fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » Посуда бьётся к счастью


Посуда бьётся к счастью

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s3.uploads.ru/sq92U.png

1. Участники:


Джафар Схешш

http://fatariya.ru/img/avatars/000e/4d/84/1548-1520028543.png

Молодой ассурит,
у которого свербело в хвосте


Эсмеральда Леонтайн

http://fatariya.ru/img/avatars/000e/4d/84/2540-1521410211.png

Правонарушительница, потому что нельзя
быть на свете красивой такой


Теодор О'Райан [NPC]

http://s4.uploads.ru/PWTZU.png

Простой гончар из Хартада,
сегодня точно не его день


2. Время действия:

5 число Хитрости Криури, 1647 год от подписания МД
(ближе к полудню)

3. Место действия:

Рынок Хартада

http://s6.uploads.ru/d/7e5oP.png

4. Описание ситуации:

Сегодня алхимическая лавка «Гальвано» закрыта: господину Хеззъялу необходимо пополнить отравный… – простите – …товарный запас. И посему, найдя повод выпереть Джафара «по важному делу», он тотчас заперся в лаборатории. Тем лучше – негоже в этот славный летний денек неженатому ассуру в расцвете его юных лет прозябать среди полок, пробирок и склянок!
Джафару поручена важная миссия: взять в амбаре мешок и сходить на базар за крупой. Без нее ведь и каши не сваришь, и похлебка жидка, не говоря уж о хлебе… Но заткнувши за пояс мешок и кошель, ассури не сильно торопится загрузиться крупой – небо чистое, солнце еще невысоко, на базаре, куда не взгляни, всё так дивно и ново, а уж с мешком на плече не нагуляешься вволю! Очень кстати для такой ситуации в толпе он замечает девицу, в чьих змеиных зрачках видит что-то невероятно родное…

Отредактировано Джафар Схешш (2018-04-17 20:53:10)

