fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Блоги персонажей » По ту сторону ледяной сущности.


По ту сторону ледяной сущности.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s4.uploads.ru/lL187.png
http://s9.uploads.ru/t/IesRz.jpg
[mymp3]http://cdndl.zaycev.net/265742/5623021/imagine_dragons_-_believer_symphonic_remix_by_quick_%28zaycev.net%29.mp3|Believer[/mymp3]

Отредактировано Альвэри (2018-03-26 20:29:23)

0

2

Пояснение

Троица постов ниже - результаты Конкурса поста «Стою на асфальте, в лыжи обутый...» 2015 г., в котором удалось принять участие.

С легкой руки Альдена:
Долой интеллигенцию и непробиваемый панцирь спокойствия! Я знаю, что тебе прекрасно удается держать себя в руках, а эмоции на твоем лице случалось свидетельствовать только самым избранным, кому феерически свезло оказаться в нужном месте в нужное время. Но что будет, если нужда принудит отбросить защитные стены и контроль? Пусть твоей задачей станет описать день из жизни Альвэри, если бы ей пришлось быть не библиотекарем в Белом Драконе, а уличной аферисткой, мошенницей и вообще мастерицей на все незаконные дела разом. Хотелось бы увидеть не мрачную воровку, безмолвно работающую из тени, а искусную обманщицу, предлагающую на улицах безнадежные пари, играющую утяжеленными костями и демонстрирующую фокусы.

http://sa.uploads.ru/t/gJBws.jpg

Театр абсурда из альтернативной реальности.

- Обожаю ярмарки! – проговорила девушка, бросив на рядом идущих взгляд и усмехнувшись.
Впрочем, не дождавшись ответа, хотя и не надеялась, настроя лоддроу не растеряла. Поправив локон, выбившийся из прически, кою она соорудила утром, одернув корсет, туго стягивающий талию и грудь, она довольно кивнула сама себе. Что же, готовность к труду и обороне, как говорится, по меньшей мере имеет место. А трудится сегодня – не перетрудится. Казалось, эти ходячие кошельки на ножках, что изображают из себя невесть что, а на деле лишь холуями у кого-то являются, так и просят их облапошить, сбиваясь вот на таких вот мероприятиях в «жирные» стайки.
«Бедные и несчастные курочки! Тяжесть монеток заставляет их бродить по миру в диком желании избавится от сего бремени. И тут – я! Как истинный избавитель!» Аль откровенно потешалась, пусть и в мыслях, пока сокращалось расстояние до площади, на коей сегодня было оживленней некуда. А что делать? Сосредоточенно пилить спины потенциальных «клиентов», чем заняты в сей час ее спутники? Нет уж, увольте, простите, извините…ах да, раскланялась. Девушка хихикнула себе под нос. Таки да, настроение сегодня у нее соревновалось по лучистости с небесным светилом.
- За работу. Действуем по плану, - произнес высокий брюнет справа.
Аль даже не глянула в его сторону, состроив гримаску да передернув плечами. «Конечно-конечно, по плану…ух ты, какие сережки!» - пронеслось в голове и девушка ломанулась сквозь толпу, как ледокол, штурмующий замерзшее море.
- Ох, простите...ох, извините…ой, я нечаянно, нога не болит? – наталкиваясь на тела, хватаясь за камзолы, куртки, рубашки, с обворожительной улыбкой и извиняющимся взглядом, щебетала лоддроу по мере своего продвижения вглубь толпы. -  Дамочка! Да-да, Вы, красивая брюнетка с видным…цветом глаз. У вас в прическе пчела запуталась! Ужалит ведь. Голова распухнет, долго болеть будет, за эстетику внешнего вида и вовсе промолчу… дайте я достану аккуратно!
Ловкие движения тонких и бледных пальцев, что отливали жемчужным сиянием и оп-ля. Из ладони действительно вылетела пчела. Демонстративно так. Женщина похлопала глазами, развернув тучное тело и всплеснув масляными ладошками.
- Ох, благодарствую. Спасли меня!
- Ох, да бросьте. Не стоит благодарности!
- Ну что же, как пожелаете. Спасибо, - и уже потеряв интерес к своей «спасительнице», причитая и спеша рассказать о несостоявшейся трагедии подруге, что что-то выбирала возле ближайшего прилавка, медленно «уплыла».
- Вот корова, - фыркнула Аль, довольно ухмыльнувшись, после посмотрев наверх. – Я окно-то открыть не забыла? А, никуда не денется!
И снова завертелась в море людских и не очень тел, сбивая прохожих, кои выдавались ей самыми интересными. Сколько времени она так шерстила площадь, одному Тейару известно, но через некоторое время девушка обнаружилась возле одного из прилавков, грызя яблоко и мило болтая с продавцом. Никто особо и не приметил, в какой момент рядом материализовался светловолосый парень, что подменил ее сумку точно на такую же. «А сережек там нет, так то! Моё!» - беззаботно улыбаясь, подумала Аль, бросив взгляд в спину уходящему товарищу.
- Эх, ладно, Рон. Ты славный малый, но кости просят веселья и грех весь день просидеть на одном месте, уж прости и спасибо за угощенице, увидимся!
Что ей ответил рыжий парень, она уж и не слушала, принявшись снова пробираться сквозь толпу, только в этот раз без толчеи и напускной спешки. Она знала, куда держала путь, но остановившись возле толпы, что окружила своеобразный столик, за коим слышался спор, вела себя, как просто прохожая и весьма любопытная девушка.
- Вы обманываете, сударь! – послышался возмущенный возглас. – У вас постоянно выпадает выигрыш!
- Я при чем, что Вы неловки в своих бросках? – спокойный ответ.
- Боги мне в свидетели! Люди, Вы сами видите!! Нельзя быть таким удачливым!
Девушка пытался протиснуться сквозь плотное кольцо тел. Кто поддерживал возмущавшегося, а кто откровенно смеялся над дураком.
- Что у нас тут?
- Ой, девушка, это не для Вас, поверьте. Побрекушками здесь не торгуют.
- Как остроумно! Вы право слово сегодня сняли приз площади! – беззлобно ответила лоддроу. – А я все же хочу глянуть.
- Да здесь в кости играют и…проигрывают. Вон бедняга скоро без трусов останется.
Аль пропихнулась, наконец, бросив взгляд в указанную сторону.
- Ему не пойдет, - вынесла вердикт, получив в ответ громкий хохот.
- Кто это там такой умный? – огрызнулся мужчина, оглянувшись.
- Я не говорила, что умна…наблюдательна, мистер.
- Может сама сядешь со мной сыграть, на деле показав столь ли удачлива ты. Мне покажешь годный пример.
Альвэри похлопала ресницами, словно удивлению ее не было предела.
- Это ж не женское дело-то? Не боитесь проиграть девушке?
Мужчина аж прихрюкнул от предвкушения.
- Ох, дорогуша, хоть бы ты цела ушла после проигрыша.
Толпа встретила сию перепалку очередным взрывом хохота, улюлюканьем и сальными шуточками.
- И не стыдно девушкой прикрывать свою позорную игру? – подал голос брюнет, с коим ранее играл мужчина.
- А ты заткнись, - огрызнулся тот. – Мы вот и проверим, так ли ты чист на руку, как хочешь показать.
Было бы это больше, нежели представление, в коем главным актером нехотя выступил этот вспотевший оболтус, то получил бы он от Стефа по ушам ослиным только так, но волчок игры запущен и на кон поставлено достаточно. Девушка спрятала хитрую усмешку. Перебросившись короткими взглядами с брюнетом, который, для виду поворчав, уступил ей место второго игрока.
- А как играть-то? – продолжая невинно хлопать ресницами, выдала Аль, уставившись на кости в количестве трех штук.
Ближайшие к ней бросились разом объяснять, пока мужчина напротив довольно и откровенно ухмылялся, уже чувствуя вкус победы.
- Ой, а что…Здесь на деньги играют? Вроде же за трусы говорили...А я все потратила…на пирожные. Как же быть?
- Да полно тебе, детка. Найдем как рассчитаться, - сально улыбаясь выдал мужик, откровенно пялясь в вырез платья.
- Да? Ну ладно, - наивно передернув плечами и тем самым шевельнув грудью, выдала лоддроу. «Козел вонючий! Дать бы тебе между рогов, чтоб копыта откинул, да нельзя»
- Тебе фора, - милостиво выдал «козел», тряхнув шевелюрой и продолжая скалится. – Я подобрел внезапно и не против отступления в угоду прекрасной дамы.
- Как это мило! – пискнула Аль, сгребая кости, после неловко бросив их на доску. – Так?
Выпало то, что и желалось. Вернее, желалось «кошельку» напротив.
- Так-так, - рассмеялся мужчина. – Так бы всю игру, милочка! – и сгреб кости.
«Кол тебе меж глаз, дурень! Жди, курочка!» - мысленно ответила лоддроу, продолжая жеманно улыбаться, ожидая броска партнера по игре. Таким образом игра длилась минут десять-пятнадцать. Аль театрально расстраивалась, призывая удачу на свою белобрысую голову, а мужчина откровенно ликовал, иногда кидая злые взгляды на брюнета, с коим ранее играл и проигрывал. Мол, с тобой я еще разберусь, мошенник! Мужчина, представившийся Робертом Флаксом, забавлялся, принимая, как ставку от нее – части гардероба. Вплоть до рюш на юбке. Смешно, но он так не считал, уже чувствуя себя победителем и почти ощущая в руках свой приз. Едва слюна не текла от дум, вероятно. Аль про себя ухмыльнулась, прищурено наблюдая за «героем».
Он упустил момент, когда фортуна сделала красивый финт, показав ему не грудь, а задницу и игра изменилась с точностью до наоборот. Первая партия шестерок на всех трех костях выпала из-под ее руки, заставив Роберта приосанится и удивлено вскинуть бровь. Присвистнув, он выдал благосклонное:
- Что же, носочки я тебе отдам обратно!
- Зачем? – хихикнула Альвэри. – Вы же мне свой кошелек отдадите. Я накуплю на все монетки!
Роб расхохотался, она вторила ему своим смехом. «Смейся-смейся, петушок.» И таки да, вскоре тому стало совершенно не смешно. Он снова превратился в багрового, вспотевшего, злого мужика, что едва сдерживал себя, чтобы не бросится на нее с кулаками.
- Мошенница! – все же выдал он, сверля ее поросячьими глазками.
- Кто? Я? Да Вы сами меня пригласили с Вами сыграть! – деланно негодуя, ответила лоддроу. – Я, что ли, виновата, что у Вас сегодня неудачный день? Могу подарить носочки в утешение!
Это, наверное, было лишним. Еще сильнее побагровев, мужчина подорвался и хотел уже уходить, да вот толпа не пустила, вступившись за «честную» девушку и требуя ее выигрыш. Аль, поигрывая костями в руках, наблюдала всю картину с лицом ничего не понимающей и наивной невинности. Вскоре в ее сторону полетел мешочек с монетками, едва успела увернуться. «Вот *цензура*!»
- А носочки-то? – крикнула она вдогонку, но разозленный Робби даже не оглянулся под хохот, что его сопровождал. – Ну вот…злой какой-то он, неудовлетворенный явно…игрой- мило улыбаясь, подобрав кошелек, проговорила девушка. – Я же ничего…Даже играть не умею или уже умею? Может еще есть желающие помочь девушке материально в честной игре? Авось удача случайна.
На удивление (хотя какое там удивление, на то и расчет), желающие нашлись и Аль до конца дня успела увеличить свое состояние, что внезапно свалилось на "несчастную" девушку. Уж смеркаться начало. Площадь пустела. Толпа понемногу рассеялась, смеха уже слышно не было. Девушка поднялась, потянувшись и хрустнув косточками.
- Сегодня что-то засиделась я.- проговорила лоддроу, когда уже подле никого  "чужого" не было.
- Зато собрала больше, - ответил Стеф, отлипнув от стены, кою все время подпирал и усмехнувшись. – В целом, можем найти Рэя и заканчивать на сегодня.
- Мне причитается, - надув губки и повиснув на шее парня, проворковала девушка.
- Пойди и найди себе то, что тебе конкретно причитается, - беззлобно ответил брюнет, хлопнув ее пониже спины.
- Эй! Так, да? Ну и ладно! И пойду! Смотри и учись! – став на ноги и фыркнув, ответила девушка, с гордостью аристократки вздернув подбородок и двинувшись прочь.
Побродив по относительно опустевшей площади и, наконец, найдя свою «жертву», Аль какое-то время последила за оной, лишь после решив, что можно вмешиваться. А «жертвой» стала парочка явно зажиточных горожан, что топтались возле прилавков со всякими побрекушками. Явно каприз женушки, не иначе, на сон грядущий! Дождавшись, когда парочка ненадолго разделится, каждый за своим поглядывая, Альвэри подошла к мужчине, поднырнув тому под руку.
- Ох. Как красиво! - восторженно выдохнула девушка, глядя на браслет, который тот вертел в руках, придирчиво рассматривая.
Мужчина бросил на нее короткий взгляд, оценивающе оглядев, лишь после выдав:
- Только и всего, что блестит хорошо.
- Ой, бросьте, Вашей даме понравится, поверьте. Женщины любят такое, даже если оно пустышка. Не себе ведь берете, - лоддроу кокетливо подмигнула, пододвинувшись ближе, после бросив взгляд на витрину. – А не нравится, так вон сколько всего, есть из чего выбрать
Мужчина опасливо оглянулся и приметив, что благоверной в поле зрения нет, видимо, зашла в очередную лавчонку, вернул взгляд внезапной собеседнице:
- Нет, я просто так смотрю, авось найдется ручка, коей возжелаю подарить.
"На тонкий лед ступаете, милейший!"
- Вот как, - будто и не обратив внимание на смену тона и продолжая изучать витрину, выдала девушка. – Повезет же кому-то. Такой видный мужчина…такой красивый подарок…
Тут, словно по мановению волшебной палочки, появился продавец.
- Желаете еще что-то посмотреть.
- Да, - ответил мужчина. – Вот что девушке по нраву, все покажите, а я решу, придет ли мне что по вкусу и стоит ли покупать.
- Ой, Вы мне доверяете свой выбор? – полуразвернувшись, состроив удивленные глазки, ответила Аль, смахнув локон с груди, «случайно» упавший на оную,  самым невинным жестом. – Я постараюсь его оправдать.
И тут понеслась душа, как говорится…Вскоре витрина была покрыта всевозможными украшениями, кои попали на глаза Аль и которая с удовольствием их меряла, старательно отвлекая доброго дяденьку от того, чтоб он вдруг не вспомнил о своей благоверной, коя к слову уже была на подходе, как приметила лоддроу, бросив вкрадчивый взгляд за спину благодетеля.
- Все такое красивое. Не могу выбрать, - нарочито громко выдала она вдруг и повисла на шее откровенно обескураженного мужчины.
- Кто это, дорогой? - буквально прошипела дама за спиной.
Аль в ответ состроила удивленную мину:
- Кто это, дорогой? – повторила Альвэри, продолжая висеть на шее, хотя мужчина и пытался отодрать ее цепкие ручки, обвешанные украшениями.
Продавец тоже занервничал, не зная, как подойти к троице и бегая за прилавком.
- Милая…это..я…никто! Это тебе...я хотел...
- Что? – в один голос воскликнули обе особы, вложив в возглас все свое возмущение.
- Как это никто? Кто – никто? Милый, а как же украшение для моей ручки?
- Чтооо? – казалось лицо жены вытянулось и превратилось в театральную маску с возгласом в виде буквы «О» серого цвета.
«Ну что ж ты страшная такая?» - подумалось Аль, коя продолжала свой спектакль.
- Это не то, что ты подумала, дорогая! Она…я…- попытался вновь оправдаться несчастный. – Да слезь же ты с меня! Отцепись!
- Ах так, - деланно воскликнула Альвэри, со всей дури двинув ногами по витрине, после чего послышался звон и причитания продавца. – Значит, как стихами кормить, так – милочка – душка! Как поцелуи красть, так жена – корова сухопарая! Как вечерами…Ах ты…неблагодарный! – разжав руки и спрыгнув на твердую почву, вперев кулаки в бока и гордо вскинув подбородок, затараторила лоддроу. – За все то, что было между нами ты…
Она не договорила, ибо на побледневшего мужчину, что казалось вот-вот потеряет сознание от шока, набросилась с проклятиями его благоверная, не желая слышать ничего и никого. Аль усмехнулась, отступив от пары, коей теперь было совершенно не до нее, и тихо-мирно пошла ретировалась прочь, оставляя за спиной метавшегося за прилавком продавца, что старался собрать рассыпавшееся добро средь осколков и ссорящуюся парочку.
Отойдя на приличное расстояние, девушка принялась рассматривать честно нажитое и под шумок стянутое.
- Актриса в тебе явно умерла в судорогах, - послышался знакомый голос и от соседней стены отделилось два силуэта.
- Тоже мне, непризнанный талант, - парировала она. – Делиться не буду!
- Ну да, ну да, - сгребая в «братские» объятья, добродушно ответил парень.
Вскоре троица скрылась из глаз в первом же переулке. Да и темнело стремительно, стоило поменять антураж для ночной жизни и веселья…

