fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Архив локаций Северного Денаделора » Некрополь Клятвопреступников


Некрополь Клятвопреступников

Сообщений 21 страница 24 из 24

1

http://i64.fastpic.ru/big/2014/0610/00/acf1b8b2f827572067baae0f1eeccf00.png

http://i64.fastpic.ru/big/2014/0610/4c/9df926fe2a9bccddf702351844496a4c.png

Некрополь Клятвопреступников – одно из крупнейших мест захоронений в драконьих землях. Расположенный недалеко от берегов Бурного моря, он являет собой мрачный «город мёртвых» посреди зеленеющих полей. Насчитывающий сверх восьми тысяч могил – не считая скромных по размеру склепов,- некрополь ограждён от окружающего мира решётчатым пятииметровым забором; единственные врата стоят незапертыми, но само место незримо охраняется кем-то из хозяев территории. Подавляющее большинство древних теснящихся надгробий идентичны друг другу, из общего стиля выбиваются лишь сравнительно свежие могилы. Встречаются здесь также скульптуры, изображающие представителей самых разных рас – то безмолвные стражи охраняют покой истинных возлюбленных некоторых драконов, ушедших в мир иной раньше своих ящеров. По некой причине – многие утверждают, что магической,- некрополь почти круглый год окутан туманом, а высокие ветвистые деревья не позволяют пробиться даже самым ярким лучам солнца. Здесь много разной растительности; некоторые немногочисленные дорожки настолько поросли ею, что пройти по ним нынче уже не представляется возможным. Посетителей здесь не встретишь – казалось бы, некрополь пустует вот уже много веков. Оно и неудивительно, ведь люди, не имеющие к нему никакого отношения, сторонятся его, а те, кто пришёл сюда по делу, ничем не выдадут своего присутствия. [float=right]http://sb.uploads.ru/t/rpoNy.png[/float]  Стоит ли говорить о том, что некрополь кишит не только нежитью, но и тварями Изнанки? Ведь людская молва твердит, что её разлом образовался прямо в «городе мёртвых», а точнее – его западной части. А вот в южной, там, где находится единственный вход и вместе с тем выход, сразу за вратами стоит скорбящее каменное изваяние, якобы придерживающее лёгким касанием плиту. Высеченная в камне надпись на Дарканте гласит:

ТЕ
ЧТО ПРЕСТУПАЮТ КЛЯТВУ
ОБРЕЧЕНЫ НА ВЕЧНЫЕ СКИТАНИЯ

МЕРЗКИ ДЕЯНИЯ ИХ
ЧТО НЕ ПРИМЕТ ИХ ДАЖЕ ИЗНАНКА

ДА СТАНЕТ ОКОВАМИ КЛЯТВОПРЕСТУПНИКАМ
ЭТА ЗЕМЛЯ


История:

В пятнадцати километрах от Туманной бухты стоит средь мглы раскинувшийся на трёх холмах драконий город Морн-Враог, которым вот уже множество веков владеет род аэ Мастарна. Представители сего семейства нынче растеряли свою былую власть, но во времена, предшествующие заключению Мирного Договора, их слово имело вес. Верность своему народу они возводили в культ и крайне остро реагировали на проявление слабости со стороны сородичей. Они считали своей обязанностью искоренять то, что, по их мнению, являлось худшим из зол – перебежчиков и изменников. Аэ Мастарна отлавливали коллаборационистов и казнили их, зачастую действуя исподтишка и игнорируя законы.
За сотню лет до окончания межрасовой войны в отсутствие правящих господ был захвачен Морн-Враог. Получилось это таким образом, что сами горожане отворили ворота врагам и приветствовали их как желаемых соратников. Вероятно, причиной тому был бунт, развернувшийся несколькими годами ранее и прозвучавшие в его ходе призывы некоторых радикально настроенных молодых людей, проповедующих идеи равенства и глобализации. Так или иначе, город был занят силами противника, и никто из горожан не противился им. Глава правящего семейства – Эйлос аэ Мастарна договариваться с ними не стал. Отозвав свои войска, рассеянные по драконьим землям и оказывающие поддержку другим высокорожденным семействам,  он обрушил их целиком и полностью на всех тех, кто находился в Морн-Враоге.  Убиты были все до единого – вплоть до младенцев местных жителей. По этой причине город-призрак пустовал аж до II века, пока Советом Старейшин не было принято решение заселить его заново.
Изначально Эйлос намеревался оставить трупы там, где они и лежали после резни, так как не желал оказывать им слишком много чести погребением. Но затем, поразмыслив над этим, он пришёл к выводу, что судьба перебежчиков из Морн-Враога должна быть поучительной и… наглядной. Посему все тела жителей – вражеские трупы раздали зверью на потеху,-  свезли на клочок земли в пяти километрах от города и обосновали там кладбище. На каждом надгробии высекли всего одно слово:

MARAÏSTH
клятвопреступник

Хроники твердят, что в те времена кладбище насчитывало 7 872 надгробия. [float=right]http://i64.fastpic.ru/big/2014/0610/64/6bae03145e575e070fff9f31900b4264.png[/float]
Уже позже, когда межрасовая война осталась позади, а драконы рода аэ Мастарна перестали быть столь же принципиальными, как их прадеды, в некрополе, который долгими веками обходили стороной, начали появляться новые захоронения. Представители этого рода попутно служению более знатным господам промышляли ещё и тем, что начали добывать тела казнённых драконов для тех семей, которые могли это оплатить. Им позволялось обустроить могилу в Некрополе Клятвопреступников; тогда-то на его территории и появились скульптуры, памятники и прочие элементы кладбищенской архитектуры. Особо богатые могли позволить себе даже небольшой склеп. Чуть позже драконы начали хоронить здесь и своих возлюбленных, являющихся представителями других рас и зачастую умерших не своей смертью – их могилы отличаются особой красотой. Такой выбор зачастую делался из соображений скрытности. Благо, некрополь всегда считался одним из сквернейших мест не только на землях драконов, но и во всём Денаделоре, а аэ Мастарна умели хранить секреты – утерянную власть они компенсировали накоплением богатства. К тому же, они, поколениями предпочитающие магию Тьмы, могли там же развивать свои колдовские навыки.
В наше время поговаривают, что в Некрополе Клятвопреступников можно найти представителя почти что любого знатного драконьего семейства. Кладбище практически постоянно втихую пополняется свежими захоронениями, а его дурная слава с каждым годом всё больше и больше обрастает новыми жуткими историями.

