fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Водные территории » Пиратский бриг «Маруся Прихлоп»


Пиратский бриг «Маруся Прихлоп»

Сообщений 21 страница 40 из 65

21

   Всего пара секунд на полу, в спокойствии вернули девушке силы. Слабость, словно после бессонной ночи, во всем теле все еще присутствовала, но в глазах начало проясняться. Первым, что увидела Велория это находящегося рядом с ней Рика, уже в штанах, но без жакета. Подозрительно нахмурившись, она отползла от него шага на два. Ну так, на всякий случай. Ей вообще захотелось спрятаться обратно под кровать. То убежище казалось надежным, тихим и даже Проглот оттуда уже вылез.
   -- Я вызвать? – переспросила Васька, переставая мечтать о стране Подкроватии, и, покосившись на Аларика, немедленно же состроила невинную и благочестивую моську. Оставалось лишь глазками похлопать для пущей правдоподобности. – У него просто настроение хорошее. Ну знаешь иногда прям хочется петь и танцевать. Пчих!
Вот, даже чихнуть угораздило, что только подтверждает ее речь. И конечно подкроватная пыль здесь вовсе не причем. Вель осторожно покосилась на лицо квартирмейстера, пытаясь понять сколько шансов, что он в это поверит. Да конечно Рик уже знал многие Васькины фокусы, но когда дело касалось поведения капитана. Тут не в чем нельзя быть уверенным. Иногда Фистандантилус такое вытворял, что не только под руной вдохновения не решишься сделать, а даже если в тебя вселится сам Акал.
   Но мирная беседа была прервана серьезным БАДАБУМ, который вынес половину стены в каюте. Доски полетели в разные стороны, а от пыли Велория опять начала чихать. В образовавшийся проем вошел дракон и Велория вновь начала косится на кровать, уже даже не взирая на то, что там спрятался синеглазый кот. Подвинется. Иначе бананом в синий глаз получит.
   А между тем с капитаном творилось что-то уж совсем необъяснимое. Видимо руна вдохновения начала давать сбои, благодаря чему настроение пирата скакало, как укушенный Риком кок в полнолуние. И если раньше можно было просто станцевать с Сильванешем лезгинку или досмотреть до конца его эротический танец, то теперь что было делать совершенно непонятно.
  -- Капитан! – подскакивая на ноги, как пружинка, Васька вырвала у дракона злополучный сапог. Помахивая им у того перед носом, словно дубинкой и пытаясь перекричать недружный хор матросов, вновь запевших про львов, оленей и волков, она продолжила. – Мы в береговой зоне и нам нужно причалить. Нам нужно причалить! Возьмите себя в руки!
   Неизвестно добилась бы ли желаемого Велория столь суровыми речами, но в этот момент крыса, пытающаяся утащить одну из досок пробежала по ногам девушки, а та, обратив на нее внимание неистово завизжала. Не выбирая долго куда спасаться от крысы, василиска прыгает на полуобнаженного дракона и висит у него на шее, задевая голову риковым сапогом.

+1

22

Фистандантилус поднялся на ноги, переведя взгляд на скачущую вокруг него в шаманском танце Ваську и размахивающую сапогом. Чей сапог – было неясно, но дракон уже собирался гаркнуть, чтобы прекратить этот бедлам, как его чуть ли не снесло звуковой волной. Рассеяно моргнув, он рефлекторно обнял скаканувшую ему на шею девушку, но получив сапогом по голове грохнулся на задницу.
- Та-а-ак, а ну прекратили этот бедлам! Рик! Приведи себя в порядок, что за непотребный вид? Тассельхоф, вылазь из-под кровати и хватит насиловать несчастный труп кота, он и так уже скоро откопытется.
Капитан поднялся, удерживая девушку на своей шее, хорошо, что та примолкла и прекратила оглушать его своим немелодичным пением. Развернувшись и глянув на пролом в стене, капитан прошел в соседнюю каюту, а из нее уже наверх. Матросы, почуяв неладно и услышав рык своего любимого предводителя, поспешили наверх, делая вид, что занялись своими делами. Кто-то паруса проверял, кто-то крепления.
Маруся, с ободранными боками и, поскрипывая, словно старое судно, села на мель возле берега и хорошо, а то дальше выступающие скалы могли серьезно повредить днище. Васька оказалась выпущена из рук, шлепнувшись попой на палубу, Маджере же, кинулся к борту корабля.
- Метровое копье вам всем в зад! Да что тут случилось? Девочка моя! – пират, чуть ли не плача, огладил шершавый бок своего судна. «Маруся» ответила ему трогательным скрипом.
Тут Сильванеш вспомнил о виновнице случившегося и обернулся назад. Его глаза опасно полыхнули.
- Велория… - тихо и с угрозой проговорил дракон, надвигаясь на девушку. Он остановился перед ней, вспомнив, чем это обернулось последний раз, и ткнул пальцем за борт. – Ты это все починишь, поняла? Палубу у меня драить будешь после починки!  И чтобы корабль весь сверкал! Аларик!
На требовательный крик капитана никто не отозвался, пришлось Фистандантилусу топать вниз и вытаскивая оборотня за шкирку на палубу. Волк был поставлен на ноги.
- В ручную все чинить будешь. – уже более спокойно произнес кэп и указал на Ваську Рику. – А ты проследишь за ней. Да и снимите корабль с мели! Проклятье – Фистандантилус взлохматил свои волосы – Вы меня когда-нибудь угробите! Еще и рабы убежали, кто их вывел на палубу, я вас спрашиваю?
Мужчина круто развернулся, собираясь привезти себя в порядок, но тут вылетел потрёпанный Тассельхоф. Он уселся на бортик, встряхнувшись, но увидел, что его хозяин уходит, вскрикнул.
- Хозяин!! Вы меня забыли!! Подождите! - фамилиар с разлету снова налетел на не отреагировавшего на вопль Рика. Послышался смачный «бултых»! Команда с сочувствием глянула на барахтающегося квартирмейстера.
Из каюты капитана послышалась ругань, видимо любимец дракона сбил и его с ног. Пока Рик плескался в воде, капитан с горяча произнес слова призыва и, оля-ля, на него ответили! Вокруг шеи оборотня обвились тонкие белые ручки, а напротив его лицо было лицо золотоволосой русалки. Рядом послышался еще всплеск и поводе шлёпнул хвост еще одной утопленнице. Еще одна попыталась стащить с Рика сапоги и пощекотать его, посмеиваясь звонко. Видно, утопленницам было совсем тоскливо, что они мигом отреагировали на призыв, или наоборот плавали неподалеку и решили воспользоваться таким моментом.
Фистандантилус вышел из каюты, поправляя свое одеяние и глянул вниз на то, как русалки буквально облепили Рика и отпускать не собирались. В это время впору бы сказать известное Васькино «упс», но дракон ухмыльнулся.
- Рики, не заигрывайся с милыми даманами, у тебя тут одна раба без дела стоит!
Произнеся заклинание, капитан глянул на устремившегося за ним Тассельхофа.
- А ты сиди тут, понял? Следи за этими обалдуями, птичка моя. Надеюсь, здесь есть жилые поселения, эти рабы по-любому спрячутся среди людей.
С помощью заклинания дракон поднялся вверх, мгновенно превратившись и расправил могучие крылья. Сделав круг почета, дракон махнул крыльями, полетел вперед. 

http://i.imgur.com/Sahjk3d.png Туманная бухта

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-04-01 17:03:37)

0

23

http://i.imgur.com/Sahjk3d.png Туманная бухта
28 Новой Надежды, ночь.
1647 год от подписания Мирного Договора.

Фистандантилус брезгливо поморщился, когда на голову змея взобралась только два спутника девчушки. Один из них был Джу-Алшай. Именно так его называла главная всей этой банды, пока дракон шпионил за ними из теней.
Что ж, добыча попадет к нему в лапы со второго раза. Осталось только, чтобы его же команда не набросилась на них с саблями наголо. Это был было бы досадной и неприятной промашкой. Дракон поморщился, представляя только, как на него накинется Васька с Риком. Они-то уж точно не видели капитана в таком облике. Команду можно утихомирить рыком, а вот их вряд ли.
Иллюзия медленно подняла голову, издав какое-то странное пощелкивание, не давая даже пассажирам устроится поудобнее. Эльфа слегка качнуло из-за резкого подъёма, но он устоял гордо. Подумав, что лучше так не стоит рисковать, капитан заставил иллюзию двигаться ровнее, словно бы он левитировал. 
- Очень хорошо. Коль так вы пожелаете, то я пришлю за вами лодку, раз вы хотите заставлять ждать себя. - Маджере махнул рукой, и змей тут же стремительно отплыл от берега, развернулся и двинулся в сторону коробя. Всю дорогу у дракона чесалось между лопатками, где была нанесена руна защиты. Все же, эта компания явно не была переполнена добродушием и любовью к этому некому Теодору и его господину.
Сильванеш изогнул губы в кривой усмешке, пока его нежданные спутники не видели. Что ж, теперь осталось только подождать, что будет дальше. Он очень надеялся, что в лодку не последуют те два дракона, что сейчас демонстративно изучали звезды.
Всего пара минут и вот монстр приблизился к борту брига, склонив голову. Пока его компаньоны мешкали, Фистандантилус спрыгнул первым на корабль. Команда. Испугавшись приближения монстра рассеялась по кораблю, но сейчас они насторожено взирали на блондина и его спутников. Явились не пойми кто в отсутствие капитана, их разумней поймать и связать, а уже потом разбираться. Стоило одному из матросов сделать шажок вперед, как дракон быстро глянул на него и рыкнул.
- Ты, садись в лодку и отправляйся к берегу. Наши гости не захотели пользоваться более быстрым транспортом передвижения, придется с ними по старинке.
Матрос малек опешил, да и все остальные, признавая голос и командный тон своего предводителя. Они невольно топтались по палубе, не зная, что делать, то ли напасть на них, то ли исполнять приказ.
Сильванеш обернулся на змея, махнул рукой и иллюзия растаяла, точно снег под палящим солнцем. Остатки воды тут же ухнули обратно вниз, заставив «Марусю» покачнутся.
- Исполняйте приказ – живо! – вновь рявкнул капитан и на этот раз матрос подчинился, кинувшись к борту корабля, хватаясь за канаты, удерживающие лодку.
Команда заметно расслабилась, признавая капитана. Еще один матрос, недобро глянув на тех. Кого привел капитан, хотел сказать, что они готовы к отплытию, но Сильванеш глянул на него так, что тот подавился словами и тут же отступил.
Сейчас не время, чтобы его раскрыли. Еще не вся добыча попала в сети. Моряк уже спускался вниз, и весла ударили по воде. Окинув палубу пристальным взглядом, дракон не обнаружил Рика и Ваську, а еще своего питомца. Странно, куда они подевались? Уж не сбежали ли? Насчет этих двоих он не уверен, но вот птичка говорящая улететь точно не могла. Ну что ж, пусть пока это трио остается там, где и сейчас, чтобы ничего не испортить.
- Подождем вашу спутницу, а затем я провожу вас к… господину. – бросил эльф прибывшим, пристально глянул на них. Вдруг они были на том корабле «Танцующий парус» и этот, хоть и крупный, бриг может вызвать у них сомнение.
Эльф нетерпеливо провел ладонью по борту корабля. Вглядываясь в темный силуэт лодки, который уже двинулся от берега обратно. Фистандантилус побарабанил пальцами по доске и оперся об нее ладонями. Цепким взглядом он оглядел корабль, в котором уже залатали дыры. На реях  сидели матросы, готовясь по первому приказу раскрыть паруса. Да уж, если план удастся. Им придется улепетывать на полной скорости. Главное снова не сесть на мель.
- А вот и наши гости. – пробормотал дракон себе под нос, когда к шлюпке спустили гаки для подъема.

+1

24

[ Туманная бухта ] http://i.imgur.com/Sahjk3d.png
28 Новой Надежды, 1647.
Ночь.

«Море волнуется - раз.
Море волнуется – два.
Море волнуется – три.
Умри».

[float=right][mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0414/9f/8e7fc3.mp3|Наадя - Пираты[/mymp3][/float]
Маленькая точка отделилась от корабля вдалеке и поплыла им навстречу по тёмной жиже. Шакти, казалось бы, одновременно думала обо всём и ни о чём. Как она будет себя вести? Что скажет? «Я дала слово милорду, что заставлю Норерно не только отступить, но и согласиться на наши условия». Но сказать это одно, сделать – совсем другое. Было бы ей хотя бы на лет сто больше, чем сейчас! Тогда бы уж она наверняка знала, как поступить или же вовсе стала персоной настолько самодостаточной, что ей не пришлось бы кому-либо служить. Тем не менее, о предательстве драконьего маркиза она даже не помышляла. Во-первых, она люто ненавидела людей, которые отрекаются от своих же слов, потому как на своём горьком опыте знала, чем может обернуться мельчайшее отступление от оных. И прямо сейчас белобрысой прислужнице маркиза начинало казаться, что её предали снова – те, кого она называла друзьями. Насколько проще прошла бы эта встреча, окажись на ней кто-то из них! С Когтистой Рукой шутки плохи и слуги Норерно, вздумай они что неладное, трижды подумали бы хорошенько, прежде чем предпринять что-нибудь, идущее Шакти и её спутникам во вред. Тысяча Слов тоже был не из тех, с кем хотелось бы вступить в открытое сражение; она посвятил свою жизнь Тьме, и она отвечала ему взаимностью, приходя на помощь каждый раз, когда он звал её. Именно его девочка считала образцом успешного мага, который не только творил волшбу, но и жил ею. Сама Тьма объяла его, проникнув в кровь и косточки, чего нельзя было сказать о других магах, которых знала Шакти. И, конечно же, Кадеирн… Белобрысая шадос осмотрелась по сторонам без какой-либо цели. Естественно, этой ночью друга детства здесь не будет. Как странно – он всегда твердил, что любит её, но никогда не оказывался под боком, когда ей это действительно было нужно. «Грош цена такой любви,» злилась Шакти, порой совсем забывая, что когда-то прекрасно обходилась и без своего рыжеволосого защитника. В относительном комфорте, так или иначе, очень легко размякнуть. Сознание атрофируется не хуже мышц, если не поддерживать его в форме. Теперь, стоя на берегу и дожидаясь лодки, Шакти уже была далеко не такой одичавшей, как год назад. Многое изменилось в лучшую сторону, но она теряла навыки к выживанию. Вероятно, это задание должно было напомнить ей о том, кто она есть и откуда пришла. Поверить в то, что маркиз решил протанцевать её на краю Изнанки, казалась девочке сомнительной. «Хотел бы уничтожить меня – сделал бы это на месте,» решила она, «или же придумал способ поизящней». Золото проверяют на зуб. Шакти, видать, решили испытать непосильным, по её мнению, заданием. «Но я больше чем золото». То ли это была руна вдохновения, нанесённая змеиной леди, то ли её собственное чувство уверенности, но ноги уже не так стремились покинуть Туманную бухту. И хотя белобрысая шадос не испытывала никакого энтузиазма по поводу предстоящего ей испытания, она села в лодку без колебаний, когда та прибыла к берегу.
По пути к кораблю Шакти не отрывала от него взгляда, хотя тьма колола ей глаза. Не любила она море, ох, не любила. Плавала великолепно и едва ли пошла бы ко дну, но неизведанные пучины ничем не привлекали её, и всему прочему – как воде, так и небу,- белобрысая шадос предпочитала твёрдую почву под ногами. Так ей было спокойнее.
Ушастый зверёк высунул мордочку из-под её плаща, захлопал глазками. Шакти заботливо провела рукой по его голове, потёрла ушко. В море она бывала очень редко; в основном все путешествия осуществлялись путём телепортации или полётом на драконе. Единственный запомнившийся раз, когда она пересекала море на корабле, был тот самый первый. Сколько ей тогда было лет? Ах да, семнадцать. Тогда она решила, что Денаделор для неё уже маловат, и вознамерилась отправиться к предкам своего отца, в Шхаас. «Фиговая была затея». Теперь Шакти вспоминала те события с лёгкой ностальгической улыбкой. Денег хватило только на подобие корабля, а отребье, собравшееся на нём, вполне могло бы сделать с ней целое множество далеко не самых приятных вещей. Но ей, как это зачастую бывало, улыбнулась удача. Девочке свезло прибиться к какой-то женщине, которая взяла её под защиту, и до Вильдана она в итоге добралась в целости и сохранности. Но, будь у Шакти возможность переписать своё прошлое, она бы не стала менять этот эпизод, потому как обрела на том корабле нечто очень важное для себя.
-Обожаю тебя, Люсьен,-  одними губами произнесла шадос, погладив фамилиара. Зверёк ничего не стал говорить, но в этом и не было необходимости. Те, у кого души связаны одной нитью, знают друг друга без лишних словесных подтверждений.
Шакти почерпнула чернильной воды, посмотрела наверх. Её задание должно было начаться с минуты на минуты. Девочка запрятала фамилиара и поднялась на ноги, протянув руку Кристофу, который уже был на палубе.
-Если начнётся потасовка – превращайся прямо тут и сметай всё на своём пути,- мимоходом шепнула она так, чтобы никто больше этого не услышал.
Выцепив взглядом Теодора, белобрысая шадос поправила на голове капюшон, чтобы не светить своим бледным лицом, и направилась к притворщику. Привычка изучать каждую новую обстановку никуда не исчезла, и с каждым своим шагом девочка подмечала какие-то детали, пока вдруг у неё во внутренностях всё не перевернулось от ощущения надвигающейся беды. Это было сродни приступу желудочной боли – только человек, имеющий с этим проблемы, мог бы понять Шакти. Чувство было такое, как будто внутри очнулся червь, стремительно принявшийся всасывать в себя кишки, оставляя после себя ноющую пустоту. «Я должна была понять ещё по тому мужичку на вёслах». Моряки, чьи лица заприметила девочка, ну уж ничем не походили на подчинённых Норерно. Тот брезговал нищетой и ущербностью, поэтому его окружение целиком и полностью состояло из наряженных, ходящих по стрункам модников. Люди, которых Шакти видела вокруг себя, не были так уж страшны, но и под описание свиты Норерно никак не подходили. Её чудовищную ошибку подтвердил и сам корабль. «Как? Как это можно было не заметить?»  Незадачливую прислужницу маркиза подвели цифры. «Судно Норерно – четырёхмачтовое. Че-ты-рёх-мач-то-во-е. Неужели я не могу отличить две мачты от четырёх?» Но, разведи Шакти панику, всё свелось бы к их преждевременной кончине и ничего более.
Белобрысая шадос позвала за собой Джу-Алшая, подав ему знак взглядом. Тот же взгляд был нацелен на Неому Сирус и Кристофа. Драконица достала очередную булочку и принялась её жевать, опёршись спиной о борт. Легкомысленнее её могли показаться только студенточки-первогодки в каком-нибудь немагическом учебном заведении, но на деле она просто пускала пыль в глаза, как «своим», так и чужакам. Сансер сделал вид, что его чем-то заинтересовал парус, поэтому намеренно замешкался у мачты.
В сопровождении своего высокорослого спутника Шакти подошла к Теодору, который, скорее всего, им даже не являлся. Сама девочка остановилась прямо перед притворщикам, вынудив Джу-Алшая встать у неё за спиной. В борьбе с магами лучше либо вообще скрыться, либо находиться непосредственно рядом с ними – таким образом, есть возможность одолеть их ещё до того, как они успеют впутать в дело свою магию. Но белобрысая шадос рассчитывала не на это, а на свою юркость. В случае опасности она просто подастся в бок и позволит Джу-Алшаю, которому она сейчас преграждала путь своим телом, отсечь иллюзионисту голову или загнать саблю в ключицу – это уж как получится.
Из-за того, что оба мужчины были одинаково рослыми и могли смотреть друг другу в глаза, Шакти ощущала себя зажатой между двумя исполинами.
-Я оценила спектакль,- таким же тоном и с таким же выражением лица, как на берегу, произнесла шадос, не поднимая шухера, - а теперь говори, кто ты таков, или мои драконы спляшут у вас на палубе гальярду. И это не метафора.

+2

25

Лодку подняли вверх, и пассажиры сошли на палубу. Моряк недовольно поглядывал на капитана, вновь прикрепляя лодку на место и проверяя канаты.
Сильванеш замер, пристально следя за новоприбывшими. Что-то в них поменялось, в движениях сквозила настороженность или это всего лишь был обман зрения в темноте? Он увидел, как остановился мелкий сородич, рассматривая паруса. По его виду - он не был искушен в корабле строение, чтобы его могла заинтересовать какая-то там мачта. Уж не моряками ли он любуется, сидящими вверху и от скуки болтающими ногами? Молодая госпожа со своим двуногим спутником двинулась к нему, а вот драконица принялась завтракать или еще ужинать? Это явно было не уместно в стане врага, если только она сама не являлась врагом для этой девчушке. Может у них договоренность с Теодором, чтобы они в ловушку её заманили и это явный знак? Да нет, глупости, девочку бы тоже это насторожило. Она была явно не глупа для своего возраста, если это её настоящий облик.
Все же девушка подошла со своим спутником. Мало того, что он сверлил взглядом спину дракону всю дорогу, так сейчас смотрит еще оценивающе. Эльф поморщил нос, этим и сам выражая, что неприязнь. Настоящий воен. Уверенная походка, при нападении с ним будет проблема. Взгляд скользнул на девчушку. Ничего не изменилось в её взгляде или тоне в голоса, однако пират был вынужден признать проигрыш и раскрытие своего плана. Значит, она все же видела тот корабль и увидела не состыковки «Танцующего паруса» с «Марусей».
Губы мужчина исказила кривая усмешка. Быстро он окинул взглядом всю компанию, заметив, как на бортик сел Тассельхоф, недоверчиво посматривая на собравшуюся компанию. Синее оперение отливало метало из-за воды. Птица вздыбился из-за холода и сейчас походил на мохнатый комочек.
- Кто развеет сон, того дракончик съест... - мягким баритоном пропел Маджери, и резко ударил окованной в сталь когтистой перчаткой Джу-Алшая в скулу. Мужчина желал ошеломить врага в первые мгновения, не давая ему возможности опомнится.
- Тас! - гаркнул он, и этот окрик послужил приказам не только фамилиарау, а так же морякам, быстро выхватившим сабли. Не успела драконица принять меры и превратится, а уже на нее налетел фамилиар, ударяя крыльями и лапами, издавая пронзительный крик.
Фистандантилуса окутал невидимый полог защитной руны. «Минута, всего одна минута…» - напомнил себе дракон. Он знал, что атака спутника девчушке или даже её самой последует, однако не возымеет должного эффекта. Сильванеш пролетел мимо девушке, вновь ударяя её спутника, теперь уже по ребрам, пока тот не успел выхватить своё оружие.
Сильванеш пытался оттеснить его поближе к штурвалу. Дракон глянул на собратьев, но не успел даже посмотреть, что творится за спиной, как пришлось выставлять вперед перчатку, защищаясь от кинжала. Удар пришелся по защите и по всему телу дракона прошлась голубоватая молния, восстанавливаемая магией руны. «А этот парень молодец, отошел от тех ударов и даже успел выхватить оружие, просто так его не возьмешь, а в каюту за мечом я не добегу».
Капитан вновь ринулся вперед, ударив мужчину плечом и толкнул вперед, чтобы тот отлетел. Резко дернув завязки плаща, Сильванеш  поймал оседающую ткань и швырнул в Алшая.
- Давайте! – рявкнул он стоящим там матросам.  Хорошо, что эти остолопы шустро соображали в потасовке. Заметив валяющуюся под ногами сеть, они поспешили накинуть её на противника, а сзади еще ударили его чем-то тяжелым в голову. Дракон не успел особо разглядеть чем ударили несчастного парня таким, что он сразу же повалился. Он лишь понадеялся, что тот останется жив, и уже резко повернулся к сородичам, готовясь сам превратиться в любую минуту и напасть на них. Море это его стихия, только Фистандантилус знает все его причуды и дурные нравы, а не ту прекрасное спокойствие, что видно с берегов.
Еще была девчушка, но она вряд ли предоставляет угрозы. Рядом послышался крик Тассельхофа. Он, растопырив когти, завис напротив девушки, с одной стороны не давая матросам её затоптать, ведь есть еще двое противников.

+1

26

Мать Шакти всегда была умнее, чем все её наставники вместе взятые, потому как говорила, что в любых неприятностях единственный верный способ уцелеть – это сбежать. Но маленькая белобрысая детка считала свою маму глуповатой трусишкой, наслушавшись рассказов об отце, которого она никогда не видела, но чей образ сумела соткать по обрывкам фраз. Уж он-то наверняка ни за что не побежал бы, даже если земля загорелась у него под ногами! Так она считала… пока не выросла и не была силком выкинута из родного гнёздышка. Настоящие трудности заставили её поверить не только в правдивость, но и в действенность материнских советов. В итоге, что бы ни говорили шадосу её наставники по магическим тонкостям и боевым навыкам, опыт доказывал, что нужно уметь вовремя унести ноги вопреки попыткам лезть на рожон.  Конечно же, это было разумным. Особенно по отношению к девочке, которая могла уложить на лопатки разве что пьяного вусмерть противника.
Но это ещё не означало, что она не могла или не была готова кому-либо навалять, если в этом действительно была такая необходимость. А она была.
Лже-Теодор решил пойти старым добрым путём всяких негодяев и задавить её немногочисленную группу эффектом неожиданности. Шакти ожидала от него чего-то подобного, но не думала, что всё произойдёт настолько быстро и грубо. «Проклятье!» Псевдо-эльф понимал, кого из их компании стоит остерегаться больше всего. Белобрысую девочку спасла только крайняя напряжённость, которая превратила её в попрыгунчика. Едва мимо пронеслась рука притворщика, как шадос тут же отпрянула в сторонку, чтобы ей не влетело тоже. Джу-Алшай далеко не слабак, но Шакти не была уверена, что её собственное тело выдержит что-либо подобное, к тому же её челюсть нравилась ей такой, какой была, и она не желала вносить никаких коррекций. Бывало и такое, что один безобидный удар мог навсегда изменить, например, форму носу. У мужчин, казалось бы, кости были прочнее или что-то вроде того, и белобрысая шадос не переставала удивляться тому, как они лупят друг другу на тренировочных площадках острова Унад и рахенского замка её милорда, при этом сохраняя свои лица и прочие части тела в прежнем виде. Внутренняя чуйка подсказывала, что лучше ей не проверять себя на прочность.
«Джу!» вспыхнуло в мозгу. Но когда начинается заварушка, сложно думать о ком-то кроме себя самого. Вынырнув из-под руки лже-Теодора, девочка тут же обернулась к нему лицом, чтобы не пропустить ни одного его движения, и заняла позицию у него за плечом, чтобы ему не вздумалось отправить её в нокаут.  Принципы, конечно, хороши, и Шакти видала немало преступников, которые, к примеру, не трогали стариков, детей и женщин, но в данной ситуации нельзя было быть в чём-то уверенной. «Подстраховка прежде всего».
Воин маркизовой прислужницы сдаваться не собирался. Оно и понятно – он бы ни за что не повалился, сложа лапки кверху. Белобрысая девочка не знавала никого, кому сражения приносили бы столько удовлетворения. Случалось и такое, что Джу-Алшай намеренно искал себе проблем и, как это обычно случается, находил их, что и закалило задиру. Но теперь расстановка сил была ему не в пользу. Главной причиной тому был притворщик в эльфийской личине. «Я просчиталась,» сокрушённо признала белобрысая шадос, «он умеет драться и делает это ничуть не хуже, чем колдует». Хотелось бы Шакти вмешаться, но она не могла этого сделать, так как, невзирая на искреннюю симпатию к Джу-Алшаю, она оставалась всё тем же единоличником, который не мог наступить себе на глотку и поставить свою персону под удар во имя кого-то другого. «Бейся,» беззвучно подбадривала она своего соратника, «бейся, потому как если ты не будешь этого делать, мы можем даже не начинать». Ситуация, впрочем, оставляла желать лучшего.
На Шакти, к счастью, обращали не так уж много внимания. Свою роль сыграла не только подростковая внешность, которая принадлежала, как казалось многим, безобидной мадемуазельке, но и удачно подобранная спутница – Неома «перехватывала» на себя большинство моряков. «Жадных до наживы детёнышей уличных псов».  Драконица дала фору всем, кто хотя бы попытался замахнуться на неё, поэтому-то и стала первой в списке тех, кого стоит устранить. Белобрысая шадос решила использовать это себе на пользу, но не сразу – отвлёк взмах крыльев.
Если кого Шакти и не любила так же, как и рептилий, так это были птицы. Что-то определённо отвращало её в этих существах, и даже почтовые голуби и вороны вызывали в ней неприязнь. Эта же крылатая бестия, нависшая над прислужницей маркиза и оттопырившая когти, и вовсе зародила в ней ненависть.
-Убью,- тихо прошипела девочка, но угрозе не было суждено воплотиться в жизнь. Так уж сложилось, что Шакти могла без сострадания смотреть на то, как страдают люди, но совсем иначе воспринимала муки каких-то животных. Вероятно, свою долю в эту черту характера внесла её покровительница Эльвэ, но факт оставался фактом – шадос любила животных, защищала их и, даже питаясь их душами, чувствовала раскаяние и жалость. Чаще всего её «кормом» в таком плане служили именно хладнокровные и птицы. Змею она бы ещё могла прирезать – и это-то при отцовских корнях, выходца из ассури!- но разделать пташку не решилась бы. Впрочем, в критической ситуации зачастую меняешь своё мнение, но на этот раз звёзды встали так, что крылатое существо было заочно оставлено девочкой в живых. Но терпеть её присутствия, грозящего последствиями, Шакти не стала.
Первым делом белобрысая шадос выхватила из-под плаща «Острие Дракона», так как никакое другое оружие не помогло бы ей в этот час больше этого. «С ним ты станешь куда сильнее. А его лезвие способно пробить даже самую толстую чешую дракона,» - вот что сказала о нём рунолог, зачаровавшая кинжал. Проверку остроты Шакти оставила на потом; сейчас ей недоставало именно физической силы. Девочка обхватила рукоять левой рукой в перчатке, чтобы лезвие, направленное вовнутрь, в случае чего не поранило плоть, и с размаху «съездила» птичке прямо в клюв. Змеиная леди не солгала – удар получился что надо. «Зачарование заодно с гневом – надо запомнить рецепт». Разочарование, испуг и злость лишь прибавляли сил. Прежде чем птица успела опомниться, Шакти схватила её за крыло и отбежала в сторонку, где, хватаясь за ту же конечность, отшвырнула бестию от себя, вероятно, за борт. Но маленькая победа казалась ещё мизернее на фоне больших провалов.
Дела у Джу-Алшая были действительно плохи. Один из первых уроков, которые усвоила шадос, заключался в том, что даже самых умелых мастеров можно осилить количеством. Мужчину с шрамом поперёк глаза окружили со всех сторон, опутали сетью, точно какого-то зверя. Шакти вздрогнула, когда спутника на её глазах ударили сзади по голове – она знала немало случаев, когда подобное оборачивалось смертью. И она наверняка заплакала бы, не будь её собственное положение таким же печальным.
-Неома!- крикнула белобрысая шадос и побежала вперёд. Драконица избавилась от ближайшего противника и устремилась ей навстречу. Уж чего ей было не занимать, так это умения сжимать в кулак эмоции. «Сомневаюсь, что она вообще боится чего-либо». Шакти заткнула «Острие Дракона» обратно за пояс, взяла в руки своего фамилиара. Неома сметала источники потенциальной угрозы, что позволило белобрысой девочке приблизиться к лже-Теодору. Пнув его коленкой по пятой точке, Шакти сиюминутно бросила ему в лицо своего ушастого зверька. Эту фишку они придумали ещё в те годы, когда бродили по свету вдвоём – Люсьен хватался за глаза, нос и губы противника, иногда впиваясь тому коготками в скулы или дёргая за ресницы, а девочка в то время уносила ноги. На это был расчёт и в этот раз. Удостоверившись, что фамилиар достиг своей цели, белобрысая шадос резко ушла в сторону, позволяя Неоме взять притворщика на себя.
Но разве этого было достаточно для спасения? Ответ был очевиден.
Шакти выискала взглядом свободную мачту. Свободной она была относительно – на ней всё ещё задерживался то ли какой-то мужик, то ли парнишка, в темноте не разберёшься. Прислужница маркиза юркнула в ту сторону, скинула с себя плащ, который был для неё тяжеловат и мог помешать передвижениям. Верёвку от мешка девочка накинула не на плечо, а продела наискосок через грудь, чтобы тот не свалился; голова шпиона была не менее ценна, чем записи касательно сделок. Текст в них был, естественно, зашифрован, но так или иначе Шакти не могла себе позволить потерять их. «Главное, чтоб рука не дрогнула», взмолилась она и потратила на матроса целых три кинжала, последний из которых таки влетел ему во внешнюю сторону бедра. Задействовав браслет невесомости, белобрысая шадос подпрыгнула наверх и зацепилась за мачту с помощью Мёртвой Хватки, после чего взобралась на неё, чувствуя, что при колебании наверняка навернётся вниз головой наперёд. «Нелепая, смешная учесть». Руна защиты, которую она использовала на берегу, давным-давно развеялась. Она, по большому счёту, ей и не понадобилась, да и силы необходимо было беречь. Шакти взяла себя в руки и, вспомнив всё-всё-всё, чему учила её змеиная леди, начертила руну огня, наложив на неё руну усиления. По сути, разведение пламени на любом корабле равнозначно просьбе «убейте меня, пожалуйста, самым страшным способом», но шадос не намеревалась вновь очутиться в лапах врага. Объединённая руна была без зазрения совести послана вниз, навстречу недоброжелателям, столпившимся у мачты. «Не огненная геенна, конечно же, но хоть что-то». Уровень владения магией не позволял Шакти устроить настоящее пожарище, но она искренне надеялась, что кто-нибудь из загоревшихся сможет разнести пламя по всему судну.
Сил оставалось не так уж много, остановить себя в подобном запале очень и очень нелегко. Белобрысая шадос выискала взглядом псевдо-эльфа и свистнула, отзывая своего зверька, крутящегося неподалёку. Сколько времени прошло? Минут пять, десять? Казалось бы, целая вечность. «Была не была». Шакти выдохнула весь воздух из лёгких, начертила знаки и послала руну боли в главного, по её мнению, виновника её злоключений, всей душой – если таковая у неё была,- желая, чтобы та достигла лже-Теодора.
Ведь, вне всяких сомнений, увидеть его скорчившимся стоило бы того, чтобы пожертвовать столь ценными магическими ресурсами.

+3

27

http://s8.uploads.ru/5q1Z7.png

Неома Сирус

Не нравилось Неоме Сирус какой оборот принимало дело, не нравилось. И дело было не в срочности задания или том, как резко их с братом сорвали с места:  та жизнь, которую они с Ноа вели, подразумевала то, что, просыпаясь утром, они не знали, в каком месте окажутся вечером.  Нередко отсчёт шел на минуты. Ноа и Неома были готовы к такому. Они никогда не жаловались, никогда не думали уйти  и променять службу маркизу на что-то еще. Подобная преданность черпала свои корни в их не самом благополучном детстве. Мать выкинула их из дома, когда им едва исполнилось четыре.  Причиной такой жестокости стала озлобленность драконицы на мужа, который оставил жену и ушел к «истинной любви». Так, дети попали не в лучший приют, откуда мальчику была прямая дорога в подворотню, а девочке в публичный дом. Несколько раз они убегали из детского дома, нередко скитались, и их жизнь катилась под всё больший откос, пока в одну из зим их не нашел замерзающими под мостом Меррик . С тех пор жизнь  близнецов пошла в гору. Впрочем, Неома и Ноа ценили не столько хорошую жизнь, сколько питали благодарность к тому, кто протянул им руку помощи в трудную минуту.
Оказавшись на корабле, Неома достала булочку и стала её есть – отвлекающий маневр. Тот, кто обычно бывает на нервах, не может проглотить и кусочка, она же всегда отличалась хорошей выдержкой и отменным аппетитом беспризорника. Оставалось только ждать.
Недолго.
Атака, несмотря на то, что Неома готовилась к ней, все равно оказалась внезапной. Противник бросились со всех сторон и сразу, разве что  Джу-Алшай перетянул на себя часть их внимания. В отличие от мастера сабель, Неома  не могла похвастаться тем, что обладала выдающимися навыками ближнего боя. В сражениях она уповала больше на магию, хитрость и ловкость. 
-Глаза! – Крикнула она Джу-Алшаю. Это было своеобразное предупреждение зажмуриться. Следом за этим девушка взмахнула рукой к небу и из ладони вырвалась вспышка света, призванная ослепить противников. На кого-то это подействовало, другие же догадались так же ухитрились воспользоваться предупреждением, предназначенным для союзника, но Неома не останавливалась на начатом. Она складывала уже новую формулу. На этот раз в ход пошла магия воды.
-Абрахемер! – Выкрикнула девушка. Вряд ли кто понял, что за «белиберду» она несла, так как это была действительно белиберда, слово ее личного изобретения, призванное привести в действие очередное заклинание. На этот раз «Морозный узор». Где, как не на корабле, плавающем в море, была достаточная влажность, чтобы творить ворожбу. «Жалко, Ноа не пошел с нами, - подумала сестра Сирус, - он все же лучший маг воды, чем я». Так уж вышло, что девушка имела больший потенциал среди «светлых», тогда как её близнец лучше ладил со стихией воды.
Оттолкнувшись ногой, Неома  юрком проскользнула между двумя  ещё не очухавшимися от вспышки света моряками и  заскользила по образовавшейся под ногами ледяной поверхности к перилам корабля. Сзади послышался грохот растянувшихся на льду моряков. «Один-ноль», - без тени улыбки подумала девушка. Ничто так часто не губило воинов, как преждевременная вера в свою победу. И все же, Неома не могла не признать, что отступила на этот раз красиво. Не успела она подумать об этом, как красивому отступлению помешал не вовремя качнувшийся корабль, и девушка подобно противникам растянулась на палубе, впечатавшись в пол, ни много – ни мало, лицом.
Сзади послышались шаги, бум, брань на скользкую поверхность. Неома перевернулась и увидела подступающих к ней врагов. Действуя скорее интуитивно, чем осознанно драконица обратилась к благословению защиты. Едва формула была сложена в голове, а с уст сорвалась очередная абра-кадабра, как маг света и воды ощутила, как в её плечо впилась брошенная кем-то сабля. Оружие не вошло так глубоко, как могло войти, не примени Неома чары, но всё же ранило.
«Колдовать надо было лучше. Ой, как же больно! Терпи!»
Следующим приступом боли стала резко выдернутая из плеча сабля.
«Кристоф!» - Подоспевший из-за спины дракон, как всегда не церемонился ни со своими, ни с чужими. Ранившее ее оружие полетела в голову одному из матросов. Резким движением едва ли не за шкирку подняв Неому, дракон поставил ее на ноги,  противников на время демобилизовал брошенным им в глаза песком и… снова скрылся в неизвестном направлении, оставив девушку сражаться со своими «существами изнанки». И она сражалась.  Свет, вода, которой благо было в избытке, снова свет. Где-то сбоку вывели из строя Джу-Алшая. Неома, собрав волю в кулак, билась дальше. Билась до тех пор, пока не услышала, как ее окликнула Шакти. Кто-кто, а именно Неома была в их нынешнем составе самым надежным членом для командных действий.
Вознеся руку к небу в надежде увидеть ныне не существующее солнце, она воззвала ко всему светлому, что пронесла в душе через полную тьмы жизнь, воззвала к свету, что существовал даже в самых темных уголках мира, она благословляла его, благословляла ту радость и счастье, что он давал, то умиротворение, которым наполнял сердца.
«Сметание источников потенциальной угрозы» Шакти заключалось в благословении тех, кто в эту ночь хотел совершить непоправимое и отнять жизни, которые не имели права забирать.  Вспышки света то справа, то слева обрушивались на воинов  корабля. Они не разили, не отнимали чужие жизни, но наполняли лица блаженным счастье и умиротворением. Они превращали монстров в невинных младенцев, не возрастом, но состоянием души. Расходясь все больше, Неома была подобна жрице, несущей в мир свет, счастье и любовь.
Когда Шакти начала осуществлять свою совместную операцию с фамильяром, Неома так разошлась, что решила обрушить благословение и на эльфа. Вспышка света с небес обрушилась на него.
Следом за ней на колени рухнула девушка. Она так увлеклась колдовством, что не приняла в расчет то, что её тело было не безграничным сосудом для магической энергии. Неома в глубине души похолодела, запас ее колдовства был не пределе, что, однако, не отменяла необходимости противостоять Теодору.
-Покайся, и Ильтар помилует тебя, - сказала она, поднявшись на ноги и начав медленно приближаться к мужчине. – Еще не поздно ничего изменить. Раскайся и боги помилую тебя, откройся, и к тебе потянутся другие. Внемли моему гласу, ибо он будет услышан на небесах.
Если бы не уверенность в голосе и фанатичный блеск в глазах, Неома сошла бы за помешанную, так больше походила на праведницу и одновременно на фанатичку.
Блаженную ее речь оборвал вонзившийся в спину клинок.