Отредактировано Альвэри (2017-11-09 10:31:36)

+1

3

Сила вселенской любви "брата" xD:
Ал, сестра ты моя названная, знала бы ты, как тяжело писать следующие вещи... Вот ты молодец. По всем параметрам молодец. И при работе, и при семье, и красотка редкостная, и умница, да еще и с мужчинами бесстрашно в путешествие отправилась. Вроде все есть и трудно представить для тебя ситуацию нестандартную. Разве что немного грустную.
Однажды с Альвэри случилась беда. 20 числа Прощальных Журавлей она без сопровождения возвращалась в Хартад. Остановившись на ночлег в одной деревушке, где был в самом разгаре праздник Дня Усопших, она неожиданно увидела призрак любимой прабабушки. Обрадовавшись, Ал кинулась за ней, но призрак завел ее в лесополосу, где, обернувшись тар'асматх, попытался перекусить ее душой. Частично насытившись, ослабевшая тварь исчезла, а лоддроу осталась с поврежденной душой. Ее подобрали и отправили в лечебницу имени Лоуниэла Светлого. Там Альвэри попыталась научиться жить среди душевнобольных, познавая страшный мир безумия: свой собственный и окружающий.
Тейар знает, как это отыгрывать, и я почти на соточку уверен, что это не "твое". Просто увидел белоснежную фигуру среди грязных стен, которая борется с собой.
P.S. Не думай, пожалуйста, что я тебя не люблю!


http://sf.uploads.ru/t/NwOlE.jpg

Во власти безумия.