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-06-10 13:12:54)

+1

21

[float=right][mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0614/93/6ee12f.mp3|Flёur - Жертва[/mymp3][/float]
«Посмотрите же на меня, посмотрите! Скажите, что всё это было не зря. Наполните жизнь мою смыслом!» Шакти казалось, что если она отпустит брючную ткань драконьего маркиза, то он отодвинется ещё дальше, а затем и вовсе уйдёт, так не проронив в её адрес ни слова, оставляя здесь зализывать раны подобно побитой собачонке. «Нет во мне драконьей гордости. Нет благородства Ваших сородичей. Коли отобьют мне всю спину, поползу точно червь, ранят – заплачу, повезёт выжить – вернусь полумёртвой, жалкой на вид, а не с высоко поднятою головою. Неужели обязательным условием Вашей благосклонности является смерть?» Белобрысая шадос боялась, что Джу-Алшай отпустит её подбородок, и тогда она снова не сможет видеть своего милорда, и что важнее того – видеть то, что он смотрит в ответ. Вокруг творилось неведомое; все думали о своих шкурах, друг о друге, а Шакти – только о Маркизе Юродивых. Неудивительно, что она вмешалась, хотя негласные правила велели ей молчать и не лезть в междоусобицу двух ящеров. Но она не могла позволить словам пирата очернить себя перед единственной безоговорочно важной для неё персоной на всём белом свете.
-Кто там отказался от своего маркиза, соглашаясь, что я займу его роль?- бросил в её сторону янтароглазый дракон.
-Умолкни!- рявкнула девочка, словно какой-то встревоженный зверёныш. –Даже вороны не стали бы клевать твой поганый язык! Милорд,- белобрысая шадос переключилась на драконьего маркиза, всматриваясь в его лицо и пугаясь разгневанному выражению,- я не видела людей столь же безрассудных, беспринципных и жадных на поживу, как он. Всё, что мне приходилось делать, я делала, дабы вернуться к Вам. Полынь всегда учил меня, что тысяча лживых изречений ради одной-единственной правды не есть наказуемо. Я врала и исхитрялась, но не представляла Вас в дурном свете. Вся моя ложь была нацелена на его самолюбие и алчность.
«К чему эти оправдывания? Вы знаете меня лучше, чем кто-либо ещё. Я ради Вас переступаю через всё. Ради Вас я лгу, ради Вас я убиваю, ради Вас изменяю самой себе. Меня топтали, изводили, уничтожали – и всё это по Вашему повелению. Вы так редко смотрите на меня, но знаете, что я целиком и полностью Ваша. Пошлите меня в Изнанку опять и опять, но я вернусь обратно, потому что моё место здесь, в Вашей тени». Пальцы и плечо пронзила боль, суставы начали ныть, но белобрысая шадос продолжала держаться за драконьего маркиза, покуда он разрешал ей это делать.
-(..) но ты сделала гораздо больше. Ты привела мне Бледнолицего, я правильно понял?- заговорил с нею милорд. Шакти ловила каждое его слово – жадно, как измученный жаждой человечек, подставивший лицо долгожданному дождю. «Да,» беззвучно шептала она, «да, милорд, да».
-Это победа, Шакти, победа, которую ты принесла мне,- продолжал драконий маркиз, от чего белобрысая шадос едва не заработала разрыв сердца – настолько волнительным было то, что он изрекал. «Моя победа». В самую пору разрыдаться, но глаза почему-то были сухи как пустыня. «Моя победа для Вас».
-Ответь на вопрос, чего ты желаешь? Что ты хочешь за это?- спросил дракон, могущественнее которого для Шакти не существовало никого. Могла ли она когда-либо предположить, что Маркиз Юродивых задаст ей подобный вопрос? Разумеется, нет. О таком спрашивают лишь самых выдающихся людей, битых-перебитых, но отстоявших свою полезность. Белобрысая шадос находилась всего в начале этого пути. Пребывая на «Танцующем парусе» она считала, что заслужила много поблажек в виду всего пережитого, но теперь, перед взором драконьего маркиза, чувствовала себя ничтожеством, которое не вправе просить даже о поощрительном ужине с двойной добавкой подливы к печёной картошке. «Чего я хочу…» Маркизова прислужница попросила Джу-Алшая, державшего её на руках, повернуться слегка в бок.
-Ты говорил, что продашь меня какому-нибудь гнусному лордику, падкому на молодые тельца,- завела речь белобрысая шадос, обращаясь к Сильванешу,- потом грозился, что сломаешь мою хрупкую шейку. А в итоге Джу-Алшай и вовсе расслышал ваш сговор с псиной. Darghul, скажи мне, пожалел бы ты меня, мм, пожалел?- совсем короткая пауза, мысли бьются об черепушку, провоцируя головную боль. –Не-а, я так не думаю.
Объективности, как и справедливости, в маркизовой прислужнице в этот час порядком не доставало. Она могла бы поднапрячь память и свою наблюдательность, чтобы вспомнить важные нюансы: на корабле её могли бы разрубить на части, если бы капитан не захватил её и не решил оставить на время в целости и сохранности; она бы утонула, коли он драконом не выцепил её из моря; да и замёрзла бы, не прогрей он камни для сушки одежды и воздух вокруг неё самой; и, конечно же, не выжила бы она одна ни в схватке с Норерно, ни при подлом нападении Сансера. «Но он принижал меня, хватал меня за шею и, даже не задумываясь, убил бы, когда настало бы время это сделать». Шакти не растерялась, получив шанс осуществить одно желание, будто какая-то героиня старых и не слишком мудрёных сказок, потому что изначально знала, чего желает на самом деле.
-Я хочу… его,- ответила белобрысая шадос. В будущем она, вероятно, не раз пожалеет о принятом решении, потому что из всех возможных вариантов она выбрала банальное отмщение. В силах Маркиза Юродивого было многое, очень многое, и он, как личность честная в плане выполнения своих обязательств по отношению к тем, кто удостоился его благосклонности, несомненно предоставил бы Шакти именно то, что она попросила бы. «Я могла бы узнать что-нибудь об отце,» думала она, «могла бы с помощью милорда разыскать мать. Найти своего убийцу и заставить обо всём пожалеть. Могла бы просить помилования для Кадеирна, могла бы отпустить Софию на свободу». Девочка вгляделась в глаза цвета янтаря. «Но я маленькая мерзкая тварь, которая никогда ничего не прощает».
-Заточите его в этом теле,- произнесла своё желание Шакти,- опутайте цепями и отдайте мне, милорд. Предатели умрут; пусть получат своё и другие наши враги.   
