fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Архив локаций Вильдана » Руины синдаров «Вильвердан»


Руины синдаров «Вильвердан»

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://up.qsdb.ru/rusff/image.php?width=515&image=/forum_uploads/937348/20373-1465223003.jpg
Вильвердан, древний город Синдаров – архаичных эльфов, повелителей магии и западных земель в стародавние времена. Из-за ужасной катастрофы, случившейся почти 4000 лет назад из-за высокомерия древних эльфов, город погрузился в вечный сумрак, белоснежные постройки со временем посерели и разрушились либо заросли густой растительностью. Доподлинно неизвестно, что случилось с этой прекрасной обителью магии, эту тайну еще предстоит раскрыть…
Из того, что говорят некоторые летописцы, становится ясно одно, что город населен душами неупокоенных. При этом они абсолютно безобидны. Они даже не замечают вас. Они даже не замечают, что мертвы! Впрочем, и на это есть исключение. В городе просто огромное количество мистических аномалий, к тому же некоторые утверждают, что видели одиннадцать странных созданий. Если верить записям одного неудачливого приключенца, он попытался установить с ними прямой контакт… закончилось плачевно. Увы.
История Вильвердана
http://up.qsdb.ru/rusff/image.php?width=515&image=/forum_uploads/937348/43475-1465223002.jpg

Отредактировано Элдред (2011-03-21 13:58:49)

+1

2

Начало игры.
Утро-день 28 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Громкое цоканье копыт. Громоздкий конь не спешно переступал по дороге, его серые уши неустанно двигались, вслушиваясь, стараясь понять, и вовремя защитить наездницу, что восседала в его седле. Хаунд на мгновение остановился перед входом в заброшенный и пустынных город, недовольно фырча и помотав головой. Животное явно не хотело отправляться туда, куда тянула его хозяйка. Девушка опять щелкнула вожжами, но цедаф по прежнему стоял не двигаясь, чуть повернув голову и смотря на седока. Девушка недовольно выдохнула и спустилась с коня.
День только разгорался, солнечные лучи касались светло-серой кожи девушки, грея ее. Однако ее мысли были заняты совсем другим. Легкие одеяния, что признаться вообще мало что закрывала, чуть распахивалась при каждом движении, давая фантазии свободную пищу для полета в неведомые дали. Чертовы белоснежные патлы вновь упали на глаза и девушка утробно рыкнула, доставая из сумки ткань, заворачивая в нее волосы и закидывая их за спину. Это становилось порой невыносимым.
За год своего прибывания в данном теле, он уже порядком попривык к некоторым казусам этого тельца, однако были еще пункты в момент выводившие его из себя. Но не будем о плохом. Ник не спешно ступил босыми ногами в забытый и проклятый всеми город. Можно было бы сказать, что жизнь наладилась после того, как судьба повернулась к нему задом, даже наличие парочки фруктов четвертого размера на груди перестали мешаться, становясь что-то вроде пропуска. Однако это не радовало. Хотелось как и раньше смотреть на всех сверху вниз и чувствовать натяжение штанов чуть пониже пупка. Николас посмотрел на небо и двинулся дальше.
Он всегда выкраивал себе парочку выходных, что бы навестить последнее пристанище его надежды. Последний, кто не стал поворачиваться к нему спиной, последний, кто когда-то готов был с усмешкой простить ему парочку оплошностей. Первое время он боялся приходить сюда, боялся, что за ним все еще следят. Однако, судя по всему, инквизиция утратила интерес к трусливому шадосу, что окончательно скатился на наркотики, совершенно не заботясь ни о чем. Решили, что сам сдохнет. Но не тут то было. Зайчьи лапки слишком привязались к своему владельцу, не желая так просто распрощаться с его телом, подкинув новые проблемы. Этот поворот позволил ему ближе подкопаться к ненавистной инквизиции, но светиться было нельзя. И он не святился. Благо нашлись те, кто смогли прикрывать его хоть иногда. Отряд... Это забавляло. Ведь Ник все так же был предан В Тени, однако помалкивал о своей любви.
Вот он прошел город, направляясь к кладбищу. Если в сам городок еще забредали путники, то сюда они даже боялись ступить. Страх всегда порождает слухи, но признаться место тут и правда было крайне не здоровое. Девушка быстро свернула в один из полуразрушенных склепов какого-то некогда знатного рода, подходя к каменному старому гробу, сдувая с него накопившуюся за энное время пыли. Здесь было гораздо чище, чем в других местах. Где-то даже лежали недавно увядшие цветы. Для Зомби это было подобно ритуалу. Он каждый месяц навещал покоящегося тут дракона. Каждый раз принося цветы, рассказывая последние новости о мире, о темных последователях. Он не знал, что еще может привнести в мир недвигующегося, чем разнообразить "жизнь мертвого". Все, что она могла, это лишь надеяться. Надеяться на то, что однажды он откроет свои глаза и скинет каменную крышку, поднимаясь и вновь ведя за собой. Им нужен был главарь.
- Кантэ, когда же ты уже перестанешь валять дурака и проснешься?
Николас прошла вдоль гроба, проведя пальцами по холодному камню и садясь у изголовья, что-то тихо шепча. Кажется он уже совсем тронулся умом, раз решил призвать ментора к жизни молитвами. Но кто знает, может хоть это поможет полубогу в камне услышать его зов.

Отредактировано Штейнгейл (2014-04-12 01:02:39)

+3

3

Отыгрыш не действителен

События где-то в робком начале Звездного Инея.
1645 год от подписания Мирного Договора.

Они звали его. Проснись... проснись... проснись...
Он слышал их зов сквозь пелену беспробудного сна. Проснись-проснись-проснись...
Он слышал, как о нем говорят. Безвольный овощ...
У них была надежда.
- Сатика, ты можешь проникнуть в его сны?
- Да.
- Будь осторожна, малышка, зверек всегда был очень буйным.
- Алькор...
- Что? Надо же тебя подбодрить.

~~~

- Ты умрешь, если не найдешь в себе силы. - сказала в пустоту одна из самых опасных шлюх в борделе. Ее высасывание души виртуозно сочеталось с оргазмом и едва ли найдется шадос, не жаждущий испытать этих чувств. Проблема в том, что не все шадосы умеют такое проворачивать, но придется опустим подробности.
Сатика попала в странный сон, сингулярный для обоих участников снохождения. Посреди серой пустоты, отдаленно напоминающей снежное поле, окруженное рядом горных хребтов, совсем размытых и нечетких, ее встретил мерцающий силуэт. Он находился в этом сне совершенно один, вдалеке, где шадос не могла до него добраться. Сколько бы она ни шла навстречу, мужчина оставался на расстоянии. Сатика бежала, очень быстро, чуть не споткнулась и даже выругалась, но ситуация не изменилась. Все такой же светящийся, без признаков четкости в лице и теле, но с уверенностью в собственной неизбежности.
- Уйди из моей головы. - эхом донеслось до женщины.
- Мы выполнили задание.
- Мне плевать.
- Тебе нужно вставать, Грегориус хочет тебя видеть.
- Пусть любуется сколько угодно, я не мешаю.
- Я пытаюсь до тебя достучаться.
- Не пытайся, я не проснусь.
- Что с тобой случилось в подземелье? Скажи мне, может быть так мы сможем помочь.
- Я не помню, Сатика.
- Он убьет тебя. Грегориус убьет тебя.
- Знаю.

~~~

- Мы перетащим его в Вильвердан. Есть одно место, гробница уже освобождена. - Круэлла, вопреки напускной злости и толики, на этот раз неподдельной, жестокости, однажды позволила каменному сердцу размякнуть под аккомпанемент саркастичных шуток и мрачных комментариев полудохлого ящера, которому прямо сейчас стремилась сохранить жизнь. Ей нужна помощь Николаса Штейнгейла, теневого медика и, временами, прихвостня вышестоящих. О ней Монтивик не преминула сообщить самом шадосу спустя мгновение после прихода в голову столь обалденной идеи. Обман Грегориуса нелегко дался обоим, но сами сведения Первому доносили не они. Штейн поспособствовал возникновению клинической смерти, чтобы иные прислужники главенствующего шадоса убедились в кончине дракона. Удивление, такое искреннее, озарило их безвольные лица. Все до единого в гильдии наслышаны о силе Ментора, и его смерть могла произойти как угодно, но только не лежа на кровати в мягких перинах. Вздор. Никто не верил, но сердце дракона заглохло, и прекратился слабый стук, знаменуя бесславный конец. Круэлла мысленно шипела на подданных эль Хантера, чтобы те выметались отсюда и позволили ей в одиночестве обрызгаться слезами, в идеале же поскорее завершить начатое. Штейн делал вид, что собрался заняться тем же. Надежда на стойкость дракона против последствий вколотой только что дряни не покидала шадоса. Согревала она его и до тех пор, пока раз за разом бледные пальцы касались пропитанного трещиной камня.

Утро-день 28 числа месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Свет погас так давно. Лишь тонкая полоска с филигранной равномерностью просвечивала сквозь сдвинутую каменную крышку. Они додумались оставить ему воздух, и он такое благодушие оценил по достоинству, иначе спертый смрад после предыдущего обитателя вызвал бы скоропостижную асфиксию. Отголоски, которые дракон слышал время от времени, долетали до сознания слишком слабо, чтобы разобрать суть. Обрывки фраз, где улавливались имена как забытые, так и знакомые. Сначала, недолгое время, мужской голос, затем женский, и так целый год. Дракону снилась какая-то длинноволосая брюнетка, но как не силился он вспомнить ее имя, все без толку. Девичьи черты канули в пропасть сознания, ту глубину, до которой впредь не добраться. Голос понемногу терял свои краски, и последовал примеру золотистых глаз, чей цвет Кантэ больше не вспомнит.
Произошла битва... Замок разрушен... Гильдия пала... Мы набираемся сил... Горстки пепла... Грегориус мертв.
В течение нескольких жалких минут звучит новость за новостью, и помутневший рассудок не подозревает, что между рассказами проходят дни, недели и месяцы. Вряд ли дракон вспомнит хоть что-то, когда проснется.
Да, ящер все же решил очнуться и почтить своим присутствием бестелесных призраков города. Сказать по правде, дракон ничего не планировал вплоть до того момента, пока его тело не пронзил энергетический поток. Какого хрена это произошло, никто не понял. Вполне возможно, всему виной какая-нибудь прочитанная ересь над головой дракона, в которой старательно изощрялась белобрысая девица. Однако Кантэ об этом еще не в курсе.
Массивное тело пробрала одиозная и чуждая ему дрожь. Воздействие состоялось настолько мощным, что дракон едва не размозжил лоб о каменную плитку, и чтобы этот конфуз не произошел, подсознание продиктовало действие отдельно от разума. Инстинктивному колдовству в магических академиях посвящают целые лекции. Естественно, ни о каком контроле речи идти не может, и с последующим осознанием полнейшей изможденности бывший наставник темной гильдии через секунду продемонстрирует выдающийся пример в шатком поприще упомянутой волшбы.
Каменная крышка резко отлетела в сторону, с гулким грохотом разбиваясь о стену. Будучи заблаговременно поврежденной плита раскололась еще до удара, и разлетелась осколками после. Дракон принялся безудержно кашлять. Мужчина медленно и неуверенно поднимал корпус, помогал себе руками, сжимая края гроба и подтягивая туловище вверх, чтобы принять сидячее положение. Чувство такое, словно вскрыли череп и ссыпали внутрь мешок мусора. Гадость. Ощущение постороннего присутствия коснулось затылка, но в момент апофеоза Кантэ не осознавал ничего. Оставалось благодарить случай, по которому плита устремилась вбок, а не вверх, например. Трагический конец для отчаянной девушки, ни много ни мало всего лишь пробудившей некую бесплотную ерунду, которая в итоге чуть не убила ее руками последней надежды. Высшая степень иронии, но нет, сегодня умирать никто не будет.
На нем красовались излюбленные темные штаны, потертые, припорошенные пылью, и жухлая посеревшая рубашка, разорванная в нескольких местах. Необычное состояние проскальзывало в душе, энергетика этого места отчего-то казалась ящеру негативной и губительной. В склепе, что интересно, невозможно узреть ни единого насекомого, иначе какие-нибудь подловатые жучки давно бы проели ему мозг, но не стоит предавать значение такой мелочи на фоне главного события. В голове поселились первые мысли, но едва прекратившийся кашель еще не позволял узловатому кому рассыпаться в связные предложения. Дракон открыл глаза и тут же зажмурился, прикрываясь предплечьем, поскольку яркий солнечный свет из разрушенного входа в склеп ударил прямиком в лицо.

Отредактировано Кантэ (2017-02-13 00:29:08)

+4

4

Тук... Тук... Тук... Сердце бьется ровно, спокойно. Тук, тук, тук. Его бег чуть ускорился. Однако девушка лишь громче выдохнула, так и не расцепив ладони. С ее губ по прежнему слетали слава богохульства. Но разве есть кому до этого дела? Разве кому важно, на каком языке и кому воспевает дева молебные слова? За кого она просит? Пожалуй именно тем, кто когда-то населял этот город, это важнее всего на свете. Тук-тук-тук. Ритм вновь участился. На этот раз голубые глаза красавицы распахнулись, сердцебиение дракона в гробовой тишине подобно глухим ударам камней, что с грохотом катятся по отвесной сколе, намереваясь раздавить представительницу слабого пола. Это была бы, как уже было замечено ранее - высшая степень иронии, но нет, сегодня умирать никто не будет. Все, что сейчас было в ее силах - просто наблюдать, чуть приоткрыв тонкие губки. Казалось даже вечно голодный червь чуть по унял свое нытье и увлекся процессом пробуждения.
Надо признаться, что в глазах Ника данный представитель расы крылатых ящеров всегда был подобен богу, что снизошел до шипящих по углам темных, собирая их под своим крылом, карая за малейшую провинность, этакий верховный, но, конечно же, справедливый диктатор. Нет, Штейн естественно знал, что ментор это не глава организации и скорее всего, все его своеобразные размышления и аллегории на эту темы были вызваны скорее таинственностью и "вечным превосходством над другими", что читались в каждом движении и взгляде Кантэ. Сам Зомби не часто общался с ним лично, чаще - через сторонних существ, однако... однако все в своей голове создают тому или иному одушевленному предмету образ, исходя из разговоров вокруг, своих замечаний и другой социальной ерундистики. Скелет понимал это в глубине своего серого вещества, как и многие другие. Но... А что но? Да ничего. Ему просто хотелось верить, что боги хоть ненадолго еще задержатся в этом угасающем мире и ментор был отличным тому подтверждением. Больше Штейну не в кого было верить. И он верил. Слепо, как фанатик.
Но мы слишком углубились в потаенные уголки сознания данного представителя расы темных и совсем забыли о "представлении", что разворачивалось сейчас перед ее холодными глазами. А оно, признаться, было по истине пафасным и божественным, аж захватывало дух, в воздухе чувствовалось напряжение. Но давайте по порядку.
Тонкие пальцы девушки так и остались сцеплены в крепкий замок, когда воздух пошел рябью, затрудняя дыхание. Прозрачное полотно наполнилось искрами магии, даже невооруженный глаз мог с легкостью различить ее рядом с собой, возможно даже потрогать, но это было более чем опасно. Злость и обида всегда несли в себе разрушение. А злость и обида магических существ и полузабытых богов практически всегда смертельное разрушение. Поэтому все, что остается девушке - это замереть и смотреть с неподдельным восхищением. Шорох. Что-то двинулось внутри каменной гробнице, пробуждаясь и желая выбраться на свободу.
Резкий толчок, от чего воздух всколыхнулся и голубые искры волнами накрыли красавицу, чуть отталкивая ее назад, вынуждая опускаться на мягкое место, поджимая губы, так как разглядеть что либо в непомерном облаке пыли и грязи было нереально. А так хотелось. Хотелось поверить, что наконец-то ее мольбы дошли до нужных ушей, что смилостивились, а по факту - решили изгнать дракона из под своей охраны. Восприятие оно всегда субъективно.
Правда меня вновь уносит не в ту степь. Громкий кашель заставил хрупкие девичьи плечи вздрогнуть, а кожа покрылась мурашками от осознания значимости столь примитивной и слепой веры, да и чувство собственного достоинства чуть проскользило к шкале "неимоверно крут". Сказать, что все происходящее напоминало фильм ужасов - ничего не сказать, признаться многим бы стало не по себе, находясь они бы на месте Штейна - склеп в полуразвалившимся, мертвом городе. Тяжелая плита, что пролетела от одного конца комнаты в другой, словно это пушинка, попутно раскалываясь на увесистые булыжники, которые с грохотом опустились на мощеный пол, оставляя под собой глубокие борозды. Пальцы, что повинуясь желанию хозяина - скорее покинуть душную и затхлую клетку, мертвой хваткой вцепившиеся в неровные края гроба. Даже солнечный свет, лучи которого отражались в медленно и лениво парящих частичках пыли, придавал лишь некоторую завесу обреченности и покинутости. Тяжелое магическое наследие этих зданий и то, что происходило тут когда-то, совершенно не смущали темного, фанатики к многому оказываются не восприимчивы. Массивная тень двинулась со дна каменной коробки принимая вертикальное положение, разгоняя пыль, придавая ее движению хаотичность и суматоху.
Это было похоже на запись в слоу мо. Все казалось таким неспешным, что можно было разглядеть каждый миллиметр каждого полотна мироздания, прежде чем одно сменится другим. Однако Штейна не привлекала эта привилегия, больше всего его интересовал мужчина, что сидел чуть сгорбившись из-за кашля, да и яркое солнце, что светило на его лицо врядле способствовало лучшему привыканию к сложившимся обстоятельствам и осознанию себя в мире. Зомби молчал.
Однако это длилось лишь долю секунды, потому что в следующее мгновение тело решило, что хочет убедиться в подлинности этого видения. Серы пальцы с легкостью преодолели пыльную завесу, частота сердечных сокращений увеличилась, дыхание стало тяжелым, нервным, лоб покрылся испариной, губы же наоборот - пересохли. Он ничего не слышал сейчас, словно попал в вакуум, лишь вибрация чужого сердца и голоса, гулом отзывалась на ушных перепонках.
Тихий, неуверенный шепот разорвал полотно могильного молчания девушки
- Кантэ?...

Отредактировано Штейнгейл (2014-04-20 06:49:50)

+3

5

Отыгрыш не действителен

Тихий, неуверенный шепот разорвал полотно могильного молчания.
- Кантэ?...
Секунда заветной тишины.
- Что?
Действительно, как еще можно ответить, когда тебя зовут. Дракон отозвался хрипло, будто недавно сорвал голос. Пальцы, надежно ухватившие край каменной могилы, удалось разжать не сразу. Он пролежал без движения не месяц, не даже полгода, а целых полтора. Сказать, что тело с трудом ему подчинялось, ничего не сказать. Чужие мышцы, непослушные конечности, атрофированные на лицо. Дракон потер ладонью глаза и попробовал вновь взглянуть перед собой, где сквозь изуродованную временем и человеком расщелину пробивал себе путь солнечный свет.
Вот тебе и доброе утро.
Мужчина оставил позади тревожные мысли и неуместные порывы. Внутри полным ходом закрутился жизненный механизм, который требовал вещей куда более низменных, чем сокрушительное осознание невероятности произошедшего или самокопание с целью познать судьбоносную выходку.
- В глотке сухо до невозможности. Вода есть? - Кантэ обернулся и взглянул на героиню дня, которая смогла невесть какими силами вытащить его из смертельных лап вечной дремоты. Девушка, мгновение назад откинутая на задницу энергетическим потоком, оказалась в невероятной близости к бывшему ментору. Мужчину моментально столкнулся с ней взглядом, но долго на глазах задерживаться не стал - сколько не лежи в забытой глухомани, мужчиной от этого быть не перестанешь. Глаза медленно заскользили вниз, оценивая аргументы в пользу пребывания данной прелести возле дракона, и через несколько секунд изучения вернулись на прежний уровень.
Выглядит как шлюха. Да ладно. - Круэлла не пошлет к нему куртизанок. Неоправданный риск и абсолютная бессмыслица посвящать девок борделя в такие деликатные подробности темных делишек, как сон их покровителя. Единственной возможной посетительницей из общества продажных тел является Сатика, но он мог поклясться, что сквозь крышку гроба ни разу не слышал ее голос. Знакомым показался оклик девушки, склонившейся сейчас к нему, но она должна сказать больше, чтобы Кантэ убедился либо разуверился в своих чувствах.
- Рассказывай давай, кто такая и откуда меня знаешь. И... - дракон недоверчиво скривился и обвел узкими зрачками место своего упокоения.
Меня похоронили заживо, но не закопали в землю, а значит на что-то рассчитывали. Сколько же прошло времени... У тебя медальон шадоса на груди, девочка, и до въедливой бреши в памяти знакомое мне лицо, но перевернись я в гробу, мне не вспомнить, откуда. Может быть иллюзия, но ты не Сатика. Я бы заметил и понял, к тому же эта мертвая проститутка ведет себя в корне иначе, а здесь... что-то другое.
Проверять ее на принадлежность к гильдии, запрашивать какие-то пароли или кидаться с расспросами, брызгая слюной, не стиль дракона. Логика ведет его к выводу, что блондинка не желает ему зла, а если она каким-то боком повязана с гильдией, что скорее всего именно так, ему не составит труда распознать правду. Кроме темных некому навестить ящера, и никто кроме них не может быть осведомлен о его местонахождении. Впрочем, многое могло измениться за время и нельзя ничего исключать, пока дракон не услышит информативную историю.
- И какая сегодня дата. Опасно ходить, открыто демонстрируя эту штучку. - дракон кивнул на медальон, после чего занялся сугубо своими проблемами. Пищу для размышлений и ответов девушке он с лихвой предоставил, предвкушая глоток живительной водички, а беда с ощущением тела в пространстве все еще требовала решения.
Ящер завел локти назад, потягиваясь, и пару раз покрутил шеей в разные стороны. Противно захрустели потревоженные позвонки, чему дракон отнюдь не обрадовался - проблем с костями у него никогда не было.
Интересно, телепортироваться не разучился. - предпочитая увильнуть от нескладного вылезания из гроба с вероятностью поцеловать мощеный пол, Кантэ исчез. Появился он спустя долю секунды рядом со своей могилой, опираясь на нее пятой точкой.
Как был магистром воздуха, так им и остался. Уже легче. - телепортация далась не без труда, и стоять в вертикальном положении оказалось тяжеловато, но для пролежавшего без движения все пока что складывалось лучшим образом. Даже мимо могилы не шлепнулся.

Отредактировано Кантэ (2017-02-13 00:29:51)

+5


Вы здесь » За гранью реальности » Архив локаций Вильдана » Руины синдаров «Вильвердан»