Она бежала куда-то в кромешной тьме, спотыкаясь о невидимые камни и падая в никуда. Пустота, до боли в ушах звенящая и давящая, поглощала ее. Она вязла в этом, словно в каком-то желе, без вкуса, запаха, из ничего. Но вот опять ноги стоят на твердой почве, а в спину дует холодящий кровь ветер. «Откуда здесь ветер? Почему холодно? Я не мерзну! Не должна…Или…» Снова невидимый камень попал под ногу, полет в темную пропасть, но в этот раз…
- Ай, - девушка растянулась на полу, больно ударившись лицом о дощатую поверхность.
Лоддроу села, потирая ушибленное место и оглядываясь. Комната, в коей она находилась, имела настолько удручающий вид, что взгляд не зацепился ни за один предмет, что мог бы заинтересовать и помочь понять…
- Где я…почему… - прошептала она, но слова давались с трудом, горло словно сжали невидимые тиски, мешая словам ложится на язык.
Внезапная вспышка боли сковала голову, заставив вцепится в волосы, что спадали нечёсаными космами на плечи, будто бы это спасло ее от приступа. Глухо застонав, или зарычав, девушка подняла затуманенный взор, затравлено оглядываясь. Эти голоса, они не давали ей спать! Постоянно! Она устала их слышать каждый день…или месяц…или… «Я не помню, не помню,»- выл внутренний зверь протяжно, раздирая и душу болью, прибавляясь к физической, заставляя согнуться пополам и начать биться головой о пол.
Кто знает, сколько она так просидела, скрючившись и подвывая, в тщетной попытке выбить из себя сей болезненный недуг, но вдруг замерла. Резко подняв голову, явив миру исцарапанный, покрасневший лоб, по коему стекало пару тонких струек крови. Лоддроу встала на четвереньки, едва не запутавшись в длинном платье грязно-белого цвета, явно не первой свежести, и обратила свой взор на дверь.
- Там! – искорежено-глухой выдох вырвался из груди.
И уже в следующий момент Альвэри, с удивительной, для ее недавнего состояния, скоростью, в пару прыжков очутилась возле искомой цели, резко схватившись за ручку и дернув. К удивлению, дверь распахнулась. Правда, так опасно накренилась, что грозила при случае пришибить виновника, что нарушил ее спокойствие. Девушка выскочила в коридор, по которому сновали какие-то люди или нелюди, понять было трудно. Рассмотреть было трудно. Этот шум…голоса.
- Заткнитесь…- выдохнула она, кружась на месте, словно юла и глядя на каждое существо с открытой болью во взгляде. – Заткнитесь…это невыносимо слышать. Заткнитесь все!
Крик прорвал бубнящий гам, разлетевшись по коридору и отбиваясь по стенам кусочками, словно стекло, падая, звеня и затихая. Давящая тишина, что внезапно охватила это место, неприятным холодом коснулась затылка. Аль попятилась. Бродившие по коридору враз оглянулись и посмотрели в ее сторону. Девушка оступилась, едва не рухнув назад, и больно ударилась спиной о стену.
Эти лица….их не было…на нее, со всех сторон, смотрела пустота. Вернее, вместо лиц была пустая маска. Сплошное ничего, притягивающее взор, смешивающее все лица в одно сплошное, туманное месиво, что расплывалось перед глазами и надвигалось на нее. И снова голоса. Лоддроу дрожащими пальцами пыталась нащупать дверной проем, в то же время не имея сил отвести взгляд от этого кошмара.
- Почему ты бежишь? - внезапно знакомый голос прорезал всеобщий гам, заставив ее сбросить оцепенение и затравлено оглянуться.
«Кто-то знакомый, в этом месте? Нет, это все обман! Оно пытается меня обмануть и довести до конца то, что не смогло...» Новый приступ боли заставил упасть на колени и снова схватиться за волосы, едва не вырывая их клочьями.
- Не могу, не могу больше…Оставьте меня, оставьте, - вскрикнула она, вскинув голову и…ничего не увидела.
Ничего и никого. Пустой коридор, ободранные стены, тишина, где-то подвывал ветер, хлопая старыми ставнями…Альвэри резко оглянулась. В глазах пропал тот туманный «блеск», что хранила их голубизна ранее. Девушка резко вскочила, забежала в комнату и захлопнула дверь.
- Боги, где я?! – она оглянулась.
Лоб досадно саднил, голова гудела и она не помнила, как тут очутилась. Ободранные стены, исписанные какими-то каракулями, рисунками, просто полосами и кругами, простыни паутин, сто лет не сметавшиеся с потолка, убогая и грязная кровать со всем содержимым…это все явно отличалось от того, что она помнила о своем жилье.
- Что за тейаровщина здесь происходит? - ей стало откровенно страшно.
Ко всему прочему казалось, что стены надвигались на нее, грозя задушить, расплющить, отправить в забытье.
– Надо уходить.
Резко развернувшись и уже схватившись за дверную ручку, лоддроу снова упала на колени. Головная боль с новой силой раскроила черепную коробку, импульсами отдаваясь в виски и заставляя девушку, подвывая, всхлипывать, прижавшись лицом к грязным, местами гнилым доскам.
Внезапно, щеки коснулась теплая рука. Аль замерла, открыв глаза и скосив их в сторону. Взор снова был туманен, она плохо видела, но тень сбоку не могла не рассмотреть. Девушка отпрянула, затравлено щурясь.
- Кто здесь?
- Разве ты не узнала меня? - мягкий, до боли знакомый голос резанул по ушам сильнее любой бритвы.
- Нет-нет, тебя здесь нет. Нигде нет…Тебя нет.
- Разве? – в голосе проскользнула насмешка, добрая, отозвавшись болью в сердце. – Тогда и тебя здесь нет.
«Снова обманывает! Я докажу, докажу!»
- Я есть. Вот, - Аль протянула руку, поднесла ладонь к лицу и укусила, больно, до крови, сильнее, чем хотелось. – Видишь, я есть, а тебя нет!
Девушка хихикнула, подняв взор и пытаясь рассмотреть тень, что качалась туда-сюда перед нею.
- Я настоящая, а ты нет…ты мертва! Бросила меня! Уходи, - голос сорвался, по щеке сбежала слеза, стала холодно.
Лоддроу обняла себя за плечи, принявшись качать головой.
- Нет тебя, нет. Исчезни! Оставь меня одну! Как и прежде...
Комната взорвалась звонким смехом.
- Моя маленькая глупышка. Ты зачем поранилась? Дай мама перевяжет ручку. Тебе опять плохой сон приснился?
Лица коснулась теплая ладонь. Взор внезапно просветлел и Аль смогла увидеть, что руки, столь знакомые с детства, такие родные, мелькнули рядом. Аль всхлипнула, прикрыв глаза. Ее погладили по волосам. Это был обман, но так хотелось верить, снова почувствовать себя маленькой девочкой, которая засыпает в объятиях матери. Теплых, родных, защищающих от всего…
- Смотри на кого ты похожа. Папа будет расстроен, - шепот коснулся уха, как и теплое дыхание.
Альвэри потянулась вперед, словно пытаясь окутаться этим теплом, успокоится, найти приют, но внезапно столкнулась лицом к лицу с тем, от чего бежала…Это лицо, нет гримаса, нет…Девушка вскрикнула, отшатываясь и вырывая запястье из когтистой лапы, что некогда была ладонью. Существо, что вновь приняло облик родного ей существа и искалечило ее душу. Смех, злорадный, истерический наполнил все пространство вокруг и она кинулась прочь.
- Это сон, это сон…Никого нет, ничего, мне не страшно, - бубнила лоддроу, бегая из угла в угол, спотыкаясь о подол длинного платья и размазывая кровь по стенам. – Ты не пройдешь. Это мое убежище… сгинь, пропади. Больше ни кусочка не получишь, тварь.
Аль затравленно оглянулась, кося взором по сторонам. Существо исчезло…или спряталось, до следующего раза.
- Нет-нет-нет, следующего раза не будет, - хихикая и всхлипывая одновременно, бормотала лоддроу, принявшись шкрябать на стене собственными ногтями какие-то иероглифы. – Никогда больше, никогда…
Ногти ломались, надписи скрапывались кровь израненных пальцев, но девушка упорно чертила на стенах только ей известные символы, пока не выбилась из сил, рухнув на пол и скрутившись в «клубок» дальнем углу комнаты. Еще какое-то время из-за двери доносилось бормотание, короткие всхлипы и что-то, издалека напоминающее смех, но радости в нем не было ни капли, лишь тень безумия, что бесповоротно поглотила душу.
По коридору раздались шаги.
- Бесполезно. Она снова себя покалечила. Перевяжите, увеличьте дозу успокоительного, заприте дверь, наконец...

Отредактировано Альвэри (2017-11-07 16:11:33)

+1

4

От дорогого Рогалика) :
Начну с тебя, дорогая! Зная твое редкое умение сочувствовать, врожденную мягкость и сердобольный характер 
а также мастерское владение разделочным ножом, решила предложить тебе попробовать себя в медицине. А что? Посмотрим, как ты сможешь применить свои таланты, будучи лекарем: лед всегда под рукой - хоть к ушибам прикладывай, хоть температуру снимай! А может, лучше сразу хирургом назначим? Военно-полевым! Если даже не выйдет целителя, и ты случайно превратишь кого-нибудь в суповой набор, то можно будет сделать вторую попытку - стать палачом, ну...или поваром.


Итак, снова вернемся в некое прошлое, сменив жизненные ориентиры Альвэри.
Коснемся легонько болезненной темы и извлечем из сего пользу для дела.

http://s8.uploads.ru/t/6rUW5.jpg

Я должна нести свет в чужие жизни во имя Добра!

Наверное, переломный момент в жизни Аль случился в тот момент, когда из жизни ушла мать. Что не удивительно, не так ли? Но после столь большой потери юная лоддроу не закрылась в себе, отгородившись от всех и вся вокруг со своим горем, а с твердостью в голосе заявила, что станет спасать жизни людей и нелюдей, дабы не умирали они более.  Вот так, да. Детские мечты, они столь наивны и сказочны, что все лишь покивали головами, радуясь, что ребенок себя чем-то занял.
Естественно, в таком возрасте она смогла помогать лишь игрушкам да зверушкам, коим не повезло попасть в ручки, но зато не унывала. Естественно, никто не думал, что сии начинания впоследствии вырастут в нечто большее и перестанут быть детскими мечтами, ибо с завидным упрямством лоддроу шагала по выбранному пути, не особо слушая то, что говорят со стороны. А оттуда уж так и глаголили, что, мол, не твое это - видно же. Ага, кому видно-то? Я же даже не начинала! Что можно увидеть-то?!
В общем, тоже стремление и упрямство привело девушку на скамью будущих лекарей-врачевателей, где ей пришлось хлебнуть сполна всей прелести выбранного дела. Ну как всей...того, что было положено на данном этапе жизни. Не скажешь, что успехи у нее были выдающиеся, но и задних не пасла, рьяно изучая выбранную стезю, спотыкаясь, падая, но упорно драпаясь вперед, даже если приходилось ползти на четвереньках. В конечном итоге, с горем пополам, удалось закончить обучение, получить квалификацию лекаря с общими познаниями и прочими полезностями, что должны были помочь ей дойти до желаемой в жизни цели. Правда, целительские способности она в себе так и не открыла, но это ведь ничего, если в тебе мировая доля сочувствия, доброты и желания помочь! Посему Альвэри совершенно не расстраивалась на сей счет, ведь  весь мир лежит у твоих ног, помогай - не хочу!
Времена тогда были смутные и место для начинающего врачевателя уж точно найдется. Так она и подумала, шагая по улице в направлении городского госпиталя. Ну, а где же еще можно найти жертв тех, кому нужна помощь? Только в местах подобного толка, где есть возможность оттачивать свои знания на практике, улучшая их и совершенствуя. Окрыленную подобными мыслями лоддроу в госпитале же быстро "спустили" на землю, не особо доверяя рвению «зеленого» еще лекаря. Мало ли что вытворить в порыве вселенской любви к ближнему. Посему попервах предложена была работа не пыльная да безопасная, для нее и окружающих. Впрочем, в этом девушка не увидела мирского заговора, ибо для нее было главное - помогать нуждающимся, что и предоставили делать, пусть и без инструмента лечащего в руках по большому счету. В общем, непыльная работенка эдакой сиделки и везде помагайки ей была обеспечена, за что лоддроу взялась едва ли не в тот же день.
Кто знает, сколько ей бы пришлось носиться в таком режиме с бедными больными, если бы не творящееся вокруг. Как уже было упомянуто, времена те были смутные. В окрестностях зверствовали неизвестные, что нападали на всех и вся, вплоть до проникновения в город и выхода на «охоту» по ночам. Ну так говоривали «слухи». И город закрывался, патрулировался, но внесенный хаос поначалу толку давал мало и пострадавших было много - от простых горожан-гостей города до тех самых бравых стражников-защитников. Посему, в очень скором времени госпиталь был просто переполнен раненными и страждущими. Прекрасное поле для разгула врожденной сердобольности, не находите? Да и разгулялась она, не покладая рук, видя в этом свое призвание, как нельзя яснее теперь, но из-за нехватки персонала, коим вскоре стало страдать заведение, девушку быстро забрали со столь рутинной и легкой работы, кою можно было предложить и простым горожанам, желающим помочь. Поди, не много ума надо - поухаживать за больными. Альвэри же теперь доверили дела более важные да менее приятные, на чужой взгляд, да не на ее, ибо теперь она почти спасала жизни! Очищение ран от всякой дряни, извлечение оттуда посторонних предметов, перевязка, штопка и тому подобное - не самое приятное занятие, не самое чистое, но сколь благородное! Хотя не все ее подопечные оказывались благодарны, ругаясь на чем свет стоит и проклиная ее же в частности. Ну, с вящей неблагодарностью она уж успела столкнуться не единожды, но в силу мягкости своего характера и беззлобности не серчала на несчастных. Очухаются, пристыдятся, да. Альвэри всем им так сочувствовала, что ни словами сказать, ни пером описать!