Едва ли маркизова прислужница могла придумать менее путное желание, но оно хотя бы было правдивым. Драконий маркиз всегда держит своё слово, но, между тем, среди его рабов не было и быть не могло представителей его же благородной расы. Но Шакти был нужен не раб, а невольник. Ей было просто необходимо сдержать обещание, данное на бриге, но не оглашённое вслух. «Я ведь обещала,» твердила она себе, «красивый золотой ошейник для сгребающего под себя злато огнедашыщего».
-Милорд,- прервала относительную тишину появившаяся на лестнице маленькая светловолосая девчушка, успев проскочить внутрь как раз до того, как вход запылал пламенем. Следом за нею точно тень следовала седовласая старуха. Создаваемый ими контраст мог бы послужить целой тематикой для дебатов философического содержания. Девочка являла собой молодость, как она есть – свежесть, бодрость, приятные черты лица, пожалуй, даже какая-то невинность. Старая карга же напротив вызывала своим видом лишь отвращение. Взглянешь на неё и тут же обрадуешься, что переродился в шадоса, который даже при всём желании не смог бы стать таким, как она. «Пропасть между ними равна целой жизни».  Девчушка лёгкой походкой подошла к Джу-Алшаю и вручила ему пузырёк с чёрной густой жидкостью, ничего при этом не объясняя. «Значит, Хиссроэри уже успела слетать в Морн-Враог и вернуться обратно. Но сама сюда спуститься так и не решилась». Перед глазами белобрысого шадоса всё ещё стояло рассерженное лицо милорда. «Я бы тоже не решилась». Так или иначе, мысли о затруднениях рода аэ Мастарна с драконьим маркизом прошли так быстро, что Шакти даже не успела углубиться в размышления по этому поводу. Эктоплазма была доставлена в некрополь, и только это сейчас имело значение. Всем сердцем маркизова прислужница желала вернуть себе дееспособность, без которой она была не ценнее, чем пыль под ногами у собравшихся в подземелье склепа. Раньше ей казалось, что в физическом плане она и так ноль без палочки. Теперь она понимала, что в её возможностях куда больше вещей. И она хотела вернуть себе их все – силу духа, силу тела и силу магии.
-Ну что, пойдём тебя реанимировать, emm'asha?-  небрежно затолкнув пузырёк в карман, спросил Джу-Алшай. Белобрысая девочка могла лишь в очередной раз подивиться его невозмутимости. Вокруг царила полная неразбериха; здесь сталкивались лбами люди, точнее говоря, драконы, и оставались в стороне палачи и изверги, ожидающие своего часа, а отравитель как всегда придавал обстоятельствам не больше внимания, чем занозе, попавшей под ноготь. «Даже менее того». К тому же, он ещё находил в себе достаточно позитива, чтобы продолжать ухмыляться и отпускать шуточки, которые любой другой на его месте запихнул бы себе куда подальше.
-Не издевайся,- в ответ на драконье обращение, слабо ответила Шакти. Сил у неё было взаправду мало, и чувство юмора от этого страдало больше всего. Магический ресурс не был исчерпан, как можно было бы подумать, но маркизова прислужница даже не сомневалась, что сегодня не сумеет начертить больше ни одной руны, словно все её силёнки аки рунного мага были брошены на тот узор знаков, что лишил Сансера левой руки. «Поторопись, Джу». Ей не терпелось вернуться в форму, и вместе с тем хотя бы на какое-то время скрыться подальше от разворачивающегося вокруг балагана, в котором она ничего не понимала, а оттого терялась и переставала быть элементом, с которым надо было бы считаться. Да, она, разумеется, подчинялась своему милорду, но не хотела быть одной из тех его безликих слуг, которые ничего не значили ни для себя самих, ни для окружающих. Поэтому, когда Джу-Алшай понёс её в одно из помещений подземелья, оставляя позади драконов, василисков и элементалей, с которыми она нынче не могла тягаться, Шакти даже испытала облегчение. Правда, и это чувство вскоре покинуло её, как только белобрысая девочка разглядела всё то, что так не любила – разной формы сосуды, склянки, бутыли и пузырьки на полках, всяческие не самого многообещающего вида инструменты и прочие принадлежности тех маркизовых приспешников, которые умели не только плести заклинания, но и поработать руками в ином смысле. «Скоро я снова буду свободна, потому как свобода, в первую очередь, это неограниченность ума и тела. Перестали бы только коленки дрожать, а то решат ещё, что я струсила». Джу-Алшай положил её на совершенно гладкую крышку единственного находящегося здесь саркофага и отошёл к подобию стола, на котором много веков назад, скорее всего, оставляли подношения мёртвым. Гончая с чешуйчатыми скулами, держащий факел – единственный источник света в этом помещении,- остановился рядом с ним. Шакти, лёжа впотьмах, активно жевала губы и таращилась в потолок, будто бы в нём была инструкция, как вести себя, когда ты напуган до смерти.
-Что ты будешь делать?- спросила она у отравителя. Видеть шадос могла только василиска, который вставил факел в гнездо, подобрал «Острие Дракона» и начал перерезать повязки на её руках – одну чуть пониже левого плеча, другую на правой ладони. Начертив руну исцеления, Гончая первым делом залатал рану от щепки, затем залечил ожог, который она заполучила, неосмотрительно ухватившись за разгорячённые драконом камни. «Дурацкий вопрос. Иногда только неведение и спасает от приливов паники».  Но Джу-Алшай был не из тех ребят, которые врут на благо или укрывают какие-то детали, дабы другие из-за них не тратили своих нервов.
-Ну как,- судя по звукам, он щёлкнул по какой-то склянке,- сначала замучу противоядие, за знание которого меня никто не поблагодарит. Потом наберу его в шприц и засандалю в артерию поближе к сердцу, чтобы не пришлось обкалывать тебя со всех сторон. Беспокоиться, впрочем, не о чем, потому что я дам тебе одну штучку пожевать, так что ничего ты даже толком не почувствуешь. Кстати, вот она.
Джу-Алшай подошёл к ней, без лишних церемоний пропихнул меж стиснутых зубов липкие листочки неведомых Шакти трав. В тот момент она как никогда прежде пожалела о своих мизерных познаниях в травничестве, но сделала так, как ей велели. Страх вышиб из неё слезу, и белобрысая шадос оказалась очень близка к тому, чтобы отказаться от этой затеи вовсе. Но сначала она, конечно же, как и всегда постаралась сделать вид, что ничего такого особого не предстоит, с чем она не смогла бы справиться. Да вот только когда отравитель подступился к ней со шприцем минут пятнадцать-двадцать спустя, Шакти созналась самой себе, что готова выпрыгнуть из штанов и помчаться в рассвет, не озираясь назад и не жалея о своём позорном проявлении трусости. Такие штуковины как та, что держал в руках Джу-Алшай, никогда ей, в принципе, и не нравились. Даже более того – она пугалась их как нежить рябины, хоть никому об этом и не рассказывала. Но сейчас и отравитель, и василиск несомненно видели по её выражению лица всё её отношение к шприцам и прочим вещам этого плана. Невзирая на то, что лепесточки уже начали давать какой-то эффект и разум заволокла пелена, Шакти давилась от страха как сущее дитя.
-Нет, подожди. Отложим это до Рахена. Полистаешь ещё свои книжечки, подумаешь, как следует. Ты же лучший из отравителей, коих я только знаю. Наверняка придумаешь, каким ещё способом можно нейтрализовать яд. Ну, там, напитком каким, к примеру,- включила заднюю белобрысая шадос. Будь у неё хоть на толику больше сил в ногах, она бы уже мчалась прочь. Джу-Алшай приблизил к ней лицо и снова, как тогда, на берегу, велев всматриваться ему в глаза, начал произносить ряд слов, которые не казались девочке связанными между собой. Мало-помалу маркизова прислужница стала всё больше ощущать себя как сильно перепившая тряпка. «Как он это делает?» недоумевала она. «На мне же Рейлин. Но он очевидно влияет на моё сознание. Получается, что он делает это без участия магии. Но как такое вообще возможно?» Тело, доселе тяжёлое и усталое, стало ватным. Но Ксорларрины никогда не сдаются!
-Джу, пожалуйста,- слёзы крупными бусинами покатились из глаз, в кишках всё переворачивалось.
-Хочешь остаться калекой на всю жизнь?- посмеиваясь, отвечал отравитель, и задрал её накидку и рубашку до груди.
-Нет, не хочу. Давай придумаем другой способ. Я уверена, можно подождать,- захныкала белобрысая шадос.
-Я ленивый безынициативный пропойца с кое-какими навыками по части медицины и ядов. Вы с милордом, быть может, и не ищите лёгких путей, но я предпочитаю не заморачиваться,- посмеялся мужчина и, вероятно, кивнул василиску, потому что тот тут же накрыл глаза Шакти ладонями, чтобы она не могла ничего видеть. И от этого, как водится, ей стало только хуже. На самом деле, были и плюсы в её обездвиженности – иначе она задёргалась бы и собственноручно убилась об шприц, тонкой иглою вошедший под рёбра на расстоянии мизинца от сердца. Белобрысая шадос наверняка выгнулась бы, но яд по-прежнему держал её на месте. Гончая, в свою очередь, почти сразу же отпустил её и начертил вот уже третью руну исцеления. Шакти в это время перестала реветь, но реабилитироваться в глазах присутствующих сослуживцев не получилось, так как по щекам стекла слюна. Когда-то девочка уже наблюдала подобное состояние. Так зачастую выглядели рабы, которыми она торговала, и которые подолгу бесновались, а затем становились такими, как она сейчас. «Какими-то… проигравшими».  В целом, единственным поверженным в этот день был её скромный авторитет. Ощущение, что она может пошевелить конечностями, быстро смазало упадок духа. Реанимация, как назвал её Джу-Алшай, принесла свои плоды.
-Расцеловать меня за старания разрешаю прямо сейчас,- прокомментировал отравитель, переводя девочку из положения лежачего в сидячее. Белобрысая шадос давно не радовалась таким мелочам, которые в обычной жизни-то и не замечаешь. Даже то, что её позвоночник удерживал тело, было достойно восторга. «А я так боялась…» Она действительно с ужасом думала о том, что уже никогда не сможет сама пошевелиться. Шакти сжала и разжала кулаки, поворочала головой, но, ощутив болезненный укол в шею, перестала так делать, поняв, что хочет слишком много за такой короткий срок. Возможность двигаться была бесподобной.
-Теперь всё будет как надо?- спросила она у мастера-ядодела и поёжилась – по всему телу пробежались мурашки. Джу-Алшай отступил от неё на шаг, расстегнул и снял с себя ремешки, оставил несколько склянок и мешочков с травами на той же крышке саркофага, на которой сидела шадос, и наконец снял с себя куртку.
-Холодновато будет, как будто с льдинками в бадье прохлаждаешься, а в остальном – через сутки вообще перестанешь различать своё текущее состояние с тем, что было до отравления,- помогая ей продеть руки в рукава своего верхнего предмета одежды, рассказывал отравитель. Шакти с осторожкой сползла с саркофага на землю, подождала, пока Джу-Алшай завяжет все шнурки и расправится с заклёпками. Его куртка дотягивалась ей до колен, но главным сейчас была не складность внешнего образа, а предмет, дающий ей дополнительное тепло, так как холод, о котором говорил отравитель, уже дал о себе знать, и маркизова прислужница заклацала зубами. К своему превеликому сожалению, ноги держали её не так крепко, как девочке того хотелось бы. Правое колено при ходьбе как-то жутковато похрустывало, и его сводило чуток внутрь, словно шадос была хромой. Это исключало способность передвигаться так, как она привыкла – быстро и шустро. Зная, что Шакти не станет строить из себя неведомо что, Джу-Алшай обхватил её рукой за плечи, она его – за торс, и так вдвоём они медленным шагом направились к оставленным ранее драконам и василиску.
-Ставлю двадцать золотых на то, что маркиз уже подпалил Сильванешу пятую точку,- хохмил по пути отравитель. Несмотря на то, что слова его были шуткой, девочку это всерьёз озадачило. Шутки шутками, но два не терпящих друг друга дракона это смерть в пламени и муках для всех окружающих. Шакти переложила чешуйку из левой руки в правую, затем сжала её. Может, эта штуковина действительно принесёт ей удачу и всё закончится самым выгодным для неё образом? Задумавшись об этом, маркизова прислужница даже усмехнулась уголками губ, что со стороны на её измученном лице могло сойти за попытку посмеяться над самой собой.
-Ставлю тридцать, что, коли так, то ему это даже понравилось.

Отредактировано Шакти Ксорларрин (2014-06-14 03:13:44)

+1

22

Маджере поджал губы, понимая что уловка не удалась и девица не соблазнилась его намерениями. Дракон даже в негодование поскреб щетинистый подбородок. Стареет он что ли? Уже малявок не может соблазнить! Реально надо переквалифицироваться в торговца рабами… Бабами! Чтобы и вякнуть не смели. Нет! Тогда пират точно докажет свою никчёмность в вопросах женского пола!
Фистандантилус ухмыльнулся и покачал головой, скользнув взглядом по Шакти.
- Драконья гордость единственное, что не позволило нам опуститься до двуного рода. – произнес мужчина, пристально смотря на девчонку и оскалился в усмешке. – Извини, Черный Язык, не знаю каких ты богов должна благодарить – темный или светлых, но я ведь не осуществил свой план и не продал тебя, верно? Ты права, я тебя не пожалел. Я ценю только твои силу воли, стойкость и изворотливость. Ты ж видишь? Я милостиво принес тебя к твоим соратникам. – подумав, Сильванеш внезапно перешел на человеческий язык, помня как Джу-Алашай и его «племянница» говорили на нем, при этом стараясь не улыбаться слишком самонадеянно. – Но знаешь, маленькую вещь вы все же упустили. Пираты не настолько глупы, чтобы тоже не подслушать ваши разговоры.
Дракон внутренне не злился на нее, уже нет, припомнив какую он вытащил из воды девчонку, как она держалась перед ним. Слишком сильная, упертая. Достояно похвалы и того, чтобы быть убитой, нежели сейчас оставаться в таком плачевном состоянии и унижаться даже перед своим господином. Люди глупы и много себе дозволяют. Точнее не люди, а двуногие. Отнести Шакти к человека… к этим мерзким злосчастным микробам почему-то язык не поворачивался. Пусть лучше она будет двуногой или emm'asha – без разницы, но не человеком, даже то, что она сейчас ненавидела ящера, Мадежре бы не остановило считать её таковой. Сильванеш уже потерял интерес к девчонке, однако её слова заставили его разразиться новым смехом.
- Что? Тассельхоф, ты слышал это?! Меня подарить как вещь двуногой! Шакти Ксорларрин, – дракон даже потрудился припомнить, как она себя назвала на «Танцующем парусе» – мне кажется, что то копье повредило не только твое тело, но и рассудок или великолепный Маркиз Лауфенберг попробует заключить сородича в рабство? – дракон шутовски поклонился сородичу, словно предлагая свои услуги в таком развитии событий. Тас выронил ремень, оставив в клюве пряжку и взмахнул крыльями, пытаясь удержаться на плече хозяина. Именно этот момент и выбрала мерзкая ведьма. Пока Джу-Алашаю вручали пузырёк, она шаркающей походкой подошла к Сильванешу, цепко схватила его за волосы и рванула, зажав в руке пару выдернутых волосков.
- Ау! – воскликнул дракон .схватившись за голову и быстро разогнулся, провожая старуху ненавистным взглядом, которая пошаркала за своей молодой помощницей.
- Ведьма, если у меня лысина появиться – испепелю!  - зашипел дракон, морщась. – О Ильга, как же больно.
Старуха же ушла, кривозубо улыбаясь.
- Попрыгаешь ты еще у меня гордец чешуйчатый. - произнесла она себе под нос. Пока девчушка справиться и без нее, а вот ведьма взяла какие-то пузырьки, разлив их вокруг себя только для нее самом ведомом смысле и стала бормотать себе под нос, постепенно наливая в круг получившихся зигзагов другие вещества из колбочек.
Шакти ушла, еще одна низкорослая блондинка (мания у Маркиза не низеньких блондинок? Коллекционирует он их что ли по размерам грудей?) собиралась их покинуть, но это явно не входило в планы сородича. Лауфенберг же снова обратил свое внимание на скромно-обнаглевшего пирата, который нетрепливо переминался на месте, почесывая грудь довольной птицы, пытающего постучать пряжкой от ремня хозяину по голове, да вот опасался, что его точно придушат. Фистандантилус оторвался от почесывания птицы и посмотрел на маркиза, тоже перейдя на родной язык. Он так давно уже на нем не говорил с сородичем, который не будет коверкать слова, а произносить все четко.
- Ваше предложение очень щедро. – дракон едва удержался от того, чтобы не присвистнуть. Такое предложение было действительно щедро и лишило Маджере самому требовать (а для него клнчить) деньги у Меррика. – За транспортировку и услуги моего лекаря для вашей милости не грх будет добавить к сумме еще парочку драгоценных камней. – добавил пират, нагло ухмыльнувшись. – Разуметься они будут переданы Велории, как оплата её услуг.
«Ага, а еще я ей корабль подаю – в мечтах её конечно же!» - с усмешкой подумал ящер, чуть не облизнувшись. Янтарные глаза удовлетворенно блеснули в ответ на взгляд Лауфенберг. Щедро-щедро с его стороны! Тас даже пряжку выронил из клюва, как услышал от своего хозяина слова про камешки. Он даже уже в мечтах прикопал их к себе в гнездо. На кругляшки птицу было начхать с хозяйского плеча.
А вот маркиз продолжил удивлять дальше.
- Они не пустуют. Либо я, либо сестра заглядываем в поместье и проверяем все.  Еще наши кузены всегда могут прибыть в родной дом, вместе с тетушкой и дядей. Сейчас они предпочитают жить вдали от нас, но вернуться домой по первому требованию. Все принадлежит мне как официальному наследнику – старшему в семье. – Сильванеш насторожено глянул на сородича, гадая, зачем ему эти сведенья. Уж не собирался ил он прибрать к рукам все его земли? – Между прочим я еще молод, чтобы задумываться об отставке. Мои морские похождения позволяют содержать поместье в чистоте, а вот слуг удерживает в такой глуши. Пускай их не так много, но хватает, чтобы дом нас встречал чистотой и порядком. Между прочим, думаешь я ограничиваюсь одной женщиной? Опс, извини, хваленая драконья любовь к одному существу!  - Сильванеш улыбнулся и пихнул сородича в бок локтем. – Признайся, Лауфенберг, сколько девичьих сердец ты разбил, прежде чем тебя женили?
Ящер хищно прищурился, в поборников чистой и непорочной любви, которую ждут столетиями ради того самого единственного он не верил. Даже были свидетельства того, что драоницы, не любившие своих мужчин в молодости частенько льстились на обояния юного виконта, страдающего скукой. Сейчас этому самому обаянию и звону монет подвержены девицы из борделей, удаляющие голод капитана долго плаванья.
[float=right][mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0614/76/afc4e4.mp3|Айрэ и Саруман - Ночной волк[/mymp3][/float] Фистандантилус мотнул головой, не успев даже ответить на странный вопрос Маркиза о своей прислужнице. Нравилась ли ему малявка эта? Ничего так, для двуногой очень прозорливая и смышленая. Будь он тогда не в облике предка. Любящего лесть, обернулась ли для нее судьба так же или пошло все по новому витку событий?
Маджере даже не успел обдумать сложившуюся мысль, как слова Меррика его ввели в конкретный ступор. Мужчина только и смог, что глупо хлопнуть глазами, словно выброшенная на берег рыба, и рот раскрыть.
- Вы видно изволите смеяться надо мной милорд Лауфенберг? – наконец процедил дракон, сжав зубы. – Плантации отца погублены. Они отошли бабушке и деду со стороны отца, с которыми я не виделся уже очень давно. Можно сказать с самого рождения, ибо родители матери их не переносили, а мне не дозволяли налаживать с ними родственные отношения.  Принадлежащие нам леса полны зверья, но если его массово истреблять, то они уйдут в другое место. Если вы только начнете разводить там ингредиенты для наркотика с использованием драконьей крови? Кроме того ваше предложение абсурдно! Род Маджере должен породниться с кем? С человеком? Который умрет даже не произведя на свет наследника? Кроме того – это малолетняя козявка мне едва до груди достанет, к тому же… Кхм, я её старше лет этак на двести, если не больше. Решили исполнить её просьбу, но сменить рабский ошейник брачным? Изощрённое у вас исполнение желаний, Милорд, я даже преклоняюсь перед ним, если подумать, что жена становиться полной собственностью мужа, а не наоборот.
Дракон глотнул воздуха, переводя дыхание.
- Кроме того, я должен быть уверен, что ваша «дочурка» не откроет секретов моего рода, а этого мне не удастся допустить, если я всего буду проводить неделю в три месяца с ней, а остальное время продолжать пиратствовать и посещать бордели.
Капитан снова стиснул зубы, идя против своей природы. Перед ним стоял не дракон, а сама Ильга воплоти. Для Маджере род превыше всего. Род, его секреты, его кровь, его благополучие… А тут такая щедрость. Теплое местечко под крылом самого Лауфенберга! Послышался отчетливый скрип зубов и последним аргументом стало:
- Кроме всего прочего – она лишь человек. Наш род презирает двуногих. Эти  bracer (бгвалд -«оркский») чуть не убили весь мой род, а ваш Совет даже не присушился, выставив моего униженного предка на посмешище! Прощайте, оплату можете выслать в поместье, управляющий за всем присмотрит!
Маджере круто развернулся на каблуках, едва поборов желанию врезать аристократичному лицу сородича, оставив там вовсе не аристократический синяк. Тассельхоф взлете с плеча от такой прыти хозяина и забил крыльями. Дракон шагнул к выходу и внезапно схватился за голову, ибо перед глазами все поплыло, а в раненый бок нещадно кольнуло.
- Мена забыли! - вякнул осмелевший птиц, забив крыльями по воздуху.
[float=left]http://se.uploads.ru/Es5yT.jpg[/float] - И проклятье мое спадет лишь тогда, когда дева, что чище цветка возляжет с тобой и останется такой же чистой! - скрипучим голосом произнесла в это же время ведьма и кинула в кипящую смесь на полу волосы Фистандантилуса. Жидкость зашипела, окрасившись в черный, повалил дым.
Ящер грохнулся на пол, чуть не разбив нос, выставил вперед руки и тут ему на голову упала ткань. Стало душно и неудобно. Он издал горловой звук неясного происхождения, завозился, пытаясь выбраться из препятствия. Маркиз так на него разозлился, что кинул какую-то ткань? Пф, Как низко!
Фистандантилус выбрался из душного препятствия, тяжело дыша, запутался в конечностях и шлепнулся на бок.
- Что за…? – точнее он попытался это произнести, но получилось нечленораздельное рычание и бульканье наподобие: - Грауфр бульр...!
Маджере перевел взгляд на Меррика, оскалился и стал подниматься.
- Да что ты со мной сделал? Правда глаза колет?! – произнес он наконец более членораздельно.
Встать удалось как-то непонятно, ибо носом он утыкался Лауфенберг в ляху. Дракон поморгал, опустил глаза вниз и плюхнулся назад. Тут же что-то ударило по боку. Маджере подорвался, закрутившись, пытаясь рассмотреть что это было, в итоге замер, раздвинул лапы и опустил голову вниз, уставившись на махающий хвост.
- Мать моя Ильга… - только и произнес Маджере, ставший псиной.
- Хозяин… - жалобно вякнул Тас, растеряно усевшись на оставшийся сиротливо лежать на земле доспех хозяина.

