За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » Приключения случаются только если ты идешь туда, куда не следует.


Приключения случаются только если ты идешь туда, куда не следует.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Ашер Нуар, Лео Альден, Себастьян Блек, Дейн Корри, Василиса.
Время и место действия:

http://s3.uploads.ru/KkRzQ.jpg
Эпизод I: 5 число месяца Страстного Танца, 1645 год.
http://s2.uploads.ru/SMEhm.png
Торговая лавка «Пектораль»

http://s3.uploads.ru/ZL9El.jpg
Эпизод II: 6 число месяца Страстного Танца 1645 год.
http://s2.uploads.ru/SMEhm.png
Пункт телепортации [Таллем]
Пункт телепортации [Хартад]
Лес перемен

http://s3.uploads.ru/1Zkq5.jpg
Эпизод III: 9 число месяца Страстного Танца 1645 год.
http://s2.uploads.ru/SMEhm.png
Глаз Дракона [граница]

Описание ситуации: До сих пор мир Фатарии окутывает множество таинств и легенд о происхождении губительной хвори под названием «Песчаная язва». Ни одно поселение смела она в покои Ильтаровы своей смертоносной дланью. Вот уже спустя сотни лет не нашли от нее целебного варева. Что мы с тобой, читатель, будем исправлять в этом до-о-олгом флешбеке! На дворе - лето, посему пустыня к нам будет поистине не благосклонна. Хочу предупредить, что изначально мы отправимся в объятия бушующей «язвы», разгоревшейся на одной из самых опасных территорий мира Фатарии - границе земель василисков и фиаллэ. Нашей целью станет то самое растение, по чьей милости уже тысячи жизней канули в Лету, и сейчас ключевая задача - не упустить его вновь.
И насколько бы чудовищным и беспощадным не было солнце зыбких песков Соноры, да осветит оно новые приключения, граничащие с долгими поисками трын-травы, неожиданными сражениями, политическими заговорами и интригами новыми полезными знакомствами. Отбрось все сомнения, мой славный читатель, и позволь мне забрать твою душу преподнести тебе еще одно незабываемое путешествие!
5. Дополнительно: Будет редактироваться по мере продвижения по сюжету.
Очередность постов: Василиса, Лео Альден, Ашер Нуар, Себастьян Блек, Дейн Корри [присоединится в середине эпизода II].

Отредактировано Василиса (2013-02-27 17:28:34)