http://s8.uploads.ru/FwPI5.png

Джу-Алшай

Подобная вылазка для Джу-Алшая была не первой и, как он полагал, далеко не последней. Короля делает его свита, полагал он, а воина пережитые им сражения. Впрочем, самые грязные бои, как он несколько раз убеждался на своем опыте, происходили не на боевом поле лицом к лицу с противником, а за ширмами господ. Сам воин не терпел грядных интриг и предпочитал честные поединки: там, где есть место доблести, нет места лицемерию.
Первый же удар в развернувшемся сражении, достался ему. Джу-Алшай счел это за комплимент. Его оружие давно стало его вторым «я», и мужчина парировал атаки и наносил ответные удары. Где-то сбоку была Неома, с другой стороны Шакти. Прохвост Кристоф показался в поле зрения война только на короткий момент. Противник пользовался грязными приемами, мало того, что шел толпой на одного, так еще решил использовать сеть. Глухой удар по голове вырубил Джу-Алшая.

http://s9.uploads.ru/TvcB6.png

Кристоф Сансер

В то время, как Шакти, Неома и недальновидный Джу-Алшай стали едва ли не центральными фигурами в развернувшихся боевых действиях, Кристоф побеспокоился в первую очередь о том, чтобы уйти в тень. Не в прямом смысле конечно, хотя его покровитель позволял ему и такое. К чему было лезть на рожон, сражаясь с теми, с кем милорд не просил? Выгоды от этого было ноль, а вот вероятность получить увечья, вполне.
Спрятавшись за кабиной каюты корабля, он стал разглядывать с корабля открывающуюся сушу. Почему-то с моря она всегда выглядела меньше и безобиднее. Там, на берегу, остались двое драконов, здесь был, кроме него еще один. Джу-Алшаем, как рассуждал Кристоф, можно было и пожертвовать – не нравился ему этот тип. Шакти  подавно было пора сгинуть в пучине морской. Так не придется и лишних усилий прикладывать.
Несвоевременно показавшемуся за каютой корабля гостю Кристоф показал приложенный палец к губам и прошептал: «Тс!». Тот, кто наткнулся на дракона, на какой-то момент опешил, этого времени Кристофу хватило как раз на то, чтобы оглушить противника.
Уединенное место, однако, было испорчено бездыханным телом, и брюнет, после того как обчистил карманы «нового знакомого», забрал его деньги, а заодно и клинок , решил ненадолго показаться на поле битвы, чтобы, если что, другие запомнили, что он сражался со всеми. Все же отчитываться перед маркизом о том, почему он дезертировал с места сражения, не улыбалось Кристофу.
Появился он, как оказалось, в самый подходящий момент, когда Неома, которую он мысленно окрестил неуклюжей, упала на лед лицом. «Хотя бы руки подставила что ли». Будь его истинным заданием захват этого судна, то первое, о чем попросил бы Кристоф, так это заменить сопровождающую его команду. Там, где идут разборки взрослых, детям делать нечего. Дитём в данном случае Кристоф окрестил Неому. Бросив взгляд на хорохорящегося  Джу-Алшая пришел к выводу, что ребенок здесь не один.
Сражаться с бандой головорезов, обступивших драконицу, Кристоф не спешил – только силы потратил бы, а потому, бросив в одного морского вояку саблю, а другим песок в глаза,  обеспечил себе  своевременное отступление и  смылся туда, где добивали Джу-Алшая. Для приличия пнув пару раз мужчину – как же, драка под прикрытием, он нанес несколько ударов под дых своим недавним «соратникам». В борьбе мужчина не брезговал ничем, а потому в ход пошли и припасенные ножи, и выставленная подножка, и прочие  грязные приемы. Кульминацией всего должно было стать его обращение в дракона, но Кристоф не спешил пускать в ход этот козырь до тех пор, пока кто-нибудь милостиво не пришибёт за него Шакти, а потому медлил. Конечно, девочка отдавала ему ранее недвусмысленный приказ, но ведь всегда можно было сослаться на обстоятельства, такие, например, как помощь соратникам.
Разбушевавшаяся Неома снова отвлекла внимание большинства противников на себя, и Кристоф ухмыльнулся. Девушка тратила слишком много сил . И, тем не менее, она была тем, кого имело смысл спасти на этом корабле. Во-первых, она была не Джу-Алшаем, во-вторых, если он вернется с корабля не один, без команды, а со спасенной подручной милорда, это благоприятно скажется на расположении маркиза к нему, а заодно снимет все возможные подозрения в халатности или попустительстве, не говоря уж о злом умысле. Скрывшись за одной из мачт, Кристоф снова наблюдал за сражением и тем, как Неома решила превратить корабль разбойников в институт благородных девиц.
Апофеозом сражения стало выступление Неомы против Теодора или как там его звали. «Вряд ли он поверит. Да ты самоубийца», - думал дракон, вслушиваясь в слова девушки.
Когда ее речь дошла до:  «Внемли моему гласу, ибо он будет услышан на небесах», - Кристоф прицелился и метнул в девушку ранее выкраденный клинок. «Правильно, бей своих, чтобы спасти». Оружие Кристоф бросил так, чтобы оно ранило и без того раненную, но напрочь игнорирующую боль Неому, но не убило. В идеале кинжал не должен был задеть внутренние органы, но дракон не исключал, что мог и малость промахнуться. «А теперь мой выход», - и Кристоф, очертя голову, бросился к девушке, схватил её в охапку и потащил к окраине палубы. Заклинание Шакти, вызвавшее пламя (или что она там использовала против эльфа?), должно было прикрыть им отступление. Кристоф, не выпуская Неому, прыгнул с борта корабля. Еще пара секунд и над морскими водами взмыла рептилия с девушкой в зубах.
«Только бы случайно её по дороге не сожрать», - думал Кристоф, покидая злополучное место.

+2

28

[float=left]http://s9.uploads.ru/nm5Nx.jpg[/float] Издав пронзительный вой, из трюма выпрыгнул Рик, оскаливая жемчужные клыки. Темная шерсть оборотня была вздыблена, глаза горели в темноте. Прям весь его вид говорил, что его весь этот шум и крики прервали на самом интересом месте. Следом за ним выскочила встрёпанная Васька, придерживая рукой шляпу. Уж неизвестно чем они там (в трюме) занимались, но вся суматоха все же привлекла внимание этих персон.
Он издал тявканье, поскольку его лапы тут же заскользили по появившемуся льду. Когти беспомощно сделали несколько борозд в скользкой поверхности, но все же он устоял и цепким взглядом окинул царившую на палубе суматоху. Он сразу выловил взглядом нападающую на команду девушку и подозрительного и незнакомого эльфа. Чужак как раз дрался с еще одним незнакомцем... "Неужели поцапались?" - мельком подумал волк, оттолкнувшись лапами от льда и перепрыгнул двух матросов. Сейчас, если чужаки поцапались, то это только на руку будет им. Вот и где капитан, когда он так нужен?
В этот  момент раздался «бабах» и под мачтой заплясали языки пламени. Пламя неохотно потрескивало, облизывая мокрую древесину.
[float=right]http://s8.uploads.ru/THN93.jpg[/float]
Велория никогда не участвовала в подобных заварушках на собственном корабле. Зачастую все бои происходили на чужих, и их запросто можно было уничтожать, не заботясь о сохранности. Она только недавно «Марусю» починила и, когда Фистандантилус вернётся и уведет творящееся здесь, то первым делом наедет на нее. Девушка замялась, но тут раздался взрыв и корабль лизнули языки огня. Васька успела заметить как на одной из  мачт находится маленькая фигурка девочке. Явно такой же рунный маг, как и она сама. И её нужно было обезвредить.
Она очень не хотела применять свои способности василиска, чтобы оставить это все в тайне. Но кто обратит внимание в схватке боя на какую-то там внимание кто кого и когда превратил в статую? Васька еще гадала, а уж откуда-то сбоку раздался крик боли. Она мельком глянула в ту сторону, едва оказавшись не сбита собственным союзником-моряком, который метнулся к эльфу.
- Капитан! – крикнул он.
И тогда Велория поняла, что делать. Мгновение и малышку на мачте сковали чары несовершеннолетнего василиска, обращая её в живую статую. Понадеявшись, что та держится в той позе достаточно крепко, чтобы не свалиться от её воздействия, девушка метнулась к Фистандантилусу, чертя поспешно отменяющую руну боли. Хотя у нее и не всегда от волнения выходили руны, но сейчас она вознесла молитву все богам какие есть, чтобы это получилось.
- Кэп… Сейчас, потерпите!

Фистандантилус смахнул со лба пот, как раз вовремя, чтобы развернуться и принять меры по отношению к собратьям. За спиной он уже слышал крики моряков за спиной. Он обернулся, замечая появляющиеся вспышки света, ослепляющую его команду и разозлился. Отпихнув от себя мешающего матроса, он рванулся к коленопреклоной девушке, издав угрожающий рык. Рука бессильно сжалась. У него даже не было при себе оружие, чтобы попросту убить её, чтобы не мешалась, но тут она встала, направляясь к нему и неся по пути какую-то чепуху.
В нормальной обстановке Сильванеш бы с радостью внемлил бы её гласу где-нибудь на свежем воздухе, под бокальчик вина и пение птичек, но сейчас эта девушка предоставляла угрозу. Дракон не знал, сколько у неё сил осталось на магию, ведь сам готов был собрать последние силы, чтобы превратить её в ледяную скульптуру, но тут она повалилась лицом вперед, а по её одежде на спине расползалось кровавое черное пятно.
- Жаль, а какое будущее бы у нас было. – дракон прошел мимо нее, ища Кристофа. Девчушке тоже нигде не было видно. Уж не пришибла ли её команда? Вот будет огорчение. Он-то все делал, чтобы именно её и поймать.
- Аларик! Найди девчонку! Маленькая такая! Она не должна пострадать, слышал? – крикнул он через весь корабль. Волк повел ухом, повернув к нему голову и оскалил угрожающе клыки.
Дракон чуть ли себя по лбу не стукнул, вспоминая, что облик-то сейчас на нем вовсе не тот, который был привычен оборотню. Плюнув, решив оставить как есть, ибо сейчас не время возвращаться к привычной внешности. Пару секунд он будет беззащитен. Дракон ругнулся, выхватив кинжал из спины девушки, перешагнув её и стал искать взглядом последнего соперника. Тот не заставил себя ждать, он ринулся вперед, заставив Маджере встать в оборонительную стойку, но этого даже не потребовалось. Мелкий дракон промчался мимо него к своему валяющемуся товарищу.
Дракон на миг опешил, готовясь нападать, но тут произошел взрыв возле мачты и заиграл пожар. От жара лед тут же превратился в воду, не давая огню распространиться по всей палубе, да и мокрое дерево не способствовало хорошему возгоранию.
«Моя Маруся!» - панически подумала сознание. Дракон подчерпнул оставшийся запас магической силы, направив на воду. Море починилось его приказу. Над палубой поднялся шар, собранный из воды. Не слишком большой, но не успел он достигнуть источника пожара, как разорвался, ибо в дракона угодила руна боли. «Маруся» покачнулась на образовавшихся волнах, когда её чуть ли не полностью вместе с командой окатила вода. Пламя частично потухло, а по палубе запрыгали рыбы, что попали под магию дракона.
Мужчина повалился на колени, царапая когтистой перчаткой грудь, оставляя наполняющиеся кровью царапины. Кости буквально переворачивались внутри. Это напомнило ему первую попытку изменить внешность. Тогда было точно так же, только с лицом, а тут буквально во всем организме кости переворачивает.
Маджере сжал зубы так, что аж скулам стало больно. Расплывчатым сознанием он увидел мелькнувший рядом женский силуэт и слова Васьки прозвучали, словно откуда-то издалека.
Боль стала постепенно отступать, пока вообще на нет не сошла. Сильванеш медленно поднялся. Пошатнувшись. Васька сжимала его за плечо, пробуя придержать, но тот оттолкнул её легонько. Тело драконице пропало, а вдали виднелся летящий силуэт ящера. Аларик метался вокруг языков пламени с матросами, туша их до конца. В сетях продолжал валяться Джу-Алшай, а Велория еще указала на смирно сидящую девчушку возле самих парусов.
Мужчина устало потер подбородок.
- Поднять паруса! Все! Набрать максимальную скорость!
- Но капитан... здесь же скалы…
- Я сказал, поднять все паруса. Я знаю тут одну расщелину контрабандистов. Драконы нас сверху не увидят и будут думать, что мы сбежали в открытое море, выполнять приказ.
Дракон подошел к мачте, схватился рукой за канат и перерубил его у основания, тут же его дернуло вверх. Он отпустил веревку в последний момент, благодаря дарованной ловкости Покровителя, приземлился на рее, раскинув руки в сторону, чтобы удержать равновесие.
Пока пират все это проделывал Васька успела снять воздействие своего взгляда и поспешила к Аларику.
- Ну что, юная мисс, похоже вы остались одни. Пойдемте по-хорошему? – мягко поинтересовался эльф, сделав небольшой шажочек к ней и протянул руку. – Давайте без фокусов, сомневаюсь, что мягкая посадка будет вам обеспечена.
Еще один шажок, и Сильванеш схватил её за плечо, дернув к себе. Тут распахнулся первый парус, едва не сбив капитана с шаткой опоры. Решив так не рисковать, взяв девчонку подмышку, он спустился вниз на палубу. Аларик молча протянул ему кандалы для рабов. Капитан схватил ошейник и застегнул его на шее девчушке. Голубоватые руны тут же вспыхнули, уменьшая размер так, что холодный металл плотно обхватил шею девушки и подавил её магию. На руки были надеты кандалы, чуток великоваты, но зато за них можно приковать в трюме. Такой же комплект был надет на бессознательного спутника леди.

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-04-06 13:09:49)