http://s3.uploads.ru/yVSLh.png

- Да лежите Вы спокойно, - сдержано проговорила девушка очередному страждущему, что корчился под ее руками, как уж на сковородке.
Всего-то извлечь пару щепок из раны в бедре, промыть да зашить, чтобы заживало. "Как новенький будет!" - с блаженной улыбкой подумала Аль, извлекая из раны кусок древесины.
- Да Вы издевА-а-а-а-аетесь?! Какое тут, ?*?%", спокойно? Где обезболивающее? Что за садизм в чистом виде?!
- Такой видный мужчина, а причитаете похлеще роженицы, коей впервые родить пришлось, - продолжая занятие, невозмутимо ответила Фенрил. - Держите крепче, - бросила двум "дуболомам" рядом с собой. - Так вот. Вы же знаете, что сейчас трудно приходится всем. Госпиталь переполнен, лекарства не успевают поступать, а то что есть расходится на тех, кому это больше всего необходимо. Целителей также не хватает... Мужайтесь, в конце концов не так страшна Ваша рана, как Вам кажется, поверьте! Я Вам очень сочувствую и стараюсь облегчить страдания, но нужно потерпеть. Вот она, зараза, - резким движением выдернув добротную щепку из бедра, победоносно выдохнула лоддроу. - Отлично. Теперь осталась самая малость.
Едва не припевая себе под нос, девушка не заметила, что мужчина совсем притих. Да и дело обычное - силы покидают больных часто и неожиданно, беспокоится не о чем. Кроме того, так легче перенести процедуры. Посему и не стала тормошить, когда приметила.

Через какое-то время, вытирая окровавленные руки, Аль усмехнулась, любуясь своей работой.
- Забирайте. Следующий!
Итак изо дня в день, засыпая порою в положении "иду домой". Вернее, даже не домой, ибо и ночевать начала в госпитале. Но она не жаловалась, ни в коем случае, ведь добилась желаемого - спасала жизни, источая вокруг себя сердоболие да сочувствие, коим могла затопить весь бренный мир при необходимости.

http://s3.uploads.ru/yVSLh.png

Подобное рвение, как и некое "мастерство" владения хирургическими инструментами во время очищения ран и их починки, не могло уйти от внимания действующих лекарей. И так, как уже говорилось, рук не хватало на всех поприщах, вскоре девушке предложили еще более ответственную работу - стать настоящим спасителем! Не просто пресекать возможную смерть от потери крови, заражения или чего-то там еще из-за полученных относительно незначительных травм, а спасать тех, кто уже одной ногой по ту сторону, ибо полученные раны на первый взгляд казались несовместимы с жизнью. Но когда подобное ее останавливало? Наоборот, у Аль даже глаза засветились от столь ответственной миссии. Правда практики в подобном она совершенно не имела - легкое рассекание ран и ковыряние в оных, что было весьма поверхностно, нельзя было вписать в должный опыт, но где наша не пропадала! Да и выхода-то не было у лекарей особо - а тут хоть дипломированный специалист! Азы какие-то изучала, в работе отличилась, авось и здесь справится. Конечно, эксперименты в госпиталях не проводят, особенно на несчастных и так уже изувеченных больных, но в подобное время о таких вещах мало кто задумывается, ведь важна каждая свободная рука для спасения жизней!
Вот так Альвэри и стала хирургом или эскулапом или как хотите, так назовите. Почетно, верно? Хотя "стала" было еще громко сказано, ибо благоразумные и более опытные лекари не рискнули сходу пустить новичка к телам страждущим, держа на подхвате и обучая, но это длилось весьма недолго - все та же пресловутая нехватка рук диктовала свои условия, ибо госпиталь не переставал наполнятся. Посему, хотели аль нет, но пришлось новоиспеченного хирурга допустить к делам практичным, вручив должный хирургический арсенал и надеясь на волю Ильтара. Как оказалось, не зря, ибо хоть и умения орудовать инструментом у девушки было не отнять, но вот с ориентацией в телах и в их глубинах  стали возникать проблемы. Конечно, в столь сумасшедшее время несколько лишних трупов никто не станет считать, ибо умирали каждый день, если не каждый час при всей той помощи, что пытались дать лекари. Однако, не заметить того, что у сей девицы, что столь рьяно орудует скальпелем, точенными движениями кромсая ткань чужого тела все глубже, отсутствует необходимое знание и понимание того, что нужно трогать, а что не стоит - нельзя было. А у Аль было иное понимание. Девушка видела цель - внутри пострадавшего есть болезнь, она же рана, она же требует скорейшего лечения и если скальпель поможет - значит надо действовать незамедлительно, отсекая все лишнее и зашивая оставшееся, целое, невредимое и способное еще долго послужить своему хозяину.

http://s3.uploads.ru/yVSLh.png

- Как не то? Снова? Да ну, - продолжая кромсать недвижимое тело. - Вот же оно...торчит да кровоточит. Как по мне - в сим и проблема!
Один взмах руки, блеснуло окровавленное лезвие. "Вот теперь ничего не торчит, идеально!" Аль улыбалась, не нарадуясь своей работе и столь быстрому окончанию, как ей казалось, оной. "Быстро зашить, напоить лекарствами и вскоре запрыгает, как горный козлик!"
- Альвэри, Вам стоит подумать о профессии палача, - выдал пожилой лекарь, что явно отходил от увиденного.
Лоддроу, не скрывая удивления, развернулась, продолжая держать в руках скальпель, пока помощники и еще кто-то из хирургов старались спасти очередного страждущего, коего Фенрил отоперировала.
- Вы что? Это же убийство! Лишение жизни! Я же их спасаю, - пафосный взмах рукой и скальпель со свистом пролетел в паре сантиметров от носа старика. - Говорите вещи ерундовые, дражайший Иедвикий. Разницы не чувствуете, что ли?
- Это как посмотреть, - слегка охрипшим голосом и на всякий случай отойдя, ответил мужчина. - Вы спасаете мир от скверны, зла, убийц...делаете его чище. Если бы Вы взялись за уничтожение тех, кто привел к столь плачевному состоянию наш край, то в госпитале стало бы многим меньше изувеченных и пострадавших. Значит, Вы им бы помогли...
Аль прищурилась. Хитрец развернул речь так, что действительно можно было узреть спасение всех несчастных в том, чтобы обезглавить разбойников любого толка. Чуть изогнув бровь, девушка дернула плечом.
- Интересно глаголите, батенька. Может в Ваших словах зерно истины и есть...но их же никто даже в глаза толком не видел, кроме тех, кому досталось больше всего. Посему, что уж говорить...да и скучно это, - ворчливо проговорила лоддроу. - Все время махать мечом или топором...Никакого интереса и совершенства в своем деле...
- Ну как сказать...Палачи тоже мастера своеобразного искусства, - не отставал лекарь.- Но главное - спасать чужие жизни...Вы же этого хотели.
- Ну да, но не так...
- Ну в достижения цели любые средства хороши...
- Возможно...
- Ну Вы подумайте. В Вас есть такой дар, видно невооруженным глазом.
- Подумаю...Следующий!
Вот такие вот разговоры разговаривались над очередной жертвой сочувствия и вселенского человеколюбия юной лоддроу. Конечно, девушка не стала прямо в тот момент задумываться над предложенным, ибо не до того было, но от дел её хирургических, когда нужно было вытягивать бедняг едва ли не с рук самой Габриэль, вскоре лоддроу отгородили, оставив менее травматичные заботы. Тем более, что вскоре случилось "чудо", кое с трепетом ждал весь город. Подошла подмога, что смогла в краткие сроки найти и переловить (частично или полностью, никто не ведал), всю вражескую свору, что кошмарила окрестности. Жизнь потихоньку налаживалась, а госпиталь перестал быть местом, заполненным в три этажа стонавшими пострадальцами и потихоньку опустошался, также входя в привычное, размеренное русло жизни. В сей суматохе и подготовке к спокойной жизни не сразу заметили исчезновение такого дарования врачевательного искусства как Альвэри Фенрил. А когда заметили, то лишь недоуменно, а кто-то с облегчением, развели руками. Лишь один старичок улыбался в усы. Кто знает....Спасать жизни ведь можно не одним сочувствием и сердоболием...

http://s3.uploads.ru/yVSLh.png

Продолжение следует... х)

http://s9.uploads.ru/t/A0wPu.jpg

+1

5

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

21 число месяца Страстного Танца
1582 год от подписания Мирного Договора.

http://s3.uploads.ru/t/LCVkd.png

Пожалуй, это был один из самых радостных, да и памятных, дней за последние годы. Наконец-то закончились учебные будни и я была вознаграждена за старания. Своеобразно даже горда собой и предвкушала такой же блеск в глазах отца. Конечно, хотелось бы дотянуться до вершин, но столько лет… Я, как сейчас помню то чувство легкой досады смешанное с тоской, от коих защемило сердце. Впрочем, от этого всего очень просто отмахнуться, особенно, когда впереди столько планов. Я спешила домой, хотела побыстрее сообщить отцу, что не зря провела все эти годы в Академии, даже хотелось что-то показать эдакое, сотворить, ибо ранее не осмеливалась. Однако в тот день все мои желание были перечеркнуты внезапным гостем. Не то, чтобы была не рада, но не ждала определенно. Впрочем, это вполне в его привычках – явиться нежданно-негаданно.
Перешагнув порог родного дома тогда, сразу же услышала голоса. Спокойный, отцовский перебивался задорным да насмешливым, что меня сразу же остановило. Конечно же я узнала его, но вместе с радостью от предстоящей встречи очень зачесались руки хорошенько треснуть беззаботного, если получится. Он обещал, как всегда слишком много и редко исполнял свои обещания. Годы ожидания тогда мне казались вечностью и детские обиды еще играли какую-то роль в наших взаимоотношениях. Тогда оные и хотели погнать тихонько прочь, мимо гостиной, в свою комнату, чтобы подумать о дальнейшей манере поведения с белобрысой зловредностью, являющейся моим старшим братом. Но не тут-то было…

http://s5.uploads.ru/oAku0.png
«В дверном проеме гостиной появилась фигура брата. Аравиэль, как всегда с неизменной усмешкой на губах и во взгляде, не стал долго размениваться на приветственные речи, прекрасно понимая, что его может ждать, если повременить:
- Я уж было подумал, что тебя сегодня ждать не стоит, - заговорил парень, тут же продолжив в ответ на ее удивленный взгляд. – Ну, достаточно сгрызла гранита науки, или как там говорят, надо отпраздновать, все дела.
- И я тебя приветствую. Рада видеть, все дела, - пробурчала она, проходя мимо и всем своим видом пытаясь удержать «марку» обиженности.
Аль встретилась взглядом с отцом, коему тепло улыбнулась. Мужчина ответил кивком и мягким взглядом, ибо все было понятно и без слов. Девушка устроилась на одном из кресел, бросив сумку, кою таскала с собой, на стол.
- Можешь начинать праздновать, - с легкой усмешкой произнесла лоддроу. – А я посмотрю.
- Ну, так дело не пойдет…»
http://s5.uploads.ru/oAku0.png

Стоило ли говорить, что Виэль без особых усилий смог заставить забыть меня о былых обидах, кои под собой не имели-то особого основания? Тогда в нашем доме, впервые за добрый десяток лет, если не больше, слышался смех и участвовали в нем все присутствующие. Есть у него великолепная черта, присущая лишь ему, коей сопротивляться тяжело, особенно, когда не было желания и настрой благоволил. Его непринужденность, легкость, даже легкомысленность, пусть и показная, умение расположить к себе…всему этому я могла лишь позавидовать, хотя и не помышляла о том никогда. День в его компании пролетел быстро. Я хотела, чтобы он погостил подольше, тем более, что свободного времени тогда у меня было в излишке, пусть и на время. Виэль, как всегда, обещал и я верила, хотя знала, чем это обычно заканчивалось.
Тогда мы проболтали почти до рассвета, стоило отцу нас оставить и уйти на заслуженный сон. Разместившись возле тлеющего камина, под пледом, как некогда в детстве, мы долго вспоминали о былом, обходя лишь тему, которая до сих пор саднит не зажитой раной. Брат много рассказывал о своих путешествиях, которые тогда казались чем-то невероятным, волшебным… Под его россказни я и уснула, а очнувшись не удивилась, не обнаружив никого подле, ровно как и того, что никто не откликнулся на зов. Пожалуй, это закончилось бы очередным недовольством за столь отвратительное прощание, если бы не то, что обнаружила, отбросив плед. Аккуратно завернутый сверток и небольшая записка на оном покоились на ковре, вызвав удивление и интерес.

«Прости, что не попрощался. Незачем, ведь скоро встретимся. Это откупная за все мои обещания. Думаю, тебе она пригодится.»

Это короткое, письменное прощание до сих пор хранится в виде закладки в подарке, который я получила. И стоит ли говорить, как меня удивили и заинтриговали эти строки? И пусть еще сердилась на брата, но любопытство уже прочно пустило корни в сознание. Я взяла в руки сверток, начав разматывать скрытое. Когда увидела, что было спрятано под струящейся тканью, казалось, что меня прошибло мандранским морозом, крепость коего толком и не ведала. Внушительный фолиант с соответствующим названием просто не мог к себе оставить безразличным. Достаточно было распахнуть книгу и узреть ее содержимое, как душа удрала в пятки не то от страха, не то от дикого восторга. Это был подарок, на который я не могла, даже не смела, надеяться. О том, откуда у Виэля могли найтись не только ресурсы, но и, пожалуй, связи для того, чтобы найти «Древо Мироздания» даже в таком переиздании, я предпочла не думать. Позже узнала, но разве это остановило меня от использования книги по назначению? Более того, пожалуй, это стало той отправной точкой, которая вывела и меня саму на путь не совсем законной добычи подобного рода "золота"…

Пост пориобретения "Древа..."

Отредактировано Альвэри (2018-01-30 02:47:28)

+2

6

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

14-16 числа месяца Ледянных ветров.
1610 год от подписания Мирного Договора.

http://sg.uploads.ru/t/pYBSo.png

Как же я тейаровски устала в тот день. Он был кульминацией многонедельной охоты, за кою абсолютно все наши были вознаграждены, в частности – возможностью выдохнуть спокойно и надеяться на менее напряженное время впереди. Хотя бы пару дней… Да их бы мне хватило, чтобы отдохнуть, если не физически, то морально. Тогда же, без особого настроения, вернулась в отчий дом. Откуда ему взяться, если падаешь с ног от усталости и внутренней опустошенности?
Отца еще не было и, недолго думая, провела в ванной максимально длительное время, смывая с себя не только «рабочую пыль», но и какую-то долю разбитости. Спокойствие и тишина дома, а также осознание того, что все позади, тому, как никогда лучше способствовали. Закончив с купанием, я заходилась готовить ужин, ожидая к оному отца. Мысли лениво перетекали в голове, не касаясь ничего конкретного, и пожалуй, со стороны, могла быть похожа на куклу, кою за невидимые нити водил по помещению умелый кукловод. Из всех возможных желаний остались лишь - отужинать в компании родителя и упасть "замертво" в объятия собственной кровати, не поднимаясь дня два. Мечты… Громкий стук в дверь заставил слегка встрепенуться, даже удивиться. Уж наверняка не отец топтался за закрытой входной дверью... Впрочем, мне тогда было даже лень строить предположения, поэтому просто двинулась отпирать дверь. Но от этого ощущения даже следа не осталось, когда я ее открыла, встретившись взглядом с тем, кто стоял на пороге.
Морнэмира я не видела, казалось, столь давно, что впору забыть, как он вообще выглядел. Но нет. Хотя он изменился, очень, но не настолько, чтобы его образ в памяти затерся насовсем. Усталость и иже с нею, как рукой сняло. Невообразимо было описать все те чувства, что дали о себе знать в этот момент, да так «огрели» по сознанию, что я проторчала, взирая на него, как мне показалось, неприлично долго. Пришлось даже извиниться за свою нерасторопность, которая, видимо, и его озадачила, ибо появилось стойкое ощущение какой-то натянутости в обмене приветствиями. Поначалу. Возможно, что мне просто показалось, ибо я в тот день была действительно «потеряна» и оценивала все, как будто пребывая за туманной ширмой.
Тем не менее, его появление подействовало, как поток ледяной воды на сознание и заставило воспрять, забыв о прежних желаниях. Братья были в последнее время либо редкими гостями в отчем доме, либо я их попросту не успевала застать из-за работы, на коей, порою, пропадала сутками. Поэтому да, присутствие Морна стало эдакой отдушиной, возможностью отвлечься от серых будней, узнать что-то новое. Его истории всегда были увлекательны, будоражили сознание, заставляли мечтать о далеких землях… Хотя, для начала, Морнэмира пришлось немного растормошить. Казалось, что-то незримое постоянно витало подле нас и мешало ему почувствовать себя действительно дома. Однако, спустя время, это непонятное напряжение начало отступать, да и появление отца сделало свое дело, как и сытный ужин в семейном кругу, пусть и не полном, у камина да с бокалом вина. Время за беседами пробежало настолько быстро, что до постели добралась только под утро.
Морн приехал ненадолго, что нисколько не удивило, но все же опечалило. Мало времени, всегда его так мало, особенно, когда хочешь побыть с тем, кто сердцу дорог. Меня не покидало чувство того, что что-то было не так, как должно, но что – я и по сей день не могу понять. Пожалуй, попытка понять, ровно, как желание провести с братом больше времени, пока была такая возможность, подтолкнули взять от работы пару-тройку отгулов, чтобы их целиком и полностью, посвятить ему.
Эти дни стоили того, чтобы запечатлеть их в памяти, переполненные искренними чувствами к тому, чей образ занимал в сердце вторую ступень, после отца, а к душе же и вовсе стоял непозволительно близко. Как так получилось, мне трудно сказать, а мысленно возвращаться в тот отрезок прошлого, что был с этим связан, до сих пор больно. Я признаю, что не смогла справиться с болью и пошла самым легким путем - просто взяла да заперла весь тот кусок воспоминаний на огромный замОк, опасаясь его затрагивать. Все они, без исключения, попали под запрет, пусть кроме смерти от оного веяло и душевным теплом того, кто не дал мне утонуть в омуте душевной боли. Но это все лучше оставить в прошлом...
За эти несколько дней мы провели непозволительно много, с точки зрения моей привычной занятости, времени вместе. Сколь много я узнала о том, где он бывал, чем занимался и где хотел бы побывать, сама не осталась в долгу, хотя что мои скучные истории против его?! Время стремительно бежало, а мне казалось, что все эти рассказы балансируют на грани какой-то фантазии, нереальности. Увлекательные, завораживающие, как и образ брата, что повествовал подле, что словно в тот момент переживал события недалекого прошлого, о коем повествовал. Что-то незримо менялось в нем в эти мгновения, притягивая взор, словно подтверждая правдивость слов. Пожалуй, именно поэтому, заслышав парочку рассказов о том, что он несколько раз (как минимум, вряд ли поделился всеми случаями) едва не распрощался с жизнью, я подалась импульсу и на следующий день, когда Морн должен был вновь вернуться к своим водным просторам, сделала ему подарок – одно из двоих колец «Пульс жизни». [float=left]http://s2.uploads.ru/xY9vX.png[/float]Я бы не приняла отказ, он это прекрасно знал. Несмотря на то, что ни разу не заикнулась о том, что лучше бы он бросил столь тейаровски опасную профессию, вряд ли от него ускользнул посыл. Кольцо стало своеобразной попыткой успокоить душевные треволнения, не более. Боязнь потерять еще кого-то из близких, пожалуй, до самого конца бытия будет цепко держать мое сознание. А так я хотя бы могу быть уверенна, что он жив, хотя даже не берусь предугадывать, что случиться, если артефакт "сообщит" об обратном...

Отредактировано Альвэри (2018-01-30 02:47:59)

+2

7

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

12 число месяца Страстного Танца
1647 год от подписания Мирного Договора.

http://sf.uploads.ru/t/GuwK0.png

Устала. Ужасное состояние. Давно себя так разбито не чувствовала. Мысли едва могу собрать во что-то цельное и последовательное. Необходимость отдохнуть не просто витает вокруг меня, а валит с ног в прямом смысле. С трудом удалось организовать спальное место в гостиной, оставляя Морну спальню в полное распоряжение, ибо еще пара ночей в кресле и перестану воспринимать реальность по утрам. Он пришел в себя, что уже само по себе не может не радовать, избавляя от необходимости наблюдать за его состоянием ежесекундно.
Сегодняшний день прошел более, чем продуктивно. Я смогла добраться, наконец-то, до "стен" Гильдии, сообщить об произошедшем, составить подробный отчет, который должен попасть в руки Инквизиции. На это ушло столько времени, что до дома добралась лишь под вечер. Вспомнила о забытой некогда повозке, что так и осталась стоять возле телепорта, дожидаясь меня. Дивная вещь. Понятия не имею, как она ко мне «прибилась» и почему, но раз хозяина более не нашлось, или с места сдвинуть не вышло ни у кого, грешно разбрасываться таким добром. [float=right]http://s4.uploads.ru/jFdKE.png[/float]
Сегодня же успела переговорить с братьями. В который раз благодарю Ильтара, что некогда послал этих ребят мне в помощь, ибо без них уже, как без рук. Особенно это становится заметно, когда что-то происходит вне зависимости от моего желания и возможностей. Вопрос наполнения стоит слишком остро и им необходимо заняться в кратчайшие сроки, да, но я позволю себе это еще немного отстрочить… Как только Морнэмиру станет немного легче, сразу же и займусь, в противном случае в голове будет сплошная каша.
Не получается отмахнуться от того, что едва не погубило брата, хотя, казалось бы, все, что смогла на текущий момент – сделала. Надеюсь на то, что мой отчет в скором времени попадет куда нужно, ибо он прав. Он во многом прав, но это не умаляет того, что, пока что, он бессилен что-либо изменить и я рада, что брат нашел в себе силы отступить, что удивило и насторожило одновременно. Пожалуй, я впервые столкнулась с его нравом, кардинально отличающимся от того, который помнится, и интуитивно словно жду ожесточенного сопротивления, что может последовать за любым несогласием с моей стороны. Привычно уже, но последует ли он? В сей день и намека не было. Это озадачивает, сбивает с толку. Непривычно пересматривать свое отношение, когда что-то конкретное ожидаешь от окружающих и это "что-то" не показывает себя. Похоже, я больше готова к «сражению» со всеми вытекающими, нежели к разумному отступлению со стороны внезапного оппонента. Странное послевкусие, казалось бы, ничего не значащей сцены, но оно не дает покоя, когда появляется свободная минута на «поразмыслить».
Впрочем, чему удивляться, ведь мы фактически друг друга не знаем, несмотря на родство и те немногие моменты из прошлого, что удалось провести вместе. Тогда мы просто пользовались шансом украсть немного времени и забыть о повседневности, не задумываясь ни о чем, не пытаясь толком рассмотреть друг друга. Нас устраивала красивая, «теплая», приемлемая обертка, что помогала забыться. Сейчас же, оказавшись в несколько нестандартной, для обоих, ситуации, понимаю, что не знаю его насколько хорошо, как хотелось бы. Это создает некий дискомфорт, опасения, что не смогу принять его таким, каков он есть, если подобное будет постоянно повторяться. Вряд ли у него хватит терпения уступать все время, это было заметно и сегодня. Ни капли смирения, лишь подчинение сложившимся обстоятельствам. И вряд ли у меня получится не противостоять ему, хотя я словно на распутье – не хочу причинять ему боль, быть причиной натянутости в отношениях, и в то же время мне сложно перешагнуть через себя.
Пожалуй, в этом вся я… Привыкла полагаться лишь на себя, прислушиваться к себе, считаться только с собой. Впору задуматься о том, как правы все они, только, что это меняет? Ничего, совершенно. Прошлого не изменить, да я и не стремлюсь. Мне не удалось в относительном покое пережить то, что осталось погребенным под снегами Мандрана, но из-за того, что пришло следом, мысли не находят времени сего касаться. Вестимо, стоит благодарить Высшие силы за столь извращенную помощь, ибо не желала я душевную боль прикрывать ранами близкого, даже, если это возымело свой эффект. Сайленсс была права, вряд ли я смогу забыть, но, возможно, просто смириться с этим будет ничем не хуже…

+3

8

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

13 число месяца Страстного Танца
1647 год от подписания Мирного Договора.

http://sg.uploads.ru/t/po6Tw.png

Ночь прошла относительно спокойно. Действия зелья хватило, чтобы брат не беспокоился во сне и не тревожил тем самым рану. Мне же удалось кое-как отдохнуть, пусть и больше дремала, прислушиваясь к малейшему шороху, нежели спала, но и того достаточно на текущий момент – непозволительная роскошь, да. Чувствовала я себя поутру многим лучше, тем более, что за заботами оное проскочило мимо, практически не запомнившись. До сих пор тяжело осознавать произошедшее, глядя на, хвала Богам, живое воплощение всего случившегося. Как бы я не старалась, но пока что не могу к его присутствию привыкнуть. Оное словно сковывает, не дает развернуться в собственном доме...остается надеяться, что просто привыкну.
За день успела вновь посетить книжную лавку, забрать каталоги, кои составили братья по моей просьбе. Оную им озвучила сразу по возвращению еще, предоставляя достаточно времени. Каталоги заняли собой почти все свободное время до самого вечера, который я встретила на террасе. В этом промежутке нас также посетил Маркус и пока он занимался осмотром «своего подопечного», не стала им мешать. Морн был в сознании и мог сам отвечать на вопросы лекаря, мы же после поговорили за чашкой чая на террасе. Дагрэ вновь обнадежил, обещая в скором времени добыть из имеющихся материалов что-нибудь получше поддерживающих зелий и мазей, что лишь облегчают участь раненного, но никак не способствуют скорому выздоровлению. Надежда, пусть призрачная, но что нам остается? Я, в свою очередь, рассказала-таки, что, возможно, отравило организм брата, на что похож яд, как он разрушается, обойдя и место действия, и при каких условиях он получил увечье – то ему знать незачем. Влияние же на пострадавший организм алхимик видел собственными глазами.
День уже клонился к закату, когда пришла Сайленсс, причем не с пустыми руками, как некогда и обещала. Привычно ее появление было сродни небольшого урагана в относительно тихом доме, особенно учитывая развеселый настрой, что явно был следствием не только прекрасного, летнего дня. Впрочем, на нее досадовать долго не получилось, как всегда. Да и брат отреагировал на ее присутствие более, чем спокойно, и без особой скованности поддержал разговор. Вероятно, в этот момент поняла, сколь тяжело ему переживать собственную, пусть и временную, немощность. По сути, одному, наедине с трезвым осознанием произошедшего, мыслями о возможном грядущем и чувствами, кои диктует долг, жизненная позиция и прочее. Тогда поймала себя на мысли, что я не столько облегчаю его участь, сколь усугубляю, пусть и не в физическом плане. Понимание сего неприятным осадком отдает до сих пор…
Тем не менее, Сай внесла некую толику веселья в сей летний вечер, за что, пожалуй, стоит сказать ей отдельное «спасибо». Однако, когда оставались наедине, она упорно избегала вопросов о том, что мы обговаривали ранее, отшучиваясь, либо переводя разговор в иное русло, я не стала настаивать. Уже то, что она пришла и «светилась» довольствием, даже, если оно показное, было хорошо, исходя из ее же рассказов прежде. Все, что ей нужно было еще получить касательно иштэ – унесла под залог обещания вернуть обратно. Полагаю, еще не раз вот так вот прибежит. Кабы только не приносила с собой вино, а то придется еще одну лавку открывать рядом с книжной. На ее вопросы, касательно присутствия Морна в моем доме и в столь плачевном состоянии, лично от меня, Сайленсс получила ответ в своей же манере, чему не особо расстроилась, или не подала виду. Казалось, она пребывала в какой-то легкой прострации, что настораживало и неприятно «зудело» до скончания ее визита, да и после мысли возвращались к этой темноволосой особе. Однако сейчас мне совершенно не хочется влезать в сие, да и, как показало былое, я не тот советчик, который способен помочь в делах подобного толка. Мне бы со своей душой разобраться, а не лезть в чужую. Надеюсь, со временем у тебя все наладится, ты к тому явно стремишься.  И пусть тайное оным и остается, если в том есть необходимость, да и зачастую это лучший из возможных вариантов...

+3

9

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

23-24 число месяца Страстного Танца
1647 год от подписания Мирного Договора.

http://sf.uploads.ru/t/BvlEe.png

Последние 10 дней выдались отнюдь не легкими. Кроме отчета, который, я надеюсь, попал уже в руки инквизиторов, еще было отправлено письмо в ведомство ВМФ Мандрана о местоположении и текущем состоянии брата. Ответа, лично я, не дождалась, что на текущий момент не самая большая головная боль. Также, с помощью своих «ласточек» я пыталась выяснить, что за собой повлекли события в фактории Розенторн, однако они ничего не смогли узнать за все это время. Не мудрено, ибо ни я, ни, соответственно, они не знают, что конкретно нужно искать, кроме как, растворившегося в воздухе, яда. Действительно, темная история, конец коей явно еще не наступил…
Рана Морнэмира практически не изменилась в своем состоянии и выглядит устрашающе. Благо, хотя бы не гноится и не воспаляется. Такое чувство, что проклятый яд заставил ее застыть в каком-то временном промежутке, дабы дольше мучить пострадавшего. Я уже и не надеялась, что Маркус, который стал частым гостем, сможет что-либо сделать. Это все действовало удручающе. Я понятия не имела, что делать, пусть и старалась не показывать того. Пожалуй, за это время постоянного ожидания «чуда» и в заботе о брате, сама не заметила, как его присутствие перестало отзываться своеобразным дискомфортом, а в сознании поселилось явственное – он есть. Наверное, это принесло некую, пусть зыбкую, но легкость в отношениях, стирая натянутость, коя долго еще ощущалась после той, пусть короткой, перепалки. Да и после первого визита Сай 13 числа, я старалась хоть как-то компенсировать его одиночество и отсутствие привычного общения, когда он бодрствовал. Хотя бы немного, но иногда даже казалось, что мы возвращались в былые времена, с их беспечностью.
Змея периодически совершает «набеги», меняя книги и оставляя после себя пакет со всевозможными сластями. У меня появилось стойкое чувство, что она пытается сделать из меня нечто круглое и смешное. Если так пойдет и дальше, то от одного вида вкусностей таки начнет тошнить, что, пожалуй, будет не самая большая утрата во вкусах. Касательно ее изысканий… Она упрямо не распространяется о результатах, как и о продолжении своей «истории», я же придерживаюсь выбранной позиции невмешательства, больше для приличия интересуясь, раз обоим так комфортней, и молча уповаю на успех ее дел на всех поприщах. Может хоть чьи-то поиски, стремления и шаги, на пути помощи себе да близким, увенчаются успехом, а не обернутся катастрофой и полным фиаско.
Вчера поздно вечером нас вновь посетил Дагрэ, что несколько удивило, ибо он предпочитал первую половину дня посвящать визитам. Впрочем, когда он сообщил, что стало целью оного, я забыла о внезапном несоблюдении своих же привычек. Алхимик принес очередное зелье, что, как он надеялся, таки должно сдвинуть состояние брата с мертвой точки в лучшую сторону и уничтожить остаточный след отравы в организме. Честно, я доверяю ему, лекарь с золотыми руками, но столько провальных попыток накладывают свой отпечаток даже на такую веру… Однако, особого выбора у нас не было и Морнэмир вновь испробовал очередное, алхимическое варево. За то время, что Маркус провел у нас, естественно, ничего не изменилось, даже если он и ожидал чего-то иного. Поэтому, оставив рекомендации на пару с обновленными зельем для обезболивания и мазью для раны, в коей также сменил состав, основываясь на имеющихся материалах; предупредив о возможным побочных эффектах, лекарь нас покинул.
Как оказалось, зря, но среди ночи я не стала за ним бежать, а вот мысленно проклянуть успела, пусть и не со зла. Это его снадобье таки дало о себе знать, когда, казалось бы, ничего не предвещало «беды» и почти весь дом погрузился в сон. Я не успела даже глаз сомкнуть, как пришлось вернуться в спальню.  Состояние Морна резко ухудшилось. Это было видно невооруженным глазом. Казалось, лихорадка, о коей давно забыли, вновь вернулась, чтобы взять то, что не смогла в первый раз. Из слов брата было ясно, что боль в ране возросла в разы, хотя внешне ничего не изменилось. Я даже повязку сняла, чтобы убедиться, что швы не расходились по живому. До взбудораженного сознания с опозданием дошло, что это и есть те самые побочные эффекты, о коих предупреждал Дагрэ, но почему-то оные представлялись не столь мучительными и длительными. Морн стоически терпел, обливаясь потом от волн боли, что видимой судорогой проходили по телу, и уже за это говорить «спасибо» Маркусу не хотелось. Зелье, что оставил лекарь для облегчения участи, едва спасало, и практически вся ночь прошла в общей борьбе непонятно с чем, в надежде на то, что это все вот-вот прекратится. Я вновь боялась оставить его одного даже на какую-то долю секунды.
Все закончилось так же внезапно, как и началось, едва небо за окном начало сбрасывать с себя покрывало прошедшей ночи, знаменуя начало нового дня. Морнэмир погрузился в сон, стоило отзвуку последней судороги боли пройтись по телу, а ощущениям покинуть изможденный организм, буквально обессилев от борьбы. Я же сама не заметила, как последовала его примеру, едва успев выдохнуть с облегчением. Очнулась лишь ближе к полудню, и то благодаря ненавязчивому стуку в дверь. Брат еще спал. После такой тяжелой ночи и будить не стала.
«Нарушителем» покоя оказался Роберт. С ним же и провела оставшуюся часть дня, решая дела хозяйственного порядка, что помогло хотя бы немного отвлечься, окончательно проснуться и кое-как влиться в прежний ритм. Я искренне надеюсь, что эта побочка – разовое явление и оное не повторится… В этом уверил и Маркус, что посетил нас сегодня вечером, выслушав подробный отчет со всеми ремарками с моей стороны. Порою я поражаюсь его невозмутимости, пусть она и оправдана, но сейчас мне тяжело было сие воспринимать, как должное. Впрочем, грядущая ночь покажет.

+3

10

Выдержки из дневника памяти.
http://s4.uploads.ru/t/wvsG3.jpg

http://s1.uploads.ru/i/ktDAx.png

10 число месяца Хитрости Криури
1647 год от подписания Мирного Договора.

http://se.uploads.ru/t/qx2da.png

Какая же жаркая пора настала – невообразимо даже описать. Лишний раз удивляюсь, почему предпочла осесть в той части мира, где в сию пору не найти снега. Впрочем, этим летом меня больше волнует иное, чем поиск спасения от солнечных лучей и духоты. Наконец, могу с облегчением сказать, что Морнэмир почти оправился от раны, полученной еще месяц назад. Зелье Маркуса, что изначально проявило себя столь неблагосклонно касательно организма брата, таки оказалось той «панацеей», что алхимик так долго искал, а мы терпеливо ждали. Пусть не сразу, но оно подействовало, наконец, благотворно повлияв, как на заживление ран, так и на состояние Морна в целом. Уже после недели постоянного приема этого снадобья были видны результаты, коих не смогли добиться за две недели до того никакими способами. Стоило ли говорить, как сему факту были рады в этом доме?
На текущий момент рана на его плече затянулась, знаменуя место лишь уродливым шрамом, очередным… Морнэмир теперь самостоятельно и свободно передвигается как по дому, так и по придомовой территории, начав тренировки, дабы возобновить дееспособность поврежденного плеча. С каждым днем он заметно воодушевляется своим выздоровлением, что не может не радовать. Уже привычно каждое утро видеть его, занимающимся с мечом, «танцы» с коим порою по-своему завораживают.
Брат менялся на глазах, явно надеясь, а может и ощущая, скорое избавление от вынужденного недуга. Он был последовательным в своих словах и обещаниях, кои давал, поэтому, за все прошедшее время, не возникало особых конфликтов по поводу и без, несмотря на мои опасения. Как-то удалось перешагнуть недопонимание, что возникло в первый день его пробуждения, и невосприятие взглядов на случившееся, да и не только. Хотя сегодня это зыбкое взаимопонимание пошатнулось, как оказалось впоследствии, больше из-за моей внезапной вспыльчивости, коей я до сих пор не могу найти оправдание.
Сегодня должны были привезти книги, которые были мною заказаны для пополнения книжный полок в лавке, поэтому, в первую очередь, утром я направилась туда. Но спустя несколько часов, так и не дождавшись и попросив Эриха сообщить в случае чего, вернулась в дом. Морнэмира, как обычно, нашла в саду. Под лучами еще не столь жаркого, утреннего солнца, он что-то читал. Что именно это было, не успела ни спросить, ни увидеть, ибо явно подоспела к концу ознакомления с бумагой. Возможно, и не стала бы интересоваться, ибо раз оное столь поспешно было спрятано, значит не для чужих глаз адресовано, но... Пожалуй, уже в этот момент что-то внутри воспротивилось признавать факт скрытности со стороны брата обыденным и не стоящим внимания. Поведение же его в следующее мгновение не только не успокоило внутренний осадок, но еще и  сильнее его всколыхнуло. Он просто взял и ушел, не сказав ни слова. Честно признать, это меня столь сильно раздосадовало, что тяжело описать даже в сей момент, когда все позади. Я давно не чувствовала такого сильно всплеска всепоглощающего раздражения и злости. Казалось бы, причин на то не было, но не могла ничего поделать, и чтобы немного остудить пыл неуместно вспыхнувших эмоций, я вернулась в книжную лавку и занялась привычным делом. Стоит ли говорить, что мысли то и дело возвращались к брату? Впрочем, вскоре привезли долгожданное пополнение и, на какое-то время, я смогла-таки отвлечься. Вернулась в дом, когда день потихоньку клонился к своему завершению, освободив братьев от работы раньше, как и закрыв книжную лавку. Морнэмир, как оказалось, вернулся и разместился в гостиной. Он растопил камин (это в самый разгар лета!), в коем еще успела приметить остатки письма, да спокойно попивал себе вино, насколько я могла судить, лицезрев и откупоренную бутылку на столике подле, и серебряный кубок в его руке, явно не пустующий. Раздражение вновь коснулось сознания, но Морн не дал сему чувству разрастись до прежних масштабов...

Отрывок

[float=left]http://s9.uploads.ru/t/ocU53.png[/float]
Этот день во всем был похож на предыдущий, и лишь несколько неуловимых, едва заметных штрихов меняли все. Догорающая в пламени камина бумага с расплавленным сургучом. Безмолвно застывший в кресле капитан, глядящий, кажется, в саму пустоту. Большой, красивый черный ворон, сидящий на голове декоративного бюста и внимательно, почти понимающе следящий за эльфом. Тишина, похожая на затишье перед бурей – или на вечный покой навсегда застывшего сердца. Вернувшись и застав эту картину, можно было бы сильно удивиться.
– Рад, что ты вернулась, Альвэри. Я давно должен был все тебе рассказать. – голос брата звучал отстранено и тихо, исполненный грустью, сравниться с которой может лишь судьба обреченного на вечные муки. – Но не находил в себе смелости. Присядь. Пожалуйста.

