За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Личные эпизоды » [22-30 ПС 1647] Как дракон и змея Эшшатэ грабили


[22-30 ПС 1647] Как дракон и змея Эшшатэ грабили

Сообщений 21 страница 34 из 34

21

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

22

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

23

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

24

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

25

Оргазмическая дрожь, захлестнувшее наваждение и блуждающие импульсы по всему телу постепенно угасали, сменяясь расслаблением. Кантэ разжал на зардевшихся запястьях хватку и подхватил обмякшую асуру, готовую без опоры рухнуть лицом в искромсанный спальник. Внимательным взглядом он окинул то, что сделал. Осознание, кажется, попыталось пробиться сквозь наросшую черную пелену, но разбилось, не справившись с барьером. Там, где заслонке стоило незыблемо стоять, она исчезла, а в месте раздачи моральности, сострадания и способности оценивать зловредность собственных поступков выросла.
Эта женщина перестала бы дышать, если бы он ее не любил. Кантэ это умел. За способность любить яростно и неуемно родителей стоило благодарить, ибо только эта сила могла сопротивляться Зверю, огибать любые поставленные им преграды и продираться сквозь вязкие волны расплескавшейся по организму дряни. Замутненная жаждой крови, она продолжала взывать к чувству и запрещала трогать Сайленсс жестче, чем та смогла бы выдержать. Змея ответила за свои слова. Сегодня она заплатила невысокую цену, выкупив для себя нечто очень важное, но пока дракон не понимал, что именно.

— Я люблю тебя.
Кантэ аккуратно уложил змею к себе на руки, положил ее голову на плечо и подтер большим пальцем покатившиеся по щекам слезы. Свое беспрекословное право заботы о ней он ощущал точно так же, как и право истязать тело. Его любимая женщина должна понимать, что она всегда в безопасности, что о ней позаботятся, что ее защищают и любят вопреки клокочущей в груди ненависти за собственное отражение в глазах. Чью жизнь она предпочтет, если у нее появится выбор? Убьет ли за себя или она все-таки способна оставить ребенка без матери? Дракону вариантов могли не предоставить, но у Сайленсс внутри нет Зверя, который никого и ничего не любит. Как бы ящер ни хотел, но если однажды он не сможет остановить эту тварь и его будет ждать лишь перспектива пожравшей мир боли, мизерный шанс появится у Сайленсс. Не факт, что Зверь не застанет ее врасплох или, наученный, просто не воспользуется магией сразу, но если она успеет среагировать, перед ней встанет выбор: сделать неисправимо больно дракону или же погрязнуть в пытке самой, защитив себя и воткнув нож ему в горло. Интересно, чью бы боль она выбрала. Дракон своей позиции не изменял. Как и ранее, так и сейчас ему бы страдать совсем не хотелось, только теперь он это четко и неотступно принимал, не терзаясь и не переживая об убитых. Другие могли умирать, чтобы он жил, но Сайленсс... Вряд ли она сама осознавала, в каком чудовищном положении находилась.

- Вижу, - Кантэ положил ладонь на ее щеку, оглаживая, и склонился для контрастно мягкого и спокойного поцелуя, - А ты видишь, как я люблю тебя.
Дракон перенес змею на целый и чистый лежак, уложил на бок, чтобы удобнее было обработать изодранную ягодицу и спину прежде, чем приступить к ранам на внутренних сторонах бедер, - Нужно тебя подлатать, иначе до Эшшатэ мы рискуем не дойти. Такого фиаско наша с тобой биография не стерпит, - голос его не дрогнул. Огладив талию и подтверждая свое присутствие рядом, дракон поцеловал ее плечо и потянулся за сумкой, из которой выудил флягу с водой, мазь заживления и охлаждающую мазь от ожогов. Между делом бросил взгляд на потухший костер и заставил языки пламени бойко сплестись, в зловещем танце обнажая на голых телах червоточины двух обезображенных и единовременно вознесшихся в катарсисе рассудков.
Сначала он остудил пылающий рубец под грудью, касаясь осторожно, легко и плавно. Следом вода вымыла из ран на бедре и спине мелкие частицы грязи, а мазь легла на них второй кожей.
- Давай на спину, вот так, - Кантэ подложил под спину чистую тряпицу и проделал все то же самое с ногами. Прищурился, раздумывая, и достал из сумки зелье энергии, могущее залечивать мелкие увечья, а в данном случае – поубавить внушительность гематом, - Глотни, станет еще легче, - он поддержал ее голову и помог отпить из пузырька.

Отредактировано Кантэ (2020-09-06 17:47:57)

+1

26

Взгляд желтых глаз, в чем-то неуловимо изменившийся, тем не менее остался прежним. Он не стал любить ее меньше, не испытал отвращения или презрения к тому что они сделали. Он тоже принял это как естественный, жуткий и в то же время прекрасный акт изъявления любви, вновь подтвердив их статусы действительно жестоких сознательных тварей. Больше не осталось ни единого сомнения.
[float=right]https://i.imgur.com/79G8QeP.png[/float]В застившей рассудок пустоте постепенно начали расцветать сбитые с толку чувства. Умиротворение ощущалось словно мягкая трава, щекочущая кожу под легким движением ветра, касающаяся обоняния сочным сладким ароматом. Прочная непоколебимая уверенность в них с ящером, сродни тому знанию, что солнце обязательно встанет именно на востоке, а потом на западе спрячется до следующего утра. Они никогда друг от друга никуда не денутся, пока пресловутая смерть не разлучит их, больше змея не боялась его потерять по иным причинам. Их просто не существовало. Любовь, искрящаяся нежными оттенками всех цветов, проникающая в смешанную палитру эмоций и на контрасте с багряной страстью подчеркивающая все остальное. И вседозволенность. Она проглядывала из темно-синей глубины, еще неосознанно, но уже растекаясь по ослепленному счастьем сознанию, незаметно подтачивая выстроенные когда-то границы. Дракон позволил змее все и теперь стало очевидно, что разрешит ей и еще больше, если она потребует.
Женщина не сводила с Кантэ глаз все то время, что он латал ее изувеченное тело. Скользила взглядом по кровавым потекам на своей коже, по рваным царапинам на его груди и руках, задумчиво хмурила брови и гадала, что же будет дальше. Не сейчас, но потом, когда закончится это путешествие и они вернуться домой, погрузятся в быт и работу, когда вспоротые этими откровениями эмоции зарубцуются и вернут возможность мыслить рационально. Угадать не получалось, да она и не стремилась, лишь по инерции перелистывая мысли как интересную книгу, на которую все никак не найдется времени и сил. К тому же, она уже знала что будет в конце.
Змея легла на спину, сдерживая порыв почесать ее о лежак, и снова залюбовалась драконом. Он был красив, силен и внушителен, уже одно это кружило голову. И все же что действительно заставляло асуру плавится и растекаться, так это его ум. Сколько раз уже она имела удовольствие просто смотреть на него, а все было мало. Кантэ помог ей приподняться и буквально заставил сделать глоток лекарства, но она не хотела чтобы становилось легче. Ей и так было невероятно хорошо. Когти звякнули о бутылек и Сайленсс облизнула губы, отодвинув зелье в сторону. Внимательно посмотрела на дракона и придвинулась ближе, невольно поморщившись от усилия в дрожащих руках. Прижалась щекой к широкой груди и глубоко вздохнула, впитывая разливающееся вокруг чувство защищенности. Контрасты и противоречия это то, что составляло их единение. Осталось проверить только одно, убедиться наверняка.
- Крепче, - змея мягко скользнула ладонью по мужской груди и уткнулась в нее носом, чувствуя, как Кантэ исполняет просьбу, - Еще крепче. Так, чтобы не могла шевельнуться.
Девушка глубоко вздохнула, буквально втиснутая в дракона стальной хваткой, попыталась шевельнуть рукой и отодвинуться, но не смогла. И ничего не произошло. В груди не взорвался колючий ледяной комок, перехватывающий дыхание и сводящий судорогой мышцы. Там по прежнему было тепло и спокойно, а с пониманием пришло еще и облегчение. Кто бы мог подумать.
- Ты сломал их, - Сайленсс недоверчиво выглянула и робко улыбнулась уголком губ, - Я столько лет пыталась, а ты их взял и разломал, дракон, - перехватив его непонимающий взгляд, она подобрала ноги под себя, прижимаясь ближе, и искренне удивилась его недогадливости, - Цепи, Кантэ. Ты снял их с меня.
Асура рассмеялась и спрятала лицо обратно, все еще недоверчиво покусывая губу. Четыре года. Бессонные ночи полные кошмаров, измученная память, то и дело подсовывающая ей жуткое воспоминание. Бессознательно расчесанные в кровь запястья, стоило лишь слишком глубоко задуматься. Аристотель, поседевший на одно ухо в попытках помочь хозяйке пережить случившееся. Изъедающие мгновения слишком крепко стиснутых ручонок Ирдэ на шее вечно теряющейся где-то матери. Змея скосила глаза на уютно потрескивающий костер и почти увидела, как тягостные последствия той встречи с рыжим таррэ догорают и осыпаются искрами. Нет, воспоминание, его раздражающая бессмысленность и страх вернуться туда никуда не исчезли, они забились поглубже в тень, но все еще готовы прийти по первому зову. Однако власти лишить змею разума и сил у них больше нет, эти права безоговорочно перешли в когти ящера, которому она безоглядно доверяла. Она засмеялась громче, демонстрируя искреннюю и счастливую улыбку.
- Когда Ари узнает что ты сделал, ты станешь желанным гостем в его библиотеке, - девушка в задумчивости поддела когтем клык, все еще широко улыбаясь, и подняла глаза на ящера, - Поедим? У нас еще остались пирожки.