+1

29

Нередко Шакти жалела, что не является представителем гордой расы драконов, но никогда ещё так сильно, как сейчас. Как много она смогла бы сделать, будь она ящером, пусть даже таким молодым! Первым делом она бы обратилась прямо здесь, сидя на мачте, и разломала её до самого основания, после чего смела с палубы всех врагов. Ну и напоследок она, разумеется, проглотила лже-Теодора целиком, чтоб тот поплескался в желудочном соке, будучи ещё при сознании, и отправила его драгоценный корабль ко дну на потеху морским бесам, которые только этого и дожидались. «О да,» размечталась маркизова прислужница, «я бы оставила от этого ничтожества только доски, да лоскутки парусов».
Но она не была ни драконом, ни даже мелкой ящеркой, и из всего, что ей было доступно, белобрысая шадос имела лишь парочку рук и ног, да несколько зачарованных штуковин с возможностью пожирать людские души, превращая их в овощи. Что, само собой, было негусто. «И почему я только оставила их в замке?» терзалась Шакти по поводу сапфировых серёжек, изготовленных змеиной леди, благодаря которым её глаза становились идентичны глазам драконьего маркиза, хотя прекрасно знала ответ – они с Норерно уже встречались, и лоддроу знал наверняка, что белобрысая девчонка ящером не является. Тем не менее, эти серьги пригодились бы ей этой ночью, знай она наперёд, что её ожидает. «Но всегда чего-то не хватает. Какой-то догадки или толики предусмотрительности, лишнего ножа или мгновения. Нельзя быть готовым к чему-либо полностью. Как бы ни складывались обстоятельства, ты определённо ловишь себя на мысли, что чего-то недостаёт. И так всегда. Замкнутый круг, из которого не вырваться».
Ситуация не сильно изменилась с того момента, как Шакти взобралась на мачту, разве что положение обеих сторон равнозначно усугубилось. Драконица Сирус оправдывала возложенные на неё надежды, но белобрысая шадос и не сомневалась в ней – Неома была одной из тех женщин, которые ничем не уступали мужчинам, тем самым затыкая болтунов, твердящих, будто бы мужчины доминанты во всех отношениях. Шадос проследила взглядом за передвижениями драконицы, её атаками и даже сумела разобрать в творящемся гомоне фразы, которые она при этом произносила. «Праведница Неома,» думала прислужница маркиза, «возвышенная, как древние песнопения мудрецов. Преступница с душой паладина. Хотела бы я быть тобою - заискрится светом, укутавшись тьмой, нисходящей от нашего милорда. Но как бы я ни старалась, у меня никогда не получалось совмещать в себе оба этих начала. Одна из чаш весов всегда преобладает над другою».
-Ещё не поздно что-либо изменить!- провозглашала драконица, и Шакти отрицательно покачала головой. «Мы опоздали, Неома, чудовищно опоздали. Другие сделали за нас выбор, и мы поддались. Время перемен прошло, и всё, что нам остаётся, так это оглядываться в прошлое, тщетно пытаясь разобраться, какой из поворотов был судьбоносным, и найти то место, где мы оступились, покачнув в себе всё, что достойно снисхождения. И отныне, куда бы мы ни шли, свет в нас блёкнет и тухнет – с каждым шагом всё больше и больше. Я чувствую это, ненавижу это, упорно делаю вид, что этого нет, но оно всегда возвращается».
Драконица была близка к победе, но клинок, взявшийся просто ниоткуда, прервал её воодушевлённое нападение. Шакти едва не сорвалась вниз, инстинктивно вздрогнув и подавшись вперёд, но Мёртвая Хватка удержала её на месте. Стиснув зубы, белобрысая шадос во все глаза смотрела на разворачивающиеся внизу события. Такие как Неома не должны были погибать столь бездарной, бесславной смертью. Взгляд шадоса метнулся к берегу. Неужто её близнец не видел вспышек или, в конце концов, не почувствовал, что его сестра находится в смертельной опасности? Кристоф, которого она потеряла из виду почти в самом начале свистопляски, промчался мимо противников, схватил драконицу и сиганул с корабля; Шакти же впала в ступор.  С одной стороны она была рада тому, что у Неомы появился шанс выжить. Но с другой она понимала, что этот шанс был отобран у неё самой. «И как мне теперь быть…без дракона?» сокрушалась белобрысая девочка. Глядя на улетающего Сансера, шадос ощущала себя осуждённой на казнь. Это определённо убило в ней остатки храбрости.
Своё прискорбное положение Шакти осознала практически сразу – в этом ей «помогла» полная потеря ощущения своего тела. Не навернуться с мачты вниз девочке свезло лишь благодаря всё той же перчатке, подаренной маркизом, прочно удерживающей её. Перед тем, как наступил анабиоз, белобрысая шадос успела обратить взгляд на лже-Теодора и новых, невиданных прежде людей, обступивших его. Радости от того, что руна боли таки достигла цели и доставила притворщику несколько незабываемых мгновений, почему-то не было. Вероятно, Шакти просто не была настолько самонадеянной, дабы ликовать, понимая, что спасти её саму может только чудо, которое не так уж часто вторгалось в жизнь маркизовой прислужницы. «Вас-с-силиск,» злилась она, «откуда тут взяться долбанному василиску? Что пустынная змея забыла посреди моря?» Но никакие ругательства не могли что-либо изменить, тем не менее, Шакти всё равно бесновалась, отстёгивая в сторону василиска, заставшего её врасплох, самые нелестные  слова. «Проклятье, а ведь они прекрасные рунологи,» догадалась девочка, «и эта наверняка снимет с остроухого мою руну, в случае, если располагает магическими навыками. Но закон подлости никто не отменял. Надейся на лучшее, готовься к худшему. В моей ситуации можно выбрать лишь между плохим и ужасным».
Как только чувствительность конечностей вернулась к Шакти, она тут же завертела головой, прикидывая, как обстоят дела на данный миг. Внизу посреди остальных людишек она разглядела волка, от чего заметно помрачнела. «Фамилиар или оборотень. Но судя по тому, как ему отдают приказы, скорее всего, что второе». Была там же и пустынная змея, ранее обездвижившая её. Белобрысая шадос заставила себя запомнить это лицо, потому как в жилах вскипала жажда мести – неотъемлемая часть её сущности, большинство времени пребывающая в дрёме, но выползающая наружу в таких вот критических ситуациях.
От мыслей о мести её отвлёк остроухий притворщик, решивший подняться наверх в лучших традициях книжек о мореплавателях – с помощью каната. Шакти, преждевременно поднявшись на ноги, отшатнулась от него.
-Пойдёмте по-хорошему?
Мягкий тон настораживал шадоса. Она видела царапины на его груди, ставшие следствием её руны. «Очередной обман». Ну не может человек после всего случившегося вести себя так…положительно. «Иллюзия без применения магии».
-Намекнуть, какое место на мне можно накрыть поцелуем?- хмыкнув, грубо ответила она. Прикидываться приличной девочкой больше не нужно было, и Шакти реагировала, как говорится, от души. С наибольшим удовольствием она бы закрепила свой ответ руной толчка или ударом латной перчаткой в кадык, но шансов у неё и без того было мало. Тот, кто наделён силовым превосходством над противником, так или иначе, берёт вверх. Когда её сцапали, Шакти сопротивлялась, как могла.
-Чтоб тебя Тейар…с Ильгой на пару…во все щели…- злословила она, плюясь словами, точно ядом, и попутно пыталась драться. В какой-то момент удача таки улыбнулась ей, и белобрысая шадос, размахивающая конечностями, изловчилась и ткнула пальцем обидчику в глазное яблоко. «Мерзость!» Но этого, по всей видимости, было недостаточно, чтобы высвободиться. Палуба, на которую они опустились, выглядела как прихожая Изнанки – где-то огонь, где-то вода, а где-то и вовсе рыбы шлёпаются о доски. Шакти продолжала бороться, не имея возможности достать оружие. Каким-то неведомым образом ей всё же удалось схватить один из метательных кинжалов, но чей-то удар по пальцам выбил его из рук маркизовой прислужницы.
Щёлк.
Белобрысая шадос стеклянным взглядом упёрлась в глаза притворного эльфа и ухватилась за ошейник, чувствуя на руках дополнительную тяжесть кандалов, но не они волновали её. «Что…это?» запаниковала Шакти. Да, бывало и такое, что её пленили, но никогда ещё она не была скована как какой-то раб. Девочка отступила на шаг, предприняла попытку начертить руну, но попросту не смогла. Ей будто бы отсекли руки, выпотрошив при этом все внутренности. «Магия, моя магия, моя…»
-Моя магия!- крикнула Шакти, разрывая ногтями и пальцами, покрытыми латными сегментами, кожу на шее, раздирая её в кровь, но не обращая на это никакого внимания, так как ошейник – причина её полнейшей растерянности, ни в какую не поддавался. Эта проклятая вещь впивалась в неё как клещ. Белобрысая шадос внушила себе, что задыхается, и даже начала испытывать помутнение сознания. Столько лет она провела, в одиночестве скрываясь от вероятных врагов, так ни разу и не попавшись, что теперь для неё ошейник был ничем не лучше меча промеж лопаток.
-Что ты наделал?! ЧТО?!- орала шадос, дёргая ненавистную вещь, тем самым придушивая себя. В злости она соединила руки и, сжав пальцы в кулаки, принялась бить притворщика в грудь, пока не поняла, что от этого ему, очевидно, ни горячо, ни холодно. Окружающие люди казались ей сборищем шакалов, где каждый был на львиную долю сильнее её самой. «Без своей магии я просто человек». Человек. Человек-человек-человек. Что может быть хуже, чем вдруг стать самым обыкновенным человечишкой, который ни на что не способен?
-Нельзя взять то, что уже кому-то принадлежит,- бормотала Шакти, с совершенно отсутствующим взглядом отступая назад и углубляясь в свои мысли,- Дракон сожжёт всё дотла. Разве тебе было мало? В тени Дракона вы все ослепнете, а потом он омоет вас пламенем. Окунёт в огонь все-все-все ваши грязные косточки, и кровь забурлит как жерло вулкана. Дракон… Дракон… «Если вы заберёте то, что принадлежит моему милорду, он будет зол, поэтому лучше вам не трогать меня». 
Шакти заставила себя отдышаться, так как поняла, что теряет соображение. Её белоснежный фамилиар показался за спиной одного из матросов, затем незаметно подкатился к обронённому ею кинжалу, ухватился за него зубами и снова скрылся. «Ещё не всё потеряно,» убедила себя девочка, сглотнув образовавшийся в горле ком. Можно поддаться и остаться ничем, а можно хотя бы постараться отстоять себя и стать хоть чем-то. Именно с такой мыслью она покинула рахенский замок маркиза, неся его врагу голову шпиона.
Лазейку белобрысая девочка обнаружила, как только мозги перестали пульсировать страхом из-за навалившейся на неё беспомощности. Шакти мимолётно глянула на кандалы. Похоже, лже-Теодор настолько полагался на ошейник, что не придал особо значения кандалам, нацепив их поверху Мёртвой Хватки. Маркизова прислужница выискала взглядом Люсьена, цепляющегося коготками за парус и ползущего наверх. Девочка выждала, пока он доберётся достаточно высоко, и уставилась прямо на притворщика-эльфа.
-Интересно,- улыбнувшись уголками губ, произнесла она, как-то сумев совладать с собственным голосом,- далеко ли уйдёт твой корабль на одном-то парусе, Те-о-дор?
Зажав левую руку ногами, Шакти вытянула её из перчатки, так что кандалы повисли на правой, и, не дожидаясь реакции противников, перевалилась за борт, успев заметить, как Люсьен, скользя вниз, разрезает зажатым в зубах кинжалом полотнище.
Устраивать суицид белобрысая шадос, разумеется, не собиралась, и всё, что она делала, основывалось на её ожидании того пресловутого чуда. Она рассчитывала на многое – на то, что Кристоф вернётся, или на то, что сработает «Пульс жизни» и она, поставив себя на грань, сможет телепортировать к себе друга. На крайний случай оставались ещё внутренние ресурсы, которые вступали в силу, когда Шакти приходилось совсем уж тяжко. Во всяком случае, она не допускала даже мысли о своей гибели.
Столкнувшись с водной поверхностью, маркизова прислужница болезненно ударилась затылком и спиной. «Но всё ничего, пока ты жив». Оставаться наплаву было неимоверно сложно – одежда, оружие, кандалы, да мешок тянули её вниз, но Шакти продолжала бороться, барахтаясь изо всех сил. Всё оборвалось, когда к ней спрыгнул пушистый комочек, решивший последовать за хозяйкой.
-Люсье…- произнесла шадос, но вода забилась ей в рот, от чего она закашлялась и снова испытала прилив паники. Зверёк, как и она сама, плавал не так уж плохо, но белобрысая девочка сомневалась, что сможет спасти их обоих. К тому же, каждый раз, когда они пересекали какой-нибудь водоём, фамилиар сидел у неё на голове. Теперь такой возможности не предоставлялось – Шакти и без того рисковала с минуты на минуту уйти на дно. Шадос всеми силами делала всё возможное, чтобы её зверёк оставался над водой. Что же касательно её самой…
Оставалось надеяться лишь на одно – что она была достаточно плохим человеком, дабы Тейару захотелось вернуть её обратно во второй раз.

0

30

- О, какая буйная фантазия! Всегда обожал оргии. Может еще Акала привлечем? Думаю его безумная фантазия будет уместна во всем этом. - отозвался Фистандантилус, наблюдая как девчушка психует по поводу лишения самого ценного. Дракон внутри ликовал. Уже второй раз на нем применяют руны и он теперь попросту ненавидел эту магию. Только Ваське будет позволено колдовать тут, чтобы починить корабль и больше ни-ни. Его еще пошатывало после той адской руны, но гордость в этом облике была превыше всего. Поэтому он задрал подбородок, продолжая стойко стоять и не выказывать слабость. У пиратов так – проштрафился, значит пора на покой. Еще не хватало кинжал в спину получить от своих же.
- Аларик, становись за штурвал.
- Ты мне не приказывай чужак, ты мне…
- Рики, это капитан. Я… я видела один раз, как он сумел поменять облик. Правда, тогда на нем было платье и мы скрывались от стражей, но…

- Оба, хватит. Давайте двигаться, мы должны унести задницу отсюда, пока за этой малюткой целая армия драконов не нагрянула.
Дракон нахмурился, видя, что делает с собой девчонка. Вообще-то, многие рабы впервые мгновение и о палубу головой бились, желая себя убить, но и как не стать игрушкой того, кто денюшки заплатит. Решив дать немного времени ей, чтобы привыкнуть, Маджере шагнул к малышке, собираясь отнять её руку от шее, чтобы она не навредила себе до летального исхода, но та уже отступала, неся какой-то бред про дракона. Мысленно капитан рассмеялся. Да уж, если случится биться с драконом, то он никак не станет поливать корабль огнем, не желая навредить свой подопечной, а уж сам Сильванеш в воздухе не уступит собрату. Этот маленький секрет он не стал открывать, решив сюрпризы пока оставить на потом.
- Парня того пристигните цепями в трюме. Он проворный и ловкий, так что смотрите мне, чтобы все было надежно, иначе я вас сам в цепи закую и продам на черном рынке как ручных фамилиара. За работу! Нечего тут глазеть по сторонам!
- Ладно, давай не будем сюда приплетать драконов. Если не хочешь неприятностей, то будешь вести себя смирно, ладно? Обещаю королевское отношения и уход. Даже трехразовое питание устроим из... - взгляд капитана упал вниз. где как раз в предсмертных судорогах трепыхалась рыбка. - ... рыбы. Что скажешь?
Он обаятельно улыбнулся, но после слов малышки улыбка буквально сползла с лица. Глаза пирата гневно сузились, когда он обернулся, уставившись на ошметки паруса и зверька.
- Тассельхоф! Взять эту крысу! - рявкнул он, но никакого ответа не последовало. Команда заозиралась. Где эта говорящая птаха? Куда он мог запропаститься? В пору радоваться, но сейчас явно было не до этого. - Тассельхоф! Тас! Трусики Ильги, да куда ты пропал, несносная птица?
Мужчина было подумал, что сегодня все против него.
- Что ты сделала с моим фамилиаром? - резко спросил он, обернувшись, а девченке уже и след простыл. Он увидел только как её ручной грызун скользнул за борт и всплеск.
Дракон со злостью пнул борт "Маруси". Он никогда так не обращался со своей любимицей и это повергло команду в полный шок.
- Не останавливайтесь! Направляйтесь за те скалы. А я верну нашу беглянку.
Сил не было чтобы подняться в воздух, поэтому Фистандантилус кинулся к задней части корабля и прыгнул в воздух, мгновенно изменяя свое тело. В первое мгновение превращение пришлось резко вывихнуть крылья, взлетая почти вертикально, чтобы своим мощным телом не задеть корабль. А ведь в длину он вполне его превосходил. Гибкий хвост с силой ударил по палубе, заставив зазевавшихся матросов кинутся в рассыпную.
Дракон поднялся выше, зависнув в воздухе. От его мощных взмахов на линии берега гнулись деревья к земле. Он окинул взглядом воду, заметив там маленький сулуэт. От волн, производимых двигающейся. пусть и не максимальной скоростью "Марусе" девчонке было трудно держаться на воде. Так еще её зверек сидел на голове.
Маджере, со всей силой взмахнул крыльями, отклоняясь назад, поблагодарив богов за свое ночное зрение и, залегая на левое крыло спланировав вниз.
Поджав крыло к боку и едва не врезавшись спиной в скалистый берег, он цепенел передними лапами воду и резко взмыл вверх, стараясь не задеть собой бриг.
Вода потекла сквозь пальцы. Ящер уже было подумал, что промахнулся, но все же ощутил, как что-то в его лапе есть. В глотке заклокотало пламя, он стиснул зубы, чтобы не дать языкам огня вырваться наружу, а его стыки чешуек на горле засветились от притока огня. Фистандантилус завис вертикально в воздухе, поднеся лапу к морде, раскрывая кулак и глянул та ли добыча у него в лапе. Оказалось та. Он вновь сжал кулак, но на этот раз несильно, чтобы не раздавить глупое двуногие, лишь только сомкнул когти у девчонке над головой.
- Думаю, теперь ты не решишься бежать, верно? Я, конечно, люблю, когда от людей мокрые пятна остаются, но не в этот раз, от твоего зверька тоже будет белое мокрое пятнышко. - пророкотал дракон телепатически, потом замолчал, подумал, что его не поймут. Явно её соратники не стали бы учить её Дарканту.
Фистандантилус глянул на корабль.
- Аларик! Поищи прочный канат! Попробую одним рывком придать скорости "Марусе"!
Дракон сомкнул пальцы, оставив небольшую щелочку. Вдруг эта девчонка головой ударилась об воду и сейчас соизволит прыгнуть, а до земли ой как далеко лететь,  и о воду расшибется на такой высоте.

0

31

Когда погибает кто-то, кто дорог тебе, это подобно маленькой смерти тебя самого.
-Дер…жись…- выплёвывая воду, пролепетала Шакти, спасая своего фамилиара. Люсьен передвигал лапками, но волны накатывали на него, покрывая с головой, а всё из-за этого тейарова корабля, который белобрысая девочка успела возненавидеть всем сердцем. «Не прощу!» клялась она.  Конечности коченели из-за ледяной воды, объявшей её со всех сторон. Тяжесть вещей, в том числе кандалов, ощущалась ещё более чётко. Складывалось впечатление, будто какое-то морское чудище вцепилось в неё и медленно, но верно, тащит за собой в пучину.
-Цеп..ляйся…за…борт…- велела шадос, сменив тактику. Над водой им двоим не удержаться – убывающие силы были тому гарантией, поэтому Шакти, вместо того, чтобы поддерживать пушистого зверька, принялась отталкивать его от себя, таким образом снижая расстояние зверька от брига, который, к слову, не стоял на месте. Это значительно ухудшало их состояние, и маркизова прислужница в конец растерялась. «Только не тони,» умоляла она, не находясь с верным решением. Люсьен, без сомнений, был для неё практически всем. Невзирая на людей, кем она дорожила, фамилиар был единственным, ради которого она пошла бы на полнейшее сумасбродство. Слишком хорошо шадос помнила тот корабль, идущий с Денаделора на Вильдан, и клетку с десятком необыкновенного вида зверёнышами, среди которых был Люсьен. При желании Шакти смогла бы детально описать их первую встречу. «Ни за что не отпущу тебя».
-Ма…лёк…взби…райся…на…го…лову…- решила она. Целиком и полностью промокший фамилиар последовал её приказу не сразу, но через минуту-другую всё же вяло подплыл к ней и, хватаясь лапками за волосы, уши и обруч, туго сидящий на голове, заполз на хозяйку. Сражаться с водной стихией стало в разы тяжелее. «Не уверена, что могло бы быть ещё хуже». Очередная волна подняла и опустила Шакти, всё больше набивая её глотку тёмной как чернила водой. Разумеется, без дополнительного груза в виде фамилиара ей было бы куда проще, но слишком часто шадоса оставляли те, в ком она действительно нуждалась, потому, наученная этим опытом, она не могла поступить с кем-то подобным образом, особенно когда речь шла о Люсьене. «Об одном жалею – что в Изнанку ты пойдёшь без меня».  Не столько смерть пугала Шакти, как полнейшее исчезновение. Такие как она – тени,- обращаются в прах и попросту перестают существовать, будто бы их и вовсе не было. Сколько лет прошло с того дня, как её подвесили на суку? Почти девять. Какой была бы она сейчас, если всё это время пролежала в земле? Шакти не желала даже представлять это. Вероятно, сие нежелание было обусловлено предчувствием, что вскоре ей предстоит это узнать.
«Не может всё закончиться…так. Слишком глупо. Слишком быстро. Слишком просто».
Очередная большая волна накрыла Шакти. Не успев зажмуриться, белобрысая девочка уже сквозь толщу воды увидела огромное существо, летящее над морем. Разум мигом дорисовал недостающие детали, скрытые ночной тьмой. «Дракон,» зазвенело в закоулках угасающего сознания. «Милорд». Другая волна потопила шадоса ещё глубже, но когти с лёгкостью вырвали её из удушающих объятий морской стихии. В лапе дракона Шакти расположилась на боку; горящие лёгкие извергали, казалось бы, вездесущую воду, и та лилась из её рта, словно из какого-нибудь кувшина. Маркизова прислужница нащупала рукой Люсьена, успевшего приткнуться к ней и ухватиться за пояс с кинжалами, запрятанными под верхней накидкой. Это даровало девочке краткое мгновение спокойствия. Что может случиться? Малёк рядом, да и милорд тоже – а в том, что это он, Шакти не сомневалась, так как её чуть менее чем полностью затуманенное сознание видело в драконе с чёрно-фиолетовой чешуёй именно Маркиза Юродивых.
-Мой могущественный господин,- заговорила она и снова закашлялась, прижимая ладонь ко рту,- я оказалась куда слабее, чем Вы считали.  Я просчиталась и позволила обвести себя, будто какого-то незатейливого ребёнка, вокруг пальца. Мне жаль.
Белобрысая шадос отхаркивала воду; ощущения в глотке были такими, словно по ней скреблись крысы. Прозвучавшие в уме слова на Дарканте Шакти разобрать не смогла, так как знала на этом языке лишь ругательства, которые изредка проскальзывали со стороны её милорда.
-Я всегда говорила, что стою больше, чем считают окружающие, но, как оказалось, я не более чем недобитый кусок мяса.
Пальцы девочки соскользнули с лица на ошейник. Ей по-прежнему хотелось избавиться от него, и чем скорее, тем лучше. «Нельзя сделать рабом раба,» думала шадос, «расскажи я об этом Джу-Алшаю, он бы меня на смех поднял». Слёзы сами собой наворачивались на глаза. Шакти сожалела о товарище, который остался пленённым на корабле, сожалела о раненной Неоме, чья дальнейшая судьба была ей неизвестна, сожалела о себе самой, допустившей такую невероятную оплошность. «Возможно, я действительно ещё не доросла до таких заданий. Но всё это неважно. Мы возвращаемся домой». Маркизова прислужница представляла себе свою башню и окружение людей, да и нелюдей тоже, среди которых спокойно и безопасно. Ей хотелось поскорее увидеть Рахен и замок милорда на фоне скал, неприступных для обычных двуногих существ. «Я всё переживу,» заверила себя Шакти, заодно подыскивая оправдание, коим поубавить разочарование своего милорда. И, задумавшись об этом, девочка обратила взгляд на голову дракона сквозь щёлочку между его пальцев. В груди вновь всё сжалось в болезненный ком.
Этот ящер абсолютно точно не являлся её маркизом.
Шакти плотно сжала губы. Неужели опять промах? Этой ночью её незадачливость просто зашкаливала. «Всё та же шайка? До чего же они приставучие. Неужто человек не может себе позволить хотя бы умереть?..» Эмоции притуплялись за счёт скверного физического самочувствия – шадосу казалось, что она успела выхлебать половину вод Туманной бухты.
-Почему бы вашей своре стервятников просто не оставить меня в покое?- опомнившись, спросила она. Как бороться с теми, у кого есть собственный дракон? Разбойники это одно, ящер у них на поводке – совсем другое. «Интересно, кто?» пыталась разобраться Шакти, припоминая лица моряков. Предположение, что это был всё тот же эльф-притворщик, она отмела практически сразу; обманщик он и есть обманщик, и даже его драконьи глаза, считала девочка, тоже были иллюзией. Тот, кто плетёт паутину лжи, обматывается ею полностью.
-Вы действительно пройдёте огонь и воду ради одного-единственного человечишки, лишь бы только втюхнуть его какому-нибудь не шибко умному лордику на очередных торгах низкосортных псевдо-вельмож? Но зачем? Это откровенная тупость. Овчинка не стоит выделки. Даже самый недалёкий работорговец поймёт невыгодность всего этого мероприятия.
Ей вспомнился лже-Теодор и его предложение вести себя смирно. «Хах». От превратностей судьбы смешно было до слёз.
-Разве не ясно? Я никогда не покорюсь. Ни той напыщенной эльфятине,  ни тебе, будь ты хоть четырежды драконом.
Шакти расслабила тело, чтобы накопить хотя бы немного сил. Дела обстояли просто «шикарно»; она растеряла своих спутников, чуть не утонула и попалась в лапы ящеру, который при желании смог бы выдавить из неё все кишки одним сжатием когтистых пальцев. «Но своё слово необходимо держать». Белобрысая девочка подобрала упавший с головы обруч, затем скользнула по рукояти зачарованного кинжала, намереваясь при приземлении воспользоваться им. По заверениям змеиной леди, он мог пробить даже самую прочую чешую.
Что ж, это было как нельзя кстати, потому что Шакти желала убить не просто какое-то там чешуйчатое существо, а треклятого дракона.

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-04-07 20:48:02)

0

32

Дракон издал тихое рычание. Его пасть приоткрылась и верхнюю челюсть уже лизнули первые языки огня. Фистандантилус наклонил голову и выдохнул тонкую струю пламени в воду. Горячий воздух поднимется наверх, а вот из-за разности температуры воды и воздуха получится туман, который укроет их от посторонних глаз. Оба сородича,  небось, уже добрались до берега и могут вскоре двинуться в обратный путь и напасть на корабль.
- Фист! Не создатели ли ветерок, пока ищут канат? Мы не можем двигаться с такой скоростью в полный штиль! К тому же у нас еще есть целый парус, прорвемся! - крикнул Аларик, на что дракон кивнул, замерев вертикально рядом с мачтой. изогнул крылья и мощно взмахнул крыльями.
"Маруся" рывком дернулась вперед. Паруса натянулись, а мачта протестующе затрещала. Дракон чуть отлетел назад и стал равномерно махать крыльями, старясь создать ими непрерываемый поток воздуха. От этого паруса надулись, и бриг поплыл вперед, направляемый твердой рукой квартирмейстера.
Добыча в лапе все не умолкала, решив достать пирата разговорами. Сильванеш разжал немного когти, собираясь посмотреть на говорливое чудо природы. Хотя, капитан уже привык к постоянной болтовне, этим его всегда в избытке обеспечивал Тассельхоф. Интересно, где он сейчас?
- Ты себя недооцениваешь, малышка. Мне кажется, ты стоишь намного дороже. Кроме того, ты не знаешь, как некоторые лорды падки на молоденькое тельце. Они готовы осыпать работорговца золотом, лишь бы тот добыл до них маленького мальчика. Девочки у них и того в цене. А ты не грязная оборванка и не нищенка, которую с улицы подберут. Вшей, надеюсь, тоже нету. Кроме того, я не собираюсь продавать тебя какому-то лорду, ты мне только что сама отлично намекнула, что твой могущественный господин будет очень рад получить свою девочку в целости и сохранности. Кроме того, у нас еще есть твой дружок.
Маджере сжал челюсть. Выдохнув на девушку клуб дыма, чтобы особо не рыпалась, и вновь сжал лапу. Покорная, не покорная. Он уже взял на абордаж множество кораблей и множество неукротимых рабов попали к своим господам шёлковыми.
Дракон мотнул головой, махнул крыльями и поднялся выше, обогнав "Марусю" и свернул поворот, разыскивая тайное логово контрабандистов. Признается, он немного подзабыл, де оно точно располагается. Давно было, когда он заводил корабль в небольшую пещерку, служащую для головорезов складом с контрабандой. С воздуха найти её слишком трудно, если точно не знать, что ищешь, то точно не найдешь с первого раза. Ящер взмахнул пару раз крыльями, скользнув над самой поверхность воды и углядел все же небольшой проход между зубчатыми скалами в глубь небольшой пещеры. Фистандантилус радостно рыкнул, развернувшись к показавшейся из-за поворота "Маруси".
Из болтовни пленницы, дракон не понял про какого эльфа она говорит. Наверное, все про Теодора заливает. Вроде против него был заговор, и он являлся остраухим. Фистандантилус даже гордо вспыхнул. Удачно принятый облик, который обвел их вокруг пальца, а если бы они сразу все пошли, то не пришлось бы так нападать. Быстренько всех связали, оглушили, собратьев за борт кинули...
- Аларик, давай сюда канат, в темноте по этому проходу будет тяжело добраться! - вновь произнес дракон на родном языке. Матросы обвязали канат вокруг фигурчатой русалки и кинули его капитану.
Фистандантилус выцепил канат из воды задними лапами, поскольку опасался, что его длинны попросту не хватит. Если он возьмёт в передние, к тому же одна лапа была занята пленницей. Опускать эту взбалмошную на голову деваху на палубу было рискованно. Эти олухи точно её упустят, или она снова утопиться вздумает вместе со своим комком меха.
Капитан кое как провел свою любимицу через скалы. иной раз надеясь на мастерство квартирмейстера, освещая ему выступающие скалы сгустком пламени. Приказав сложить паруса и пришвартовать "Марусу", когда её задняя часть скрылась за скалистым уступом, Сильванеш приземлился на небольшой пяточек земли, скинув часть ящиков в воду, пока "Маруся", поскрипывая, поворачивалась боком.
На пяточке каменного плато ему пришлось разместиться на задних лапах, обвив их хвостом, а передние прижать к груди, раскрыв кулак и созерцая пленницу. Его горло вновь заполыхало, выхватывая светом его местоположение, чтобы бриг, не приведи боги, опять умудрился врезаться.
- Знаешь, а ты мне нравишься. Довольно смелая девчушка. Не будь ты такой малявкой, я бы даже оставил себе. Знаешь. пиратом в море бывает очень одиноко, особенно когда путешествие длится несколько месяцев. - дракон оскалил клыки, надеясь, что хоть это припугнет девчушку и она будет смирно себя ввести до тех пор, пока он не транспортирует её снова на палубу корабля, а уж тогда в... Нет, не трюм, пожалуй, он разместить её в своей каюте со всеми удобствами.
Сильванеш провел кончиком когтя по щеке девушки, раскрывая пасть, сдерживая кипящее в горле пламя. После такого купания, она легко моет замерзнуть, а ему лечи её потом от всего этого, чтобы не померла. Капитан ведь столько мучений приложил, чтобы поймать эту вертлявую двуногую. Не будет же он её сушить потоком огня в её сторону, верно? Тогда от добычи горстка пепла и останется. Дракон страдательной выдохнул дым в её сторону. Эти двуногие такие хиляки слабые, от них одна польза – монеты. Ящер уже давно мечтал о постели из золота в своем поместье или даже бассейне! Он даже собственнолапно готов был вырыть его.
- Салочки закончились, я надеюсь? Ты проиграла!

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-04-07 21:35:51)

0

33

-Ты себя недооцениваешь, малышка. Мне кажется, ты стоишь намного дороже.
«И ты, мой враг, несомненно прав,» подумала вслед пленница. Её лёгкие перестали извергать воду,  но грудную клетку ломило так, словно кто-то ударил белобрысую девочку молотом – не слишком сильно, но заметно для неё самой. «Округляем визуальный возраст, получаем пятнадцать лет. В этом сезоне популярны рабы в расцвете сил, подростки занимают третье место, сразу же за детьми, не достигшими десяти лет, и стоящими на второй позиции. На самом дешёвом рынке стоимость такого экземпляра не превышает сотни золотых». Уж в чём, а в живом товаре Шакти разбиралась не хуже среднестатистического работорговца. К тому же, служба маркизу принудила её к обретению знаний в данной области. Да и вообще, могло ли быть иначе, когда речь шла о скупщице рабов? «Магесса. Это многого стоит. Базовые навыки в наличии, опыт прилагается, степень – практически подмастерье. Накидываем на сто золотых ещё сто-пятьдесят, опять-таки основываясь на самом паршивом рынке. Цена возрастает до двухсот пятидесяти».  Маркизова прислужница отёрла тыльной стороной ладони воду с губ и подбородка. «Умение держать в руках оружие, пусть и мизерное, но всё же добавляет к цене ещё пятьдесят золотых. Образование – от пятидесяти до ста. Раса, если скрыть принадлежность к шадосам, человек, что негусто, посему за это ничего не накинут. Итого, если бы меня покупал кто-то со знанием дела, то выручка составила бы минимально четыреста золотых. В высших кругах эту цену можно было бы набить куда выше. На торгах рабов с узкой специализацией, ориентированной на телесные утехи, эта цена падает до пятидесяти. Но всё зависит от продавца. Даже если предположить, что меня продадут в каком-нибудь заблёванном подвале, выручка будет неудовлетворительной, ибо я товар не вышколенный и неподатливый. Таких покупают, чтобы потешить своё расшатанное самолюбие, пытаясь выбить из купленного человека дурь и «сломать» его себе в удовольствие». Но полностью уверенной в своих доводах Шакти быть не могла, так как Маркиз Юродивых торговал высококачественным, нередко даже преднамеренно улучшенным товаром, а не какими-то там шлюхами обоих полов.
-Вшей, надеюсь, тоже нету.
-Обижаешь,- отрезала она. «Стал бы кто держать меня в замке милорда, если бы у меня были вши? О нет, его окружение стерильнее инквизиторских взглядов на жизнь».
-…что твой могущественный господин будет очень рад получить свою девочку в целости и сохранности.
«Если бы только это было правдой». Невзирая на то, что со своим милордом белобрысая шадос провела почти год, она до сих пор не могла сказать, положа руку на сердце, что является настолько уж ценным кадром. Драконий маркиз, безо всяких сомнений, вложил в неё неимоверно много ресурсов. Всё то время, что девочка находилась у него под крылом, она даже не знала, что это такое – нуждаться в чём-то. Исключительно благодаря нему Шакти имела возможность  вырваться из власти той участи, которую уготовила ей судьба. Маркиз Лауфенберг дал ей всё – книги, учебники по рунной магии, наставников, вооружение, одежду, еду, крышу над головой и ещё великое множество того,  чего она была лишена по определению, родившись попросту никем. И за всё это, разумеется, приходилось платить. Шакти, поболтавшись по свету и набравшись чисто житейской смекалки, прекрасно осознавала, что бесплатный сыр бывает доступен лишь в мышеловке, потому и противиться такому раскладу не стала. Да и зачем? Каждый раз выполняя поручения милорда, какими бы мерзкими они иногда ни были, белобрысая прислужница понимала, что становится лучше, чем была до этого. Самые худшие из деяний, которые ей доставались, перемещали Шакти на ступеньку выше. Маркиз определённо знал, как будет лучше для неё, и девочка, веря в это, вверяла себя в его руки. Но это отнюдь не значило, что она когда-либо была ему особо необходима. Незаменимых людей нет, особенно если речь идёт о прислуге. Аристократы нередко находили себе забаву в лице живого человека, возвышали его, а затем, когда им надоедало, откидывали игрушку прочь от себя, совсем не заботясь, что станется с бывшим предметом интереса. Где гарантия, что ситуация с ней другая? «Гарантий нет,» призналась она самой себе, «сегодня ты в фаворе, а уже завтра твой господин не помнит, как тебя звали. Сильные мира сего играются, мы же всего лишь фигурки на доске. Если пешка не способна стать ферзём, от неё можно отказаться, не принеся себе при этом значимых потерь».
Дракон дыхнул на озябшую Шакти, прервав её размышления. Девочка решила не отвечать, потому как плохой ответ хуже обыкновенного молчания. Тем более что, пребывая в таком подвешенном состоянии – зажатой в лапе ящера,- ей в принципе плохо думалось. К счастью, приземление состоялось быстрее, чем она могла бы предположить.
Ледяная вода пропитала одежду целиком, та прилипла к телу и напоминала по ощущениям объятия с целой компанией мертвецов, в сапогах всё хлюпало. Шакти клацала зубами, что ничем не способствовало её намерениям взять себя в руки и реабилитироваться после устроенной на корабле истерики.  В тот момент шадос нехило сглупила и теперь корила себя за произошедшее с присущим ей моральным самобичеванием. «Это не должно повториться,» решила она, подняв взгляд на морду чёрно-фиолетового ящера.
«Сначала необходимо ударить по лапе, чтобы хоть чем-то занять его разум, а затем как-то изловчиться, заскочить на спину и там уже бить кинжалом, покуда руки не устанут. Но хватит ли мне сил? Это чудище просто огромное. Браслет позволит мне запрыгнуть наверх, но я могу соскользнуть вниз. Можно зацепиться Мёртвой Хваткой, но у меня осталась только одна перчатка, да и та в мешке – вытянуть её оттуда незаметно не получится. Кинуть кинжал в глаз? Могу и попасть, но зверь скорее всего взбесится и раздавит меня как какое-то насекомое – потом даже никто не разберётся, где была голова, а где ноги, и уж точно никто не даст логичного объяснения, почему ребро торчит из поджаренной пятки, а на ухо намотана почти сварившаяся двенадцатиперстная кишка». Шакти уже отчаялась, так и не сумев подобрать ни одного более-менее подходящего варианта, который обеспечил бы ей победу над ящером. Но, тем не менее, она продолжала искать способы, перебирая один за другим.
-Не будь ты такой малявкой, я бы даже оставил тебя себе.
Вот же оно, вот! В серых глазах мелькнуло воодушевление, вызванное внезапной догадкой. «Если не можешь убить дракона, обаяй его и убей человека». Шакти смело смотрела на ящера по двум причинам: во-первых, она уже привыкла к этим существам, а во-вторых, не время давать слабину и делать акцент на своей принадлежности к более ущербной расе.
Белобрысая шадос поднялась на ноги, смела облепившие лицо пряди. Чёрная краска, которой она покрыла веки до того, как покинула замок, слегка размазалась, придавая взгляду более драматичный взгляд, чем он был на самом деле.
-Мне говорили, что у драконов превосходное зрение,- сказала маркизова прислужница, собирая волосы с одной стороны и выжимая из них лишнюю воду,- неужели солгали?
Шакти всегда позиционировала себя как бойца, и зачастую признавала оружием только то, чем можно было нанести противнику реальную рану. Со временем она поняла, что хорошо подвешенный язык разит ничуть не хуже того же меча. А в завершении всему, благодаря змеиной леди шадос узнала, что методов куда больше. «Почему бы нет?»  Взвесив все «за» и «против», Шакти решила пойти обманным путём. В конце концов, небеса не обделили её ни лицом, ни телом, да и возраст у неё вполне…рентабельный.
Маркизова прислужница сцепила руки за спиной и повернулась полубоком, делая вид, что изучает местность.
-Там, откуда я родом, люди склонны верить сказкам, которые сами и сочиняют. Редко кто из тех людей видел дракона, посему в основном людские знания о них произрастают из сказаний старшего поколения, обильно приправляющего истину настоящими небылицами,- заговорила Шакти,- я тоже знавала такие сказки. В них дракон гордо восседает на горе злата и серебра;  самые ценные из драгоценностей он сжимает в своих лапах. Но это взаправду всего лишь байки. Реальные драконы, очевидно, с лёгкостью отшвырнут от себя мутный самородок, предпочтя любоваться светящейся ложным богатством, но ничего не стоящей подделкой.
Белобрысая шадос заткнулась ненадолго, не желая говорить напрямик, ибо прямолинейность – черта дураков. Человек, выслушивающий собеседника, должен иметь простор для воображения.
-Мой господин не примет меня,- взглянув на дракона, не поворачивая при этом головы, продолжила она,- после всего, что случилось. Джу-Алшай, в свою очередь, служит мне, а не моему господину.  Я же более не принадлежу никому.
Перестать принадлежать драконьему маркизу можно лишь одним путём – умерев. Но в затее Шакти не было места откровениям. «Тому, кто владеет своим языком, открыты все двери, даже если он безоружен».
-Салочки закончились,- подтвердила шадос, говоря чётко и размеренно, будто бы она была из числа тех рассказчиков, к которым, затаив дыхание, прислушиваются люди как на городских площадях, так и в деревнях,- и ты, огнедышащий, можешь обернуться тем, кем являешься. Не скрою, что мне хочется увидеть, как ты выглядишь, будучи подобным нам, бескрылым.
«Лишь бы только не страшным, как Джу-Алшай на пятый день после празднования той сделки, заключённой в Кельтане». Губы Шакти растянулись в сдержанной улыбке. «Но даже если так, я заставлю этого ящера поверить в то, что восхитительнее него на свете ничего и быть не может».

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-04-07 20:41:35)

+1

34

Корабль застыл боком к дракону. Матросы уже убрали паруса и лезли наверх, чтоб снять повреждённый. Запасного они не брали, да и кто станет с собой таскать такое, если везешь рабов на рынок? Там-то в городе можно было и прикупить паруса новые и крепкие, которые снова выдержат не один шторм, а не то, что эти, поизносившиеся и выгоревшие под палящими лучами солнца.
Девчонка притихла, сидя смирно в лапе дракона, пока он обдумывал план действий. Можно вполне её заставить штопать парус. Фистандантилус покосился краем глаза на девчонку. Да уж, небось, белоручка, только и умет что мечом махать и на балах танцевать. Скорее сам несчастной иглой убьется, а не паруса сошьет. "Васька тоже помочь не сможет, она выдохлась после боя, а задерживаться нам тут нельзя долго, как только опасность минуте, надо будет выходить в открытое море и лететь как можно скорее подальше от этих мест" - заключил про себя капитан.
С "Маруси" ему уже махал Аларик, жестами показывая, что все готово и кэп может подниматься. Вот только с поднятием будет проблема. Девчонка явно не будет смирно сидеть, а как только получит свободу, поспешит удрать, спасая свою шкуру. Сильванешу очень не хотелось бегать за ней по лабиринту контрабандистов, а эти крысы умеют строить тайные склады так, что незваный гость легко может запутаться во всех разветвлениях и развилках, частенько заканчивающихся тупиками или попросту делающие крюк, приводящей вас на тоже самое место. Так можно будет блуждать вечно, пока не поймешь, что круги нарезаешь на одном месте.
- Копье вам всем в зад. - мысленно пробормотал Маджере, не к кому конкретно не обращаясь, но его мысль явно все расслышали, он выловил плавающие ящики, составив их друг на друга у входа, чтобы девчушка не вздумала сбежать этим путем. Дракон рассудил, что снова в воду бросаться она не рискнет. Теперь осталась проблемой избавить её от всего снаряжение. Фистандантилус фыркнул тихо, собираясь снять с себя все свои колющие-режущие игрушки, как девушка заговорила.
- Мои глаза самые острые среди сородичей. Наше зрение всегда было превосходным, жаль что ты не можешь видеть моими глазами, чтобы понять как вы двуногие слепы по сравнению с нами. - выдохнул он, пристально следя за девочкой. Рокочущее в глотке пламя, служащее освещением, пришлось приглушить и вновь выдохнуть в воду, ибо сдерживать его было труднее. К тому же, на» Марусе» уже зажгли два фонаря и вывесили их за борт. Скудное, но хоть какое-то освящение для девчушки. Дракона же этот свет только отвлекал, заставляя зрение рассеиваться и не понимать а чем сосредотачивается - на свете или тьме, царящей во всем скрытом убежище. Так как фонари были обращены к суше, то свет их по-любому не выходил бы ща пределы, ведь бриг не давал лучам света отразиться от воды и выдать и местоположение.
Фистандантилус заворчал, скребанув хвостом по земле, смахивая в воду непотревоженные до того ящики, лежащий чуть в стороне от всех. Нет бы дракону отвернуться и запихать девчонку на корабль, но нет, он застыл, раскрыв лапу больше и внимательно слушал красивый голос девице. Такой действительно сказки рассказывать. Ящер хмыкнул мысленно, выдохнув облачко дыма. Да, горы золота. Серебра, драгоценности, артефакты. Прекрасная для него мечта. Пиратством он зарабатывает неплохие деньги, чтобы прожить, но большая их часть уходит на "Марусю" и содержание команды, а остальная часть храниться в сундуке в его каюте. Слишком далекая пока мечта. Был бы он маленьким драконом, то явно залазил бы в этот сундук и умудрился спать там.
Ящер поморщился, первый раз становясь недовольным своим крупным размером.
Он приоткрыл пасть и его длинный язык скользнул между частокола острых клыков.
- Неужели остались где-то места, где еще ни разу не идеи драконов? Что же ты хочешь предложить, девочка? - Сильванеш повернул голову в бок, смотря теперь на нее одним сверкающим глазом, чтобы лучше осмотреть. Он недоверчиво щелкнул языком на такую открытую лесть. - Твои спутники... Те, что сбежали. Девица, ослепившая часть моей команды и парень, которого я не видел в этой заварушке. Они тоже являются драконами, хочешь сказать, что они выглядят не так впечатляюще в человеческом облике, как буду выглядеть я?
Пират легко сжал когти на лапе и повернул морду снова.
- Не переживай, красавица, ты еще увидишь мой облик. Все же, для начала я хотел бы быть точно уверен, что ты не убежишь, верно? Мы же оба знаем, что такие покорные овечки бывают только в волчьих капканах, напитанных ядом ослабление.
Дракон замолчал, но все же, не дав девчушка ответить он быстро продолжил:
- Хотя нет, ты права, я прожил в мире слишком долго. Ты еще не видела таких как я! Ты небось и сушу не покидала на долго кроме как путешествий между островами? - Сильванеш подкупился на лесть. Он распахнул прижатые к туловищу крылья. заведя их назад и чуть растопырив пальцы, чтобы перепонка между ними натянулась. - Посмотри на меня! Если ты не знала, кто твои спутники были все это время, то сейчас перед тобой не сказка, а самый настоящий дракон! - он клыкасто ухмыльнулся, приподнимаясь на лапах. Единственной свободной передней лапой он ухватился за стену, чтобы не потерять равновесие.
- Впрочем, не важно. Я хочу знать кто твой господин. Раз ему ты больше не нужна, мы придумаем, куда тебя можно будет пристроить… Давай сейчас без глупостей ладно? Убежать ты не сможешь, пойми, вплавь тем более не удерешь. Я, возможно, даже ослаблю действие ошейника, чтобы он так мучительно не блокировал твою магию.
Дракон поискал взглядом трап на той части суши, где не находилось его тела. Контрабандисты как-то выгружают грузы, верно? Хотя они могли пользоваться и другими приспособлениями, чтобы не подниметься на судно.
Подлой деревяшке нигде не было видно. Дракон разозлено рыкнул. Глянул на команду, чтобы отошли подальше. Опустил девчонку на палубу, зацепившись лапой за борт и мгновенно превратился обратно в человека… а точнее эльфа, которого приняли за Теодора, его облик то не был возвращен в первоначальный в момент обращения, вот он и сохранился. Как одежда сохраняется на любом драконе в момент превращения, со всякими там безделушками.
Мышцы на руках напряглись, когда Фистандантилус подтянулся и перемахнул через борт.
- Уф, такие эксперименты явно не для меня. – фыркнул он, смахивая челку со лба и пристально глянул на девчушку. – Ну как? Нравится облик? – он посмотрел на руки, матюгнулся, хлопнув себя по лбу. – Кхм, впрочем, ладно, будем считать это одним из моих обликов.
Дракон не собирался терпеть еще одну боль сегодня, уж лучше он походит в этом облике. От одной мысли при обращение обратно, он вспоминал воздействие недавней треклятой руны.
Не успел дракон опомниться, как его с ног чуть не сбил пернатая туша, проскочившая между ног будущей рабыни. Тассельхоф врещал, прыгая по палубе возле ног капитана и пытался его обнять крыльями.
- Хозяин! Я такое пережил! Вы просто не поверите! Я на секунду, подумал, что умер! Хотя я не знаю, как правильно умирать, потому что никогда не умирал, но кузен моего прежнего хозяина рассказывал мне, что это очень неприятно, поэтому по ощущениям я и подумал, что умер! Они очень подходят по описанию! - На радостях, птиц заплетал на плечо капитана, хлопая большими крыльями, а затем указал крылом на девушку. – Это она! Она меня чуть клюва не лишила!  Вот этой штучкой! - птиц прекратил махать крыльями, вытянув лапу, сжимая в ней ножны с кинжалом.
- Тас, у кого ты это… одолжил? – рыкнул эльф, косясь на девушку. Не случится ли у той сердечного приступа, не каждый сумеет выдержать болтовню этого голубого жаркого.
- Одолжил… Ой. Да он тут волялся! Совсем рядом! Иду я, значит, к вам, а он тут прыг ко мне в лапы! Вот я и думаю, не пропадать же добру? Он бедненький заржавеет валясь без дела, вот даже пятнышко у него тут ржавчины. Придется кузнецу отдавать на перековку… - птиц осекся, глянув на хозяина ,нахохлился быстро. Встопорщив мокрые, после купания, перья, – но мы его обязательно потом вернём владельцу! Он даже нас поблагодарит за то, что мы переплавим эту острую штуку!

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-04-09 00:22:34)

+1

35

Шакти использовала момент, стоя полубоком, чтобы мельком рассмотреть место, в которое её занесло благодаря всем тем безрассудным оплошностям, которые она умудрилась допустить. «А ещё я называла себя одной из умнейших и, подумать только, в какие-то моменты даже верила в это». Из-за отсутствия должного освещения девочке удалось разглядеть не так уж много – всего-навсего очертания, составляющие лишь малую долю целостной картины. «Похоже на нору,» подумала маркизова прислужница. Судя по всему, сюда стаскивали всякое барахло, а само место предположительно являлось неким убежищем. «Но для кого?» Матросы сновали туда-сюда, будто бы находились дома, и это натолкнуло Шакти на мысль, что здесь нет хозяев. «Таки пристанище мелкой шушеры». Так или иначе, она не знала, да и знать не могла этого логова, так как на этом берегу лишь одно место представляло интерес для её милорда – Туманная бухта. «Мы не могли проплыть далеко. Времени тоже прошло совсем немного. Вероятно, на драконе я бы добралась до Мутной гавани, не потратив более десятка-двух минут». Шакти смутно представляла себе месторасположение норы, в которую она угодила, но всё же попыталась нарисовать у себя в уме карту. «Если бы Кристоф отнёс Неому её брату, то уже успел бы нагнать нас вместе с Салиин. Так почему же ты медлишь, Сансер?» Сомнения – ужасная штука. Они искажают реальность, подменяют плохую правду ещё худшей ложью. Но отделаться от них было невозможно. «Если бы ты так поступил, то наверняка уже был бы здесь. Биться с ещё одним драконом не самое лучшее времяпрепровождение, тем не менее, вдвоём вы бы сумели спалить всё дотла». Но их здесь не было, и сомнения изгрызали веру девочки в её спутников, которых она, по правде, и не могла-то назвать своими товарищами. «Но они служат милорду, как и я. Эта цель – не просто моя. Она общая. Нельзя просто так взять и пустить под откос то, что поручил нам маркиз».
Из-за дыхания дракона Шакти ощущала себя крайне чудно́. С одной стороны одежда после её несостоявшегося утопления по-прежнему касалась тела трупным холодком, с другой – непокрытым участкам кожи становилось жарко. «Лучше так, чем свариться в его огне. Всё же моя сущность презренного всеми шадоса мне нравится больше, чем перспектива стать дымящимся окороком».
-Жаль, что ты не можешь видеть моими глазами, чтобы понять, как вы, двуногие, слепы по сравнению с нами.
-Взаправду это так,- податливо поддержала это утверждение белобрысая девочка,- драконьи глаза могут видеть даже дальние звёзды там, где человеческие ударяются о непреодолимый для них мрак ночи. Но наши глаза не лгут нам, когда мы созерцаем вас, а вот вы нередко ошибаетесь, окидывая нас взором со своих высот и преуменьшая наши достоинства.
Маркизова прислужница не забывала приправить слова улыбкой, точнее, лёгким, ненавязчивым намёком, что таковая присутствует на её расслабленном лице. «Шакти, детка, всегда улыбайся,» - вот что посоветовал ей местный сапожник, когда она, будучи малявкой, пробегала мимо его хижины вся отметеленная. С тех пор она действительно взяла это за правило и улыбалась каждый раз, когда её, пытающуюся спасти бедных свинок от убоя, ловил сосед. Результат не так уж сильно отличался от первоначального, но со временем хозяин свинок начал ограничиваться подзатыльниками, и Ксорларрин, намотав совет на ус, пронесла его сквозь года прямо до этого момента.
Дракон продолжил хозяйничать в логове, сметая хвостом ящики, но при его габаритах это было простительно, так как могло выйти чисто случайно. Белобрысая шадос оглянулась на фонари, вывешенные на корабле. «Какая ирония. Никогда бы не подумала, что буду так рада свету. Но, если задуматься об этом, он является обязательным условием для возникновения теней».  Тусклое освещение позволяло ей лучше ориентироваться в пространстве, ведь, как не крути, глаза у неё всё-таки были человеческие и нуждались в свете, чтобы иметь возможность видеть что-либо кроме очертаний.  «И я не могу ткать ложь на пустом месте».
-Что же ты хочешь предложить, девочка?- спросил ящер, взирая на неё одним глазом. Теперь Шакти могла видеть их цвет. «Золотистый янтарь». Но размышлять об этом сейчас было лишним; дракону требовался внятный ответ. Белобрысая шадос прекрасно понимала, что на самом деле предложений у неё катастрофически мало, а соответствующих желанию ящера – и того меньше. Ответ «того, чего хочешь» загнал бы её в ловушку. В итоге её спас совет, который не так давно дал ей Джу-Алшай. «Трепись так, будто это твой последний раз,» напомнила себе маркизова прислужница.
-Понимание,- взвешенно, с уверенностью торговца, продающего чужестранцу колбу с водой под видом эссенции бессмертия, ответила она,- полагаю, не только пиратам одиноко в море, но и драконам, ведь редкий бескрылый может оценить их величие по достоинству.
Ящер щёлкал языком, скалился. «Да, чудище, да. Крутись, вертись, чтоб моё помело могло уцепиться за мелочи и возвести их в ранг грандиозных преимуществ». Шакти с блеском в глазах воззрилась на дракона, развёдшего крылья и демонстрирующего тем самым все свои плюсы и минусы.  Девочке наверняка могло пригодиться знание его параметров, но не сейчас, ведь в данную минуту она, запрокинув голову, просто смотрела, выглядя при этом потрясённой и завороженной одновременно.
-Ты ещё не видела таких, как я!
«О да, таких, как ты я ещё не видела. Любой другой ящер уже давно выковыривал бы мою берцовую кость, застрявшую у него между зубов». Белобрысая шадос помедлила немного, дабы не перебивать дракона – это дурной тон. К тому же, служба маркизу научила её, когда следует говорить, а когда лучше помолчать, выжидая более удобный для ответа случай.
-Ильтар создал вас в начале начал,- молвила она наконец,- но даже среди твоих собратьев, возвышающихся над всеми другими народами благодаря своему могуществу и мудрости, есть первые среди равных. «Только что-то вас всех таких могущественных и мудрых в немалом количестве поубивали до заключения Мирного Договора. Да и Кладбище драконов отнюдь не памятник в вашу честь». Мои спутники сильны и ловки, но во многом уступают тебе. Я оскорблю небеса, если скажу, что это не так. «Что есть, то есть. Редко когда встретишь такого гиганта с подобным размахом крыльев».
В какой-то момент Шакти даже почувствовала себя, мягко говоря, некомфортно. Случилось это, когда дракон приподнялся на лапах и ухватился за стену. «Дивное ощущение. Как бы уверен ты ни был в себе, ты всё равно побаиваешься того, кто превосходит тебя в размерах».
-Впрочем, неважно. Я хочу знать, кто твой господин.
Улыбка поугасла на губах Шакти, но она быстро вернула её, напомнив себе, что любая оплошность усугубит её положение, а копать себе яму явно не занятие для таких сообразительных девочек как она. «Мой господин – пламень. В его жилах течёт жидкий огонь, под его взглядом сгорают большие и малые. Драконы и бескрылые – все равны перед ним, потому как на всех них он взирает свысока своих достижений». Шадос желала поведать ящеру, кем является её господин, и этот рассказ наверняка продлился бы до полудня, но целесообразности ради она промолчала. Во-первых, потому что не знала, известен ли работорговцу Маркиз Юродивых. «Я бы сильно удивилась, если бы оказалось, что нет». Во-вторых, многие из конкурентов милорда продали бы своих матерей, жён и детей, лишь бы заполучить того, кто говорит от маркизова имени. «Увы, я слишком много знаю, а переносить пытки и оставлять тайны милорда при себе лишь для того, чтобы меня превратили в кусок целиком и полностью болящего мяса перед тем, как воспользоваться ментальной магией, я не собираюсь». 
-Я, возможно, даже ослаблю действие ошейника, чтобы он так мучительно не блокировал твою магию.
-Я не убегу,- с усмешкой ответила Шакти. «Но я и не настолько наивна, чтобы поверить в эти заверения. К сожалению, я уже имела дело с такими штуками и знаю, что они либо действуют в полную силу, либо не действуют вообще. Поэтому от этого ошейника нужно избавиться ценой любых слов и, быть может, даже действий». Белобрысая шадос даже не шелохнулась, когда её, подобно пустяковой вещи, перенесли на палубу. Вместо очередной попытки к бегству, она придержала фамилиара, обхватывающего её за плечо, и внимательно всмотрелась в руки, цепляющиеся за борт. «Момент истины,» подумала Шакти и чуть было не сдала себя удивлением, охватившим её лицо при виде остроухого притворщика.
Чрезвычайно сложно восхищаться врагом, и шадос чувствовала себя так, словно намеревалась расцеловать змею, которая мгновением ранее покусала её. «Абстрагируйся от ситуации,» велела она себе, «представь, что это кандидат в союзники милорду». Шакти с трудом признала, что виновник всех её бед, этот слизкий мерзавец, на деле и правда не дурен собой. «Да и на жабу не похож». Тем не менее, на то, чтобы подобрать правильные слова и не выдать своё желание придушить ящера ремнём от брюк, требовалось время.
-Хозяин! Я такое пережил!- заверещала проскользнувшая у неё под ногами диковинка. «Ах ты курица недобитая! Это ты-то пережила невероятное?! Мало я тебе вмазала, видать, тварина проклятущая!» Шакти, сжав губы, уставилась на предмет, зажатый в лапах пташки. «Это…Острие Дракона?!» Белобрысая шадос скользнула рукой туда, где должен был быть кинжал, но не обнаружила его на прежнем месте. «Но когда он успел? Кинжал ведь был при мне ещё пять минут назад, я уверенна в этом». С досадой она так же осознала, что и «Рейлин», прежде находившийся в лапках её фамилиара, отсутствует. Желание отправить птаху к Тейару на завтрак усилилось как минимум десятикратно. «Ну, ничего. История полна случаев, когда на одного человека было достаточно и одного клинка». А у неё оставалось ещё достаточно кинжалов – по одному в каждом сапоге, три на одной ноге, один на другой и три на поясе. Чёрная накидка с разделёнными книзу краями успешно скрывала их от посторонних глаз. Но расставаться с «Острием Дракона» и допускать, чтобы его переплавили, Шакти не собиралась. Легонько кивнув Люсьену, она без слов поручила ему разобраться с этим.
Пройдясь взглядом по окружающим людям, шадос решила, что правильные слова подобраны, а значит можно приступать к делу.
-Это она! Она меня чуть клюва не лишила!
-В своё оправдание скажу, что правда за победителем, не так ли?- мягко парировала маркизова прислужница. Какая-то там птица не должна была повлиять на ситуацию, так тщательно смоделированную белобрысой девочкой. Люсьен, к слову, уже запрыгнул на остроухого и, ухватившись за хвост птахи, стянул её вниз, меся тушку лапками в попытке отобрать кинжал, что, впрочем, походило на потешную игру двух фамилиаров.
-Нравится ли мне?- переспросила она, возвращаясь к сути дела. –Люди, с коими я прожила большую часть жизни, просты и незатейливы. Им редко удаётся облечь красоту в слова и, когда они говорят, то делают это скорее от сердца, а не от ума.
Шакти медлительно обошла кругом притворщика, сапогом отметя в сторону крыло пташки, оказавшейся под ногами. Люсьен в угоду хозяйке шлёпнул взлохмаченное существо хвостом по клюву.
-Когда я смотрю на тебя, то вижу море колосьев, простирающееся до горизонта и расходящееся волнами под близким к заходу солнцем последних дней Плачущей Сирены, а затем понимаю, что на месте этого моря в любое мгновение может возникнуть ящер с чешуёй, запечатлевшей в себе непроглядную тьму беззвёздной ночи и блеска кристаллов из недр земли, вынесенных в свет.
Шадос остановилась напротив него, не отводя взгляда. Как и прежде она смотрела на него, задрав голову, потому что даже в человеческом облике он был заметно рослее неё. Шакти постаралась передать своим выражением лица, что ощущает эту разницу между ними, но не собирается пресмыкаться.
-Я признаю, что ты настоящий дракон. Или же, как сказали бы твои собратья, настоящий… darghul,- произнесла она на «очеловеченном» Дарканте. В основном на этом языке ей были доступны лишь ругательства, но Шакти знала и несколько других слов, как например это, несущее в себе смысл «тот, кто летает». Оно было ей известно из-за того, что некоторые в Рахене порою обзывали её ädarghul – соответственно, «тот, кто не летает». В целом же, Шакти желала акцентировать внимание притворщика на том, что настоящий дракон не может быть в полной мере описан на языке низших рас.
«Ты нацепил на меня этот ошейник и лишил магии, но никто не заберёт у меня мои слова».
-Что же.… Так тому и быть. Если ты вознамеришься найти мне другого хозяина, я признаю и его, но только в том случае, если в моих глазах он будет величественнее тебя.

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-04-09 15:36:07)

0

36

[float=right][mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0414/e2/0af721.mp3|Санса[/mymp3][/float]
Фистандантилус хмыкнул. Ох, как гладко изъяснялась девчушка, как ласкали её речи слух капитана. Он и сам когда-то так изъяснялся, чтобы польстить слуху какой-нибудь дамочке, добиться её расположения. Пират мечтательно перекрыл глаза, вспоминая времена буйной молодости. Развлекался же он тогда, его ненавидели все сородичи мужского пола, когда их невольные жены мечтательно вздыхали на молодого и сильного дракона, скрасившего их вечерок или не один даже. Конечно, когда там думать о всех этих интригах и рабах, когда у тебя чуть ли не гарем польстившихся дамочек.
Дракон чуть было не уплыл куда-то в глубь своих воспоминаний, когда над ухом раздался душераздирающий крик и Тассельхоф рухнул на палубу, катаясь с фамилиаром девчушки. От вопля любимой пташке, в ушах звенело, Маджере даже показалось, что он как-то оглох после такого. Попробуй вынести этого голосистого пернатого. Девчушка тоже была не слишком-то довольна появлением несоосного фамилиара, который при этом стырил у неё вещи. А теперь попробуй отбери игрушки у этого птица, орать он будет долго, еще и обидится, что его вором обзовут. Все равно дракон хотел снять с нее все цацки, чтобы не повадно было устраивать беспорядок. По крайне мере до сих пор она вела себя довольно благоразумно. Дракон даже был восхищен её умом и не любовью совершать необдуманные поступки.
Птиц ни в какую не хотел отдавать стащенное добро неизвестному комку меха, он шипел, клокотал, упирался лапой в его голову и отпихивал от себя, чтобы подняться и улететь, оказавшись в недосягаемости сухопутного существа. Избавиться от второго фамилиара было затруднительно, он продолжал тянуться к добыче. Матросы поспешно отошли подальше от них, чтобы клубок меха и перьев не сбил их. Птичка была довольно габаритной, так что сбить кого-то за борт - было вполне в её духе даже в момент такой потасовке.
Девушка решила продолжить беседу, обходя капитана, на что тот следил за ней взглядом. Его ручной питомец умудрился цапнуть зверушку девчушки за хвост и теперь пытался отплеваться от пуха, мотая головой и пытаясь лягнуть выедающую на нем животинку. С Крысоловом Тасу и того было легче!
Ящер осторожно переступил через возящийся фамилиаров, подобрал свой плащ, который до этого послужил в битве с прислужником девчушке, как она об этом сообщила и небрежно накинул его ей на плече. Не бог весть что, но зато волчий мех мог сохранить намного больше тепла, чем стой она так в полумокрой одежде, вслушиваясь в слова девчушки.
"Красиво ведь поет, пташка!" - он оглянулся на свою команду.
- Занялись делами, живо! Приготовьте есть для наших... гостей и без своих фокусов с плавающими в похлебке крысами! В трюме есть бинты, помогите раненым, пусть Вась... Велория вам поможет. - произнес он, тем самым разогнав команду .не давая им греть уши на их разговоре. А Фистандантилус ведь повелся, в начале лиш пренебрежительно слушал слова, но вот когда прозвучал его родной язык, он навострил остроконечные уши.
- Ты владеешь нашим языком? Видно, ты долго прожила с моими сородичами, раз запомнила то, как мы называем друг друга. Насколько мне помнится, при чужаках многие только и общались на родном, не прибегая к переводу и пояснению некоторых слов. Похвально. Думаю, вы найдете много общего с моим квартирмейстером, сравнивая познания в Дарканте
Мужчине надоело копошение фамилиаров под ногами, он наклонился, отбирая кинжал который они все время перетягивали друг у друга. Мохнатое нечто было поймано за шкирку и вручено белобрысой, а попытке поймать Таса успехом не увенчались. Он быстро подорвался на лапы и шмыгнул за капитана, выглядывая из-за его ноги на пушистика, а заодно пытаясь стащить кинжал из рук своего капитана.
Фистандантилус сделал шаг, поймав девчонку за подбородок рукой, закованной в когтистую перчатку, слегка наклонился, чтобы смотреть в глаза.
- Признаться, мне понравились твои слова, но это откровенная лесть не помутит мой разум, emm'asha (леди). Но ты не увильнёшь от ответа. Я хотел бы знать имя твоего прежнего хозяина. О или можешь мне назвать того, к кому так стремилась попасть, спутав меня с его приспешником. Тебя ему отдавать не стану, но продам одну интересную информацию, если он достойно заплатит за это.
Дракон провел острым когтем по губам девчушки и отстранился.
- И раз ты так учтива, может назовешься? Я не интересуюсь именами рабов, но ты показала, что достойна, чтобы к тебе обращались, по крайне мере, по имени. – мужчина указал на дверь своей каюты, отпуская подбородок девушки. Её кинжал он рефлекторно сунул за пояс. – Предложу так же проследовать в мою каюту, тебя надо высушить. Лекарским делом тут занимаются не так часто как хотелось бы. – при этих словах мужчина бросил взгляд на корабельного врача.
Велория сделал вид, что её интересует нависающий над ними свод укрытия.
Капитан не стал ждать согласия девушки и подтолкнул её в свою каюту. Фамилиар с радостным, но непонятным, звуком, взмахнул малек поредевшими после потасовке с коком меха крыльями. уселся на согнутую в локте руку хозяина, довольно задрав голову и весь распухнув от гордости.
- А мы еще так подеремся? Мне понравилось! Особенно последнее трах, бах и свет! - затараторило пернатое, нетерпеливо подпрыгивая на руке капитана и едва не грянулось головой о дверной проем. Фистандантилус поморщился, явно разочаровано, что птиц так и не заткнулся.
- Аларик, подожди возле мой двери, хорошо? Ты мне можешь понадобиться!
Капитан пропустил девочку вперед и зашел следом в каюту, закрыв за собой дверь. Тассельхоф слетел с его руки на свою жердочку, в чем-то начав увлеченно копаться, а пират устроился на стуле. Вспыхнул язычок пламени и тут же он оказался в фонаре, наполнив каюту желтоватым светом, делая всю обстановку гораздо более теплой, чем она выглядела в темноте.
- Теперь я слушаю. Не хотелось бы получать сведенья перед командой. С драконами мало кто хочет связывается, а мне кажется, что твой хозяин довольно известный, как и тот, в чьи лапы ты готова была угодить.

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-06-09 13:43:53)

0

37

«Давай, Люсьен, надавай куропатке по самое не балуйся! Я верю в тебя, малёк! Ну же, ну-у!» Шакти всем своим существом поддерживала белоснежного фамилиара, жалея, что не может выделить ему своей энергии каким-нибудь ментальным путём, лишь бы только он одолел курицу, стянувшую у неё наиважнейшее оружие. Тем не менее, моментами косясь на грызню двух зверушек, она не переставала наставлять своего маленького, но юркого и целеустремлённого бойца. И граф де Арденн, как она в шутку называла его, не подводил ожиданий хозяйки, подминая под себя пташку, многократно превышающую его в размерах. «Что же ты делаешь? Вспомни, как я тебя учила! Правильно, вот так, заломай ему крыло! Хвостиком по клюву, хвостиком по клюву! Осторожно, он сейчас вырвется! Люсьен, ну что за фигня? Да-да-да, придуши глотку или выколи ему глаз! Ну как так? Вот же досада, а. Попробуй ещё раз. Так держать! Меси его, малёк, меси как тесто! А потом мы эту курицу зажарим, а мне сделаем классные перьевые накладки, да так, что весь Рахен обзавидуется». 
Из-за дракона белобрысой девочке пришлось отвлечься от возни фамилиаров. Плащ, судя по всему, выполненный из волчьего меха, и накинутый ей на плечи был оценён шадосом как продвижение в её не слишком замысловатом, но как показывала практика - действенном плане. Особых перемен в ощущениях Шакти не заметила, но сам жест пришёлся ей по нраву. «Наверное, я смотрюсь в нём как перевёртыш. Такого плаща хватило бы, чтоб обмотать меня целиком. Но не беда. По крайней мере, пока мы стоим на месте. Впрочем, даже если мне придётся в этом куда-то шагать, я справлюсь лучше, чем в тот раз, когда на меня нацепили туфельки с каблуком. То-то была пытка похлеще Железной девы».
- …много общего с моим квартирмейстером, сравнивая познания в Дарканте.
«Как жаль, что мои познания драконьего языка не так глубоки, да и с квартирмейстером я дружбы заводить не собираюсь. Но то, что ты допускаешь такую мысль, мне на руку. Это как минимум значит, что моя «продажа» отодвинута на некоторый срок». Маркизова прислужница была почти готова поверить в то, что её умысел осуществится, но притворщик, присвоив её кинжал, перечеркнул все её намерения. Шакти заскрежетала зубами, предварительно опустив голову, чтобы распущенные волосы скрыли её лицо.
-Признаться, мне понравились твои слова, но это откровенная лесть не помутит мой разум, emm'asha.
«Спокойствие и взвешенность. Если бы я действительно переборщила, его реакция была бы совсем другой».
-Разве посмела бы я лгать дракону?..
Во взгляде - сама невинность и чистота.
-Мой единственный порок в том, что мой язык говорит вслед тому, что видят глаза.
Вырываться Шакти не стала и даже чуток приподняла голову, как только её к этому принудили, сцапав за подбородок. В рахенском замке её милорда при подобных действиях со стороны любого человека, будь то такой же прислужник или гость, белобрысая шадос имела бы полное право сделать что-нибудь в ответку и осталась бы права. «Сбить руку, скользнуть вниз и кинжалом под подбородок, нажав посильнее на рукоять и загнав лезвие до самих глазниц». Но в данной ситуации такое было недопустимым, и Шакти одёрнула себя, прежде чем вбитые в неё рефлексы, являющиеся результатом занятий с наставниками, не взяли вверх над здравым рассудком.
-И раз ты так учтива, может, назовёшься?
Раскрывать свою личность несомненно было не самой лучшей идеей, и белобрысая шадос понимала это с самого начала. «Сплошная игра на удачу. Как лягут карты - не сказала бы даже самая умелая прорицательница. Я не могу полагаться на фортуну, как бы часто она ни была благосклонна ко мне». Шакти перебрала в уме множество вариантов, начиная от притворных имён до кличек реально существующих и знакомых ей людей. В итоге она решила, что с чётким ответом необходимо помедлить.
-Я не называю своего имени тем, кто не спешит представиться сам.
В целях снятия напряжения маркизова прислужница погладила фамилиара, прижавшегося к её груди под плащом. «Ничего, малёк. Уже скоро мы будем свободны от всей этой шайки. Ты – с тушкой той потенциальной пташкой-самоубийцей, я – с кистью перевёртыша на шее взамест медальона». Теперь, когда «Острие Дракона» было потеряно для неё и не было нужды следить за потешным боем двух фамилиаров, Шакти не отрывала взгляда от ящера. Мысли в её заметно подуставшем уме подобно звеньям складывались в план дальнейших действий. «С помощью кинжала мне его уже не убить. Но я слыхала о людях, которые неожиданно для себя самих погибали от десертной ложечки». Люсьен что-то недовольно пробурчал, но шадос никак не отреагировала на это, последовав за остроухим притворщиком, превратившим и без того сложное до потери пульса задание в сущий кошмар без единого мгновения на передышку.
«Псиная кровь,» злобно подумала в адрес оборотня Шакти, проходя мимо него. Стража у дверей сводила на «нет» очередную её затею. «Я тебя запомнила, не волнуйся. Когда-нибудь, пусть и не в столь близком будущем, но всё же… ты станешь первым, на ком я испробую руну расщепления».
-Аларик,- подхватив это имя, вежливо молвила Шакти перед тем, как дверь за ней замкнулась, - будьте добры, не вламывайтесь внутрь, даже если Вам покажется, что здесь вдруг ни с того ни с сего образовался разлом в Изнанке и наружу вырвалась сонма тех тварей, которых зачастую припоминают в использовании нецензурной брани. «Подстраховочка есть. Прекрасно». Она бы даже подмигнула, если на то было время.
Шакти сняла плащ, тянущийся за ней шлейфом, свернула его и, пройдя чуть дальше, положила на сундук. «Кладезь наворованного? Занятно. Какое-то время ходил слушок, что один из маркизовых капитанов возил с собой в подобном сундучке дохлую мадам, которую по неосмотрительности убил из-за отказа. Жутковатая история. Всё-таки хорошо, что то корыто зимой пошло на дно. Разбираться в том, где правда, а где ложь в данной ситуации лично мне уж точно не захотелось бы».
-Теперь я слушаю.
На этот раз белобрысая шадос взглянула на дракона лишь мельком и, сцепив по привычке руки за спиной, начала медленно расхаживать по помещению, якобы уделяя внимание совершенно заурядным вещам. «Кто знает, может тебе удастся спастись от преждевременной гибели. Но прислушаешься ли ты ко мне?» Рассказывать всё, как оно было, шадос, разумеется, не собиралась. Слишком велик риск, что её слова проскользнут мимо собеседника, так ничего и не переменив в нём. «Но попробовать стоит». 
-Твои сородичи называют меня по-разному. Оно и понятно, почему,- заговорила она,- но чаще всего по отношению ко мне звучали слова Чёрный Язык. Вероятно, причиной тому послужило то, что никому не нравится та правда, которою я произношу даже тогда, когда ложь более уместна.
Шакти наклонилась к своему зверьку, подскочившего к её ногам, и взяла из его лапок какую-то штучку, которую он, будучи крайне любопытным существом, принёс ей. «Астролябия?» повертев вещицу в руках и рассмотрев её, подумала белобрысая шадос.  В таких приспособлениях она разбиралась не лучше чем в придворном этикете.
-Этой ночью я должна была встретиться с одной личностью, называющейся Бледнолицым. «Хотя Норерно убил бы любого, едва расслышав это прозвище». Мой господин послал меня к нему с посланием.
Во всей этой суматохе шадос даже как-то позабыла о том, что в мешке у неё лежит голова шпиона. К счастью, руна змеиной леди предотвратила процессы разложения, и та не начинала источать трупный запах. Но вот столь важные записи наверняка пропитались водой и парфюмерным маслом с запахом лаванды, разлившимся из разбитого флакона. Это в действительности было великим упущением с её стороны, потому как без этих данных могли сорваться переговоры, на которые Шакти, к слову, всё ещё собиралась попасть. «У меня три дня, чтобы сделать врага соратником».
-Взамен я должна была получить немалую плату за это послание и вернуться с ней к своему господину. Но кое-кто внёс в это задание нежелательные коррективы.
Маркизова прислужница ещё раз взглянула на сундук, обвела взглядом помещение и остановилась на остроухом. Судя по всему, от материальных излишеств он не страдал. «Вопрос в цене, не так ли?» Шакти приблизилась к столу, прошлась пальцами по поверхности, обходя его.
-Тем не менее, мне кажется, что ещё не всё потеряно,- слегка лукаво улыбаясь, после небольшой паузы продолжила она,- скажи мне, огнедышащий, интересуют ли тебя богатства? Ведь послание всё ещё при мне, а в случае, если оно достанется Бледнолицему, я не стану передавать плату своему господину и откажусь от неё в твою пользу. Ведь, по сути, всё, что мне необходимо, это тень, достаточно большая и тёмная, чтобы спрятаться в ней и чувствовать себя в безопасности.
Шадос положила астролябию – или чем бы ни являлась эта штука – обратно на стол, всмотрелась в глаза с вертикальным зрачком.
«Ты, быть может, не так уж тщеславен, но наверняка до умопомрачения алчен».

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-04-10 02:07:51)

0

38

Волк не успел ничего ответить, а за наглой пленницей уже закрылась дверь. Он лишь раздраженно тявкнул про себя и уселся на палубу, скрестив ноги и прислонившись спиной к стене. Весь этот фарс капитана был сделан только на показ. Насколько оборотень знал своего товарища, тот умел постоять за себя, а уж какая-то козявка не вскружит ему голову настолько, чтобы он потерял бдительность. Волк фыркнул и посмотрел на темный потолок, ковыряя кинжалом одну из досок палубы. Посидит он тут пару минут и пойдет помогать Велории осматривать раненых.
Фистандантилус достал добытый его фамилиара кинжал из ножен, осматривая его в жёлтом свете лампы. Хорошее оружие, настоящего война, а точнее того, кто не побрезгует ударом в спину. Дракон уважительно улыбнулся. Он прекрасно помнил историю своего рода, вдалбливаемую ему в голову бабушкой. Их род в свое время прославился отличными шпионами и убийцами. Такими же игрушками, небось, кто-то пользовался из его родственников. Это он выделился, предпочтя двуручник. Дракон любовно кинул взгляд в неосвещенный угол. Там за место выседания Тассельхофа, стоял, прислоненный к стене его меч.
- Что ж, не вижу ничего плохого в представление. Хотя я предпочту услышать вначале ваше, о ладно. Я Фистандантилус Маджере  Сильванеш.
- А я, а я - Тассельхоф! И обращаться ко мне надо уважительно, с трепетом в голосе! Ведь я грозный ястреб своего хозяина! Мои когти точно кинжалы, мои глаза остры, мои крылья вихрь! - хвастливо заявил птиц, растопырив крылья, переминаясь лапами на жёрдочке. В отличие от молчаливого питомца девчушки - этот молчать и не встревать в разговор не будет, только если на него упадет что-то тяжелое.
"Боже, он даже при посторонних не молчит, а ведь что я ему говорил - держать клюв на замке? И магии нету, чтобы заткнуть это говорливое создание!"
- Тас, замолкни, а то превращу в жабу и скормлю кэльпи. Ты же не хочешь быть зеленым в пупырышку?
Фамилиар раскрыл было клюв, но тут же его захлопнул. Послышался даже щелчок, но зато птиц утихомирился, нахохлившись.
Зато теперь девушку не будет никто перебивать и дракон внимательно слушал её слова, поигрывая полученным трофеем.
- Никогда не слышал этого прозвища. - наконец сказал пират, когда девчушка прекратила говорить. Она остановилась близко от него, настолько, что ящер сумел разобрать её запах с примесью морской соли. Наверное, здесь никогда не было девушке и теперь новый запах мадмуазель броско выделялся на фоне нейтральных запахов каюты.
- Хорошо, начнём сначала. - капитан поднялся со стула. обогнув девушку и отойдя к окну. скрестив руки на груди. - Я так понимаю. послание находится у тебя вон в том мешке? Больше похоже, что там не обычные бумажки или какие-то еще вещи в том же духи. В противном случае для этих вещей понадобился другой мешок. Ладно, не важно. Считай, послание меня не интересует, если захочешь, я бы даже... передал его от твоего имени, раз ты говоришь, что за него заплатят.
Фистандантилус коснулся кончиком кинжала губы. Глаза пирата на мгновение вспыхнули алчным блеском. О да, он любил звон монет и блеск драгоценностей. Он даже откинул от себя мысли о льстивых словах девушки и пристально вгляделся в её глаза.
- Но в твоем плане есть небольшая прореха. Сейчас ты здесь одна, твои защитники бежали прочь и не найдут тебя, пока мой корабль находится здесь. Кроме того, вы явно шли к вашему Бледнолицему не вести дипломатические переговоры. Явно ваша информация могла спровоцировать его на нападение и сейчас, ты предлагаешь мне пожертвовать своей шкурой и щедрым жестом отдашь все заработанные деньги? Не верится...
Сильванеш вновь двинулся по комнате, теперь остановившись возле Тассельхофа и стал чесать того под клювом. Слабый свет выхватил на клюве у птицы небольшую трещинку, явно оставленную этой девчушкой. Не зря Зюзя так возмущался, когда подлетел к ним, а ведь она с легкостью могла и убить его.
- Я сомневаюсь, emm'asha, что ты не пытаешься сейчас словами выкупить свою свободу, а в итоге я буду окажусь в петле или с перерезанным горлом на вражеском судне. - пират хмыкнул и кинул любопытный взгляд на девушку. Как она отреагирует на его слова? Начнет оправдываться? Сейчас она явно пыталась выиграть время переговорами. Небось ждала, что ее освободят или подходящего момента, чтобы усыпить бдительность ящера и сбежать сомой? Маджере отмел такие мысли и указал на стол.
- Покажи мне, что за послание, а так же выложи все вещи. Сомневаюсь, что у тебя нет при себе какого-нибудь артефакт. Что касается твоих слов... Даже если бы они меня заинтересовали – где гарантии вознаграждения? Видишь ли, я не верю простому обещанию. Жизнь заставила. Мне нравится видеть оплату сразу, а уже потом обсуждать дела. Кроме того, что мне мешает забрать и деньги и тебя? У тебя при себе есть монеты, чтобы выкупить прямо сейчас свою свободу?
Капитан оторвал из миски фамилиара ягодку виноград, приблизился к девушке и протянул угощение пушистую. Он-то помнил какой зверек умный. Ему этот парус еще чинить придется.
- Не думай, что мы благородные рыцари, которые кинуться спасать девиц в беде. Мы пираты, мы ищем выгоду только для себя. По правде сказать, если до этого не возникло казуса и не сбежали два подарка для моей сестры, то тебя бы сейчас явно здесь не была, а ты бы спокойно стирала со своей одежды кровь Теодора к примеру. На все воля богов, не думаешь? Так как ты можешь поверить моему слову после такого?
Он фыркнул, коснулся пальцами нежной щеки девчушки, отвернулся, отступив, и вновь отошел к окну. Маджере стянул рубашку через голову, небрежно бросив на сундук. Осмотрел себя. После недавней заварушке на теле уже явственно проступили следы синяков. Мужчина повернулся к девушке, снимая с уха серьги и складывая их осторожно в мешочек.
- Фи, ну и тряпки ношу, давно пора выкинуть этот мусор. Совсем не пышно и нарядно - проявился характер предка, но дракон быстро клацнул зубами, пытаясь сдержать поступающую личность. Ему сейчас только не хватало податься влиянию внешности предка и завести разговор о гардеробе. 
- Ты мне так не назвала имя своего лорда. - напомнил эльф, заправляя мешающие волосы за ухо.

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-04-10 23:25:24)

0

39

Любимая героиня народных сказаний, прочитанных шадосом ещё в детстве, коим-то образом умело сочетала в себе и женственность, и воинственность. Самое немаловажное в этих историях заключалось в том, что на пике славы той женщине было двадцать пять. То есть, всего на каких-то там три года больше, чем Шакти на данный момент. «Но я быстро учусь,» заверяла себя девочка, и это не была пустая самонадеянность. С тех пор, как она начала прислуживать драконьему маркизу, свободное время закончилось вообще. Белобрысая шадос с трудом помнила, когда именно ела и когда спала, потому что практически круглосуточно выполняла какие-то поручения. Естественно, непрестанная практика дала свои плоды. «Долгоживущие народы зачастую тратят своё время зря, разбрасывая его точно песок, коего у них предостаточно. И только столь недолговечные люди жадно хватаются за каждую минуту, наделяя её смыслом и пользой для себя. Теперь и у меня немерено много времени, но я не собираюсь растрачивать его попусту. Ещё несколько лет упорного труда, и я вполне смогу отправляться по делам милорда без сопровождения».
Белобрысая шадос отстранилась от стола, перевела взгляд на своего пушистого фамилиара. «Сильванеш, Сильванеш». Люсьен взобрался по её штанине наверх, уцепился за ткань на талии. Шакти вдумчиво всмотрелась в его большие, ясные глаза. «Похоже на родовое имя, не так ли? Но в Рахене я не встречалась с драконами, носящими его. Судя по тому, что наш товарищ занимается разбоем вдалеке от суши, можно сделать вывод, что это скорее всего обнищавшие дворяне». Маркизова прислужница мельком посмотрела на ящера. «Но вельможи со смертельно раненным самолюбием так себя не ведут. Как правило, это мерзкие во всех отношениях люди, которые ненавидят всё вокруг, испытывая глубочайшее презрение именно к себе самим. Хмм».
-Никогда не слышал этого прозвища.
«Как камень с души. Ты даже не представляешь, насколько я рада своей безызвестности. Тот, кто бродит по теням в тишине, должен обладать беззвучным именем». Впрочем, удивлена Шакти не была. Постоянных деловых партнёров у Маркиза Юродивых было не так уж много, и Чёрный Язык была известна только их прислужникам. Ведь, невзирая на непрекращающийся поток работы в подполье, всё ещё находились такие торгаши, которые диву давались, когда к ним на переговоры приходила девочка-подросток, к тому же ещё и человек. «Но даже если бы у меня было кричащее имя, по отношению к имени милорда оно бы звучало не громче цикад летней ночью на фоне рёва дракона».
Ситуация продолжала неумолимо усугубляться, но Шакти сохраняла невозмутимый вид, время от времени поглаживая Люсьена, всё так же висящего у неё на талии и скребущего поминутно своими коготками задних лапок её бедро сквозь ткань, чтобы удержаться на месте. «К сожалению, малёк,» она по привычке обращалась к своему фамилиару, не размыкая губ, «он соображает не так туго, как нам хотелось бы. Я и сама согласилась бы с тем, что подобные предложения всплывают только в банальных книгах давно устаревших авторов, но вся наша жизнь, как не крути, череда нелепых случайностей, в которые иногда сложно поверить и которые невозможно воспринять как нечто серьёзное». Люсьен вновь зацепил коготком её кожу, но шадос давно привыкла к этому. «Но это едва ли самые сложные переговоры в моей жизни. Да, ящер прав, я осталась совсем без союзников. Но где они были, когда я в одиночку бродила по Денаделору? Верно. Теперь они отсутствуют, а тогда не существовали вообще. И ведь мы как-то пережили те года, малёк». Шакти посмотрела на пташку остроухого, прежде чем откинула назад упавшие в очередной раз на лицо платиновые пряди мокрых волос. «От этого существа необходимо избавиться как можно скорее. Он слишком громкий и наверняка поднимет тревогу, если я что-либо предприму. Паскудная птица». Шадос потрепала Люсьена по пушистой голове, потёрла его ушки. В случае необходимости он мог снова накинуться на чужого фамилиара, но в победе своего подопечного Шакти уже не была столь уверена. А ей требовалась уверенность, что лишний элемент в её плане будет устранён наверняка.
-В петле? С перерезанным горлом?- пленница сдержанно хохотнула. –Они всего лишь горстка людей. Один твой коготь опаснее любого из них. Как может darghul всерьёз говорить про опасения быть убитым бескрылыми? Или, быть может, у величественного дракона внутри сердце человека?
Во взгляде белобрысой девочки проскользнул некий вызов.
-Право, ты просто изволил шутить со мной,- добавила она, чтобы сгладить свои предыдущие слова, которые, по сути, зацепили бы любого ящера. «Особенно такого гордого, как ты». Уязвлять его самолюбие здесь и сейчас было крайне рискованно, и Шакти действительно не смогла бы спросить притворщика, а не заячья душонка ли он.
-Покажи мне, что это за послание, а также выложи все вещи.
А вот уже это условие шло наперерез всем намерениям маркизовой прислужницы. «Перчатка, амулет Кади, превратившийся в кашу бумажный журавлик змеиной леди, флакон с парфюмерным маслом, нынче разбившийся, записи с договорами и проклятущая голова Эльдара,» перечислила в уме белобрысая шадос. Почти все вещи несли нейтральный характер и могли быть показаны дракону за исключением последних двух. Услышав повеление, Шакти даже отступила на шаг, придержав рукой мешок на спине. «Если он увидит эту башку, то всему конец».
-Эти вещи – моя собственность. Всё уважение твоей пиратской сущности, но моё останется при мне,- сообщила маркизова прислужница, и улыбка вовсе покинула её лицо,- хочешь – забирай, но добровольно расставаться с тем, что принадлежит мне, я не стану.
План на такой случай был запредельно простым. Ошейник лишил её возможности использовать руны и артефакты, физических сил недоставало, чтобы отбиваться пустыми руками, «Острие Дракона», дарующее дополнительную прыть, было отобрано, но при Шакти всё ещё оставалось опаснейшее из оружий, которое она практически вообще никогда не использовала. «Для начала сократим дистанцию до минимума. Обычного кинжала должно хватить, чтобы рассеять его внимание. Воткну его, куда повезёт, и… и…» Белобрысая шадос посмотрела на кандалы, висящие на её правой руке. До этого дня у неё всегда был выбор, но сейчас она должна была поступить так почти что по принуждению, ибо попросту не видела другого выхода.
«И поглощу его душу. Заберу всё, что только можно забрать, и оставлю всего-навсего пустую оболочку, которая впредь даже двух слов связать не сможет».
-Не думай, что мы благородные рыцари, которые кинутся спасать девиц.
Шакти податливо наклонила голову вбок, когда пальцы ящера прошлись по её щеке, чтобы показать, что это не пугает её. Он уже трижды дотронулся до её лица – единожды драконом и дважды человеком. «Привычка?..» Когда ящер вновь отошёл в сторону, шадос осталась стоять там же, где и стояла до этого.
-Так как ты можешь поверить моему слову после такого?
-Похоже, что ты не совсем всё понял,- заговорила белобрысая девочка, умело отобразив знаменитую ухмылку Джу-Алшая,- меня не нужно спасать, и я не собираюсь покупать себе свободу. Да и зачем? Быть свободным для таких, как я, в тягость. Но неужели тебе не жаль того злата, которое канет в лету? Одной  - без тебя - мне его не добыть. Вопреки тому, что ты ставишь мои слова под сомнения, я действительно восхищаюсь тобой. Ты обладаешь в равной мере и силой, и умом, к тому же тебе дан дар менять свой облик. Разве это не черты идеального хищника?
Шакти намеренно растягивала последние два слова. Единственный способ, как она могла добиться своего, это правильно применить свои навыки в искусстве речи. Тем не менее, она понимала, что давить на ящера ни в коем случае нельзя. «Лучше выждать, чем в спешке наломать дров».
-Но если ты видишь в этом подвох, пусть все те богатства пропадут пропадом. Только, принимая подобные решения, для начала убедись, что золото не станет преследовать тебя в кошмарах всю последующую жизнь.
Чувствуя усталость в спине, маркизова прислужница засмотрелась по сторонам и, не чувствуя себя сильно утеснённой в правах, села на стол, но закидывать ногу на ногу не стала – чтоб не запутаться, если вдруг придётся действовать. Люсьен, пожёвывая доставшуюся ему виноградинку, разместился у неё на коленях.
-Фи, ну и тряпки я ношу. [float=right][mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0414/63/0df230.mp3|soundtrack[/mymp3][/float]
«Что он творит?» переглянувшись с ушастым фамилиаром, вопросила шадос, не зная, куда теперь деть свои глаза. По правде говоря, разнузданность, продемонстрированная драконом, слегка вывела её из колеи. «Да-а уж, на жабу он действительно не похож…» Не то чтобы Шакти была падка на людей, поддерживающих себя в форме, но она взаправду любила силу, особенно когда та была наглядна. 
-Ты мне так и не назвала имя своего лорда.
Люсьен помесил ноги своей хозяйки лапками, дав ей понять, что та снова покусывает внутреннюю сторону щеки, что являлось явным признаком тому, что её мозг перестал функционировать, как следует. Белобрысая шадос сообразила, что снова ушла целиком и полностью в свои мысли, безучастно таращась на торс врага.
-Оуэн Ио'Мар,- тут же ответила она, назвав один из псевдонимов драконьего маркиза.
«Соберись, тряпка». Шакти усадила своего зверька на поверхность стола, соскочила на землю. Была одна вещь, которая своим присутствием на её теле приводила маркизову прислужницу в чувство.
-Мне без разницы, согласишься ли ты на моё предложение, но я всё-таки рискну огласить одну небольшую просьбу,- сказала она,- мне необходимо высушить одежду, иначе я, без сомнений, заболею. Не знаю, как вы это делаете в море и делаете ли вообще, но в доме моего господина шмотьё сушат на горячих камнях. Теперь дело за малым – найти камни и разогреть их. Не мог бы ты просто немного подышать ради меня? Одного твоего выдоха будет достаточно, чтобы раскалить добела любой валун.  И ещё…
Шакти обхватила пальцами край удушающего её ошейника.
-Сними с меня это,- попросила шадос, произнося, пожалуй, самые страшные для себя слова,- в нём я чувствую себя как…. как висельник.

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-04-11 02:53:25)

0

40

Дракон гневно сузил глаза, даже его пальцы сжались в кулак. Слова девчонке о трусости его не разозлили. Пират явно не был осторожным, а если учесть его авантюрного Покровителя, то и от одного обвинения в трусости без раздумий готов был согласиться пойти с двуногой в одиночку, что собственно он и сделает потом.
- Шутить... да. - выдохнул мужчина слова, которые больше походили на шипение разгневанной ящерицы, но он все же взял себя в руки, смерив человечку взглядом. Не ей читать ему нотации и упрекать в каком-то грехе, доступном только другим расам, а не великим драконам! Ведь эти трусы изобрели в вое время против них оружие и все потому, что испугались своей слабости, решив создать это отвратное оружие. Фистандантилус мысленно поморщился. Ему не доводилось с такой штукой сталкиваться, а вот его род чуть было не погиб из-за этих двуногих. О нет, Сильванеша никогда не обвинит в трусости какая-то девчонка!
Даже Тассельхоф заметно притих на своей жердочке, прекратив копошение с чем-то, почувствовав волну ненависти от хозяина. Он осторожно поднял голову, глянув сначала на капитана, а потом на чужачку с её меховым комком. Посмотрев на них мгновение, птиц отвернулся, пробурчав что-то себе под нос о том, что хозяину не следует слушать всяких чужаков и приглашать тем более особей женского пола в каюту.
Дракон откинул от себя лишние мысли, подумав о приятном - например об ошарашенных лицах двуногих, когда эта девчушка прибудет на спине дракона, тобишь его, и тот, припугнув их, выдохнет струю пламени. Кажется, после такого они согласиться на все условия этой... "Черный язык".
А вот то, что девчонка отказалась выполнить требование, порядком раздосадовали Сильванеша. Был бы сейчас драконом, то команда первым делом разбежалась от него в стороны, чтобы не попасть под струю пламени, но в облике человека он был лишен таких привилегий, поэтому пришлось только шумно выдохнув, рванув ремешки на оставшееся когтистой перчатке. Маджере сдернул с руки перчатку, содрав кожу на костяшках из-за того, что в раздражение не расстегнул все крепления этой части брони и швырнул ее на сундук.
- Adarghul, посмотри на меня, - он развел в стороны руки. - Мы здесь не на базаре, чтобы торговаться условиями. Ты пленница, рабыня. Пока твои слова звучат разумн,о и довольно заинтересовали меня. Я даже подумываю избавить тебя от участи безымянной рабыней, на которую тебя обречет какой-нибудь зажиточный kabethari! - на самом деле это слово обозначает всего лишь "человек", но сейчас в устах дракона это прозвучало ругательством. - Однако, я не хочу получить под ребра одной из тех игрушек, что скрыты под твоей одеждой или, чтобы ты создала проблемы. С обитателями Изнанки встречаться или становится одним из них мне не сильно хочется. Еще здесь столько мест, где мне хотелось ограбить… Гм. Побывать. Положи их на стол, я не собираюсь забирать эту побрякушки, которые, чтобы продать за копейки, придется потратить не один день, добираясь до черного рынка в Пыльном городе. Мне не по пути в ту сторону.
Дракон шумно выдохнул, прикрыв янтарные глаза, которые наверняка сейчас горели кипевшими внутри чувствами. Он потер скулу, только сейчас поняв, какая у него холодная рука. Дракон не чувствовал холода, благодаря своей природной переносимости, однако кожа у него переняла немного окружающей температуры, ящерица как никак.
Маджере хлопнул себя по лбу, поведя плечами. Сколько помнил, что девчонка стоит в мокрой одежде, однако не предпринял ничего для того, чтобы ей помочь высушиться.
- Кхм, никогда не заботился о людях. Забываю какие вы двуногие слабые. – пробормотал он, подойдя к девчонке и стащил с её плеч промокший плащ, который уже не то, что не грел. А только усугублял положение.
Плащ был повешен сушиться на стоечку у окна, возле которой валялись остальные части доспехов. видно что в каюте никогда не была женская рука, хотя на корабле у них и была девушка. но она явно не убираться на "Марусе" подписывалась. Маджере скрылся в полутенях, куда уже не дотягивал свет лампы, рыская там, а заем кинул девчушки свою рубашку, в которой она явно утонет.
- Наденешь, если не хочешь сверкать перед командой голыми... прелестями. - "Хотя, что там у нее может быть того, чего наша команда не видела?" Пират прислушался к себе. Сейчас его магический запас не способствовал нагреванию здесь воздуха и подержания температуры, придется поступить тем методом, который предложила девчонка.
- Мы не сушим одежду, она сама высыхает под солнцем. Если его нет, то я магией создаю тепло и окутываю корабль, но сейчас у меня недостаточно сил, чтобы устроить тебе комфортную жизнь. Пойдем. - Он открыл дверь каюты, пустив в нагревшееся помещение прохладный воздух и вышел, обернувшись, предлагая девчонке следовать за ним. Как ему не хотелось устроиться на отдых, а emm'asha нужно было действительность высушаться, иначе она рисковала серьезно заболеть.
На бриге стояла тишина. Матросов не было видно, они ушли все отдыхать, пользуясь минуткой свободного времени, понимая, что пока они здесь, лучше отдохнуть, ведь потом им придется удирать. Безмолвие и тишина, только плеск волн у входа в укрытие контрабандистов и пронзительные крики чаек.
- Нет, ошейник пока не сниму. Могу его переместить только на любую другую часть тела, но пока не избавлю от него. Погоди.
Трапа у них не было, чтобы устроить благополучный спуск вниз. Поэтому дракон осмотрелся, пытаясь найти оптимальный спуск вниз. Магии поднять себя вверх не было, да и потолок укрытия не позволил бы себе разойтись и дракону и кораблю под ним. Фистандантилус знакомо показал девчонке ждать и пошел к носу корабля, решив действовать как всегда привык.
Ящер выпрыгнул за борт, проплыв под водой, вынырнув, отфыркиваясь и обернулся. Корабль ощутимо покачнуло от нахлынувших волн из-за появления в воде еще одного объемистого тела. Маджере поднялся на лапах. Вода здесь была не глубокой и достигала ему до груди. Он прошелся до берега, выбравшись на него передними лапами и стал царапать скалистую породу. Острые когти заставляли скатываться вниз щебенку и пыль, а более крупные камни упорно не хотели отковыриваться. Через минуту все же он собрал неплохую горку из камней, разровнял, отодвинув как модно дальше от всяких деревянных ящиков, а особенно от "Маруси". Приподнявшись на лапах, ящер подцепил девчонку бережно когтями, ведь один неверный жест и от двуногой останется только труп, и поставил её на берег, а затем изогнул шею. В глотке в этот момент что-то заклокотало. Вспыхнули чешуйки на брюхе, постепенно подбираясь к глотке, но они почти сразу тухли и, в итоге, из раскрывшей пасти вырвался раскалённый воздух, который буквально вибрировал. Еще пара таких действий и камни раскалились, а Фистандантилус испытующе посмотрел на девчонку, ожидая от неё какого-нибудь подвоха.
- Я где-то слышал про Оуэн Ио'Мара, вот только не помню где. Хм, небось, какой-нибудь влиятельный? Я не многих помню со времен, когда покинул дом. Пока мы здесь, надо бы туда наведаться и устроить взбучку слугам, которые скорее всего опять не работают. - дракон тихо фыркнул, вернувшись к  прерванной беседе. У него и правда что-то крутилось с этим именем или даже прозвищем, вот только это было явно так давно, что даже феноменальная память не могла сразу выдать того субъекта, с кем это имя было связано. Капитан потянулся, не желая обращаться обратно в человека и улегся на земле. Его задняя часть была в воде, а хвост медленно баламутил воду, точно у недовольного кошака, когда хозяйка не дает ему слизать вкусную сметану.
Пока он так лежал, Тассельхофу надоело сидеть одному в каюте, или им двигало любопытство, но он взлетел, сделав небольшой круг возле мачты и спикировал, приземлившись на чешуйчатую пластину, выступающую из локтя передней лапы.

0


Вы здесь » За гранью реальности » Водные территории » Пиратский бриг «Маруся Прихлоп»