Отредактировано Фистандантилус Маджере (2014-06-14 03:57:55)

+2

23

Время неумолимо бежит, стекая ручьем в Изнанку.
Огонь тихо трещит, пожирая тень нещадно.
Она видит мрак, что жадно поглощает тела неизвестных,
Она чувствует страх,  что крысой в горле скребется.
Тик-так, тик-так: – Имей терпение.
Тик-так, тик-так: шаг за шагом, скрип потертых подошв сапог о настил трется.
Тик-так, тик-так: ступень за ступенью.
Тик-так, тик-так: неумолимо к цели стремится.
«Да, он прав. Имейте терпение…»

.
   «Я не могу отступиться, только не сейчас, только не так просто!»: тяжко вздохнув, София вновь с тихим рыком сквозь сомкнутые зубы вцепилась в выступающий камень в холодной стене, подтягивая непослушное тело наверх, еще ближе к спасительной площадке. Жалкая. Немощная. Всего лишь что-то в этом мире, никак не «кто-то»… Не в таком состоянии. Нет-нет, не в таком. «Я еще посмеюсь над этой ситуацией, когда выберусь отсюда… Агрх»: она уже проклинала ступеньки лестницы, но никак не могла перестать их считать. Слишком больно, слишком уж тяжело. Раз-два-три, раз-два-три. Шаг за шагом, вздох за вздохом. Все же время странная штука: почему же оно тянется именно в такие неловкие моменты? «Еще чуть-чуть, да, еще немного»: выла в сознании Вердар, умоляя трясущуюся от перенапряжения ногу выдержать хотя бы пару спасительных минут: за один раз она в любом случае не смогла бы подняться наверх, время на отдых просто невозможно исключить. Обездвиженный груз позади настырно цеплялся носком обуви за выступы, затрудняя и без того нелегкий подъем. Нужно было примотать бесполезную конечность к животу и прыгать себе всласть… Какая же она глупая. Какая же она гордая.
   Недавно здесь прошествовали две фигуры: совсем юное дитя и пожилая женщина. Рассвет и закат в открытом проявлении себя. «Кто же из них на данный момент я? – роняла в сознании василиск, кривя губы в болезненной ухмылке: – не знаю. Но есть между нами что-то общее… Наверное, это беззащитность? Забавно, что у каждого она своя». Лестничная площадка, как и предполагалось, так и не была достигнута, но выход так и блистал, маня и зазывая подойти к себе. В мутном мареве радужки бушевал бeсoвскoй огонь. Собственный ли или отражение того, что пламенной стеной встал у стены, прямиком на месте единственного выхода, – остается загадкой для всех, но ярость его беснующихся змеиных языков поражала: такому взгляду позавидовали бы и сам Анем и Вира собственной персоны. Как жаль, что сейчас палача окружало лишь одиночество и пыль: возможно, Маркиз бы передумал при виде… Стоп. Да, вы правы. Это вряд ли. Но надежда такая надежда…
   Вжи-вжи-вжик: заскрипел ботинок. Шорк-шорк: поплелся следом за ним парализованный груз. Нога согнулась в колене, руки устало уперлись в пол, после завалившись на тот, пальцами уцепившись за край порожки винтовой лестницы, на них (на руки) же в свою очередь легла учащенно вздымающаяся грудь. Кто бы мог подумать, что с одной ногой управится тяжелее, чем с три часа выжимать с себя кровавый пот тренировок? А ведь она и десяти выступов не преодолела.
   Внизу за это время все успело смениться: Маркиз говорил с пиратом на неизвестном ей наречии, скорее всего на их родном языке, что размытым эхом достигал ее ушных раковин, Шакти же и Джу-Алашай куда-то пропали, хотя… – Ноги твои нужно под зад лешего как-нибудь пихнуть, а лучше и вовсе в эту зеленую кишку прямую. Хренов травухатель, даже не поздоровался! –  Уловив какое-то движение в скошенном прямоугольнике комнатки (перспектива), что была продолжением склепа, мямлила серпенте, жуя свой язык, отчего слова выходили безобразно непонятными… Но говорила-то она это для себя, поэтому проблемы и не наблюдала. Почему же коротышка подумала именно на него? Ну… Знаете ли, более никого не отсутствовало или… Взгляд вновь скользнул по помещению, но в этот раз забрел и на начало лестницы, где должен был быть василиск с чешуей на скулах: увы, того там не оказалось: – Да даже если и ты… Чтоб тебе виверна из носа вымя сделала! Тоже мне… Загнал меня сюда, паскуда, – складывая язык трубочкой и пихая его в горло бутылки с напитком «Красная Фея», продолжала цедить коротышка, червяком извиваясь на порожке в попытке удобнее устроиться. «Шакти, от тебя я вообще не ожидала всего этого… Всего, черт возьми!».
   – София. София Вердар, – смаковала созвучие мужская фигура, привлекшая внимание и оторвавшая от пары-тройки живительных глотков пойла, заставивших еле заметный кадык заходить по шее. Ей нравилось, когда к ней обращаются по имени и фамилии, ее брала почему-то гордость… Такая, как если бы она являлось дамой голубых кровей, за руку которой борются на данный момент рыцари. И не важно, что из его уст она прозвучало хищно и диковато (даркант же), она была узнаваема и приятна. Не смотря на мысленные переживания и нескончаемые проклятья, льющиеся обильным потоком там же, улыбка коснулась губ, помеченных закоптившейся кровью в уголках. – Ты хочешь уйти, насколько я понимаю? – перешел к делу Лауфенберг.
   – Ваше общество прямо честь, – собирая глаза в кучку и подтягиваясь телом еще ближе к концу ступеньки, достаточно громко говорила она, пытаясь сообразить, что же добавить-то колкое после, но в голове как назло было пусто, а дракон явно не желал ждать, пока та созреет:
   – Тогда у меня для тебя есть предложение. Ты же наемник, палач? – она кивнула, отчего голова заходила из стороны в сторону, прямо как игрушка Ванька-встанька: совсем не весело, когда тебя можно брать горяченькую с трех бокалов обычного спиртного… Все же полакать «Красной Феи» была глупая задумка, отрубалась девушка уже сейчас. – Я найму тебя на работу. Ненадолго. Мне нужно, чтобы ты вынудила одного из пленников подписать все необходимые бумаги. Другого заговорить. Соглашайся, и получишь возможность не только уйти, но и заработать. Откажешься… впрочем,  выбора у тебя нет. «Вай-вай, чего это он ко мне обратился, когда у него в подчинении обязательно есть… Кто-то более профессиональный и одетый, чем я? Не так жесток, как кажешься, паря?»: продолжая скалиться в улыбке и мотать головой в знак согласия, размышляла Василек, щуря глаза в попытке остановки кружащейся как на волнах пространство склепа.
   – Вы видно изволите смеяться надо мной милорд Лауфенберг? – очухался Маджере, пока Софка складывая губы и так, и эдак пыталась сказать что-то, что могли бы понять окружающие, а не ее затуманенное алкоголем сознание. По интонации голоса можно было сказать только одно: «Недовольная требуха! Что ты… Ты!»: сбилась с мыслей серпенте, зависнув в тишине содержимого черепной коробки, а мужчина продолжал говорить, вовсе не ощущая на своей спине безосновательно недовольного взгляда.
Дракон, круто развернувшись на пятках, начал шествовать к выходу по окончанию своей пылкой речи, в то время как его птица что-то пища пыталась вновь примкнуть к его плечу, но шагу пират ступить не успел, как схватился за голову и сложился в три погибели. Секунда: и тот уже повалился на пол, а неожиданно подоспевшая бабка накинула на того плотную ткань. «Цирк»: устало охарактеризовала творившееся Вердар, рискуя свалиться с порожки из-за своего безостановочного шатания. Раздался гортанный толи рык, толи вой, вынудивший передернуться всем телом и испуганно отстраниться-отползти от опасного края. – Псика!!! Пинка! Псиак… Пес, да… Пиес! Чудса! Магния! – радостно захлопав в ладоши, совсем по детски начала радоваться белобрысая, роняя слюни вниз, но спешно утирая их перчатками. Зато вот сама жертва, судя по ее манипуляциям, совсем не была довольна произошедшим странностям и начала что-то расторопно вещать, даже головой себе под тело нырнуть попыталась.
   – В з… В зизь… В зизыгрх… Рхг… Гырых… Ик. Ой… В зопью! Я хлоб! А ты пердатель! – изрекла она, вновь пережевывая язык и лениво бросая бутылку с напитком в сторону подошедших фигур (Шакти и Джу). Определенно, обида за игнорирование ее персоны присутствовала и требовала хоть какого-то восполнения своего… Недовольства и разочарования? Мордашка безвольно рухнула на руку, спокойно все это время располагающуюся близ края ступеньки. – Да Ильтар тебя хоп-хоп… Ик.  И хоб-хоб! – уже неразборчиво пробубнила она себе под нос, окунувшись с головой в сон.

+1

24

София

http://s020.radikal.ru/i722/1406/9f/378220f4881e.png

Перебинтованная ладонь омрачала существование. Она напоминала в равной степени, как о неприятном инциденте, так и добродетели той, которая едва не стала пленницей этого места. Стала. Несчастный василиск.  Не так часто Меррик сопереживал окружающим. И дело было не в удручающем жизненном опыте, в природном низком уровне эмпатии. Софии он почти сочувствовал.
«Скажи, как часто милое лицо и субтильная фигура выручали тебя из передряг?»

Шакти
http://s020.radikal.ru/i714/1406/7a/6da8eebe780c.png

Желание шадоса стало неожиданностью. В замке, да и в целом, в деле Меррика было негласное правило: драконов в рабство не брать. Такой расклад обосновывался не столько расовой солидарностью (в облаках по поводу своих сородичей Лауфенберг все же не витал), сколько тем, что не заметить исчезновение ящеров было весьма проблематично.
«Зачем он тебе?» - Этот вопрос так и остался не озвученным. Зачем, почему и как, Шакти сама решит. Меррик даровал ей такое право. Хочет получить этого дракона в награду, она его получит, какой бы нелепой не выглядела просьба.
«В твоих поступках проскальзывает жестокость, которой я тебя научил, но все еще есть незрелость, которая делит мир на чёрное и белое».

Маджере

http://s019.radikal.ru/i634/1406/25/3c82cb83d7e3.png

-Два рубина в два карата каждый и ни медным больше.
Просьба Шакти ставила Меррика в двоякое положение перед Сильванешем. С одной стороны, моряк должен был получить причитающуюся ему награду – Маркиз был всегда щедр к тем, кто вставал на сторону его драконов и не драконов; возможно, именно поэтому так быстро находились сторонники – с другой стороны, желание девочки его поработить.
«Каждый получит то, что ему причитается».

Минутами ранее

«Хрю, скажи Крейэ, чтобы она готовила ритуал обращения», - мысленно обратился Меррик к свинье. У ментальной связи, которая возникала между заклинателем и элементалем, было одно неоспоримое преимущество – возможность обмениваться информацией и согласовывать действия незаметно для окружающих (если эти самые окружающие не были телепатами).
Свинья, не привлекая лишнего внимания, отдалилась от Меррика, подошла к старухе и стала проситься к ней на руки. Сморщенная женщина, пусть и с неохотой, но скотину подняла.
-Милорд желает, чтобы Вы использовали чёрную магию на этом драконе, и превратили его в… - прошептала Хрю Крейэ на ухо.
-В жабу? -  Спросила старуха так же тихо.
-В псину.
-В жабу все равно было бы лучше.


Еще ранее

-Что? Тассельхоф, ты слышал это?! Меня подарить как вещь двуногой! Шакти Ксорларрин, мне кажется, что копье повредило не только твоё тело, но и рассудок, или великолепный Маркиз Лауфенберг попробует заключить сородича в рабство?
-Вы сами видите несуразность всей этой идеи, -  с улыбкой отвечал Меррик. – Шакти, Джу-Алшай, можете быть свободны.


[mymp3]http://miloman.net/audio/aHR0cDovL2NzOS04djQudmsubWUvcDEwL2MyMDk0NjU5N2M4MTY4Lm1wMz9leHRyYT01Ql9ockdWUndkcVEySk9WUDdwcURxRkZIaFpYYjBHc2FVckdOVGVqVnI1V1EtWXh4bTJJcXVKYTdFOHRGcU8ycVZTcXdPT3pnWFNEN09uOU9FT2lEaUZYUmJuVw/Igor_Kornelyuk_Master_i_Margarita_-Tema_Volanda_-_Sator_Arepo_TeneT_operA_rotaS|Мастер и Маргарита - Марш Воланда[/mymp3]

Слово за словом Меррик заговаривал зубы своему сородичу, а заодно прощупывал почву по поводу дальнейшего «сотрудничества». Идея выдать Шакти за опального аристократа «при соблюдении всех условий» был на первый взгляд, как и многие другие идеи Маркиза Юродивых, безумной, но при ближайшем рассмотрении оказывалась не лишенной смысла. Браки среди верхов в большинстве своем заключались из политических соображений, реже – по любви. Энные родственники, о которых вскользь упомянул собеседник, не имели особого значения при наличии законного владельца, опустошенным землям при желании можно было найти такое применение, чтобы они приносили доход.
Глаза в темноте выхватили ковыляющую Софию, старуху-повитуху и трущуюся возле неё Хрю. Можно было бесконечно долго рассуждать на тему, почему из всех способов пленения моряка, Маркиз выбрал обращение дракона в пса. Во-первых, он не хотел, чтобы его слух в ближайшие дни оскверняла грязная ругань Сильванеша, в равной степени, как и не желал отрезать тому раньше времени язык, во-вторых, при всей своей упорности, настойчивости и силе духа Шакти было ещё рано тягаться с тем, кого она возжелала себе в слуги. И жизненного опыта, и хитрости, и изворотливости у наследника древнего рода было не в пример больше, чем у Маркизовой ставленницы.
Но всему своё время. Пока разум Лауфенберга больше занимало выдвинутое им Сильванешу предложение. Авантюра? Афера? Безусловно. Что было бы, согласись дракон «породниться» с ним? Ждала бы его та же участь, которую ему уготовили девочка, её милорд и старуха. Хороший вопрос.
-Признайся, Лауфенберг, сколько девичьих сердец ты разбил, прежде чем тебя женили?
Меррик поморщился, больше из-за проявленной фамильярности – пихания в бок, нежели потому что моряк едва не затронул зыбкую для него тему. Впрочем, почти сразу разговор свернул в другое русло.
-Род Маджере должен породниться с кем? С человеком? Который умрет, даже не произведя на свет наследника?
Возмущение сородича было вполне понятно и обоснованно. Предложи Меррику кто-то что-то подобное, он наверно рассмеялся бы тому в лицо. Другое дело, что Шакти являлась не совсем человеком, и был еще спорный вопрос, кто кого переживет, следом отпадал и вопрос о деторождении. Открывать, однако, секрет прислужницы, Лауфенберг не спешил – не доверял Маджере, а за сокрытие шадоса, как известно, была уготована смерть.
-Кроме того, я должен быть уверен, что ваша «дочурка» не откроет секретов моего рода…
-Уж в этом можете не сомневаться, - серьезное выражение лица, - Шакти умеет хранить секреты (хDD) .
-Прощайте…
Продолжать и дальше разговор Маджере не был намерен и стал продвигаться в сторону выхода. Меррик задерживать моряка не стал.
«Хрю, всё готово?»
«Да».
«Сейчас».
Тогда и подала голос старуха.
-И проклятие моё спадет лишь тогда, когда дева, что чище цветка, возляжет с тобой и останется такой же чистой, - скрипучим голосом произнесла ведьма.  Обращение началось. Меррик с Хрю переглянулись. Несговорчивой собаке – собачья жизнь.
-Что за…?
На мгновение на лице Меррика проскользнуло подобие улыбки, но он почти сразу спрятал её. Такать пальцем в окружающих и кричать: вот, что будет с теми, кто скажет слово поперек мне, - было не в его стиле, да и слишком по-детски.
-Да что ты со мной сделал? Правда глаза колет?!
Полное игнорирование слов человеко-пса.
-Хрю, принести ключ от оков, - уже вслух приказал Меррик. Таиться и дальше не было смысла.
-Псика!!! Пинка! Псиак… Пес, да… Пиес! Чудеса! Магия! – Неожиданно пришла в возбуждение София.
«Она пьяная? Или на почве увиденного у неё помутился рассудок?» - Подумал Меррик, беря ошейник в руки. Подоспевшая Хрю, протянула ему ключ. 
«Быстро. Хорошая работа».
И прежде, чем Сильванеш успел очухаться, на его шее сомкнулся ошейник.
-Шакти, иди сюда и забери своего питомца! – Повысил голос Маркиз.
На пороге, словно из-под земли, появилась прислужница и Джу-Алшай. 
-Ты хотела, чтобы Маджере стал твоим. Он твой, - протянутая девочке цепь и ключ от оков. – Но помни, страшны не несбыточные мечты, а те, что имеют свойство сбываться. Раб – это не только власть, но и ответственность. Хозяин не только распоряжается судьбой  своего слуги, но и отвечает за его промахи. Оступится он - виновата будешь ты, что не сумела его в достаточной мере воспитать. Его победа – твоя победа. Если он сбежит, то виновата снова будешь ты, что не досмотрела за ним.  Если хватит мудрости, Шакти, то ты сделаешь из него не только послушную марионетку, но личность, которая поклянется тебе в верности и однажды добровольно вверит жизнь и душу.  Такая будет стоит миллионов рабов. Если взыграет гордыня, и ты будешь только удовлетворять собственные амбиции за счет Сильванеша, то, будь уверенна, цепь «хозяин-раб» однажды порвется, - короткая пауза.
-За выполненное задание, за верную службу и за весь тот вклад, что ты привнесла в мое дело, я признаю тебя достойной такого слуги как draghul, считаю это более, чем достойной наградой. Не подведи меня Шакти. За Маджере отныне ты отвечаешь головой. Когда посчитаешь, что он готов, то его вернут в человеческую ипостась. И последнее условие, даже пожелание. В ближайшие два года он должен будет отказаться от…  половины своих земель в мою пользу. Ты же не подведешь своего милорда, Шакти? Это для общего дела.  В остальном, ты вольна делать с ним все, что заблагорассудится.  Хочешь отрезать ему ногу – отрежь. Хочешь вышивать на нем крестиком – вышивай.
Взгляд брошенный на собаку.
- Подумай, Сильванеш, свадебный ошейник не так уж и плох, - обратился он к собаке.
-Джу-Алшай, подойти, - обратился на этот раз к ядоделу Меррик.
-Твоя неосторожность едва не стоила Шакти жизни. Будь осторожнее с ядами впредь. За проявленную отвагу и смекалку в последнем задании ты получишь бутылку коллекционного вина из моего личного запаса, а так же дополнительную неделю оплачиваемого отдыха, - немного подумав, маркиз добавил, - но если мне снова донесут, что ты где-то в это время дебоширил, то в ближайшие три года можешь забыть о выходных.
Не угроза, не укор – предупреждение.
Когда с формальностями было покончено, Меррик обратил свое внимание на Софию и Хрю. Элементаль, снова в человеческом облике, победно сжимала в руках пойманную птицу капитана. При любой попытке пернатого пискнуть, девушка плевалась в него огнем. Метилась она при этом, как не сложно догадаться, ему прямо в рот. София буквально спала на ступеньках.
-Азрия, подними её, - приказал василиску дракон.
-Мы: я, Мардж, Азрия, София, Шакти и Джу-Алшай, пёс, отправляемся на остров Унад, - обратился Меррик ко окружающим. - Рене оставайся пока в склепе и присматривай за пленниками. Позже вернешься вместе с Рамоном в замок. Рамон немедленно найди Хиссроэри и вместе с ней отправляйтесь на «Танцующий парус». Корабль нужно захватить, но при этом сохранить в таком состоянии, чтобы его можно было в случае необходимости починить. Шакти, возьми добро своего раба с собой. Отныне оно твоё. Джу-Алшай, помоги ей. Крейа, тебе поручаю связаться с Бастьяном и передать ему, чтобы он доставил Норерно и Кристофа на остров Унад в максимально сжатые сроки. 
Когда распоряжения были отданы, Меррик и сопровождающиеся его нелюди поднялись по лестнице, прошли (кого-то и вовсе пронесли хD) через уже не полыхающий проход и вышли наружу.
Снова Некрополь, безмолвные могилы и мертвая тишина. На этот раз она была не столько зловещей, сколько даровала успокоение, что из-за соседней скульптуры не появится ненароком заплутавший путник. Довольно гостей и нежеланных свидетелей.
За всю дорогу, пока они шли по некрополю, Меррик не проронил ни звука.  Только когда они пересекли ворота и отдалились на некоторое расстояние, он сказал одно слово.
-Отойдите.
Минута ожидание, пока расстояние между Мерриком и другими станет достаточно большим, мгновение на перевоплощение. И снова ипостась дракона.
«Транспорт подан», -  мысленно съязвил он. Хрю с оторванным от белого платья рукавом, который она порвала на веревки, чтобы связать – запеленать птицу, первой запрыгнула на спину ящеру.
-Ути, мой маленький птенчик, моя радость. Сейчас мы с тобой прокатимся с ветерком. Ути-пути, тебе понравится, - щебетала она. – А если не понравится, - глаза элементаля едва ли не сверкнули во тьме, - то я тебе сломаю шею, -  зловеще прошептала она, а затем так же мило, как и прежде, добавила: - а потом зажарю и съем. Ты же вкусненький. Уверенна, мне понравится. Крылышко за маму, крылышко за папу, и за благородного Маркиза, - даже если у огненной девушки на душе скребли кошки, она этого не показывала.
Следом за Хрю на дракона взобрался Азрия. Последними были Шакти и Джу-Алшай. Софию и Сильванеша дракон схватил лапами. Лететь на драконе, как утверждали некоторые счастливчики, удостоившиеся такой чести, было не самым удобным занятием, даже экстримальным. Держать при этом ещё кого-то мертвым грузом – подавно. Было достаточно и того, что его прислужница с ядоделом водрузили с собой мешок с вещами новоиспеченного раба, да еще его кольчугу с собой взяли.
В темноте ночи в небо взмыл черный дракон.

http://i.imgur.com/WBlD69B.png  [Остров Унад]
(вместе с Шакти Ксорларрин, Фистандантилусом  Маджере и Софией Вердар)

Отредактировано Меррик Лауфенберг (2014-06-15 22:37:29)

+3


Вы здесь » За гранью реальности » Архив локаций Северного Денаделора » Некрополь Клятвопреступников