Девушка молча последовала просьбе, слегка настороженно следя за мужчиной в кресле. Он говорил, не спеша объясняться и оправдываться, вообще никуда не спеша – обстоятельно, медленно, в подробностях. Подробный конспект всего произошедшего с того злополучного дня. Он говорил, не глядя в лицо, словно страшился увидеть в нем презрение и гнев. Впрочем, чего теперь страшиться?

–…такая «традиция» сложилась давно. Мы закрываем глаза на мелкие шалости – вроде вина и специй вне королевских акцизов, а они обеспечивают нас дополнительным жалованием и сдают самых отбитых, убийц и работорговцев. Джентльменское соглашение, если хочешь. Когда я узнал – нужно было что-то решать и немедленно... Все бы обнаружилось ранее, если бы проверка не ограничилась магическим осмотром – но это дерьмо, судя по всему, не имеет в своем составе ни капли магии… – в словах лоддроу звучали сожаление, спокойствие и гордая уверенность обреченного. – Задавалась ли ты вопросом, почему на складе с пиратами оказался я лично? Почему повел горстку людей в атаку, почему не ударил магией или не разнес все из пушек, стоило бы только кораблю покинуть остров?

Честно говоря, нет. Она о том не думала совершенно. Было не до того, ибо, как выразилась некогда, ей было плевать на то, что да почему случилось именно так. На тот момент ее сие никаким образом не волновало, да и после едва пыталась проанализировать случившееся с точки зрения здравого смысла. Не зная обстоятельств, причин, что привели к этой трагедии, тяжело было о чем-то судить вообще. Имея же на руках, возможно, единственно выжившего свидетеля, вовсе было не до размышлений сродни "Так почему же?". Эти мысли коснулись сознания только сейчас, в промежутке между произнесенным признанием и тишиной, что воцарилась после. Аль продолжала хранить молчание.

На мгновение остановившись, Морнэмир поднес к губам сияющий серебром кубок с темно-алым вином. В горле сохло от ожидания, но он должен был продолжать.
– Мортидо, Аль. Стремление к смерти. Я должен был это сделать, не дать уйти, хотя бы попытаться, пусть и ценой жизни. Но из того ничего не вышло, я с треском провалился. Я мертвец, сестренка. Когда инквизиция узнает о моей роли во всем случившемся, мои дни будут сочтены. А погибнуть в бою для офицера все же лучше, чем на виселице, не находишь?
Еще несколько секунд молчания давили, как свинцовый обруч. Что оставалось думать? Чему верить? Черный ворон одобрительно каркнул и, взлетев с бюста, опустился на здоровое плечо эльфа, обнимая крылом и сверля умными глазами горящую пустоту впереди.
– Я не хочу оправдываться. Я не просто преступник – я преступник, который ошибся. И только я должен исправить свою ошибку. Вот почему я просился обратно. Для того, чтобы остаться в твоей памяти прежним. Не изменником, болтающимся на виселице. Ведь ты – все, что у меня есть. Было. Вот и все, сестренка. Теперь ты знаешь, что давно должна была знать.

Какое-то время она продолжала молчать. Откинувшись на спинку дивана, со сложенным под грудью руками, лоддроу изучала потолок своей гостиной, словно и не слышала всего того, что ей, все же, решил поведать брат. В комнате воцарилась относительная тишина, что могла даже показаться кому-то гнетущей, словно затишье перед бурей.
- Ты дурак, капитан Фенрил, - спокойный голос «рассек» тишину и Аль поднялась с насиженного места, подойдя к креслу на коем восседал мужчина, остановившись за ним и облокотившись о высокую спинку.

— Я знаю. А теперь знаешь и ты.
Морнэмир не стал спорить. Откинувшись на спинку кресла и положив руки на резные подлокотники. Он продолжал смотреть в огонь, что никогда не был его стихией.

Ворон на плече мужчины заставил держать некую дистанцию, но Альвэри продолжила, словно и не услышав слов брата в ответ на свое изречение, как игнорировала обреченный тон его голоса:
- Если бы за подобного рода «преступления» таки наказывали по всей строгости закона, как то озвучил ты, то добрая часть Фатарии уже кормила вот таких вот премилых птиц, - девушка бросила короткий взгляд на ворона. – И я в том числе… Да, ты ошибся. Я могу понять величину той вины, кою ощущаешь, но не ошибаются только идиоты, Морнэмир. Если ты жив, значит не пришел еще твой час и таково решение Высших сил, не нам с ними спорить. И раз на то пошло, возможно, тебе предоставлен-таки шанс все исправить, хотя бы косвенно. Собственно, как и вина твоя в этом всем лишь косвенна.
Аль передернула плечами. Услышанное надежно засело в сознании и рассудок теперь был занят анализом ситуации, а также того, что можно было бы сделать конкретно ей. Кроме того, раздражение и прочие нелицеприятные эмоции, что владели ее душой после утреней встречи с Морном, разом сошли на нет. Она в нем ошиблась, внезапно почувствовав себя виноватой за неоправданную вспышку, пусть он об оной и не ведал даже. То, что капитан открылся перед ней, говорило о многом, ведь сего он не собирался делать, если вспоминать их первый разговор. Осознание того, что он ей таки беспрекословно доверял, грело душу.
Лоддроу отошла к окну, в задумчивости устремив взгляд в раскинувшийся перед домом сад. Конечно, ей по-прежнему хотелось пресечь необдуманные поступки со стороны Морна, как-то поспособствовать нахождению разумного решения, но сейчас, когда он мог сам о себе позаботиться, подобное сделать было сложно, если только брат продолжит прислушиваться исключительно к доводам страдающей совести, а не рассудка.

Языки пламени танцевали свой вечный фокстрот на пепельных останках письма, рассыпавшихся среди углей, отражаясь в зеркалах души погребальным костром того, что никогда не вернуть. Ворон, словно поняв что-то, вновь взмыл вверх и, хлопая крыльями, каркнул нечто похожее на до боли изъезженное слово.
— Когда придет время, я исправлю свои ошибки. И буду счастлив, если ты будешь со мной.

Крик ворона неприятно резанул слух, отвлекая ее от мыслей, что пчелиным роем гудели в черепной коробке. Аль бросила взгляд через плечо, молча пронаблюдав за поведением птицы, однако в следующее мгновение от созерцания сего отвлекли слова Морнэмира. Лоддроу изогнула бровь, поворачиваясь. Тон его голоса по-прежнему желал лучшего, мужчина явно уж сильно изъел свою душу от безысходности, вызванной травмой и в другой ситуации она бы на то ткнула бесцеремонно, однако не это сейчас привлекло ее внимание. Казалось, лишь одной фразой он смог коснуться струн ее беспокойной души и получить своеобразный отклик. Толика недоверия скользнула в голубых глазах, почти сразу померкнув. Он не дал ни одного повода сомневаться в себе, так стоит ли это делать сейчас. Очередное подтверждение доверия со стороны старшего Фенрила, кое многого для нее стоило, как оказалось. Впервые за столь длительное время ей не приходилось доказывать свою точку зрения, не приходилось спорить, продираться через чужое восприятия, раздирая себе и кому-то душу в клочья. Впервые кто-то протягивал руку, чтобы принять ее помощь, а не отталкивал ее за ненадобностью, пытаясь самому справиться с тем, что лежало поперек жизненного пути, или не пытаясь это делать. Впервые показывал своеобразную слабость, имея при этом железную силу воли и желая что-то изменить, а не оставить все, как есть. И что-то ей подсказывало, что даже, если такая взаимопомощь натолкнется на непредвиденные преграды, даже, если им не удастся преодолеть их, ей не придется столкнуться ни с горечью от подобного сотрудничества, ни с сожалением, ни с ненавистью и взаимными обвинениями. Лоддроу задумчиво глядела на брата, что не сдвинулся с места ни на сантиметр, продолжая наблюдать за языками небольшого пламени в разожженном камине. Она словно впервые его увидела и не сказала бы, что этот образ ее разочаровал.
Спустя несколько долгих минут, Альвэри, так же молча, вернулась к креслу, вновь остановившись за резной спинкой. Она чуть склонилась, положив ладони на мужские плечи и немного сжав их:
- Не тебе о том беспокоится уж точно. Я буду рядом, если такого твое желание, - мягко произнесла девушка.
[float=right][mymp3]http://my-files.ru/Save/fxjw00/ost-rekviem-po-mechte-lux-aeterna-fortepiano_(mp3CC.com).mp3|Мелодия)[/mymp3][/float]В этот момент душа полнилась столь сумбурными чувствами, вызванными признанием Морнэмира и его последующими словами, что она боялась добавить еще что-то, дабы не нарушить сие зыбкое ощущение полного доверия. Хотя, в силу нрава, как и жизненной привычки, в какой-то момент захотелось добавить с иронией, что вряд ли ее присутствие является счастливым случаем, неважно для кого, но она все же промолчала. Взгляд «упал» на клавесин, что давно не чувствовал прикосновения тонких пальцев. Почему-то в этот момент в голове «заиграла» мелодия, далекая своими аккордами от радужной, хотя легкая и затрагивающая. Вестимо, общее настроение не могло натолкнуть сознание на что-то более нейтральное, солнечное…

Не знаю. Меня до сих пор гложит какое-то двоякое чувство. Казалось бы, нечему подтачивать изнутри, столь огромный шаг сделан навстречу и от того на душе должно быть легко, но какой-то незримый осадок не дает полностью отделаться от того, что я что-то упускаю из виду. Возможно, просто более привычна к постоянному противостоянию и отрицанию, порицанию и критике каждого своего шага, недовольству и осуждению. Бесспорно, во всем том есть и доля моей вины, чего не отрицаю, однако же сейчас ничего схожего не проявилось, хотя я ждала, подсознательно. Очень непривычно со всем этим не сталкиваться, не раздумывать над тем - а стоит ли? Взвешивать все "за" и "против" иди плевать на них, ибо время не терпит, идти против желания близкого тебе человека, потому что так диктует внутреннее чувство и с этим сложно что-то поделать, ведь это...правильно. Внезапно у меня не возникло нужды во всех сомнениях. Странное ощущение...

+3


Вы здесь » За гранью реальности » Блоги персонажей » По ту сторону ледяной сущности.