+4

2

Опушка Безымянного леса умиротворенно посапывала за кронами высоких дубов и осин, затаившись в тени, прочь от палящих лучей летнего солнца, нещадно обдающего каждого, кто осмелился ступить сегодня за порог. В душных клубах озерного пара витало уморенное жарой пение найи. Мягким эхом поползло оно по оголенным корням величавого древа, возвышавшегося у входа в недра леса. Маленькой нотой постучалась песня в небольшое круглое окошко, в ответ на что изнутри послышался звон бьющегося стекла.
Ну, вот – началось. [float=right]Погоня за Банджо
[mymp3]http://www.fileden.com/files/2012/10/9/3355439/13-this-time-for-sure%20%28my-hit.ru%29.mp3|John Powell - This Time For Sure[/mymp3][/float]
БАНДЖО!
С соседних веток в панике вспорхнули птицы, спешно сталкиваясь друг с другом клювами (несчастен тот, чьим соседом стал дятел) и лбами – настолько торопились они покинуть поле назревающей баталии. Рык Василисы столь могуч, что с легкостью сошел бы за психическую дизориентирующую атаку, коей он и послужил вот тому дергающему лапкой дрозду, валяющемуся на спине. Но, пожалуй, единственным, кто мог воспротивиться этой смертоносной технике, был маленький лохматый белеф, с любопытством уставившийся сейчас в то самое окошко.
«Лядь, спалился», - едва увернулся он от доблестного женского оружия, в простонародье зовущегося сковородкой. Со всей яростью, предназначавшейся на шкуру домового, протаранил ставни верный меч-кладенец Василисы, с победоносным треском и звоном оповестив о том, что только что разнес стекла в пух и прах. А ведь какое хорошее окошко-то было…
Ах ты, хулиган! – пыхтела Василиса, угрожающе размахивая посохом по сторонам – вот и вторая техника под названием «ветряная мельница». Тому несчастному, коему улыбнулась неудача попасть под ее воздействие, грозила участь остаться без слуха. И уха. – Порошок верни, Акалово отродье! – но белеф, будучи существом преисполненным бандитского характера, тут же хитро сманеврировал и прытко преодолел препятствие в лице собственной хозяйки, после чего шустро ретировался в главный зал. Осознав всю комичность ситуации, Василиса, которая всего несколько минут назад пыталась выкурить сожителя из помещения-лавки, уже жалела содеянном и мигом припустила следом за мохнатым безобразником. За многие годы жития-бытия по соседству с Банджо, Василиса Торвальд открыла для себя одну маленькую простую истину – все те чудища, которыми запугивают своих младших братьев и сестер дети, вовсе не страшные и не настолько уж и опасные. Куда болезненней перспектива жизни с белефом под одной крышей. Мечты о спокойствии покинули ее с той же скоростью, на которой пронеслась мимо носа вредителя ее чугунная сковорода. Внутренний компас Банджо был явно нарушен – вместо заброшенной библиотеки по непонятной причине стрелка навигатора указала ему на «Пектораль», которая и стала пунктом назначения его незамедлительного путешествия. Однако все на свете имеет свою оборотную сторону, как сказал один человек, когда у него умерла теща, и пришлось раскошелиться на похороны. Если бы не Банджо, возможно очень скоро Василиса обнаружила бы огрызок от своего дома, снисходительно оставленный хозяйке термитами, дескать, на память. Вот только если насекомые грозились пожрать сам дом, то Банджо – все, что внутри него. Белефы отличаются на редкость ненасытным аппетитом и феноменальной прожорливостью. И стоит только чему-то съедобному – или несъедобному – оказаться в его поле зрения, как это «что-то» всенепременно будет приговорено к немедленному съедению. Чистая совесть дает ощущение удовлетворенности и счастья, но полный желудок позволяет достичь той же цели с большей легкостью и меньшими издержками. Василиса подозревала, что именно такому принципу следует Банджо каждый раз перед тем, как оприходовать новое изобретение ведуньи. Последним же оказался объятый мертвой хваткой редких зубов пузырек порошка, о создании которого рыжая теперь неоднократно жалела. Его действие заключалось в том, что любой предмет, на который попадет хотя бы горсточка серой смеси, взмывал кверху и выполнял все то, что было ментально приказано ему использующим. А так как сейчас полем боя оказался главный зал, Василиса мысленно распрощалась с большей частью товаров, стоящих у белефа на пути. Домовые, как насекомые – однажды применив на них магию, можно преспокойно забыть о жилище и отправиться на поиски нового, ибо ни одно заклинание не угонится за бравыми знатоками всех щелей и закоулков дома. Но кто сказал, что этому правилу последует Василиса?
Длинная шерсть мелькнула за стеллажом отдела с зельями, и уже послышался звон первого пузырька.
Айрх! – процедила сквозь зубы ведьма и накинула на плечи Плащ невидимости, направившись встречать Банджо с другой стороны отдела, который был создан по принципу лабиринта. Топот лап и частое сопение негодника ознаменовало приближение объекта.
«Вот ты где, дружок, - хищно прищурилась Василиса. – Иди к мамочке».
Кратким взмахом руки заставила она неестественно изогнуться одну из сплетенных лоз у верхней кромки стеллажа, смахнув белефа прочь с полок. Жалобно рявкнув, мохнатое чудовище заметалось взглядом в поиске новой опоры, но под рукой – ногой и головой – не оказалось равным счетом ни одного выступа. Животина летела прямо в распахнутые объятия ликующей Василисы. И порази копьем меня, Вира, если бы все было так просто…
Размечтавшись о счастливом финале, колдунья хотела уже вцепиться пятерней в пушистый загривок Банджо, как под ноги попался деревянный угол табурета. Ловкость Василисы неоднократно выручала ее в самых немыслимых ситуациях, бесстрашно противясь и стрелам, и пикам, и злобным проклятиям. Но, как когда-то сказал один мой хороший знакомый: «И медведя, и слона подведет Сета пята». В случае Василисы той самой пресловутой пятой имело радость оказаться правое колено. Почему именно правое? Если бы она знала, то незамедлительно заказала бы себе стальной наколенник. Но для того, чтобы ее не уличили в коварной привязанности к правому суставу, неудача умело перескакивала справа налево, и тогда все оставалось по-прежнему. Один невежа, возомнивший себя знатоком с области медицины, как-то раз решил опробовать – прямо в таверне, чего мелочиться-то – новый метод, о котором ему нашептали южные птички. К его глубочайшему сожалению любопытная Василиса (безусловно, под градусом) отважно согласилась стать субъектом, на котором тот и должен был продемонстрировать чудеса определения нервного напряжения пациента. Увы, тогда бедняга не ведал, какие нервы у этой женщины. Распетушившись, горе-лекарь, повинуясь голосу чести – и эля – с изящного размаху вдарил краем своей кружки прямиком по несчастной коленке рыжей ведьмы. Василиса вмиг натянулась и с резкостью катапульты выбросила снаряд в лице выпрямленной ноги. В тот момент он понял, что зря наобещал молодой супруге троих ребятишек, ибо после проверки нервных окончаний Василисы, он был с точностью до одного уверен в том, что детей у него уже не будет…
Не знаю, что с ним было дальше, а мы отклонились от курса. Так вот… Главным врагом Василисы (после Банджо, разумеется) являлся тот самый усыпанный бороздами табурет, мистическим образом оказывающийся всегда именно там, где его меньше всего ожидаешь застать. Эту чертову порчу нельзя было снять ничем! Отсюда и пошла версия, что «Пектораль» действительно живет собственной жизнью. Как бы там ни было, сейчас ворчливое эхо вторило ругани, грязным потоком льющимся из уст Василисы, а белеф с особым усердием вырывался из когтистой хватки хозяйки. Признаться, бороться с Банджо и прокладывать себе дорогу наружу мелкими прыжками на одной ноге – поистине тяжелый труд. И что самое обидное – не окупаемый. Стоило ей только сделать еще один прыжок, как белеф, сориентировавшись, напористо боднулся, и двое отчаянно борющихся сожителей кубарем вылетели вон из «Пекторали». И тут-то лесу на смех вновь предстала уже вполне себе привычная картина маслом: взъерошенный Банджо, бесстрашно сражающийся с цепкой хваткой из ниоткуда торчащих рук, и булькающие звуки, доносящиеся откуда-то снизу и наверняка принадлежащие хозяину той самой исцарапанной паре культяпок.
А вдали в гнусном рокоте защебетали найи. Эх, романтика.

ОФФ

Дорогие друзья!
Спешу предупредить вас, что выдвигаться из Таллема будем во втором эпизоде (то бишь на следующий день), в то время как во время первого пройдут обсуждения всех нюансов, после чего мой персонаж вас аккуратно вытолкает за дверь - на ночевку останется, пожалуй, только Лео, поскольку лишь с ним Василиса имела дело ранее.

Отредактировано Василиса (2013-01-27 21:51:29)

+5

3

Чудесный стоял денек. Жаркий, как и положено в лето, без малейшего ветерка. В такие дни хорошо бы остаться дома и предаться блаженной лени, имея в поле зрения колодец с холодной водой. Обложиться книгами и думать о том, что какие-то неудачники вынуждены нести службу в такую жару, в доспехах, с раскаленным оружием, на перегревающихся конях. Да, так бы и проводил этот день любой нормальный и здравомыслящий человек, не обремененный никаким шилом в заднице. Но Лео не относил себя к этой категории, а потому именно сегодня, стоически не обращая никакого внимания на пекло, в своем полном боевом обмундировании, состоящем из кожаного доспеха, вел Ингрид под уздцы через Таллем. Вы спросите, зачем такие жертвы? Да затем, что на месте сидеть невыносимо, и когда на горизонте намечается перспектива риска и опасности, нужно идти ей навстречу. Что сейчас и делал Альден, украдкой утирая мокрый лоб.
Таллем ничуть не уступал Ацилотсу по количеству разнообразнейших слухов. За пять минут можно было узнать всю подноготную самой известной прослойки жителей, а если увлечься и послушать дольше – то всю скандальную биографию любого, пусть даже самого распоследнего бродяги или убогого. Ведь в жару заниматься серьезными делами лениво, а вот языками чесать – самое оно. Вот так и передаются самые вкусные слухи: из уст в уста, мимо пробегающему мальчишке с улицы, а там и тому, кого они могут по-настоящему заинтересовать. Скучающему инквизитору, например. И подумаешь, что собирается опасная экспедиция в сердце пустыни, что там бушует страшная болезнь, что твари там водятся самые что ни на сеть опасные. Риск – дело достойное, особенно, если не желаешь на закате своих дней осознать, что ничего стоящего в жизни так и не произошло. А может, сыграло то, что наниматель был знаком юноше. Как же, как же не узнать, если когда-то они вместе разносили по камушку столицу, убегая от объединенных сил стражи, Инквизиции и паладинов. Тогда вроде неплохо уберегли шкуры друг друга, может и в этот раз повезет? Поживем – увидим.
Ингрид совсем опустила голову, утомленная городской жарой. Лео бесцеремонно толкнул ее в шею, заставляя выпрямиться. Заподпружится еще, что тогда делать? Незнакомым лекарям инквизитор свою лошадь отдавать в лапы не собирался. Доведут до состояния колбасы, потом разве что на бойню.
- Вот выйдем из города, в лесу легче будет. Терпи.
Ингрид только всхрапнула. Куда тут денешься, упрямому хозяину тоже жарко и тоже тяжело, но идет же.
Одним из неоспоримых преимуществ Лео была его мобильность. Человек, который почти не привязан к одному месту домом или какими-то существенными пожитками, всегда готов сняться с места и двинуться вперед, неведомо куда, по мановению левой пятки или по чьему приказу. Вот так Альден прибыл в Таллем сначала по заданию Ордена, а после -  двинулся наниматься в телохранители-помощники к давней знакомой, собравшейся устроить экспедицию в Сонору. Нанимала она, правда, не абы кого с улицы, но кто же виноват, что каналы связи магических гильдий такие ненадежные. Подробностей инквизитор не знал, да его и не волновало. Деньги заплатят, приключения обеспечат – грех тут жаловаться. С собой у него была только лошадь, легкие кожаные доспехи, два кинжала, лук со стрелами да сумка с запасной одеждой и провиантом, может еще зелье какое на дне завалялось - на это все богатства заканчивались. Но оно и к лучшему – негоже тратить лишние силы, чтобы влачить многочисленный скарб.
И вот уже край города, вот ворота. Лео перекинул поводья через лошадиную голову и вскочил в  седло. Умей Ингрид говорить, она бы наверняка высказала все, что она думает о своем хозяине, который заставляет ее тащить его кости в такое пекло. Но даром речи она наделена не была, да ее и не спрашивали. Опять же, оставалось только идти.
До опушки было всего ничего, и уже увидев «Пектораль» Лео услышал вопль. Не то чье-то имя, не то просто несвязное песнопение, но горланили с душой. А когда еще и начали биться окна, стало совсем интересно. Легкое движение шенкелем – и Ингрид пошла быстрее. А после и вовсе поднялась в тяжелую рысь. Но не более. Хочешь с ветерком – слазь и своими ножками, дорогой хозяин.
И вот уже вход. Вроде неведомое бушующее нечто внутри утихло. Но утихло лишь затем, чтобы спустя секунду выкатиться из лавки прямо под ноги кобыле. Лошадь, которую застали врасплох таким подлым трюком, попятилась и даже попыталась демонстративно встать на дыбы, но Лео не позволил.
Да, а ведь смотреть тут было на что. Вверху красовалось нечто пухнатое, дерущееся с тем, что было внизу. А вот то, что было внизу… Должно быть, та самая рыжая бестия Василиса, которая так легко поставила на уши всю столицу, а теперь избивающая какое-то мохнатое чудовище. Нда, дичают люди в этом лесу, что ли?
Не зная, с какого конца подступиться к этому клубку из конечностей, волос и шерсти, Альден спешился и с самым что ни на есть заинтересованным видом подошел поближе, держа поводья в левой руке и не позволяя кобыле блаженно опустить голову к зелененькой травке.
- Я, значит, наниматься пришел, думал, люди цивилизованные, а тут такое непотребство.
Вести деловые переговоры в таком положении было невозможно, а потому стоило вновь привнести жесткой мужской рукой покой в это одичавшее царство.
«Понять бы еще, где у этого существа какая часть тела. Ладно, будь что будет» - и Лео наугад схватил комок меха и буквально выдрал неведомую животину из рук хозяйки лавки.
Получилось достаточно жестоко: зверюшка запищала от боли, а женские руки украсились несколькими особенно глубокими царапинами. Ничего страшного, зато снова воцарился мир и гармония. Подумаешь, пара царапин и выдранный клок шерсти. Бывают трагедии и побольше.
- И что же вы не поделили, а? – спросил женщину инквизитор, разглядывая необычного зверька.

Отредактировано Лео Альден (2013-02-02 16:27:03)

+4

4

Погода была прекрасная, принцесса была ужасная. Или же наоборот? Погода ужасная, принесса прекрасная...Фермин тряхнула головой, часто хлопая глазами. Не шибко она жаловала лес. Это вот в сказках - принцессы в шелковых, черт возьми, обязательно щелковых платьях, попадают в беду в самой самой дремучей чаще, активно житикулирует руками, ахает и охает: " Ах, принц мой, принц ненаглядный! Где же ты, спаси меня!". А потмо появляется большой и страшный лесной чудо-юд. Не важно кто именно, он должен быть лохмат, огромен и совсем не разговорчив - говорить ему никак нельзя, только рычать и очень громко. И принцесса должна орать, прям как в первую брачную ночь.
По мнению сказок - это самое страшное, что может быть в лесу. Нигхыра. Любое порядочное лесное чудище при виде орущей бабы скорее всего резвернется и пойдет задерет себе что-то более тихое. И не в шелку. От него же несварение.
Самое страшное в лесу, это мошкара и комары. Она то и дело лезет в нос, в рот, в глаза..И от неё никак нельзя избавиться, если ты не маг воздуха или не супер гениальность. А еще в лесу отвратительно бродить некроманту. Там сдохщая животинка, сдетсь - наивный путник..там еще и ди...
Фермин чихнула и поправила ткань, которую накинула на голову, вместо головного убора и которая решила - нет, я должна быть на твоих глазах. Заплутав в лесу и честно себе в этом признавшись, гомункул решила поступить так, как советовали дурацкие пособия по виживанию в лесу. Остановиться и глубоко вздохнуть.
Ущипни меня Тейар, если я не права - нагхыр сунулась в этот лес?
Не забыть выдохнуть. Инквизитор уперлась руками в боки и фыркнула, осматриваясь по сторонам - лес со всех своих углов выглядел для неё одинаково. Особенно этот лес. Когда она отправилась на это приключение, ей казалось, что сгинуть девочке будет суждено в жарких песках пустыни. Это было благороднеё. Хотя, а чего сосбвтенно Ферми ждала? Бранилась на сказки, а сама рисовала себе..Приключенец.
Пальцы сорвали с пояса бурдюк с остатками воды и девушка без особого наслаждения смочила губы, все еще пытаясь найти..
- Еще раз дерни меня "прозорливость" в Таллеме коня менять! - в те поры гомункул еще не умела смачно ругаться, так что в высь статных деревьев, щекочащих небо, возглас унесся в таком составе. Её казенная лошадь была загнана, а слухи о чудовом найме " на приключения" были слишком заманчивы. Девушка решила, что можно оставить свою кобылку в конюшне, заплатив конюху, а себе взять другую. На время. И ведь заплатила даже с излишком - все свои кровные отдала. И представляете что произошло? Они покинули город, только покинули город и коня понесло в степь, в поле, в лес, в море..Что за дикая скотина? Повезло, что девушке вообще пришло в голову спрыгнуть с этой безумной, а то хрен её потом где искать пришлось. Вот так и потерялись.
Ферми поправила ткань, которая соскользнула с голых плеч и подхватила дорожную сумку, которая и вовсе с плеча хотела спасть. Ткань она купила для одной девушки из ордена. Той ну дико захотелось таллемского шелка, вот ну кровь из носу как. Ну, гомункул - добрая душа, решила привезти гостинец. Сейчас же этот шелк пытался изобразить плащ. Понимаете, отчего такая неприязь к ткани подобного рода?
На девушку был надет белый топ..Ладно, некогда белый, ныне потрепанный дорогами и передрягами топ. Широкий ремень, к которому крепился бурдюк, приталенные лняные штаны, с кожанными вставками и сапоги из мягкой кожи с небольшой подошвой. На руках, кроме излюбленных наручей не было ничего лишнего. А в сердце даже успело поселится какое-то отчаинье. Сейчас стемнеет, похолодает..Мертвые с косами...
Фермин дернулась. Разкий звук. Хотя..Какой там звук?
– БАНДЖО!
Молодые банши в период ломки голоса! Если вы это слышали так же отчетливо, как это услышала инквизитора, брости все нелепые попытки превзойти или хотя бы повторить это! Во-первых, вы не сможете этого сделать и умрете в тоске печали от собственной бездарности, а точнее её осознания. Во вторых - второго такого звука природа чисто физически не выдержит.
Конечно же, не могла девушка быть четко  уверена в том, что этот ор издало что-то разумное..Но стоило двигаться к источнику этого звука. Это было всяко лучше того, что бы просто стоять посреди..сосен.

Ферми пришлось застыть на месте, когда она наконец-таки добралась до цивилизации. Это было...Странно
Всадник, лошадь, нечто волосато-мохнатое. Всадник разговаривает..нет, не с мохнатым созданием в его руке. Нет. Он обращается куда-то...Вдаль.
Да, а ты поживи вот в лесу, еще и не так завоешь. Вдруг оправдало происходящее едкое коментирующее существо в голове у инквизитора. Хотя, какой в лесу? Было что-то в этом всаднике знакомое..Прям вот..Гомункул хотела было сделать еще один шаг, получше так сказать расмотреть весь ужас картины, как под её ногой хрустнула кость. Нет, кончено же не кость, о чем вы - ветка. Сухая ветка, как в дешовой истории за медак в прохудалом трактире у задрыпанного барда. Нет, судя по "высоте" звука, который и направлял девушку в походе сюда, вряд ли бы эта несчастная ветка хрустнула так громко. Нет. Но кажется её таки заметили.
- О, извините. - воскликнула девушка и положила ладонь себе на макушку, придерживая ткань. Второй рукой она указала куда-то себе за спину, и хотела уже было развернуться..- Я пойду, коня перепаркую...Хотя какого коня? Он же меня кинул! Простите, а здесь суицидников набирают?
Она тараторила, она немного нервничала и чувствовала, что помешала друг другу. А еще, прямо на нос девушке сел комар, но гомункул не решилась его прихлопнуть, ибо поняла - после такого не шибко фееричного появления, показаться полной дурой, бьющей саму же себя по лицу.

+4

5

Пятьсот лет, чертовых пятьсот лет Блек уже прожил. Это был огромный срок, за который жизнь ему успела надоесть до чертиков. Он успел пережить все, от великих побед, до позорных поражений, но все, же дух искателя приключений даже после стольких столетий не угас. У герцога была довольно большая сеть шпионов по миру, они и сообщили ему о отчаянной девушке которая искала лекарство от песчаной язвы, тогда Блек понял что это оно. Оно, то самое приключение, которое жаждал Себастьян, он долго перечитывал рапорт одного его людей. Василиса Торвальд, 116 лет, родилась в Ацилотс, жизнь была тяжелой, но женщина справилась. Правда, то, что она из Золотого Феникса довольно сильно волновало заклинателя. Эльф понимал, что ему ничего не угрожает, и глупо было бы считать это, каким-то заговором, но все, же Блеку было не по себе. Он убеждал себя, что Андромеда никогда бы не опустилась до такого и если бы она желала его смерти, то герцога уже давно не было на этом свете. Но все, же мысль что это может быть ловушкой членов гильдии, которые узнали правду и решили отомстить, отметать нельзя было. Поэтому он приказал своим людям следить за женщиной и узнать больше информации, но опять, же они ничего нашли. Точнее его шпионы раскопали многое, но ничего по существу. Да и следить за нею было очень трудно, жила Василиса в лесу и к тому же жила «на дереве» и имела домового, которые отличались тем, что чувствовали присутствие существ около дома, а шпионы, привыкшие действовать в городах, были сильно ошарашены, но не посмели ослушаться приказа. Вскоре заклинатель решил плюнуть  и как только он узнал, что Василиса собирает отряд, начал собирать вещи.
Сначала все в поместье были против, телохранители, слуги и даже Роза пытались доказать ему что он дурак и пытается сам впутать себя в опасную авантюру. Да вот только, это были его слуги, его телохранители и его элементаль, Блек, не внял просьбам и твердо решил ехать. Правда, с эльфами, которые пронюхали про его «путешествие», было намного сложнее, но даже так маг был неумолим. Так же он сказал, что поедет один, все же герцог понимал, что его могут не принять в команду "Сказочницы". Он был заклинателем Себастьяном и поверить, что старик просто решил размять кости и прогуляться с "молодежью", было проблематично. Да и тем более заклинатель побаивался "песчаной язвы" и ему пришлось долго убеждать себя, чтобы решиться на такой поступок. Конечно, у него были и свои мотивы в этой поездке, но они лежали на поверхности, Себастьян хотел быть одним из тех, кто нашел лекарство к этой коварной болезни. И (если) когда они его найдут, то герцог сам бы начал распространять это лекарство, причем бесплатно.
Эльф отказался от кареты и выбрал своего верного скакуна, одет он был в крайне удобную и богато отделанную тунику, хотя понимал что, скорее всего уже к середине приключения она будет выглядеть не очень. Но все, же маг привык жить в роскоши и одеваться со вкусом, дополнял образ плащ из мягкой шерсти с глубоким капюшоном. Заклинатель знал, что ему надо было ехать в пустыню и к тому же, сейчас было лето, поэтому он убрал его в рюкзак, просто эльф помнил, что лучше спать на плаще, чем на голой земле.  Так же он не смог, не взять с собой свой верный палаш, хоть и долго сомневался в этом. Заклинателю никогда не требовалось холодное оружие, но вот только сталь верного клинка грела ему душу. Себастьяну было грустно покидать поместье, а особенно понимая, что он вполне может не вернуться, но цель стоила смерти одного старого грешника. Эльф был созданием леса, и даже Блек, который провел свою жизнь не как большинство остальных сородичей, был ему рад, он с удовольствием делал привалы и наслаждался тишиной и уютом природы. Заклинатель даже позволил себе пару раз перевоплотится во льва и пробежаться по лесу наперегонки с конем, а потом долго отмокать в ледяном озере. Возможно, это было и глупо, но маг хотел просто отдохнуть, так как в его жизни было очень мало места для обыкновенного веселья. Когда мужчина добрался до Таллема, он решил не сразу идти к девушке, а для начала встретиться со своими людьми. Блек, отменил слежку и приказал даже не подходить к ним, понимая, что кто-нибудь может не удержаться и решить наблюдать не только за девушкой, а и за самим герцогом.
Позже уже находясь недалеко от дома Василисы, заклинатель все же задумался, стоит ли ему идти, но потом отбросил все сомнения. Ну, уж нет, я пройду этот путь, тем более иметь хорошего мага в отряде это большой плюс.
-Банджо-
Этот крик заставил Себастьяна улыбнуться, он читал из рапортов, что у девушки буйный характер и сейчас в этом твердо убеждался. Так же он почувствовал еще кого-то кроме самой нанимательницы. Видимо пришли устраиваться на работу, смельчаки ничего не могу сказать. Блек, немного пришпорил коня и остановил его уже около «дерева», накинув уздечку на ветку, маг некоторое время стоял, поражаясь великолепию этого места. Природа и цивилизация были переплетены вместе, и вышло это на самом деле волшебно. Чудесно, черт надо будет себе сделать, когда-нибудь, что-то похожее, чтобы скрываться от надоедливых дел. Но сам маг понимал, что он никогда не сделает этого, во первых это была не его идея и сама природа вряд ли потерпит такое повторение, а во-вторых, от большинства дел нельзя было никуда скрыться.
-О, извините.-
Герцог слегка улыбнулся, видя смутившуюся девушку, он не мог вспомнить где, но ему казалось, что он ее видел. Может быть, на какой-то из встреч, хотя вряд ли, а может мне просто, кажется. Подумал заклинатель, решив немного понаблюдать в стороне, так как сейчас было не до него, но он понимал, что если кто-нибудь его заметит, то может выйти не очень культурно. Поэтому эльф вышел, чтобы его все его заметили и, поклонившись, сказал.
-Здравствуйте, я тоже присоединюсь к столь правдивому замечанию этой девушки. Не нужны маги, которые ради благого дела готовы положить голову на плаху?- Спросил Себастьян на его лице все так же играла легкая улыбка, хотя сейчас Блек надеялся что его не узнают и воспримут как обычного мага с хорошими манерами и повернутого на богатой одежде.

Отредактировано Себастьян Блек (2013-02-01 22:11:17)

+1

6

Убранство

http://s2.uploads.ru/dyJf9.jpg http://s2.uploads.ru/pk3Ts.jpg
http://s3.uploads.ru/YcuOz.jpg

Если бы у леса были руки, они давно уже придушили бы к лешему всю живность «Пекторали», включая и саму Василису. Опушка Безымянного таллемского леса была настолько шумной, что на ее счету числилось немалое количество вусмерть оробевших горожан, за коим-то фикстом подавшихся пытать счастье в лес! «По грибы, - отвечали они с уверенностью. – Да только он в это время года очень негостеприимный – чем дальше в лес, тем злее дятлы». А за сегодняшнее утро Сказочница умудрилась принять уже аж троих отчаянных добровольцев, посчитавших экспедицию веселеньким приключением. Но спустя несколько минут, проведенных в «Пекторали», мальцы с преисполненными ужаса физиями и повизгиванием выпорхнули прочь из лавки, буркнули хозяйке что-то о добром здравии и незамедлительно ретировались. Пока что проверку на храбрость прошел лишь Банджо, которого следовало бы тоже взять с собой, иначе от «Пекторали» останутся рожки да ножки. Если не смеяться над ее положением, то проще повеситься. Но и долго смеяться над ним нельзя, не то завоешь от счастья. Чем сейчас, собственно, охотно занялась Василиса – бесцеремонно распласталась на животе и громко взвыла, когда указательный палец безо всякого предупреждения оказался у белефа в зубах. И вот она уже заносит свободную от бойни руку, тщательно прицеливаясь к мохнатой жопе, как вдруг та самая жопа мистическим образом растворилась в воздухе, а рученьки, до конца не осознавшие происходящего, страстно впились друг в друга.
К-куда?.. – опешила Васька, подобно рыбе хватая ртом воздух. С плеч и лба спешно соскользнув Плащ невидимости, представляя взору результат длительного проживания в глуши. В недоумении заметалась рыжая взглядом, пока глаза ее не уткнулись в два подкованных копыта. Первую же нецензурную мысль прервало мужское возмущение:
Я, значит, наниматься пришел, думал, люди цивилизованные, а тут такое непотребство.
До боли знакомый голос заставил Василису расплыться в широкой улыбке. Кому-кому, а ей уж точно не грозила перспектива провести свою старость в обнимку со склерозом, что только что лишний раз подтвердил всадник скайросса.
Цивилизованные люди, да еще и в таллемском лесу? Побойся бога, Лео, ты не в Ацилотсе. Кстати, как он? – Лиса медленно потянулась дланью загребущей к деревянному посоху, валяющемуся поодаль. – Все еще отмывается?
Веснушчатое лицо озарилось по-детски озорной улыбкой. Воспоминания мигом вернули ее назад, в тот не менее душный день, когда четверо бессовестных авантюристов подняли на уши всю столицу, заставив стражу и паладинов, облаченных в тяжелые консервные банки и с алебардами в руках, гуськом сновать за акаловыми прихвостнями, орудующими какой-то жалкой банкой едкой краски. На дворе было пятое число месяца Страстного Танца – оставалась всего неделя до празднования годовщины их бесчинства на улицах славного севера фатарийской земли. И какой бы незначительной не была вероятность их новой встречи, а чудеса все же случаются.
И что же вы не поделили, а? – туманным взглядом повела она на сумасшедшего приятеля, в эту знойную жару вырядившегося, словно на присягу. Пустившись в прошлое, Василиса не раз уходила слишком далеко от реальности, по причине чего стены «Пекторали» неоднократно страдали от непредвиденных взрывов колб (а однажды – вовсе атанора). Рассеянный алхимик нелепо улыбнулась пустоте, но мозг таки соизволил переварить вопрос гостя и теперь дергал Васю за полы юбки, норовисто требуя ответа.
Не поделили?.. – но вот ее взгляд вперился в комок лохматой шерсти, и тут-то все стало на свои места. – Крепче держи! – рыжая юлой взвилась на ноги, опираясь о посох всем своим весом. – Батюшки, он мне скоро не то тростью, не то костылем прислуживать будет, - с чувством проворчала она, подбредая к активно барахтающемуся в воздухе Банджо, который уже нутром чуял, что на этом пряники закончились – в дело пошел кнут. – Видал, шо творится? – сварливо обратилась она к зверью, нарочито выпучив глаза у него перед носом. – Вот отдам тебя в руки Инквизиции на попечение, они с тобой церемониться долго не будут – сразу государю на шапку пойдешь! – рявкнула Василиса, и ловко выудила из зубов белефа пузырек, пока тот зазевался на дядьку, столь некрасиво обошедшегося с его царской персоной. – Все, можешь отпускать, - и стоило только пальцам едва разжаться, как домовой с визгом припустил обратно в «Пектораль». – Маленький чертенок, всех покупателей мне сегодня распугал… – швырнулась проклятием Василиса, провожая взглядом поднявшиеся клубы пыли у поросших мхом ступеней. – А тебе, значит, снова ровно на попе не сидится, а, дружок? – ехидно промурлыкала ведунья (насколько позволял ей ее низкий ворчливый голос), лукаво прищурив два зеленых глаза. – Кстати, о попе… - взгляд сменился укоризной, а свободная от посоха рука рефлекторно вперилась в бок. Для виду пущего да боле внушающего не хватало только скалки. – Ты почем животинку мучишь?
[float=right]http://s3.uploads.ru/XZPUV.jpg[/float]Будучи магом земли и вот уже несколько долгих лет обитания в лесных объятиях, Василиса как никто другой чувствовала эмоциональный фон как флоры, так и фауны. И сейчас лошадь ее давнего знакомого изнемогала от усталости и жажды, что побудило Василису к прочтению новой тирады.
В такую-то жару на лошадь полез, да еще и в полном латнике! – не унималась Лиса, ступив ближе к иссиня-черному скакуну. – Давай приведем в жизнь твою красавицу… Ты ведь девочка? – вопросила она у скайросса, отличающегося верностью и своенравностью. Изумительной красы глаза ответили сами за себя. – Конечно, девочка, что за глупые ты вопросы задаешь, ведьма старая, веди уже обхаживать! – с материнской нежностью улыбнулась она лошади, легким кивком обращаясь к Инквизитору, мол «слазь уже давай!», и ухитрилась сунуть тому в руку маленькое яблочко, таящееся в сумке на случай посетителей, прибывших верхом. – За домом озеро, чуток сполоснуться вам обоим сейчас не помешает, - Васька повела рукой в сторону водяной мельницы, разливающей по опушке песнь радостно журчащей водицы.
И она уже было вознесла ногу, собираясь ступить вперед, как за спиною что-то хрустнуло.
О, извините.Да было бы за что! – радушно отмахнулась Торвальд. – Я пойду, коня перепаркую...Хотя какого коня? Он же меня кинул!Еще одна на солнце перегрелась бедняжка… - незаметно шепнула она Лео. – Простите, а здесь суицидников набирают?
Застыв с выражением лица, вмиг округлившимся до буквы «О!», Лиса внимательно принялась изучать молодицу, столь отчаянно терпящую кровопийцу у себя на носу.
Незнакомка, по всей видимости, пряталась по кустикам уже давненько. «Интересно, сколько она успела услышать?» - закусила желвак Василиса, в очередной раз пожалев о том, что громкость ее голоса не регулируется специально созданным на то прибором. Инквизицию любили далеко не все, да и сама Сказочница не испытывала к членам Ордена особо приятного прилива чувств, однако в силу своего характера, отношение к гильдии зиждилось на принципе истинного нейтралитета. Лео же оказался в их рядах каким-то таинственным образом, о котором Василиса по сей день гадала. Другой бы канул в паранойю, оказавшись под руку с одним из Ордена, Торвальд же была уверена в полной законности своих намерений, придраться к которым удалось бы не каждому. Но захочет ли оказаться в рядах с ним эта девуля? С виду – наемница, с такой только глаз да глаз – вдруг прирежет?
Ну, что ж, - хлопнула в ладоши Василиса, глухо причмокнув. – Пойдемте, коль не шутите.
И повела за дом гостей, спускаясь по зеленью укутанным ступеням вниз, к спасительной воде.

Отредактировано Василиса (2013-02-27 17:28:20)

+3

7

Все же без этого не обойтись

Внешний вид: черные легкие доспехи, выполненные из кожи, самого что ни на есть подозрительного вида. На данный момент капюшон и маска опущены. На руках перчатки, загадочно обрезанные у первой фаланги пальцев. Волосы собраны в маленький хвостик. На пальцах два кольца: "Мышь" и "Тэшш". С собой одна кожаная сумка.
Оружие: лук, колчан со сборной солянкой самых разных стрел, два кинжала, стилет (за подробностями в пристанище).

А существо было занятное. Комочек шерсти с огромными темными глазами. Кажется, в книгах упоминались похожие зверушки, годные лишь в роли домовых. Однако данный экземпляр явно не остался доволен участью помощника по хозяйству, а потому решил устроить эту маленькую революцию. Он и в руках юноши пытался вырваться, царапаясь и кусаясь. Наивный, все равно не прокусит кожу доспеха. Может только зубы пообломает, хозяйке на радость.
– Цивилизованные люди, да еще и в таллемском лесу? Побойся бога, Лео, ты не в Ацилотсе. Кстати, как он? Все еще отмывается?
Альден расплылся в хитрой улыбке. Ну, может, цивилизации тут и нет, но это же не повод от безысходности… эм… развлекаться с животными такими своеобразными способами. Оленей бы хоть постыдились, эх.
- Скажу только, что краску там теперь лучше не покупать, вопросов будет много, - туманно ответил инквизитор, посмеиваясь.
После того случая он сам лично долго пытался отмыть лицо от той дряни, которой измазывал других. Одежду пришлось украдкой ритуально сжечь. Въелась краска хорошо, поэтому в Ордене он не появлялся еще дня три, пока окончательно не убедился, что вся желтизна исчезла и с кожи, и с волос. Но за это стоит сказать краске спасибо, ибо облавы на неведомых революционеров устраивались до тех пор, пока Совет не смекнул, что выставляет инквизиторов идиотами, пытаясь найти черную кошку в темной комнате. А, уж поверьте, дошло это до них ой как не скоро. Но даже после этого в то лето у каждой лавки, в которой можно было купить краску, стояло по стражнику. К зиме власти закончили маяться ерундой и сняли такой строгий надзор, так как инцидентов не повторялось: Лео притих на время. Но истории о храбрых безумцах до сих пор можно было услышать в любых уголках Ацилотса. И, знаете ли, душу это грело чрезвычайно. Приятно, когда твой труд оценивают по достоинству, особенно, если ты из шкуры вон лез, делая все как можно лучше.
Зверек, не теряя времени даром, все выкручивался, полагая, что владелец руки отвлекся и вот-вот упустит-таки пленника.
– Крепче держи!
Ну, Лео спохватился и сжал, как было сказано. Волосатое чудовище аж глаза выпучило от неожиданности. Да уж, это вам не женская рука хозяйки.
– Вот отдам тебя в руки Инквизиции на попечение, они с тобой церемониться долго не будут – сразу государю на шапку пойдешь!
- Не стоит вопить о таких вещах на весь лес, разрушаешь конспирацию. Да и к тебе же никто не наймется, если рядом будет торчать злой и страшный инквизитор, - с улыбкой попытался утихомирить разошедшуюся женщину Альден.
А домового он все же выпустил, когда Василиса, внезапно подскочившая с земли, забрала флакончик у того изо рта. Надо же, а юноша его даже не заметил. Вот, значит, в чем камень преткновений этой буйной парочки. А учитывая, с каким рвением они избивали друг друга, лучше не задумываться над содержимым пузырька.
– А тебе, значит, снова ровно на попе не сидится, а, дружок?
- Василиса, скажи мне, я похож на человека, который станет сидеть в столице и подыхать от безделья? Ведь ты тоже, я смотрю, не желаешь мирной и спокойной жизни. Вот я и подумал, что тебе будет очень скучно без меня, поэтому собрал вещички и сюда.
Ингрид еще раз всхрапнула, напоминая о себе. Давайте будем идти куда-нибудь и что-то делать. А если будем стоять, то расседлав ее и пустив-таки к этой зеленой, сочной, наверняка очень вкусной травке…
– Ты почем животинку мучишь? В такую-то жару на лошадь полез, да еще и в полном латнике! – Василиса уперла руку в бок и посмотрела на юношу ну очень укоризненным взглядом разгневанной мамаши.
На Лео этот укоризненный взгляд не подействовал. Он всегда был осторожен со своей ненаглядной Ингрид и прекрасно знал ее пределы. Инквизитор никогда не позволял ей расслабляться и никогда ее не баловал. Но не потому что не любил и считал лишь вещью, а затем, чтобы она по-прежнему оставалась идеальным боевым товарищем, который и сквозь снег прокопается, и через огонь перебежит, и упырю в глаз копытом засветит. И в этой точке зрения юноша был непоколебим.
- Она тебе не кобылка для развлечений, которая на такой жаре ноги завивает. Грош цена такой лошади. Моя Ингрид и не такое выдерживала, для этого она и живет. Она и по пустыне галопом пробежит, если будет нужда. Слышишь, инквизиторская гордость, возьми себя в копыта и выпрямись, - за словами последовал еще один тычок в бок.
Кобыла вздохнула, но голову подняла. Действительно, что это она тут как герцогская породистая скаковая чуть ли не размазалась по земле.
- То-то же.
– За домом озеро, чуток сполоснуться вам обоим сейчас не помешает.
При этих словах у Альдена в мозгу что-то щелкнуло. Озеро? С водой? С прохла-а-адной… После долгого пути – самое оно. Смыть пыль и пот, скинуть доспехи, освежить лошадь. Чего стоим, кого ждем? Вперед и с песней. Кто быстрее, тот…
Хрустнула ветка. Инквизитор замер на середине шага.
- О, извините. Простите, а здесь суицидников набирают?
О, очередная больная на всю голову. Девушка. И как будто знакомая. Может, пересекались в городе? Да нет, тут другое. Так случайные лица в память не врезаются.
– Еще одна на солнце перегрелась бедняжка…
- Чья бы корова мычала, - беззлобно парировал юноша, разглядывая незнакомку.
Неужели так много смертников землю топчут? Ладно еще Лео, он в принципе ни одной авантюры пропустить не может, но что в этом лесу забыла миловидная девица? Ей следовало бы в каком-нибудь поместье сидеть, под присмотром отца или мужа. И вот хочется же ей пасть от неведомой заразы в пустыне.
– Ну, что ж, пойдемте, коль не шутите.
Альден недоверчиво посмотрел на гостью, но ничего не сказал, хоть и думал, что у нанимательницы будут вопросы. Ладно, потом разберемся, кто тут за шальными деньгами, а кто всерьез. Он-то все равно уже не уедет, а кто еще будет в команде – головная боль Василисы.

Озеро действительно было прекрасно. В тени леса оно источало прохладу, такую блаженную и желанную. Хотелось хотя бы просто подойти и дотронуться рукой до манящей глади, не разрушая покоя. Но это слишком просто, не так ли? В озеро с разгону влетела разгоряченная кобыла, а вслед за ней – лохматый инквизитор в одних штанах. Седло, сумки, доспехи и оружие были бесцеремонно брошены у берега. О других вольных самоубийцах Альден тоже не подумал: перспектива искупнуться напополам с жарой выключили в нем функцию «пропускать дам вперед». Юноша тут же поспешил окунуться с головой, спрятаться от пекла. Жизнь вдруг показалась такой хорошей и приятной, что аж дух захватило. Но вот закончился воздух, и Лео вынырнул. Ингрид стояла с самым довольным видом, уже успев напиться вдоволь.  Инквизитор подошел к ней и еще минуть пять оттирал пучком травы от пыли и пота. Было что-то умиротворяющее в этом. Да и не находилось ни малейшего желания выходить из воды. Начнут обсуждать – он и отсюда услышит.

Отредактировано Лео Альден (2013-02-28 18:05:47)

+3

8

Из противоположных( по отношению к  Фермин) кустов выскочил еще один искатель приключений и высокого заработка. Девушка, правда думала, что сердечко её и вовсе того, екнется. Большой куш плавно и верно мог уплыть из рук, хотя, если честно его вобщем-то никто и не предлагал. Но намечаться то он как-то намечался! По крайней мере в фантазии девушки. Гомункул тяжело вхдохнула, ссутулясь и прикрыла глаза ладонью. Но как-то получился этот жест чуть ли ни на пол лица.
Если быть честным, то она вообще шла ввязываться в эту историю за одним - смерти себе ссылкать, да не просто смерти, а что по-геройски будет. Намечаемая камнапия была опасна, радужных перспектив на свой счет не чертила и выглядила худо-бедно, но благородно. Как-то по-рыцарски было сгинуть за такое благое дело. А с этими бравыми мужичками в консервных банках да на белых скакунах был уже давно дичайший недобор. И дело было вовсе не в том, что кони мрачнели от пыли опасных трактов. На безрыбьи и гомункул в паладины рожей выйдет.
Но эта нанимательница...
Ладонь плавно скользнула по физиономии Фермин, смазав комариху, успевшею таки поживится кровушкой. Жизнь была прожита не зря.
- Не нужны маги, которые ради благого дела готовы положить голову на плаху? - высказался тот самый бравый мужичонка с конем из кустов. Да не конь из кустов, а мужичонка...Хотя...Как-то язык не поворачивался его так назвать. Уж больно грозный был саме..Тлетворное влияние трактиров и постоялых дворов. Тлетворное. Завязывай с этим Ферми,  ато потом завяжут уже тебе язык и все, певчая жизнь кончится.
Суицидники это одно, а вот стороники плах - совсем другое. Если первое..Знаете, есть такая фраза, дивная в своей лаконичности. Между самоубийством и мученичеством не никакой разницы. Различие лишь в том, как эти события осветит местная газетенка. Ты можешь погибнуть героем, родившемся не в свое время, ни в своем месте, и не вынесшим тягот недопонимания. Когда точку в твоей жизни ставит плаха, ты скорее всего погибнешь государственным измеником. Гомункул насторожилась, хмуря тонкие черные брови, но решила никак этого не коментировать. Лишь убрала руки за спину, согнув в локтях и пальцами охватывая их да туманно улыбнулась. Будто на мгновение отошла, пропуская дивные диалоги, и думала о чем-то своем. О похлебке в "Трех эльфах", к примеру. Улыбка стала шире. Да-а-а-а, добротная похлебка. Серые глаза сверкнули, как горный ручей, это инквизитр все же вернулась на нужный курс мыслей. Чуть качнув головой, она всем вниманием обратилась к шумной ба..женщине, а возмодно, но мало вероятно, даже еще девушке. Вид Фермин приняла крайне заинтересованый и в какой-то степени педантичный, хотя непринужденное спокойствие все еще играло в дивную игру с её чуть острыми чертами лица.
- Вы что-то хотели сказать, сударыня?- вежливо переспросила она, когда нанимательница... О, да, эта дама и станет её начальством на ближайщее..Возможно и до конца жизни. Разнашерстая процессия наконец-таки двинулась в каком-то..Ну, ладно, наверное, только инквизитору не ведомом направлении. Но тем не менее, она шла за ними, проявляя недюжую заинтересованность в происходящем.Осматривать её колег? Пока в этом Фермин не видела особого смысла. Конечно же, не могла она с уверенностью в сто процентов кричать на весь лес - эта троица не мошейники, они ведут меня за дом совсем не для того, что бы оглушить и продать на черном рынке, нет-нет, что вы?! Но не могла и со всем свойственным ей рвением бить в грудь, доказывая обратное. Просто ей стоило убедить себя в том - никакой видимой опасности они не предоставляют сейчас. Оценить, кто за чем в дело полез она успеет. Дайте всем свыкнуться с такой раскадровкой компании и уже можно будет составлять второе впечатление. Первое уже было...
Лес был чудный. И чем дольше в нем находишься, тем чуднее он становится. Золотое правило заблудившегося в чаще, кажется именно так предлагало угомонить панику. Деревья шекочут небосвод мох уютно стелиться под ногами, отдаленное эхо птиц..Нет, Ферми читала в детстве свсем не те книги, что бы давать всему окружающему красивую характеристику. Её кругозора хватало на поиск опасности и тонкое чувство осторожности, балансируя которым она скользила по реальности. Зато эта громкая женщина больше не составляла конкуренции банши. Уже что-то.
Первое впечатление было уже неискоренимым и одиозным.
- Расскажите немного подробнее..Кстати..-вспохватилась гомункул, что заставило её на какое-то время остановиться. Девушка протянула руку для приветственного рукопожатия, даже не подумав о том, примут оную или нет? Просто её чувство вежливости того просило.- Фермин Альмансо, к вашим услугам.
Вот теперь все точно парвильно. И если из этой передряги ей не выбраться живой, то девушка гарантировала себе след в истории, хотя бы тем, что могила ей станет не безымяной. Теперь все было так, как того пологали героические хроники, что с особым усердием Миледи хаяла весь свой недолгий жизненный путь. И на этом нотку писсимизма хотелось бы закончить.

0


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » Приключения случаются только если ты идешь туда, куда не следует.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно