fataria

За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Северная снежная пустошь [в архиве] » Центральная площадь Вальхаласа


Центральная площадь Вальхаласа

Сообщений 21 страница 28 из 28

1

[float=right]http://s3.uploads.ru/4BAo8.jpg[/float]
На северном берегу континента Фатарии, там, где всегда царит мороз, спряталось небольшое поселение, названное своим основателем Вальхалас. Викинги, варвары, приплывшие с севера, преодолевшие огромное водное пространство северного океана, основали его в надежде найти здесь новый дом вместо старого, от которого осталось лишь пепелище. Кто знает, как их встретит новый, неизведанный мир.

http://s3.uploads.ru/UbePp.jpg
Вдоль скалистых ущелий и разбитых волнами берегов было несколько пологих мест, где суша не столь яро отвергала морских путешественников, позволяя причалить и обосноваться. Зеленые низины укрывали своим покрывалом каменистые склоны гор, оставляя свободными от себя лишь ледяные шапки из вечной мерзлоты. Небольшое племя варваров заняло южный склон, за несколько дней построив несколько шалашей и обнеся их высоким частоколом из древесных стволов, срубленных в ближайших лесах. В этом поселении основное место уделялось военному укладу - два жилища были забиты оружием и припасами, разложенными и приготовленными, чтобы в случае необходимости их было очень легко и быстро использовать. Пару жилых помещений не блистали роскошью - утопленные в мерзлой земле домики, вход которых будто уходил в почву, тканевые палатки на деревянных кольях и прочие постройки едва ли можно было назвать капитальными. Внутри все было отделано остатками шкур, а также возле входа висело личное оружие воина и владельца данной избы - символ доблести и трофейный признак умелого завоевателя.
Каждый из варваров имел собственную руну покровителя - обычно на избах в изголовье крыши они прочерчивались острым ножом, придавая символику и уже духовную характеристику данного воина. С собой варвары привезли скот - несколько десятков горных баранов. Верховые медведи - могучие и неистовые звери, которым полагалась также амуниция, не смогли выдержать все тягости путешествия, посему их осталось всего три. Для них обосновали особый загон, отгороженный от жилой и военной части. Грамотное расположение лагеря позволило северянам иметь неограниченный доступ к морским просторам, где под охраной были их корабли, на которых они сюда прибыли. Ныне в лагере идет активное обустройство, в процессе строительства - охранные башни и избы для военнопленных, а также загон для диких медведей, приручение которых - один из важнейших аспектов кавалерии варваров.

0

21

-Шевелитесь собаки! Живей-живей-живей! Сначала грузите хавчик! Тащи железки давай живее! Куда ты гонишь этих свиней? В сторону давай! Живей-живей! Ташес, да бросьте вы это золото! Бегом, мать вашу бросили и взялись таскать железо! Давай, всем шевелиться! Мы и так здесь задержались!- рычал Фаерх, медленно передвигая лапами и придерживаясь за раненный бок. Одним словом, ящер был не в духе. Как и всегда, без него наступил бардак. Каждый тащил своё и не о какой организованной погрузке речи не шло. В общем, теперь Фаерх наводил порядок среди одуревших от крови и награбленного крыс, заставляя их делать то что нужно, а не то, что им хотелось. И это ещё было хорошо, что гоблины делали всё верно. Зеленые быстро набрали полные карманы и сделали вид, что ужасно чем-то заняты. Но плевать на них сейчас хотел драк. Главное, у него получилось заставить перевертышей согнать в одну кучу весь скот и теперь они пастушьими собаками кружили вокруг четырехногой еды. Это радовало. Меньше возни.
Когда же с погрузкой основных припасов было покончено и даже был уложен шатер и раненные, драк велел выводить их в колонну, а сам пошел к скованному Рексу. Тот уже давно очнулся и теперь пытался разорвать путы, но трусливые крысолюды запеленали его так веревками и тряпками, что даже с его шипами и огромными мышцами было нельзя вырваться. Глядя на это,  алый даже подумал, что наверно стоит закрывать двери крепче и спать с топором в лапах. Крысы на то и крысы, что никогда не знаешь, кому они преданы на данный момент.
-Не дергайся, кшхас, грызуны спеленали тебя на совесть. Теперь не вырвешься. И знаешь - по возвращению в коммуну, ты будешь закован и посажен в зиндан до тех пор, пока мы не выроем яму ещё глубже. Наслаждайся.- прошипел Фаерх и отклонился, дабы не получить в нос от лба черношкурого братца. Затем поднялся и развернувшись велел двум младшим братьям тащить Рекса к самой последней повозки. Там они должны были приковать огромную тушу к телеге, дабы Рекс мог на своей шкуре познать все неровности и ухабы дороги судьбы. Алый же кивнул головой и пошел обратно к воротам разграбленного поселения. Большинство уже покинули поселения и теперь увлекшиеся разграблением одиночки выходили от туда, таща кто что. Впрочем интересовали ящера не они. Интересовали его выжившие. Девять человек, которые лишь чудом пережили атаку обезумевшего Чернокрылого. Два старых теплокровных, четверо детёнышей от 6 до 10 лет и две взрослые самки, самая молодая из которых сжимала в руках сверток с грудным детёнышем. При виде последнего, алый недовольно дернул хвостом, вспоминая что сотворил Рекс. Самка это заметила и сжала сверток ещё сильнее, её взгляд опустился на топор, висящий в петле на поясе драконида. Фаерх фыркнул, заметил этот взгляд и отчего-то убрал топор себе за спину. Наверно повлияло то, что в некотором роде ситуация напоминала ему Гнездо, которое было уничтожено точно так же.
Поглядев на людей, драконид взмахнул хвостом и пошел обратно к телегам, перед этим приказав караулящим людей гоблинам уходить. Эта кучка теплокровных не была опасна. Если хотят, пусть растут мстителями. Это будет по крайней мере честно.
-Найди мне Фара. Скажи мне он срочно нужен. А потом отыщи Провидицу, я что-то уже давно её здесь не вижу. Так что пусть тащит свой хвост сюда. Хватит ей гулять.- повелел Фаерх своему оруженосцу. Крысолюдка кивнула и тут же побежала на поиски огненного ящера. Фаерх же, пока Пепел не соизволил прийти к нему, решил порыться в провизии. Хотелось неимоверно жрать, не говоря уже о сковывающем чувстве холода, от которого мог спасти только гоблинский напиток.

+1

22

Выбравшись наружу, Фар отправился на поиски очередного пустого жилища. Он видел, как другие драки мечутся то туда, то сюда, пытаясь управиться поскорее. Сам же Пепел медлил, лениво волоча за собой единственный мешок. Его раздражало это занятие, но стоило для виду изобразить хоть какую-то занятость. В приглянувшийся дом, который казался крупнее предыдущего, уже собирался заскочить один из крысолюдов, но серый грозно на него рыкнул:
- Найди себе другое место, - на что крысолюд пискнул и уже собрался послушно удалиться, как Фар вспомнил о своих шкурах, сброшенных где-то возле главных ворот. Отправив того на их поиски, драконид прошел в дом и принялся за обыск. В этот раз повезло больше, оказалось, что в доме еще недавно жила семья из нескольких человек, поэтому там нашлось больше еды и оружия, которые Пепел скидал еще в два мешка. Как раз вернулся «зверек на побегушках» и отдал ему меховую накидку. Надев ее на себя и перехватив поудобнее найденное добро, Фар собирался идти на площадь, чтобы сбросить вещи в одну из телег. Как раз прибежавшая крысолюдка сообщила, что его разыскивает Фаерх и просит срочно явиться. От такой новости серый ничуть не обрадовался. Он понятия не имел, зачем мог понадобиться предводителю, поэтому, стиснув зубы, стал шагать на поиски алого. Тот обнаружился как раз возле телег, и Пепел направился в его сторону. Он представил, как кланяется ему, словно покорный слуга, и говорит что-то вроде «Чего изволите, мой господин?», но сейчас было не очень удачное время для сарказма. Герцогиня велела Фару изображать из себя хорошего мальчика и быть послушным. Но все же он надеялся, что Фаерх не собирается устроить допрос на тему «Какого черта ты приперся назад?», поэтому попытался сменить недовольный оскал на хотя бы в меру равнодушную морду. Скинув мешки в общую кучу, он приблизился к предводителю и громко кашлянул, мол, вот он я.

0

23

Когда к Фаерху пришел собственно Фар, алый уже успел перекусить и заливал хмурые думы гоблинским пойлом, согревая кровь. Взглянув на добычу собрата, он одобрительно кивнул головой и взглянул на огневика.
-С хорошим уловом, брат. Удача не оставляет тебя. Но да разговор не об этом...- произнес Фаерх и сделав глоток из фляги, повернулся к Фару спиной и махнул лапой, дабы тот следовал за ним. Пройдя вперед и остановившись возле первой повозки, алый попросил у крылатой девы достать сундучок, оставленный ей на сохранение. Получив же его, алый открыл его и достал от туда небольшую флягу, помеченную гоблинским знаком. Фыркнув, ящер оглядел флягу, словно сомневался в правильности своего решения, после чего кинул флягу в руки Пеплу.
-Держи. "Жидкая Ярость" - по сравнению с этим, твоё пойло на поясе - растаявший снег. А теперь будь добр - спали к Тейару здесь всё. Чтобы здесь даже пепла не осталась. Нечего оставлять следы. Надеюсь с этой штукой, твоих сил хватит на такой фокус.- произнес Фаерх и указав рукой в сторону деревни, после чего кивнул брату головой и пошел обратно к последней телеге, разбираться с погрузкой остатков. При этом драк очень наделся, что у него получилось поддеть собрата своими последними словами. Как ни как, он позволил себе усомниться в лучшем поджигателе. Впрочем, на это и был расчет. Ведь сила брата исходила из гнева, и это было хорошим подспорьем в его задании спалить весь поселок. Алый был не уверен в мощи того зелья, что для него сварили гоблины. Но гоблины клятвенно обещали, что любой выпивший сие, будет буквально гореть изнутри, а его сила будет сродни силе огра. И если алый не ошибался, туда было подлито одно из зелий колдовской мощи, которое создавала Провидица. Так что теперь стоило ожидать красочное зрелище, если конечно Пепел выпьет данное ему зелье, оно подействует и братец таки подчинится приказу и использует свой колдовской дар, чтобы устроить пожар в поселке. А пока он ещё не взялся за работу, стоило закончить с погрузкой того, что ещё не распределили между собой бойцы, посоветоваться с разведчиками и спросить совета у Провидицы. Всё же её дар стоило использовать, особенно в таких условиях, как переход через горы.
-Кстати говоря, где же эта волчья дочка?- прошептал негромко алый, оглядываясь по сторонам и выискивая взглядом своевольную виву.

0

24

Несмотря на то, что брат похвалил Фара за принесенную добычу, настроения это ему не особо добавило. Фаерх махнул рукой, чтобы Пепел следовал за ним. Можно было только догадываться, о чем собственно пойдет речь, но драк был уже готов к чему-угодно. Когда в руках предводителя оказался сундучок, а позднее и фляга, Фар непроизвольно хмыкнул. Название «Жидкая ярость» уже говорило само за себя, что вызвало у драконида если не возбуждение, то, по крайней мере, желание отведать эту самую ярость.
- А теперь будь добр - спали к Тейару здесь всё. Чтобы здесь даже пепла не осталась, - от этой фразы улыбка серого стала только шире. Фар верил алому на слово – пойло должно было быть невероятно хорошим. Вот только в словах предводителя слышалась насмешка, кажется, он хотел его обидеть. Пепел ничего не ответил, но все же попытался просверлить спину удаляющегося драка своим взглядом.
- Спалить… - повторил Пепел, в очередной раз сбрасывая шкуры и откручивая крышку. Принюхавшись к горлышку, он резко отпрянул. – Ничего себе!
Только одни пары напитка скорее походили на кипящую лаву, чем на то, что можно вливать внутрь себя.
«Вряд ли это такой коварный способ меня отравить», - ухмыльнулся Фар и все же сделал огромный глоток. Сказать, что это было совершенно невероятное ощущение – ничего не сказать. Казалось, что чешуйчатая кожа готова просто лопнуть изнутри, и будь на месте Фара человек, так бы оно наверняка и случилось. У серого складывалось впечатление, что кровь закипает в буквальном смысле слова, будто раскаленный металл собирается вырваться наружу и уничтожить все вокруг. Из пасти драка раздался протяжный рык. Сложно было определить, что он означал – боль или наслаждение, хотя, скорее всего, именно второе. Ярость в буквальном смысле завладела его разумом, Пепел мог слышать удары собственного сердца, которые с каждой секундой становились все быстрее и теперь напоминали стук барабанов. Опустевшая деревенька, казалось, произвела жалобный предсмертный вздох, хотя Фар знал, что это только его воображение. Сейчас она была невероятно хрупкой и беззащитной. Деревянные постройки быстро вспыхивали, пламя перекидывалось на соседние, оттуда на следующие и так далее. Серый смутно понимал, что происходит – картинка сменялась с невероятной скоростью. Только что он видел целый дом, но в то же мгновение он превращался в маленький aд, готовый поглотить своим огнем что-то новое, возможно даже души недавно погибших его обитателей. Остановился драк только тогда, когда понял, что сжигать-то больше и нечего. Голова приходила в норму, внутри становилось прохладнее, сердцебиение замедлялось. Серый стоял на центральной площади и пятился к выходу, не в силах оторвать взгляд от погибающего мира, который действительно еще сегодня утром был частью чего-то большого. Кое-что он понял наверняка - быть вершителем судьбы, наверное, одно из самых приятных ощущений. Только так можно по-настоящему осознать, насколько хрупка любая жизнь.
Забрав свои нелюбимые шкуры и накинув их на плечи, Пепел отыскал алого и вернул ему флягу.
- Надеюсь, ты доволен, - сказал он и погодя добавил. – Это было… потрясающе.

+2

25

Разобравшись наконец с остатками вещей, драконид упустил тот момент, когда брат взялся за своё дело. Лишь учуяв запах паленого, ящер повернулся в сторону деревни. Сделал пару шагов, чтобы видеть лучше. Клацнул клыками от увиденного.
Фар весьма серьёзно хлебнул зелья. Идущею от него мощь и жар Фаерх мог ощутить даже от сюда, вдали от обреченного поселка. Брат полыхал, словно вулкан и от исходящей от него температуры деревянные дома загорались, словно сухая солома. Брату даже не требовалось изрыгать пламя - всё и так отлично сначала тлело, а потом разгоралось. Когда же Пепел скрылся из виду, Фаерх продолжал смотреть, представляя что сейчас происходит вокруг огневика. Его чешуя почернела и "разошлась", от чего можно было увидеть вены, в которых текла кровь, больше напоминающая лаву; Воздух вокруг стал словно раскаленное олово и один вздох обжег бы легкие;  Снег тает и испаряется за мгновения, а потом и земля обугливается под ступней его. И полный этой силы брат изрыгает пламя, которое обращает в пепел толстые бревна всего за несколько мгновений, от чего один из домов обрушивается с грохотом, которое слышно даже тут. Не стоило сомневаться, что когда брат подошел к центру поселка, человеческие тела вспыхнули ещё до того, как Фар успел обрушить на них свою ярость.
Деревня пылала и едкий черный дым поднимался высоко в небо. Теперь в течении нескольких часов стоило ждать здесь гостей, желающих узнать от чего в небе такой столб огня, словно начался лесной пожар. Стоило поторопиться и потому алый не стал дожидаться серого и велел живее бойцам шевелиться. Никто не возражал. Все спешили смыться как можно дальше от этого место, боясь разбушевавшегося огненного мага. И Фаерх их понимал. Его хвост то и дело дергался, показывая как хозяин размышляет о разумности решения дать Пеплу сию колдовскую жидкость. Ведь с ней Фар был теперь намного сильнее даже Т'яра. Не искуснее, дракониды все были неумелыми колдунами, но сильнее, что могло выйти боком. Впрочем, успокаивал себя алый, братец явно хлебнул много по незнанию, а значит жидкости осталось там не много. А раз так, то на повторения подобного у Пепла сил не хватит.
-Легок на помине...- подумал драконид, когда за его спиной послышались шаги и зазвучал голос Воителя. Развернувшись к нему, Фаерх был готов увидеть всё тоже раскаленное чудовище, которое бушевало в деревне, но нет, брат уже остыл и даже передавал ему в лапы флягу.
-Да...я доволен. Теперь кто бы сюда не пришел, он может узнать о произошедшем только со слов беженцев. Но напуганным варварам врятли кто-то поверит. А пока стоит сваливать - дым могут заметить и прислать сюда кого-нибудь. А нам это не надо.- произнес Фаерх и глянул сначала на ещё горящее село, потом на флягу в своей лапе. Взболтав её в руке и прикинув, что там действительно осталось не так уж и много, усмехнулся и вручил обратно Фару.
-Придержи у себя. Может ещё пригодится. Ладно, пошли.- произнес алый и развернувшись, взялся быстро нагонять их, растянувшийся на марше, караван. 

В это время, когда Провидица и её телохранители вышли к двигающемуся каравану и раненый гоблин, что успел зарастить колдовством рану на своей шкуре,  ушел на поиски Леди Сильвер, к Кайхе и Рейре подошла взволнованная Хвостокость и потребовала, чтобы серохвостая немедленно последовала за ней к Фаерху. Мол, алый срочно хотел её увидеть.

0

26

---> Река Нара
1 число Звёздного Инея, 1645 года
Утро

Сбивчиво, невнятно, но Рейре рассказали о том, что произошло пока она отдыхала от хаоса, устроенным Стаей. И про успешное окончание битвы, и про непослушание Рекса, и про то, сколько награбленного да раненых. Но вот что за запах наполняет лес — ни гоблин, ни драконид так и не ответили. Похоже, это началось после их ухода.
Как только Рей увидела дым — то сразу же прибавила шагу и чуть ли не бежала, стараясь не увязнуть в снегу. Телохранители не поспевали, но и не отставали: упустить волчицу второй раз они не хотели. Но девушка и не думала убегать — ее овладели любопытство и страх. Ап парил совсем рядом и девушка периодически замечала его полосатую шкуру то слева, то справа от себя. А уши ее словно ничего и не слышали, кроме своего дыхания и сердцебиения. Они словно заглушали все остальные звуки, затуманивали разум и сознание различными предположениями. Хотя их завесу прорвали треск огня и грохот обрушивающихся домов. Она вернулась.
Замедлив шаг, волчица, тяжело дыша после муторного забега по сугробам, остановилась, уставившись на самый огромный костер, который когда либо видела. Сжигать мертвых — это обычай, но сжигать целую деревню после варварского набега, словно стыдливо заметая следы.. Словно зачарованная, вивариинка не могла отвести глаз от гигантских языков пламени, что то и дело тянулись к небу. Нервный вдох воздуха, который был пропитан дымом и запахом соженного дерева и тел, волчица облакотилась рукой о дерево. «Как же.. как же так? Зачем.. Почему.. Это не правильно! Кто им такое позволил.. убивать и сжигать.. Они намного хуже людей и разбойников,» - еле сглотнув, девушка не могла удержать слез. Тихие всхлипы не прекращались, а ветер нес горячий воздух прямо в лицо. Слезы от этого суше не стали, и влажные дорожки, бегущие по щекам и шее, словно кололи душу. Вытирая слезы рукавом рубахи, серая таки опустила взгляд на снег, который отражал свет огня. Ей было до боли жалко людей, чьи жизни, чей дом сегодня забрала Стая. И.. это было несправедливо. Что эти люди сделали? Они просто выживали, как и все. Но видно ящеру была нужна громкая победа для стаи. Бесчестно напасть, быстро вырезать, а потом замести следы огнем, оставив от родного дома людей огромное пятно пепла и развалин. Слезы сменились другим настроением. И оно разгоралась, как огонь разгорается ветром. Был виновник, был ответственный за все это. И он должен ответить за эти смерти, за эту несправедливость.
Крыса, что служила алому ящеру появилась внезапно и заговорила о том, что Вожак ищет ее. Гневно глянув на крысу, волчица направилась за ней. И с каждым шагом злость брала свое: она сжигала волчицу изнутри, отражаясь яростью в златых глазах. Казалось что даже мех на накидке стал дыбом, как это бывает у волков. Казаться большим и страшным, что бы враг попросту струсил от одного твоего вида. Неприкрытое капюшоном лицо обдавало жаром от огромного костра и лишь раздувало огонь внутри. Текка словно испарился, но он был рядом и наблюдал за всем. Кор бы сам рад наброситься на Фаерха и выцарапать ему глаза, но лучше он будет подстраховать волчицу, что бы она не совершила глупость. А она может.
И вот показалась алая чешуя вожака — виновника этого костра Тейара. Глухой рык вырывался из глотки вивариинки, а хвост был вздыблен вверх, словно натянутый.
- Как ты мог такое допустить! - рукой указав на горящую деревню, Лунная издалека закричала драку. Между ними было еще метров шесть, но расстояние сокращалось. - Ты позволил гулять  на этих землях Смерти, ты пропитал воздух кровью, а теперь огнем добиваешь! - речь срывалась на рык, а в глазах сверкала ненависть. По телу девушки пробегала дрожь от того, что она чувствовала. Внезапно пред ней появился Ап и уперся лапами в ее грудь.
- Нет, остановись и успокойся! Злость не дает тебе думать, ты можешь совершить то, о чем пожалеешь! - предупредительно взывая к своей напарнице, текка смотрел на нее с беспокойством. На остальных, в том числе на Фаерха, он не смотрел. Тем временем расстояние сократилось до трех метров.
- Ты уничтожил буквально под корень целое племя! Чем ты думал, дракон недоделанный?!  Как ты, посмел это допустить?! - рыча, девушка остановилась, смотря в глаза ящера. Она не думала о последствиях, не слушала Апельсина, она хотела прекратить это. Это неправильно, так жить нельзя.
- За твой проступок к тебе вернуться все эти несчастья в троекратном размере, и они падут на Стаю, на всех, - девушка рукой сделала жест-полукруг на ящеров, крыс и гоблинов. - на всех этих существ!
Коревар опустил лапы и завис в воздухе. Он не знал что произойдет дальше и убрался в сторону, опустившись на снег на некотором расстоянии от ящера и волчицы - между ними стоять он опасался.

+1

27

Фаерх шел рядом с повозкой, держась одной лапой за её край, погруженный в свои не веселые думы. Не так, ох не так он намеревался возвращаться обратно домой. Они были должны победить, свершить благое дело, разбив грабителей и присвоив их награбленное себе, для более полезного дела. А позже они смогли бы петь о столь славной схватке, ведь люди, коль быть честным, сражались умело, о чем говорили десятки шрамов на его шкуре. Но теперь у них за спиной сгорало место, послужившее скорее скотобойней, чем местом хорошей драки.
Чуть было не упав из-за проклятой ямы, укрытой под снегом, алый выругался именем проклятого и тот не преминул ответить. За спиной раздался крик волчицы, словно дракониду и без неё не хватало проблем. Тихо рыкнув, Фаерх развернулся мордой к Провидице, желая узнать, какого рожна она разоралась, но серая не собиралась давать ему возможности открыть рот. Совсем. Пришлось сначала выслушать. А потом срочно принимать меры - последний жест волчицы мог сказаться весьма дурно на моральном облике их движения. Ведь Провидицу, которую он сам так и нарек, услышали и грызуны и гоблины. И если последние нашли бы как огородиться от дурных слов, то грызуны могли и запаниковать, не защищенные ни чем, кроме надежды на их смехотворную Мать-Крысу.
Ящер очень быстро оказался рядом с вивой. И первое желание драка было весьма очевидно, судя по занесенной для удара руке. Фаерх хотел весьма быстро заткнуть излишне говорливую Провидицу. Впрочем, холодная кровь сыграла свою роль и вспыхнувший гнев быстро угас. Занесенная для пощечины ладонь сжалась в кулак и опустилась. Горячий воздух, из ноздрей драконида, обдал горячим облаком волчьи уши.
-Что сделано - то сделано. Кто как не Провидица должна это знать. И кто как не ты, должна была это предвидеть?- сначала ответил, а потом задал вопрос Фаерх, строго и даже зло. Словно видел всю вину в волчице, которая должна была предвидеть, что чернокрылый не подчиниться приказу, и предупредить об этом.
-Теперь же, когда ты ничего не смогла сделать, чтобы спасти тех, кого можно было спасти, заткнись. Племя грабителей понесло своё наказание и отныне никто не пострадает от их нашествия.- рыкнул ящер, оскаливая клыки, после чего взглянул в сторону пожарища и продолжил -Огонь очистит это место и от Смерти, и от крови. А души умерших уйдут на встречу со своими предками и не будут преследовать нас. Так что садись на свою лошадь и не смей даже думать сделать какую-то глупость. Я не в настроении терпеть неповиновение.- рыкнул на последних словах Фаерх и резко развернувшись, пошел нагонять повозки. Правда на паре шагов остановился и указал на связанного Рекса, которого волокли по земле.
-Если тебе был нужен виноватый - то вот он. Можешь ткнуть его палкой, он всё равно потерял право зваться моим братом. Но более не смей угрожать Стае, если хочешь увидеть свой дом вновь.- произнес драконид и ускорил шаг.

-Провидица.- послышалось за спиной серой сразу, как только Фаерх ускорил шаг. То был Кайхе, стоящий рядом со скакуном и подающий ей поводья, хотя при этом и стараясь держать дистанцию, зная уж больно боевой характер лошади. Ну а чуть поодаль стояли и остальные телохранители серой. Ну кроме гоблина. Тот всё ещё был уж больно занят своей шкурой.

==>Озеро у подножия гор

Отредактировано Фаерх (2013-03-11 23:01:56)

+1

28

Рыча, серая не отводила яростного взгляда от драконида. Даже когда он подошел ближе к ней и занес руку, девушка смотрела на него по прежнему дерзко и злобно. Она была готова к драке. Будь у нее клыки и когти крепче да длиннее, то Лунная давно бы уже бросилась на Фаерха. Сейчас, в своем положении, это было бы выглядело совсем глупо да и не по-волчьи. Стиснутые кулачки прижались к ногам волчицы, а коготки сильнее надавили на кожу ладоней.
Вопроса Рей не ожидала. Ярость в глазах разбавилась легким недоумением, а потом и страхом. Он обвинял ее. Вот так бесчестно, пред всеми. В том, что она и не делала, но теперь во всем она должна была винить себя и только себя — по словам ящера.  Прикусив нижнюю губу, серая не знала куда деться от своей ярости. От отчаянья в горле стало сухо, а дышать тяжелее, да еще и к глазам подступали слезы. Все это время она мучилась кошмарами, ужасно спала, а теперь Фаерх обвиняет ее в том, что ничего серая так и не сделала. Не ужели она действительно могла? Могла взять и настоять на отмене похода и боя у самых стен селения? И не было бы жертв, смертей. Не ожил бы ее кошмар. Вновь предательские слезы скользнули по щекам, а волчицу словно окатили отчаяньем. Угораздило же ее угодить в лапы такому кровожадному и бесчестному вожаку.
Рей так ничего и не ответила, хотя на языке вертелись слова оправдания. Но девушка не хотела говорить срывающимся голосом, не хотела показывать свою слабость. Хотя и так всем было ясно, что Фаерх утихомирил и вивариинку. Быть может он потом ее отловить и проучит за такой проступок, за такие слова. Когда рядом никого не будет, когда ничто не подвергнется сомнению в статусе обоих. «Для того, у кого нет понятий о чести, будет вполне в его духе напасть на меня — навряд ли он знает волчьи правила,» - с фырканьем подумала девушка, сглатывая слезы. Натянув края рубахи на руки и в который раз стирая с глаз слезы, Рейра и не обращала внимания на пришедших в движения существ: они понимали, что представление окончено. Хотя крысы то и дело шушукались, поглядывая на разбитую духом волчицу.
К ноге прижался скулящий Рунольв. Волк появился внезапно, казалось из ниоткуда, хотя он был поблизости и был готов броситься на ящера, что бы защитить Лунный свет. Кто-то ее дернул за рукав. Отняв руки от глаз, серая увидела Апа, что укоризненно посмотрел на нее и исчез. Подоспели и телохранители. Рассеяно оглядев их, серая просто забралась в седло и, взяв в рук поводья, чуть пришпорила Сирокко. Жеребец чуял настрой хозяйки, как впрочем и Рун. Волк бежал следом за всадницей, порыкивая да наблюдая за Фаерхом.
- Как же.. Неужели с нами теперь что-то случиться из-за такой бойни? - тонкий голосок Каэдэ раздался совсем рядом — телохранители не собирались бросать свои посты.
- Это все потому, что меня на там не было! Был бы — победа была честна и приятна, - Кин все не мог смириться с тем, что не участвовал в бое.
Крысы в ответ ничего не получили, даже взгляда. Опустив голову, серая полностью ушла в себя. Дорога назад будет долгая и изнурительная — у Рей есть время придумать, как проучить ящера.

---> Озеро у подножия гор

Отредактировано Рeйра (2013-03-11 23:04:07)

0


Вы здесь » За гранью реальности » Северная снежная пустошь [в архиве] » Центральная площадь Вальхаласа