+1

2

– Доброе утро, Кэс~! – поприветствовал Джа с характерным акцентом и неизменной змеиной улыбкой зеленщицу, проходя между продуктовых рядов. – Здравствуй, Джаспер! Что-то долго ты спишь, утро было часа три назад… – откликнулась Кэтрин, демонстрируя полупустую корзину, в которой она на продажу носила душистые травы.
Как ни странно, но прожив в этом городе чуть меньше месяца, Джафар – или Джаспер, как он здесь предпочитал представляться – перезнакомился едва ли не с половиной хартадских торговцев, и даже успел подружиться с парой местных девиц… Для него, чрезвычайно общительного, а вместе с тем вежливого и приятного юноши это было несложно! О серьезных намерениях, впрочем, тут речи не шло – за бытовыми заботами, которыми практичный Кассиопей всегда старался его загрузить, Джафару было не до всяких «любовей». Хотя тягучая и густая тоска уже не раз одолевала его в тишине, он не знал, как с ней справиться: ведь где-то там, примерно на северо-запад, жила паладинка Эльмора, не шедшая в сравнение ни с кем – будь то зеленщица Кэти, или разносчица из ближайшей таверны... О «феях» из ночных заведений он даже не думал, хотя темноволосые эльфийки и среди них попадались.
Жизнь вдали от родительских глаз, независимо от решений и взглядов его строго деда, казалось, и была той мечтой, к которой Джафар так упорно стремился… Но, все-таки, что-то в ее воплощении было не так. Кассиопей разделял его взгляды во многом – он, точно также не желавший выстраивать жизнь по указке отца, выбрал собственный путь и пока что успешно справлялся со своим новым делом. Касс, как и его змеехвостый товарищ, был молод и полон идей, но развлечения, которые ни коим образом не касались алхимии, василиск не ценил: ни тебе хмельных пирушек, ни гостей, ни девиц. А коротать свои дни напролет за лабораторной горелкой (даже если в результате могло получиться что-то весьма любопытное) Джафару казалось занудным. Приходилось самостоятельно разживаться компанией, даром что небезызвестная книжница Фенрил, проживала поблизости… Но и с Альвэри увидеться возможности так и не выдалось – то в отъезде была, то делами загружена; вот и стали походы на рынок первым способом как-то скрасить тоску.
День сегодня был ясный, погожий, и по этому поводу Джафар пренебрег даже верхним халатом, выйдя из дому в одной тонкой белой рубахе и штанах-шароварах, став чуть более схожим с хартадцами. Южанина в нем выдавали сегодня лишь забавные тканые туфли, расшитые бисером, и белый лоскут, укрывавший змеиные шею и голову от «палящего» летнего солнца, который был закреплен на макушке посредством золотистого обруча. На поясе у ассури был повязан широкий кушак изумрудного цвета, за который был заткнут вышивной кошелек и свернутый аккуратным рулончиком мешок для крупы. Ни оружия, ни иного багажа при себе у него не имелось – оно и понятно, не в дальний же путь. На базар…
– С~спеш~шить-то куда? – ответил он на замечание Кэтрин вполголоса – более убеждая себя самого, что ничего зазорного в его крепком сне и легкой праздности нет, нежели отвечая зеленщице. И, действительно, срочности в приобретении на базаре большинства видов круп нынче не было – до нового урожая было пока далеко, а остатки от старого не то чтобы мигом расхватывали. Это вам не пирожки из печи! И даже не живительная влага прохладного эля – вот он-то нынче действительно раскупался на раз, и у торговца с пузатым бочонком, укрывшегося под тенью навеса, уже выстроилась вереница замученных жаждой и скукой мужчин. Минуя торговца с бочонком, Схешш тоже внезапно почувствовал жажду и непреодолимую тягу отведать хмельного напитка…
- Эй, дружис~че. плес~сни-ка и мне! – смерив взглядом торговца, и для спокойствия души убедившись, что в оном ничего не выдает связи с гномами, попросил Джа, прилежно заняв место в очереди. Очередь двигалась быстро, и вскоре ассури получил столь желанную и прохладную кружку, которую сразу же начал прикладывать ко лбу и щекам: полдень незаметно подкрался и теперь скрыться от солнца на широких пыльных улицах Хартада было попросту некуда.
- Эх, ну и жарис~ча… - посетовал Джа сам себе на погоду и свободным краем от чалмы вытер со лба проступившие капельки пота. Пышная пена над элем растаяла – самое время было к нему приложиться, и тотчас горьковатая пряная жидкость приятно смочила иссохшие губы, пробежалась по горлу долгожданной прохладой… Чистое удовольствие! Довольный, грохнув опустевшей кружкой о деревянный прилавок, он двинулся дальше – теперь уже точно поближе к крестьянам, в крупяные ряды.
Единственное, чего Схешш не обдумал, было влияние летней жары на его организм: и без того «неподготовленный» к пьянкам, на жаре он умудрился захмелеть с первой кружки… Не то чтобы сильно, но его «мировидение» вдруг подернулось бархатной дымкой, а здравомыслие и всякая осторожность забились в дальний угол сознания. Так и хотелось что-нибудь еще отчубучить! – поэтому он начал мысленно складывать шутки, которые могли бы стать забавным зачином для диалога с продавцами крупы: – При нынеш~них ценах, гос~спода, с~ вами каш~ши не свариш~ А без вас~ и подавно… - бормотал он под нос сам себе, между делом посматривая по сторонам. Взгляд его зацеплялся то за одно, то за другой – яркий предмет на прилавке, массивное украшение на шее у мимо проходящей девицы, и тут… Джафар неожиданно для себя самого столкнулся глазами с прохожей, которая определенно была из родного народа – ассури! Взгляд сам собой прошелся по ней сверху вниз, в поисках «говорящих» узоров на теле (с налету он их не нашел), а на язык «навернулись» слова на родном языке: – Тхан с~акхии, то ман с~акхии… – что можно было перевести на всеобщий примерно, как «если тело прекрасно, прекрасна и душа», и в этом высказывании не было бы ничего предосудительного, если бы фраза не была обращена к незнакомке, которую Схешш без зазрения совести сейчас изучал визуально.

Отредактировано Джафар Схешш (2018-06-14 23:56:56)

0

3

Шагая вдоль стен и прилавков, девушка крепко держалась за ворот мантии одной рукой и второй - за ремешок своей сумки, продвигаясь вперед через толпу, которая к наползающему полудню становилась только больше. Эсмеральда уже несколько раз за утро успела пожалеть о своем выборе, за день до того указав пальцем на карте на город Хартад, посчитав, что одной мантии будет достаточно. В конце концов, змеелов не учла её пригодность, совершенно упустив момент, что накидка-то у нее не первый год.
Разностороннее движение ранка проталкивало ассури то взад, то вперед, чему она либо противилась, либо, наоборот, поддавалась, посчитав, что плыть по течению - лучшее (и легчайшее) решение. Единственный минус подобного действия - духота и ходьба под самым солнцем, из-за чего Эсмеральде первое время было нечем дышать, а ноги подкашивало в легком утомлении. «Как же хорошо, что это не Хершид… или Сонора… Невыносимо жарко. Кажется, меня сейчас выпечет насквозь». Она спряталась поглубже в капюшон, натянув его пальцами по глаза. В конце концов, Эсс просто постаралась плотнее прибиться к прилавкам, проскальзывая едва их касаясь и посматривая на имеющийся товар.
- Свежее мясо, свежее мясо! - кричал один торговец; - госпожа, не желаете приобрести прекрасные украшения? Вам пойдет вот это изумрудное колье! - перекрикивал другой, но Эсс лишь мотала головой и в отрицательном жесте махала рукой. Она пришла сюда не для этого.
Проскочив через эпицентр этой душной толкучки, девушка, наконец, небольшую портную лавку на окраине рынка.
- Ох, Эсмеральда, милая! - заметив ассури, женщина приятно заулыбалась, прикладывая руки к сердцу, после шагнув из-за прилавка и распахнув их для объятий, которые Эсс тут же приняла. Морщинки на лице ее не старили, а, наоборот, даже придавали какое-то легкое благородство ее и без того хорошему внешнему виду, - тебя давно в наших краях не было. Что-то ищешь? - Эсс сняла капюшон и, осторожно сняв с себя сумку, уложила ее на деревянный прилавок, оглядывая добрую женщину.
- Что верно, то верно, - мягко ответила ассури, понимая, что помнит эту мадам еще подростком, чьей матери она когда-то поставляла лекарства, - я вот что тебе принесла, - откинув мантию за плечо, девушка с ремешка осторожно сняла две маленькие пробирки с полупрозрачной жидкостью, отливающей легкой зеленью под солнечным светом, - помню, ты жаловалась на грызунов. Если ты все еще не разобралась с ними, то вот - можешь вылить это в их гнездовище и они перемрут, рано или поздно. Я сама так делаю, когда сталкиваюсь с крысами, - улыбаясь, Эсс протянула стеклянные пробирки Адриане - имя женщины, - которые та с радостью приняла, тут же отсчитав змеелову несколько сребров.
- А разве ты рептилий не крысами кормишь?
- Нет, я использую мышей.
Обменявшись пожеланиями удачи и добра, Эсмеральда сняла с прилавка сумку и, накинув ее на спину, поправила свою мантию, уже по-новой двигаясь вглубь рынка. Ну вот, денех подзаработали, к своим прибавили, а теперь - самое время закупиться. Теперь уже время точно било в полдень, а солнце заняло наивысшую свою точку. Казалось, что люди вокруг уже давно привыкли к подобной температуре, а некоторые ходили даже местами оголенные и словно бы не поддавались ожогам, которые тут же схватили бы белую кожу самой ассури. Видимо, в этот раз, все же, стоило надеть легкое платье, а не хвататься за соответствие личному дресскоду в виде брюк и рубашки. Только волосы на сей раз распущенны, ведь их так лень собрать. В первую очередь она двинулась в сторону торговцев водой и, наконец, освежилась, а потом немного потратилась на новую мантию зеленого цвета, тут же сменив ею старую, которую Эсс засунула в сумку пятого измерения.
Шагая по узкой тропе меж прилавков, ассури с облегчением двигалась вперед, желая как можно скорее выйти из массивного столпотворения, в какой-то миг скользнув изумрудным взглядом по чьим-то чужим, золотистого цвета, глазам, в которых она в тот же миг увидела дальнего "родича", пусть сначала и не предала этому значения, словно бы не заметив.
- Тхан с~акхии, то ман с~акхии… - слова на родном языке, явно направленные в ее сторону, заставили девушку моментально обернуться, не переставая делать шаги. На белом лице выступил легкий румянец и ассури пыталась было отыскать беловласого парнишку, но не прошло и секунды, как тут  же врезается в нее - или она в него? - что-то большое и массивное, почти заставившее девушку свалиться наземь, если бы та не устояла на попятившихся ногах. Еще секунда - грохот, крик и звук разбивающейся керамики, - ай-ай-а-а-а! Святые боги, мой товар! - а от вида разбитой глины и кучи осколков Эсмеральда рефлекторно зажала ладонями рот, виновато глядя на рыжего мужчину, который из ошарашенного тут же превратился в разъяренного, посылающего в сторону девушки пламенные искры из собственных глаз. Где-то внутри, в груди (но это уже не точно) болезненно сжалось сердце от надвигающегося ужаса и осознания (не) собственной вины. «Черт бы его побрал!»
- П-послуш-шайте, эт-то не… я не хотела! Это случайность! - проговаривала девушка, пятясь назад без оглядки и выставляя вперед руки, надеясь, что это сдержит напор надвигающегося мужчины; иначе, она в любой момент была готова дать ему отпор, хотя надежда на мирное решение вопроса все еще сидело у нее в голове.
- О как, значит? Случайность, значит? - в полголоса спрашивал разъяренный гончар, засучив рукава, - я сейчас покажу тебе её, случайность.
Эсмеральда взглянула в сторону торговца водой и в боевой готовности приподняла свои руки.

0

4

Скорей всего фатарийские боги, а уж Акал – так тот наверняка, смотрели сцену, произошедшую далее в «замедленной съёмке» – ох, а оно того стоило! Среди базарной суеты и многоголосого разночастотного шума две змеиных изящных фигуры, движущиеся в разные стороны, миновали друг друга. На ветру колыхнулся зеленой волной пола девичьего плаща, мягким шлейфом взметнулся над узкой спиной край головного убора на юноше...  А секундами ранее их взгляды коснулись друг друга – глаза, сияющие как изумрудные звёзды, смущенно опущенные после того, как в них заглянули глаза золотые, обжигающие, будто летнее солнце. Вселенная застыла на долю секунды, и где-то вне времени рассыпался звоном шутовских бубенцов смех безумного бога. Мир вновь завертелся, и... Залпом бьющихся о мостовую кувшинов, сотейников, мисок и кринок прозвучали «овации», и черепки красной глины фейерверком рассыпались в разные стороны.
Остановившись и округляя глаза, Джафар обернулся, почти протрезвев и устремив взгляд в ту сторону, где крупная фигура рыжеволосого мужчины - торговца керамикой, только что лишившегося целой груды товара, угрожающе возвышалась над той самой девушкой, у которой «прекрасна душа».
-  Не было печали – пикси накачали... – прошипел себе под нос Схешш, на автомате решая – куда ж ему «драпать» и на какой лучше скорости, но голос совести у него в голове все ж таки убедил его это не делать: - «Вот же, Тейар! Как ни крути, а я перед ней виноват...» - медленно разворачивая корпус тела в сторону происшествия, он уже морально смирился с тем, что обязан участвовать в устранении конфликта; но остаточный разум и природная хитрость в нем еще сопротивлялись: - «...а может, все-таки, не лезть? Не станет же он ее убивать...» - янтарные глаза покосились на разъяренного мужчину, закатывающего рукава, - «...или же – станет? Нет, надо срочно вмешаться!» - удрученно помотав головой, он двинулся к ассурийке и разозленному мастеру.
- Э-хей! Уважаемый, - обращаясь к мужчине, он попытался переключить его гнев на себя (по задумке, так как о косвенной причастности его к инциденту гончар знать не мог, он был должен немного «отпыхнуть», обсудив происшествие с третьим лицом) - ...Вам не кажетс~ся, что разбитую чаш~ку не склеить, даже ес~сли использовать всю вашу с~силу?
Гончар, действительно остановившийся и отвлекшийся на иную «мишень», на мгновенье впал в ступор, по видимости подбирая слова, а после, нарочито подчеркнуто передразнивая шипящий акцент, огрызнулся: - А фам не кажешшша шта вы не ф сссфае дело лезсссите? А, дражайший шнурок?! – похоже, попытка уладить конфликт мирным способом провалилась, обернувшись обратным эффектом. С близкого расстояния можно было заметить, как внутренне негодует гончар – его сердито поджатые губы дрожали, а на виске билась синяя жилка. Похоже, только сильный характер и природная выдержка, присущая многим ремесленникам не давала ему впасть в слепую безмозглую ярость: еще бы...! Разумеется, Джафар понимал, что изготовление хорошей керамики (как, впрочем, и любой годной вещи) – длительный и трудоемкий процесс... Не говоря уже о материальных затратах! Но как объяснить человеку во власти эмоций, что сейчас он не прав, и времени назад не воротишь?
- Й-я прос~сто... – голос Джафара дрожал, обнажая его неуверенность, но все же ассури попробовал: - ...Я видел, как все случилос~! – он старался выговаривать слова на всеобщем как можно более четче, что, правда, под хмелем и от волнения выходило неважно, - Она дейс~твительно просто ш~ла мимо, Вы с~сами... 
- Ах, это я сам... – вышел гончар из себя, - ...Слышите?!? Тео О’Райан САМ - будучи в трезвом уме – САМ угробил неделю работы!!! – уже забыв о первоначальной причине конфликта и девушке в зеленом плаще, мастер дернулся по направлению к Джа и, так как ассур рискнул подойти слишком близко, попытался схватить наглеца за грудки, но ловкий Джафар увернулся. Тео О’Райан же, как невольно во всеуслышание представился мастер, вслед за остаточным импульсом полетел на осколки посуды... – Беги! – мозг Джафара отказывался мыслить критично и здраво, поэтому вместо того, чтобы размышлять над вопросом – кого спасать первым: неуклюжего мастера, или ни в чем не повинную девушку – определился, что «драпать» и быстро, было в сложившейся ситуации идеальным решением.

Отредактировано Джафар Схешш (2018-04-19 01:21:42)

0


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » Посуда бьётся к счастью