За гранью реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Река Стамэ

Сообщений 1 страница 20 из 37

1

http://sd.uploads.ru/t/Y1nbR.pnghttp://sd.uploads.ru/t/iD1zc.png
Не самая полноводная и протяженная река Запада, но в центральной его части по этим параметрам уступает только Волейне. Берет начало на границе Болот скорби и, огибая долину Вею, набирающим силу потоком бежит к предместью Вильдана, где впадает в озеро Диль. Имеет несколько протоков и русел.
Реку, питающуюся влагой в торфяных почвах болот и протягивающуюся вдоль выжженной пустоши, сложно похвалить за кристальную чистоту. В своей северной части Стамэ как будто такая же неживая, как те земли, которые она огибает, - тихая и мутная. К развилке же течение набирает силу, и в южной части воды Стамэ бурны и более чисты, причем в обоих руслах.
Река широка, глубока и длинна, что благоволит наличию верфей, сплаву деревьев и речному промыслу, а потому ее берега неплохо обжиты местным населением. Почти на всем протяжении реки можно встретить рыбацкие поселения, а в южной половине - и несколько организованных паромных переправ, поскольку активный поток, дважды преграждающий путь по северному тракту, преодолеть вброд не представляется возможным.
[float=left]http://s1.uploads.ru/ZoHJf.pnghttp://s9.uploads.ru/7tpVB.png
Описание: Яр[/float] Поселенцы, что обустроились на тракте, быстро взялись за переправы, перекинув от берега к берегу толстые канаты и двигая паромы вдоль них, помогая шестами. Бывалые паромщики прочно держат это дело, сговорившись о цене на переправу:
• с человека - 4 медяка + наценка за поклажу;
• с коня - 7 медяков;
• с телеги - от 10 медяков.
Пеший же путник может легко сэкономить, сговорившись с лодочниками - и возьмут меньше, и торговаться с ними легче.

+2

2

Юго-Западные ворота Вильдана.
6 число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
утро - день.

К чести отряда, собрались все быстро.
Рьянка, предложив подоспевшим девушкам перекус, пристроилась поближе к алхимику. Ее раздирало любопытство сотней разных вопросов и тем, напрочь лишая девочку возможности сформулировать свой интерес в одном конкретном предложении. Пока в ее буйной рыжей головке из калейдоскопа мыслей смогла ужиться только одна конкретная цель. Ну и что, что в Мерноте наверняка сильные воины, искусные маги или мудрые алхимики. Деревенская девочка оружие настоящее в руках не держала, ну разве что любое сельское дитё умеет топориком помахать, с измальства на охоту и рыбалку с острогой ходит и из пращи может тетерева камушком сбить. Пусть от магии ее с пляшущей водой из кружки тоже толку никакого. Зато объездить грифона она сможет точно. Тут любое горделивое создание об ее упрямство и настойчивость клюв пообтешет. Была простая Белка, как шутливо кликали, дайте только до крепости добраться – будет Белкой Летягой.

- Эй, Яр! Слушай, а вот вчера я когда с разведки вернулась, а ещё лезку и крючки Келовы принесла. Ты куда их дел, а?
Оборотень развернулся корпусом, порывшись в верхнем кармане седельной торбы и протянул Тиль ее находку.
- Решила изловить кого-нибудь?
Лошади, отдохнув, шли бодренько. Река Стамэ сопровождала путников по правую руку от дороги. Местность была вполне славная, богатая на зелень и перелески. Если удастся не тратить время, а максимально продвинуться на север, то совсем скоро зелень лугов сменится бурой мрачной степью, а за рекой раскинется мало гостеприимная долина Вея.
С погодой сегодня вполне повезло: несмотря на общую утреннюю прохладу и белесую пасмурность, с неба течь не спешило, а дадут боги и вовсе распогодится к полудню.

***
[float=right]http://se.uploads.ru/t/OReVQ.jpg[/float]
За четыре часа размеренного перегона удалось преодолеть еще с три десятка километров, когда с очередного всхолмья стала заметна деревенька.
Поселение дворов десять раскинулось на возвышенности близ Стамэ. Деревянные постройки, обнесенные вполне оправданным, но вовсе не воинственным частоколом, не спешили жаться к воде, а предпочитали ютиться на достаточном от берега расстоянии, разве что мельница с водяным воротом разместилась отдельно от жилых домов на самой реке.

Делать петлю для заезда в деревню не требовалось, ибо приречная дорога, по которой мерно переставляли копыта лошади, итак заглядывала к местным поселенцам.
В деревеньке царило оживление, выдавая торжественность дня. Во дворах было достаточно занятой ребятни и баб, в то время как мужики за околицей на предгорке сооружали высокие кострища явно для вечерних гуляний.

Ворота поселка были открыты. Въезжающих заметили давно и теперь на встречу к ним спешила высокая и полная тетка с добрым лицом.
Оборотень спешился, держа Заразу в поводу и шагая на встречу к встречающей бабе.
У женщины, не смотря на полноту и возраст, было весьма приятное лицо с веселыми глазами, выдавая в ней человека гостеприимного из разряда «и накормлю, и напою, и если крыша на ночлег нужна, то стелитесь у печки».
- Доброго времени. – Яр обратился к женщине, хотя из-за соседнего плетня за гостями наблюдали и иные поселенцы, на время оставив свои подготовительные хлопоты. – Нам бы к колодцу воды подновить. – Нужно же с чего-то начать разговор для дальнейших расспросов.
- День и правда сегодня добрый. Идемте. – Разулыбалась баба, ведя новоприбывших в свой дом.
Отказываться от радушного прима не хотелось. Местные были явно на веселе, а потому опасности в такой открытом гостеприимстве не виделось.

Двор оказался широким и в нем легко уместились все пять лошадей, разве что ражая псина на цепи как-то странно покосилась на цедафа и лохматого волкодава.
- Вы фляги и бурдюк вон Вилу давайте, он зальет. – Из терема как раз вышли два мальчугана лет тринадцати, держащие в руках широкие протвини прикрытые белой тканью. Один из мальчиков кивнул.
- Вы складайте у колодца, я вернусь, сделаю.
Подростки, приоткрывая калитку ногой и стараясь не задеть протвини, затопали к соседнему дому.
- Да вы не стойте. Лошадей во дворе оставляйте. Вил тоже присмотрит. Шагайте в дом. Если голодные там щи в печке, ну или ждите до вечера, всей деревней столы накрываем.
Вот тут, пожалуй, наступило первое замешательство.
- Мы не планировали задерживаться. – Яр со всей возможной вежливостью в голосе обратился к словоохотливой хозяйке. – Нам бы только воды и мы дальше…
- Нельзя. – Прервала его женщина. В голосе ее не было враждебности. – Свадьба у нас сегодня.
Рьяна вскинула мордаху, наморщив нос. Она жила заметно южнее Вильдана, но с этой традицией была знакома в отличии от Яра.
- Сегодня любой путник – гость. А ежели выпустим до праздничных столов, не накормив и не напоив, боги рассердятся. Прогонять пришлых в свадебный день до застолий, все равно, что на их плечах все милости богов и покровителей за плетень вынести. Вы ступайте в дом, пожалуйста. – В интонациях хозяйки звучала настойчивая просьба. – Вас и накормят, и разместят. За вещи не переживайте, никто не тронет. Лошадей потом Вил присмотрит: не пожадничает ячменя, может даже с кружкой пива. - Женщина хитро улыбнулась, намекая что спаивать планируется не только лошадей и местных, но и гости, ежели на то будет желание, не останутся без возлияний.

Отредактировано Яр (2015-02-01 14:08:44)

+3

3

[ Вильдан, юго-западные ворота ] http://i.imgur.com/Sahjk3d.png
6-ое число месяца Благоухающей Магнолии 1647-го года, утро-день.

Первый час пути, а то и все полтора, слились для алхимика в одну сплошную серую полосу, ибо ландшафт не располагал для окончательного пробуждения и повышения общего уровня бодрости для того приемлемого уровня, чтобы продолжать радовать окружающих своими нотациями, лекциями и сказками о бобрах. Повеселее стало только когда солнце окончательно поднялось, что даже в условиях пасмурной погоды было определяемо, и спал рассветный туман, белесой дымкой стелившийся над рекой. Вот тогда и стало проще концентрироваться на происходящем вокруг, а не уплывать куда-то в неведомые дали на кораблике своих мыслей, полностью теряя связь с реальностью и вроде даже начиная беспардонно клевать носом. Ожидал того от рыжей девчушки, а не выстоял сам. Хотя и она была не шибко разговорчивая.
«А потеплело ведь, однако», - заключил на втором часу пути Левифрон, созерцая небо. Всего-то стоило убрать промозглый ливень – и уже можно было вполне неплохо жить. Оставалось только не накаркать и не накликать его обратно, а то будет им счастье.
Дабы занять себя чем-нибудь, Филин устроил ревизию своей сумки и докопался до нескольких яблок, схоронившихся  где-то у самого дна, если у сумки с пятым измерением можно было обнаружить дно. Не припомнив, чтобы удавалось купить яблоки в Вильдане при набеге на торговцев, алхимик заключил, что лежат они там весьма и весьма давно, еще со времен предыдущего его путешествия непосредственно в Вильдан. Выглядели они для таких старичков хорошо, сумка работала исправно и не думала халтурить. Предложив одно Рьяне, не отходящей от него ни на шаг, Герхен с хрустом вгрызся в красноватый бок.
Деревушка была самым и единственным интересным событием за тот переход. Рыжая, все также неотступно следовавшая по левому боку от алхимика, вроде бы хотела о чем-то поговорить, на ее детском лице открыто читались те миллионы вопросов, которые еще не нашли выхода с прошлого вечера, но развести еще один диспут не решилась. Левифрон не торопил и не толкал на разговор, ведь понятия не имел, что могло бы быть ей интересно. Вопросы про крыс и жуков-короедов застали его врасплох и убедили в том, что девочка-то мыслит нестандартно, фантазия у нее не атрофировалась от тяжкой сельской жизни. И пока мужчина ждал хоть чего-нибудь, единственным развлечением оказался осмотр местной флоры, в уме пересчитывая, сколько знакомых и незнакомых образцов попалось ему на глаза, ибо более интересная местная фауна на глаза попадаться пока не торопилась. Так и шли до самого села.
Пусть земли и считались проклятыми, а многие полагали, что на их территориях и шагу спокойно ступить нельзя, чтоб не нарваться на что-нибудь опасное, зубастое и голодное, местные не выглядели печальными, испуганными и нуждающимися в помощи.  Герхен был очень оторван от человеческих традиций, он не всегда был в курсе даже того, как у них в крепости что отмечается, но даже ему хватило проницательности заметить, что дело к празднику идет. Все, кто наличествовали у частокола и на околице, были заняты чем-то очень важным, но приезд путников все же незамеченным не остался. Будто ждали, ей-богу.
«Интересно, что за празднество намечается? В таких деревнях обычаи всегда весьма любопытны, ведь завязаны на сказаниях, легендах и верованиях, а где верования и легенды, там и правде место отыщется. Было бы неплохо пополнить нашу библиотеку, а может и подчистить все эти стереотипы про Запад. Нормальные люди же, юродивых нет, язвами не покрыты, морового поветрия не чувствуется. Да и где это видано, чтобы страдающий от своего места жительства народ праздники закатывал?»
- Доброго времени. Нам бы к колодцу воды подновить, - обратился Яр к спешащей к ним женщине. Прогонять не стала, приняла радушно, чем еще раз убедила в том, что не так страшен вампир, как его рисуют. А может она и не была вампиром, хотя то были их территории, а потому они должны были быть в большинстве. В любом случае, не помешала женщине предпраздничная суматоха и куча дел проводить путников к колодцу.
«А ведь как посмотришь порой на городских вампиров, так скулы сводит. Если даже не аристократ, то кичиться будет, будто кто-то в царских особ в родословной все же потоптался, просто это семейная тайна, о которой никто не должен знать. Даже и не подумаешь, что они умеют быть такими… простыми».
Герхен спешился еще на входе в деревню и взялся за ошейник волкодава. Клейм-то, конечно, не кинется, слишком уж у него адекватности и разума много, но вот местные такую собаку могут не понять. Ладно еще взрослые, которые догадаются, что в таких случаях пса можно просто не замечать, но с детьми что прикажете делать? Или с другими собаками, коих в деревнях как снега зимой? Одна уже во дворе гостеприимной женщины не шибко радостно среагировала, но оставила свое мнение при себе, за что ей можно было выразить отдельную благодарность.
- Вы фляги и бурдюк вон Вилу давайте, он зальет.
Долго просить не нужно было, свою флягу алхимик положил туда, куда указал мальчишка, спешащий на улицу с противнем. Видимо, большое было событие, раз уж даже дети так поддались всеобщей суматохе и взялись активно помогать. Да и раз уж противни несут куда-то еще, то не на один двор столы накрывают.
- Да вы не стойте. Лошадей во дворе оставляйте. Вил тоже присмотрит. Шагайте в дом. Если голодные там щи в печке, ну или ждите до вечера, всей деревней столы накрываем.
- Мы не планировали задерживаться. Нам бы только воды и мы дальше…
Как бы ни было Левифрону интересно, что же в селе такое происходит, что бы местные могли ему поведать, но Яр был прав. Не с исследовательской миссией они тут, Альвэри задержку не оценит, да и у самих селян дел слишком много, чтоб еще и с незнакомцами возиться. Это сейчас правила гостеприимства не позволяют отпускать в путь просто так, а может сама по себе эта женщина из той касты, которые любят кормить всех попавшихся как на убой, но потом плеваться начнут, что чужаков себе навязали.
- Нельзя. Свадьба у нас сегодня. Сегодня любой путник – гость. А ежели выпустим до праздничных столов, не накормив и не напоив, боги рассердятся. Прогонять пришлых в свадебный день до застолий, все равно, что на их плечах все милости богов и покровителей за плетень вынести. Вы ступайте в дом, пожалуйста.
«Как все серьезно. А ведь да, порой серьезней свадеб только рождение ребенка, это вам не День  Села или ярмарочная неделя, где никто не смотрит на соблюдение традиций. В таки же делах люди боятся Богов прогневить».
Женщина по-прежнему улыбалась, но говорила настойчиво и твердо. Деревенька хоть и не была в полной недосягаемости вильданских веяний, а негласные законы у нее явно посильнее были, чем обстоятельства путников.
«Насильно никто не удержит, но вот проклянут да в спину бедствий всяких пожелают. А надо ли оно нам, учитывая, куда мы идем?»
Да и не казалось, что у них есть хоть какой-то выбор. Можно было только воспользоваться возможностью и узнать о местности побольше у местных, может даже помочь чем. Как показывала практика, не было на свете деревни, у которой бы не было проблем: где-то белеф покоя шалостями не дает, где-то русалки наглеют потихонечку, а порой жители курганов и могильников, доселе бывшие спокойными, внезапно начинают живых донимать.  А у старосты, быть может, зуб уже неделю болит, да так, что хоть вой, хоть на стену лезь. Нужно только поспрашивать.
- Может и стоит остаться, Яр, раз так настаивают.  Богов и покровителей обижать нехорошо, как бы они потом и от нас не отвернулись в дороге. Хозяюшка, мне собаку лучше оставить во дворе, да? Клейм, отойди в сторонку, посиди да коней покарауль. Под ноги только людям не лезь, пнут и не заметят за предпраздничной беготней.

+3

4

<----Юго-западные ворота

6 число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
утро - день.

Их размеренный, тихий ход вполне устраивал лоддроу. Без излишней суеты, ненужных вопросов да косых взглядов двигалось в разы легче, да и на душе было спокойнее. Девушка молча разглядывала мелькающий по ходу группы ландшафт, дабы запомнить его должно, мало ли... Несмотря на его серость и некую убогость после дождя, окружающая среда не нагоняла скуку, разве что ввергала в бОльшие раздумья. Правда, ей удалось развернуть их в русло, далекое от тоскливости и прочих нелицеприятных чувств. Альвэри не особо прислушивалась к разговорам, что нет-нет да проскакивали между спутниками. Она полностью сосредоточилась на путешествии и предстоящим испытаниям, на кои, по сути, обрекла себя сама, да и парочку знакомых незнакомцев умудрилась прихватить. Впрочем, у каждого на то свои причины, как уже не единожды упоминалось.
То, что небеса решили смилостивиться над путниками, радовало, а вот солнце, что то пряталось за тучами, не спешившими покидать насиженное место, то показывалось и пыталось обласкать теплыми лучами землю и всех, кто на ней находился в сей час, не очень. Аль бросила в очередной раз взгляд на бледный лик дневного светила, что путешествовал средь хмурости неба, и набросила на голову капюшон, поправив накидку так, чтобы и руки оказывались в некой тени, когда солнце вновь покажется. Старая привычка, да, но от нее она не видела необходимости избавляться. "Сияние" лоддроу из-за этих самых солнечных лучей "добра", хочешь-не хочешь, привлекало внимание, что она не любила совершенно.
Как и большинство спутников, деревня, в коей явно было некое оживление в сей час, не осталась не замечена. Альвэри лишь поплотнее запахнула накидку, когда вся процессия подобралась к окраине оживленного места, ибо их появление привлекло больше внимания, чем хотелось бы. Девушка лишь надеялась, что сие вскоре закончиться и она с легкой душой оставит этот весь гам далеко позади. Проскочила мысль, что уж лучше по болотам весь день шастать, нежели среди сей возбужденной каким-то событием массы.
Пока Яр общался с женщиной, коя просто светилась благодушием и гостеприимством, что лично у Аль вызвало чувство ярого подозрения, лоддроу краем глаз продолжала наблюдать за творящимся вокруг, да за зеваками, что повисли на деревенских заборах и смотрели на путников весьма беспардонно. Хотя, что с них взять, но так, как девушка не любила столь ярко выраженного внимания со стороны по любому поводу, то острое чувство дискомфорта ввергало сознание в некую смуту. Желание убраться отсюда возрастало с каждой минутой. Проезжая по улице, по которой всю дорогу встречались все-такие же оживленные люди или нелюди, Аль нехотя, ну или от скуки, пришлось погадать в связи с чем здесь сегодня столь весело, шумно и явно пьяно.
Очутившись возле дома, к которому их привела женщина, лоддроу спешилась. Надобности в наполнении водой её фляги не было, она была практически не тронута. Посему девушка лишь молча стояла в стороне, ожидая, наблюдая да слушая. И то, что последовало далее, ей совершенно не понравилось, хотя и могла показаться абсолютно безучастной к происходящему, спокойно поглаживая шею коня. Однако, кто же что высмотрит в глубине капюшона? Снова предрассудки, деревенские сказки, верования, еще что-то...Кажется, с утра нечто подобное она уже слышала, но как-то не думалось, что дважды войдешь в одну реку за день. Это же надо иметь такую удачу! Не нарадоваться! Альвэри глубоко вздохнула. Чужая душа дремучий лес, а судя по последним событиям, чем в большей глуши живет особь разумная, тем больше дремучести и страхов несусветных в себе носит.
Свадьба у них. Дары хотят? Так бы и сказали, мол, так и сяк, сами понимаете. Чего уж тут не понять, а то прям выдумали поизощренней причину. Дак еще, судя по тону и позе, что приняла женщина, сами в сие искренне верят. Лоддроу принялась размышлять над тем, что полетит им в голову, если они откажутся? Проклятий она не особо боялась, собственно, как и великих несчастий, кои сулили им все эти предубеждения, что каждым трактовались на свой лад, но, судя про всему, только ей одной на сие было ровным счетом плевать. В частности, столь философский Левифрон сразу сдался, без боя и с посылом на божественный гнев. Аль даже хмыкнула, ведь как-то не ожидалось иного, верно? То, что сию мысль не поддержит Яр, такой же мернотовец, как алхимик, не было совершенно никакой надежды; его подопечная рыжая девка, хвостом следовавшая за последним и щенком заглядывающая в глаза..тут и говорить нечего...и Тиль, да. В ее случае Фенрил даже не сомневалась, вспоминая утро возле реки.
Не дожидаясь, пока кто-то что-то там решит-надумает, девушка всучила поводья Буяна подоспевшему мальчишке и молча отошла к дому, возле коего находилась широкая скамья. Усевшись поудобней, лоддроу принялась копошиться в своей сумке. Все так же молча, ибо, как к ней никто не лез, так и она не собиралась никого трогать. И так было все понятно. В дом входить не спешила. Таки и спешить-то уже некуда было.

Отредактировано Альвэри (2015-02-03 19:40:32)

+3

5

-- Юго-западные ворота --->>>

6 число Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
утро - день.

И всё-таки, утренние покатушки оказались плохой идеей. Высота лошади была, конечно, не сравнима с той, с которой волчице грозило сверзнуться энное количество времени назад, но..
Тейар, да чтобы я ещё раз, да в полёты, да без выплаты за то в тысячу золотом, и полезла?! Да ни в жизни! Только когда летающих бобров на куски моряк ложкой порубит! О-ооой! - Тиль всё-таки покачнулась и едва с лошади не сверзлась. Благо, седло было бывалое, скрипучее, а, главное, с отполированным такими же, каким сейчас Нэа являлась, недо-наездниками рожком. Рука ухватилась за него надёжно и сразу, выравнивая волчицу в состояние "как было". Нэа только короткий укол стыда успела ощутить да Рыжуху понукательно за уздцы от поворота на травушку сдёрнуть, когда её вопрос, наконец, услышали. Или..
Нет, точно ведь недавно совсем спросила, а показалось.. Что день прошёл. Тейар, никаких больше покатушек, а то..
- Решила изловить кого-нибудь?
Девушка поплотнее полу плаща запахнула, дабы собственные ноги скрыть, и поспешно под довольно добродушным взглядом собрата головой отрицательно мотнула. Ох и загудело же от того в висках!
- Нее, какой-кхем там? Кхе-кхум.. Тебя и на гарпун не выловишь, а остальных.. Кхм, - не сразу осознав, что под хрипотой слегка замешкавшись, вдруг выдала мысль на словах, Тиль тут же рот ладонью прикрыла и старательно громко закашлялась. Да вот только удивлённо расширившиеся глаза за долю секунды до того скрыть точно не успела, от чего мигом на себя же и обозлилась, не зная как замять сказанное, и вообще..
- Короче, давай сюда! Спасибо.
Хрипло? Да! Как ворона старая? А то как же! Нагло? Да разумеется! Вот только выхватив сразу после словесного выпада предложенные крючки с леской из ладони Яра, Тиль как-то незаметно сумела с собственным стыдом совладать и успокоилась. Только лошадь слегка пятками в бока боднуал, чтобы та вперед Заразы вышла. Зря наверное, так как последняя то ли ночью чего с кобылой оборотницы не поделив, то ли просто из вредности и скуки, а то ли наездника своего решив подставить, вдруг в ответ на "объезд" за мясистый круп Рыжуху и прикусила! Слегка, конечно, но учитывая её клыки..
- Ой-ё-ё-й! Пррррууу-прр! Тихо, милая..
Тиль только и успела, что натянуть поводья (от чего сжатые в кулаке крючки тут же в ладонь не слабее пчёл впились), останавливая лошадь за момент до от того, как та понесёт, и невольно выводя животину на зыбкую обочину. Земля после дождя встретила обеих "девушек" не слишком благодушно, зато рыжая (не кобыла, но оборотница) успела рассмотреть ехидно прищуренные глаза Заразы и как-то.. Нет, не понять всё сразу, конечно, но догадаться из-за чего вдруг смирная ранее непарнокопытная изволила брыкаться - смогла.
Как есть, Зараза, так её раз так! Эх, скотина неблагодарная! Получишь у меня ещё яблоко..
- Айс-ой, но, пошла..
Кобыла ответила недовольным всхрапыванием, покосилась на Тиль укоризненно, но всё-таки копытами зашевелила во след остальным, бросив аппетитный одуванчик недоеденным. Тот только благодарно качнул обеим рыжим на прощание золотой головой.

Дорога шла неторопливо, скучно и муторно, даром что лошади бодрой рысью по грязи подковами шлёпали. Волчица, от греха подальше, пустила Рыжуху по левому боку от всей группы: поближе к Аль с Буяном, да подальше от вредной Заразы. Серая животина, что на вид была изящной да едва ли не хрупкой, а на деле тащила на себе тушу двухметрового великана, казалась ей соседом ненадёжным, да и к Яру после случайно вырвавшихся слов приближаться совсем уж не хотелось.
Несмотря на качку, неспешный темп вкупе с тишиной, навевал дремоту, от чего Тиль в который уже раз за прошедшие два дня успела пожалеть, что так скоро рассталась с гномами. Уж вот с кем - с кем, а с ними точно было не соскучиться!
И не зазнайствовали они во всём, и шутки добрые у них были! И Вел, рыжий тюрбак, такой смешной был и баек знал столько-о-о-о! Хм, интересно, что они в этом молчаливом да здоровом нашли, спрашивается? - Тиль тайком-тайком, будто и вовсе не на Яра пыталась глянуть, а на лесок по праву руку всматривалась, глянула на собрата и опять себя крайне неуютно почувствовала, - Нет, ну правда ведь, откуда они и вместе? Ведь совсем же разные! А ещё этот Леви непонятно какой.. И собака! Тьфу! И угораздило же ввязаться! И ведь если бы не недостаток денег, и не та деревушка в лесу, а потом не то событие, которое.. И Друг..
Тиль не заметила, как начала всё чаще носом пришмыгивать в такт своим мыслям. И хотя в общей атмосфере чавкающией под копытами земли это было практически незаметно, на душе стало паршивей некуда! Ещё и Кел, пропавший очень странным образом, опять вспомнился, а потом конь его загнанный и испуганный до панического драпа. Нет, что-то в этой ситуации и правда было не верно, от чего опять неприятно засвербело под ложечкой. Нэа аж кулак к груди прижала, будто пытаясь предчувствие таким нелепым образом усыпить.
Как там Аль сказала, "не сходится"? Нда.. И ведь котлетами, гад, так и не угостил, хотя у самого наверняка денег куры не клюют! Может быть потому и бежал? Беглец стукнутый! Хотя оставил бы он коня, коли действительно решил бы нас кинуть? Хах, да скорее бы уж съел бы его! Тьфу, остроухий! Сидит теперь где-нибудь в городе, наверняка, да на волосы себе всякие перья, бусы и украшения примеряет да над тем, как ловко на деньги Альвэри развёл, посмеивается! Урод! И выглядит, наверняка, со всеми этими украшениями женственно, что аж смотреть противно! И шрам подкрашивает, чтоб перед девками пофортить, и.. И завидно ведь, Тейара кусок! Уххх, ну почему мне так завидно!
Тиль от едва сдерживаемого негодования сжала поводья в кулаках до треска  - аж костяшки побелели, да только желание обзавестись новыми побрякушками, которые в волосы можно было бы вплести, никуда не делось, а только усилилось.
И ведь было бы куда вплетать! Дурной цирюльник, обкорнал как мальчишку, теперь ни бусину, ни ленту не вплести! Ни даже платок на пояс не повязать, чтоб его! А ведь как круто смотрелось! И перья у меня теперь без дела лежат, эх, - волчица задумчиво покосилась на собственную покачивающуюся на луке сумку, где, на самом дне, должны были обретаться в связке перья ещё тех, достопамятных найа. Крючки мерно позвкивали там же.
Хм, а что если..  - Тиль вдруг встрепенулась и поточнее присмотрелась к металлическим загогулинам для ловли рыбин, - Ровные, без лишних зазубрин, и острые! Да ведь это же здорово! и всё одно заняться нечем, так почему бы мне не..
Шальная идея, мелькнув в сознании, была цепко ухвачена за хвост.
- Аль, слушай, поведи мою пока за Буяном, ага?
О чем или о ком была просьба разъяснять особенно не пришлось - протянутый девушке левый повод сказал сам за себя. И ведь оборотница даже не удостоверилась, что её услышали - едва за предложенную узду дернули, тут же ее и выпустила да активно принялась в сумке рыться. Одежда пахнула в нос запахом сырости и, почему-то, промокшего хлеба, но Тиль не обратила на то внимание, лихорадочно выискивая достопамятные перья.
Тейар, и как же я раньше-то не подумала! Ведь если мне подобное понравится, а на себя одеть нельзя, то почему бы и не... Ой, дурёо-о-оха я! Ой дурё-о-оха!
Не прошло и пары минут, как девушка уже активно и на первых парах не очень удачно, примеривалась и так и сяк к ультрамариновому перу заострённым концом крючка. И ведь не раз пальцы себе в качке поколола, да язык, от усердия высунутый, понадкусывала, но.. Если уж волчица выдумала себе что-то и взялась за выполнение, то её от этого не смог бы и мимант дикий да агрессивный свернуть. Так что, пока все остальные раздумывали да дремали, Тиль занималась делом! И не каким-нибудь там, бесполезным, а самым что ни на есть нужным! Готовила товар к продаже! А уж какой товар, кому товар и по какой цене - это уже другая история!

{Близ деревни и далее в её пределах}

Долго ли, коротко ли, а деревеньку волчица заметила последней. Хуже того - осознала, что грозит как минимум передышка в их походе, Тиль только после того, как Рыжуха степенно замедлила шаг, ведомая за Буяном, да и остановилась вовсе. Остановка, кстати, оказалась как раз кстати, так как крючок, последний и самый вредный, до того артачившийся и не желавший прокалывать очин насквозь, наконец поддался и выдал очень даже симпатичную такую дырочку, которой, однако, сама Нэа налюбоваться не смогла, поспешно "наколеночное рукоделие" за спину спрятав и изумлённо вытаращившись на улыбающийся во все зубы народ над частоколом. Хищным их взгляд вдруг показался волчице каким-то, слишком пристальным и довольным.
- Это.. Кхе-кхэм, - в горле опять засвербело, но откашлиться волчица позволила себе совсем немного, интуитивно отклоняясь к Альвэри за спину и шепотом попытавшись уточнить, - Кто это, Аль, а? Или мы что, опять в какие-то неприятности вляпались?
Ответа не последовало, зато впереди, от ворот послышался звучный такой голос. Женский, явно не злобный, но какой-то.. Властный что ли. Тиль аж вздрогнула в тот же миг, уж больно Матушка ей резко и неожиданно вспомнилась.
- .. Идемте.
Этого ещё не хватало! Куда мы.. О-ой! Что за?
Тиль едва не свалилась, когда Альвэри как-то на удивление покорно двинулась следом за спешившимися мернотовцами и, соответственно, её Рыжуху тоже за собой потащила. Волчица даже спохватиться толком и мнение собственное вставить не успела, как оказалась во дворе. И это.. Опять начало злить!
- Э.. Э-эй! Я.. Яр-рик? Лев.. Леви?! Погодите! - попыталась было со своей последней лошадёнки крикнуть волчица вперёд отряда, да вот не рассчитала с голосом и только под задорный смешок из-за соседнего плетня какого-то парня захрипела да закашлялась.
Нет, ну надо же было сорвать голос! И это перед путешествием-то?! И теперь.. Нет, я не хочу, чтобы они за меня решали! Этот Леви точно что-то знает, а эти люди.. Наверняка волкоеды, и специализируются на таких молодых, как я, и.. Тейарр!
Тиль аж затрясло в седле от параноидальных идей, из-за чего, в поисках какой-никакой, а поддержки, она торопливо, как могла, попыталась ухватить лоддроу за рукав. Вот только та, почему-то, в последний момент руку как-будто даже отдёрнула:
- Аль, кхех-кхе, - голос пропал практически совсем, то бишь до состояния "нет меня, я под плинтусом", а подозрительно-весёлых и радостных их приезду людей становилось всё больше, - Аль, слышишь?! Надо линять отсюда скорее, слышишь?! Это лишнее же, кхе-кхе-кхах.. Тейар! Да Альвэри!
Её не услышали. Более того, лоддроу просто и кратко обернулась, передавая девушке поводья от её лошади, и направила коня во двор, где уже собрались все и прочие, обсуждая какие-то местные дела. А волчица.. Аж вся сжалась внутренне. Ощущение осталось такое, будто её просто бросили, едва ли не сказав: "Делай что хочешь - мне все равно."
Рыжуха её, конечно, по привычке за Буяном до двора добрела, да только на входе встала и принялась мирно пощипывать запылённую траву у плетня. Мундштучные поводья, переданные волчице, заставили смять в ладони последнюю перьевую поделку, аналоги которой развивались длинными ультрамариновыми серьгами из триад перьев слева и справа на трензельных поводах.
Может, они поэтому так на меня глазеют? Тейар.. Почему мне так не хочется здесь оставаться? Аррх..   
Ёжась от чёткого ощущения одиночества в толпе и неправильности происходящего, Тиль все-таки спешилась и, под гомон промчавшейся мимо ребятни с какими-то лентами в руках,поспешила упрятать в сумку так и не доделанную серьгу. Между тем, народ о чем-то там с мернотовскими договаривался, что-то там про "добро пожаловать" втолковывал, а на волчицу продолжали кто недоумённо, кто заинтересованно, а кто и вовсе ошарашенно коситься, высматривать и откровенно пялиться.
От этого становилось и вовсе не по себе - Как перед казнью, ей-ей же! Боги, Аааль!
Но лоддроу ей мысленного окрика, конечно, же, не услышала, а на обычный и звонкий волчица была сейчас не способна. Из-за избытка переживаний, Нэа так с места и не двинулась, едва ли не вжимаясь в Рыжуху и в гриве пальцами у нее запутываться. Однако, даже на том отдалении, на котором ей пришлось оказаться, слова дородной хозяйки она вполне расслышала, и от подобных "зазываний на постой" немедленно опять про "волкоедов" вспомнила.
Вот сейчас как вызверятся, как бросятся, да как спеленают да на костёр!
Но причина оказалась совсем другого порядка.
- .. Свадьба у нас сегодня.
Свадьба?! Да вы что, шутите что ли?! Нет, нет-нет, нет-нет-нет и нет! Ни за что! Да почему же?! - у Тиль аж ноги от услышанного подкосились, будто бумеранг прошлого, не жданный да не гаданый, взял и завернулся обратно напомнить о грехах ещё не забытых. Волчице аж на поводу пришлось повиснуть, от чего лошадь недовольно всхрапнула и головой дёрнула. А мысли, как испуганным зайцем сорвались, так и продолжали бежать и стремиться.. К худшему!
Свадьба - это же на целые сутки, а то и больше! Свадьба - это ведь на целую неделю! Свадьба - это же.. Пол жизни проклятия на отшельничество и паскудную жизнь, коли останусь перед богами прощения не испроси-и-и-ив! Не-е-е-ет! А если они узнают, что я.. Ох, мамочки!
Тут волчица уже затравленно заозиралась по сторонам, нет-нет, да и перехватывая странные какие-то взгляды и от молодых людей, и от девиц..
Попала.. - рука сама потянулась за капюшоном, медленно и неаккуратно, но неуклонно натягивая его на голову. Нужно было срочно прикрыть обрезанные лохмы, а заодно и лицо, чтоб не дайте боги кто девчонку не углядел в ней!
Ведь тогда несмотря на все традиции, точно поганой метлой выгонят, а мне.. И вовсе не выжить никак. Мало мне проклятия от покровителя, так ещё и от богов за нарушение святости бракосочетания достанется?! Ужас-ужас-ужас, кошмаарр!
В капюшоне оказалось душновато, но зато озноб, разбегавшийся от затылка вместе с пакостным предчувствием, приутихли. Девушка даже вздохнула от облегчения и, поудобнее за повод схватившись да опять лошадь от одуванчика оторвав, приблизилась к образовавшейся компании.

..Вас и накормят, и разместят. За вещи не переживайте, никто не тронет.. - продолжала хозяйка заливаться соловьем, когда волчица приблизилась и медленно потянула воздух сквозь растопыренные по такому случаю ноздри. Пахнуло печёной капустой, свежей выпечкой и ещё, почему-то, птичьей кровью. Мысль о недавно забитом петухе тут же образовалась в сознании, тем временем как Мернотовские, похоже, уже обо всём договорились:
- Может и стоит остаться, Яр, раз так настаивают.  Богов и покровителей обижать нехорошо, как бы они потом и от нас не отвернулись в дороге. Хозяюшка, мне собаку лучше оставить во дворе, да? Клейм, отойди в сторонку, посиди да..
Нет, ну какой же тюфяк!!! - Тиль, даже несмотря на продолжавший гулять по телу озноб, искренне и недоброжелательно возмутилась на черноволосого, -  Как на дармовщинку-то позарился, вы только посмотрите! А что другие думают спросить - нет? Только Яр у нас один решает тут что ли и ты?! Мне вот, на пример, ВООБЩЕ здесь оставаться нельзя и не хочется, да и терять уже от покровителя нечего, ясно?! И благословения на чужой свадьбы не схлопотать - только проклятие ещё одно, новое, да за побег с собственной и позор родовой! Тейар! Нельзя мне на свадьбе быть, понятно, да?! Я против оставаться! Но, конечно, все же решает только Яр и этот Леви, которые колпаком закрылись! Ррр, - Тиль с досады не удержалась и пнула-таки очередной пук травы ногой, недовольно зыркая на монстроловов, - Замечательно! Значит так вы, да? Ну и замечательно! Оставайтесь! А я.. А я.. Аль! Да, вот Аль моя нанимательница, а не вы все, понятно! Так что кукиш вам, монстроловы правильные, а не главенство! Ясно?! Вот вам.. Будет!
Волчица в очередной раз смерила монстроловов настоящих и будущих неопределённым взглядом, после быстро Альвэри в сторонке высмотрела и, не выпуская повода, вместе с Рыжухой стремительно и уверенно к ней дёрнулась, по пути старательно и хозяйку, и ребятню, и всех прочих в обходе оставив. Выглядело это, конечно, более чем странно: какой-то объект в глухом плаще да в капюшоне, не желающий выпускать повода при двух ультрамариновых серьгах, шатается по гостеприимному, вроде бы, двору с недовольно фыркающей рыжей лошадью, да ещё и хрипит при каждом выдохе как-то.. Подозрительно.
Увидь Нэа сама себя сейчас - в жизнь бы на порог не пустила. Но здесь правили другие законы, другие порядки, традиции и.. Вообще, всё было другое, чужое, пьяное, радостное - грозящее обязательно ударить очередным каскадом проклятий и неудач от покровителя, если Тиль-таки останется.
Мне же год на свадьбах быть нельзя! Целый год! А тут недели не прошло ведь толком, а уже.. Да за что же?! Нет, Аль должна понять! Она ведь плюёт на эти предрассудки, я точно помню, а значит.. Можно будет ещё всё исправить! Пока они.. Пока они.. О боги, а если узнают в деревне! Это же.. Кошмар!
Тиль стремительно ускорила шаг и, достигнув скамейки, на которой лоддроу изволила отсиживаться, уже и коня своего перепоручив, набрала побольше воздуха в лёгкие и прокашлялась, дабы наверняка привлечь к себе внимание.
Вообще-то, Тиль могла бы выдать целую речь, вот только голоса не находилось сейчас всё так же, от слова "совсем". И по этой причине волчица предпочла ограничится короткими фразами, зато произнесла их чётко и ясно, исключительно для пепельноволосой:
- Аль, - каркающий голос был похож на лай старого пса, один из которых, кстати, даже ушами недоумённо повел в сторону Нэа, - я не хочу оставаться.  - волчица помолчала всего пару мгновений, покосилась из под капюшона на окружающих деревенщин, для чего пришлось практически обернуться, и, сглотнув, поспешно добавила, - У меня есть причины. Но - ты начальник. Решение - твоё. Как, будем, кхе-кхем, мы?
Кажется, вопрос был не внятным, но Тиль и так сказала больше, чем нужно. На последних словах голос и вовсе сел, а горло засаднило так, что волчица мысленно пообещала себе найти и выпить где-нибудь медовухи, причём горячей! Если только Альвэри примет верное решение.. Если только!
Тейар.. Или, нет.. Ильтар! Ну вразуми ты её, раде всего мирского и светлого, а? Я не хочу прозябать под проклятиями целых 50 лет к лёту-у-у-у!
На мысленный вой желудок отозвался взаимным жалобным урчанием.

+3

6

- Может и стоит остаться, Яр, раз так настаивают.  Богов и покровителей обижать нехорошо, как бы они потом и от нас не отвернулись в дороге. Хозяюшка, мне собаку лучше оставить во дворе, да?
- Ну вот и славно. Ага, волкодава своего оставляй, только калитку плотнее прикрывайте. - Женщина хитро сверкнула глазами. - Вы при женках?
- Нет. – Яр ответил за обоих, уже после припоминая семейное положение алхимика и прикидывая не поменялось ли чего за время отсутствия оборотня в крепости.
Женщина выудила откуда-то из недр кармана свернутые тугими валиками две ленточки, кинув их оборотню.
- Это чтоб…
- Ага, знаем, – прервал ее монстролов, легко поймав ленты.
- Ну вот и хорошо. Отдыхайте. – Женщина скользнула со двора, прикрыв за собой, чтоб не выпустить Клейма.
- У нас был схожий обычай, только использовался не на свадьбах, а на Ильгиных Купалах. – Яр даже улыбнулся, припоминая похабный провинциальный праздник. – Синюю или красную? – ловец дал Левифрону выбор.
- Вешай на руку. На вечерних кострах девки незамужние будут с распущенными волосами. Если кто понравится, отмечаешь свою симпатию ленточкой, если ты кому приглянешься из местных, она сама к тебе пойдет за подарком. - Мернотовец позволил себе пояснения, на случай, если алхмику не доводилось участвовать во внегородских разгульях.

Дверь дома была приветливо распахнута. За столом в горнице сидела весьма приметная пара, причем явно не из местных. Два молодых человека в дорогой одежде скучающе беседовали, а один лениво перелистывал толстую книгу в темной кожаной обложке. Оружие при них имелось, и судя по богатству гарды – не самое дешевое. Парни походили на студентов-магов Вильдана, так же застанных врасплох местной традицией.
Оборотень кивнул, один из молодых людей приветливо поднял руку. Негласный обмен любезностями состоялся.

Однако Тиль и Альвери явно не спешили в тишину дома, предпочитая усесться на скамью в отдалении от общей суеты. И если лоддроу привычно сохраняла достоинство и горделивость осанки, то оборотница походила на огромную прижуховшуюся мышь, с совершенно подавленным взглядом.
Яр не прислушивался к словам девушек, однако повестка дня местного женсовета была очевидна.
- Остаемся? – Оборотень обратился к Альвери. - За тобой решение.

Ожидание предстоящего веселья, успевшее заразить каким-то чудом даже угрюмого оборотня, в этом месте теряло свою магию. Девушка отвлеклась от копания в сумке, кинула взгляд на Тиль, после чего одарила недоверчивым взглядом и Яра.
– Нет.
Яр кивнул, принимая ответ Альвери.
- Седлайтесь.

Офф: ведите.

Отредактировано Яр (2015-02-07 18:26:43)

+2

7

- Ну вот и славно. Ага, волкодава своего оставляй, только калитку плотнее прикрывайте.
Левифрон глянул на калитку. Для волкодава она была на один прыжок, а может и так бы обвалилась, толкни пес ее боком. Да и сам Клейм не проявлял никакого желания куда-либо убегать: отошел к плетню, улегся в тенечке и глядел на снующих туда-сюда мальчишек. Разве что кто-то свести его со двора захочет, да Филин и сам бы доплатил тому храбрецу, кто на такое решится. Народ потешит, настроение к празднику поднимет, от пса по всему селу убегая. Но раз уж хозяйка сказала, то ей всяко виднее, пусть будет затворена калитка плотно, раз ей так спокойнее, все равно соседи и дети откроют снова через несколько минут. Под пристальным взглядом алхимика дверца сама мягко закрылась.
- Вы при женках?
И если калитку еще можно было понять, то сей вопрос – нет. Вид у женщины был на редкость хитрый, и Герхен всерьез озадачился, как бы она под свадебным настроем не вытолкнула из избы целую стайку своих дочерей, тоже вполне себе желающих выйти замуж. Мол, село на девиц богатое, чего б и нет. Так и захотелось на всякий случай ответить «да», все равно проверить нельзя, да вот Яр Левифрона опередил, выложив правду как на духу.
«Ей-богу, не нравятся мне такие вопросы», - тревожно подумалось алхимику, пока он снимал с седла сумку. Женщина тем временем что-то вручила оборотню и вышла со двора, дотошно притворив за собой калитку. Видимо, до крайности любила аккуратность.
- У нас был схожий обычай, только использовался не на свадьбах, а на Ильгиных Купалах.
«Ильгиных Купалах? Столь же жизнеутверждающе, как явление Габриэль», - Герхен подошел к Яру, который находил происходящее забавным. Левифрону так не казалось. К нему вообще внезапно пришло озарение, что согласие на остановку в этой деревне было самой страшной ошибкой в его жизни, что он дурак, а пути к отступлению никто за ними не сжигал. От чего отступать – неведомо. Но чувствовалось, что от чего-то настолько страшного, что ученому уже впору было начать седеть.
Синюю или красную? – в руках у монстролова оказались совершенно безобидные ленточки. Только вот в этом омуте наличие тварей опознавалось невооруженным глазом, а потому как-то не находилось желания выбирать что-либо. Но сам ведь напросился остаться, да и интерес к местным традициям навязчиво свербел, заставляя всерьез задуматься о том, что синяя ленточка гораздо лучше подойдет к камзолу, чем красная. Под гимн уверенности в том, что сейчас он почти что продает Тейару душу, Филин и взял синюю.
- Мне почему-то кажется, что сейчас я очень пожалею. Зачем это?
- Вешай на руку. На вечерних кострах девки незамужние будут с распущенными волосами. Если кто понравится, отмечаешь свою симпатию ленточкой, если ты кому приглянешься из местных, она сама к тебе пойдет за подарком.
Лицо Левифрона перекосилось уже от слова «незамужние». Алхимик обернулся к калитке, но женщины и след простыл, иди ищи ее теперь во всему селу. Ишь, сваха нашлась! Точно смекнула, что приезжие с богатым скарбом в сумках и отличными конями в количестве двух штук являли собой перспективное явление, а девок ведь в селе и правда много. И ведь в том беда, что страшно будет подыграть, а то окажется еще, что ту, кто ленточку забрала, вовек покидать нельзя, не то разверзнутся врата Изнанки и канет весь мир в великое ничто. И что с этим прикажете делать? Картины обрушающегося настоящего и будущего проносились перед глазами Герхена, а где-то за спиной даже послышался издевательский девичий хохот.
- Стой, какие девицы, какие ленточки?! А если я не хочу? Ты хоть знаешь, насколько пагубно женщины влияют на ум, сколь быстро они разлагают всякое стремление к высокому и недостигнутому? И вообще, где ты видел, чтоб алхимики так делали? Как на корабли женщин не берут, так и алхимия соперниц не терпит! Обидится она на меня! Навсегда!
Герхена до глубины души поражало, что такое кощунство не вызывало у Яра никакой реакции. Тому было плевать, что его практически без него женили. Более того, ему было еще более плевать на то, что на такую же судьбу он обрек Левифрона, совершенно не подумав, что тому все эти милования и риск нарваться на еще с дюжину безвыходных традиций поперек горла встанут.
«Так вот почему я не путешествую с монстроловами! Как им понять такие тонкие условности, если в их случае девка в одной руке отнюдь не мешает держать меч в другой. Даже пафосней выходит. Они, не ведавшие страсти просвещения и самосовершенствования, раз за разом опускаются до страсти плотской, и ладно бы еще они делали это в угоду себя самих, но меня-то туда же тащить зачем?! Надо выбросить ленточку и сказать, что Яр стукнулся головой, из-за чего у него все перемешалось, а я уже десять лет женат, а дома меня ждут семь детей. И кот. Ревнивый».
Пока Левифрон метался и искал, куда бы ему выкинуть ленточку, чтобы никто из местных не нашел и не поднял плач на все село, Альвэри высказалась против остановки на ночь. Она изначально была не шибко в восторге от происходящего, но судя по тому, как мельтешила вокруг нее Тиль, не решаясь ни входить в дом, ни как-то иначе проникаться атмосферой гостеприимства, их недовольство было обоюдным. Левифрон уцепился в их «нет», видя в нем надежду, спасение и свободу, которую он внезапно очень сильно полюбил.
- Седлайтесь.
- Правильно. Очень прогрессивное решение. К лешему Богов, я всегда склонялся к тому, что они уже давно заскучали и не смотрят, кто и что тут нарушает.
Подхватил свою фляжку, которую один из мальчишек как раз закончил заполнять, поблагодарил того, закрепил сумку у седла. Снова глянул на калитку – и та широко отворилась. Слишком много прыти для человека, который только что больше всех хотел остаться, но на данный момент Герхен был тем, кто желал бежать прочь со всех ног.
«Свадьбы! Чтоб меня еще хоть раз занесло…»
- А куда это вы? Неужто уехать собрались?
В проезде объявилась хозяйка двора, из-за нее выглядывал один из детей. Как оказалось, успел сбегать и донести, что приезжие собрались Богов прогневить. Мало того, ими дело не ограничилось – начал люд стекаться к плетню, заглядывать да заходить. Наперебой убеждали, что так нельзя, что людьми надо быть, ведь не съедят их тут, а как гостей званых примут. О традициях говорили,  каре небесной, о молодых, о кабане, которого утром завалили в окрестном лесу, о меде, сделанном по семейным традициям и который «ну не найдете вы больше нигде». Пройти не давали, обступили. Конкретно Левифрону какой-то усатый мужик рассказывал, что их солонина разом ему жизнь вернет, а то как труп выглядит, вот-вот стервятники слетятся. Алхимик слушал, потихоньку отступая назад под натиском толпы и сонма голосов, выискивая взглядом хоть кого-нибудь из их отряда. Нашел Альвэри. К ней подлетела девица, светловолосая, бледная, с клыками едва заметными, но совершенно испуганная и встрепанная. Ее звонкий голос выделялся.  Увидев в лоддроу наиболее близкое ей создание, вампирша рассказывала ей что-то о счастье, причем как о своем, так и о перспективном альвэрином, просила, уговаривала. Она старалась больше всех, да и искренности на ее лице хватило бы еще на целую деревню.
«Невеста, похоже. Неужели все так страшно, что так все переполошились? Ох ты ж, а за рукава-то зачем тягать! Вы еще коню ноги обнимать бросьтесь, чтоб не смог убежать! Чтоб я еще хоть раз…»

+4

8

Занятая своими делами, продолжая копаться в сумке, Альвэри не сразу заметила сменившуюся атмосферу в их "дружном" лагере. Смирившись с положением вещей и начав подозревать богов во всемирном заговоре, мешающем ей продвигаться без особых спотыканий, лоддроу сосредоточенно хмурилась, пытаясь поймать на дне сумки карандаш. В тот самый момент, когда она уж выудила "вредную" письменную принадлежность, возле нее появилась Тиль. Аль не сразу подняла глаза на девушку, выудив следом за карандашом и записную книжку, да так и замерла, как только знакомая подала голос. К слову, с ним было явно что-то не так. Непривычно хриплые ноты резали слух и на сие при всем желании нельзя было не обратить внимание, как и на тон, коим вещала девушка.
-...я не хочу оставаться. У меня есть причины. Но - ты начальник. Решение - твоё. Как, будем, кхе-кхем, мы?
Фенрил воззрилась на волчицу, чуть изогнув бровь. От кого, от кого, а от нее она не ожидала подобного поворота. Сколько было шуму у реки, когда она ветку отломала. Ее красноречию в тот момент мог позавидовать любой священник, а тут - здрасте-приехали. Впрочем, допытываться на людях лоддроу не собиралась, а вот подобное положение вещей заставило задуматься о том, что она поспешила с выводами. Однако, ответить девушка не успела.
- Остаемся? – послышалось подле, заставив обратить внимание на второго спутника. - За тобой решение.
Вот тут уж точно стоило сказать с немалым удивлением - "Вот это попороооот!". Но она лишь недоверчиво покосилась на мужчину. "И где подвох? Что это мы все такие...Странно-странно." Странно - было слабо сказано. В какой-то миг все настолько быстро и кардинально поменялась, что голова легко могла закружится, словно после падения и кувырков с двадцать вниз. Тот же Левифрон вел себя в сей момент, по меньшей мере, излишне резво, явно не горя желанием веселится. Ишь, как оно все повернулось-то, а она то думала, что по наблюдениям уж успела подучить манеры да привычки некоторых, ан нет...Ах да, ответить надо бы.
- Нет, - коротко проговорила лоддроу, не особо расшаркиваясь на почему да как так.
Раз оказалось, что не только она одна не в восторге от предстоящего, что и забыть забыли сходу о каких-то там проклятиях и прочей ерунде, ну тогда, как говорится, сам Ильтар велел. Оборотень, впрочем, без лишних слов принял ответ. Казалось, вот этому решению едва ли не зааплодировали желающие убраться с деревеньки да побыстрее. Альвэри покачала головой, уж сама не понимая, что порою движет ее спутниками и начала прятать все обратно в сумку. Оставалось надеяться, что мальчонка коня не успел расседлать, а то лишняя задержка как-то не улыбалась. Вернее, было чувство, что не уберись они побыстрее, не уедут...
В ответ сим размышлениям во дворе дома внезапно началась знатная суматоха. Аль подняла глаза, лицезрев едва ли не театральное действо - сбор драматических актеров на подготовке к акту чьей-то погибели. "Нет, ну вы издеваетесь?!" - мысленно проговорила девушка, наблюдая за тем, как стремительно все развивалось. "Стрел на всех не хватит...да и навряд ли помогут. Вот бы мне сейчас..." - однако мысли ее были в тот же час перебиты. Как из-под земли пред ее глаз предстала девушка, взлохмаченная словно наседка, кою только что пнули из гнезда и заставили лететь через несколько соседних дворов против ветра. Перепуганные глаза, кои подозрительно блестели при каждом кивке головы, дрожащие руки и такой же голос, что умолял остаться. Слова о счастье да несчастье путались в быстрой речи, прерываемый предыханием, дабы не успела "жертва" сего словесного напора очухаться. По правде говоря, слова из разряда тех же предрассудков, но сие юное создание в них настолько искренне верило, что Аль если и могла одним движением руки пресечь все красноречивое выступление, то эта самая рука так и не поднялась. Дело даже не в том, что какие-то там проклятия и прочая лабуда кому-то, в какой-то мере...простой и практичный факт того, что они, по сути, в сей момент испоганят кому-то праздник, при чем не самый заурядный, как-то сдерживал от резких движений. Да и то, что пред ней могла быть та самая "счастливица", говорило многое в ее речах, внешнем виде и излишней настойчивости. Девушка едва в ноги не бросалась, когда не смогла поймать лоддроу за руки, глаза все больше напоминали озера после добротного дождя - вот-вот на берег перельются.
Аль отступила, словно защищаясь, выставила руки перед собой, пресекая дальнейшие попытки девушки, коим грозили вылиться в настоящую истерику.
- Хватит. Все, - достаточно громко произнесла Альвэри, чтобы услышала вся честная компания несмотря на суматоху, устало почесав переносицу. - Мы останемся...ненадолго.
Девушка еще минуту похлопала длинными ресницами с бусинками непролитых слез на кончиках и вдруг резко кинулась к ней, явно в попытке "удавить" от радостного порыва. Аль еле успела увернуться.
- Вот это не надо, увольте уж, - произнесла лоддроу, сделав еще пару шагов в сторону на всякий случай.
"Шли бы вы уже отсюда...собрались. Так и мигрень достать недолго." Ворчливость сей мысли была перебита решением, что не дай Ильтар ей снова сунуться в какую-нибудь деревню. А то с такой удачей еще попадет на родины-крестины, а то и похороны, что неделю придется просидеть взаперти, дабы дух умершего упокоился, а не следом погнался.

+2

9

А эмоции вокруг так и продолжали скакать, так что волчице всё сильнее хотелось либо скорейшего побега отсюда, причем не на двоих, а на всех четверых, либо зарыться под землю и не слышать всех этих "Вай, как здорово" быстро меняющихся на "Тейар, да к лешему это все!" Разумеется, сама Нэа не смогла бы хоть кого поймать за язык и упрекнуть в непостоянности, ведь всё, что било сейчас по нервам двуипостасной являлось всего лишь чужими особо яркими эмоциями.А они, знаете ли, только на уровне рефлексов считываются! Вот только..
Тейаааррр.. Да замолчите вы уже все! Аж в грудине зудит, чтоб вас пчёлы закусали всех!
Откровенно повиснув на поводьях Рыжухи, которая при этом всём совершенно недовольно встряхивала мордой, храпела возмущенно и так и норовила потянуться во след Буяну да прочим собратьям на прокорм, чистку и отдых, Тиль едва ли не испепеляла Аль глазами из под капюшона. Не со злым умыслом, но ускорения для! Вот только ответ слетел с губ светловолосой совершенно неожиданный, тем более что вопрос Яра из-за капюшона и общего крестьянского красноречия вокруг волчица просто не расслышала. Да и не пыталась, откровенно говоря:
- Нет.
Чего? Что нет? Не остаемся в смысле, или нет - остынь и сидим да не высовываемся? А может быть нет.. На все причины мои нет? Что за нет-то такое ещё, а?!
Разозлиться девушке не позволило усилившееся столпотворение за её спиной. Тиль аж обернулась по такому поводу, отвлекаясь от недоумённого созерцания остроухой и старательно не замечая неприятных мурашек предчувствия, гоняющих в пятнашки по спине. Как всегда, ей достались только огрызки чужих фраз:
- ..лешему Богов, я всегда склонялся к тому, что они уже давно заскучали и не смотрят, кто и что тут нарушает.
Нда, лучше бы не достались! Волчица аж головой тряхнула, таким чокнутым в её глазах вдруг предстал алхимик.. Ей-ей, как в страшных сказках о них и снова оживших мертвецах!
Это что он, так бесплатное гостеприимство называет? Скукой богов и их недосмотром? Или.. Эй, а чего все засобирались так активно? Мы что, всё-таки уходим?!
Всё-таки слишком уж быстро события вокруг менялись! Мало того, что мужская часть их отряда засобиралась опять в путь, как будто только что дракона в небе увидели, а им его сокровища предлагают, так ещё и люди вокруг как-то заволновались, засудачили! Тиль, опять ощутившей тот пронизывающий до пяток холодок нехорошего предчувствия, очень захотелось попятиться и убраться куда-нибудь.. Ну, хотя бы за дом! Но да куда там!
Калитка распахнулась, на сцене появилась та самая живенькая и активненькая баба с дочуркой навыданье, ляпнула что-то про "куда это вы, гости дорогие?" и вот тут.. Понесло-о-ось!
Если до того Тиль старательно сохраняла угрюмый вид и с переменным успехом пряталась под капюшоном от всех возможных чужих взглядов, то в быстро образовавшемся столпотворении о конспирации пришлось забыть напрочь! Да что там.. Волчица не успела опомниться и хрипло заотнекиваться, как во двор потянулись соседи и не очень, окружая, судача, приговаривая и зазывая!
Тейар, только не это! 50 лет проклятий, плюс два за враньё и сотращение невинных? Нееет!
Волчица сориентировалась в мгновение ока: быстро упустив из виду "своих", она, тем не менее, не потеряла ориентир на выход из ставшего ловушкой двора - бабища продолжала стоять с калитке, а уж её звучный голос не заглушила бы и лавина! Спонтанно, как от чужого посоха уворачиваясь, Тиль поднырнула под чью-то широкую ладонь и ломанулась к выходу в отчаянной попытке вырваться, судорожно и спешно распихивая всех и вся локтями. Так же девушка поступала когда-то давным-давно в Таллемской академии, проталкиваясь к продававшим ответы на общие экзамены студиозусам. И ведь как было страшно, кто бы знал! Кругом люди, нелюди, все горланят и уговаривают, а ещё..
- Кхе-кхах! - Тиль едва не задохнулась, когда пряжка от натянувшегося плаща в буквальном смысле впилась ей в горло, и начала душить. Чудом ведь не упала, зато капюшон слетел в мгновение ока, а со спины уже спешила пара девчушек помиловидней да по-краше:
- Попался, дорогушка! Куда же ты?
- Не уйдешь ты без ленты, рыженький!
- Ой, девочки, да у него веснушки! Малой, а подаришь мне ленту на празднике, а?

Горло отпустило, зато вокруг закружили, защебетали на высокие голоса, захихикали девушки! Да ещё и лапать, ведь, не переставали, будто Тиль и правда экспонат какой, и это.. Стало последней каплей:
- А ну пшли от меня, кхха, длиннокосые! Я вам не парень, кхе-кхе, и лент мне в-кхаших не надо! А будете при-кхставать, и вовксе проклятие схлопочите от невесты-беженки! Всё ясно? Пошли к Тейару от меня!!!
А вопль-то и правда получился знатный - девушек так и отнесло на пару метров прочь от бесноватой рыжей. Оставшаяся хрипотца от сорванных связок и невольное частичное обращение в другой ситуации произвели бы фурор, и крестьян в миг бы не стало в ближайшем окружении, но.. То ли девушка не производила впечатление ужасного монстра, то ли народ местный, проживая подле проклятых земель, был не из пугливых, то ли всё это и вместе взятое, но эффект после всего сказанного оказался далеко не таким, как волчице хотелось бы. Тем более что тут ещё Аль взорвалась и, резко поднявшись, громко выдала:
- Хватит. Все! Мы останемся...ненадолго.
- И будет проклятие с вами!
Тиль просто не удержалась в хриплом поддакивании, внутренне надеясь, что если не всех, то уж её-то на этом возьмут и выкинут за границу деревни, а уж там-то..
Тейар, да плевать я хотела на все эти чудища, на все эти верования! Уж лучше зверем похожу, подожду, пока остальные выйдут, зато родовых норм не нарушу! Ну же, ну? Выгоньте!
Да только, походу, Леви был прав - боги заскучали и отвернулись, так что молитв не слышали, а потому.. После завяления Альвэри вокруг люди и вовсе взбесились, обрадовались, заулюлюкали и одобрительно загоготали! И так это было громко, да так радостно, что у волчицы от излишней эмоциональности аж зубы свело, ладони в тщетной попытке уши зажали да ноги сами на попятную пошли! Шаг, второй, третий.. И, вроде бы, вот, уже сейчас все эти крики кончатся, разумные исчезнут, а над головой опять успокоительно зашелестит лес, но.. Не тут-то было.
На плечо легла довольно тяжёлая, но мягкая ладонь, заставляя волчицу вздрогнуть и обернуться. В общих поощряющих и воодушевлённых криках крестьян никто, кроме самой Тиль, не услышал короткого и многоообещающе-женского:
- Значит ты бежавшая невеста, да? Идём, милая! Пошли! - после чего, под прикрытием ещё двух женщин в летах, не сумевшую даже опомниться Тиль увели прочь от всей честной компании в совершенно другой дом, незаметно и не предупреждая кого бы то ни было. А за тем, чтобы "беглянку" и её "похищение" никто из её соратников не увидал, каждого отвлёк на свой лад кто-то из местных.
Кого шутками и кокетливыми приставаниями увлекали, как произошло с Яром или Альвэри, кого - добрым хлопком по плечу и мужественными заверениями, что "великое вы дело сделали, что остаться решили, ребята!" от кузнеца местного - эта участь уже Леви досталась. А кого и просто предложением от местной ребятни: "Эй, а ваш коник кусается! Сделайте с ним что-нибудь?" Это уже Рьяне досталось, а, может быть, и нет?
В любом случае, так подумала и успела заметить Тиль, прежде чем её в чужую горницу привели, на лавку усадили и, плотно двери и окна закрыв, начали с ней разговаривать. И почему, спросите, девушка не попыталась бежать или звать на помочь? Ну, во-первых, для криков голос её был совсем не тем, да и сил от переживаний как-то вдруг быстро и не осталось. А во-вторых.. Попробовали бы вы тягаться с двумя дородными и явно не молодыми полу вампиршами, изволившими вас в свои традиции посвятить и им же подчиняться заставить! Любой бы согласился, думаю! Хотя..
Ай, ладно! Всё одно никакого "хотя" - нет!
И потому Тиль, не будь дочерью своего торгового рода, нагло и с хрипами взялась торговаться за собственную судьбу! А Рыжуха её, покинутая, как походила туда-сюда отпущенная, так сама в хвост Буяну и прибилась.

Для корректировки огрехов сюжета и вообще.

Тем временем как гостей охаживали местные, развлекая кто как мог, никто бы и не заметил мелкое существо под ближайшим к дому счастливых родителей невесты кустом. А ведь зря - существо-то было прилюбопытнейшее, причем в обоих смыслах! Сам Чиро-Чиро изволил посетить сей скромный деревенский праздник, а точнее - приготовлении к нему. И всё бы ничего, да приглянулось духу именно седло Заразы с поклажей! И именно к нему лапа его уже запоздало тянулась, когда вдруг Рьяна рядом образовалась, а после и Яр, кое-как сумевший из рук девиц вырваться.  И если девочку с мальчишкой зверёк ещё кое-как стерпеть сумел, то когда появился оборотень со своим гулким и довольным басом, то случилось непредвиденное!
Последнее что видел мальчишка конюх была вспышка, да в нос запахом грозы пахнуло, после чего ни бородатого громилы, ни рыжей девчоночки, ни серой да вредной кобылы при клыках и так и не снятом седле с поклажей рядом, да и в пределах деревни больше не обнаружилось. Как потом судачили местные байки - Боги избрали да к себе забрали! Вот только, слухи эти сложились после, а пока..
Ох и крик же из конюшни той поднялся! Ушли ведь гости! Караул! Даже ленты алой не оставили...

Отредактировано Нэа Исс (2015-02-18 21:16:08)

+2

10

---> Юго-западные ворота

6-е число месяца Благоухающей Магнолии.
1647 год от подписания Мирного Договора.
День, перетекающий в вечер.

Скоро только сказка сказывается, да клопы в матрасе обживаются. А дорога - это долго. И муторно. И запах один и тот же, преследует все время, вьется незримым ореолом, впитывается в кожу. И седло это проклятущее стучит по заднице с завидным постоянством. А та в свою очередь немеет и ноет, постепенно превращаясь в огромную такую мозоль. Даже поясница зудеть начинает, словно в предчувствии приключений. Но такова нелегкая бывалого разведчика, не отвлекающегося на привалы без важной причины. Например если еноты покусают, или босой пяткой в муравейник наступил, убегая от обитателей пчелиного улья в озеро с крокодилами. Потом хочешь или нет, а привалиться придется. Возможно даже на всю жизнь...
Лоддроу с усилием подавил зевок, устало помассировав глаза. Назвать полуночные пребывания в госпитале отдыхом язык не поворачивался, а ведь как хотелось приткнуться щекой к ветке и сладко засопеть на холодной земле. А лучше на душистом сене пушистом. Закопаться в него всхрапнуть и... Кел облизнул пересохшие губы, словно приторный привкус сладостной фантазии. Здравый смысл, живущий в черепной коробке, ясно давал понять - шиш тебе сосновый, а не сеновал. Максимум кочка или лисья почка. Вкусная такая, ням-ням. И поспал, и поел. Разведчик постепенно склонял голову, прикрываясь вуалью грязных волос. Гнать коня уже смысла не было никакого - среброволосый итак с лихвой компенсировал время, потраченное на всякие привалы. И покрыл расстояние, уже покрытое, сколько там оно было... Теперь он, верхом на потном коне, изо всех сил старался не предаться сладкой дреме и не выпасть из седла на финишной прямой. «Крепись, морда колючая, и не так на износ работали. Сейчас второе дыхание откроется», - ощущение того, что он близок, не переставало щекотать кожу. А может просто место перелома чесалось под повязками. Которые, к слову, можно было уже и снять.
- И-го-го! - сказал Желудь, шарахнувшись в сторону от внезапно выскочившего из какой-то подворотни деда.
- Дед! - разведчик прикусил язык, проглатывая что-то ругательное и натягивая поводья на себя. - Ты еще какого... хрена...
Скакун, не переставая ржать как самый настоящий конь, крутанулся на месте, словно разыгрывая сценку рыцаря на белом коне. Грязного рыцаря на потном коне. Вовремя пробудившийся от сладкой дремы Кел с усилием сморгнул, стряхивая пелену сна. Обстановка не сильно изменилась с момента короткого провала в забытье. Задница до сих пор ныла, конь всхрапывал, а поселок, маячащий впереди - стал маячить со всех сторон. Первая фаза священной миссии картографа была выполнена, можно было переходить ко второй. И спасибо за это деду классической наружности, в свою очередь абсолютно никак не отреагировавшего на явление лоддроу народу.
- Ась?
«Хренась. Тебя чуть в землю раньше срока не втоптали... Что за времена», - однако ругаться на старость Кел не стал. Была такая привычка у некоторых особенно разумных - уважать старину, какой бы она ни была. Так что ограничился тяжелым вздохом, полным вселенской печали., да перемахнул ногой через седло, спешившись. И тут же сладко потянулся, приподнимаясь на носки. Затекшие мышцы едва не завибрировали от такой порции движений и притока крови к себе любимым. Даже задница стала ныть как-то менее неприятно. Дед тем временем нагнулся обратно в подворотню, ухватив оттуда нормального такого гуся с красной ленточкой на шее и собрался было уходить, если бы его не остановила широкая грудь Келебдаенена.
- Дедуля, - лоддроу старательно смахивал волосы с лица, устанавливая зрительный контакт. - Паром ваш не смыло?
- Ась?
- Беда... - Кел нагнулся к саму уху деда и гаркнул. - Паром где! Ай!
Гусь, воспользовавшись моментом удачи, изо всех сил щипнул картографа за плечо, заставив отпрянуть от мерзкой птицы и глуховатого деда. Благо щип вскользь пришелся, но синяк все равно останется. А что еще обиднее - ущипленное место не потереть никак. Левая рука на перевязи болтается, привязанная к шине, а правой рукой тереть правое плечо лоддровийская природа как-то не обучила.
- Паром? Тама паром, что с ним станется? Ничто не станется...
«Что и требовалось доказать», - разведчик благодарно кивнул, подхватывая Желудя под уздцы. Надежда, что он догонит Альвэри раньше, чем она догонит свою смерть, выросла в геометрической прогрессии... И тут же с грохотом рухнула оземь, погнувшись в тридцати трех местах, стоило только деду собраться с мыслями, погладить бороду и продолжить:
- Только нету там никого, сынок. Все, стало быть, на свадьбу ушли к этим... Э-эх, старый стал, не помню уже, хе-хе, - дедок хрипло засмеялся, поправив гуся под локтем. - Ты бы тоже сходил, сынок. А то молодой такой, а уже седой, как дед, хе-хе. Пойдем, сынок, пойдем. В баньке попаримся, у-ух! Я в твои года...
«В мои года твой папка еще не родился», - но деваться было некуда. Быть может паромщики были безответственными гуманоидами и побросали плавсредства просто так, но почему-то Кел в этом глубоко сомневался. Наверное потому, что сам бы на их месте привязал все к берегу цепями и повесил огромный амбарный замок. Даже два. Чтобы неповадно было кататься туда-сюда-обратно. Но голова болела не о том. «Рвать твою мать, упустил! Упустил! Просто... Вот.. Что за... Аргх!» - от досады хотелось что-то сломать, порвать, бросить и растоптать. Но тут, как говорится, горю слезами не поможешь. Нужно было взять себя в руки и остудить голову. По крайней мере если местные паромщики были на свадьбе - можно было провернуть аферу и переправиться на тот берег. Хитростью, может даже на слабо взять - это все уже детали. Кел вздохнул, ведя Желудя следом. По левое плечо шагал дед, вдаваясь в подробности своей не такой уж бурной молодости, юности и как они свинарник подожгли. Разведчику оставалось только свернуть уши и терпеть, поскрипывая вставными зубами.
- ...и Даздравильда как побежала от бычка в одних портках! Хе-хе-хе...
«Дед, клянусь всеми богами, если мы с тобой останемся в мире единственными выжившими и если от нашего похода в баню будет зависеть судьба этого мира - я с тобой даже в предбанник не зайду...» - великолепная четверка из гуся, коня, лоддроу и деда-балагура практически в упор подобрались к калитке дома номер икс. Дом этот отличался от остальных только наличием какой-никакой суеты. Свадьба это вам не виноград в трусах выращивать, это приготовления - надо самогона надоить, поросенка заколоть, баню истопить, столы накрыть. На дудке сыграть, пока все делами занимаются. Гостей приезжих рассадить по местам, а не приезжих - не пустить раньше времени водку пить и еду уничтожать. Для этого у деревенских женщин была и силушка богатырская, и половник гнутый. Почему-то всегда горячий. Не то чтобы Кел не любил народные гулянья на селе, просто он не пил. А тут кто не пьет - тот либо хворый, либо падлюка. И что делать, если ты ни то и ни другое? Правильно, какая же свадьба без драки! «Из огня да в полымя. Из грязи в князи. Из мухи в г... Нет, это из другой пьесы», - разведчик небрежно бросил подоспевшему парнишке уздечку, наконец освободившейся рукой почесав зудящую на левой руке повязку. И не забыв предупредить, что если пацан пожадничает водой или сеном - Желудь ему нос откусит и лицо обглодает. Эдакий грязный-помятый сгусток тепла и добродетели, ни дать ни взять настоящий эльф.
- Нет-нет, я это... Женат, - шарахнулся Кел от предложенной розовой не то веревочки, не то ленточки, опережая следующий за сим жестом вопрос. - А кольцо это... Воришка украл. Так и не нашли.
Над ухом клацнул зубастым клювом мерзкий гусь, но лоддроу был готов к этому. Не зря же он слушал глуховатого деда, наблюдая за повадками какой-то уж слишком хищной птицы. Итак уже одно ухо надкусали в свое время, негоже было и другое отдавать на расправу. Посторонившись деда, который пересказывал свои истории неизвестному мужику, разведчик хотел было оглядеться, но сие было прервано сердобольной дамой, оставшейся при своей розовой тряпочке. Пришлось выслушать порцию «ой-ёй-ёй, как же так», став предметом бесконечного горя и невезения. Даже ком подкатил к горлу, как бы намекая на отторжения пищи от переизбытка слезливых эмоций. «Ну хватит. Я уже сам готов поверить в собственную нерасторопность и женатость...» - нужно было срочно переключить даму на другую тему.
- М-м-м... Тут женщина мимо не проходила? - хватался за мысль, словно утопающий за лапоть. - Молодая такая, с белыми волосами. С ней еще могли быть два таких чудака, один с черными волосами, другой с бородо...
- Конечно не проходила! Тута она где-то! - потоку радости не было предела, даже глаза хищно засверкали, но картограф продолжал держать себя в руке. - Сейчас позову. Мильтик! А ну подь сюды! Девку эту не видел, белую всю?..
Решив не встревать между зычным голосом женщины и не очень крепко стоявшим на ногах пареньком Кел, пользуясь занятостью обоих, отступил. Затем еще. И еще. Нужно было выбираться из этой суеты, а то затянет ведь. Потом знахарка попадется, будет чудо-травкой подкармливать. Или троюродный дядя невестки руку попробует вправить. Или еще что похуже. Отступив к забору лоддроу коснулся шероховатой поверхности спиной, медленно сползая вниз, пока не брякнулся на задницу. Мерзкое раздражение, пульсирующее в висках, немного отпустило, но все равно класть палец в рот Келу шутки ради было нельзя - откусит по самые уши. Картограф не без удовольствия вытянул ноги, на которые тут же с урчанием забрался кот местного разлива, уставившись в свою очередь на мужчину.
- Что тебе, морда усатая? - хрипловато поинтересовался лоддроу, запуская пальцы в шерсть за ухом хвостатого. - Извиняй, рыбку из обуви уже выпустил.
А кошак знай урчит да трется о пальцы, вымогает еще. Ашкади коснулся затылком забора и устало прикрыл глаза, прислушиваясь к самому себе. К сердцебиению, мыслям, шестому чувству. К последнему сугубо ради того, чтобы какой-то пьяный абориген не наступил на его, лоддроу, ноги. В остальном же идиллия, даже матом ругаться не хотелось. А в виске только одна мысль - «Догнал!» - и пульсирует единовременно со стуком сердца. Тук-тук, тук-тук. Главное чтобы под приметы случайно не попала какая-то шлындра, которая вовсе не Альвэри. А то мало ли их, шлындр, по свету шарахается, с конфеткой за щекою...

Отредактировано Келебдаенен (2015-02-18 07:43:10)

+3

11

Левифрон отступал, толкал коня локтем в бок, слушал недовольное фырчанье в одном ухе и причитания возмущенного народа в другом, но все равно отчаянно отступал ближе к хате гостеприимной до крайности женщины. Та и не думала снижать напор, продолжала командовать армией наступления ровненько со входа во двор, неприступным монолитом перекрывая калитку. Стало страшно. Алхимик в жизни не видел такой толпы, никогда не оказывался в ее эпицентре, и это потихоньку смывало с него спесь и всякое понимание того, что делать дальше. Клейма, верного союзника, под рукой не оказалось, массивный волкодав так и не смог пробиться сквозь плотный строй людей, Яра, за чью широкую спину можно было бы благополучно спрятаться, тоже не наблюдалось. Имелся только флегматичный конь, да и того уже обступили со всех сторон, незаметно расседлывая под шумок и снимая поклажу.
«А где Рьяна?! Ее же точно к тейаровой бабушке затопчут в этой толчее».
Филин пытался высмотреть ярко-рыжую макушку посреди океана юбок, пивных животов и грязных сапог, облепленных неизвестно чем, но не находил ничего похожего. Если взрослые еще имели шансы выстоять и остаться живыми после этой осады, то небольшая девочка существенно проигрывала и в габаритах, и в собственной весомости в глазах окружающих. Правда, Левифрон понятия не имел, чем бы он мог помочь, найди он будущую синори, ведь его самого немилосердно давили, заставляя затравленно искать дыру в заборе, ведущую на волю и воздух, но стало бы легче, знай он, что селяне еще не затоптали ее насмерть.
- А еще наливки у нас – во! – усатый мужик, закончивший вещать про солонину, перешел на еще более милые сердцу темы, широкими жестами демонстрируя все богатство погребов местных жителей.  Ему вторили и другие, что стервятниками налетели на Герхена, увидев в нем жертву, которая внимает и не пытается сбежать. А Левифрон бы и рад сбежать, да вот некуда было, и за руки его уже хватали, и коня куда-то увели, захлопнув тиски человеческой толпы. – Моя Аксонья знает толк в хорошем пойле, у нас даже слива особая под это дело растет.
- Я не…
- Тем летом гномы с обозом проходили, так чуть от жбанов оторвали, все вылакали! А раз уж они оценили, то вам и подавно по вкусу придется!
- Погодите…
- А если вам наливка не по душе, так мы медовуху с подвалов выкатим, делов-то! Вот сват мой, Хотен, пасеку держит на том краю деревни, - рука усатого шлепнулась на плечо кому-то из его окружения, вызвав гул одобрительного мычания и подтверждений, что пасека действительно имеется. – Ты, сват, не забыл же добро свое к празднику подготовить?
- Окстись, какая ж свадьба без медовухи!
- И то верно, - и ко всеобщему гомону добавился раскат гогота, что прокатился по бравым мужицким рядам.
- Да оставьте вы свой хмель, дайте спросить! Вы девочку не видели? Маленькую такую, рыженькую? – вышел из себя и зычно гаркнул Филин, практически исхитрившись переорать смех. Правда, алхимик тут же закашлялся, ибо не привык настолько повышать голос, но его услышали, следовательно, усилия были оправданы.
- Рыжая? Вон та, что ли? Так это ж пацан, не? К слову, и для детей услада найдется, гость дорогой! Яблочки хорошо уродились осенью, а для детей моченые – самое оно. За уши не оттащишь!
Но Герхен уже не слушал, глядел туда, где якобы нашлась Рьяна. Его воодушевление длилось недолго, ровно до того момента, когда он опознал в рыжем пацане Тиль, которая пусть и была вроде как не шибко взрослой, но помощь ей требовалась не настолько сильно. Да и далеко она была, куда ближе к Альвэри, чем к нему. 
Не успел Герхен подумать о лоддроу, как она напомнила о себе сама, перекричав народный галдеж.
- Хватит. Все, - на мгновение все затихли и перестали суетиться, обратив все внимание на девушку. Филин дернулся и отступил подальше от любителей медовухи, еще раз окинул взглядом двор, снова не нашел Рьяну. - Мы останемся...ненадолго.
«Надо уйти в дом, пока никто не смотрит. Потихоньку, осторожно, не привлекая внимания… Ой!»
Что-то очень могучее налетело на него сзади, толкнуло в спину, отчего Левифрон споткнулся, но его тут же подхватили сразу несколько рук, не дав упасть. Отпускать, впрочем, они тоже не торопились.
- Вот это правильно, вот это молодцы! – еще один вышибающий дух хлопок по плечу и появившееся рядом усатое лицо убедили Левифрона, что никуда он не пойдет. – Ой, погуляем же, брат, сегодня! Тебя как звать-то?
- Левиф… Филином меня кличут. Вы не могли бы чуть ослабить хватку? Кажется, я не чувствую руку.
- А я Ратибор, кузнец местный, - мужик жизнерадостно улыбался, прослушав часть про руку и хватку. По его виду было видно, что он уже был готов едва ли не брататься с гостями, а на Левифрона у него были особые планы. Алхимик чувствовал, что ему в частном порядке будет отведен персональный олень и целая бочка наливки. Всем селом будут воскрешать болезное создание. – Все же правильно, что вас к нам занесло, вот увидишь. А где ж лента твоя?
- Мне не нужна. У меня жена, семеро детей и кот ревни…- лицо кузнеца стало еще более жинерадостным и хитрым, глаза заблестели. Стало ясно, что никто Герхену не поверил. Левифрон даже не стал договаривать, окончательно смирился со своей судьбой, достал ленточку и повязал на запястье.
- Цепляй, цепляй. По тебе ж видно, что женки нет. А наши девки хороши, и накормят, и напоят, и приласкают, и сами по себе краси-и-ивые! Ты не смотри, что вампиры, Птах, все под небом одним ходим, а к клыкам и привыкнуть можно.
- У меня нет расовых предрассудков, - ляпнул Филин, завозившись с узелком ленточки и не подумав о последствиях своих слов. Его еще раз хлопнули по спине.
- Ну и замечательно! Ох, отпразнуем так отпразнуем!
Спустя несколько минут алхимику удалось прорваться в дом, где его встретили два молодых человека, с интересом поглядывающие на двор, но не торопящиеся выходить. Одеты были прилично, выглядели чисто, на запястьях красовались ленточки. Еще одни приезжие и жертвы деревенского произвола.
- Можно я сяду? Спасибо, - Герхен даже не столько сел, сколько рухнул на табурет.
- Что это там было? – поинтересовался один из молодых людей, которого отличали совсем уж темные волосы.
- Мы со спутниками уехать пытались.
- А-а-а, - незнакомцы понимающе переглянулись. – Не стоило и пытаться. Темные люди, костьми за традиции лягут. А ведь до Вильдана всего ничего – а такое падение уровня цивилизации.
Левифрон поднял голову и посмотрел на своих собеседников.  Он не заметил то, что видно было невооруженным глазом, но не бросалось в глаза после нескольких суток жизни с людьми и не-людьми, откровенно далекими от науки и глубинного просвещения. Герхен не заметил интеллигенцию, которая была буквально отпечатана на лбах незнакомцев.
- Неужели я вижу перед собой коллег, столь же искушенных научными изысканиями?
- Воистину так, мы выходцы из магической академии Вильдана. А вы кем будете?
- Практикующий алхимик. Состою в одном крайне прогрессивном, но недооцененном сообществе.
Слово за слово, термин за термином – разговорились. Так и говорили, пока со стороны улицы не раздался истошный вопль, который подхватила толпа, и не началась суматоха заново. Как-то по стеночке в дом просочился Клейм, встрепанный и тяжело дышащий. Поглядев на все это, Филин решил, что в этот раз он предпочтет отсидеться за баррикадами вместе с коллегами, а не кидаться грудью на вражеские хоругви. Он ведь не знал, что только что еще один мернотовец пропал без вести, и можно было лишь посочувствовать тому, кто собирался развеять сие блаженное неведение.

+3

12

Если она наивно считала, что сим все и закончится и, получив требуемое, толпа схлынет прочь, то сильно ошибалась. Люд еще сильнее зашумел, заволновался, заставив подумывать о отступлении. При чем, скорейшем, дабы не умереть от сей доброты душевной прямо здесь – в неизвестной деревне, неизвестного места…Руки-руки тянутся. Приходилось так маневрировать, что любая танцовщица со стажем позавидовала бы, кабы только чужие конечности не тронули ее. И кутаться в плащ, как в кокон. Она даже не поняла, когда и куда успели оттеснить от нее юную оборотницу, настолько начали наседать на нее саму деревенские.
- Да что ты, как не родная, - щебетала все та же девица, что ранее едва в ногах не ползала, умоляя остаться. – Мы не кусаемся…Не сейчас, по крайней мере.
- Не страшно, как бы, - процедила в ответ, сделав шаг назад и оглядываясь в поисках бреши в этой телесной массе.
- Ну вот, дак чего ж ты жеманишься? Али совсем недотрога? Мужика тебе надо! Вот сколько у нас таковых! Выбирай любого! – вроде хрупкая лиса, а дури много.
Один захват и со стороны выволокла детину чернявого в два метра роста, едва не столько же вширь. Гора, а не мужчина! Тот не смутился, растянув улыбку белозубую на всю квадратную физиономию. Милейшее зрелище, если помнить, кто перед тобой.
- Смотри, каково счастье в дом! Хоть сейчас женится! Все хозяйственные, не пропадешь. Поправишься!
- Таки да, худощава…- поддакнул мужчина, чем вызвал испепеляющий взгляд в свою сторону, что его не смутил ни капли. – Исправим, чего уж ! Пошли погуляем, девица.
«Ага, бегу, как осел за морковкой, открывай ворота!», - подумалось, уворачиваясь от лапищи, что грозила переломить ее в талии надвое, как спичку. Аль совсем уж разворот «не туда» не понравился. Даже забыла, что пыталась ретироваться да поскорее. Выпрямившись и чуть вздернув подбородок, проговорила:
- Мне и так живется не плохо. Одной. Без помощи, - по слогам, чтобы дошло, с нажимом. – Я, кажется, сказала, что мы погостим и почтим Вас на сим мероприятии, но увольте уж…устали мы, с дороги и хотели бы немного отдохнуть, без шума. Праздник впереди, как бы, силы нужны.
- Вот это ты верно подметила. Увидишь, развеселишься, понравится, говорю тебе, оттаешь, "Вот это навряд ли..."- хихикнула девица, ткнув локтем чернявого, на что тот ухмыльнулся, бросив лишний взгляд на лоддроу.
«Зашибись, ясно-понятно. Бежать надо!». Паника, она такая. Тейар их разберет, что могут вытворить на свадьбе и, вообще, что у них еще нового заведено. Впрочем, поворковав еще немного о любви большой и вампирской, о том, что поможет ей эту самую любовь найти вскоре, девица отошла, прихватив с собой и молодца, за что ей большое спасибо. Однако, гам пока не шел на убыль.  Альвэри оглянулась в поисках знакомых лиц из компании. Она рада была бы любому, независимо от того, какие чувства к ним ранее питала. "Тейар их всех подери...а где Тиль?" - но знакомой нигде не было видно. Оно и не удивительно. "Может ей повезло больше, чем мне. Спряталась от всех этих лучей добра?" Хотелось верить, но искать в этом море шума, гама и толчеи в сию минуту было делом заведомо проигрышным. В сей же толпе она уже начинала задыхаться и, не найдя таки взглядом, никого, или не приметив попросту, девушка двинулась прочь с подворья. Поработав локтями или пригрозив заморозить особо рьяных, лоддроу кое-как добралась до калитки.
Лишь оказавшись в относительной безопасности, хотя и здесь ее всю дорогу пытались дернуть, Фенрил вздохнула полной грудью.
- Да что б я еще хоть раз…- процедила девушка, стряхивая с себя невидимые пылинки.
- О, смотри, такая, как тот, что под забором устроился…только он совсем грязный, но ушами явно родственники, - послышалось со стороны.
Если бы не упоминание о ушах, то она бы и вида не подала. А тут уж надо совсем глупым быть, чтоб не провести параллель. Ох уж эти уши, не дают простому люду покоя…Аль бросила хмурый взгляд в парочку, коя стояла чуть поодаль, явно зыркая в ее сторону и толкуя о чем-то своем:
- Может сестра?
- Ага, родная поди! Уж больно сходство  просматривается.
«Ох знатоки, прямо добавить нечего,» - раздражительная мысль, но встряла в разговор спокойно:
- О мне толкуете, добрые люди? - легкий сарказм с последними словами не смог скрыться в холодности тона. – Так чего же поодаль? Нехорошо…
Женщина явно смутилась, мужчина кашлянул:
- Вы простите, просто такой…настрой сейчас..а тут такое…
- Да что ты мямлишь? – вмешалась женщина, потеснив бедолагу. – Да мы чего…мы же не уверенны, что Вас стоило беспокоить. Просто тут такое..в общем, еще один гость в деревню забрел, да не просто так, а в поисках женщины, - мужик хохотнул, за что получил удар локтем под ребро. – Ну мало ли, кого он ищет, но раз внешность то не обычна, для нашей деревеньки-то, вспомнилось о вашей компании. И о Вас, уж больно сходство просматривается…отдаленное.
Предчувствие кольнуло в подсознание, Аль выпрямилась.
- И где он?
- Да тут недалече. Под забором.
Лоддроу вскинула брови, но лишь кивнула, мол, ведите, последовав за парой, что втихаря начала обсуждать, кто же сей незнакомец – брат аль нареченный, что за невестой гонится, или еще кто. Фенрил не стала вмешиваться в сей треп, все-равно толку не будет, молча шествуя позади.
Благо, долго идти не пришлось, слушая сию деревенскую ересь и гадания на воздухе. Отойдя от общего вампирского шабаша по убалтыванию гостей на пару-тройку домов, Альвэри уже издали заметила сидевшего под забором. Что же, ее предчувствие было не более, чем право. Кел, собственной персоной и в весьма прискорбном виде восседал на земле, умиленно, наверное, предаваясь ласкам кота, что терся подле.
Парочка остановилась чуть поодаль, предоставляя ей место для обзора да и не мешаясь под ногами. Аль подошла к парню, присев напротив:
- Паршиво выглядишь, - протянула она спокойно и без любой насмешки в голосе.
В то же время со стороны дома, кой она удачно покинула послышался новый всплеск шума и крики. Аль выпрямилась. «Ну и что опять?» - нахмурившись и посмотрев в ту сторону, подумала лоддроу. Ильтар свидетель, она уж вскоре в проклятие верить начнет...
А по подворью метался мальчик, взахлеб пытаясь поведать о случившемся в конюшне, да все криво-косо. Одно было ясно – часть компании незнакомцев бежала божественным образом. И как на зло, никого более не нашли, кому тут же рассказать из приезжих-то можно было. Дверь в дом распахнулась и на пороге появилась все та же знакомая женщина. Воззрившись на мужчин, что судачили о своем за столом, она посмотрела на Левифрона:
- Там Ваш друг, крепкий да бородатый, пропал. И рыжая девчушка его вместе с лошадью…Уж весь двор обыскали, а малый все лопочет о какой-то вспышке. Колдун небось! – прищурила глаза, недовольно поджав губы. – Решил бежать под шумок, вас кинуть! Хорош товарищ… обычаи наши попрать удумал…
Было ясно, что что-то произошло из ряда вон выходящее, да такое, что не все еще толком поняли что. Пока женщина буравила Левифрона, как оказавшегося в сей момент самый «крайним» возмущенным взглядом, кто-то пытался мальчишку-конюха успокоить и выпытать о случившемся.

Отредактировано Альвэри (2015-02-22 21:42:42)

+3

13

Шум да гам за стенами дома чужого всё продолжались, а в какой-то момент и вовсе стали на истерические походить, так что одна из тёток даже вышла глянуть что там и чего на околице.
И ведь надо было так кричать, что даже плошки по стенам загудели! Глотка лужёная какая..
А торги за судьбу волчицы всё продолжались. Горло ей, чтобы не хрипела сильно, уже медом хмельным смазали с травами, а судьба теперь, пусть и в вампирской деревушке, такой уж страшной не казалась. Да и прихмелела Тиль слегка, если не сказать больше: кружка с медом была только ополовинена, а девушку уже на странные хихиканья подмывало. Вот только всё одно, даже по хмельной голове да с уменьшившимся вдвое станом противника волчица продаваться дешево ну никак не хотела!
- Хьии-хи-хьик, а я говорю, не пройдет ваш жених чрез ворота на коне! Пускай на четвереньках, при свите такой же и с воем входит, как должно быть! На конях, это что ж за вампиры-то такие, а?! И.. И пусть невесте своей бочку мёда подарит! Розового! А где возьмёт? А я-то откуда знаю?! вот пускай где хочет, там и берёт, иначе ни ногой его в деревне не будет, ей-ей как Ильга мне сказала! Сма не пущщу! - волчица намеренно и недовольно стукнула кружкой по столу, на что дородная женщина только руками всплеснула и снова что-то про горюшко и печальную долю затянула:
- Ну как же так, дитятко, ведь нельзя же! А может.. Может давай мы тебе платье подарим краси-и-ивое, плащ твой выстираем, жениха сами найдём хорошего из деревни, а ты меда розовые и четвереньки-то отменишь, а? Ведь и так уже ведро воды выпить, ленту зубами проткнуть и камни воротить заставишь их! Этак мы жениха уморим совсем же, дитятко!
- Н-н-ньет! Жениха не надо мне, и платьев не ношу я! На четвереньках должны войти, и точка! А мёд.. Ладно, мёд мне можно, акациевый! И чтоб посвежее чтобы! А за это.. За это коровьи бега отменим тогда, во как!
- Это какие ещё? - похоже, женщина не слишком поспевала за хмельной фантазией волчицы, а её, если совсем уж честно, несло да ещё как!
- Дак , тётушка, те же, что мы с вами обговорили за серьги мои выкупить!  Вы же против были борьбы с быком самым сильным в вашей деревни, так вот, пускай тогда стадо коров усмиряет! Нечего, ибо, жениху, не умеющему пастухом быть, в женатые стремиться! Не дорос, не сможет, с женкой не сладит ведь, да и.. - Тиль на мгновение запнулась, уцепившись взглядом за рыжий мех местного кота, скользнувшего в снова приоткрывшуюся дверь, потом икнула, закашлялась, тут же абсолютно позабыла о чем была речь и хотела было уже снова приложиться к кружке, когда уже и без того забавные торги были совершенно нагло прерваны.
- Гости бежали! - прямо с порога заявила вторая тётушка при цветастом платке на плечах и в удивительно белоснежном переднике. Голос её, мягко говоря, был не то чтобы удивлённым или недовольным, но решительно возмущенным - точно. Тиль аж медом чуть не подавилась, вовремя отдёрнув от губ кружку и с удивлением обнаружив рыжего кота подле своих ног. Последний, кажется, успел издать даже что-то вроде просительного: "Рурр-гррур!" - прежде чем вторая женщина, наконец, отреагировала соответственно ситуации:
- Ка-а-а-к бежали? Совсем? А Боян где ж был? Как выпустил?!
- Говорят, из конюшни прямо пропали! И кобыла, серая такая..
- Чтоо?! Желан где? Зови немедля - пусть ищут по северному пути! Никак жениху повстречаются, что тогда будет! Чтобы я, да свахи племянницу при недоброй примете оставила?! Найдём!

- Ой!
Тиль едва успела кружку подхватить и по лавке к стеночке съехать, когда из-за стола резко и стремительно поднялись. Кот рыжий только и успел что под печку от грозных женщин шмыгнуть, когда у выхода ещё две девицы появились.
И чего они вопят, будто свинью потеряли? Ярова спокойствия на них нет, или Келова возмущения! Хи-хи-хи, вот бы кто шороху навёл, хотя.. - волчица даже особенно и не пыталась прислушиваться к тому, что у дверей творилось, а только медленно выделенный её мед потягивала да пирожком, на удивление, вкусным, заедала. С капусткой, чтоб его!
Нет, Яр всё одно Кела лучше, хотя и тюрбак деревянный и замкнутый! А пегасы.. Ууу, вот же страшные животины, оказалось! Надо их жениха ещё пегаса заиметь заставить, хи-хи! Э.. Эй, а куда все это..?
Под медок да под кушанья Тиль откровенно замечталась, а когда очнулась, то уже и котофей рыжий успел на стол вылезти, подбирая то, что повкуснее да понеправильней лежит, а женщины вместе с девицами и, как подсказывали голоса за окнами, мужиками совсем во двор вывалились, про волчицу..
Про меня, что, забыли?!
Подобная несправедливость на хмельную голову показалась непозволительной роскошью со стороны деревенских. Мало того, что утащили ото всех, потом какие-то байки и традиции вещали и вестником Ильги обзывали, принуждая выкуп проводить, так теперь, когда только-только торги за душу жениховскую к эпику подошли - слиняли?!
Да как это понимать, такое, так его раз так?! Да я вас.. Уф, уй.. Тейаров хвост под бок кикиморе!
Подняться из неудобного положения меж лавкой и стеной на полу ногами вверх удалось только с третьего раза. Кот - единственный свидетель мытарств беглянки, - отреагировал на неуклюжесть Тиль сносно, а именно - никак. Этим, кстати, весьма вдохновил слегка покачивающуюся волчицу на подвиги, так что та даже до выхода добралась, неловко дверь в сени толкнула, в их прохладу вывалилась, а потом..
- Эээй, что за неуважение к вестнику Ильги? Где мой мёд и мясо, а? А коровы для бегов уже собраны? А?! Э.. Эй, парнишка! Да-да, ты, чернявый который, как там тебя? Поди сюда, что скажу!

Вокруг продолжались крики, приготовления, поиски, а волчица, тем временем, неловко за плечи парнишку лет 13ти обхватив, что-то активно ему прямо в лицо шептала, особенно на окружающих не отвлекаясь. Сейчас для Тиль было главное, чтоб её затею одобрили и согласились помогать! А то, что парнишка, вроде бы как, не особенно горел желанием выполнять сказанное и уже третий раз пытался вырваться со словами: "Нет у меня рогатки! И бамбук не знаю что такое!" - оборотницу взволновало только на четвертую его попытку.
Выпустила-таки, удручённо махнула рукой во след, мол "А ну его! Слабак!" - и хотела было уже другую жертву в разбойный свой отряд подыскать, когда откуда-то с северных концов деревни зазвучали колокольцы, заиграли дудочки и рога, а окружающие вдруг как-то приосанились и, кажется, даже в лицах поменялись.
Тиль не успела всмотреться в сторону нарастающего музыкального шума, как её вдруг подхватили те самые тётушки под рученьки (И откуда только взялись?! Не было ведь их!), на голову какую-то алую тряпку на манер фаты нахлобучили и вдруг через толпу-то всю и потащили. Если волчица и хотела бы сопротивляться, то с тряпкой красной на голове да с венком из ивовых ветвей сверху нахлобученным это не очень-то получалось, еще и захват женщин под локти учитывая.
А со всех сторон всё чаще слышалось:
- Едут.. Едут! Жених со сватьями едут! Готовьтесь, встречать будем! Едут, собирайтесь скорее! Едут уже! - и только над самым левым ухом приговаривали, - Ты только сильно не зверствуй, дитятко! Не надо четверенек, и заданий злейших не надо, хорошо? А мы, как и договорились, одарим по выезде тебя, как сможем! И едой, и мёдом, и одеждой, и денюжкой, может, какой! Только не зверствуй сильно, хорошо? И не бойся сильно.. Так, сюда вот!
Кажется, Тиль, наконец, поставили. Честно сказать, волчица не сразу это осознала, так как руки, под локотки её удерживающие, никуда не делись, как и тряпка, лицо закрывающая. Только шум да гам от колокольцев, дудок и топота копыт нарастал всё быстрее, когда с её лица, наконец, сняли красную ткань да за спину отбросили.
Тейар.. Это.. Чего?!
Тиль едва прямо на дорогу опять не села (спасибо всё тем же рукам, что её поддержали), так её испугала приближающаяся по вечереющей дороге к деревне колонна - все в черном, на черных животинах (кто на конях, а кто на поджарых быках с колокольцами на рогах), да ещё и с алым шлейфом лент за девушками, что со стороны жениха ехали. Так это было похоже не черное смертельное поветрие во плоти, что Нэа.. Аж протрезвела мигом! А вокруг народ ликовал, зазывал, руками взмахивал и, кажется, был в полном восторге от увиденного.
- А.. А кто это? - едва слышно и заметно подрагивая, Тиль попыталась уточнить у стоящей слева женщины подробности. Вот только её особо ими не наградили:
- Жених едет. Тебе его и свиту испытывать предстоит. Сейчас.
- Его? А.. А они точно меня не съедят?!
С чего Тиль вдруг задала такой странный вопрос, она не смогла бы ответить и сама! Зато басовитый хахаток от второй полувампирши не внушил ну никакого успокоения - даже наоборот!
- Хаха, не сейчас, дитятко. Только если совсем отвадишь его от невестки нашей - должен будет он тебя обратить. Так что ты уж.. Сильно не старайся, ладно? А то мало ли..
- Ч.. Чего?
Кажется, голос у Тиль и вовсе пропал от внезапно нагрянувшего осознания КУДА её-таки занесло. И ведь, как волчица ни крутила головой, как ни выглядывала в толпе встречающих если не Яра, то хотя бы Аль или Леви, так и не находила их, всё более падая в моральном духе и начиная отчаянно трястись.
Тейар, что значит обратить?! Это.. Это с какого это перепуга-то, а? Да я.. Да я не хочу никого откупать тогда! Зачем он мне?! Забирай невесту так и.. И вообще, мне идти нужно! О, точно.. Идти..
- Мне.. Мне в туалет нужно! Срочно! Ой, сейчас вот прямо и неприменно! - попыталась волчица задком выскользнуть из обхвата рук двух женщин, да только не тут-то было. Не отпустили её, а напротив, ещё крепче под локотки подхватили, не позволив даже дёрнуться. Слева на ухо зашипели:
- Нельзя сейчас. Проведешь ритуал, потом и пойдешь!
- А что если.. Да.. Да я щас прямо тут же!
- Нельзя сказала! Стой смирно, и прекрати врать, дитятко.
А Тиль и правда срочно захотелось, вот только пускать её так же никто не хотел. А процессия-то под общее улюлюкание приближалась - вот уже, если прищурится, можно было разглядеть лицо жениха при клыкастой улыбке..
Тейар, это точно проклятия, не иначе! Что же мне делать?! Аль?! Аль, Яр, да хоть бы чернявый.. Где вы?!!
Но пасовать было уже поздно, а значит.. Волчица постаралась сделать глубокий вдох и собрать себя в руки. Новый этап свадьбы - выкуп с конкурсами и заданиями, полноправно захватывал праздную деревню будто то самое смертельное поветрие.

Отредактировано Нэа Исс (2015-02-23 00:15:48)

+3

14

Если вам одиноко в этом суетном мире. Если вас окружают какие-то бабуины с самодельным пойлом. Если вам некуда и не с кем пойти... Вас выручит дружище кот! Да-да! Именно дружище кот включит для одинокого вас урчалочку, потрется влажной носопыркой об руку, лизнет щеку и будет массировать вас мягкими лапками. Потому что дружище кот не знает обидных слов! Его не интересует политика. Он любит молочко и поурчать. Но у Кела молочка не было, потому усатый предатель ретировался ровно в тот момент, когда над среброволосым нависла мимолетная тень, на проверку приоткрытым глазом оказавшаяся немного более растрепанной, но вполне конкретной Альвэри. По сравнению с ее белоснежностью Кел сейчас выглядел как навозный бык рядом с чистокровной телкой, готовящейся к выставке. Почему-то сей факт жутко пульсировал в левой лобной доле, не давая покоя.
- Паршиво выглядишь, - констатировала девица, вызвав открытие и второго глаза разведчика.
- Спасибо, ты тоже ничего. - Кел беззлобно усмехнулся. - Шумно тут.
Вопреки всем предубеждениям, что молчаливо-хмурый герой обязательно должен быть социофобом, Келебдаенен абсолютно наплевательски относился ко всем праздникам по типу данного. Вся его беда была в язве на языке, которым он успешно резал по нервам окружающим. А еще он не пил. И это была вторая проблема. Не место таким как он на празднике жизни, где нужно говорить тосты, участвовать в каких-то мероприятиях и вообще вести веселый образ жизни. Вот такая вот социальная геометрия. «Дом дебилов какой-то. Зачем жениться? Можно же так жить. Вообще запросто», - картограф окинул взглядом суетливые окрестности. Шум, пыль, гам, и все ради одного - чтобы девку в бане не называли доступной, а мужика непостоянным. Вот и все обычаи. «Ах да, можно же еще нажраться в хлам и спать под лавку завалиться. Это, конечно, очень почетно - спать там, где кум грязными сапогами топтался. Свадьба же», - картограф оторвал седалище от земли, одной рукой виртуозно помогая себе утвердиться в вертикальном положении. Левая рука по-прежнему покоилась на перевязи, примотанная к шине, и разведчик не торопился раскрывать ее целостность обществу. В будущем может пригодиться.
- Крепко мы тут встряли, - сделав акцент на «мы» произнес лоддроу, возвращая взгляд к согильдийке. - Остается отнестись к ситуации как к привалу. Только осторожно, а то прокусит пьяный дед ночью сонную артерию и все, прощай молодость...
Отрываться от забора с целью слиться с общим экстазом лоддроу желанием не горел. Тем более что он, экстаз, в рекордно короткие сроки подпрыгнул на два пункта вверх - кто-то посмел покинуть деревенское бракосочетание и явление народу похоронной процессии из всадников. Если первому факту можно было поаплодировать, как первым в истории гостям, сбежавшим со свадьбы раньше жениха, то второму... Кел цыкнул зубом, зыркнув недобро в сторону черной как ночь процессии. «Кавалерия подоспела. Сейчас начнется - перетягивание зубами каната, поедание междуножного банана, ну или как они тут веселятся», - хотелось просто взять и закопаться в сарай с соломой по самые щиколотки, чтобы при всем желании тебя три дня искали. Но внеочередной взгляд на Альвэри напомнил, что девушку спасти приоритетнее, чем себя. Она более хрупкая и библиотекарь, а он крепкий балбес. Вот так-то. «Пусть только сунутся, я им кишки вырву», - позитивная мысль и кивок в сторону мрачных всадников.
- Предлагаю найти укрытие от всех этих игрищ, - вполне серьезно обратился разведчик к Альвэри. - Я не очень горю желанием тратить силы перед дальним походом. А еще я не пью крепости. На свадьбе это очень опасно.
Вопрос о спутниках Альвэри разведчик на всякий случай опустил до лучших времен. Хотя отмеченное высказывание насчет ретировавшегося «бородатого друга» натолкнуло на мысль, что отряд стушевался не дойдя до серьезных проблем. На первом камне поскользнулся, так сказать. И что если бы во-он тот четырехзубый дед захотел подло покусать Альвэри - уже давно бы покусал. Два раза. «Могучая кучка, ничего не скажешь», - Кел пригладил грязные волосы рукой, остановившись взглядом на черной процессии и вышедших встречать деревенских хаболках, голосивших пуще озерных лягушек в брачный период. Однако построить план легко, а вот воплотить не очень. Особенно когда каждый второй хочет если не поженить тебя - то напоить или потанцевать. Келебдаенен глянул на Альвэри с единственным вопросом в глазах - ну что, варианты есть?

+3

15

- Какие же все тут беспокойные. Вот так и заверни дорогу спросить, что живым не выйдешь, - прокомментировал один из адептов переполох на улице. Видно толком ничего не было, ибо со двора все перекочевали куда-то в другое место, где и произошло нечто грандиозное, но слышно было прекрасно.
- И то верно. Куда путь-то держите, господа? – поинтересовался Левифрон, утаскивая с блюда, стоящего ровнехонько перед ним, малосольный огурец. Судя по тому, что большая часть тарелки, включая ее центр, некогда красиво выложенный колбасой, уже была практически пуста, стало ясно, что сие угощение ставили именно внезапно нагрянувшим гостям, и адепты  щедростью хозяев уже воспользовались. А за разговором самое оно огурчиком похрустеть, чем алхимик и занялся.
- Севернее, в земли, что проклятыми местные кличут. Дипломная у нас по теме летальных долговременных проклятий и способах борьбы с ними, север западных земель – лучшее место для исследований. Пусть большинство россказней о здешних пустырях и болотах – глупые байки бардов и скучающих стариков, но у всякой сказки есть первоисточник, могущий быть истиной. Это станет хорошим началом теоретической части.
Парни, поглядев на своего собеседника, тоже машинально потянулись к блюду. Колбасы оставалось все меньше, крики же становились все истеричней, что наводило на мысль о том, что буря еще не схлынула, убежище в ближайшее время покидать было небезопасно. Цепанув кружочек колбасы потолще, пока до него не дотянулись вечно голодные студиозусы, Филин бросил его Клейму. Пес поймал угощение на лету.
- С теорией разобраться не так уж трудно, в мое время добрую половину этого получали, комбинируя записи исследователей тысячелетней давности и добавляя пару оригинальных авторских метафор. Что ни говори, а основные догматы и база еще нескоро сменятся чем-то свежим, магия – удивительно консервативная наука. Куда больший интерес представляет практика, особенно по вашей теме. Имеете на примете что-нибудь инновационное?
Темноволосый глянул на своего на редкость молчаливого товарища, тот перевел взгляд на Левифрона и пристально в него всмотрелся, будто желая заглянуть в саму душу и вывернуть все потаенные помыслы наизнанку, явив их окружающим. Герхену стало маленько не по себе от такого взгляда. Слышал он, что маги тьмы – одни из тех, у кого школа отпечатывается практически на лбу, точно не прогадаешь со специализацией. Вот и у этого практически наголо бритого малого оказалось лицо закоренелого некроманта, этакой бабули-ведьмы в мужской интерпретации. Хотя выглядели оба студиозуса очень молодо, а судя по беспокойности и юношеской заносчивости – едва ли готовились разменять степень специалиста. У матерых магов пыл и желание болтать о своих экспериментах напрочь отбиты.
- Расскажи ему, Крис. Только без деталей, нам еще защищать открытие надо, а без подтверждения авторских прав даже матери родной секрет раскрывать нельзя.
- Знаю, - кивнул чернявый, придвинул табурет к столу и склонился ближе к Герхену. – Есть у нас в академии ворон, сколько себя помню, всегда он на кафедре магии земли в лабораториях обитал. Древний, как наш ректор, и такой же мразматик. Поговаривали, что он вещий, мол,  жил еще тогда, когда среди оборотней друиды были, они же и даровали ему своими ритуалами разум и дар провидческий, чтоб был им советчиком и помощником. Потому и живет сейчас на кафедре земли, якобы помнит истоки и тянется туда, где природой ему заложено быть. Суть-то вся в том, что его действительно порой пробивает на ясновидение: одним подсказывает, какой билет выпадет, других об отчислении предупреждает, третьим просто туманные намеки дает, которые потом обретают вполне реальную форму. Случалось это, правда, пару раз в семестр, в остальное время он нес сущую ахинею, потому его никто никогда не слушал. И мы бы прослушали, да ворон не отстал.
- Он вам что-то навещал?
- Еще как! Сказал, где лекарство от самых жутких проклятий искать.
- И где же?
- Крис!
- Да не буду я тайну выдавать! Так, наведу слегка туману. Есть существо, что у болот обитает. Владеет оно силой магической небывалой. Оно-то и будет решением.
- И что же за существо? – Левифрону стало действительно интересно. Во-первых, в Мерноте вопрос проклятий различной степени тяжести стоял весьма остро, нежить ими знатно умела кидаться. Да и те же темные маги, что эту самую нежить поднимают да призывают, хорошо ими пользуются. Если существовал способ хоть как-то бороться с темной магией без танцев с бубном, трансмутаций и неизбежной инвалидности, то он заслуживал внимания. Во-вторых, сие открытие молодых адептов вполне могло заинтересовать Альвэри. Божественная печать проклятия, наложенная на душу иштэ, имела ту же природу, что и магия тьмы, следовательно, нарисовывался вариант ничуть не хуже, чем рейд в гнездо праэсса.
- Извините, коллега, - адепт выпрямился и отъехал на табурете чуть дальше, принимая непринужденный вид. – Я бы с радостью сказал больше, ведь это может перевернуть современное представление о природе проклятий, а значит все научное общество имеет право быть в курсе дела, но на данный момент это невозможно. Уверен, академия с радостью выдаст вам доступ к нашей научной работе после ее принятия, но сейчас - увы.
- Что ж, понимаю, - Филин взял еще один огурец. – Но все это вам сообщил ворон, я правильно понял? Никаких научных подтверждений и доказательств того, что это не бред трансмутированной птицы, не существует?
- Истинно так. Поэтому мы здесь.
- Занятно, занятно.
Огурец не успел закончиться, как входная дверь со звучным хлопком распахнулась. Когда успела закрыться – неизвестно, но ныне ее эффектно отворила хозяйка хаты. Руки в боки, волосы растрепаны, глаза сверкают, суровый взгляд устремлен в спину Герхену. Тот узрел это великолепие женского гнева только после того, как побледнели и стушевались адепты, а сам алхимик соизволил обернуться.
- Там Ваш друг, крепкий да бородатый, пропал. И рыжая девчушка его вместе с лошадью…Уж весь двор обыскали, а малый все лопочет о какой-то вспышке. Колдун небось! Решил бежать под шумок, вас кинуть! Хорош товарищ… обычаи наши попрать удумал…
Во дворе какой-то пацаненок пересказывал практически то же самое, но куда более красочно и подробно. Его звонкий голос выделялся на фоне всеобще суматохи. В хате стояла тишина.
- То есть как пропал? – выдал в итоге Филин, воззрившись на женщину еще более ошарашенно, чем она него. – Как он мог исчезнуть, если он оборотень? Да он в магии  еще более безнадежен, чем мой сапог! Голубушка, может мой друг просто перевел кобылу свою в другое место, а вы и не приметили?
- Да говорю же, был – и исчез! – хозяйка аж ногой топнула, так негодовала. Левифрону резко поплохело. – Конюшие видели, прям на него смотрели. Вспыхнуло – и нет ни мужика, ни девицы, ни кобылы со всей сбруей. Это ж что такое делается, как нам теперь богов умасливать?
Плевать было Герхену на богов и их умасливание, стрелой он вылетел во двор, схватил говорливого пацаненка, сообщавшего всем благую весть, развернул к себе и потребовал сказать, где исчезли гости. Алхимика даже проводили, пальцем ткнули точно в то место, где стояла серая кобыла. Разумеется, теперь ее там не было. Все остальные кони их отряда спокойно жевали корм и наблюдали за столпотворением, а Зараза просто растворилась в воздухе вместе с хозяином.
«А в воздухе-то… Точно, в воздухе запах остался, как после хорошей грозы. Или мне кажется?»
Не медля долго, Филин попытался пустить Клейма по следу. Пес демонстративно уселся все там же, куда конюший указал своим перстом, даже с места не сдвинулся. Дальнейшим шагом было разгребание подстилки, которая усыпала весь пол конюшни. Под ней оказалась земля, никакой печати телепортации или намека на какой-либо артефакт. Герхен проверил каждую доску в стенах и близлежащих стойлах на предмет все тех же артефактов или трав. Все было стерильно, как в его лаборатории.
«Это что же, они и правда нас бросили? Что это еще может быть, если не телепортация. Иная магия Яра бы не взяла, сами по себе люди в мгновение ока не исчезают. Под землю они явно не провалились. Боги их тоже забрать не могли, зачем им монстролов, стервозный цэдаф и маленькая девочка
Сказать, что Филин разочаровался во всем мире на ближайшие пять минут – ничего не сказать. Он мог понять побег своей ученицы, которая сделала ноги сразу, как подвернулась возможность, знал, что ей могло бы быть в радость подставить своего наставника и пустить его под трибунал. Но от Яра Левифрон такого свинства не ожидал. До сего момента он свято верил, что кто-кто, а этот оборотень хотя бы честно попрощается, если надумает уйти, но вот так вот сбежать за спинами товарищей, бросить коллегу, с которым связывало многолетнее братство в гильдии… Этого алхимик понять не мог. И не хотел, откровенно говоря.
- Пошли, Клейм. Я увидел все, что требовалось.
Они с псом вернулись во двор к хозяйке, напрочь игнорируя следовавшую за ними толпу, вопрошающую «а что теперь?» и «как же быть?». Всех волновало, что боги уже готовят бесконечный дождь, кровь в реках, саранчу и смерть всех первенцев в селе, что молодым теперь ни в коем случае нельзя жениться как минимум  пяток лет, а еще лучше - никогда. Они не учли, что это все не волновало Филина, а потому им пришлось разойтись, распространяя дурные слухи дальше. На лавочке у дома уже сидели адепты и любовались процессией на улице.
- Уважаемый алхимик, вы как раз успели к приезду жениха. Говорят, сейчас игрища начнутся, испытывать его будут.
Их, видимо, не смущало, что они были куда выше деревенского веселья. Все же свадьба захватывала умы и сердца даже самых заядлых скептиков. Левифрон вздохнул и подошел к плетню, оперся на него локтями, подпер щеку ладонью и воззрился на происходящее.
- Нехорошо ваш друг поступил, ой как нехорошо. Вы смотрите, у нас же принято руг за друга стоять, горести делить, за грехи всем вместе платить. Ох, что будет, что же будет… - мимо забора прошла причитающая гостеприимная хозяйка. Было видно, что она сильно встревожена.
«Ясно, что будет. Светит нам тут до самого сбора урожая застрять, пока не отработаем грех свой страшный. Не простят, ей-богу не простят. Надо что-то делать, пусть хоть эта беда стороной обойдет».
Процессия жениха являла собой практически точную копию обитателей ближайшего погоста. Все в черном, серьезные, боевые, разве что на лицах траура не хватало – и прям натуральная армия тьмы. Селян это не смущало, они усердно толкали навстречу черным всадникам кого-то с красной тряпкой на голове. Пришлось щуриться, чтобы разобрать, что этот «кто-то» - Тиль, которую совсем недавно особо активные дамы утащили куда-то в свои хоромы. Рыжая идти никуда не хотела, верещала, упиралась и затравленно озиралась. Только когда они подошли ближе, Левифрону удалось разобрать обрывки слов.
- Мне.. Мне в туалет нужно!
- Нельзя сейчас. Проведешь ритуал, потом и пойдешь!
Остальное услышать не удалось, несколько женщин рядом грянули заливистым смехом. Создавалось впечатление, что медовушка уже пошла по рядам, народ был изрядно навеселе.
«Несчастная девочка, что ж они с ней творить-то удумали,- Герхен совершенно искренне сочувствовал оборотнице, ни за какие сокровища мира он не согласился бы оказаться на ее месте, прямо посреди этой возбужденной толпы. – Но раз уж захомутали ее здешние ритуальные пляски проводить, то не пропадать ведь добру. Если постарается, может и простят нам побег Яра и Рьяны. А если нет…»
О том, что будет, если не простят, Левифрон предпочел не думать. Отходить от плетня, впрочем, тоже не стал, решил остаться в качестве моральной поддержки. Да и забавно это должно было быть, чего уж греха таить.

+3

16

А шум все нарастал, срываясь на крик местами, что даже глухой мог расслышать обрывки фраз. Видимо, пока она отсутствовала что-то произошло из ряда вон выходящее. Девушка рассеянно кивнула на слова Кела, краем глаз заметив движение с его стороны.
- …убежали…ироды! Проклятье на наши головы…да есть же посланница Ильги! Поди, умаслим и все пройдет мимо?...да если…а если…вот же гости, вот удружили…лучше бы отпустили с миром…нельзя! – обрывки фраз долетали до слуха, сбиваясь в ком и совершенно не помогая в обрисовании общей картины, что вызвала столь бурную реакцию.
Парочка, что пристально следила за нею и сидящим парнем, быстрым шагом направилась к месту общей истерии и вскоре вернулись в весьма прескверном настроении.
- Ваш друг сбежал! Под шумок. Пока никто не смотрит…взял и сбежал?! – выдохнула женщина, уперев «масляные» руки в бока.
- Какой друг? Как – сбежал? – в голове со скоростью света проносились всевозможные варианты сего бредового заявления.
- Да вот так, - наглядно всплеснув руками, продолжила дама. – Исчез, совсем! С бородой, рыжей девкой да коняхой, со всем приданным! Это же невежество какое?!
- Подождите-подождите, может Вы что-то напутали? Как он мог сбежать в такой толпе незамеченным, да еще и не сам? Может, спрятался? - губы скривила усмешка, мол, от вашей доброжелательности кто-угодно задумает побег.
Женщина надулась в ответ, как индюк, резко развернулась, взмахнув пышными юбками, и ушла, ворча что-то под нос да волоча за собой мужика. Однако, новость, что принесли селяне, совершенно не порадовала, даже наоборот. Пропажа, судя по всему, Яра была странной и ни в какие ворота не лезла. Успев привыкнуть к тому, что сей бородатый увалень спокоен, как камень, сто лет лежащий на одном месте на берегу и без лишней надобности даже мхом не обросший, она не могла себе представить, чтобы он взял и сбежал. Первым, по крайней мере. Что бы она о нем не думала, но в этом плане даже и помыслить не могла. «Нет, они явно что-то путают…» А ведь казалось, что все вот-вот закончится и их оставят в покое! Да, где там… размечталась. Альвэри нахмурилась. Лишний раз убеждаешься, что подобные празднества да столпотворение не для нее.
- После таких «привалов» уж и жить не захочется, - ровно протянула она, наконец, отвлекшись от шума, что продолжал владеть деревенскими глотками в знакомом дворе, но не переставая пребывать в плену собственных раздумий.
Только сейчас она заметила, что лоддроу не только изрядно помят, но еще и не совсем цел. Спрашивается, какого, тогда, поперся следом?! Впрочем, мысли пока так и остались мыслями, ибо согильдиец снова заговорил. 
- Предлагаю найти укрытие от всех этих игрищ, - вполне серьезно обратился он к Альвэри. - Я не очень горю желанием тратить силы перед дальним походом. А еще я не пью крепости. На свадьбе это очень опасно.
Аль изогнула бровь, взглянув в ту сторону, в кою ранее кивнул Кел. Крики, что ранее витали по улице, разрывая барабанные перепонки у чувствительных к сему делу особ, явно сменили тональность. Похоже, в одночасье все недовольство населения забылось, по крайней мере временно. И было ясно почему. Даже пребывая в некотором отдалении от толпы, не увидеть надвигающуюся, словно грозовая туча, процессию, что у нее сразу же начала ассоциироваться, почему-то, с похоронной, было нельзя.
- Черным черно чернее тучи…- проворчала Аль, отворачиваясь от действа. – Боюсь, в этом месте найти укрытие в полном смысле сего слова – нереально, особенно в этот праздник. Но какое-то время в покое, попросившись предоставить воду да мыло, - она красноречиво взглянула на мужчину. – Можно. Да и еду радо предоставят. После можно будет послушать, где Вас Тейар носил и почему в таком виде Вы рискнули двинуть снова в путь.
В голосе не было нот раздражения или чего бы то схожего с сим, но тон явно был не терпящий препирательств, сейчас по меньшей мере. То, что происходило вокруг сказывалось не лучшим образом на настроении и самочувствии Фенрил. Пока она с сим справлялась, но надолго ли? Она даже не сразу заметила перехода с «Вы» на «ты» и обратно.
- Идемте к дому. Там отдохнете, пока вся эта катавасия отхлынет с улиц и переместится в более подходящее для праздника место.
Не дожидаясь согласия, девушка первой двинулась обратно, неспешно пробираясь сквозь толпу, что ликовала, улюлюкала да спорила. Приходилось старательно маневрировать, дабы сия возбужденная масса не «сожрала» ее всю и без остатка, вытолкав куда-то вперед. Куда, собственно, она не особо стремилась, поди, точно отсидеться все действо удастся без лишних нервов. Со всех сторон долетало о посланнице Ильги, о традиции, о благословении богини, если удастся умаслить девчушку, не обходилось и без слов о бородатом да гневном упоминании о «побеге», но сие тонуло в общем оживлении и надеждах на лучшее. Альвэри искренне не понимала, что происходит, кроме того, что приехал суженный невесты и его сейчас годно встретят. Видимо, не хлебом солью, а чем-то менее съестным да более коварным. Чем? А Тейар их разберет, этих упырей, особенно из глухих селений…Кабы ими не отужинали, а остальное все – дело решаемое.
Кое-как добравшись до дома, что предоставили в их распоряжение на какое-то время селяне, девушка заметила Левифрона, что заинтересовано следил за происходящим. К нему-то она и направилась.
- Любопытствуем местными обычаями? – произнесла она, останавливаясь подле, но на сим не стала акцентировать внимание долго. – Что с Яром стало? До меня долетели обрывки, но уж больно непонятные. А теперь и не до сего. – кивок в сторону толпы, что о чем-то громко торговалась с приезжим кортежем.- Не добьешься ничего толком…Ах да, у нас снова прибыло…- девушка оглянулась назад, надеясь увидеть Кела после прохождения моря людских, подвыпивших тел. – Хотя и убыло, как я поняла.
Дернув бровями в немом раздражении, она снова взглянула на толпу. Что там происходит-то в конце концов? И где Тиль? Знакомую она не видела еще с того момента, как их чуть не расплющило волной деревенской знати о стены дома. «Может в хижине запряталась?»

Отредактировано Альвэри (2015-02-24 22:02:24)

+3

17

Эх, и зря девушка, всё-таки, не дала дёру ещё на подходах к деревне, когда в груди от беспокойства засвербело! Очень зря! Теперь вот дороги назад уже не было.
Разодетый в черное и алое жених ловко соскочил с коровьего бока (Прыткий какой, Тейар его за ногу! От такого не убежишь так просто!), оправил длинный шлейф/плащ/хвост/тряпку что надпопие прикрывает верхнего одеяния, будто крылья расправил, и, улыбаясь во все клыки, направился к встречающей его женщине. И ведь хорош жених был! Медные волосы до плеч при волнистости, волевой нос и тяжёлый подбородок наталкивали на мысли о родственниках среди аристократии, а добрая сажень в плечах да развалистая походка создавали впечатление уверенного в себе пенька в полтора метра ростом в траурной одежде. Молодого такого, бодрого, и, что самое неприятное для волчицы, при двух амбалах-дружках в аналогично черных накидках да при алых же лентах на плече. И если бы от женишка, который на поверку оказался ростом ниже самой Тиль, волчица ещё бы попытала счастье слинять, то вот от его сопровождения…
"Как есть, чтоб вязать недовольных и противоборствующих прихватил! А такие свяжут, век не развяжешься! Тикать надо![i]

Тем временем приветствие началось. Матушка невесты расхваливала товар прибывшим да сетовала на неудачный год, мол и с девственницами в наше время тяжеловато, и зерно не растёт, да вино кислит и пенится. К чему бы это?
Тиль откровенно заскучала в объятиях двух женщин, ни в силах ни вырваться, ни встать поудобнее. Зато хоть сердце поуспокоилось, и страх сам по себе куда-то улетучился. Не на долго.
Жениха тем временем, речами накормив, принялись каким-то сугубо подозрительным алым напитком отпаивать. Тот, в смысле напиток, и правда изволил пениться и шипеть, так что питиё явно выдалось медноволосому вампиру не из приятных! Зато как возрадовался народ, когда он чарку опустошил-таки да капли на землю сильным взмахом скинул – ужас просто! Аж уши заложило!
[i] Лучше бы они так урожаю радовались и девственниц своих блюли, чем выдержке приезжих на кислятину умилялись! Фу, это же надо! О, кстати, а ведь это.. Шанс!
Бабищи слева да справа от неё на голос встречающей заслушались да хватку-то поослабили - грех не воспользоваться! Тиль бочком-бочком попыталась в толпе было затеряться, вот только про традиции и сумасшедших их последователей, что сзади подпирали и, едва такая возможность появится, тянулись ручищами её – волчицы бок пощупать,  как-то и подзабыла. За что тотчас же и поплатилась.
- Уй-ай! Да не хочу я туда!
Поздно! Мало того, что за зад, невольно подставленный, кто-то пребольно и неприятно ущипнул, так ещё и руки заботливых полувампирш - тех самых, что с ней ранее переговоры вели, опять Нэа под локотки подхватили. И не спрятаться, не скрыться, и не вырваться, не завопить - только беспомощно сопротивляться и ругаться себе под нос и оставалось! А тут ещё и матушка невесты, до того говорившая негромко, вдруг голос повысила и на весь двор четко произнесла:
- ..Жених силён, но и наши клыки красны! И в подтверждение благословления богами невесты сама Ильга послала вестницу, во славу нашей крови и вашей во испытание! Вот она!
- Эй, не-не-не-не-нет! – Тиль искренне попыталась сопротивляться! Да только как пятками в землю ни упиралась, как когтями за руки, ранее её державшие, а теперь выталкивающие, ни цеплялась - всё одно ничего не помогло! Девушку просто выкинули вперёд, будто лисицу перед псовой сворой, под одобрительные окрики со стороны деревни! И вот тут наступил самый кошмар!
Тиль, едва не навернувшись и инстинктивно поползший с головы алый паланкин руками придержав, замерла под прицелом десятков взглядов. И если со стороны деревни на неё смотрели преимущественно заинтересованно или обеспокоенно, то вот жених и его свита воззрилась на волчицу.. Ну, мягко говоря, недовольно.
Боги, что делать-то?! Я ведь… Я ведь не хочу! Забирайте невесту так!
Тиль опять мелко затрясло, а выражение её лица было таким несчастным.. Один из сопровождавших даже брезгливо сморщился, будто от волчицы несло чем-то крайне невкусным, от чего сама девушка, в воцарившейся тишине, судорожно сглотнула, неуверенно повела плечами, оглянулась было на деревенскую толпу, и вдруг..

Тиль, будто, правда током или, скорее, божественным озарением прошибло. Ну, по крайней мере со стороны так показалось. Нэа вдруг выпрямилась, приосанилась самоуверенно и медленно да нагло на приезжих обернулась, оценивая их взглядом самовлюблённой и наглой особы. При этом волчица смотрела на всю траурную процессию так, будто не они её могли в пару ударов порвать на кусочки, а она сама вот прямо сейчас, если ей чего не понравится, выдаст ТАКОЕ, после чего век от крови не отмоются:
- Так, и что это тут такое? – совершенно незнакомым и довольно резко-скрипучим голосом заговорила Тиль, вальяжно приближаясь к жениху в неожиданно воцарившейся тишине и небрежно подёргав того за чёрный воротник выходного плаща, - Свататься приехал, нде? Хе-хех! И с чем свататься-то? Уж не с коровами ли этими, крашенными? Да они же на солнце во второе же утро выцветут! Или коняки вот те, что копытом бьют под девками – они ли неотразимые и выкупа стоят, а? Да тут у каждого двора своя лошадня! Не, не пойдет, миленький, не отдадим тебе невесту! Я её лучше с собой, на Изнанку заберу, пусть у богини в услужении ходит, хороводы с первыми красавицами водит, раз здесь ей достойного окружения подобрать не изволили! – волчица гордо фыркнула и, скроив самовлюблённую рожицу, отвернулась от чёрной процессии, обращаясь уже, непосредственно, к деревенским да встречающим, - Расходись народы, нет здесь жениха достойного! Не того ждали, пироги да меда готовили! Не по нраву Ильге столь бедный жених для красы всея деревни! Расходись!
У волчицы откровенно тряслись колени да ещё и горло, совсем недавно напрочь посаженное, саднило ужасно, но шагать по заранее заявленному сценарию было нужно, ведь иначе..
Тейар, только не подведи, тётка! А то ведь и правда загрызут да обратят! Уй, и зачем я вообще в это встряла-то, а? Мамочки мои милые!
Но слава всем богам, тётушки не обманули! Едва народ что приезжий, что деревенский начал роптать недовольно, чем ещё большую и едва сдерживаемую панику в душе волчицы поселили, как тётушки, перемигнувшись, вдруг заголосили да на все два голоса:
- Вай, не гневайся вестница! Ой не гневи-и-ись!
- Да не забирай ты нашу кровинушку! Уж жених ей люб сильно!
- Да откупится он от тебя, обязательно!
- И шелками, и монетами, и явствами вкусными!
- Откупится-откупится, не забирай только на Изнанку детушку нашу!
- Ой не забирай!

Честно? Тиль от такого вопля аж подпрыгнула и чуть всё дальше уговорённого не позабыла! Испугалась она воплей тёток, что постепенно не только её упрашивали, но и сторонников что своих, что приезжих на уговоры утягивая. То и дело слышалось: «Вместе все за невестушку откупимся! Не гневись, замилостивим!» - от чего у оборотницы аж под ложечкой засосало, так не искренне всё это было и громко! А в какой-то момент уже всеобщего безумия взгляд Тиль за пару беловолосых рядом с кем-то чернявым зацепился, в миг прошибло узнавание и захотелось заорать что-то вроде: «Боги, это вы! Вытащите меня отсюда! Помогите!» - но волчица даже рта не успела открыть (Кела Тиль, разумеется, просто не узнала). Её требовательно ухватила за рукав та самая полу вампирша в цветастом платке и ловко развернула опять к женишку лицом, будто её-то ему и сватала.
- Готов он на испытания, вестница! – пропела женщина на ухо волчице, попытавшейся опять на знакомцев обернуться, и быстро ту за рукав одёрнула. Тиль аж вздрогнула, мигом на медноволосого вампира удивлённо, будто впервые увидела, уставилась, неуверенно икнула и, вдруг, выдала:
- Нда? Готов, говорите? Ну, хорошо тогда! – волчица, провалив ещё одну попытку обернуться на знакомцев, теперь уже серьезно посмотрела на «испытуемого» и, вдруг, лицо её просветлело, - Ах, испытания, значит, – невпопад повторила она и хищно так усмехнулась, - Хорошо, ладно! Посмотрим, на что жених наш способен, и так ли он желает невестой несравненной нашей завладеть! Желаю я, чтобы все, кто белоснежными локонами в стане встречающих обладает, как Ильтар возлюбленный Ильгой, отдали вам на откуп свою одежду. Сумеете обменяться с ними за ближайшие пол часа, подумаю я, чтобы невесту вам отдавать, а не сумеете.. – Тиль, внутренне сама опасавшаяся подобного исхода, только сглотнула судорожно и, богам мысль-молитву послав: «Пусть они справятся, а?» - резко обернулась к матушке невесты, - Засекайте время, мать! Пусть справляется жениха рать!
И вроде бы сказано было задание, да девушка уже, вроде бы, дух успела перевести, как жених, до того довольно молчаливый, вдруг подал голос, а точнее, густой и забористый бас:
- Всю одежду али только по верху?
Тиль аж опешила от такого вопроса, но, немного подумав и взвесив все за и против, осклабилась довольно и хитренько:
-Всю, конечно же! И чтоб со всеми сторговались, а то.. Ухх, богиня разгневается!

Отредактировано Нэа Исс (2015-02-25 21:31:00)

+2

18

Альвэри как обычно не смогла ограничиться двумя-тремя фразами, но кажется у среброволосого выработался иммунитет к велеречивости. Или вокруг было слишком шумно. Или просто он устал и не замечает таких мелочей. Так или требовать объяснений о ночных приключениях никто прямо сейчас не стал, а потом будет суп с котом. Кел невозмутимо убрал назойливую прядь за ухо и последовал за согильдийкой. «Нереально... Нереально у вас в библиотеке прокукарекать и не быть замеченным, а тут все очень даже реально», - лоддроу увернулся от чьего-то неаккуратного маха кружкой с чем-то кислым, оттолкнул локтем кого-то в сторону, сплюнул на чью-то лысину. Манерам Келебдаенен обучен если и был, то это было очень давно. Гораздо давнее, когда из него выбили все лишнее вместе с зубами. Которыми, к слову, он впился в наливное яблочко, бесцеремонно отобранное у чьей-то руки. «И что один не пошел? Вторые сутки похода, а Вильдан еще даже за горизонт не скрылся. Понаберут по объявлению дилетантов», - мысленно ругал весь мир Кел, пока рот был занят яблоком, а здоровая рука методично избавлялась от шлейфа бинтов и проклятущей шины, которая уже начинала чесаться одновременно с рукой. Таким образом предстал он перед Альвэри и алхимиком с обеими рабочими руками, невозмутимо застегивая деревянные запонки. И пусть думают что хотят, вплоть до симулирования.
«Это что еще за хрень?» - ограничившись хмурым взглядом по Левифрону лоддроу опустил приветствия и прочее панибратство, перейдя непосредственно к разглядыванию черно-красно-коровьей процессии и какой-то нелепицы, что начала твориться дальше. Не то мужик, не то баба выпала из общего строя, завертелась, засуетилась. Что-то явно происходило, но что именно - разведчик вникать категорически не хотел. Быть может если налить ему две по сто получился бы отличный тамада, но... Тамады не было. Был хмурый снежный эльф с мимикой мраморного кирпича. «Ну сейчас начнется веселье. Перетягивание быка за коки, кто больше воды выпьет, потом начнут жрать, бухать, драться и сношаться... А-а-а, еще и орать забыл!» - лоддроу поморщился, едва-едва эта процессия влупила звуковыми волнами по атмосфере. «Да чтоб у вас зубы полопались, шлепки коровьи», - дождавшись окончания воплей Кел подергал Альвэри за одежду, привлекая внимание.
- Пойду отдохну, - сказал как отрезал картограф, но после добавил. - Если что кричи.
Последнее сказано было с толикой иронии - ну разве может одна девушка переорать целую хоругвь бабских глоток? И не просто глоток, а полированных деревенским самогоном на медвежьих какулях. Конечно нет. Но если она вдруг попадет в беду согильдиец об этом узнает и, может быть, успеет помочь. А по поводу Леви разведчик вообще не переживал, в конце концов тот вроде как тоже самец, должен уметь стоять за себя и лежать за других. «Да не. Не должен», - не дожидаясь окончания вечера встреч женихов, пламенных речей и прочей мишуры разведчик углубился во двор. Основная масса была занята бурными овациями и гвалтом, а отдельные подпитые элементы, стремящиеся засунуть свой непомерно длинный нос в дела Ашкади устранялись своими же силами и маленькой помощью в нарушении гравитации со стороны Келебдаенена. В остальном падению препятствующих служил алкоголь, наверное крепкий и вкусный.
Пока гости и местные начинали основной поток веселья - лоддроу добрался до покосившегося сарайчика. Пнул по ржавой щеколде, отворил косую скрипучую дверь. Проводил взглядом мышей, бережно снял с прохода паучка, отпуская того погулять. Сарай и все хранившиеся там принадлежности выглядели такими древними, что нос Кела приятно защекотал запах детства. Обычно такие реликвии хранятся на чердаках, а тут нате вам - сарай. Хотя какая разница где хлам складировать? Отыскав в глубине старую кривоногую тахту лоддроу набросал на нее каких-то облезлых полушубков, тулупов, панталон и, закрыв покосившуюся дверь, уединился со своими мыслями. Да еще и тяпку в дверные ручки просунул, чтобы не шарахались всякие.

+3

19

Реплики и действия Аль с ней же и оговорены.

Смотреть было действительно забавно. Зрелище было еще то, учитывая, что главная героиня сего действа принимать участие в нем решительно не хотела. Это еще больше раззадоривало толпу, которой было не столь важно, на что смотреть, главное, чтобы шоу продолжалось. Левифрон вообще не понимал, что происходит, что за сакральный смысл несет этот странный ритуал, в центре которого оказалась Тиль, увенчанная красной фатой, какая практическая польза есть у всего этого в контексте свадьбы, но интерес от этого не пропадал. Конечно, невероятно глупо было искать фундаментальную логику в сельских традициях, но пытливый ум все равно требовать найти причинно-следственную связь и объяснить все с точки зрения разумности. Например, зачем нужно выкупать невесту? Она вроде в любом случае уже практически принадлежит жениху, не будь этого, они бы тут не собрались. Такой выпендреж уместен на этапе смотрин, когда отец решает, достаточно ли кандидат подходит его ненаглядной дочери. Но теперь-то в чем смысл? Разве что толпу потешить, но такой вариант был каким-то средненьким, где-то на уровне «а леший его знает». Герхену того было мало.
«А ведь жених, похоже, даже и не думает о том, что путь к женитьбе можно изрядно срезать, перейдя сразу к делу. Это ж надо, какой удивительный феномен массового помешательства. Или это нормальное явление среди людей, у которых праздники бывают так редко, что отмечать надо, будто в последний раз?»
Алхимик так увлекся, что даже не опознал две белые головы, прошедшие прямо перед ним. Лишь недовольно шикнул, когда они ему вид загородили. Головы удалились, и только Филин снова вник в происходящее на дороге, как его окликнули сзади.
- Любопытствуем местными обычаями?
- Что? А, да, можно и так сказать. Нахожу занятным, что люди охотно тратят время на такое бессмысленное и изначально направленное на развлечение занятие. Сколько ни гляжу на подобное, всегда удивляюсь.
Что с Яром стало? До меня долетели обрывки, но уж больно непонятные, - говорить о Яре решительно не хотелось, Герхен предполагал, что беспристрастно оценивать поступки последнего он сможет только через день-другой, когда отпустит душащее непонимание и ощущение предательства. Алхимик сделал большую паузу, понадеявшись, что вопрос был риторическим, направленным скорее на демонстрацию недовольства. - А теперь и не до сего.
Лоддроу на ответе и не настаивала, так что Филин продолжал делать вид, что тоже ничего не знает, говорить не умеет, а процесс выкупа невесты занимает все его мысли.
- Ах да, у нас снова прибыло…  Хотя и убыло, как я поняла.
А вот новоприбывшего Герхен сразу и не приметил. В такой толпе, которая имела вид перманентной текучести, немудрено было перестать обращать внимание на каждого живого субъекта, находящегося в поле зрения, а уж Кела Левифрон совсем не ожидал увидеть. Но беловолосый действительно стоял во дворе, живой и даже почти здоровый, только потрепанный и грязный какой-то. Алхимик не сообразил, как на него реагировать, посему просто принял его наличие к сведению и вернулся к созерцанию свадебных игрищ.
- Деревня чудес какая-то, ей-богу.
А Тиль на дороге уже входила в раж, ее звонкий голосок окреп, девица командным тоном раздавала указания. Довольствоваться теориями больше не представлялось возможным, Левифрон протянул руку и тронул за плечо девушку, что с подружками восторженно поддерживали славное начинание оборотницы. Та обернулась, на лице ее красовалась широкая улыбка.
- Вот смотрю, я смотрю, а в толк все не возьму, почему эта девица в красном всем приказы отдает. Вроде ж молодая совсем, обычно на выкупе родственники невесты на костях жениха пляшут да подвиги делать заставляют. Не подскажешь ли, в чем тут дело?
- Ой, а вы не из наших, что ль? Подскажу, подскажу! Она Ильги посланница, должна испытания провести, чтоб убедиться, что правильный жених к нашей невесте сватается. Коли не пройдет, то гнать его взашей надо.
- Вот оно как. А по какому принципу посланницу Ильги выбирают?
- Так ее ж не выбирают, что вы! Любая сбежавшая невеста посланницей Ильги становится, ежели на свадьбу ее занесло в местные края.
- Как интересно! Сбежавшая невеста, значит.
Девушка поняла, что вопросов больше не будет, а потому снова присоединилась к подружкам. Только вот скользнула взглядом по рукавам алхимика, а тот и забыл за всеми событиями последних пятнадцати минут, что опасное это дело – руки напоказ выставлять.
- Посмотрим, на что жених наш способен, и так ли он желает невестой несравненной нашей завладеть! Желаю я, чтобы все, кто белоснежными локонами в стане встречающих обладает, как Ильтар возлюбленный Ильгой, отдали вам на откуп свою одежду.
Филин непроизвольно дернулся, не сразу сообразив, что его данное испытание не касается. Даже по волосам рукой машинально провел. Но как сообразил – успокоился, вновь опершись локтем о плетень и глянув на Альвэри.
- А ваша подопечная умеет испытания придумывать. Вы бы бежали, пока не поздно, а то ж тут народ простой, на скромность не разменивается.
Лицо Альвэри приобрело какое-то странное выражение. Понятно, что наголо раздеваться у нее желания не было, но в таких случаях с подобным лицом бегут явно не навстречу толпе, а от нее. Девушка было дернулась в сторону, но плотность толпы  не дала ей и шагу ступить, а в этот людской поток ломануться она явно не рискнула, ибо возбуждение висело в воздухе тяжелым саваном, и Тейар его разберет, чем подобная затея могла закончиться. Альвэри чуть нахмурилась, снова обратив взгляд к алхимику.
- Да с нее такая посланница богини, как с меня драная кошка, - выдохнула девушка. - Она, судя по ее же словам, только неприятности и притягивает. Если нечто подобное случится в этот момент... Да вампиры учуют обман... Надо что-то предпринять, пока это не случилось.
Левифрон ничего ужасного в происходящем не видел. Да, вошла девочка во вкус, вжилась в роль, подставила подругу, но разве рухнут небеса из-за этого? Даже самый большой неудачник блекнет на таком празднике, ибо общее сумасбродство затмевает все. Но Альвэри верила в свои слова и смотрела на Герхена совсем по-другому, будто бы сняв на минуту ту маску холодного безразличия, что с удовольствием носила круглые сутки, даже во время сна. Алхимик понял, что последние слова относились конкретно к нему, он должен был пойти и что-то сделать, причем немедленно.
«Потом разберемся, что к чему. Если она уверена, что девицу надо вытаскивать, то так тому и быть».
На принятии задачи пан действий и закончился. Люди уже хищно смотрели друг на друга, жених раздавал распоряжения свите, Тиль верещала громче всех. Вокруг толпа. Как тут кого выручать – одним богам ведомо.
«Ладно. Так просто ее не отпустят, традиции, все дела. Украсть ее тоже не получится, в такой толкотне способы «хватай и беги» не работают. Так что же делать?»
На мысль натолкнула давешняя девица, что провела экскурс в местные традиции. Стараясь не упустить идею, Филин снова перехватил незнакомку, уцепившись в ее плечо.
- Я тут уточнить хотел… А что, если ваша посланница Ильги – вовсе не сбежавшая невеста? Что тогда?
Девушка как-то странно на него покосилась, но все же ответила.
- То она не может говорить от лица Ильги. Самозванка, значит.
Ответ вызывал смешанные чувства. План Левифрона граничил с безумием, и алхимику показалось, что он подхватил какую-то местную заразу, раз додумался до такого. Не удержался, потрогал лоб, который оказался почему-то очень холодным. Да и руки холодными были, в общем-то. Даже организм был очень против того, что Филин собирался сделать. Но деваться было некуда.
- Есть у меня идея одна. Вы это… Подыграйте мне, если что, ладно? И с вас должок, потом посмотрим, насколько большой. Если я живым вернусь, конечно. Сохрани меня Энвенэль…
На указания Клейму слов уже не хватило, псу пришлось понимать язык жестов пьяного тюленя, которого изображал Левифрон, набираясь храбрости войти в толпу. Самое удивительно, что волкодав понял, что его просят посидеть с Альвэри и не высовывать носа за забор. И заткнуть уши. И никогда никому ничего не рассказывать.
- Я прошу слова!
Левифрон того не ожидал, но получилось громко и четко. Услышали, правда, единицы, но начало было положено.
- Я прошу немедленно меня выслушать!
Так и пробивался, вопя и привлекая все больше и больше внимания. Не сказать, что все затихли, когда алхимик добрался до Тиль, но большая часть присутствующих сбавила громкость и заинтересованно воззрилась на явившегося в эпицентр событий незнакомца. Даже жених приостановил свои поползновения в сторону светловолосых барышень.
- Не могу я больше стоять в стороне. Она назвалась сбежавшей невестой, посланницей Ильги, а вы и рады! А ведь как можно сбежать, если жених-то здесь?
По рядам женщин волной прошелся шепот. Такого поворота никто не ожидал. Единогласно было решено устроить полную тишину и дать Филину договорить. А Герхен как раз подошел к самой сложной части своей ответственной миссии, повернулся к самой Тиль и посмотрел на нее в упор. Смотрел очень страшно, надеясь, что рыжая просто испугается и проглотит язык, не испортив всю постановку, которая давалась непривычному монстролову с таким трудом, что за нее можно было давать медаль и титул с землями в довесок.
- Я мог бы быть тебе чужим утром, когда никто не лез со своими ритуалами, но зачем делать из этого балаган? Не позволю я клеймить тебя титулом ильгиной помощницы, пусть ты и не хочешь меня видеть! И сбегать тебе никто не позволял, ведь я еще не отступился, а дальше лагеря ты так ни разу и не ушла. И я никуда не исчезну, сколько бы раз ни приходилось брать твою нерешительность штурмом снова.
Снова обернувшись к толпе и повысив голос, он гневно воскликнул:
- Она – никакая не сбежавшая, а самая настоящая невеста, и это говорю вам я, Левифрон, самый настоящий ее жених!
Демонстративно, что бы все девочки, девушки, женщины и бабушки видели, алхимик снял с запястья ленточку, эффектно преклонил колено и протянул ее оборотнице.
- И в этот раз я попрошу перед всеми людьми добрыми, перед Богами, что смотрят на это село сегодня: выходи за меня, милая моя Тиль! Покончим с этим, наконец!

Отредактировано Левифрон (2015-02-27 00:51:46)

+3

20

Левифрон был столь увлечен процессом, поднявшего на ноги всю деревню, что отреагировал едва ли не отрешенно на появление Кела да ее вопросы. Впрочем, на последние она особо не требовала ответа. Факт пропажи Яра и иже с ним, видимо, был более, чем правдив, судя по беглому осмотру и тому, что алхимик не стал отрицать очевидное.
- Деревня чудес какая-то, ей-богу.- наконец, отреагировал мужчина на новость.
«Действительно,» - подумалось лоддроу. Тем временем шум вокруг нарастал, но что стало сему причиной она не сразу заметила, так как была тут же отвлечена согильдийцем, пожелавшим уединится и отдохнуть. Собственно, особо ничего не оставалось, с учетом того, что задержаться им здесь придется знатно. Поэтому девушка кивнула тому в ответ, проводив лоддроу коротким взглядом, и лишь после решила заняться тем же, что и мернотовец – осмотреться да понять, что же тут происходит, интересного и не очень.
Так как она явно ростом не вышла, то бОльшая часть представления от нее скрывалась за плотностью деревенских спин. Оставалось лишь пытаться заглянуть в прорехи, кои порою возникали, да вслушиваться в голоса, что долетали «извне». Вот тут-то она и услышала знакомый голосок. Правда, его тональность была явно нарушена и не привычна, но понять, что принадлежит сие Тиль было возможно. «Какого Тейара она там забыла? Делать нечего что ли? Чем меньше мы мелькаем пред глазами этих одуревших, тем быстрее же сбежать отсель сможем…» Однако, ответить ей было некому. Тем более на мысли, ибо виновница оных находилась на приличном расстоянии и просто так к ней добраться будет нелегко.
Впрочем, думать-гадать, что да как тут происходит, да что со всем этим делать, долго не пришлось. Левифрон решил поинтересоваться у рядом стоявших девиц о делах насущных и почти сразу получил ответ. Сказать, что Альвэри удивилась – ничего не сказать. Нет, она понимала, что в глуши народ своеобразный, но чтобы до сумасбродства доходило…А затея с посланницей богини именно на сие и тянула, не меньше, а так, как селяне ошибались в этом своем массовом помешательстве, то все начинало пахнуть последствиями, весьма неприятными, в частности для их компании. «Да что она себе думает?! Как позволила?!» Они же полоумные в этих своих обычаях, разве не видно. Да сейчас что-то не то ляпнет, что положено и окажутся они сред разозленной толпы  упырей, что в буйстве своих страстей разорвут их на клочья, даже пикнуть не успеют. Аль начинала злится. А тут еще и до ее слуха долетело сказанное Тиль, отчего девушку даже перекосило. Похоже, рыжая тоже прониклась атмосферой бредового деревенского полоумия. Благо, хоть о торгах заикнулась, а не – найти и сразу раздеть, несмотря на супротив.
- А ваша подопечная умеет испытания придумывать. Вы бы бежали, пока не поздно, а то ж тут народ простой, на скромность не разменивается, - обратил на себя внимание алхимик, подбросив поленья в огонь.
Фенрил взглянула на мужчину. "Да ее выпороть бы не помешало, сказал бы мой отец..."- мысленно ответила девушка. Судя по всему, алхимик не видел в этом фарсе ничего страшного да опасного для жизни. Ей же так не казалось, особенно вспоминая недавнюю лавину упрашиваний. Точно с таким же азартом они их в жертву богам принесут, прирезав как баранов, ибо испоганили им праздник своим приходом да этой игрой одного актера на сцене впереди, если что. Лоддроу не была паникеркой, но трезвость мыслей всегда подсовывала самые вероятные варианты того, что может произойти, и их последствия. А с учетом того, с кем поведешься…шанс на то, что все станет более, чем реальным, утраивался. Ждать и смотреть, станут ли реальностью ее опасения, как-то не хотелось. Видимо, малышка Тиль не совсем поняла, что эта, казалось бы, забавная игра, может превратиться в нечто менее приятное и позитивное…Аль было предприняла попытку ломануться сквозь толпу, да где там! Такая плотность ее просто отбросила назад, заставив едва ли не прижаться к плетню. Можно было бы воспользоваться магией, но опять же, все ее действия на «спасение», в коем рыжая визуально не нуждалась, были точно так же опасны и способны вызвать гнев у этих беснующихся в экстазе от предвкушения селян, как и новость о том, что Тиль их дурачит просто!
- Да с нее такая посланница богини, как с меня драная кошка, - наконец выдохнула она, обращаясь к мернотовцу.- Она, судя по ее же словам, только неприятности и притягивает. Если нечто подобное случится в этот момент... Да вампиры учуют обман... Надо что-то предпринять, пока это не случилось.
Она впервые обратилась к нему с простой и незамысловатой просьбой. Без всякого напускного безразличия и полнейшей отрешенности. Альвэри почему-то показалось, что в столь щекотливой ситуации философские замашки Левифрона пригодятся лучше, чем ее радикальные меры, что приходили на ум и были чреваты последствиями глобального масштаба в маленьком селении. Мужчина явно удивился. Не то ее обращению и призыву к помощи, не то тем фактом, что она считала ситуацию далеко не забавной. Неважно, ибо он не отмахнулся от ее слов, что уже хорошо. Уточнив у девицы, что ранее тревожил, еще один момент, который лишь больше утвердил Альвэри в реальности своих опасений, мернотовец произнес:
- Есть у меня идея одна. Вы это… Подыграйте мне, если что, ладно? И с вас должок, потом посмотрим, насколько большой. Если я живым вернусь, конечно. Сохрани меня Энвенэль…
Прямо тебе, завещание оставил...Аль кивнула, молча гадая, что задумал алхимик, но тот не стал делится с ней планом и вскоре начал свой путь сквозь море тел к месту, откуда доносилось больше всего хохота, криков да улюлюкания. Девушка напряженно следила за его ходом, неосознанно гладя Клейма, что уселся подле, по голове.  Хотелось, чтобы весь этот цирк окончился как можно быстрее и безболезненнее, но, видимо, что-то с их удачливостью с самого начала не срослось. Вслушиваясь в звучный голос Левифрона, что сначала утонул в общем галдеже, но вскоре стал слышен так, что даже прислушиваться не нужно было, лоддроу поняла, что задумал мужчина. Да и он особо не скрывал сего, выложив все карты на стол перед явно опешившей толпой. Впрочем, предполагая возможную реакцию последней, лоддроу поняла, что таки без ее подигрывания может не обойтись. Тейар...она терпеть не могла врать, тем более столь нагло и откровенно, как вскоре придется, но иного выхода просто не было. Да и Левифрон уж внедрил свой план в жизнь, отступать некуда.
Воспользовавшись внезапным замешательством, дернув Клейма за ошейник, девушка медленно двинулась через толпу шушукающихся и начавших спорить между собой селян. То, что они могут не поверить мернотовцу, было столь же вероятно, сколь уличить во лжи Тиль. Что то, что это было - чревато последствиями, ибо не средь светского общества находились. Нужно было действовать на предупреждение. Аль, наконец, растолкав последний барьер, вышла из толпы, лицезрев милейшую, если бы не ситуация в целом, картину.
Долго толпа не напоминала монументальный памятник и вскоре послышался ропот – «как же так?» , «почему обманули?» , «что ж за гости то такие нам на голову?!», «боги, одни испытания на нашу голову…». С одной крайности да в другую, в общем. Альвэри снова нахмурилась, оглядываясь . Один лишь жених, настоящий который, да его свита были невозмутимы. Даже более того, их явно забавляло происходящее. Поди, не каждый день и не каждому свезет такой цирк лицезреть на собственной свадьбе. Аль не стала долго без толку маячить и ждать реакции, какой бы то ни было:
- Это правда, - спокойно проговорила девушка. – Этот человек, ее жених. Из-за прихотливости сей юной особы их семьями было решено отправить их в некое и общее путешествие, дабы поняли они, что жить друг без друга не могут. Невеста у нас молода да спесива, - взгляд в сторону Тиль. Сколь надежд у лоддроу было на свою уверенность в голосе, столь и красноречия во взгляде, обращенном к знакомой. – Любит его, да вот и свободу боится потерять, вот и меняется у нее настроение, как море перед грозой, как и слова, что с острого язычка слетают. Вы уж простите за столь внезапный и, возможно, не очень приятный поворот…но не вестница она никакая.
Да только не успела закончить, как толпа снова взорвалась. Еще более бурными «овациями», нежели прежде. "Ну все..."- проскочила мысль. Но тут взяла слово знакомая им женщина, прорываясь голосом сквозь общий гул:
- Ежели это и правда так, не обманываете, - испытывающий взгляд на Левифрона, коленопреклонённого, да Тиль. – Дак ничего же плохого! Наоборот…
Что «наоборот», она уточнять не стала, лишь улыбнувшись загадочно так, от чего Аль стало не многим лучше. Почему-то появилось чувство, что спасать пора и Левифрона.
- Чего же ты молчишь, девица? - обратилась та же дама к Тиль, неожиданно ласково так.
Вокруг стало настолько тихо, что было слышно далекий шум реки.

"Река Стамэ - Свадебные страсти

[dice=5808-1:3:0:Поверили ли Левифрону селяне?]
1 - нет
2 - да
3 - не совсем, засомневались, как в правдивости его слов, так и в том, что Тиль вестница Ильги.

[dice=1936-1:2:0:Есть ли верования в деревне и на сей счет?]
1- да
2 - нет

Если "да", то:

[dice=7744-1:5:2:Верования]
1 - чужая пара, что внезапно объявляется на свадьбе, приносит несчастье. От нее откупляются дарами и мирно выпроважуют с деревни в тот же день, до свадебного часа.
2 - чужая пара, что внезапно объявляется на свадьбе, просто получает благословение всей деревни и подарок от жениха с невестой на счастливую, семейную жизнь. Ну и отмечает праздник со всеми случайными гостями, как то положено.
3 - если свести пару любящих сердец в день свадьбы - знак свыше о том, что выбор невесты и жениха сего мероприятия одобрен Богами и жить им без горести до конца своих дней.
4 - чужая пара, внезапно объявившаяся на празднестве, становится сродни вестницы Ильги, оповещая о том, что исключительно богиня благословила молодоженов. Самый "великий" дар в праздник.
5 - чужая пара становится почетными гостями на свадьбе, разделяет места подле жениха с невестой, а если еще и поженить их в тот же день, что и "готовых" молодоженов, то быть  деревне в процветании 10 лет и бед не знать.
Криво-косо, как-то так xD

Отредактировано Альвэри (2015-02-27 17:34:22)

+2



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно