсегдатай. Хотя и пробыл он в зале не долго, быстро потерялся из виду, хотя красное пятно напоминало мишень.
Найти в этом хаосе разносчицу было не просто, но освобождённая от грузов юркая эльфийка спокойно проделала путь из одного конца таверны в другой и заплатив за вино, понесла кувшины в сторону нового места дислокации. Пару раз пришлось перешагивать и даже перепрыгивать через препятствия, получалось даже под музыку. Когда она достигла своего стола, драка за ее спиной закончилась окончательно. Последнего дебошира вышибала выдворил за пределы здания путем вышвыривания за дверь.
Добравшись до Эсмеральды, она торжествующе подставила на стол кувшины и улыбнулась. Усевшись на целый стул, она налила себе немного и отпила, вкус отличался от того что они взяли в прошлый раз, это кажется не разбавляли.
- Неплохо потанцевала, - хохотнув сообщила девушка, утерев пот со лба. Ей очень хотелось смеяться и ни о чем больше не думать. Терпкий вкус вина раззадорил ее еще больше, она снова сняла серый плащ и повесила на стул.
Тягучее время потянулось дальше, но снова погрузиться в атмосферу сонливого балдежа не дал внезапно появившийся снова парень в уже в чистой одежде. Мора запомнила его по глазам, ярко-голубым и очень печальным. Он сел за свободный стул, так как свободных мест не оказалось, это было обычным делом, хотя все-же она прекратила веселиться, буквально чувствуя растерянную усталость сидящего рядом. Даже хмель как-то выветрился из головы, серые глаза ясно посмотрели на Бэя. Паладинка выдохнула как-то сочувственно, хотя понять это в гуле голосов было почти не возможно. Девица обратила внимание на то что выходило из-под руки их случайного сотрапезника.
- Ух ты, на Китлен Брэйндж. Уютная квартира. Какая удача, -  пронеслось в голове у темноволосой леди и она кашлянув, спросила у незнакомца:
- Прощу прощения, вы сдаете квартиру?

+2


Вы здесь » За гранью реальности » Город Таллем » Таверна «Пьяный паладин»