+1

27

— Ты сломал их.
Сначала дракон грешным делом подумал, что речь о костях, а его крепкие объятия асура решила использовать как проверку, но ее счастливое выражение лица противоречило столь удручающему состоянию. Либо же свидетельствовало о затянувшемся шоке. Он недоуменно поглядывал на змею и ухмылялся краем рта, довольствуясь искренним смехом. Последующие движения и поведение Сайленсс быстро развенчали сомнения. Кости целы, зато любопытство взыграло окончательно.
Кантэ кивнул на предложение поесть и достал из сумки несколько пирожков. Свой откусил сразу на половину и только сейчас понял, насколько вымотался сегодняшним вечером и проголодался. Сумка с пятым измерением – отдельное магическое благо. Хоть он и мог нагреть еду в собственной руке аки на сковородке, было некое удовольствие в том, что этого делать не пришлось и пирожок, отправленный в магическую сумку теплым, таковым оттуда и достался. Когда еда приятно заполнила желудок, мысль вернулась к удовлетворению духовной потребности.
- Расскажи о цепях, змея.

Умостившись на коленях у ящера, асура с жадностью поглощала вожделенный пирожок, не переставая улыбаться. Казалось, что теперь эта глупая довольная улыбка никогда не покинет губ. И закономерный вопрос ее тоже ничуть не потревожил. Девушка дожевала, с интересом разглядывая ящера и села ровнее, перестав на него наваливаться.
- Этот рассказ из разряда тех, которые я хотела, но не могла рассказать. Зверю о таком знать не положено, слишком личное, - она улыбнулась и закусила губу, косясь на Кантэ и ковыряя когтем сочную начинку. - Четыре года назад мне сильно не повезло. Совсем сильно. Меня продали в рабство, - девушка закинула в рот кусочек мяса, слизнула с пальца соус и вновь сосредоточилась на жёлтых глазах. - А так как я упорно сопротивлялась, то держали на цепях. Очень коротких. Это... Наложило отпечаток, - Сайленсс заметила в уголке мужских губ каплю мясного сока, привлекла его за шею и быстро слизнула ее. - Когда я вернулась домой это проявилось в полной мере. Малейшее стеснение моей подвижности вызывало нереальный ужас, у меня ум за разум заходил. Понадобилось очень много времени чтобы научиться терпеть слишком обтягивающую одежду или чужие прикосновения, могущие меня ограничить. С этим я справилась, но остальное осталось. Ари был со мной каждую минуту. Тогда он взял с меня обещание не пропадать и потребовал всегда оставлять ему инструкции на случай, если я не вернусь ко сроку, - змея замолчала, вернувшись к трапезе, благо осталось на один укус. Сай пошарила рукой в сумке и вынула бутыль сока, отхлебнув разом почти треть. - Впрочем, тогда в храме это даже мне помогло. Невозможность шевелиться пугала настолько сильно, что даже боль почти не чувствовалась, так что сойти с ума больше чем уже было не пришлось. А теперь этого нет, - она провела подушечкой большого пальца по мужским губам и улыбнулась шире, - Я больше не чувствую страха внутри, не ощущаю тех цепей на теле. Ты их сломал и выбросил, Кантэ. Ты снова меня освободил, дракон. Понимаешь?

Кантэ взял у Сайленсс склянку с соком и отхлебнул не меньше.
- Как лихо мы Зверя обломали, - он посмеялся. Зверь бы непременно воспользовался при случае этой слабостью и вместо того, чтобы гнать жертву, как на охоте, сковал бы ее по рукам и ногам и упивался бы фимиамами концентрированного и слепого страха. Свой праздник жизни он бесповоротно упустил.
- Я понимаю, змея. Мне не понаслышке знакомо, что такое очень тесные и короткие цепи, - последние слова прозвучали с нажимом, будто через силу, с презрением и ненавистью, хоть голос и оставался ровным, не дернулся. Даже мысли о лечебнице с преломлением рассудка и темных заслонов перестали взывать к животному ужасу, но возникло яркое желание станцевать на костях лекаря, если они, конечно, вообще сохранились. Ухмылка покривилась и Кантэ пригубил еще сока.

Асура проводила взглядом бутыль, глянула на дрогнувший кадык и провела по нему кончиком когтя. А затем развернулась, садясь лицом к ящеру и морщась от боли в мышцах, обнимая его за шею и сцепляя пальцы в крепкий замок на загривке.
- Нет, ты не понимаешь, - она мягко улыбнулась, скользя влюбленным взглядом по лицу, - Сейчас ты освободил меня от этого страха. Чуть раньше, - змея не оглядываясь качнула головой в сторону ошметков второй подстилки, - От страха моих желаний. Ещё немногим ранее от страха говорить с тобой о том что важно. До того разрушил боязнь быть с тобой. А совсем-совсем давно, в том склепе, незаметно для нас обоих, разрушил мой страх любить. Хотя это было довольно грубо и болезненно, конечно, но все же. Когда я с тобой, дракон, я перестаю бояться, - девушка закрыла глаза и прижалась к его носу своим, качнула головой и мягко поцеловала. - Не смотря ни на что, дракон, мне не страшно, когда ты рядом. Я знаю, что в контексте Зверя тебя это напрягает. Знаю, что это не пройдёт. Но он не сможет сломать то что у нас есть, теперь я это отчётливо понимаю. А ещё, я никому и никогда не позволю посадить тебя на цепь. Снова приду и вытащу твою задницу из передряги, ведь без меня ты точно не справишься, - Сай широко улыбнулась и горячо поцеловала ящера, обнимая крепче. - У нас в сумке есть сладости. Сделаешь чай?

- Не понимаю, - Кантэ усмехнулся с полувопросительной интонацией и заскользил рукой по женской талии, поглощая одно откровение за другим, - Странно. Я-то думал, что сам боялся быть с тобой, а ты все рвалась ко мне в когти, - на секунду ящер прикрыл глаза и ответил на поцелуй.
Зверю не обязательно ломать, он может просто забрать. И вопрос, как не дать ему этого сделать, все еще нависал над головой незримым свинцовым навесом, во что бы асура не верила и что бы ни говорила. Зверь не способен повлиять на это чувство, в этом она права, но все испортить он легко может. Ящер глянул в сторону леса. Он надеялся, что там, за деревьями, есть ответ.
Кантэ прошуршал пальцами в женских волосах, прижался к макушке губами и отошел к костру, чтобы подогреть в котле воду. Травяной чай дал приятный, успокаивающий аромат.
- Хоннаак, - проговорил дракон с характерной для дарканта вибрацией в голосе, заинтересованно рассматривая очень знакомое слоеное пирожное с орехами и медом, - Ты запасалась сладостями в Рахене? Я любил их в детстве. Мать часто приносила с рынка, - он едва заметно нахмурился, сосредоточенно гипнотизируя лакомство, и с искренним аппетитом откусил, - Слушай, такие же. Никогда не знал, где именно она их покупала.

Она с улыбкой проследила за исчезающим пирожным и продолжила вытаскивать остальные разнокалиберные деликатесы, которых набрала во время прогулки по рынку Рахена. Затем снова села ближе к дракону и опробовала свою часть неведомого доселе хоннаака. На секунду довольно зажмурилась, смакуя сочетание меда и орехов, облизнула губы и покосилась на мужчину.
- У одного зеленоглазого пожилого дракона, там много всяких непонятных сластей оказалось. Знаешь, - девушка помолчала пару секунд, раздумывая, и сосредоточилась на разглядывании особо крупного орешка. А потом заговорила без остановок, боясь сбиться с важной мысли. - Я скажу это один раз и больше не стану возвращаться к этому разговору пока ты сам того не захочешь. Им никто не давал сценарий твоей жизни, ящер. Только выбор - похоронить тебя еще нерожденным младенцем или же рискнуть всем что у них есть и увидеть как ты растешь и любить тебя, надеясь на лучшее. Они не знали, Кантэ. И сейчас ничего не знают, кроме того что ты все таки вырос и тебя кто-то любит, - она искоса глянула на мужчину, нахмурилась и уткнулась носом ему в шею, - Прости. Это важно, - змея мягко поцеловала дракона под подбородком и запихнула в рот вторую половину пирожного. - А как называется вот эта ягодная штуковина?

Дракон вкусно похрустел орехами и удивленно посмотрел на змею.
- Сайленсс, все в порядке, - он как-то отстраненно улыбнулся и уставился перед собой, - Не знаю, смогу ли простить родителей, но я понимаю их всех. Моя мать не хотела страдать, теряя дитя, и сделала все, чтобы этого не произошло. Наверное, на месте моего отца я бы принял это решение так же, как он. А он принял, судя по тому, в какой обстановке я рос. Боль утраты толкает на страшные вещи, а Зверь… Он гораздо сильнее, чем показывает, Сайленсс. Не потому, что не хочет, а потому что не может. Ты не представляешь, сколько сил должно потратить потустороннее существо, чтобы насильно удерживать душу в теле, - Кантэ медленно повернул голову к змее и противоестественно весело искривил линию рта, - Как ты думаешь, что будет с нами, если 100 с лишним лет держать нас в тех самых коротких и тесных цепях, - он глотнул чаю и непринужденно взял ягодную штуковину, - Эта тоже очень вкусная. Феакраап, - последовал сочный укус с очередным глотком чая.

+1

28

— Как ты думаешь, что будет с нами, если 100 с лишним лет держать нас в тех самых коротких и тесных цепях.
Асура нахмурилась, мотнула головой и открыла рот, чтобы возразить, но так и замерла на вдохе. Рот закрылся, змея задумалась. Через пару секунд она упрямо глянула на ящера, снова набрала в грудь воздуха для возмущенного монолога и опять же не произнесла ни слова, вместо тысячи слов просто уткнувшись носом в мужское плечо и глядя на темную кромку леса. А ведь она ни разу не задумалась о Звере в ключе жертвы, эта мысль была бы слишком абсурдна. И все же теперь, после того как Кантэ словно мимоходом упомянул это фактически рабство, асура не могла найти достойных возражений утверждению. Да, не дракон засунул внутрь себя это чудовище, и не он по сути держал его на привязи, но разве станет от этого кому-то легче? Кандалы всегда крепкие и неизменно натирают запястья и неважно, кто именно их застегнул. Сотня с лишним лет в тишине черепной коробки, наедине с собственными мыслями, желаниями и воспоминаниями? Без возможности вырваться, уйти и забыть весь этот ужас вынужденного и несправедливого заключения? Всего лишь изредка громыхать этими цепями, накопив достаточно сил чтобы вырваться хотя бы на пару часов? И отомстить всем без исключения, единственным доступным ему способом. Змея подозревала, что сама бы просто не выжила в подобных условиях не смотря на все свое упрямство. Ягодное пирожное так и осталось лежать позабытым в руке, а Сайленсс все молчала и разглядывала верхушки деревьев, прижимаясь губами к плечу дракона.
Она все прокручивала в голове этот внезапный факт, и так и эдак пытаясь представить себе, что должно испытывать разумное существо, будучи запертым внутри чужого тела и чуждого мира, все чаще украдкой косясь на жующего ящера. Мысль о том, что эту информацию можно и нужно использовать с пользой для дела, была довольно предсказуема, так что она и не удивилась бы, услышав сейчас от Кантэ что-то вроде "только попробуй и я тебя выпорю, не дополняя действо сексом". И именно поэтому мысль все глубже пускала корни в женский мозг, а значит, что и прятать ее нужно было тщательнее. Асура облизнула испачканные сладкой патокой пальцы и обняла своего мужчину покрепче, все так же задумчиво продолжая возюкать носом по плечу и шее. «При первой же возможности, мать, ты обязана попытаться. При первой. Не профукай ее. Потому что эта хрень должна, просто обязана сработать. Иначе у нас останется только этот гребаный глаз, то есть ничего. Потом Кантэ меня конечно же пришибет, но если Зверь все же пойдет на контакт, то оно будет того стоить»

Все хлопоты подготовки ко сну асура с чистой совестью переложила на плечи дракона, включая и собственное укладывание в спальник. Не то что бы мысли о Звере настолько захватили женщину, скорее было просто катастрофически лень шевелиться тогда, когда пошевелить ее мог сильный, мрачный и одновременно с тем нежный мужчина. Не смотря на однозначно невеселые мысли, тяжелое моральное состояние и все еще не улегшиеся по полочкам новости, Кантэ предельно осторожно касался змеи, не потревожив ни одного синяка на ее теле.
Сайленсс уже полчаса как лежала в крепких объятиях, посапывая в мужскую шею, но заснуть никак не могла. «Удерживает душу в теле... Хм... Он явно не в восторге от того что находится внутри Кантэ. Следовательно, если бы он мог, он бы свалил. Значит не столько он удерживает душу, сколько, может быть, душа его удерживает? Или веление левой пятки бога. Или даже не бога, а каких-то недорелигиозных чудаков, неведомыми путями получивших такую силу впихнуть создание Изнанки в живое тело. В любом случае, без души дракона он и сам не выживет. Ну он как минимум не знает этого наверняка. Потому что если бы он точно знал, что после смерти ящера сможет уйти туда откуда пришел, то давно бы уже шагнул с первой же крыши, не расправляя крыльев. Если бы знал точно, что тоже исчезнет вместе с ним, то не нарывался бы так сильно на всевозможные проблемы. Хотя с другой стороны, может он этого и хотел в итоге, когда шарики за ролики заходили совсем уж далеко и становилось наплевать выживешь или умрешь, лишь бы отвлечься. Проклятье. Теперь осталось каким-то чудом поймать приход Зверя, не помереть в первые же секунды и смочь завязать хотя бы подобие разговора. Во всей этой херне без него точно не разобраться. Кантэ меня убьет» Змея глубоко вздохнула, повошкалась чуток, мостясь плотнее к теплому дракону и очень постаралась все таки заснуть.

То с трудом разлепляя уже покрасневшие от усталости глаза, то вновь проваливаясь в мутную полудрему, змея упорно не могла наконец вырубиться. За стенки черепа упрямо цеплялись разрозненные мысли, не формируясь ни во что конкретное, но все равно назойливо зудящие в уши. Впрочем одна из них, особенно упрямая и злая, все же прогрызла себе дорогу. Асура нахмурилась и чуть отодвинулась от мужчины, пытаясь разглядеть в темноте выражение его лица. В голове все путалось и просто на слух и взгляд определить спит он уже или нет никак не получалось. И все же. «Мать не хотела страдать, отец это принял... Что?» Сонному мозгу потребовался не один десяток минут чтобы наконец перевести сказанное ящером в понятный развернутый подтекст.
- Ты правда считаешь, что любовь настолько эгоистична? - Сай облизнула губы и вгляделась в мужское лицо еще пристальнее, - Действительно думаешь, что все мы принимаем тяжелые решения и рискуем всем что нам дорого только лишь из страха испытать боль потери?
«И значит ли это, что тебя гораздо больше заботит собственная душевная безопасность, чем я сама? Ты не хотел чувствовать эту боль и поэтому всячески отнекивался от меня поначалу, здесь все понятно, мне ведь тоже было страшно. Но теперь... Сейчас ведь мы с тобой знаем что на самом деле такое все эти чувства. Или это знаю только я, а ты... А ты все еще боишься за себя, а я тут какая-то невнятная шутка, игрушка, не имеющая собственной ценности. Ведь раз по твоему твоя мать пошла на это только из желания сохранить собственный душевный покой, а вовсе не из исключительной любви к тебе как живому маленькому созданию, которое должно прожить свою жизнь, а отец всего лишь принял ее решение и смирился с ним, то и сам ты видишь любовь именно такой. Эгоистичной, зацикленной и такой лицемерной. И любишь выходит только себя, а вовсе не того кому в ней признаешься»

+1

29

Какие бы мысли не ворочались сейчас в голове змеи, как минимум об одной дракон догадывался. Он и сам, пользуясь тишиной, проворачивал про себя собственные слова. Проведя рука об руку с темными добрых несколько десятков лет, Кантэ кое-что понимал в ритуалике. Сомнений в своей теории у него не было, Зверя определенно засунули к нему насильно и теперь что-то мешает ему выбраться, раз он продолжает со злости убивать всех вокруг, стоит ему в очередной раз дорваться до контроля.
«Что же тебя держит. Есть доступ к мозгу и полноценному контролю, но нет возможности уйти. При этом я остаюсь в сознании, когда ты приходишь. Ты не можешь подавить меня полностью, как и я тебя. Очевидно потому, что мы не существуем обособлено. Подожди…» - дракон ухмыльнулся и сунул в рот остаток пирожного, увлекшись диалогом с самим собой, пока Сайленсс вела такой же процесс, тыкаясь носом в плечо, - «Не только я на твоей привязи. Мы на привязи друг у друга. Ты не можешь покинуть тело ни по своей воли, ни с моей смертью, иначе давно бы убил нас. Либо ты очень не уверен в успехе мероприятия и не хочешь рисковать шкурой. Но если взять мое умозаключение за аксиому, значит, у нас с тобой на двоих не просто тело, но и… душа. Ублюдок, почему ты со мной никогда не говорил?! Я прав или нет?»

Если Сайленсс подумала о том же, о чем и ящер, и замыслила устроить Зверю сеанс психотерапии, каковы ее шансы? Раз ему эта неведомая дичь морочила мозги сотню лет. Скорее всего, от заточения Зверь быстро свихнулся, не исключая того, что и до прибытия в мир живых имел не самый здоровой рассудок и едва ли был подобием человека в принципе. Сейчас многое стало ясно. И многое — объяснимо и даже оправдано, пусть и непростительно. А еще стало понятно, что змею нужно уберечь от этого контакта, потому что полноценную безопасность обеспечить ей не удастся, а риск не стоил ее жизни. По крайней мере, так считал дракон. Может быть, Кантэ упорно недооценивал змеиные таланты к общению с изнаночными психопатами, но проверять на Звере было за гранью даже того зла, которое сейчас в нем плескалось. Сама мысль, что теперь не только он, но и Зверь может оставить отметину на коже асуры, вызывала сильнейшее раздражение и гнев. А если Сайленсс вознамерится осуществить сей похабный план в обход ведома Кантэ, он сам прибьет ее.

Сон упорно не шел. Судя по переменчивому посапыванию змеи, не шел он и к ней, но оба пытались и молчали. Кантэ прикрыл глаза в полудреме и, кажется, впервые за очень долгие годы почувствовал подступившую к вискам легкую головную боль.
— Ты правда считаешь, что любовь настолько эгоистична? Действительно думаешь, что все мы принимаем тяжелые решения и рискуем всем что нам дорого только лишь из страха испытать боль потери?
- Не только, - Кантэ распахнул глаза и приподнялся, с шумом выпуская из ноздрей воздух, - Однако у моих родителей был своеобразный взгляд на сложившую ситуацию и сейчас я, наконец, прозрел окончательно. Спасибо за вопрос, змея, - он выполз из спальника и принялся натягивать штаны, - Может быть, ты права, они не знали и сами стали жертвами обстоятельств, хотя я никогда, слышишь, никогда не поверю, что моя мать оказалась настолько слепа. Кое-что понимающая в магии, она не могла не знать хоть примерно, на что идет. Не могла не выяснить. Пусть без конкретики, но она знала, что должно произойти какое-то дерьмо!
Кантэ развернулся к асуре в полусидящем положении, оперся одной рукой о траву и склонился вперед, поближе к ее лицу.
- Они ничего не сказали мне, Сайленсс. Не признались, не поговорили, не предупредили. Не помогли мне там, где я нуждался в их помощи больше всего. Не подготовили к его появлению. У них было 15 лет, - под пальцами заскрипела земля, а на траве возле руки заплясали огоньки, осветившие искривленное злобой лицо ящера, - Все эти годы счастливого детства во мне, как в рабских кандалах, зрел разъяренный монстр, а родители делали вид, что ничего не происходит. Они просто ждали, - он посмеялся, - Просто ждали, когда со мной что-то случится. Улыбались мне, радовались моим успехам, наслаждались этой медовой идиллией, будто со мной… будто со мной, мать твою, все в порядке! – от руки вспыхнула огненная волна и ушла в сторону, не задев женщину. Со стороны понять, проконтролировал ли это дракон или асуре очень повезло, было тяжело. Трава меж тем загорелась и ящер быстро собрал огонь в сгусток к себе в ладонь, - Если это не эгоизм, змея, то беспросветная глупость. Мои родители показались тебе очень глупыми? – Кантэ прищурился и широко улыбнулся, - В свете результата мне не легче в любом случае. Может быть, они осознали свою главную ошибку, раз ты отзываешься о них с таким теплом, но иногда раскаиваться бывает поздно.

Он качнул в ладони огненный шарик и швырнул его в сторону ручья, а затем поднялся на ноги, - Все равно не могу заснуть. Далеко не отойду, так что не бойся, бизи не утащат.
С собой дракон асуру не позвал, но и идти не запретил. Он отошел к ручью и уселся на берег, вперив взгляд подальше на пустырь. Через мгновение в выбранную точку ударила слабая молния, еще через несколько секунд – побольше, затем — еще мощнее. Воду всколыхнул легкий порыв ветра, который начал усиливаться, но линию за спиной ящера, где находились их пожитки, спальники и сама змея, буря не затронула. Там царил покой, разве что громыхание молний доносилось до ушей.

+1

30

Змея была в ярости. Внутри бурлила и кипела непомерная злоба, которую все сильнее подчеркивала демонстрация злости ящера. Финальным аккордом стало то, что он ушел прочь даже не дожидаясь ответа. Ярость была настолько сильна, что на какое-то время сковала все мышцы, не позволяя даже двинуться. Сайленсс сидела в спальнике, тряслась и сжимала кулаки, и наблюдала за драконом, скаля зубы. Очередная мощная вспышка молнии заставила вздрогнуть, выводя женщину из оцепенения, а потому асура наконец выползла наружу, схватила куртку и двинулась к сидящему на земле дракону, натягивая одежду на ходу.
- Лицемер! - змея со злостью толкнула ящера в плечо и топнула ногой, - Как удобно себя оправдывать, обвиняя других, да? Хочешь сказать, что почувствовал Зверя впервые только когда он убил ту девушку? Да ни в жизнь не поверю! И почему же ты не рассказал об этом никому? Зассал признаваться, что в твоей голове возможно какая-то херня? Чего ж ты за помощью не обратился сразу? Потому что, сука, страшно! Легко говорить, что они плохие и вообще сволочи эгоистичные, а как ты себе представляешь эту твою подготовку? Посадить тебя на коленки и сказать "о, дорогой, мы чтоб тебе жизнь спасти какую-то херню сделали, понятия не имеем какую и что вообще произойдет, но вот имей ввиду"?! Серьезно? Как бы ты пятнадцатилетный или даже мельче отреагировал бы, а? Это сейчас ты весь такой умный не всраться, а тогда ты был гребаным сопляком без мозгов и с лавиной гормонов. Ты вообще понимаешь что несешь?  - Сайленсс пнула лежащий рядом камень и одернула распахивающуюся от ветра куртку, чуть не порвав ее, - Я бы не смогла сказать Ирдэ о том, что возможно с ним что-то не так, потому что для этого просто не существует слов в принципе! И момента для такого не бывает! И остается только любить своего ребенка, надеясь, что успеешь спасти его снова, когда этот момент настанет, делать все для того, чтобы в этот самый момент твой ребенок пришел за помощью именно к тебе! Но ты не пришел. Никто не знал как проявится тот ритуал! Ты мог просто внезапно сдохнуть в детстве или едва повзрослев, если бы суть ритуала была бы лишь в отсрочке. Или заболеть как-то иначе, или еще сотня вариантов которые предугадать было просто невозможно! Я не знаю насколько твои родители сведущи в магии, но то, что они до сих пор не знают в чем же на самом деле суть я уверена, я видела это! Они не знают о Звере, Кантэ! Тебе 132 года, а ведешь себя все еще как обиженный мальчишка, устраиваешь истерику и отказывающийся думать головой! Ты хоть на одну сраную секунду можешь представить себе весь ужас в котором они жили все эти десятилетия, не имея ни малейшего представления о том жив ты, здоров, что с тобой? Не могли позволить себе бросить все на твои поиски, потому что это могло сделать только хуже, при этом же не зная нужны ли они тебе или нет, не зная ничего, мучаясь только противоречащими друг другу мыслями! Эта жуткая неизвестность в миллионы раз страшнее рождения мертвого ребенка, это словно вынуть из груди сердце и пытаться жить без него сотню лет! Ты в принципе не способен себе это представить, ты ограничен и слеп, ты можешь смотреть на все только со своей стороны якобы обманутого ребенка, - асура присела на корточки и приблизила искривленное злостью лицо к носу дракона, - О, какие злые родители, заботились только о себе, а я, несчастная жертва, как они могли, ой ой ой, - губы изогнулись в презрительном оскале и змея зашипела, - Не смей их обвинять, ты не знаешь через что прошли они. Так же, как они не имеют понятия, что происходило с тобой все это время. Раскаяние. Да с чего ты взял что они раскаиваются? Их не в чем упрекнуть, по крайней мере мне. За моего сына я буду убивать не терзаясь муками совести, от спасения его жизни меня ничто и никогда не остановит. Я всегда буду верить в лучший для него исход и разорву любое препятствие, заключу любые сделки с любыми богами. Потому что мое дитя должно дышать, любить и радоваться гребаному солнцу мать его. Ты не можешь этого понять, потому что у тебя здесь, - Сай ткнула когтем в мужскую грудь напротив сердца и продолжала тыкать на каждом слове, - Нет этого чувства. Для тебя любовь это эгоизм. Любовь к себе, любовь ко мне, любовь к родителям, все это эгоистично и зацикленно, ты не знаешь, что бывает иначе, что есть такая любовь, которая оправдывает все, заставляет забывать все на свете, все прощает и абсолютно бескорыстна в своем самопожертвовании. Которая бесценна даже когда причиняет невыносимую боль и ничто на всем свете не способно заставить отказаться от нее. И не узнаешь, дракон. По крайней мере пока ты со мной, ты не сможешь этого узнать, - девушка поджала губы, отвела глаза в сторону и плюхнулась на землю рядом, - И ради всех богов, не смей больше так заканчивать разговор, это оскорбительно.

- Любовь моя, а не охренела ли ты часом?
Сайленсс резко повернулась к ящеру, собравшись огрызнуться в ответ, и увидела выражение его лица. Молнии продолжали сверкать, раздражая уставшие глаза, дракон продолжал на них смотреть и сидеть рядом, даже не повысив голоса. И змея снова его увидела тем, кем он был на самом деле. Не маленьким обиженным ребенком, как она только что бросила ему в лицо, не пленником Зверя и даже не ментором Перумбрас, у которого не было выбора иной жизни. Он был ее мужчиной, а она посмела забыть об этом. «В край охренела» Асура закрыла глаза и уткнулась лбом в только недавно залеченное плечо.
- Да когда же я начну закрывать рот вовремя, - за неимением каменной стены женщина легонько стукнулась лбом о мужскую ключицу, а затем еще раз, - Ты ушел и это меня жутко выбесило, ящер, не делай так пожалуйста. Я не хотела и не должна была все это говорить. Мне... Я хочу чтобы у всех все было хорошо, но сейчас это невозможно, все происходит не так как я хочу и меня это ужасно злит, Кантэ. Я не хочу их оправдывать, правда. Просто надеюсь, что ты когда-нибудь все таки сможешь их простить. Я понимаю, что это невозможно, как минимум сейчас, я конечно глупая змея, но не настолько, я все это понимаю, - змея взяла его лицо в ладони и повернула к себе, вглядываясь в желтые глаза, - И ты все понимаешь. Все всё понимают, но легче не становится. Кантэ, - Сай закусила губу и прижалась своим лбом к его, - Я всегда на твоей стороне, дракон, без исключений и оговорок, всегда-всегда, даже когда несу какую-то озлобленную чушь и ору на тебя, даже тогда я поддержу только тебя, - асура мягко поцеловала ящера, почувствовала как задрожала нижняя губа и быстро забралась к нему на колени, прижимая к себе крепче, - Ты имеешь право злиться. Прости, что я начала гнать на тебя, на это у меня права как раз нет. Представила, что когда-нибудь Ирдэ не сможет простить мне мои ошибки и это было так пугающе. Прости, я такая дура снова, не представляю как ты меня терпишь, - змея чуть отодвинулась и принялась разглядывать лицо дракона, оглаживая щеки пальцами. - А еще... Еще мне так погано, что это из-за меня все сейчас творится. Если бы мне хватило ума не лезть во все это или хотя бы рассказать тебе все это иначе, было бы не так больно. Я сам все это заварила и теперь мне тоже плохо от того, что плохо тебе. А я все еще идиотка, которая ничему не учится, - она упорно вглядывалась в его глаза, хотя желание уткнуться носом в шею становилось невыносимым. - Это все слишком, Кантэ. Слишком много всего для одного вечера. Мы должны были уснуть и прекратить это все хотя бы на сегодня. Ну какого хрена мы не заснули? Я не знаю, что делать. И что думать. И что говорю тоже не понимаю уже. Хочу чтобы тебе стало легче, хотя бы чуть-чуть, но почему-то делаю только хуже. Ты чуть не умер сегодня, - Сайленсс с силой закусила губу и невольно всхлипнула, - Не могу перестать думать об этом. Чуть меньше везения и тебя бы не было. На самом деле меня волнует только это. А все остальное... Важно, но не настолько. Не смей умирать, дракон. Никогда, слышишь? Я слишком сильно и эгоистично тебя люблю и никогда не отпущу, с того света достану. Даже если придется идти на поклон к Тейару.
«А двух темных ритуалов на одного дракона это уже многовато»

Отредактировано Сайленсс (2020-09-13 19:33:07)

+1

31

Когда змея толкнула его и сорвалась в истерику, возникло желание отправить ее в ручей охладиться, но прежде чем оно достигло апогея, дракон себя одернул. Во-первых, взыграло любопытство, а во-вторых, жалеть о сделанном всегда лучше, чем о не сделанном, и не стоило лишать Сайленсс этой возможности. Кувырок в воду рисовал не настолько интересные перспективы, как разразившийся в унисон гремящим молниям монолог.
Змея была права в том, что ему не следует судить родителей, раз он не может представить себя на их месте, но вместе с этим она начала втаптывать в грязь его боль, полностью приняв родительскую сторону. Сайленсс так яростно защищала драконов, которых едва знала, что сомнений в смещении акцентов не оставалось. Не так она злилась на ящера, сколько защищала свое звание матери и расплескивала чувство вины перед сыном, что и подтвердила после закономерного вопроса Кантэ.
- Все это бессмысленно, - дракон перестал метать молнии, окончательно утихомирил бурю и вернул погоду леса в привычное для него русло, чем дал местной фауне шанс прийти в себя, - Бессмысленно разбирать чьи-либо грехи прошлого, если их последствия таким образом все равно невозможно решить. Я поговорю с ними сам, когда почувствую, что это желание сильнее, чем злость на них. А пока мы больше не поднимаем тему моих отношений с родителями, - Кантэ привлек змею за затылок к себе и уткнул носом в шею, - Я тебя не терплю, я тебя все еще люблю, умную дуру. Или дурную умницу, как тебе больше нравится, - он усмехнулся, - У меня было столько потрясающих шансов умереть. Ты всерьез думаешь, что меня прибил бы единорог? Это была бы невиданная доселе ирония, но не стоит ждать от богов такой глупости. Нашу с тобой драматургию ни в одном театре не показывают. Смысл им лишать себя такого веселья? Я бы на их месте побоялся самого себя.
Дракон поднялся на ноги с Сайленсс в руках и направился к спальнику, - Я не умер, а значит все, что произошло, мы оставляем в прошлом и сосредотачиваемся на том, что у нас есть сейчас и что ждет впереди. Так у нас больше шансов сделать всем хорошо, - расправившись с одеждой, они снова улеглись, - А теперь спать, змея, - Кантэ покрепче сгреб к себе женщину, - Уверяю, мне от этого значительно полегчает. И тебе заодно.

Их пробуждение нельзя было назвать ранним, но простительным в свете пережитого вчера – вполне. Собирались в спешке, к разговорам никого не тянуло, потому переговаривались изредка, мимоходом и о мелочах, а в полете змея предпочла еще немного подрыхнуть, что в укор ей вменять было сложно. Да и не резонно, так как драконья трансформация обрезала им возможность беседовать в пути. Кантэ и сам бы не оказался еще немного побалбесничать после эмоционального перенапряжения, но ответственно взятая роль перевозчика обязывала бдить и перевозить. Позже его мысли, похоже, дошли до кого нужно, и началась настоящая сильная гроза, к которой дракон не приложил ни единого пальца. Пришлось искать укрытие и делать привал. Время обеда как раз подступало, так что особой обиды на погоду никто не испытал. До Эшшатэ меж тем оставалось рукой подать.
- Скажи мне честно, змея, о чем ты подумала после моих мимолетных рассуждений о Звере? – Кантэ нарушил тишину первым под приговор оставшихся пирожков.
Змея искоса глянула на дракона, не отвлекаясь от заваривания травяного настоя.
- О том, что это многое объясняет.
Дракон прищурился и внимательно посмотрел на асуру, - Например?
Сайленсс взяла паузу на время разливания завара по кружкам, села и внимательно оглядела свою порцию обеда.
- Например, что теперь стало понятно почему он делает то что делает, - женщина хмыкнула и вгрызлась в пирожок.
- Понятнее некуда, - дракон посмотрел перед собой и продолжил есть, разговаривая между жеваниями, - Если мои догадки верны, то у нас с ним не просто одно тело, но и одна душа. Сам он отделиться не может, очевидно, такой способности у него нет либо априори, либо из-за того, что я тяну из него жилы. Если же аккуратно отсоединить его от меня тем же способом, которым его присобачили, он освободится и сможет уйти, а я умру, потому что моя душа потеряет якорь, роль которого Зверь сейчас подневольно и противоестественно выполняет. И если я прав, у нас остается два варианта: либо предложить ему что-то, что заставит его успокоиться, либо подавить, чтобы он оставался якорем, но не имел надо мной воли. В первом варианте я не вижу никаких вариантов. Во втором… было бы неплохо, если вообще возможно. И если закрыть глаза на тот факт, что мы запрем мыслящее существо в одиночную камеру еще на несколько сотен лет при удачном раскладе и моем здравии. Или усыпим, что гуманнее, но, опять же, далеко не факт, что выполнимо. Хотя пока что решать в принципе что-либо контрпродуктивно, но начинать думать в эту сторону не помешает. Может быть, у тебя есть какие-то идеи и мысли? – он снова перевел взгляд на Сайленсс.

- Вряд ли мои мысли тебе понравятся, Кантэ, - асура на него тоже не смотрела, отстраненно разглядывая темнеющее небо, - Закрыть глаза на упомянутый тобой факт я не могу. Потому что была там, как и ты. А так же потому что у меня нет настолько всеобъемлющей ненависти к Зверю, как у тебя, ведь мою жизнь его соседство не отравляет столько лет. Спячка была бы хорошим вариантом, но тут у меня идей нет совершенно, я в этих магических и потусторонних тонкостях ничего не смыслю, - Сай снова замолчала, поежилась и достала плед, чтобы спрятаться в него от ветра и холода, - Мы оба знаем, что именно я думаю, дракон. И да, если у меня появится возможность, то я попытаюсь с ним поговорить. Под возможностью я подразумеваю не просто его появление, но и свою при этом безопасность насколько возможно. Если он попытается выдрать мне хребет, светский разговор в этот момент затевать я не стану.
По поводу спячки идея была у дракона, но она не понравилась бы Сайленсс, причем гораздо сильнее, чем ее идея – ящеру, потому Кантэ счел благоразумным промолчать. Тем более, способ в голове оформился не до конца, а змея не спрашивала.
- Это все понятно, Сайленсс, вопрос в другом. Ты, думаю, прекрасно помнишь, как он общается и действует, стоит ему появиться. Если ты будешь в безопасности, что ты ему скажешь?
- Предлагаешь устроить репетицию? - Сай вздернула бровь и посмотрела на Кантэ, - Следование сценариям никогда не было моей сильной стороной, гораздо лучше мне даётся импровизация. Так что я понятия не имею, - асура пожала плечами и придвинулась ближе к ящеру, прижимаясь к его плечу.
Дракон закинул на женские плечи руку и прижал к боку зарывшуюся в плед змею, - Тебе нужно подумать о словах, - Кантэ задумчиво повозил носом о ее макушке, - Зверю гораздо лучше, чем тебе – импровизация, дается не обращать никакого внимания на то, что ему говорят, и отвечать не то, о чем его спрашивают. Ты должна будешь сказать что-то, что его заденет и заставит слушать тебя. А пока у нас нет таких слов, даже не думай об этом, иначе я тебя действительно прибью, - он ухмыльнулся и чмокнул асуру в бровь.
Асура, уже успевшая сунуть нос в теплую мужскую подмышку, осознала что именно говорит ящер и удивлённо выглянула, с подозрением прищурившись. Затем нахмурилась и внимательно разглядывала его ещё несколько минут прежде чем заговорить.
- Я была уверена, что ты просто запретишь мне это. И теперь, когда ты этого не сделал, мне не по себе.

Дракон усмехнулся.
- Сам я на это ни за что не пойду. Но если так случится, что я не смогу влиять, ты не вспомнишь о моем запрете. Я бы на твоем месте сделал бы так же, если бы верил, что может получиться. Раз ты и правда веришь, значит, и мне стоит в тебя верить. Однако мне станет немного легче, если я буду знать, что у тебя есть план. Коль события в храме тебя не убедили, поверь мне, я с ним знаком подольше. Импровизация – хреновая идея. Должны быть заготовки и пути отступления, если ситуация выйдет из-под контроля.
- Если ситуация выйдет из-под контроля, то останется либо драться, либо бежать, Кантэ, тогда уже вряд ли помогут какие-либо слова, - змея улыбнулась уголком губ и уткнулась носом в драконью подмышку, задумавшись. - Плана нет. У меня к нему только один вопрос. Неужели он действительно на самом деле искренне хочет жить в этом одиночестве, ненависти и смерти? Ведь это единственная жизнь которая у него есть, другой не будет. И он правда готов потратить ее на бесконечную борьбу за право на пару часов встать у руля, беспорядочные убийства и эту беспросветную тоску которая его поглощает? Столько лет он занимается этим и неужели не хочет узнать, что ещё может быть в этом мире? Хотя бы попробовать что-то другое. Ведь то что есть настолько жутко ограниченно. Каким бы монстром он не был, дураком мне совсем не показался. Не верю, что он сам не думал об этом хоть иногда. Я не хочу толкать ему просветительную речь, потому что она ему точно не нужна. Я хочу выслушать то, что скажет он, - она мельком взглянула на дракона и прижалась щекой к плечу, - Мне почему то кажется, что ему это тоже нужно, хотя не факт конечно.
- Об этом и речь, змея. Подробности побега мне говорить не надо, но у тебя должно быть несколько действенных способов, - ящер ненавязчиво вплел пальцы в ее волосы, - Поначалу я задавал ему много вопросов. Ребенком, когда он только появился, и взрослым, когда уже понял, что он со мной надолго. Он не отвечал. Как думаешь, есть какая-то причина, по которой тебе он может ответить? Или просто надеешься получить что-то вразумительное?

- Дуралейский дракон, - Сайленсс улыбнулась и прикрыла глаза, чувствуя как тянущее напряжение в груди потихоньку ослабевает, - Конечно у меня есть план как надавать тебе по красивой жопе и не подставить при этом свою, откуда сомнения, - она глубоко вздохнула и приобняла мужчину одной рукой, вторую по-прежнему пряча в недрах пледа. - Не знаю даже. Тебя он априори ненавидит за то что ты есть. Хоть невольный, но ты всё же тюремщик. А я просто змея. Повода ненавидеть меня так же сильно у него нет, так что есть крупица надежды, что какой-нибудь диалог у нас с ним все таки возможен. Как бы парадоксально не звучало, но я хочу хотя бы попытаться облегчить его жизнь. И не только потому что вы связаны и от этого тебе тоже станет проще. Просто действительно сочувствую ему как пойманному в ловушку существу. На мой взгляд это не самая плохая причина для разговора с ним, хотя может и самая глупая.
- Оттуда и сомнения. Не только надавать, но и сбежать, помни об этом и имей варианты, - Кантэ переместил руку ей на спину и огладил, - Помимо душевных терзаний нужно выяснить, кто он вообще такой и что делал до того, как его со мной склеили. Это важно.
Эта мысль звучала не столько как совет конкретно для змеи, сколько задача в целом для всех присутствующих. Невозможно полностью понять того, чью природу не знаешь.
- Развиднелось, - дракон глянул на небо, - Можем снова лететь. Если не будем тормозить, к вечеру доберемся до места.
- Резонно. Вопросов тьма, надеюсь, что он все таки захочет вначале поговорить, а уже потом по жопе получать, - асура покосилась на отсутствие туч и поджала губы, - Действительно. Кантэ, а ты точно хочешь оказаться в тех неизведанных руинах поздним вечером и невыспавшийся?
Кантэ хмыкнул и покачал головой. В этом он сомневался еще больше.
- Тоже резонно. Предлагаешь отоспаться здесь, встать завтра пораньше и адекватно прилететь в Эшшатэ?
- Ну, мы можем как минимум попытаться встать пораньше, да. Разве что подобраться поближе еще, чтоб не слишком много времени терять завтра с утра на остаток перелета. В общем ты везешь, устаешь и колдуешь, тебе и решать, - Сайленсс улыбнулась и прижалась к дракону еще крепче, демонстируя полнейшее нежелание покидать уютное местечко под его боком.
- Останемся здесь. Эшшатэ близко, и не факт, что по пути мы найдем такую же удобную расселину.

+1

32

Сайленсс тыкалась носом в мужскую подмышку и старалась не поднимать на него глаз. Хотелось сказать правду. Чистую, неприкрытую, откровенную в своей наготе правду, но она не могла. Конечно она ненавидела Зверя всеми фибрами души и не испытывала ни малейшего желания помогать ему как отдельной личности, а только в контексте самого ящера. Змея никогда не сможет простить этому чудовищу то как он испоганил жизнь Кантэи неважно, что у его поступков при этом есть какое-либо объяснение. Оправданием для самой асуры это не является и никогда не будет. Он продолжает быть непреодолимым препятствием и никогда не перестанет им быть, даже если боги наконец-то улыбнуться им и когда-нибудь они смогут договориться. И змея ненавидела всей душой, не имея возможности признаться в этом ящеру.
Женщина глубоко вздохнула, мысленно смахнула все эти тяжелые думы в темный угол сознания и кусила манящую подмышку, вовлекая дракона в шутливую борьбу.

28 Плачущей Сирены 1647
День

- Это самые скучные развалины в моей жизни, - Сай намеренно медленно волочила ноги и мрачно косилась по сторонам, всем своим видом демонстрируя полнейшее разочарование, - Нет, все логично, что мы тут далеко не первые и все самое интересное тут растащили до нас, но чтоб настолько тоскливо...
Первые часы после их прибытия, змея была настороже, внимательно вглядывалась в каждую трещинку в стенах и прислушиваясь к шороху чахлых кустиков. Когда стало понятно, что страшнее сколопендр и змей в округе ничего нет, девушка забила на темные углы и ограничилась прослушиванием общего фона. А когда и это стало слишком обыденным, она сложила руки на груди и скептично оглядывала почти разрушенные остовы зданий.
- Кантэ, это фигня какая-то. Нам надо спуститься вниз. Ты своим магическим щупом ничего не чуешь? - асура вынула из заднего кармана штанов свернутые наброски карт и постаралась определить их соответствие с реальностью, - Мы примерно в середине города уже. Чисто теоретически, в крупных зданиях должны быть подвалы. Если предположить, что вот это, - она ткнула когтем на причудливый крупный прямоугольник, - Что-то муниципальное, там наверняка должен быть интересный подвал. Но если верить тому, что мы с тобой узнали, выходить нам нужна какая-то магическая резиденция, университет или еще что, внизу которой по логике могли помещаться лаборатории или что-то такое.
Сайленсс сунула несколько бумажек ящеру и зашагала в сторону упомянутого здания. Внутри оно оказалось столь же прискорбно пыльным и печальным, как и снаружи. Из того что осталось здесь за века, ничто не указывало на принадлежность здания к какой-либо деятельности, муниципальной, магической и любой другой. Асура с досадой плюнула на пол и пнула подвернувшийся камушек. И почти сразу вздрогнула от раздавшегося за соседним проемом крика, рефлекторно вынимая из ножен меч и кинжал. Красная подсветка Азота дала подсказку на личность вопящего существа, а аккуратно заглянув за косяк, змея выяснила и конкретику. В центре комнаты, некогда безусловно роскошной и огромной, корчился в предсмертных муках мерцающий призрак. Он не пытался напасть, не проявлял агрессии, лишь вновь переживал последние мгновения своей несомненно мучительной и страшной смерти. Так выть и дергаться мог только горящий в пламени человек и асура невольно съежилась, искренне сочувствуя несчастному.
- Кантэ, - женщина цапнула дракона за руку, притянула к себе ближе и, уткнувшись губами в ухо, зашептала еще тише, чтобы не дай боги не отвлечь внимание привидения, - Посмотри на одежду.
Разглядеть ее было довольно трудно, но определить древний изысканный пошив мантии высокопоставленного чиновника все же возможно. Вероятно, карты все же не были совсем бесполезны и огромное здание действительно оказалось центром власти города. Осталось понять, может ли здесь быть вход в скрытые от широкой общественности помещения специального хитромагического назначения.

+1

33

Все произошедшие события и многочисленные мысли касательно обновленного положения дел Кантэ решил, наконец, оставить укладываться самостоятельно. В интонации и подаче своих речей он не скрывал наплевательского отношения к тяготам пребывания Зверя в его теле. Он его понимал, но ненавидеть от этого не перестал. Их обоих волновали собственные судьбы, только в случае Зверя желаемые перспективы виделись слишком туманными. Сайленсс была права в том, что от него нужно попытаться добиться ответов. Ведь он может и должен знать гораздо больше, чем они здесь предположили. К теме жестоких брачных игр тоже не возвращались, хотя темные искры в их души они заронили и теперь эти мерцающие угольки ждали своего часа, чтобы вспыхнуть наверняка губительным пожаром. А пока все это грузно и мучительно переваривалось на задворках сознания, дракон и змея сосредоточились на яви.

28 Плачущей Сирены 1647
День-вечер

— Нет, все логично, что мы тут далеко не первые и все самое интересное тут растащили до нас, но чтоб настолько тоскливо...
- Городу минимум пара тысяч лет. Удача уже то, что мы вообще что-то видим на поверхности.
— Кантэ, это фигня какая-то. Нам надо спуститься вниз. Ты своим магическим щупом ничего не чуешь?
- Мысли читаешь. Пока нет, но… - ящер нахмурился. На самом деле воздух вокруг был определенно чем-то пропитан, и речь отнюдь не о затхлости развалин. Чувствовал он это очень слабо и понять, что же именно беспокоит его магическое обоняние, не мог.
Кантэ взглянул на сунутую ему карту, еще раз бегло осмотрелся и направился следом за змеей. Кричащий сюрприз внутри ничуть не удивил, скорее наоборот, порадовал разнообразием. Змея сразу же проявила хорошую наблюдательность, но зачем-то шептала на ухо, словно боялась, что призрак услышит и расценит ее слова как оскорбление его чести и достоинства.
Когда мертвый товарищ перестал корчиться и кричать, к нему вернулся растерянный вид. Он принялся озираться по сторонам и прохаживаться вдоль помещения, пока волею своей призрачной природы вновь не был отправлен в центр комнаты переживать страшную смерть. Кантэ прищурился и дернулся прямиком к нему, выскальзывая из рук змеи. В разных местах большого зала начали возникать новые привидения, не меньше дюжины в итоге. Все они делали примерно одно и то же: сначала незадачливо блуждали по комнате, затем «сгорали» под истошные вопли. Пришлось сбавлять звук иллюзией тишины.
- Здесь я кое-что чую. Оно исходит снизу, но я не могу понять, что это. И мне это не нравится, - Кантэ сосредоточенно попялился себе под ноги, как будто мог найти ответ на полу, - Иди сюда, змея. Это очень древние эманации смерти, которым глубоко плевать на нас. Думаю, они нас даже не видят, - ящер осмотрелся, - Давай искать путь вниз.
- Добрый день, - мимо них проплыл тот самый, первый явившийся на глаза призрак, - Вы не знаете, куда я направлялся? Я совершенно забыл…
- На удивление, - дракон покосился на прозрачную удаляющуюся спину, выудил из сумки монокль и приставил к глазу, оглядывая все помещение, - Ничего и никого скрытого не вижу, хотя монокль и не панацея. С помощью изощренной магии его можно обдурить, - прятать игрушку не стал, вдруг еще поможет в поиске, - Думаю, разделяться не лучшая идея. Особенно в темноте, которая поглотит нас, стоит пройти поглубже в здание. Пошли.

+1

34

Когда дракон вывернулся и пошел прямиком к вопящей сущности, змея негодующе топнула ногой и двинулась следом. Допустим и правда конкретно этим призракам плевать, но никто не гарантирует, что из-за угла к ним не заглянут менее пофигистичные создания. Сай недовольно нахмурилась и продолжила внимательно вглядываться в светящиеся остатки душ и за их пределы.
- Не нравится почему именно? Потому что непонятное и это задевает твою профессиональную гордость? Или почему еще? - проходя мимо девушка все таки жмакнула драконью ягодицу и полезла в сумку. - У меня есть фонарик на случай кромешной тьмы. И красиво, и твой резерв трогать не придется. А вообще...
Сайленсс задумчиво достала из кармана волшебный компас и задумчиво закусила губу. С одной стороны он действительно был незаменим в любых поисках, с другой же далеко не всегда истинные желания совпадали с конечной целью. Вот и сейчас стрелочка никак не могла задержаться на одном месте, то и дело растерянно меняя направление. Змея огляделась, посмотрела на ящера и пожала плечами, пряча артефакт обратно в карман. Несмотря на усиленное отвлечение, в голове все еще царил слишком хаотичный беспорядок. И конкретно сейчас женщина не имела ни малейшего представления чего же ей хочется. Вроде бы и неплохо найти вход, но откровенно говоря, бешеного желания делать это не наблюдалось. «Придется шевелиться еще больше вслепую»
- А хотя... - асура махнула рукой ящеру и направилась к дальнему выходу из огромной залы. В первую очередь, согласно возникшей задумке, нужно было удалиться от верещащих призраков, чтобы не мешали. - Как ты думаешь, им можно как-то помочь? Ведь это просто поразительно жутко, снова и снова проживать свою смерть на протяжении тысячи лет. Хотя как поможешь, от них и костей уже не осталось даже.
За одним из поворотов их ждал очевидный сюрприз, а именно - обвалившаяся крыша. Избранное направление должно было привести их к центру здания, но перебираться через образовавшийся завал и тем более разгребать его точно никто не собирался. Впрочем, тишина была уже достаточной. Змея закрыла глаза и коснулась пальцами серьги, сосредоточившись на всех звуках, могущих происходить внизу. Окажись они на лужке и стало бы слышно копошение червячков в почве, а при большом везении и сопение какого-нибудь пухленького мимопроходящего крота. Здесь же ее ждала глухая и мертвая тишина. Или место было не самым удачным, или же внизу все оставалось мертво и оживать не планировало. Сай поразмыслила и потянулась еще ниже, сужая магический радиус. И наконец слуха коснулось мерзостное шелестение, настолько тихое, что не породило даже эха в подземелье.
- Фу, бл*, - девушка тряхнула головой и яростно принялась растирать ухо, - Там точно есть какая-то дрянь. Не паук, не змея, что-то другое и очень противное. Как будто костную пыль по камню перекатили, отвратительно, - она глянула наверх, прикинув высоту потолков, - Но звук как минимум на два этажа вниз, ближе просто полная тишина. Кажется тут не водятся даже простейшие насекомые и это очень уж странно. Магический эффект какой-то, как думаешь? Или просто изнаночное влияние множества смертей не стерлость?

+1


Вы здесь » За гранью реальности » Личные эпизоды » [22-30 ПС 1647] Как дракон и змея Эшшатэ грабили


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC