За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » А за порогом тьма и кровь


А за порогом тьма и кровь

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sf.uploads.ru/eqiwD.png
1. Участники: Шесса, Левифрон.
2. Время действия: 12-ое число месяца Просыпающейся Природы 1647-го года.
3. Место действия: Замок Феникс, а также частная лечебница близ Таллема. Больница расположена на окраине Безымянного леса, у той его части, что тянется вдоль тракта из города в деревню Терель.
4. Описание ситуации: Началась эта история с того, что в окрестных деревнях твари темные всех цветов и размеров стали появляться. Крестьяне, недолго думая и бросая косые взгляды в сторону Таллема и тамошней гильдии магов, обратились в Мернот за помощью. Ловчие прибыли, и привел их след тварей в безмерно приличную с виду частную лечебницу. Из всего отряда оттуда вернулся лишь один алхимик. Дело приняло наихудший оборот, и теперь только в Таллеме можно найти помощь.
5. Дополнительно: Первая часть месяца выдалась необычайно теплой, что позволило большей части снега сойти. Дожди же, что лили два последних дня, подтопили остаток, превратив его в невразумительную скользкую кашу. На начало событий время плавно клонится к закату, собирающиеся тучи обещают снова излиться ливнем.

0

2

Предисловие

Внешний вид: Одет в белую рубашку и черные штаны, поверх всего этого имеется коричневый камзол. Третьей идет утепленная безрукавка. В качестве верхней одежды выступает простой шерстяной походный плащ, подбитый мехом. На ногах сапоги из темной кожи до колен на шнуровке. На руках перчатки. Шея не совсем аккуратно замотана бинтами.
При себе: сумка с алхимическим и медицинским добром, волкодав Клейм, цэдаф Гриф.

Страх подгонял гораздо лучше, чем попутный ветер, толкавший в спину. Нехороший такой ветер, холодный и злой, он доносил до обостренного слуха несущегося в сторону города всадника хрипы, крики и вой. А еще казалось, что за самой спиной проносятся когти, которым не хватает всего пары миллиметров, чтобы вцепиться в свою жертву, которая только что сбежала из ловушки. Скорее всего, мужчине просто чудилось, ведь солнце еще не село, и тракт, что проходил не столь далеко, еще был относительно многолюден. Ревел скот, который гнали домой пастухи, ржали кони, подгоняемые посматривающими на сильно растянувшиеся тени возницы, не то кричал, не то смеялся патруль, неведомо почему еще не завалившийся в ближайшую к воротам таверну в Таллеме. А за спиной хлопал плащ, объясняющий и когти, и ощущение тяжелого дыхания кого-то опасного и очень быстрого. Разум говорил, что все в порядке, что можно сбавить темп и не пугать путников, которым нечасто приходилось видеть коня, что едва ли не в ногах заплетается, до такой степени старается ускориться еще больше. И уж точно редко они видели всадника, который станет так издеваться над несчастным животным. Да и куда можно так торопиться? Ворота закроются еще нескоро ведь, успеется. Потому и провожали не то укоризненными, не то непонимающими взглядами. И лишь несколько человек задумались, что не просто так все, нет-нет, да и бросили взгляд на мрачный лес. И уж точно никто не заметил капли крови на грязном месиве талого снега. Лишь когда до стен города осталось совсем немного, бешеный галоп столь же неожиданно для окружающих перешел на легкую рысцу, а после – и вовсе в шаг. Но судя по необычной лошадке, она была готова проскакать еще столько же и в таком же темпе.
- Стой… Стой… Я задыхаюсь…
Поводья давно уже выпали из рук и теперь уныло болтались у самых копыт. Чудо, что конь не споткнулся и не зарылся носом в землю. Но от цэдафов можно и не такого ожидать, вполне возможно, что ему так было даже веселее.
Левифрон согнулся пополам и уткнулся лбом в шею скакуна. Гриф, как звали коня, услужливо приподнял голову, чтоб хозяин не перекувыркнулся через него. Он ведь мог, с координацией и владением собственным телом у него все было плохо. А теперь, когда адреналин схлынул и организм просек, какие рекорды только что побил, он предпочел получить все лавры посмертно. Отдышаться Филин пытался минут десять, за то нужно было благодарить осознание важности ситуации. Случись что-нибудь более незначительное, упорхнуло бы сознание мужчины в дальние дали на двое-трое суток, но сейчас он такого позволить себе не мог. Нужно было держаться. Ловчие отдыхают лишь тогда, когда бремя жизни более не сковывает их. Такая роскошь Левифрону пока не светила. Его отряд не выполнил задание, но даже не в том дело было. Есть долги куда более важные.
***
Заказ из окрестностей Таллема пришел неделю назад. Может показаться странным, ведь у города есть своя магическая гильдия, но порой простой народ предпочитает доверить свой покой простым воякам, цели которых с большего ясны, чем официальным лицам из Золотого Феникса. В этот раз было так же. Их было трое: ллайто, синори и он, алхимик и врач. Левифрона взяли на случай, если крестьяне все же не преувеличивали, рассказывая о том, что весь лес кишит тварями, которые не то звери, не то гады ползучие, тут уж смотря с какой стороны смотреть, и что куча народа уже полегло. Кто ж знал тогда, что несведущие люди умудрились сделать картину намного более скромной, чем она была на деле.
К больнице, что уже не раз попадалась им на глаза, они пришли к концу третьего дня. Сегодня. К тому времени уже стало ясно, что в этой местности бытует алхимик-нелегал, балующийся некромантией, а может и не только ей. Местные указали на частную больницу, что славилась не совсем доброй репутацией. Темные байки про нее ходили, да и репутация создателя не блестела чистотой. Уже тогда Герхен пришел к пугающей мысли, что их отряд может оказаться слишком мал, но с чем Тейар не шутит. Порешили, что раз Таллем до сих пор ничего не заметил, то нелегал либо не столь страшен, как кажется. Идею, что в больнице их может ждать отнюдь не мелкий озлобленный отчисленец из магический академии, все задвинули на задний план. Все, кроме Филина. Позвоночником он чувствовал, что идеализм не к месту. Он ведь осматривал тела чудовищ, приходил к раненым крестьянам, даже кладбище посетил, откуда трупы взяли тенденцию сбегать. Не нравилось ему происходящее. Совсем не нравилось.
Только вот кто в этом мире слушает вконец надышавшегося алхимическими парами Левифрона. Его оставили стеречь лошадей, пообещав скоро вернуться. Все, что мужчина смог – заставил своих соратников наглотаться всевозможных зелий, повышающих их шансы. В крепости все давно знали, что если Герхену что-то в голову взбрело, лучше слушаться. Отступить и позвать подмогу монстроловы не могли, но вот с зельями уступили алхимику. Слухи о его интуиции тоже разносились быстро. Жаль, что веры в нее оказалось слишком мало, чтобы спастись.
***
«В следующий раз я подмешаю слабительное. Самое жесткое, какое смогу создать. Чтоб неделю из кустов не вылезали, чтоб разум усыхал от обезвоживания и боли, чтоб все геройские замашки ограничивались лишь способностью сдержать крик. И пусть проклинают. Проклинающие живые намного лучше молчащих мертвых» - делая глубокие вдохи, постфактум думал Левифрон.
Только сейчас до них с Грифом добежал Клейм. Волкодав старался не отставать, но до волшебного скакуна ему было далеко. Особенно если учесть, что он хромал на одну лапу. Вероятнее всего, он понял намного раньше, что опасность миновала, а потому спокойно шел по следу. Не в его правилах было тратить силы понапрасну, а если хозяин возмутится, то можно оправдаться тем, что пес прикрывал тылы. Если бестиария Левифрона позволит ему разобрать эти отговорки, разумеется.
Алхимик потихоньку принял вертикальное положение. Тело болело, приходилось держаться за луку, чтобы не вывалиться из седла. Сердце постепенно замедлялось, дыхание восстанавливалось. Вместе со спадающим адреналином прояснялся разум, позволяя судить о случившемся более трезво.   
***
Просидев час недалеко от лечебницы в ожидании ловчих, Герхен все меньше и меньше мог держать себя в руках. Не было ни криков, ни звона стали. Ни-че-го. Только тишина здания и гомон, доносящийся с тракта. Ну и птицы, что пели в глубине леса. Клейм, стоит сказать, тоже вел себя странно: крысился то на больницу, то на тени между деревьями. А потом резко успокаивался. Затем по второму кругу. Ему тоже не сиделось, но волкодав прекрасно понимал, что нужно охранять хозяина. И вот, когда солнце уже начало уходить с небосклона, он окончательно затих, поднял голову и заунывно завыл. Ему вторили собаки с тракта. Но только Клейм делал это как-то особенно, будто бы специально. В народе говорили, что собаки воют на нежить, мол, чуют они, когда дух нездешний к порогу приходит. Герхен же знал, что чувства позволяют многим животным улавливать момент смерти тела. Это походило на паранойю, когда ты во всем видишь то, что хочешь увидеть, но алхимик действительно узрел в этом сигнал. Ему хотелось, чтобы пес почувствовал то, что должен был почувствовать. Иногда даже с того света можно вернуть, если успеть добежать.
И Филин побежал. Ворота были заботливо открыты, входная дверь тоже. Внутри больницы виднелся свет. Все выглядело очень человечно, настолько, что вера в собственную правоту у Герхена маленько пошатнулась. Только вот своему волкодаву он верил намного больше, чем таким вот учреждениям, и твердо знал, что петь заупокой тот просто так не станет. Так оно и случилось. Человечности происходящему хватило ровно до того момента, как Герхен переступил порог. Дверь захлопнулась, ударив по лапе следовавшего за хозяином пса. Клейм взвизгнул и инстинктивно отступил, невольно позволив двери закрыться. Заперев Левифрона внутри.
- Какая жалость, псинка тоже хотела умереть! Приходи позже, ночью, и тебя обязательно растерзают. Порвут тебе вены на шее и выпустят всю кровь. И тебе выпустят!
Кажется, еще только-только какое-то белое пятно поворачивало ключ в замке, а теперь оно уже кинулось на алхимика. С реакцией у Филина было туго, а потому он не успел полностью уйти от мелькающих перед глазами рук, что вылилось в довольно внушительный порез шее. С другой стороны, это позволило подпустить белое пятно ближе, и алхимик успел заметить, что же за чудовище перед ним. Удивительно, но это был приличного вида мужичок, разве что исхудалый и с синяками под глазами, которые могли побороться в своей запущенности с синяками самого Герхена. И глаза. По ним можно было сказать многое. Правый смотрел диким взглядом, зрачок был расширен. А левый… А левого глаза не было. И, кажется, не так давно он был еще на месте. Еще не остановившаяся кровь, заливающая не то пижаму, не то саван, и следы весьма неаккуратного его удаления были красноречивей всяких слов.
- Сдохнешь, как они сдохли!  Псам все мало! И ему все мало! Лучше ты, чем я! Пусть он заберет твои глаза! Пусть он отдаст тебя Богу!
Пользоваться телекинезом в незнакомой обстановке весьма затруднительно, но невменяемый пациент лечебницы, являющейся по своему профилю приютом для душевнобольных, является прекрасным стимулом. Под «руки» подвернулся не то столик, не то высокий табурет. Хотелось бы верить в гуманизм в такой ситуации, хотелось бы вспомнить собственные постулаты, но инстинкты оказались сильнее. Левифрон попал точно по виску, мужичок резко умолк и осел на пол. Потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и не ударить еще раз. Достаточно, чтобы развернуться, победить такой сложный механизм поворачивающегося ключа в замке и выбежать на улицу, пока где-то за спиной призрачные когти царапали деревянный пол, а тени сгущались в патоку. Что мог сделать один алхимик там, где столь тихо и незаметно сложили головы натасканные вояки?
***
Ныне же, когда алхимик был вполне живой и далеко от проклятой лечебницы, становилось ясно, что туда придется вернуться. Твари, изводившие местных жителей, приходили оттуда. Там пропали два монстролова, и долг Герхена был вернуть их в крепость, пусть даже мертвыми.
«Мне нужна помощь. Только кого в этом тейаровом городе можно убедить, что местная богадельня опасна, и уж тем более кто захочет искать там трупы гонимых всеми ловчих. Слишком сложно объяснит простым людям, что значит, когда каждого из нас ждут домой. Каждого».
Рану на шее, оказавшуюся просто поверхностным порезом, мужчина наспех замотал бинтом и закрыл от лишних глаз, натянув капюшон на голову. Солнце почти скрылось за горизонтом. Нужно было куда-то идти и хотя бы где-то переночевать. Продолжая эту здравую мысль, нужно было составить план, послать весточку в Мернот, получить дальнейшие указания. Только вот Филин был морально разбит и хотел если не сам отправиться умирать к братьям по оружию, то хоть отправить туда армию и разнести лечебницу по кирпичику. Ему хотелось что-то делать, а там, если повезет, тело само упадет от усталости и стресса. Желательно, перед этим успешно уничтожив гнездо того, кто так чудовищно опорочил алхимию, омыв ее невинной кровью.
«Коллеги должны что-нибудь знать. Но я не знаю, где искать алхимиков в этом городе. Кроме гильдии, разве что. Есть у меня альтернативный выбор? Нету. Из разумных, разумеется. Умереть я всегда успею…»
К полному закату Левифрон уже пробивался в замок «Феникс», куда его решительно не желали пускать. Стражу у ворот и не спрашивали, хочет она его пускать или нет, а потому алхимик продолжал настаивать на аудиенции с кем-нибудь разумнее огородного пугала, закованного в латы. Его слушали, куда делись бы, но по-прежнему не давали прорваться, хоть силой гнать не решались. Солдат пугал Клейм, они прекрасно видели, что собака не домашняя, не украшение псарни. Пес натаскан убивать, а потому запросто мог отгрызть руку наглецу, пусть и облаченную в доспех.
- Повторю еще раз для особо понятливых! Та лечебница в лесу плодит монстров, и дабы вам стало понятно, сколь масштабна катастрофа, я могу привести цифры. Так ведь будет наглядней, да? Я знаю, что большинство людей, упакованных в этот металлолом, эмоционально настроены чуть тоньше табуретки, им не дано понять перспективу трагедии. Они любят цифры, цифры можно сопоставить и проанализировать. Так вот, то, что сидит там, убило двух опытных ловчих Мернота. Так достаточно понятна мысль, которую я пытаюсь донести до вас последние двадцать минут?! Двух. Опытных. Ловчих. А хотите я вам расскажу, сколько жителей окрестных деревень уже погибло от лап химер и призванных чудовищ из Изнанки?! О, так вот оно, ключевое слово! Вы боитесь Изнанки? Так чтоб вы провалились туда сейчас же, раз не хотите меня пускать!

Отредактировано Левифрон (2014-07-18 03:03:09)

+2

3

Облик

Одежда: длинное кимоно из утепленной ткани. Широкий пояс темно-синего оттенка. На ногах сапоги из оленьей кожи. Поверх кимоно накинута мантия из
толстой ткани, которая пропитана специальным раствором, не позволяющий подолу намокать. Шарф лазурного цвета, которым василиск обматывает шею вплоть до самого носа. Волосы собраны в хвост.

Как же Шесса не любила первый месяц весны. Вроде бы, только слегка потеплеет, снег начинает таять. Пол города превращается в подобие болота, как тут же вновь ударят морозы, заморозив весь этот ужас, превращая Таллем уже в подобие катка, на котором только так разбиваются экипажи. Зимой из-за этого самого холода василиск перемещалась только с помощью телепортации. Замок феникса - чайная и обратно. Ей не хотелось в принципе высовывать нос на холод, потому что змееподобная знала чем ей это грозит. Ни болеть, ни впадать в подобие анабиоза или сильной заторможенности она не хотела. Вот и сегодня пустынная змея переместилась в замок, зная сколько работы ей предстоит. Удивительно, но рунологов с каждым годом совершенно не прибавлялось. Да, было достаточно много учеников, были даже и достаточно одаренные, но тех, кто получил звание мастера или магистра можно было пересчитать по пальцам. То ли данный вид магии плавно сходил на нет, то ли это какой-то заговор. Шесса не знала, но понимала, что в среднем, каждые три недели надо накладывать новые чары на вещи. Представляете сколько в гильдии имеется разнообразных вещиц? А сколько всего тех, кто носит татуировку феникса на плече? И почти у каждого есть зачарованное колечко, клинок, цепочка. А разве хочется тратить деньги и идти к кому-то непроверенному, когда в составе гильдии есть магистр рун? Конечно нет. Поэтому появившись на рабочем месте, змееподобная увидела, что весь ее стол завален разнообразными вещицами, к каждой из которой прилагалась записка с пожеланиями. Работа кропотливая и изнуряющая. Но отказываться рунолог не имела права. Ведь все это идет на благо гильдии. На защиту ее членов. Поэтому с мыслями о том, что сейчас, именно в данный момент, она помогает каждому, кто к ней обратился за помощью, спасти его жизнь, брюнетка делала свое дело, изредка отвлекаясь, чтобы заварить чай или посмотреть на время, которое сегодня тянулось безумно медленно. Управившись с большинством вещей, исследователь обнаружила на столе записку, к которой не прилагалась какая-либо цацка. На листке бумаги на скорую руку было выведено: "Не переутруждайся. Гектор". Надо сказать, что подобная забота безумно умилила брюнетку, которая уже действительно начинала чувствовать усталость и неприятное напряжение в висках. В конце концов, все можно доделать и завтра. Либо попросить помощи у второго исследователя ее отдела. Хотя... Пустынной что-то подсказывала, что и у ее коллеги сейчас полный завал на рабочем месте. То самое солнце, которое почти не грело, лишь создавая видимость "работы" уже начинало крениться к закату. Продолжать дело при свете свечей или световых сфер, конечно, можно было. Но зимой и в начале весны василиск чувствовала в себе гораздо меньшую трудоспособность. Все же, гены змей дают о себе знать. Откинувшись в кресле, девушка пару минут пустыми глазами смотрела в потолок, затем услышала отдаленные голоса, доносившиеся с улицы. Окна ее отдела выходили как раз на сторону города, да и находились рунологи не на столь высоком этаже, поэтому, порой даже через закрытые окна можно было услышать чьи-то недовольные возгласы в сторону стражников, которые не пропускают подозрительных посетителей. Медленно встав, Шесса прильнула к окну. Но его поверхность была практически полностью покрыта ледяными узорами, из-за чего пришлось наспех нарисовать руну накала, дабы открыть себе обзор. Хотя и почти так она не видела практически ничего. Лишь силуэты, но недовольный и явно уверенный голос незнакомца заставил ее предположить, что у гостя может быть действительно важное и срочное дело, которое не потерпит бумажной волокиты с разрешениями, пропусками, приглашениями и чем-то подобным. И тут свою роль сыграло любопытство. Накинув мантию из толстой ткани, которая была такой длины, что подол волочился по полу, исследователь обвязала шею шарфом, любезно подаренным Гектором, ибо айрат знал как легко василиск подхватывает ангину, Шес направилась к выходу из замка, впервые за много недель решив выйти на улицу. Не сказать, что перепад температуры, который почувствовала пустынная ее радовал, но любопытство было сильнее. Несколько секунд девушка стояла позади стражников и слушала их диалог с незнакомцем, который на вид был не старше ее самой. Но все решала раса.
Слух ухватился за слова об Изнанке и химерах. Эти темы всегда вызывали в брюнетке невиданный интерес. Трансмутация, запретная алхимия. Она хотела научиться этому, узнать что-то большее, чем то, что написано в книгах. Тут же захотелось обо всем расспросить. Но делать это на улице глупо. Вести юношу в своей отдел - опасно. Для василиска там уже нет ничего удивительного и тайного, но она всегда помнила, что для остальных исследовательский отдел остается за семью печатями. Там можно было найти очерки новых рун, разработок и экспериментов. Да и вообще они никогда не принимали гостей в своем отделе. Вести к Гектору? Айрат также был занят своими обязанностями, да и чтобы отправить своих людей куда-то нужны были доказательства. Мало ли... Сколько в мире сумасшедших?
- Я доверенное лицо Гектора Велиуса. - уверенным тоном начала василиск, выйди из-за спин стражи. - Сегодня он не сможет принять вас, как и мы не сможем впустить вас в замок. Но вы можете пойти за мной и я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы вас выслушали. Внезапный порыв холодного ветра заставил ее съежится, до носа натянуть шарф. На улице не хотелось оставаться совершенно.
- Пойдемте. - уверенные шаги в сторону. Василиск и не раздумывала по поводу того, куда поведет незнакомца. И все бы хорошо, вот только собака. Огромный пес преградил ей дорогу, заставив замереть. И почему рунолог их так боялась? Ее никогда не кусали. Но почему-то она считала этих животных непредсказуемыми. Собрав всю волю в кулак, девушка продолжила путь, стараясь обходить лужи, которые сейчас были практически везде. Все же, погода была отвратительна. Но тот факт, что ее чайная была лишь в семи минутах ходьбы радовал ее безмерно.
По пути она не проронила ни слова. Слишком холодно, да и разговор не для улицы им предстоял. Дойдя до знакомого крыльца, серпенте уже рефлекторно начертила руну, после которой дверь открылась, будто и не была заперта вовсе. Пройдя внутрь, девушка попросила гостя оставить пса на улице и закрыть дверь на щеколду. Собаку в чайной она не смогла бы терпеть. Это уже было выше ее воли. Стягивая шарф с лица, змееподобная начала разговор.
- Вы встречались с теми существами лично? Вы ранены? - все же бинты спутать с шарфом она не могла никак. Долгое время базируясь на исцеляющих рунах, пустынная змея перевидала много атрибутов медицины, сама делала и перевязки и накладывала швы, если это было необходимо.
Сняв столь ненавистные сапоги и почувствовав босыми ногами пол, исследователь едва заметно улыбнулась. Все же, она никак не могла привыкнуть к подобному укладу.
- Это мое скромное заведение. Здесь нет стражи или кого-то еще, кто мог вы вас оставить стоять на улице всю ночь. Но это не значит, что мои расспросы будут без особого пристрастия. - змеиная улыбка. Чувствовать себя на своей территории было куда приятнее.

P.S. Этого не избежать..)

Отредактировано Шесса (2014-07-21 14:33:24)

+2

4

- Сударь, успокойтесь! Приходите завтра утром, вас непременно кто-нибудь выслушает. А сейчас идите своей дорогой, поздно уже.
У одного из стражников, видимо, просто сдали нервы. Сколько таких вот буйных приходит к порогу гильдии ежедневно? Сколько в таком большом городе, как Таллем, проживает различных сирых, убогих и всячески нестабильных личностей, кои жаждут помощи у великих и могучих магов? Сколько придуманных историй различной степени свежести выслушивают эти молодчики за свою смену? У них тут частенько и Изнанка начинает крупномасштабные боевые действия против общества любителей кукурузы, и Сет с Акалом, по свидетельствам очевидцев, играют в покер прямо у порога храма в честь Ильтара, смущая тем самым благочестивых монашек. А уж сколько самих Ильтаров собственной персоной приходит якобы вещать свою волю! Разумеется, история про подозрительный сумасшедший дом как-то потеряется на этом фоне. Даже жаль стало, что Левифрон не подумал об этом раньше. Люди ведь чрезвычайно недоверчивы и недальновидны, нужен как минимум свершившийся конец света прямо вот здесь, перед дверями замка, чтобы они хотя бы почесались. Может стоило придумать что-нибудь более внушительное? Вся ирония ситуации заключалась в том, что порой людей проще заставить поверить в то, что небо падает, чем в то, что уже из следующего похода в лес за цветами дочь вот этого самого стражника имеет все шансы не вернуться.
«Как можно защищать этот народ, если он не верит в смерть? Иногда у меня создается впечатление, что разум Боги раздают наугад, бросая монетку. И очень многих эта монетка невзлюбила».   
- Я останусь здесь до утра, если так. И если вы позволите, каждая новая смерть селян с этого момента будет ложиться на вашу совесть. Я не могу заставить вас увидеть, если вы не желаете раскрыть глаза, но и нести ваши грехи не намерен.
Весь энтузиазм сник так же быстро, как и появился. Уже второй раз за сегодняшний день алхимик не мог ничего сделать. Разве что только ждать какого-нибудь чуда или вернуться с позором в крепость, без товарищей и с осознанием того, что пройдет еще много времени, прежде чем кто-то другой забредет в ту больницу.  Придется раз за разом пересказывать эту историю семьям и друзьям павших, ловя на себе косые взгляды и ощущая тяжесть  вины за содеянное. Вернее, не содеянное. А потом колокольным звоном пронесется новость о зверствах близ Таллема, но уже безнадежно поздно,  и груз станет столь непомерным, что впечатлительному алхимику нужна будет помощь.
Все это чередой картинок мелькнуло перед глазами, и снова показалась чудовищной слепота этих людей в доспехах. Равнодушие. Тупое следование правилам. И даже инстинкты не пробиваются сквозь навязанную систему поведения. Абсолютно безнадежно.
«А я будто бы впервые в такой ситуации. Когда ж получится привыкнуть…»
А можно ли привыкнуть к смерти и полной неспособности что-либо с ней сделать?
- Я доверенное лицо Гектора Велиуса.
Совершенно новый голос. Левифрон уже искал взглядом место, где можно было просидеть до утра, капая на нервы страже своим присутствием, ведь идти ему было все равно некуда, да и не хотелось, как откуда-то из-за их спин появилась женщина. Вернее, по голосу Филин определил, что это женщина. По сути, это был лишь темный силуэт, необъятная черная материя, подол которой волочился по земле. Лицо было скрыто чем-то вроде шарфа, хотя Герхен наверняка сказать не мог. В общем, ему появившееся создания сразу показалось довольно странным.
«Я же уже сказал, что до утра никого не потревожу, так неужели нужно для верности подкрепить свой авторитет именами кого-то из гильдии? Я даже не знаю, кто это».
- Сегодня он не сможет принять вас, как и мы не сможем впустить вас в замок. Но вы можете пойти за мной, и я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы вас выслушали.
«Ясно».
Что бы о Филине ни говорили в гильдии, каким бы наивным созданием «не в себе» его ни величали, он родился далеко не вчера. Пусть порой он увлекался и его разум уносил его куда-то далеко-далеко, но сейчас, сквозь призму потрясающего здравомыслия, вызванного падением в меланхолию, он прекрасно видел, что помогать ему не собираются. Хотя даже влияния настроений для осознания этой истины не требовалось бы, ловчие часто слышали фразы, очень похожие на произнесенную женщиной. Его непременно выслушают, покивают с сочувствующим видом и под каким-нибудь благовидным предлогом отправят восвояси. Извините, мы ничего не можем сделать, потому что сегодня четверг и луна не в том доме.
Но лучше так, чем разговаривать со стенами.
И, надо сказать, мернотовец оценил, что именно девушка решилась выйти к нему на улицу, пусть даже и с целью угомонить и навешать лапши на уши, но все же нужна была определенная храбрость, чтобы на ночь глядя вести куда-то какого-то мутного, мокрого и грязного типа со здоровенной собакой.  А ведь Клейм пугал всех, и Филин был более чем уверен, что незнакомка не просто так прервала свой бодрый и уверенный шаг при виде пса.
Пока они шли по улицам, алхимик крепко держат волкодава за ошейник. Мужчина и сам был маленько дерганным, больно уж редко его заносило в большие города, тем более в тот счастливый час заката, когда всем можно было забыть про работу и предаться праздности. И люди заставляли порой шарахаться, и нелюди, и даже драные коты, шнырявшие тенями по парапетам и крышам. И шум. В городе было гораздо более шумно, чем в привычных горах, где необъятное пространство быстро поглощало все звуки. И если так реагировал разумный алхимик, то как знать, что инстинкты могут дернуть сделать Клейма? Еще цапнет мальчишку-карманника за руку, объясняйся потом с народом, что это в воспитательных, а не гастрономических целях.
Черное пятно, перемотанное шарфом, загадочно молчало. Девушка даже не сказала, куда ведет их, а здания сливались в одну сплошную череду одинаковых окон и дверей, не позволяя даже зацепиться за что-нибудь взглядом. И пусть шли они всего каких-нибудь десять минут, Левифрон был уверен, что петляли они как минимум по всему району. Город утомлял и путал.
Остановившись у одной из дверей, незнакомка попросила оставить волкодава у порога. Жаль, конечно, Герхен чувствовал себя без пса в высшей степени некомфортно, как наемник без меча или маг с опустошенным резервом, но правила приличия того требовали.  Призвав напарника терпеливо ждать, Левифрон вошел в дом, на ходу стягивая капюшон.
- Вы встречались с теми существами лично? Вы ранены?
А ведь точно, капюшон больше не скрывает бинты. Наверное, даже красное пятно достаточно большое, чтобы не дать соврать о том, что, например, Филин всего лишь порезался, когда брился. Хотя кто так старательно бреется как раз в районе сонной артерии? Мужичок не промах оказался, знал, где нужно людей резать. Незнакомку, впрочем, это каким краем не касалось, ведь даже самому Левифрону было удивительно наплевать, что там с его шеей. От такого не умирают, того достаточно.
- Если вы желаете меня слушать, то давайте сразу отметем тот вариант, что я сумасшедший и мне померещилось. Мне куда проще уйти, а не доказывать вам обратное. Отвечая на ваш вопрос: да, я их видел. Предугадывая следующий: я вижу подобных им едва ли не каждый день, потому твердо уверен в том, кого видел и что теперь говорю.
Вслед за хозяйкой дома Герхен расшнуровал и снял сапоги. Его об этом никто не просил, да и не в правилах ловчих было расслабляться на чужой территории, но больно уж грязные они были. Если бы кто-то в таких сапогах пришел в лабораторию к самому алхимику, он бы потом лично вылизывал те следы, что оставил за собой. Также алхимик снял плащ и безрукавку, они тоже несли на себе следы последних событий и дрянной погоды. Теперь его вполне можно было назвать человеком, пусть и по-прежнему видно было, что пребывал он в исключительно полевых условиях.
- Это мое скромное заведение. Здесь нет стражи или кого-то еще, кто мог вы вас оставить стоять на улице всю ночь. Но это не значит, что мои расспросы будут без особого пристрастия.
- Благодарю за гостеприимство, но оно мне совершенно ни к чему, - хозяйка улыбалась, а вот на лице у Герхена не было и тени радости. За его спиной маячило случившееся, впереди виднелось то, что он был обязан сделать. А девушка рядом – лишь веха между этими двумя точками, которая могла стать как помощью, так и препятствием, и только ей выбирать свое амплуа. Третьего не дано, психологов не нужно, комфортного и отвлекающего мира вокруг - тоже.
Я отвечу  на те вопросы, на которые смогу, а вы мне прямо скажете, собираетесь ли помогать. Все прочее мне от вас не нужно, и я хочу, чтобы вы это знали и понимали. Я не затем здесь.
Немного грубо, да. Но Филин устал, выслушал достаточно от верзил в доспехах еще при замке и теперь решительно не желал раскланиваться с кем-либо. Та самая прямолинейность, усиленная обстоятельствами. Возможно, в обычное время он показался бы этой девушке приятным собеседником, да вот сегодня, видимо, луна действительно не в том доме.
- Я Левифрон. Можете звать Филином, если так будет проще.

0

5

Описание чайной

[float=left]http://s019.radikal.ru/i603/1402/8b/b09d942edfbe.jpg[/float] Вроде и ничем не примечательный домик стоит практически в центре Таллема в торговых кварталах. Он не украшен ни яркими вывесками, ни светящимися фонариками, которые так и режут глаза. Лишь на стене перед крыльцом висит маленькая металлическая доска, на которой красиво выгравированы слова "Чайная l Ювелирная" и внизу гораздо меньшим шрифтом "На хвосте змеи". Ничего примечательного больше нет. Поэтому, можно сказать, что снаружи все предстает в достаточно посредственном виде: двухэтажный домик среднего размера и неприметная табличка. Но все меняется, стоит вам только войти.
[float=right]http://i038.radikal.ru/1402/13/1fd198a0924e.jpg[/float]  Едва вы приоткроете дверь - сразу звякнет звоночек, оповещая хозяйку о вашем приходе. Дальше смело можно оглядываться вокруг и рассматривать пространство, ибо здесь есть на что посмотреть. Взору сразу откроется прилавок с разнообразными сладостями и вкусностями, которые хозяйка заведомо заказывает у пекарей, дабы все было свежим и пахло просто невероятно вкусно. Позади располагается огромный стеллаж с обилием прозрачных баночек, которые хранят в себе ароматные чаи, разнообразные травы, засушенные листья и сушеные ягоды.
Хозяйка появится сама собой, будто из ниоткуда, дабы поприветствовать вас и отвести дальше, предварительно спросив хотите ли вы участвовать в чайной церемонии, либо зашли просто поговорить со своим спутником и попить ароматный напиток, да так, чтобы вас как можно меньше отвлекали.
[float=left]http://s019.radikal.ru/i611/1402/14/6ae88dad5f8d.jpg[/float]  Если Шесса слышит, что гости хотят узреть все тонкости - она отводит посетителей в комнату, пол которой весь застелен коврами, окна украшены мозайкой, а вокруг маленького низкого столика расположились подушки. Обстановка создается волшебная, василиска любит зажигать свечи и аромалампы, дабы полностью расслабить гостей, дабы те чувствовали себя как можно более комфортно.
Но если посетители хотят провести время только в своей компании и им не интересны какие-либо таинства - открывается другая комната, куда просторнее, где расставлено множество столиков, с подле стоящими мягкими стульями.
И не важно пришли ли вы заказать украшение или даже просто спросить возможно ли воплотить в жизнь вашу задумку - хозяйка все равно угостит вас чаем, давая понять, что спешка в подобных вопросах неуместна.
Полностью расслабившись и приведя мысли в порядок, забыв об уличной суете, посетители могут подняться на второй этаж, где и располагается ювелирная. Там вам будет предоставлена возможность все рассмотреть, спросить, примерить, определиться с ценой и заказом, а, может, сразу же починить поломанную застежку сережки или цепочки, ибо мастерская находится здесь же, в соседней комнате, но вот туда Шесса мало кого пускает. В той комнате хранятся разнообразные книги, инструменты и драгоценные камни с металлами, которые ждут своего часа. Также там стоит кровать, на которой девушка отдыхает от работы. На стене можно заметить вырисованную руну телепортации, которая позволяет василиску мгновенно перемещаться куда ей вздумается, коль будет такая необходимость.

Незнакомец был явно не в духе. Хотя, если бы Шес провела большую часть дня на холоде, ее состояние было бы куда хуже, но здесь еще накладывались особенности расы и ее собственного организма. Мужчина же не являлся василиском. Абсолютно точно. Не было в нем ни одной змеиной черты, которая сама серпенте так хорошо всегда распознавала. Хотя, какая разница? Холод не любит никто. Разве что лоддроу, но это уже другая история.
Услышав абсолютно не приветливую речь, девушка поумерила свою милость. Больше всего она не терпела хамства и лжи. Если здесь не было второго, то от первого незнакомец находился всего в шаге. Рунологу было не понять того факта, что можно быть неблагодарным за то, что кто-то впустил тебя в теплое помещение и предложил помощь. Но все существа мира разные, поэтому приходилось мириться и с этим. Улыбка спала с лица, брюнетка скрестила руки на груди, внимательно осматривая мужчину, пытаясь понять действительно ли он из Мернота? Никаких выдающихся физических данных не было заметно. Обладая ментальными способностями он бы с легкостью мог заставить стражу себя пропустить. Стихийник? Вполне вероятно. Но тогда точно не огненный, не позволил бы себе мерзнуть, имея вспыльчивый темперамент. Змееподобная прищурилась, голос заметно охладел.
- Вы считаете, что я стала бы впускать в свою обитель сумасшедших? - в вопросе звучал явный укор. Сейчас человек вызывал к себе недоверие еще большее, чем там, на улице.
И снова слова о помощи. Но ведь всем прекрасно известно, что Велиус и Андромеда не станут посылать своих людей куда-то без весомых доказательств. Особенно на ночь глядя. Из Мернота не приходило никаких прошений, это очевидно, иначе бы путника не было здесь.
"Знали бы вы насколько на самом деле вы сейчас близки от правой руки гильдии..." Действительно, стоило Шессе захотеть, связаться с Гектором или просто послать определенный знак с помощью руны связи - Гектор посетил бы ее чайную если не в туже минуту, то в ближайший час точно. Порой, ее очень умилял и одновременно огорчал тот факт, что многие считали будто если ты исследователь в гильдии, то совершенно ничего не знаешь о главе или вовсе с ним не пересекаешься. Да, возможно серпенте плохо знала Велиуса с деловой точки зрения. С ней он всегда был тактичен и сдерживал свой пылкий нрав. Но вот личность айрата василиск знала прекрасно. Куда лучше любого из согильдийцев. И если потребуется - она сможет воспользоваться именно личностью, дабы разрешить ту ситуацию, о которой услышала на улице.
- Шесса. - в ответ на произнесенное имя ответила рунолог, смотря будто сквозь человека. - Исследователь рун в гильдии. - решила дополнить она чисто из любопытства, заинтересует этот факт его или нет?
- Какова бы масштабна не была проблема - Феникс не станет отправлять людей на ночь глядя, это я вам могу сказать уже сейчас. если мы имеем дело с тварями из Изнанки или химерами, ночь - самое неподходящее время для их уничтожения или ловли. Поймите, Феникс не специализируется на отлове и ликвидации подобного рода существ. Поэтому мы весьма более осторожны, нежели Мернот, который всегда и платится своими людьми за такую беспечность. Если вам нравится перспектива провести ночь у дверей гильдии - вы можете вернуться и продолжать дальше мерзнуть, выслушивая недовольство стражи, которая, кстати, тоже имеет лимит терпения. - говорила она вкрадчиво, без агрессивных ноток, однако, все равно давая понять, что сейчас лучше послушать ее совета.
- Я не думаю, что вы, Левифрон, так глупы, чтобы возвращаться. Поэтому я предлагаю вам располагаться здесь. Не самое лучшее предложение в Таллеме, однако, лучше, чем ничего, не так ли? - серпенте обернулась, глазами обследуя пол, в поисках того самого питомца, который зачастую пугал тех, кто был у нее впервые. Сейчас такого казуса Шесса хотела избежать, поэтому различив знакомый силуэт, девушка подошла и положила полуспящего из-за холода и времени года змея себе на плечи.
- Если вы решили остаться и принять мое предложение - пожалуйста, пройдите по коридору налево. И располагайтесь как вам удобнее. Советую размотать бинты. - явный намек на то, что она сможет оказать ему помощь, но опять же, на усмотрение гостя. Ни к чему принуждать его девушка не собиралась. Не в ее это духе, да и каждый делает собственный выбор. И мужчина выбрал. Уходить он не стал, и это было очень правильно со стороны василиска. Сама Шес принялась что-то искать на прилавке, исследуя множество баночек с различными травами и чаями. Так прошло около семи минут. На деревянном подносе уже стоял чайничек, из которого веяло ароматным чаем,  две чашки и кусок яблочного пирога. Исследователь понимала, что Левифрону навряд ли удалось сегодня нормально поесть хоть раз, и хоть у нее самой из еды был выбор не так велик, только десерты, однако, это было лучше, чем ничего. Из чая девушка выбрала простой у-лун, но добавила в него несколько засушенных ломтиков коры драконового дерева, которое нежить всегда избегало.
Взяв поднос змееподобная направилась к гостю. Все происходило достаточно плавно. Шесса не терпела спешки, да и приставать с расспросами, видя усталость и некоторую нервозность человека, пока не хотела. Она всегда придерживалась политики бартера: ты добро мне - я в ответ тебе. Сейчас ее добром выступало гостеприимство. Ответит ли Филин на это рунолог не знала.
Присев на колени перед маленьким столиком, девушка поставила весь набор на него, а затем начертила руну света, создав в воздухе плотный шар света, который мягко освещал комнату. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, из-за чего в комнате было достаточно темно.
- Травить мне вас незачем, скажу сразу. Если вы откажетесь от еды, я пойму вас, однако, это будет глупо. - начала она, внимательно смотря в глаза человеку. Затем, переведя взор, василиск разлила чай по чашкам и сама пригубила напиток, тем самым доказывая, что ни яда, ни снотворного в нем нет. Но тянуть и устраивать полноценную чайную церемонию она не собиралась, не та ситуация.
- Расскажите мне все, что сможете вспомнить. О химерах, о месте, о том, где ваши соратники и точно ли они мертвы. Если проблема действительно ужасна - я смогу связаться с руководством и отсюда, дабы ускорить процесс, без лишней волокиты. И вы позволите осмотреть рану? - тактичность и вежливость. Этого всегда старалась придерживаться хозяйка чайной. Арн, тем временем, слегка приподнял голову и пару раз высунул язык. Со змеем исследователю было спокойнее, он всегда прекрасно предугадывал опасность, старался защитить девушку. Ведь мало кто обрадуется укусу питона, а уж, тем более, его смертельных объятий на шее.

Отредактировано Шесса (2014-08-02 00:27:33)

+1

6

Ожидаемо было, что спутница Левифрона не станет терпеть полное отсутствие какой-либо приветливости с его стороны. По всем правилам люди обычно благодарят за гостеприимство, придерживаются вежливости и всячески выказывают свое расположение тому, кто проявил его в их адрес. Они повязаны традициями и устоями, принуждающими улыбаться даже тогда, когда лицо застыло каменной маской в напряжении. И сейчас, когда Герхен слушал ответную речь, призванную усмирить его пассивно-агрессивное поведение и указать границы допустимого в предстоящем диалоге, алхимик в который уже раз поразился, насколько в Мерноте все просто. Если тебя душит гнев, ты имеешь право выказать его так, чтобы тряслись стены и летели осколки разбитой лабораторной утвари. Если ты радуешься, то к вечеру с тобой будет радоваться вся крепость, зараженная флюидами, которые ты активно выбрасываешь в массы. Если ты скорбишь, никто не упрекнет тебя, если она заставит тебя слепо обвинять в потере всех подряд. Может, если бы Левифрон не жил в крепости всю жизнь, выбираясь во внешний мир только ради чудовищ и нежити, если бы он контактировал с обычными жителями этой страны чуть чаще, их привычки не сбивали бы с толку и не заставляли непонимание между ним и этой девушкой расти. Это ведь уже общество, а не семья. Здесь нет понимания, здесь есть правила. Да и не за благотворительностью ты пришел, Филин, а сотрудничество требует жертв, нейтралитета и следования этим самым правилам.
На хозяйку дома он больше не смотрел. Догадался, наконец, как надо разговаривать с представителем гильдии, что будет абсолютно бесполезно воздействовать на эмоциональном уровне, вызывая у нее схожие чувства с теми, которые сейчас испытывал он сам. Расчетливые люди далеки от идеалов спасения мира просто ради самого процесса.
- Если вы решили остаться и принять мое предложение - пожалуйста, пройдите по коридору налево. И располагайтесь как вам удобнее. Советую размотать бинты.
- Еще раз спасибо.
Заблудиться в чайной было очень сложно, не особенно-то тут много пространства было, а потому Левифрон успешно пришел туда, куда его пригласили. Уходя из проходной, краем глаза он заметил, что Шесса пошла к прилавку, что водрузила себе на плечи что-то зеленое и вялое, как зазвенела баночками да скляночками. Видимо, просто решила взять угрюмость алхимика штурмом. Хотя вариант того, что в чае окажется не только чай, но и, скажем, порошок для повышения честности и болтливости  или еще что похуже, тоже мелькнул на задворках создания.
«Травить-то ей зачем? Не думаю, что сотрудницам Золотого Феникса настолько нечем заняться, что на досуге они закапывают трупы у себя на заднем дворе».
Помещение, в котором оказался мужчина, просто кричало о том, что хозяйка знает, что такое уют, и прекрасно умеет встречать гостей. Наверное, жители Таллема, умеющие ценить тонкость ее вкуса и атмосферу всего заведения, остаются в восторге и от маленького столика, и от ковров, и от подушек, и от общей гармоничной картинки. Надо ли говорить, что для одичавшего в горах ловчего это все показалось страшной экзотикой? В последний раз он видел нечто подобное, когда  года полтора-два назад выезжал с монстроловами в Сонору и останавливался в Хартаде для скупки редких пустынных ингредиентов. Да, тамошние жители, фиаллэ, тоже предпочитали мебели ковры и подушки, а классическим факелам и обычным свечам – благовония и лампы, куда эти свечи вставлялись. Пусть в комнате царил почти полный мрак, позволяющий разглядеть черно-серый вариант обстановки, густо сдобренный тенями, но эта схожесть сразу бросилась в глаза. Филин не удивился бы, окажись комната цветастой и яркой, а ковры вышиты сложными узорами и орнаментами.
«Интересно, Шесса тоже с юга? Или просто переняла элементы культуры местного населения пустыни, которая так поражает воображение непривычных северян? На фиаллэ она не похожа, а вот василиском вполне может быть. Не думаю, что их быт будет ближе к северу, чем к укладу фиаллэ. Даже с учетом различий, должны быть общие тенденции, характерные для места жительства».
Сесть за маленький столик, учитывая немалый рост Левифрона и полутьму, оказалось непросто. Все казалось почти что кукольным. Ноги не помещались решительно никуда. Сумке и верхней одежде места тоже не находилось. Только спустя пару минут все удачно уложилось, ноги были компактно скрещены, а на коленях с ощутимой пульсацией назревали синяки. Необычное проявление пустынной культуры было успешно освоено.
«Так, ладно, не столь важно, откуда она. Важнее, кто Шесса сейчас. Рунные маги вроде работают с Изнанкой, так что неудивительно, что ее заинтересовало. Среди тех, кого мы убили в лесу, были призванные твари, и вроде бы я говорил об этом у ворот. Значит, тут сугубо личный интерес, да? Не делает ей чести, как искреннему альтруисту, но это лучше, чем совсем никакой связи».
Его догадки могли быть в корне ошибочны, но это было подсказкой к дальнейшим действиям. Если она так же искушена рунной магией, как Герхен – алхимией, он найдет к ней подход. Филина легко можно было купить, поманив наукой, которую он боготворил. Мужчина без раздумий побежал бы на край света, спустился к центру земли и скинулся бы с башни, открой это для него что-то новое. И если хозяйке чайной интересно происходящее в доме скорби настолько, что она готова выслушать чужака, он даст ей ответы и подбросит хвороста в любопытство.
Девушка присоединилась к нему немногим позже, чем Филин успел окончательно усесться.  Она принесла поднос, на котором красовался чайник, две чашки и весьма аппетитного вида пирог. И снова Герхену показали прорехи в его знании мира: алхимик ни разу не пробовал настоящий чай. Крепость была сильно ограничена в финансах, такое удовольствие она позволить себе не могла. В городах тоже особенно расходиться нельзя было, да и всегда хватало более привычных вещей вроде молока, воды или бессовестно разбавленного вина, капризные гурманы среди ловчих если и были, то Левифрон их никогда в походах не видел.
- Травить мне вас незачем, скажу сразу. Если вы откажетесь от еды, я пойму вас, однако, это будет глупо.
Откровенно говоря, есть не хотелось вообще. Кусок в горло не лез, поскольку не ушли еще до конца последствия страха и паники, из-за которых от еды практически воротило. Но раз уж алхимик решил соблюдать принятые в обществе правила и достойно принять гостеприимство, пусть оно не было нужно и практически мешало, нужно было сделать усилие. Тем более что отказываться было действительно глупо, несколько суток лесной жизни на сухих пайках и воде на пользу мыслительным процессам не идут.
Осторожно подняв чашку, Герхен попробовал неведомый напиток. Пожалуй, все, что ему удалось вынеси из этого опыта, - не хватает сладости. Как-то сразу по-другому увиделся яблочный пирог, сумевший компенсировать недостаток чая, а там вроде весь процесс веселее пошел. Хотя первая ложка пирога едва ли не попросилась немедленно обратно, настолько организм не был согласен принимать в себя еду.
«Настоечки бы сейчас успокоительной, было бы самое оно. Жаль, все сильные снадобья я оставил дома, простая же валериана явно будет бессильна».
- Я расскажу, раз уж вы действительно желаете слушать. О ране можете не беспокоиться, я по совместительству врач, а потому чуть позже сам с ней разберусь.
Вернув на минуту чашку обратно на стол и отложив ложку, Герхен вынул из-за ворота камзола серебряный медальон и осторожно снял его с шеи, стараясь лишний раз не дергать бинты. Как только это удалось сделать, он выложил украшение перед Шессой и вернулся к чаю. Подвеской оказалась миниатюрная фигурка грифона, на тыльной стороне которой было выгравировано имя ее владельца. Символ, который знали в стране очень многие.
- Это на случай сомнений как в моей личности, так и в моих дальнейших словах. Я действительно служу в Мерноте, являюсь тамошним алхимиком, - еще глоток чая перед последним актом бессовестной невежливости и возможной грубости, но то, что Левифрон собирался сказать, должно было быть сказано. – Сказать по правде, я удивлен, что ваша гильдия так спокойна. Я понимаю, что вы не обязаны бегать по лесам и гонять чудовищ, порожденных воображением светил алхимии и магии тьмы, но мне всегда казалось, что вы отчасти для того и существуете, чтоб служить дополнительной защитой города. И это действительно странно, что вы закрываете глаза на то, что происходит почти за самыми стенами, отмахиваясь от смертей и скорби людей.
Это действительно тревожило и злило Левифрона. Мернот всегда оберегал окрестные земли, даже если они принадлежали одним из тех землевладельцев, кто мечтал уничтожить крепость. Люди же не виноваты, селяне не обязаны умирать из-за глупости ленд-лордов. Здесь же перед ловчими предстало полное игнорирование сильными мира сего страданий ближних. С другой стороны, такое они видели уже не в первый раз, а потому давно усекли, что именно из-за равнодушия истинных хранителей Мернот все еще был нужен и все еще спасал жизни.
- Хотя это не настолько важно. Я не знаю идеологии вашей гильдии, да и знать не хочу. Не мое это дело, а вас винить в бездействии и вовсе бессмысленно.
«Нельзя упрекать людей в том, что они предпочитают не рисковать своими жизнями. Здесь тоже должен быть равноценный обмен: одни умирают, другие остаются жить. Фениксы жили, селяне погибали. Ловчие пали в бою, селяне остались жить. Логично, хотя утопическая мечта спасти всех все равно имеет место быть, как и принцип того, что умирать должен тот, кто несет ответственность за случившееся».
- Нас наняли крестьяне близлежащих деревень, поскольку в лесу стала чаще появляться нежить. Как оказалось, блуждала там не только нежить, но и вполне живые трансмутированные существа, но для селян все едино. Я назвал этих существ химерами, хотя это не совсем верно, к природному виду фауны они не имеют никакого отношения. Лучше окрестить их тварями. Без причины такое не появляется, и сначала мы подумали на вашу гильдию, что это ваши алхимики наворотили, но тварей было слишком много для ошибок адептов. Да и грубая работа была, кустарная, слишком небрежная для светил магии. Лес мы худо-бедно вычистили, хотя наших сил не совсем хватало. Собирались просить поддержки, но вот понес какой-то леший самостоятельно все делать… Нашли мы гнездо, откуда шла вся эта дрянь. Как жительница Таллема, вы должны знать частную клинику для душевнобольных, что чуть южнее города, если двигаться по тракту к Терели. Да, именно там и сидит это тейарово отродье. Мои соратники решили проверить, чтобы не терять времени и знать, с чем дело имеем, да так и не вернулись. Вы считаете, что мернотовцы безрассудны и не думают о себе, но вы ошибаетесь. Будь все очень плохо, они бы не погнушались отступить, в бессмысленной смерти чести мало. Я думаю, что вряд ли они успели даже понять, что происходит, а уж о сопротивлении и вовсе речи не шло.
Пирог закончился, остатки чая пошли на то, чтобы смочить горло после рассказа. А перед глазами пробегали картинки.
- Я не знаю, живы мои соратники или мертвы. Тогда я пошел за ними, как раз почти на самом закате, и на меня напал с лезвием один из пациентов. Он нес что-то про псов, про богов, про жертвы, не знаю, каким чудом он меня не изрезал. Его успокоить удалось, но я думаю, что видел что-то еще мельком. Слышал уж точно. Так Клейм, мой волкодав, ходит по деревянному полу, царапая его когтями, но там это было намного громче и тяжелее. Если это и был действительно пес, то точно размером с корову, а то и с двух. Дольше я там задерживаться не стал, жизнь показалась мне более дорогим удовольствием, чем героическая смерть без боя.
Его, казалось, слушал даже зеленый змей, который и бел той вялой вещью, которую Шесса водрузила себе на плечи в самом начале. Интересный змей, к слову, с чисто биологической точки зрения.
- Не думаю, что создатель монстров сидит в больнице давно. Нет паники, чудовищ в лесу было не так много, как мы ожидали, а качество трансмутаций хромало. Некоторые твари были больными, с увечьями, убогими, их будто сделали на скорую руку. Хотя, судя по тому пациенту, что на меня набросился, больных запугали качественно и глубоко, возможно даже нарочно культивируя агрессию. Психически нестабильные люди очень податливы.   
«Может поэтому никто пока ничего не заметил. Они просто пока не набили руку и не протоптали себе колею», - подумалось Герхену в конце рассказа, пока он пытался сесть удобней, ибо ноги начинали медленно, но верно затекать.
- Такая вот история. Что думаете?

+1

7

То, что гость отказался от ее помощи во врачевании Шес восприняла спокойно, хотя и посчитала это решение слегка безрассудным. С того времени как василиск начала изучать руны минуло уже более восьмидесяти лет. За это время серпенте действительно добилась больших успехов, но изначально ее мотивом было не изучение, не выведение новых рун, которые сейчас пользуются большим спросом как в Фениксе, так и у простых обывателей, а желание исцелить себя и окружающих. Шессе не дана была магия света, но ее талант крылся в столь многогранной отрасли, что она много раз благодарила всевышнего, что он наградил ее именно таким даром, а также не забыл одарить усидчивостью и достаточно пытливым умом. С ее нынешними знаниями девушка могла залечить любую рану за несколько мгновений, но задевать честь человека ей не хотелось, тем более, если он действительно и сам являлся врачом, хоть и по другой отрасли. Для самой серпенте было бы оскорблением, если кто-то предложил бы за нее начертить руну, которую ее собственные пальцы могут воспроизвести уже на естественных рефлексах. Поэтому дальше продолжать эту тему брюнетка не стала.
Дальнейшие действия Левифрона заставили ее слегка прищуриться, как только она увидела нечто блестящее в его руках. Все тот же профессиональный интерес, не более. Ведь Шес являлась и не плохим ювелиром, находя отдушину в этом занятии. Также зачарованные украшения пользовались хорошим спросом, от чего василиск могла не волноваться о материальном вопросе своей жизни. Хотя вот собственный угол еще не купила. Хотя и зачем он ей, если всегда можно было переночевать в замке или в ювелирной? Пустынные змеи были приучены к минимализму.
Медальон человек положил на стол, доказывая тем самым свою принадлежность к Мерноту, но вот трогать эту вещицу рунолог не стала. Она слишком с большим уважением относилась к подобного рода вещам. Знала, что не все любят, когда трогают что-то настолько дорогое им. Хотя исследователю и было интересно рассмотреть качество работы, точно определить сплав и его свойства, но это было лишним и не нужным действием. Такт и уважение брали свое.
"Алхимик, значит..." Становилось все интереснее. Серпенте сама пыталась постигать данную отрасль, но не сказать, что добилась впечатляющих результатов. Ее знаний хватало, чтобы создать интересный по цвету или некоторым свойствам металл, она на теории знала многие механизмы или законы алхимии, но вот до практики, действительно алхимической как создание големов или химер девушка не доходила. Сказывалась банальная нехватка времени на все и сразу. Руны для нее стояли всегда на первом месте.
- У каждого в мире есть свое место и своя работа. Если Феникс займется работой Мернота, то тогда зачем вы будете нужны? Не отберем ли мы у вас хлеб? Хотя навряд ли. У фениксов есть исполнительные отделы, есть отменные следопыты, охотники, алчные искатели приключений, но Вы верно заметили, что мы защищаем город. Если бы подобное случилось на центральной площади Таллема - я уверена, что Велиус отреагировал бы незамедлительно, возможно, даже сам ринулся в бой, но это произошло за пределами стен. Также к нам никто не обращался за помощью до вас. Если вы преимущественно занимаетесь отловом и ликвидацией подобных существ, то у нашей гильдии есть много векторов деятельности. Но я вполне рядовой исследователь, поэтому не могу знать всего. Мое дело далеко от исполнительного отряда или шпионажа, далеко от поимки нечисти или химер. Я нужна для того, чтобы по максимуму защитить наших людей, ведь рунная магия прекрасно подходит для этого. - на этом Шесса замолчала. Говорить о работе ей не особо хотелось, ведь собеседник не являлся фениксом, не являлся даже доверенным лицом. А с Мернотом у них были прохладные отношения, явно не подходящие для открытия хоть мало мальских секретов.
Далее алхимик начал свой рассказ, который, без сомнений, заинтересовал чаеведа. Химеры, Изнанка - это все манило ее, но в тоже время и пугало. Насколько бесчеловечны могут быть эксперименты, настолько жестоки могут быть выявленные существа, которые не виноваты в том, что их создали такими. Шес слушала не перебивая, лишь в некоторой задумчивости гладила подушечками пальцев своего змея, который также не сводил своих зеленых глаз с гостя.
Через пару минут алхимик замолчал, задав пустынной змее вопрос, на который она не могла сразу ответить.
Если сейчас брюнетка все расскажет Гектору - тот, бесспорно, поверит ей и пошлет на задание один из своих доверенных отрядов, но ни в коем случае не позволит ей идти туда, а ее любопытство так и манило.. Хотелось посмотреть на все в живую, а не изучать в лаборатории искалеченные мертвые тела химер или их создателей. Мертвые имеют плохую привычку молчать. Но идти в подобное место вдвоем с алхимиком, который на данный момент не имел никаких химер или големов на своей стороне - тоже идея так себе с точки зрения выживания. Если только...
- Вы владеете еще какими-либо способностями, кроме алхимии? - прямой вопрос, ответ на который мог бы многое решить.
- Если вы одарены еще чем-то, что может нам существенно помочь - мы можем выдвинуться на рассвете. Идти туда ночью не самая лучшая идея. Так мы сможем собрать достаточно улик для того, чтобы Феникс мог помочь в полной мере с этой проблемой. Я смогу все подготовить для того, чтобы их телепортация была мгновенной в случае чего. - взгляд неволько скользнул на пульсирующий алый камень, который отражал пульс Гектора. Подобная вещица могла весьма помочь в этом деле.
- Как вы на это смотрите?

+1

8

Шесса слушала его, не перебивая и не делая никаких иных попыток прервать поток слов, при этом проявляя к рассказу интерес. Не ведала она, что тем самым невольно располагала к себе алхимика, который всегда был как до невозможности словоохотлив, так и потрясающе раздражителен. Филин терпеть не мог, когда кто-то лез в его речи со своими замечаниями и сбивал с мысли, ведь после этого ход повествования мог быть безнадежно потерян, что в большинстве своем и случалось. Нельзя сбивать пытливый ум с утоптанной дорожки, иначе это грозит такими петляниями, что сам Тейар ногу в них сломит. Сейчас же только его голос раздавался в комнате, и даже интересный зеленый змей слушал долгий рассказ, не отрывая взгляда от гостя.
- Вы владеете еще какими-либо способностями, кроме алхимии?
Данный вопрос можно было считать началом обсуждений непосредственно действий. Стало быть, интерес девушки был действительно настолько силен, что она не испугалась поведанной истории, угрожающих перспектив, невеселой статистики и доказательств того, что в клинике царит полнейшее безумие, больше нем удерживаемое терапией. Казалось бы, это было как раз тем, что нужно было Герхену, но совершенно неожиданно в его уверенность в разумности происходящего закрался червь сомнения. Как бы ни хотелось размазать тамошних чернокнижников по полу тонким слоем и найти братьев по оружию живыми, появлялось ощущение, что они с хозяйкой чайной сейчас просто повторят то, что случилось утром. А в том ли цель?
- Если вы одарены еще чем-то, что может нам существенно помочь - мы можем выдвинуться на рассвете.
Она уже озвучивала наметки плана, у нее уже появлялись идеи. Это было в какой-то мере хорошо, хотя бы со стороны доверия Левифрон мог вздохнуть свободно. Его не посчитали сумасшедшим и не погнали обратно в горы, что частенько случалось с ищущими помощи ловчими. Только вот голый энтузиазм без холодного расчета – дурной друг.
- Владею телекинезом и немного бестиарией. Пожалуй, стоит сказать уже сейчас, что я не более чем полевой врач и ученый, я не стою в авангарде, а спасаю тех, кому там маленько не повезло. Мои боевые навыки ограничиваются знанием того, что нужно не умереть любой ценой, а бежать требуется в противоположную от врага сторону.
Герхену очень не хотелось обнаружить, что в самом пекле Шесса будет ждать, что он достанет палицу и пойдет рубить врагов, аки богатырь. Кто знает, какие у людей представления о Мерноте, попадались крестьяне, которые свято верили, что любой ловчий, кем бы он ни был в крепости, есть бессмертная машина для убийства. Будь ты булочник, жена кузнеца или тот самый алхимик – все едино. И сильно удивлялись порой, узнав, что Мернот тоже падок на разделение труда.
- Как вы на это смотрите?
- Честно говоря, я рад, что вы готовы действовать. Не ожидал я, что кто-то проникнется происходящим, может потому и был несколько груб поначалу.  Есть только одно но: лучше не идти никуда вообще, чем идти умирать. Я хочу, чтобы вы понимали, что это не будет приятной прогулкой по свежему утреннему лесу, и мы ни в коем случае не пойдем никуда напролом. Если два обученных для этого мужчины не смогли ничего сделать, я не позволю вам геройствовать по их примеру, ибо не нужно быть пророком, чтобы догадаться, чем все кончится. Нужно найти более изящный и цивилизованный способ. Быть может, просто постучаться, ведь нужно им держать марку обычной больницы, а это значит, что днем нам вполне может открыть дверь какой-нибудь адекватный «врач». Или можно притвориться больными. Или еще что-нибудь. Тяжело судить, находясь здесь, потому предлагаю предугадать некоторые события и хорошенько подготовиться к походу в больницу. В любом случае, в этот раз я буду ставить на вашу и мою безопасность. Воевать одни мы не будем.
О клинике действительно отзывались относительно нейтрально, ибо хорошо о подобных заведениях говорить не принято, но ни о каком засевшем там вселенском зле никто не слышал. Да, вроде как странные, а порой и жестокие методы они используют, но как еще ошалевших лечить. А без темных баек ни одна больница обойтись не может, необходимая деталь антуража. В окрестной деревне удалось разговорить старосту, который отправил в то заведение своего брата. Денег на убогого родича было жаль, но не мог мужик оставить брата на растерзание безумия. Терять было нечего, вот и отдал в руки приверженцем альтернативных методов возвращения рассудка. Что интересно, порой он брата навещал, пусть и сознался, что по зиме это делать изрядно ленился. А раз навещал, то чудовищ пока еще порой прячут по подвалам, что дает надежду на возможность диверсии. Единственное, что крайне напрягало Филина, так это его известность. В том, что одноглазый псих больше ничего никому не расскажет, алхимик был уверен, он тоже прекрасно знал, как наверняка ударить человека табуретом, чтобы тот испустил дух. Но вот что успели увидеть псы? Вряд ли многое, ибо царила полутьма, а сам Герхен больше походил на лешего. Стало быть, действительно опасен только запах. Его можно будет перебить зельями, кои непременно нужно к утру подготовить.
- Поскольку мои соратники не успели сделать решительно ничего для оповещения меня, то прошу и вас не рассчитывать на собственную удачу. Понимаю, что вы верите своим способностям и навыкам, но порой одной веры мало. Оставьте здесь или в гильдии весточку, дабы и мы не сгинули бесследно, если вдруг ничего не получится. Пусть это не боевые действия, а простая разведка, никто не гарантирует, что завтра какому-нибудь пациенту не захочется быстро и тихо удушить вас проволокой из-за угла, - Филин непроизвольно провел рукой по бинтам. Да, скорость реакции тоже нужно будет повысить.
Больше сказать было нечего. Хотелось бы составить гениальный план, но имея на руках одни «если», «вдруг» и «мне показалось», сделать это не представлялось возможным. Надо было просто продумать все и сразу, скрестить пальцы и попросить милости и мудрости у Энвенэль.
- Хотя никто вам не мешает к утру привлечь к этому гильдию и просто сравнять здание с землей на законных основаниях. Скорее всего, это загубит результаты их магических, алхимических и медицинских экспериментов, которые, не могу не признать, вызывают определенный интерес, пусть область их применения мне отвратительна, да и наверняка будут жертвы, но такой путь безопасней и вернее. Решать вам, когда вы хотите подключить к этому коллег и хотите ли идти на риск ради информации. Я, разумеется, предпочел бы избежать дальнейших неоправданных смертей.
Потому Левифрон собирался сделать все, чтобы их больше не было. Независимо от того, что станет делать Шесса и Золотой Феникс,  Мернот тоже будет оповещен уже через пару дней.
- Если позволите, на этом завершим. Мне нужен отдых, да и собраться не мешает. Предлагаю встретиться на рассвете у южных ворот, ибо сомневаюсь, что смогу найти в этом городе что-то еще. Запутанное у вас тут все такое, знаете ли.

0


Вы здесь » За гранью реальности » Неоконченная история » А за порогом тьма и кровь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно