За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » С миру по нитке » Окрестности Кровиля » восточное побережье [Амория]


Окрестности Кровиля » восточное побережье [Амория]

Сообщений 1 страница 20 из 75

1

[float=left]http://s3.uploads.ru/jDrMh.png[/float]
http://s2.uploads.ru/DGEXj.png
  Амория - воистину прекрасная земля, и побережье - часть той исконной природной неотразимости, что, казалось бы, встречается ныне только в самых отдаленных уголках мира, куда не ступила еще нога цивилизованного и магического миров. Уже с морских просторов на родину оборотней открывается невообразимый вид, и ничто не преграждает взору в полноте впитать величие зеленых долин Волчьего края, вобравших в себя как равнины, так холмы и впадины.
Гор в Амории практически нет, однако, взглянув со стороны, можно подумать, что сама она и расположена на одной огромной каменной плите, ведь все побережье представлено сплошной чередой высоких скалистых утесов, лишь изредка [float=right]http://s3.uploads.ru/t/GYU7S.png[/float] прерывающейся как пологими, так и крутыми склонами, где, пользуясь случаем, примостились рыбацкие поселения оборотней. Но, несмотря на значительную протяженность Волчьего края, внешнеторговый порт всего один - Дартвуд, что расположен аккурат по центру восточного побережья, в восьмидесяти километрах от Кровиля. Все прочие жилые массивы попросту не имеют географической возможности принять на швартовку крупные суда. Мотивации, впрочем, тоже.  Только там, на самом юге, где Аморию с перешейком разделяет массивная гряда, наличествует грот, пользующийся известной славой в узких кругах, однако к территории оборотней он не [float=left]http://s6.uploads.ru/t/2ATKU.png[/float] относится. И в связи с таким обстоятельством лишь Дартвудский маяк рассекает темноту белым светом, все прочие - разными оттенками красного, в зависимости от удаленности от порта.
Меж тем, климат в Амории в основе своей субтропический, на некоторых территориях склоняющийся к умеренному. Зимой температура воздуха не опускается ниже отметки в 10° мороза, летом же нередко держится планки в 30° тепла, и ввиду высокой влажности из-за соседства с океаном практически весь восток Волчьего края покрыт сплошной пеленой тумана, особенно густой в утренние часы. Климат же диктует и обширное разнообразие растительности - сотни видов деревьев, кустарников, цветов и трав украшают земли Амории, в том числе и побережье, хотя немалая его часть представлена все же голыми скалами. То же относится и к фауне.

[поселение Рирчерд]

[float=left]http://s3.uploads.ru/Vmk8I.png[/float]
Не самое крупное и старое, но и не самое малое и юное прибрежное поселение оборотней, зато наслышаны о нем по всей Амории до самых окраин, а то и за их пределами, так как славится Рирчерд своими особыми рыбными блюдами и в частности - засолами разных мастей. И дело не только в уникальных рецептах, но и обитании поблизости стаек рыбы фиёрэс, более нигде в миру не замеченной, что, безусловно, поднимает ей цену, однако и сама она достойна высоких похвал и знатных столов.
Располагается Рирчерд на юго-востоке побережья - аккурат по центру между портом Дартвуд и южной грядой, что отделяет Аморию от западной части континента. Склон, что он занимает, достаточно пологой лишь ближе к основанию, к нему же ведет довольно крутой спуск, потому основное обилие зданий разбросано, разумеется, понизу, но и до самой верхушки тянется немногочисленная цепочка домов, коя [float=right]http://s6.uploads.ru/t/Lp7te.png[/float]венчается местным маяком, примечательным тем, что расположен он на отдельной скале и даже частично в нее углублен. Казалось бы, ненужная и даже опасная уникальность, но именно такие моменты делают поселение особенным и запоминающимся. Поодаль от маяка соседствуют довольно крупные строения - в основном производственного характера, такие как лесопилка, кузница, животная ферма, сельская теплица, охотничья мастерская, мельница с пекарней, хозяйственный склад, кухонный амбар (где заготавливают), водохранилище, даже купальня, и некоторые другие.
С верхушки склона крутая тропа ведет вдоль небольших плантаций разномастных трав и прочих растений, некоторые из которых достигают в высоту полутора метров. Именно они в большинстве своем являются составляющими блюд, как и фиёрэс, придавая им ту пикантную рирчердскую уникальность. Меж тем, одно из ответвлений тропы ведет к холодному хранилищу, выстроенному непосредственно в скале, а другое - к тянущемуся вниз по склону водоканалу, что завершается уютно обустроенным водопадом-прудом, обеспечивающим жителей низовья пресной водой. [float=left]http://s7.uploads.ru/t/YusMA.png[/float]
Внизу же расположилась собственно обитель рыболовецкого промысла Рирчерда в соседстве с большинством жилых домов и рядом сопутствующих тому зданий. Помимо харчевни есть здесь даже так называемый постоялый амбар, так как двором он никак не является, - для тех, кто заезжает в поселение с ночевкой. К слову о приезжих - два раза в неделю прибывает продуктовая телега, так как, несмотря на самообеспечение, выбор все равно довольно скуден, ведь хоть рацион и состоит в обилии из морепродуктов, волчье нутро требует несколько иной пищи. А раз в неделю или две приезжает торговая телега, обменивая привезенное на произведенное. Рынка, кстати, в Рирчерде нет - здесь царят общественное разделение и частный бартер, по которому, ввиду небольшого размера поселения, каждый житель и так знает, где, кого и для чего искать. Да и в принципе, помимо харчевни, нет здесь каких-либо мест для общего пересечения как, например, площади, театральные помосты, ярмарки и магазины. Зато в восточной стороне от спуска имеется небольшой участок для выходных гуляний и игрищ, а рядышком, где мелководье, наличествуют мостки для желающих искупаться. В иное же время местные пары, да и семьи, предпочитают облюбовать склон, откуда открывается обворожительный вид на морские просторы, что едва ли когда-либо может надоесть. Даже оборотням, а только они здесь и живут.

Автор описания: Карл Волах

+1

2

Начало.
29 число месяца Новой Надежды, 1647 год от МД.

Утро-день.

   
  Боль... Первое, что Хэния почувствовал, наконец очнувшись - жуткая, нестерпимая боль. Не столько в физическом теле, сколько в душе. Стоило ему вырваться из когтей забвенья, как услужливая память тут же напомнила горностаю о том, что он потерял всех своих друзей. Конечно, быть может, кому-то из них так же "повезло", как и ему, однако что-то внутри подсказывало, что это не так. Что они все, все поглощены пучиной морскою и, возможно, уже сожраны громадным левиафаном, или тварями поменьше. Радовало лишь то, что те сволочи, которые так подло и неожиданно на них напали, пошли ко дну вместе с "Горгоной".
  Грудь свело судорогой, и Бродяга закашлялся, отплёвываясь от воды, песка и ила, что застряли в его горле. Наверное, он должен радоваться и плясать хулу, типа - "О, Боги, я жив! Я не сожран, не убит, не сгорел, голова моя на месте да и другое место тоже!" Но нет. Хэния чувствует лишь боль и тоску по своей потерянной семье. Да, да, семье. К пиратской команде, как бы странно это не прозвучало, он был ещё более привязан, чем к отцу когда-то... а теперь их нет. Он остался совсем один.
Барт... Рыжий, дружище, теперь по тебе плачут русалки на дне океана! Ты нашёл свой покой вместе со своей родной "Горгоной"!
  Бродяга с огромным трудом перевернулся на живот и, опёршись руками о какую-то каменистую поверхность, выплюнул воду из лёгких. Какая же гадость! Весь рот и глотку теперь жжёт, будто он проглотил медузу, а в нос отдаёт неприятным убийственным ароматом горелой соли вперемешку с каким-нибудь алхимическим веществом.
  Полежав немного так и убедившись, что морская вода в организме наконец кончилась, Хэния соизволил раскрыть зажмуренные до этого глаза.
Хм. Камни. Как интересно.
  Прижав уши, он поднял глаза вверх и хрипло прерывисто выдохнул. Вот засада! Перед его взором предстал высокий каменный утёс, а сам Хэния, оказывается, валялся в данный момент на крохотном подножии этого самого утёса.
Призрак разорви! Как я буду отсюда выбираться?
Вив без сил опустил голову, всё так же лёжа на животе и опираясь на локти. Кошмар, надо же было так попасть... Останься Рыжий жив, было бы не так хреново. А теперь...
  Аккуратно - всё болело так, что невозможно было определить степень повреждений его тела, - он поднялся с грубой земли, вначале встав на корточки а затем, помогая себе руками, встав на ноги. Выпрямить спину не получилось - стоило Бродяге это попробовать, как правую руку и противоположную ногу словно бы мечом пронзило. Хэния, громко шикнув, схватился за плечо, где почувствовал боль, и нащупал там нечто очень странное. Одного короткого взгляда на ладонь, лёгшую на больное место, оказалось достаточно - белая шерсть окрасилась кровью. Пока не сильно, ибо из плеча торчит жуткого вида осколок корабля, мешавший Бродяге потерять много красной жидкости. Он уже догадывался, что с ногой - то же самое, но всё же в подтверждение своих предположений опустил на неё взгляд. Сетовы кости, и правда! Вот уж дело - дрянь...
  Шикая, жмурясь и то и дело прижимая уши и от раздражения виляя хвостом, вив подковылял к утёсу и вновь посмотрел вверх.
Даааа, высоковато... - но делать было нечего. По-другому на твёрдую землю не попасть, а ждать помощи здесь бессмысленно - чуть начнётся какой, даже небольшой шторм, как горностая смоет в море. Хотя, Хэния скорее всего тогда погибнет раньше из-за этих деревяшек, или из-за нехватки пищи и воды.
  Итак, собрав все свои силы в кулак, он схватился за уступы и начал свой кошмарный подъём наверх. Каждое движение правой руки и левой ноги отдавались жуткой болью, от которой у горностая даже глаза слезились и усы отчаянно подёргивались, но с каждым разом он пересиливал себя и заставлял лезть дальше. Один раз он чуть не упал - камень под ногой сорвался и с треском упал вниз, - но каким-то чудом сумел удержаться. Так Хэния полз вверх по утёсу, минут, наверное, двадцать. В другое время ловкий пират справился бы и гораздо быстрее, но жуткая боль не давала ему очень уж много шевелиться.
  Скоро Бродяга таки выволок себя наверх, снова едва не сорвавшись у самого конца. Обескураженный, он без сил рухнул на колени, едва ступив на травянистую почву. Сердце стучало словно по всему телу, а дыхание было учащённым настолько, что горностай задыхался. Вдобавок саднящие раны и этот жуткий привкус соли в горле и в носу, да щиплющие глаза...
  Слегка отойдя от "покорения горы", Яго поднялся на дрожащие ноги и огляделся кругом. Своим пусть и затуманенным взглядом он уловил довольно большое количество разнообразных деревьев и кустов, а судя по солнцу, время было где-то между днём и утром. Что же, уже неплохо. Возрастает шанс встретить какого случайного путника по дороге, который смог бы помочь и отвезти его в ближайшую деревну. Хотя... какую нафиг деревню? Небось везде тут расклеены плакаты о вознаграждении за его больную голову...
  Особого выбора не предоставлялось, и Хэния побрёл вперёд, не разбирая дороги. Он постарался отключить любые своим мысли, концентрируясь лишь на том, как бы не влететь в какое-нибудь случайное дерево носом. Так в голову не лезли пессимистичные убеждения о том, что "и мне надо бы умереть вместе со всеми", или "вот зачем я только остался жить?" Благо тело, много раз тренированное на выживание в дикой местности, упорно двигалось вперёд почти без усилий хозяина, пусть хромая и зажимая левой рукой окровавленное предплечье правой.
  Долго ли он так шёл, много ли холмов, пригорков и всяких других особенностей здешнего рельефа преодолел, но вскоре забрался на один занимательный, пологий с одной стороны и крутой с другой, утёс. Правда, осознал это Хэния только тогда, когда чуть ли не упал с обрыва, сделав неосторожный шаг. Благо, реакция морякская, пусть и притупленная болью, не подвела. Оторвав взгляд от внушительных размеров обрыва, в который он чуть было не упал, и посмотрев прямо, Бродяга заприметил вдалеке очертания какого-то рыбацкого посёлка. Но, морские боги, чтобы дойти до него, надо было сперва спуститься со склона и пройти хрен знает сколько по извилистой тропинке, и непонятно ещё, как на него отреагируют местные жители...
Попить бы... - его затуманенный взгляд пробежал по крышам видневшихся домишек, в поисках здания, напоминавшего таверну. Если она есть в этой деревеньке, то, в принципе, будет дополнительный стимул до неё дойти... Хотя... таверна, таверна, а деньги, мсье, откуда возьмешь? Этот вопрос благополучно укрылся от сознания Бродяги.
  Хэния попятился на пару шагов назад от обрыва, покуда не упёрся спиной в что-то большое и твёрдое, по-видимому, в ствол дерева. Медленно, как во сне, он съехал по нему вниз, усаживаясь в тени кроны и прикрывая глаза...

Отредактировано Хэния Бродяга (2014-06-10 19:46:49)

+1

3

29 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Ночь на 30-е...

  Так или иначе, а Хэния всё же уснул. Несмотря на то, что до этого пролежал незнамо сколько внизу утёсов без сознания, и несмотря на торчащие из его плеча и бедра осколки корабля. Которые, кстати, он из себя вынимать не стал, ибо боялся, что тут же истечёт кровью. Ну, а это никак ему никак не поможет, будет только хуже... Как бы ни так, а проспал Бродяга целый день, с трудом разлепив глаза уже совсем ночью. Перед взором всё плыло, словно он до этого хлебнул пару-тройку добрых бочонков рома, всё тело ломило, а конечности так вообще отказывались шевелиться наотрез. Но хуже всего то, что Хэния совершенно не представлял, что же ему делать дальше. Ну вот добредёт он до таверны, промочит горло (если его, конечно, не схватят стражи порядка), а потом что? У него нет ни денег на лечение, ни знакомых на этой земле, да и вообще он едва ли осознавал, где сейчас находился. Оставалось только добровольно сдаться, чтобы потом сгнить в кутузке...
  Бродяга сморщился и поморгал, надеясь хоть как-то сфокусировать зрение. Перед ним появилось тёмное пятно, которое (что за беспредел!) никак не желало уходить восвояси. Мало того, судя по звукам, оно ещё и дышало, из чего можно было бы сделать вывод, что это пятно живое и быть может даже разумное. Окончательные сомнения улетучились, когда оно пропищало тонком детским мальчишеским голоском:
- Ой, а что это вы здесь лежите? - Хэния поднял голову, его зрачки то уменьшались, то увеличивались от попыток его что-либо разглядеть. Когда ему это более-менее удалось, перед его взором возник маленький ребёнок, с удивлением глядящий на него своими большими глазами.
Террпеть не могу назойливых детишек...
Мальчик отскочил от него, когда Бродяга начал потихоньку приподниматься, скользя спиной по мощному стволу дерева и кривясь от внезапно ударившей боли. Голова почти сразу же пошла ходуном, и он едва не упал, занозив все свои лапы в попытке удержаться на ногах, которая ему с трудом удалась. Яго смерил человеческое дитя страдальческим взглядом и грозно оскалился, топорща грязную, слипшуюся шерсть и хищно вздёрнув усы:
- А ну бррысь, любопытный детёнышшш!! - прохрипел он, мальчик испуганно пискнул и быстро скрылся за близжайшим пригорком, проворно убегая в сторону посёлка. Хэния лишь завистливо проводил его сверкающие пятки взглядом и пробурчал под нос, - не на чего здесь глазеть.
  Вив проследил за ним, а затем глубоко вздохнул и положил лапу на лоб. Голова... идёт кругом, так, что невозможно вообще понять, где земля в этом мире, а где небо. Радует то, что Хэния находится не в самом посёлке, а лишь на утёсе рядом, где не каждая душа может его найти и, естественно, не каждый сможет узнать в нём морского разбойника...
  Тем не менее, Бродяга всё же медленно, аккуратно ставя лапы, вышел (скорее - выполз) из-под сени векового дерева, усиленно пытаясь удержать равновесие, странным жестом расставив передние лапы. Слава Богам, его хоть и шатало, как последнего пьяницу, но кое-как передвигаться вив мог. Преимущество ночи в том, что резко снижалась вероятность встретить здесь кого-нибудь, - в относительной близости виднелись только огоньки засыпающего (или просыпающегося?) посёлка. Хэния в очередной раз вздохнул и, взявшись за плечо, из которого мигом покапала кровь, вышел на дорогу и побрёл по пыльной, изъезженной повозками тропинке по направлению еле видных очертаний домов. Наверняка, там будет причал - ведь это же рыбацкий городишко, верно? Надо было бы добраться до него. Зачем? А не известно. Наверное, его помутнённый мозг обдумывал план похищения какого рыбацкого корабля, чтобы на нём уплыть подальше в море и... прыгнуть в пасть к левиафану? Возможно. А куда ещё, когда все друзья ушли на дно, а жизнь приобрела унылый серый цвет?
  К сожалению или к счастью, далеко Хэния так и не ушёл. Несмотря на долгий сон, из-за ранений, головокружения и невыносимой жажды вскоре вивариин повалился на землю прямо посреди дороги, подняв тучу пыли. Поблизости в этот момент никого не было, поэтому этот маленький инцидент, может, никто и не заметил. А вот Бродяга больно приложился носом о землю и, стоная и кряхтя, перевернулся на спину. Приоткрыв глаза, он увидел над собой прекрасное звёздное небо...
Какое же оно огромное... безграничное... наверное, именно там обитают духи... - вертелись странные отстранённые мысли в больной голове вивариина. Изнеможенное тело всё порывалось закрыть глаза, но Хэния изо всех сил держался, лишь бы ещё чуть-чуть взглянуть на это небо. Скорее всего, как он думал, всё-таки уже произошло заражение крови, и теперь ему всё равно не жить... Ай, ну и черт с ним! Ведь никого больше не осталось, а волей судьбы именно Бродяге не посчастливилось быть выброшенным на берег живым...
  Хэния растянулся посреди дороги, лёжа на спине и раскинув руки. Приоткрывшиеся раны на плече и на бедре с вонзёнными в них деревяшками начали кровоточить, добавляя ещё больше масла в огонь. Кровь, уже давно запачкавшая и штаны, и пальто, теперь струилась на землю, расплываясь на мягком песке...

Отредактировано Хэния Бродяга (2014-06-10 20:59:39)

+1

4

Ребят, обратит внимание: пейзаж в посте изменен! Картинка подобрана в соответствие с моим представлением пейзажа, если по вашему мнению я ошибаюсь - скажите, заменю.

30 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Утро-день.

[ Поселение «Эллаэн» [территория Фиаллэ] ] http://i.imgur.com/Sahjk3d.png

Сколь часто б не корил народ отсутствие справедливости в жизни – да видно Джестис всё видит...  Удача пребывает в нашем мире постоянно и, надо полагать, что в постоянном количестве – сегодня у одного погостит, а завтра улетит за синие моря... Вот и Джафару, чудом пересекшему пустыню и, покровительством Ланвен, весьма везучему, была пора дать везению отпуск. Покинув поселение Эллаэн и двинувшись в сторону моря, откуда ветер доносил соленый аромат приключений, он, к сожалению, не встретил там ни брига, ни фрегата... ни другого крупного корабля, способного пересечь океан. Пришлось вернуться в город, чтоб поискать решение возникшей проблемы там.  Еще счастье, что и заезжих, и местных купцов у оазиса – недостатка не было, и среди них попался некий «чарователь», торгующий магическими свитками – персона пресомнительная... Однако, помявшись в нерешительности, Джафар всё же решился посмотреть его товар – как пить дать контрабанда, но оставалась надежда, что хотя б не самая паршивая, и к пункту назначения они с Манасой буду доставлены хотя бы не «кусочками»... Теперь дело оставалось за малым – воспользоваться купленной «писулькой».
[float=right]http://s2.uploads.ru/Gd14W.png[/float]
Найдя подходящее место вне города, дабы не мешаться под ногами и процессу перемещения никто не помешал, Джафар, встав коленями на теплую землю – испачкаться он больше не боялся, поскольку когда-то роскошный наряд и без того уже изрядно потрепался – развернул злосчастный свиток, косясь с недоверием на линии руны: «Вложить в нарисованную руну чистую энергию...» - закрыв глаза, юный маг сконцентрировался, - «...повторяя узор...» - татуированный палец ассури старательно заскользил вдоль по линии руны – Джафар аж язык от усердия высунул, - «Затем – представить себе место назначения, и задержать перед глазами его облик» -  ну, с этим уж сложностей не было. Держа картины Шхааса пред собою всю дорогу, Схешш, улыбаясь, выстроил в своем сознании родную улицу и свой уютный дом, и, наконец, ту его комнату, в которой бы хотел очутиться сейчас... И... пуфф~! – магия сработала.
[float=left]http://sf.uploads.ru/W0dqm.png[/float]
Да вот только не так, как Джафар ожидал. Ибо пейзаж, открывшийся взору сразу, как маг разжал крепко стиснутые от волнения и страха веки, совсем даже близко не походил ни на сам Шхаас, ни на его предместья: открытая вершина поросшего деревьями утеса, дорожка, убегающая вверх, да что-то вроде поселенья метрах в пятистах. Однако, хорошо то было или плохо Схешш оценить пока не мог.
Тревога, охватившая ассури с головой, колючей дрожью пробрала всё тело так, что аж зубы застучали. Нервозно теребя веревку, на которой крепилась корзина с Манасой к спине, он стянул багаж, опустив его на землю: - Мана? Ты там жшивая?? – заглянув под крышку он убедился, что с коброй всё в порядке, и, тут же захлопнув корзину, вновь поспешил закинуть оную на спину, - Давай-ка для начала разберемся – где мы? – вдохнув поглубже, дабы унять волнение, он двинулся в направлении поселка. Возможно, то была дурацкая идея, но осмотрительная мысль о том, что не везде народ гостеприимен, не посетила буйную головушку змея-парнишки.
Помимо очертаний поселенья пейзаж ничем особенным не радовал. Так что, внимание Джафара не задержалось ни на чем конкретном. Однако, ровно до тех пор, пока его глаза не выцепили метрах в десяти некий странный «объект», лежащий на земле. Змей ускорил шаг и, при ближайшем рассмотрении, стало очевидно – что на траве лежит тело – живое или нет, Джафар пока знать не мог. Сандалии с загнутыми носиками взметнули пыль тропинки и юноша, срываясь с привычного плавного шага на бег, кинулся к телу.
«Кто бы он ни был – ему явно плохо, а значит – я должен помочь, чем смогу... Быть может, это местный житель и он окажет мне ответную помощь... Ох, только надеюсь...» - от развития мыслей в более темной тональности становилось уже страшно, Джафар нервно сглотнул слюну, ощущая, как поперек горла встал твердый ком смятения, - «...что он живой... а то ведь скажут – что я, убогий бродяжка, убил его, чтоб обокрасть...» - припомнив то, что помимо нескольких полезных вещиц он имеет при себе только оружие, да износившееся платье, ассур забеспокоился ещё сильнее, - «Пожалуйста, будь живым...»
Севши на корточки у тела незнакомца, стараясь не замараться кровью того - а то всё станет ещё подозрительнее, растекшейся вокруг здоровенным пятном и уже успевшей частично высохнуть, Джафар принялся изучать его ранения – теперь он видел, что незнакомец принадлежит к расе зверолюдей. Наклоняясь над бедняго, змей исследовал раны «мангуста» - так, с не самой приятной для себя оценкой, он установил принадлежность этого создания к определенному роду зверей: «Кошмар какой... Я сроду такой лужи крови не видел! Наверное, он уже мертвый...» - змей аккуратно тронул пальцем нос вивариина – нос оказался кожаный и влажный, и, как показалось Джафару, дышал, - «Фух... Нет... Вроде дышит...  Но все эти раны... Как эта палка вообще смогла вонзиться ему так в плечо?» - аналогичные ранения с элементами древесины были ещё и на бедре незнакомца... Забыв в момент об осторожности, ассури задался идеей разбудить «мангуста», - Тссс~... Ты жшивой? Можшет чщем помочщщщ? – тихий шипящий шепоток ассури прошелестел прямо над ухом несчастного.

Отредактировано Джафар Схешш (2014-06-10 14:14:21)

0

5

30 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
Утро-день

  Давным-давно уже наступило утро, но мозг Хэнии не спешил приводить своего хозяина в сознание. Он словно бы берег силы, оттягивал неизбежное, стараясь предоставить горностаю хоть ещё один шанс на выживание. Кровь прекратила течь из ран ещё ночью, свернувшись и быстро загородив тромбами щели между плотью и окровавленными палками. Но это не могло помочь обессилевшему пирату, и жизнь медленно, но верно, покидала шкурку.
  К счастью или к беде, но Хэния почувствовал прикосновение к собственному носу, тут же скорчил рожу и слегка качнул головой влево.
- Бррр... от.. отстнь ат мня, вще... - хрипло и невнятно пробубнил он. Горло всё першило, говорить было тяжело, да и дыхание вырывалось с лёгкими хрипами. Но назойливый незнакомец не желал оставлять Бродягу в покое. И слабо бьющееся сердце вивариина чуть было не ушло в пятки, когда над ухом раздался странный тихий шипящий голос:
- Тссс~... Ты жшивой? Можшет чщем помочщщщ? - усы Хэнии нервно дёрнулись. Любопытство пересилило боль, и он, несколько раз скорчив рожу и облизнув морду языком, приоткрыл глаза. Силуэт, склонившийся над ним, был неясным и нечётким, как будто тень из потустороннего мира. Зрачки Бродяги сужались и расширялись, пытаясь сфокусировать зрение, и вот наконец им это удалось.
  Рядом с ним сидел на корточках молодой веснушчатый бледнолицый парень лет 20-ти, с янтарными глазами и слегка напуганным лицом. И действительно, с чего это ему быть не напуганным, ежели в селе оборотней вдруг ни с того ни с сего валяется посреди дороги вивариин! Мысли Хэнии двигались с трудом, и поэтому на осмысление ситуации ему понадобилось секунд тридцать, в течение которых его глаза бегали по внешности новоявленного знакомого.
Ну, в принципе, паренёк внушает доверие и, похоже, не опасен... - вынес свой вердикт Хэния и, охнув, снова прикрыл глаза, шумны выдохнув. Кончик хвоста его при этом дёрнулся, а пальцы судорожно сжались в кулаки и снова разжались, щёлкнув когтями. Мозг словно проверял работоспособность организма и наличие неисправных дефектов.
  С трудом справившись с онемевшей челюстью, отказывающейся двигаться, Бродяга, не открывая глаз, попытался сказать:
- Вро.. вроде пка не ммёртвый... - Вив вновь втянул носом воздух, разгоняя свои лёгкие, отчего усы на его морде снова дёрнулись, - Если у тбя ессть то... то, что мне пможт...
  Хэния чуть приоткрыл глаза и его левая лапа потянулась к вонзённой в правое плечо деревяшке.
Она так там и торчит, - грустно подумалось горностаю, когда пальца коснулись почерневшего "бревна" и плечо отдало жуткой болью, - Нет, а ты что думал? Что она возьмёт и отвалится? Идиот, - разозлился он сам на себя и положил ладонь на грудь. Внезапно неплохая идея посетила затуманенный мозг вивариина, и он вновь протянул:
- Ессли... ох. Если у тебя есть бутылочка... рому... Я бы не отказался, - Хэния закатил глаза и облизнулся.
Если мне уж совсем нечем будет себе помочь, хоть боль скрашу...

Отредактировано Хэния Бродяга (2014-05-29 16:15:43)

0

6

В оправдание самых светлых надежд Джафара и во славу Ильтару незнакомец пошевелился, устало отбрыкиваясь от прикосновений юноши-ассура, а значит – уж точно был жив. К тому же, до разума змея-путешественника это дошло не сразу, несчастный ещё имел силы на то, чтобы вообще шевелить языком и, по крайней мере, был в состоянии поведать, как себя чувствует. Впрочем, и без этих сложностей можно было понять, что весьма и весьма неважнецки.
Однако, активное вмешательство Джафара в его возлежание «трупиком» незнакомца напугало или удивило, заставив того зашевелиться – радоваться тому или не стоит змей даже и не знал – и потому, сбирая последние силы в кулак, вивариин приоткрыл глаза, дабы окинуть взглядом прохожего, предлагающего ему помощь и решить, стоит ли оному доверять. Взгляд у шерстяного был неясный и «плавающий», похоже концентрация зрения на интересующем его в данный момент объекте, коим являлся Джафар, давалась ему не так уж и просто. Тем не менее, вивариин попытался подвигаться - не совсем безуспешно. Встать он, конечно, не мог – сил, похоже, даже на то чтобы держать глаза открытыми недоставало – но всё равно крепился: - Вро.. вроде пка не ммёртвый... – пушистые усы, щетинящиеся по бокам мохнатой морды словно ерш, пришли в движение. Дыхание у вива было тяжелое и сбивчивое. 
Поняв, наконец, что к чему, Джафар, вспоминая о необходимости действий – раз уж помощь обещал - встряхнул блондинчатой башкой и суетливо сунул руки в сумку, дабы попытаться отрыть там что-нибудь полезное. Вот только, к прискорбию, везения ассура хватило только лишь на то, чтоб сохранить целостность его буйной головушки, а вот об имуществе змея такого сказать уже было нельзя... В сумке, разве что, дыр по углам только не было!
Рука нащупала холодное стекло склянки с зельем и, ободрившись, змей хотел было вынуть находку на свет, но вспомнив, что при себе имел только лишь одно защитное зелье, да и то – в данной ситуации бесполезное – тут же поник. О злопакостном мешочке с не менее злопаксотным содержимым, который как назло попадался то и дело под руку, и вовсе думать не хотелось – от грусти и тоски средство, спорить нечего верное, но эффект короткосрочный...
Наконец, пальцы нащупали фляжку с водой: «Целитель из меня никакой, но горло промочит водичкой – всё легче будет!» - вполне оправданно подумал он, всего на пару секунд опережая пожелания страждущего, предпочетшего бы, к слову, промочить горло ромом... В ответ на заявление вивариина Джафар усмехнулся: «Серьезные запросы! Но право слово – я тоже бы дерябнул, если б было...» - волнение связанное с обнаружением раненного постепенно сходило на нет, незнакомец был хоть и ранен серьезно, но жив, а вот беспокойство относительно своего местонахождения вновь стукнуло нервною жилкой в виске у Джафара, - «Так! Соберись!! Для начала неплохо бы было узнать – где мы, а дальше, может быть, и рому раздобудем» - спрашивать о чем-либо у раненого вива он не стал, поскольку счел что тот ещё проблемней воспринимает сейчас реальность, чем он сам.
- Н-нет... Рому не имеетссся... – Джафар сокрушенно закивал, - ...Но есссть вода отменного кач~есcтва! Всё лучтш~е, чем пуссстая фляжшка... Пей! Легч~е сcтанет... – вновь наклонившись над мохнатым, Джафар, морщась от вида запекшихся вокруг деревянных обломков ран, приподнял тому голову, чтобы он мог попить, и подставил к губам открытую фляжку, - А это... – он окинул испуганным взглядом плечо пострадавшего, и с умным видом заявил: - ...лучшше пока и не трогать – кровь ведь можшет пойти... Как оно вообщшше туда угодило? – ассури, продолжая одной рукой поддерживать голову вива, провел другой ладонью в нескольких миллиметрах над раной, как делал бы маг-целитель, желая снять боль, - Ты в ураган попал, чшто ли?

Отредактировано Джафар Схешш (2014-06-10 14:16:21)

0

7

Услышав ответ Хэнии, парень тут же полез рыться в своей сумке, за чем вивариин пристально следил одними глазами. Окружение всё ещё расплывалось, однако всё, что было на расстоянии вытянутой руки, Бродяга мог видеть вполне сносно, чем он и пользовался, ибо предпосылок к доверию этому внезапно решившему помочь незнакомцу пока не было. Тем не менее, после нескольких минут рытья в туго набитой сумке, - в которой наверняка куча разного интересного барахла, как намётанным глазом отметил про себя пират - блондин вынул руку, крепко зажимая в тонких пальцах фляжку. Вероятнее всего, это была вода. Ну чтож... что есть, то есть, на грани смерти и она покажется самым приторным ромом...
- Н-нет... Рому не имеетссся... - вивариин слегка вздрогнул от звуков его голоса - те были слегка шипящими, как у змеи, из-за чего в мозг горностая сразу прокрались несколько версий касательно расы нежданного спасителя, - ...Но есссть вода отменного кач~есcтва! Всё лучтш~е, чем пуссстая фляжшка... Пей! Легч~е сcтанет... - парень заботливо наклонился над пиратом и приподнял ему голову, приставив флягу к губам. Уши Хэнии машинально дёрнулись и прижались, выражая небольшое недовольство чужим прикосновением, а усы вздёрнулись вверх, но отвергать предложенную воду (как он уже определил, когда несколько капель попали ему на язык) не стал.
Что я, самоубийца что ли?
Бродяга сделал несколько глотков. Пара капель стекла по шерсти его горла, приятно проникая к самой коже и даря немного нужного сейчас холодка. После, решив, что это всё же не прилично - выпивать всю воду, он отстал от фляжки, предварительно, словно не желая с ней расставаться, пару раз лакнув длинным языком. После он поднял мутные глаза на незнакомца.
- С... спасибо... - всё же выращенный своим благородным отцом Хэния, даже став пиратом, не утерял знания элементарных правил вежливости.
- А это... - похоже, парень был немало напуган видом торчащих из его тела осколков корабля. Да, честно признаться, и сам Бродяга вовсе не горел желанием туда взглянуть, - ...лучшше пока и не трогать – кровь ведь можшет пойти... Как оно вообщшше туда угодило? - незнакомец провёл свободной ладонью над ранами горностая. И этот жест чем-то озадачил и несколько напугал пирата. Он слабо дёрнулся - на большее сил не хватало - повёл хвостом, взъерошил шерсть и, непроизвольно сильнее прижав уши к голове, слегка оскалил клыки и зашипел. Опасаясь, впрочем, ответной агрессии со стороны невольного спасителя, он быстро объяснил:
- К... как уже сам говоррил - лучше... лучше не трогать, - вивариин постарался взять себя в руки и успокоиться, что плохо получалось сейчас, вперемешку с острой болью. Усы его постоянно дёргались, а глаза то открывались, то медленно закрывались, заставляя зрачки мгновенно менять размер для настройки фокуса.
- Ты в ураган попал, чшто ли? - Хэния замер, уставив пронзительный взгляд голубых глаз прямо на незнакомца. Из глубины души, из самых потаённых уголков поднялась боль не физическая, а моральная, до этого тщательно спрятанная и забитая по щелям. Боль и горечь потери. Голову тут же осадило с сотню печальных, траурных мыслей, одна из которых во всём обвиняла самого Хэнию, мол корабли погибли по его недосмотру... Бродяга судорожно сглотнул. Перед глазами побежали образы его друзей. Всех тех, что погибли в крушении. Которых поглотила морская бездна. Эти образы вначале вспыхивали подобно ярким звёздочкам, а потом уходили, исчезая во мраке. Затем взору предстала великолепная "Горгона", гроза морей. А после - её словно пережёванные морскими тварями останки. Щепки, уходящие под воду...
  Голова резко закружилась, будто бы что-то Изнаночное попыталось выбить Бродягу из его тела. Хэния обмяк на руках незнакомца и склонил голову вбок, судорожно сомкнув зубы и сжав кулаки.
- Кораблекрушение... - с шумом вдохнув носом прелый воздух, процедил пират, стараясь загнать обратно давящие на сердце образы мертвецов, проглоченных пучиной морской. Бродяга прикрыл глаза, кулаки разжались, равно как и губы, из-за этого рот даже слегка приоткрылся. Можно было подумать, что он снова потерял сознание, но нет - он лишь пытался вновь прийти в себя, успокоить разбушевавшуюся штормом душу, прекратив при этом на время контролировать тело...

Отредактировано Хэния Бродяга (2014-06-10 21:01:53)

0

8

Чувство вины почему-то вдруг охватившее Схешша не давало покоя – вот он, вроде бы, здесь ни при чем, но будь он немного умнее, то мог бы спасти незнакомца! А так... Он лишь путается под ногами в каких-то никчемных потугах помочь...
Впрочем, и от посильной помощи вивариин не отказался, начав сперва как будто нехотя, затем – напротив – жадно пить предложенную воду. Джафар не знал, сколько конкретно времени его случайный товарищ тут провалялся, но точно был уверен, что жаждой тот мучился, и потому, ничуть не жалея нехитрых припасов, смотрел со сдержанной улыбкой, как тот глотает воду из фляги.
Джафара не мучила жадность, ведь, невзирая на то, что за время пребывания в пустыне ассури научился ценить живительную влагу на вес золота, в догонку к неплохой привычке бережно расходовать ресурсы, он перенял у жителей пустыни радушие, желание помочь любому путнику... И помощь змея не осталась незамеченной.
Вивариин, наконец оторвавшись от фляги - которую Джафар, желая оставить на будущее, заткнул пробкой - поднял глаза и хриплым голосом поблагодарил Джафара. Теперь ассури разглядел, что радужка, занимающая весь глазной разрез, у вива - голубого цвета, почти как море в погожий день...
Схешш кивнул – мол, «полноте, я ничего и не сделал». А вот на изучающие жесты, напоминающие манипуляции мага-целителя, вивариин отреагировал испугом или раздражением – Джафар не знал, как лучше стоило характеризовать такую резкую реакцию. Ощерившись как хищный зверь «мангуст» - принадлежность вива к тому или иному роду тотемных зверей для ассура ещё оставалась неясной -  подался назад, нервно прижав уши к голове и грозно зашипел. Джафар с перепуга выронил из рук фляжку и, дернувшись назад да выставив ладонь перед лицом, издал змеиное шипение и показал загнутые внутрь рта «иголочки», как у кобры, клыков.
Вивариин, однако, тут же поспешил означить собственное недовольство, дабы не вызвать конфликта: ...сам говоррил - лучше... лучше не трогать... – действительно, с отсутствием малейших навыков в целительском искусстве, Джафару незачем было тревожить раны незнакомца. Ведь всё что он мог – в лучшем случае – лишь поискать поблизости какой-нибудь лекарственной травы или, порвав ненужные детали своего наряда (о клочьях, что украшали мохнатого, речь молчала) сделать бинты...
Схешш осмотрелся вокруг, стараясь уложить в спокойный и логичный строй взбесившиеся мысли: «Так... Для начала – всё же где мы? А уж потом – бинты, лекарства и припасы... Эх, а ведь он идти навряд ли сможет...» - переведя задумчивый взгляд вновь на раненного, Схешш понял, что тому заметно поплохело. Он как-то весь обмяк и, роняя голову, заскрежетал зубами: - Кораблекрушение... – только одно слово, емкое и страшное. Это слово, судя по мученическому выраженью морды вива далось ему с превеликим трудом и отняло последние силы. Вновь потеряв сознание, «мангуст» повис в руках у змея мокрой безжизненной шкуркой – разве что из приоткрывшегося рта еще вырывалось хриплое горячее дыхание.
- Эй! – Джафар легонько встряхнул вивариина за плечи, - Эй, дружшищщще! Ты это... – в расширенных янтарных глазах парнишки-змея изобразился неподдельных страх, - Умирать не взсдумай! Сейчассс... Найдем ч~его-нибудь... – он опустил тело вива на землю, вскочив и принявшись лихорадочно смотреть по сторонам. Конечно, было ясно, что вряд ли маг найдет чего-нибудь полезное, если станет так волноваться, - А где мы вообщщще-то с тобой? – переживание, которое было актуально с десяток минут назад, вернулась, выплыв в мешанине мыслей, - Ащщщ... Тейаровы козсни! Тебе-то откуда бы зснать... – ответил Джафар сам себе и, приложив татуированный палец к губам, тихонько прошептал себе под нос: - Надеюссс, в этом городишшшке не изсверги жшивут... Авоссь – помогут... – он снова опустился на колени и, поглядывая в сторону видневшихся построек, обратился к «мангусту»: - Ты поднятьссся хоть сможшешшш? Я помогу... – он подставил виву щупленькое плечико.

Отредактировано Джафар Схешш (2014-06-10 13:53:26)

0

9

Похоже, поведение Хэнии немало испугало необычного парнишку. Схватив вива за плечи, он начал легонько трясти его, испуганно что-то шипя. Легонько? Кому как! Даже уже от такой, казалось бы, незначительной встряски, мозг будто бы раз за разом ударялся об черепную коробку, а внутренности жалобно заныли, создавая гадостное ощущение, что Бродягу сейчас вывернет на изнанку. Поэтому Хэния, поднатужившись, отмер, приоткрывая подёрнутые дымкой, как у обкурившегося алхимических ингредиентов подопытного, глаза, и выставил вперёд себя трясущиеся руки, раскрывая ладони.
- Ш.. што ты творишь? Ни.. ни нада меня так.. фух... прекррращай! - Бродяга вильнул хвостом, подбирая под себя задние лапы и выгибаясь. Плечо и бедро мигом радостно ухнули нежданной болью, отчего горностай сжал зубы и сдавленно зашипел. Похоже, самому помочь себе никак не получится, поэтому Бродяге не оставалось ничего другого, как наблюдать за треволнениями нового знакомого.
- Возьми себя в руки! - наконец не выдержал горностай, хрипло рявкнув на юношу. Громко и грозно, как он хотел, не получилось, да и горло после такого усилия сразу запершило, и Хэния сипло закашлялся, судорожно заглатывая воздух, словно задыхается. Но зато парень наконец-таки перешёл к делу:
- Ты поднятьссся хоть сможшешшш? Я помогу... - незнакомец присел на колени рядом с Бродягой и подставил тому довольно худощавое плечико. Вив смерил эту "опору" настороженным взглядом, сомневаясь в прочности "конструкции", но а что ещё делать? Ждать манны небесной? Ну уж нет! Лучше воспользоваться ситуацией сейчас, чем ждать ещё чего-то другого. Хэния зажмурился и выдохнул сквозь сжатые зубы, вынося вперёд руку и цепляясь ею за плечо нежданному спасителю. Его когти, похоже, вонзились незнакомцу в тонкую одёжку, быть может, даже слегка разрывая или уж точно оставляя зацеплины, но вива не особо беспокоило состояние снаряжение паренька. Опёршись одной рукой об его плечо, другой - об землю, он с кряхтением поднялся на дрожащие ноги, вытягиваемый вверх опорой в виде юноши. Мир в его глазах тут же пустился в свистопляску, стоило лишь телу поменять положение в пространстве. Хэние даже показалось, что земля выехала у него из под ног, из-за чего горностай пошатнулся, перебирая ногами, чтобы удержать равновесие. Когти его довольно сильно вцепились в плечо незнакомца, и это обнадёживало - теперь, чтобы упасть (если, конечно, сам спаситель не упадёт следом), необходимо было постараться. Хорошо ещё, что ростом Хэния ненамного выше паренька, всего на каких-то десять сантиметров... м-да. Всё могло быть и хуже. Хотя кто знает, может, то хуже было бы лучше, нежели то, что сейчас...
  Найдя наконец точку опоры так, чтобы пошатываться, как с бодуна, но не падать, Бродяга взмахнул хвостом, поднимая пыль и приподнял голову, впиваясь потухшими вконец глазами в глаза юноши.
- Ну и что... дальше? Постой... ты не знаешь, где мы?... То есть... т-ты... не местный? Значит... не оборотень? - Хэния никогда не доверял перевёртышам - ни люди, ни звери, и доверять им нельзя. Радует теперь хоть то, что его спаситель не принадлежит к этой странной расе, но тогда... - Как ты... вообще... здесь оказался, если не знаешь, где ты? - Бродяга почти тут же пожалел, что так разговорился - его снова занесло, и он, судорожно сжав пальцы на плече юноши, пошатнулся, едва стоя на ногах. голову пришлось вновь опустить, а глаза закрыть, дабы мир вокруг не так сильно вращался...

+1

10

Произведенная Джафаром встряска «помогла» вивариину вновь приди в сознание, впрочем «приятным пробуждением» назвать это было бы сложно… Несчастный раненый едва ль не взвыл от эдакой поддержки!
Однако должного эффекта Схешш всё-таки достиг: его товарищ по несчастью заблудиться очнулся и попробовал подняться. Похоже, выходило это не так хорошо как хотелось, зато по части самообладания и выдержки вивариин обставил Джесси напрочь. Это при том, что состояние его здоровья всё ещё было нестабильно!
Положение дел, что было очевидно, как и у змея, так и у вива удачностью не отличалось... Только второй, в отличие от первого, паниковать не спешил и, более того, не позволял того другому. Ну, право слово – разве будет кому-нибудь легче, если они сейчас на пару станут носиться по берегу и голосить на всю округу? Строго окликнув Джафара, что хоть и поспособствовало прекращению истерики у змея, не самым лучшим образом сказалось на охрипшем горле морехода, вызывая мучительный кашель, вивариин призвал ассури к разуму. Уняв взбесившиеся нервы, Схешш поспешил на помощь, подставив пострадавшему плечо.
Выждав недолгую паузу – как будто решая, насколько сильно он отяготит не слишком могучее тело «спасителя» - вивариин, наконец, оперся о плечо Джафара, самым естественным для вива образом вонзая когти сквозь одежду. Ассур поморщился, но виду не подал, лишь выдав многозначительное: - Щщщ! – которое, скорее было бы расценено как некое ассурье междометие, чем жалоба на неприятность ощущений. Приятного, однако, было мало: помимо того, что тафта, как и любой другой материал на основе шелковых нитей, при механических воздействиях такого рода имела свойство расползаться, грозя оставить змея в «безрукавке», сама тонкая кожа ассури, в отличие от чешуи василисков, была довольно нежной...
Ходить оцарапанным совсем не хотелось. Но, всё-таки, не стоит забывать, что, несмотря на юный облик, Джафар владел оружием, не раз попадал в передряги и не имел привычки ныть из-за царапин. Поэтому, скрипя зубами, ассур, даже в тот момент, когда его товарищ – от боли видимо – вцепился с пущей силой, не подал вида, продолжив через силу улыбаться – мол, сдюжим, всё в порядке! И всё бы хорошо, однако…
- Ну и что... дальше? Постой... ты не знаешь, где мы?... – вдруг осознал вивариин, непонимающе уставившись ему в глаза. Джафар, непонимающе мотая головой, поник, прискорбно подтверждая данный факт: - Нет. Ни малейшшшего понятья не имею! – он горестно вздохнул, поправив на свободном плече бечевку от корзины с Маной.
- Значит... не оборотень? – зачем-то вдруг переспросил вивариин. Джафар зашелся хохотом, из-за чего всё его тело задрожало, угрожая ранам вива новой порцией встряски: - Я? Оборотень? Аща-ша-хаха! А ц~что? Похожш?!? – впрочем, смешинка быстро пролетела, стоило лишь вспомнить о злосчастной бракованной руне и, вместе с нею, то, что дом его находится у чмура на хвосте… Джафар, произнеся шипящее неповторимое ругательство на серпентарго, с отчаянья плюнул на землю ядовитою слюной: Шчжасзса~кхура!!! Руна телепорта! Тейар её б порвал… - конечно, обвиняя контрабандную вещицу, наш горе-маг не вспоминал уже о том, как тряслись его руки в процессе повторения узора руны – что ни говори, а несмотря на то, что рисовальшик из Джафара был не самый худший, рунная магия ему не давалась совсем.
Что ж… Так или иначе – итог один, он заблудился. И спутник его, вновь безжизненно повисший у ассури на плече, похоже, тоже был не лучшим провожатым… Его бы ещё в чувства привести!
Взяв себя в руки и включая логику, Схешш попытался сопоставить знания из географии тому, насколько велика могла быть та погрешность, которую дал дефект в начертании руны и в купе с тем фактом, что был сочтен вивариином «местным оборотнем», пришел к догадке, что скорей всего находится на территории Поющих Луне, неприминув её тот час озвучить: - Так мы с~с тобой недалеко от Кровиля, вых~одит? – волнение вновь накатило волной, - Ощщ~ Премудрейший Ао! Вот влип я, так влииип… - дабы унять взбесившиеся нервы, ассури принялся по старой привычке вращать украшения, которых, впрочем, оставалось лишь одно – серебряное шиповатое колечко на указательном пальце. Однако, крутанув кольцо лишь раз, он вспомнил о загадочных свойствах вещицы, о коих говорила Латифа и, приподняв ладонь к лицу, стянул артефакт, изучающе глядя на тонкую гравюру с обратной стороны кольца – красивое изображенье волчьей головы.
- Послуш~шай, друг… - он потянул вивариина за одежду, - Гляди сюда… Я, может, и не оборотень вовсе… Но с этим хоть частично, а за местного сойду! Да и тебя нести будет удобнее… - с опаской глядя на кольцо, он опустил корзину с коброю на землю. Затем, поддрживая вива под локоть, снял сумку со спины и свободной рукой попрятал внутрь чакрамы, что доселе болтались украшением на поясе, стараясь уместить их так, чтоб острое как бритва лезвие не разорвало холщевину: - Давай ты понесешь багаж… А я – тебя?

Отредактировано Джафар Схешш (2014-06-09 23:44:40)

0

11

После опровергнутой догадки Хэнии об оборотническом происхлждении "спасителя" тот зашёлся диким хохотом, трясясь, отчего сам пират также получил порцию встряски. Разумеется, жутко болящим ранам это не понравилось, и, как бы намёком на то, что неплохо бы и прекратить данный взрыв счастья, Бродяга сильнее стиснул плечо парнишки, чуть глубже вонзая когти.
- Чего смешного? - хрипло возмутился он, переводя измученный, но раздражённый взгляд на спутника.
- Я? Оборотень? Аща-ша-хаха! А ц~что? Похожш?!? - произнёс тот, быстро успокаиваясь. И Хэния мог наблюдать довольно резкую смену веселья на негодование, когда тот озлобленно вдруг плюнул на землю, - Шчжасзса~кхура!!! Руна телепорта! Тейар её б порвал…
  Донегаль сдавленно хихикнул, вяло соображая, что к чему. Похоже, кто-то пожадничал на нормальную магию, предпочтя цену качеству. Видимо, этот странный "спаситель" - торгаш, они обычно отличались подобным расчётом своих средств.... м... а неплохо было бы... Впрочем, Хэния быстро вытряхнул свои пиратские мыслишки из головы. Негоже обворовывать того, кто тебе помог, особенно когда ты находишься в столь препротивнейшем состоянии. Боль быстро стёрла ехидную ухмылочку с морды Хэнии, и он вновь столь же беспомощно повис на плече парня, стараясь хоть как-то держаться на ногах.
- Так мы с~с тобой недалеко от Кровиля, вых~одит? Ощщ~ Премудрейший Ао! Вот влип я, так влииип… - Бродяга слабо шевельнул ушами и, не открывая более глаз и не поднимая голову, хрипло подтвердил догадку шипящего:
- Да. Ч-что... тёрки с местными? Или пр-просссто не любишь блохастых? - Хэния сам недолюбливал жителей Кровиля и его окрестностей - слишком двуликими те были. В прямо смысле слова...
- Послуш~шай, друг… - загадочно сказал парень, и Бродяга навострил увядающий слух, - Гляди сюда… Я, может, и не оборотень вовсе… Но с этим хоть частично, а за местного сойду! Да и тебя нести будет удобнее… - Бродяга приоткрыл глаза и застал нового знакомого пристально рассматривающим кольцо у него на пальце. Попытавшись сфокусировать зрение на блестяшке, кое-как у вива это всё же удалось, и, вкупе со словами "спасителя", Хэния догадался о природу этой безделушки. Кольцо могло замаскировать носителя под оборотня - вот почти всё, что Бродяга мог знать. И ещё то, что его можно было продать за неплохую цену...
Если я буду и дальше продолжать так думать... - отрывисто подумалось ему. А парень тем временем, заботливо поддерживая Хэнию под локоть, упрятал что-то в свою немалого размера суму, о содержимом которой пират мог только догадываться и мечтать.
- Давай ты понесешь багаж… А я – тебя? - предложил "спаситель". Донегаль слабо усмехнулся:
- Конс... к... конструктивное предложение, - хрипло выдал он и, слегка нагнувшись, потянулся за поставленной на землю корзиной. Данная манипуляция отозвалась неприятной болью во всём теле, отчего Хэния охнул, но авоську всё же успел подхватить, прежде, чем тело вернуло его в почти вертикальное положение. Отцепив лапу от хрупкого плеча паренька и теперь опираясь на него своим плечом, Бродяга протянул вторую лапу к его сумке, одновременно, как бы фоном размышляя, как бы её в будущем поаккуратней стырить...
- Только не кидай меня, - на всякий случай зачем-то предупредил Донегаль. Доверия у него к другим было мало, а мысли сейчас путались - вот он и выдал первую беспокойную мысль, что посетила его воспалённый болью мозг.

0

12

По поводу причин, которые смущали в «волчьих землях» Джафара, ассури только обреченно покивал да тихо произнес: - Х~арактер у волков – не сах~ар… Это ужш точно!! - после чего, решив одним мгновеньем разобраться в недомолвках, так же тихо добавил: - А нас, змеелюдей, нигде не любят… - теперь в происхождении юноши-ассури вивариин мог более не сомневаться. И, видимо, приняв этот факт как есть на духу, никак его не комментировал – негоже, всё-таки, гнобить спасителя, будь он хоть  коброй, хоть отродием Изнанки.
Да и короткий рассказ о волшебном кольце вынужденный спутник Джафара выслушал внимательно (насколько это позволяло состояние и слабость), практически молча. Что же… Тем лучше!
Восприняв молчание случайного товарища по попаданию в не самые желанные края не иначе как отсутствие возражений, Джафар с простодушной улыбкой сгрузил наполненную разным скарбом котомку на бедную жертву крушения…
- К... конструктивное предложение, - только и осталось ответить несчастному виву, так как альтернатив такому развитию дел ему не предлагали. Да и в его «прекрасном» положении, как и в несказанной «удаче» Джафара особенного выбора и не было – или идти вперед, или ложиться на траву и громко звать Габриэль. Ассури, выживший в пустыне и от того лишь более ценящий свою цветущую змеиную юность, предпочитал, конечно, первое, поэтому и действовать начал активно.
Он, хитро усмехнувшись, крутанул заветное колечко пару раз и, глубоко вдохнув на третьем круге, подбадривая сам себя и вива, молившего ни в коем разе его не бросать, заметил: - Не боиссс, дружшис~че! Выберемссся! Ты, только, нич~щему не удивляйссся! – и, наконец, колечко совершило третий оборот…
Таинственная сила артефакта, как будто распирающая тело изнутри теплом, объяла парня, изменяя его облик. Послышался хруст позвонков, щелкание выворачивающихся и меняющих положенье суставов… Одежда, покрывающая тело ассура вдруг поросла пушком – сначала чуть заметным, но становившимся всё гуще на глазах - затем исчезла, превратившись в серебристо-палевый мех хищного зверя. Зубастая пасть на вытянутой волчьей морде, явившаяся на том месте, где только что светилась доброжелательная мягкая улыбка, опасно клацнула клыками, и когти острые и мощные, царапнули лужайку. Молодой волк, словно исследуя свои возможности, расправил плечи, и, крутанувшись словно щенок, в попытке поймать собственный хвост, да капая слюной из пасти, коротко рявкнул: - Рарр! Ав-вху…– мир в этих волчьих глазах смотрелся много проще и прекрасней, а лапы – целые четыре – прочней держали Джесси на земле, и потому ассури-волчонок был готов подставить спину раненному другу, а потому, показывая оную готовность, Джафар издал что-то похожее на вопросительное скуление: - Ав-вууу? – и лег на траву, подставив широкую спину.   
Пожалуй, действия горе-товарищей не отличались здравостью мышления – в конце-концов, попытке «закосить» под оборотня в шкуре зверя, Джафару стоило б задуматься над тем, что такое превращение случается с местными лишь в дни полнолуния. А до него сегодня было – что ползком от Кровиля до Шхасса… Не самое логичное решенье, правда? Но что ещё мы можем ждать от шкодного полуребенка и от забулудшего пирата, который, ко всему, сейчас пребывал не в самой трезвой ясности ума?
Дождавшись, пока вивариин с поклажей уместится на спине, молодой волк приподнялся на дрожащие лапы, отметив нехилую тягу, повисшую у него вдоль хребта, и, делая сперва неловкие шаги, затем чуть более уверенные, поковылял по направлению к деревне...

Отредактировано Джафар Схешш (2014-06-25 03:52:45)

0

13

- Не боиссс, дружшис~че! Выберемссся! Ты, только, нич~щему не удивляйссся! - весело прошипел "змеелюд", как он себя назвал - вероятно, ассури, ибо у него не было на теле присущей василискам чешуи, - и несколько раз крутанул кольцо у себя на пальце. И - о, чудо! - буквально на глазах начал превращаться в волка. Это было слегка... неприятно, поэтому Хэния, скривив морду, отвёл взгляд, подёргивая ушами на каждый хруст костей, раздававшийся со стороны ассури. Да, он пират, но зрелище, когда существо распирает изнутри другое, совсем отличающееся от него, было для него в новинку.
Интересно, а он голым будет, когда обратно превратится? - некстати подумалось виву, на что он про себя усмехнулся. Стоять с сумками в обеих лапах было уже невмоготу, и Бродяга пытался всеми способами отвлечь сознание от навязчивой сильной боли, дабы совсем не упасть на землю. Волком, вероятно, парню будет тяжело поднять пирата со всей поклажей с дороги.
  Услышав тихое скуление со стороны парня, Хэния повернул голову к нему. Интересно же! Молодой волк, пушистый, с приятным серебристо-палевым мехом стоял рядом, мило поскуливая.
- Охх... - только и мог что произнести пират. Он, конечно, слышал, что подобные кольца делают тебя похожим на представителя другой расы, но чтобы настолько... - а з..застрять в шкуре волка ты... не боишься? - хрипло поинтересовался вив, когда волк подошёл вплотную и прилёг на землю, подставляя спину.
Что это... садиться на него, что ли? - как-то испуганно подумал Хэния, сомнительно глядя на прямую и, казалось, столь хрупкую спину новоиспечённого "оборотня".
- Ты... уверен? - Бродяга вопросительно посмотрел на морду волка, но в ответ услышал лишь скулёж, и печально вздохнул. Будет очень обидно, если у парня переломится хребет от такой тяги... но всё же пират, немного помявшись, с трудом перекинул одну лапу через ассури и приземлился ему на спину, стараясь съехать к крупу зверя. Тело же своё он поместил вдоль хребта, как бы полуложась на волка, а поклажу свесил с обеих сторон, крепко уцепившись за неё лапами. Последний штрих - оторвать от земли задние лапы и уцепиться когтями на них за бёдра волка - и Бродяга был готов к поездке верхом.
  Волк, почувствовав, что вив на нём уместился, поднялся на дрожащих лапах, так что Хэния сперва подумал, что они сейчас вновь упадут. Но паренёк выдержал и не спеша побрёл в сторону видневшегося посёлка, осторожно переступая с лапы на лапу. Бродяга с неудовольствием отметил, что хвост у него тащится за ними по пыльной дороге, собирая на себя ещё больше грязи, но поднимать его не стал. Сил банально уже не было, а хвост - подумаешь, его можно будет потом отмыть... Предчувствуя долгую прогулку, Хэния прикрыл глаза и постарался подумать о чём-нибудь приятном. Например, о море, о свежем бризе, о развевающейся на ветру шерсти и запахе солёной воды. Мерный говор команды, их весёлые шанти в дороге, стук парусов и скрип деревянных мачт... кажется, Бродяга уже вовсю скучал по всему этому, пусть с момента крушения не прошло и нескольких дней.

0

14

[float=left]http://se.uploads.ru/t/P5V4G.png[/float]
Не самое крупное и старое, но и не самое малое и юное прибрежное поселение оборотней, зато наслышаны о нем по всей Амории до самых окраин, а то и за их пределами, так как славится Рирчерд своими особыми рыбными блюдами и в частности - засолами разных мастей. И дело не только в уникальных рецептах, но и обитании поблизости стаек рыбы фиёрэс, более нигде в миру не замеченной, что, безусловно, поднимает ей цену, однако и сама она достойна высоких похвал и знатных столов.
Располагается Рирчерд на юго-востоке побережья - аккурат по центру между портом Дартвуд и южной грядой, что отделяет Аморию от западной части континента. Склон, что он занимает, достаточно пологой лишь ближе к основанию, к нему же ведет довольно крутой спуск, потому основное обилие зданий разбросано, разумеется, понизу, но и до самой верхушки тянется немногочисленная цепочка домов, коя [float=right]http://se.uploads.ru/t/qWMOA.png[/float]венчается местным маяком, примечательным тем, что расположен он на отдельной скале и даже частично в нее углублен. Казалось бы, ненужная и даже опасная уникальность, но именно такие моменты делают поселение особенным и запоминающимся. Поодаль от маяка соседствуют довольно крупные строения - в основном производственного характера, такие как лесопилка, кузница, животная ферма, сельская теплица, охотничья мастерская, мельница с пекарней, хозяйственный склад, кухонный амбар (где заготавливают), водохранилище, даже купальня, и некоторые другие.
С верхушки склона крутая тропа ведет вдоль небольших плантаций разномастных трав и прочих растений, некоторые из которых достигают в высоту полутора метров. Именно они в большинстве своем являются составляющими блюд, как и фиёрэс, придавая им ту пикантную рирчердскую уникальность. Меж тем, одно из ответвлений тропы ведет к холодному хранилищу, выстроенному непосредственно в скале, а другое - к тянущемуся вниз по склону водоканалу, что завершается уютно обустроенным водопадом-прудом, обеспечивающим жителей низовья пресной водой. [float=left]http://se.uploads.ru/t/DUkVu.png[/float]
Внизу же расположилась собственно обитель рыболовецкого промысла Рирчерда в соседстве с большинством жилых домов и рядом сопутствующих тому зданий. Помимо харчевни есть здесь даже так называемый постоялый амбар, так как двором он никак не является, - для тех, кто заезжает в поселение с ночевкой. К слову о приезжих - два раза в неделю прибывает продуктовая телега, так как, несмотря на самообеспечение, выбор все равно довольно скуден, ведь хоть рацион и состоит в обилии из морепродуктов, волчье нутро требует несколько иной пищи. А раз в неделю или две приезжает торговая телега, обменивая привезенное на произведенное. Рынка, кстати, в Рирчерде нет - здесь царят общественное разделение и частный бартер, по которому, ввиду небольшого размера поселения, каждый житель и так знает, где, кого и для чего искать. Да и в принципе, помимо харчевни, нет здесь каких-либо мест для общего пересечения как, например, площади, театральные помосты, ярмарки и магазины. Зато в восточной стороне от спуска имеется небольшой участок для выходных гуляний и игрищ, а рядышком, где мелководье, наличествуют мостки для желающих искупаться. В иное же время местные пары, да и семьи, предпочитают облюбовать склон, откуда открывается обворожительный вид на морские просторы, что едва ли когда-либо может надоесть. Даже оборотням, а только они здесь и живут.

0

15

30 число месяца Новой Надежды.
1647 год от подписания Мирного Договора.
День, около полудня.

Чуткие уши ассура-волка, стоя торчком, прислушивались к окружающей действительности, ворочаясь в разные стороны. Преимущество животного обличия как раз и состояло в том, что если местный житель заметит непрошеных гостей, то и они заметят его тотчас же. Джафар, конечно, вряд ли претендовал на гостеприимство оборотней по отношению к лгуну под волчьей шкурой, да и вообще слегка жалел, что подрядился в это приключение, но выбора особого и не было…  Не мог же он вот так вот бросить умирающего?
Вивариин, несмотря на поджарое тело и общую свою худощавость, оказался довольно тяжел – возможно, проблема состояла в том, что расслабленные и бесконтрольные мышцы его просто повисли, перестав распределять вес тела, и оттого нехило тяготили спину Джафара. Медленно переставляя дрожащие лапы, волчонок озирался вокруг, в голове его крутились смешанные мысли: «Разоблачат! Как пить дать – разоблачат…  И что тогда? Дам деру? А как же…» - он легонько встряхнулся, ощутив лопатками вес горностая, мышцы начинали затекать – «…мой сотоварищ? Да ну, бросьте! Вряд ли байки о местных всецело правдивы… Не станут же они атаковать простого путника? К тому же раненого…» - логичные, казалось бы, выводы. От этих попыток утешить самого себя Джафару стало много легче. Так или иначе, а медлить они не могли. Магическое действие оборотного кольца было недолгим, к тому же ассури пока что не знал, чем для него чревато эдакое пребывание в шкуре серого хищника. Нужно было действовать быстро.
Приближаясь к поселенью, ассур успел осмотреть, какие постройки могли бы оказаться надежным убежищем – амбар, сенохранилище, фермерское угодье? Похоже, этим поселение было богато – оборотни, хотя Джафар знал о них только из книг, всегда казались юному ассури работящей расой. Близкие к природе, они понимали её, желали с ней взаимодействовать. Как маг земли он мог их понять – сила самой материальной стихии дышала особой энергией, пронизывая все сферы жизни насквозь, струилась у каждого живого существа по венам…
Потягивая носом воздух, Джафар принюхивался к ароматом пряных трав. Плантации, разбитые близ поселения тянулись вдоль тропки наверх, причем растительность на многих из них казалась густой и высокой.
«Отлично! Чем не маскировка?» - шмыгнув в густые заросли какой-то незнакомой ему сельскохозяйственной культуры, перемежающейся с дикими цветами, Джафар наглейшим образом рискнул притаптывать оборотничьи труды. Лапы пощупали мягкую рыхлую почву – приятное ощущение! – похоже, за плантацией внимательно ухаживали.
Раненый товарищ Джафара из-за усталости, похоже, совсем отключился – волчонок слышал лишь его хрипящее дыхание. Солнце, за то время пока новые знакомые собирались с духом, успело взобраться уже высоко над горизонтом и жарило поля, делая ароматы цветущих растений густыми и хмельными. Нос псевдоволка любопытно дергался – чувствительный к пахучим растениям ассур ужасно был рад тому, что наконец-то может изучить эти медовые запахи без чувства тошноты и, наверное, увлекся этим делом сильнее, чем нужно…
Человеческий запах и отдаленное нежное пение, учуянные как бы между делом, заставили его замереть: «Близко! Слишком близко!» - Джафар пригнулся, затаившись в траве. Похоже, напевала какая-то девушка, а может быть даже и девочка – голос у неё был нежным, юным и о-о-очень приятным на слух. Джафару нестерпимо захотелось посмотреть на обладательницу этого чарующего голоса и он, забыв об осторожности, принюхиваясь, подался в сторону певуньи. Молодость – как же ты безрассудна!
[float=right]http://sd.uploads.ru/8Nxtg.png[/float] Высокая трава щекотала пушистое брюхо и чиркала волчонка по бокам, должно быть причиняя неудобства и вивариину, безвольно свешивающемуся со спины ассури в волчьей шкуре. Наконец звуки, кажется, приблизились так сильно, что проведи ладонью по траве и ты увидишь скрывшееся за зеленой тонкой стенкой чудо. Ладоней у Джафара, к сожалению (или к счастью?) нынче не имелось, и потому, высунув из зарослей мокрый остренький нос, он сначала принюхался. Девушка, заметив его, засмеялась – опасностью это не пахло, и Джафар решил показаться.
- Ты чей? – с любопытством спросила красавица с длинными русыми косами, держащая в руках набитую травами крынку. Как показалось Джафару, речь её звучала не совсем обычно, однако он понимал её великолепно, - Ой! – когда волк вышел из зарослей полностью, она немало изумилась, увидев его необычную ношу. Кажется, наличие вивариина её немного смущало. Джафар же, ощущая, что лапы его совсем не держат, покорно лег на низкую в этой части поля траву. Обреченно вытянув острую мордочку и заглянув в глаза певунье, - Авф-вууу… - проскулил он жалобно, не узнавая собственный голос.

Отредактировано Джафар Схешш (2014-08-05 01:07:24)

+1

16

30 число месяца Новой Надежды.
1647 год от МД.
День, около полудня.

   Покуда ассури-волк плёлся по дороге в поселение верволков, где ещё неизвестно, как их примут, Хэния болтался у него на спине ничтожным мешком, набитым сахарной пудрой. Эх, видели бы его сейчас друзья-пираты... Засмеяли бы, да и вспоминали бы потом всю жизнь. Эх... но их теперь нет. Все, все до одного покоятся на мрачном дне океана, или давным давно разодраны кошмарными морскими чудовищами. А Бродяга волею судьбы остался в живых, и теперь вынужден чувствовать поганую вину только за то, что выжил.
  Донегаль болезненно крякнул, попытавшись хоть немного поменять положение рук, дабы они не затекали от затяжной поездки. Хвост уже давно безнадёжно загрязнился, а теперь ещё и волочился следом, подтирая пыль с местных дорог. Сабли, стилет и трубка с дротиками позвякивали на поясе - Бродяга всё боялся их потерять, поэтому, превозмогая боль, постоянно проверял их наличие рукой. "Занозы" в виде обломков корабля продолжали торчать в ранах, хорошо ещё, что глубже не уходили и выпасть не пытались. Приходилось терпеть боль, в надежде, что в поселении, куда они направляются, жители окажутся гораздо радушнее, чем ходят о них легенды.
  Интересно было бы посмотреть на раскрывающиеся перед взором виды, однако Хэния предусмотрительно держал глаза закрытыми: во-первых, чтобы в них не летел песок, поднимаемый грузными шагами волка, во-вторых, чтобы не терять и без того подорванные силы. А если придётся сражаться? Конечно, Хэния виноват, он достоин смерти, но так ведь говорят все, верно? Посражаться за свою жизнь никогда не помешает. Этим-то пираты и отличаются. Гордые, свободные, и даже на смертном одре способные бороться за себя из последних сил, приобретая ярость, от которой даже короли трепещут...
  Сквозь неприятный ультразвук, гудящий в ушах, Донегаль различил нотки женского голоса. Волк на несколько мгновений замер, а потом двинулся, и похоже, двинулся он в сторону этого пения.
Неет, только не это... - нервно подумалось виву, - я здесь умираю, а он пошёл за бабами гоняться!
- Ты чей? - раздался совсем рядом юный голос, и после короткое, - Ой!
  Похоже, девушка заприметила необычную ношу на спине у волка, а тот, судя по болезненным ощущениям во всём теле Хэнии, от усталости лёг на землю и жалобно заскулил. Донегаль зашипел, скрючиваясь, а затем разлепил глаза, куда тут же хлынул ослепительно-яркий свет. Вив прикрыл их ладонью руки.
- Приехали... что-ли? - хрипло прошептал он, а затем аккуратно съехал со спины парня на землю, волоча ноги и опираясь на руки, приподнимая морду в сторону девушки. Убрав ладонь от постепенно привыкающих к свету глаз, но всё же прищуривая их, Хэния прижал уши и, стараясь говорить погромче, прохрипел:
- Милая дама... - судорожный кашель, затем вив набрал побольше воздуха и постарался как можно более ровно проговрить - Сможете ли вы помочь раненому путнику, имевшему счастье проезжать мимо вашего... прекрасного... поселенья, - на последних словах он вновь судорожно закашлялся, падая на землю и хватаясь рукой за обломок, торчащий в плече, а второй - за бедро. Донегаль свернулся калачиком и стиснул зубы, стараясь убедить свой мозг не отключаться, пусть невыносимая боль не оставляла ни единого шанса здраво мыслить.

+1

17

Джафар поднял глаза на поселенку, смотря с такой пронзительной печалью, на кою способны лишь волки и псы. Прижавшись к крынке с травами всей грудью, девчонка нервно бегала глазами и с нескрываемым испугом наблюдала состояние горемычного вива, которого в её родной край каким-то чудом зашвырнула злодейка-судьба... 
- Сударь! Вы уж, того-этого, чего грешного... Не удумайте!! –  юная аборигенка, как и Джафар в своё время, явственно была озабочена тем, дабы, боги упаси, путник не умер у неё на глазах, - ... В-ваш?– указывая кивком головы на волчонка, робко спросила она. Похоже, мысли суетно взвинтились у неё голове, исключая возможность сосредоточиться  на чем-то одном.
- Вам тут нельзя... – просительным тоном прошептала она, - У нас, в Рирчерде, не любят чужаков! – лицо её вытянулось, выдавая печаль, скрытую  за строгим взглядом серых глаз и жестко сжатыми губами. Похоже,  поселенка разрывалась между желанием помочь пострадавшему путнику (видать, оставление кого-то в опасности было для оборотней сравнимо с предательством) и запретами старших, которые тоже нарушать не могла.
Пользуясь звериным обаянием, Джафар уткнул узкую морду в траву меж вытянутых лап  и обреченно заскулил. Страдальчески вздохнув, девушка поставила крынку на землю и, отряхнув подол, решительно подбоченилась.
[float=right]http://s2.uploads.ru/pfq9K.png[/float]- Ну что же с вами сделаешь... Эльвэ помилуй! – обеспокоенно оглядываясь в сторону деревни, она шмыгнула ладонью под затертый фартук, достав из предусмотренного ради мелочей кармашка не платье бутылочку, наполненную белой жидкостью, сунув её виву в ладонь: - Вот! Выпейте это пока... Должно полегчать...
Джафар, подняв голову, любопытно покосился на лекарство. Почувствовав его недоверие относительно зелья, оборотница нахмурилась: - Полноте, господаре! Нешто чай не отрава какая!! – подхватывая собранные травы, она суетливо заметила: - Никуда не девайтеся! Нынче батюшка на ферме трудятся, а братенька-то мой в море ушел... Даст Ильтар , мы с матушкой ради вашего спасения чего измудримся! -  с этими словами она поспешила к поселку.
«Куда уж тут денешься...» - меланхолично подумал Джафар, лизнув шершавым языком сохнущий от ветра кожистый нос, - «В такой-то ситуации?»

Отредактировано Джафар Схешш (2014-08-13 15:25:11)

0

18

- Сударь! Вы уж, того-этого, чего грешного... Не удумайте!! - услышал он озабоченный голос девушки. Неужели у них здесь запрещено лечить раненых путников? Или они просто не доверяют чужакам, что вполне логично?
Вдобавок, ещё этот сельский говор... - Хэния вздохнул, приоткрывая глаза. Правда, пришлось сначала несколько раз моргнуть, прежде чем зрение вновь сфокусировалось. От этого стало ещё больнее, но нельзя же разговаривать вслепую.
- ... В-ваш? - девушка робким кивком указала на моего невольного попутчика, лежащего рядом с таким видом, что большинство чувствительных дамочек уже давным давно бы бросились его утешать и ласкать.
- Мой, - на автомате прохрипел Хэния. Что поделать, пиратская привычка - ответом на подобный вопрос обязательно служит единственный ответ: "мой!"
- Вам тут нельзя... - как-то даже жалобно прошептала девушка. Конечно, приходят тут, умирают... Куда катится мир? - У нас, в Рирчерде, не любят чужаков!
Ага, значит, Рирчерд... Окрестности Кровиля... так и знал, - Хэния тяжело вздохнул, прижимая уши и вновь глядя на девицу. Похоже, она разрывалась от желания помочь и от запретов, наложенных традициями или правлением. Эх, чистая душа... Обычно такие законопослушные существа приходят лишь к одному выводу - не ослушиваться закона. Конечно, они добры, быть может, хотят помочь, но почему-то свято верят в то, что закон - единственно правильная вещь и не может быть несправедливой.
  И что бы делал Хэния, если бы его попутчик не положил голову между лап и не проскулил, выпрашивая, как заправский пёс.
Надо же... удобно быть собакой... - Бродяга перевёл вымученный взгляд на волка, затем снова на девицу, - Интересно, сработает?
- Ну что же с вами сделаешь... Эльвэ помилуй! - вивариин облегчённо выдохнул, слегка привставая, опираясь окровавленной рукой о землю. Девушка достала какой-то небольшой флакончик с белой жидкостью и протянула ему, - Вот! Выпейте это пока... Должно полегчать...
  Хэния с некоторым подозрением покосился на бутыль, но последующие объяснения местной жительницы убили в нём всякие на то подозрения. Бродяга жадно выхватил склянку и, откупорив её зубами, пригубил, чуть ли не одним глотком высасывая содержимое. Не очень-то вежливо с его стороны, но сейчас он ни о чём более не мог думать, кроме как о прекращении боли.
  И действительно - раны перестали так уж сильно саднить, и Бродяга уже минут через пять почувствовал значительное облегчение. Вив благодарно облизнулся и опустился обратно на землю, выпуская из пальцев пустую бутыль.
- Спасибо, - тихо протянул он, прикрывая глаза и впервые за долгое время наслаждаясь тем, что жив.
- Даст Ильтар , мы с матушкой ради вашего спасения чего измудримся! - услышал он обрывок фразы своей спасительницы, и та немедленно помчалась в сторону посёлка. Хэния приоткрыл один глаз и, почти довольно поглядев на волка, хрипло проговорил:
- Что бы я без тебя делал, - вив осторожно повернулся на спину, стараясь не бередить раны, и с наслаждением вперился взглядом в небо. Наконец он видел его истинно голубым, а не серым...

ОФФ

Заранее простите за ошибки и бессвязность - я почти спросонок С:

0

19

Девица согласилась помочь,  что облегчало душу не хуже лечебного зелья, и убежала прочь – похоже, искать совета у матери. Это вселяло надежду и, резво поднявшись на лапы, как будто не испытывал вовсе смертельной усталости ещё две секунды назад, Джафар ткнулся носом товарищу в плечо и ободряюще рыкнул, мол – сдюжим, да не пропадем!
- Что бы я без тебя делал, - глядя на волка хитроватым глазом с улыбкой в голосе проговорил вивариин.
- Рвраарр! – согласился Джафар, обнюхивая деревенные обломки у Хэнии в ране. Запах запекшейся крови, как это ни странно, не вызывал у него отвращения, однако и волку тут было понятно, что зелье действует только как обезболивающее, и раны стоило бы наконец перевязать, избавившись уже наконец от гигантских «заноз».
«Может, даже швы накладывать придется...» - не то чтобы Джафар что-то понимал в медицине, но беспокойство относительно того, есть ли в Рирчерде (честно говоря, это название ассур впервые слышал) нормальные врачи, его не покидало.
Тем временем, прошло ещё пять минут. В ожидании время летело мучительно долго, поэтому Джафар уже немало беспокоился о том, насколько хватит действия кольца. Вернуться в свой исходный облик до того момента, пока они не отыщут постой, асуру совсем не хотелось... А ведь это он ещё не думал о побочных эффектах от действия магической игрушки! Латифа, весьма опрометчиво, о них не помянула, и потому Джафар пока пребывал в сладком неведении. Может оно и на счастье?
Вскоре поселенка вернулась. Растрепанная и волнованная она, тем не менее, выглядела деловито и уверенно. В руках она держала что-то вроде покрывала непримечательного серо-коричневого оттенка. 
- Встать-то хоть сможете? Тут до нашей избы недалече... – протягивая руку лежащему раненому, она покосилась на сумку с поклажей, а потом, внимательно сощурив глаза, на волчонка и развела руками.
«Ну, хорошо... Как скажите, леди!» - виновато поджав серый хвост, Джафар аккуратно взял зубами собственную сумку, которую чуть раньше передал на хранение Хэнии. Куда девать вторую – он и предположить не мог... Да уж и без неё багаж, торчащий в пасти, был конкретно увесистый!
Склонив голову набок, оборотница вновь измерила Джафара таким взглядом, который словно в самое нутро проникал, после чего удрученно кивнула, бросив короткое: - Ты не волк... – не похоже, чтобы она была разочарована, но ассури, тем не менее, понял – врать в Кровиле не выгодно, - ...и на обычных торгашей вы не больно-то тянете...
Закинув хозяйственным жестом оставшуюся лежать на траве сумку себе на плечо, она окутала плечи вивариина принесенной накидкой – дабы потрепанный наряд и раны не вызывали у соседей навязчивого любопытства.
- Полями пойдемтесь... Солнце эвон как высоко – рабочий народ по делам, даст Ильтар, к вечеру в поряде будетесь... – ловко петляя по пыльным тропинкам между посадками, было заметно, что работа в полях является для неё повседневной, добросердечная девушка повела их к деревне.
Дорожная пыль, пахнущая сеном и смешанная с семенами диких и культурных трав, заставляла Джафара чихать. Вскоре, пробравшись задворками мимо овинов и старых сараев, они подошли к добротному деревянному дому, с широким крыльцом, высокой крышей и каменным фундаментом. Похоже, под домом мог даже иметься подвал, под летние заготовки и другое добро.
«Ого, а семья-то видно большая!» - с интересом изучая дом их спасительницы подумал Джафар, - «Только вот, хорошо ли это для нас?» - побаиваясь, что его, раскушенного врунишку, не пустят даже на порог, он тихой тенью плелся за спинами Хэнии и, всё ещё, безымянной оборотницы. Серый хвост, грустно опущенный вниз, подметал пыль с дороги.
На крыльцо они, дабы не мозолить соседям глаза, подниматься не стали. Вошли со двора. Прохладный полумрак, царящий в сенях и дающий отдых глазам, а также пряный дух развешенных здесь на просушку лекарственных трав, вдохновляли.
«Неужели её матушка окажется местной знахаркой?» - мечтательно подумал Джафар, громко стучащий когтями о половые доски, - «Как-то не верится!» - перед ними с легким скрипом распахнулась дверь в жилую часть дома, и в нос пахнул желанный запах печи и домашней еды.
Хозяйка дома, красивая русоволосая женщина в длинном платье и фартуке, кажется слишком уж молодая для такой взрослой дочери, встречала гостей подбоченившись и с длинным ухватом в правой руке, на который опиралась, как царица кухни на свой верный посох.   
- Коль пришли, на пороге не стойте! В ногах правды нету...  Нешто мы не звери, – хитро ухмыльнувшись,  хозяйка махнула ухватом, приглашая в дом незваных гостей,  и обратилась уже к дочери, - Кристель, доченька, вынь чугун из печи...

0

20

Ждали они довольно долго, как показалось пирату. Хотя, возможно, это из-за ран и общего хренового самочувствия. Секунды казались минутами, минуты - часами, а время текло так медленно, что впору утопиться. После небольшого духовного подъема Хэния почувствовал, как из-за ожидания вновь теряет мотивации к жизни. Существование вновь стало непосильным бременем, да тут ещё вспомнилась и погибшая команда. Хотя небольшой лучик света, подаренный эйфорией от лекарства, всё же имел места в чёрном море пиратского пессимизма. В голову закралась привлекательная мыслишка о том, что неплохо было бы собрать свою команду, отвоевать собственный бриг и уже в звании капитана бороздить моря Фатарии...
- Встать-то хоть сможете? Тут до нашей избы недалече... - Хэния повернул голову, увидев вновь вернувшуюся поселенку, растрёпанную и взволнованную.
Ну наконец-то... - Донегаль с недоверием покосился на протянутую ему руку, но потом всё же взялся за неё и, кряхтя, встал на ноги, пытаясь удержать равновесие. Руку селянки он, кстати говоря, отпустил, не желая чувствовать себя беспомощным.
- Ты не волк... - удурчённо проговорила дева, глядя на попутчика пирата. Хэния, слегка сощурившись, настороженно кинул на неё взгляд, - ...и на обычных торгашей вы не больно-то тянете.. - а вот это уже плохо, - подумал вив, прижимая уши. Вот будет поворот, если их обман раскроется. Да и этот помощник его невольный не знает, кто на самом деле такой Хэния, и не факт, что он согласится помогать, узнав правду. Какой порядочный гражданин (а в его порядочности Донегаль был уверен) станет помогать жестокому разбойнику, ворующему непосильным трудом нажитое?
  Мгновение спустя на плечи Хэнии опустилась лёгкая накидка, задевшая палку в плече, отчего вив тихо шикнул, взъерошиваясь.
- Полями пойдемтесь... Солнце эвон как высоко – рабочий народ по делам, даст Ильтар, к вечеру в поряде будетесь... - девушка не стала развивать тему непохожести на торговцев, что изрядно успокоило Донегаля.
  После они довольно долго (как показалось Хэние) петляли по всяким улочкам и закоулкам, стараясь как можно меньше попадаться на глаза случайным прохожим. Идти было довольно трудно, учитывая подкашивающиеся с каждым шагом лапы, но терпимо, и вив с этим хорошо справлялся.
  Совсем скоро они подошли к приличному добротному домишке. Детали его интерьера Хэния предпочёл не рассматривать, чтобы не терять и так ускользающее внимание. Вместо того, чтобы зайти на большое крыльцо, они попали в дом со двора, и за раскрытой дверью их уже ждала подбоченившаяся русоволосая девушка, довольно молодая чтобы быть матерью такой взрослой дочери.
- Дбрый день... - попытался как можно приветливей протянуть Хэния, входя и чуть не падая, но успев опереться плечом о дверной косяк. Из-за пройденного пути боль понемногу начинала возвращаться, и появилась лёгкая отдышка, хотя раньше вив мог пробежать подобное расстояние и не запыхавшись.
- Коль пришли, на пороге не стойте! В ногах правды нету...  Нешто мы не звери.
В ногах нет правды? Можно подумать, она есть в заднице, когда на ней сидишь, - Хэния ухмыльнулся, радуясь тому, что хоть свой любимый пиратский сарказм не подрастерял.
Помотав головой, он отлип от стены и аккуратно прошёл внутрь, один раз споткнувшись и чуть не растянувшись на полу. Пробормотав что-то вроде извинений, он отошёл подальше, чтобы никому ни чем не мешать.

0


Вы здесь » За гранью реальности » С миру по нитке » Окрестности Кровиля » восточное побережье [Амория]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно